Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

– Запрос получен. Обратный отсчёт начат, – произнёс компьютер. – Цветок – это ключ, кулон – активатор, в символах письма карта, которая откроется в определённое время под светом голубых лун. Планета Неллея, система Вакара, парад пяти голубых лун состоится через пять межгалактических суток. Это единственный шанс на ближайшие семь тысяч лет открыть карту из этого письма. Информация больше недоступна, карта детализации деактивирована.

Звёзды исчезли, и вспыхнул свет – Нина впервые увидела это помещение внутри: большое, квадратное, оно представляло пустой короб, по стенам и потолку которого рядами выстраивались белые лампы. Антон присел, прикрывая глаза от яркого света, взял письмо с цветком и протянул Нине кулон.

– Похоже, на КРИ мы уже не вернёмся.

Нина кивнула.

– Да. Осталось всего пять дней.

* * *

Впервые в жизни Лара сила не помогла ему в поисках, и, промучившись ночь, он вынужден был признать, что Мотылька на станции нет, а если есть, то он, вероятно, давно не жилец. Октавия не могла поверить в то, что Мотылька действительно нет – Мотылёк был привязан к «Иллариону», даже если его выкинуло в космос, он не мог просто испариться – но вынуждена была признать, что Мотылёк мог погибнуть от воздействия сторонней системы или резкой смены направления работы «Иллариона». Лар ничего больше не мог ей сказать, на том и разошлись. Утром Лар вернулся в выделенное ему помещение, вздремнул совершенно по-человечески, а потом собрался наведаться к Марго, но не сделал и шага в этом направлении, когда центральный компьютер остановил его. Антон Чехов и Ричард Нейтан просили встречи с ним на «Пегасе», и Лар, хотя и не предполагал, о чём пойдёт речь, всё же будто бы ожидал этого разговора, чувствовал, что так должно быть. Он всё ещё обдумывал слова матери, и всё больше убеждался в том, что его путь не в предназначении названном его братом, а в чём-то ином. Идти по бесконечному пространству станции не хотелось, Лар отбросил все предосторожности, сжал в руках стабилизатор и переместился сразу в технический отсек, к «Пегасу», а через минуту уже поднимался по трапу и входил в шлюз, как к себе домой. Бортовая система пустила его без проверки.

Ричард и Антон что-то горячо обсуждали, когда он дошёл до кают-компании и прислонился к открытой двери.

– Что-нибудь срочное? – буднично осведомился он, не здороваясь. Ему казалось это излишним после разговора, который состоялся в медицинском секторе, после всех этих откровений, объяснений и эмоциональных порывов.

– О, – Ричард вскочил с места, – дело есть, то есть… – он был на взводе, но не зол, а взволнован, будто бы собирался сделать что-то настолько безумное, что сам от себя удивлялся. Антон при этом оставался безучастно спокоен, хотя в глазах его искрились бесенята. Так выглядит человек, уверенный в своей правоте или знающий, что победит в споре.

– Что вы от меня хотите? – Лар прошёл и сел на другом конце стола, сложив ногу на ногу.

Он рассматривал серебристый костюм на Ричарде, точно такой же, в каком был и сам. Костюмы были удобными, выполняли защитную и практически-повседневную функцию, но со стороны выглядели так, будто люди решили внезапно нарядиться в отражающую фольгу, чтобы в окружении бело-стеклянных стен «Иллариона» делаться странным подобием ходячих зеркал. В текущий момент только Антон, выбравший надеть костюм от МАРИ, выглядел прежним – коричневый под кожу с золотыми вставками костюм оттенял его волосы и цвет глаз, делая его ярким пятном, на фоне остальных.

– Нам нужен совет, – объяснил Ричард, возвращаясь на место. – Мне нужно вернуться к людям, на «Аврору», но лететь не на чем…

Лар пожал плечами.

– У вас есть «Гаусс» и «Пегас».

– «Пегас» не вернётся к людям, – возразил Антон, – по крайней мере в ближайшее время.

– Да, – нетерпеливо согласился Ричард, – «Пегас» не вернётся, а «Гауссу» нужен пилот. Я говорю Антону, что могу взять чип на время, он считает, что в моём положении это опасно.

– В твоём положении это опасно, – заверил его Лар. – А что с транспортником конфедерации? Почему не улететь на нём, когда он вернётся?

– Транспортник ждёт долгий перелёт, он вряд ли вернётся в необходимое нам время, – сказал Антон, – раз уж вы все здесь, я бы хотел быть уверен, что улечу не раньше, чем вам предоставят транспорт. Нечего людям делать на объекте межгалактического значения.

Лар пожал плечами.

– Не понимаю, что в этом такого, но дело ваше. Какие тогда варианты ещё есть?

– Только один, – Антон сложил руки на стол и сцепил пальцы в замок. – Кристина Камо техник «Пегаса», но ещё она разведчик, она училась, чтобы стать таким пилотом, и я не вижу сейчас никаких препятствий для этого. Она сможет работать, независимо от того, вернётся «Пегас» или нет, или насколько покинет её. У неё будет дело и свой корабль.

Лар покачал головой.

– Компьютер, – вдруг громко сказал он, – а какой ответ на этот вопрос предлагаешь ты?

– Голосовая сигнатура не распознана, – ответила МАРИ, – доступ запрещён.

– Ответь, я даю разрешение, – Антон прикрыл рот ладонью и, склонившись к Лару, заговорщицки прошептал. – Её зовут Мари.

Лар усмехнулся.

– Обрабатываю информацию, – ответила МАРИ, но тут же сказала снова. – Капитан, срочный запрос связи с «Новой Земли». Советник Донаван.

Антон бросил обеспокоенный взгляд на Ричарда.

– Переведи на мостик, я сейчас подойду.

Глава 10. Гидеон

Гидеон выглядел не лучшим образом, но точно не хуже, чем был тогда, на корабле Адмирала, когда Антон связывался с ним в последний раз. Смотровое стекло показывало его бородатое лицо, усталый взгляд и свежую обработанную рану, пересекающую бровь.

– Рад, что вы живы, Чехов, – без всяких приветствий сказал Гидеон, перевёл взгляд на Ричарда и кивнул. – Хороший костюм, Нейтан.

– Я тоже рад вас видеть, – отозвался Антон, опускаясь в кресло.

Рядом с ним сел Ричард, вежливо кивая Гидеону и полностью игнорируя его слова о костюме.

– Глава конфедерации сообщила мне, что у вас вся команда в сборе, Чехов. Мисс Блумфилд, Маргарита Лабуле, Ричард Нейтан, – Гидеон сделал лёгкий насмешливый поклон в сторону Ричарда. – Как Леоновенс? Вы в порядке? Информация, которую я получил, чудовищна…

– Нина захотела побыть одна, и я её понимаю, – Антон растрепал волосы пятернёй и откинулся на спинку кресла. – Мы не пострадали, к счастью, а бортовой интеллект сделал очередной виток в развитии.Можно сказать, нам повезло, несмотря на всё, что мы пережили, – он усмехнулся, – и Ригелю тоже. «Илларион» попытался возомнить себя смертоносным оружием… вам доложили? – Антон вздохнул, когда Гидеон согласно склонил голову. – Жаль только, что не получилось выцепить коды доступа у атакующей программы. А что у вас?

Гидеон поджал губы и посмотрел в сторону, прежде чем ответить.

– О кодах доступа забудьте, вы и так как сплошная летающая мишень, ещё кодов доступа вам на «Пегасе» не хватало. А по поводу нас… не беспокойтесь: общая информация вам известна, детали вышлю по защищённому каналу, нечего языками чесать. Война ещё не закончилась.

– Согласен, – сказал Антон, – но можно хотя бы в общих чертах, что с людьми? Много погибших?

– В общих чертах? – Гидеон задумался. – Есть несколько офицеров и техников, которые находились в момент взрыва в южном полушарии, мы почтим их память по всем правилам. В основном новички, вы их не знаете, разве что… Джеймс Родденберри погиб при исполнении. Он был со мной у Ригеля на переговорах с Лагости Аки… Это я виноват, – он махнул рукой, – да что уж теперь говорить. Я не должен был разрешать ему лететь с нами, – Гидеон сглотнул и отвёл взгляд. Ему было тяжело, и Антон почти выдохнул с облегчением, когда Гидеон всё же продолжил. – Адмирал, советники Донаван и Терри без сознания, газ в кабинете адмирала. Подробности файлом. Ригелианские и наши медики пытаются им помочь.

– Мои соболезнования, – Антон почесал переносицу и провёл ладонью по лицу, вспоминая последнюю встречу с Родденберри. Ему не в чем было себя упрекнуть, но почему-то сейчас в его душе возникло давящее чувство вины, причин которой он пока не знал и, если быть честным, в текущих обстоятельствах не хотел. – Как погиб Джеймс?

– Героически, – голос Гидеона сорвался и охрип, ему пришлось откашляться, чтобы продолжить, – он закрыл собой Лагости Аки, я… – Гидеон потёр глаза пальцами так, словно пытался их выдавить, – я устал и не знаю, что делать.

– Ну если не знаете вы, то мы совсем бессильны, – заметил Антон. – Не вините себя. История моей семьи подсказывает мне, что каждый в этом мире для чего-то предназначен… может быть, судьбой Джеймса было спасти главу Ригеля?

– Вполне… – Гидеон улыбнулся в бороду, – говорите как истинный наследник Александры.

Антон неопределённо мотнул головой, одновременно отрицая и соглашаясь с ним.

– Что-нибудь ещё расскажете?

– Ну, могу… Ригелианские техники, учёные и часть армии сейчас на КРИ, восстанавливают станцию и готовят корабли для захвата «Авроры». Мы предустанавливаем на них новые технологии. Транспортеры. Будем действовать, как только всё подготовим, и да… для этого нам нужен Ричард Нейтан. Я, собственно, поэтому с вами и связываюсь.

– Так говорите со мной, – развёл руками Антон, – будто я командую этим беспределом. Приказывать здесь я могу только Нине. У Ричарда и спрашивайте.

– Так это правда, – Ричард покачал головой, – до сих пор не могу поверить. Нас объявили в межгалактический розыск, а теперь вы призываете меня помочь?

– «Пегас»-то ваш, Антон Палыч, – хмыкнул Гидеон, – вот и связываюсь, и все вопросы к вам, – он поправил упавшие на лоб волосы и случайно задел рану, поморщился, аккуратно пригладил бровь и посмотрел на Ричарда. – Нейтан, ваше присутствие необходимо. Для начала будем честными, не вы в той истории главный злодей, у вас есть шанс обелить имя своей семьи, ваша фамилия не просто звук, её уважают люди. Представьте какой будет резонанс, когда вы их спасёте. Лично вы?

– Если есть кого спасать, – бросил Ричард. – Мне тут такого понарассказывали, что я не только думаю, что не справлюсь, я в этом уверен.

– А-а, – протянул Гидеон, – уже знаете о ситуации?

– Да, – Ричард тяжело вздохнул, и Антон воспользовался этой заминкой, чтобы вмешаться в разговор с Советником.

– Нам всем сейчас тяжело, и хорошо, что удалось связаться. Нам нужен совет, – сказал он, – дело как раз касается того, о чём вы говорите.

– Так? – насторожился Гидеон. – Во имя звёзд, Чехов, говорите сразу. После всех событий, которые вокруг вас происходят, я боюсь схватить инфаркт раньше, чем вы успеете закончить фразу. Что у вас там?

– У нас тут «Гаусс». Вы знаете?

– Допустим…

– Корабль полностью исправен и готов принять пилота, вопрос только в том, какого. Мы разделились во мнениях. Ричард Нейтан, Тиана и Бобби Стилл считают, что это должен быть Ричард, а остальные, включая меня, делают ставку на Кристину Камо…

– Камо… Камо? – Гидеон нахмурился. – Это последний выпуск курса разведки? Томпсона? Девочка, которую адмирал забрала в техники «Пегаса»?

Антон кивнул.

– Да. Что думаете?

Гидеон погладил бороду.

– А зачем вам вообще на «Гауссе» пилот? КРИ в состоянии забрать «Гаусс» без пилота, а «Пегас» может доставить всех, кто захочет вернуться, да и потом, у «Иллариона» ведь есть транспортники.

– Они все на вылете, – возразил Антон, – разве глава Конфедерации не сказала? И вернутся транспортники не скоро, а ждать… сами понимаете, лучше тут не задерживаться. Что касается «Пегаса»… К сожалению, он, то есть мы с Ниной не сможем вернуться на КРИ в ближайшее время и помочь вам с «Авророй», вы понимаете, о чём я?

– Да. Сколько у вас времени?

– Нам с Ниной нужно улетать в ближайшие часы, путь не близкий… не то что бы я беспокоюсь за взрослых людей, но я бы хотел, чтобы вы отдали приказ или распоряжение, от которого никто бы не стал отступать.

Гидеон усмехнулся.

– Чехов, правильно я понимаю, вы хотите, чтобы я официально заверил ваше личное мнение? Вы ведь и без меня знаете ответ, и сами давно всё решили.

– Да, – согласился Антон с улыбкой, – но я никому тут не начальник, кроме Нины, как я уже и сказал, и поэтому хочу услышать ваш вердикт. То есть приказ, конечно. Если этого не может Адмирал, думаю, ваше слово будет равно её слову.

– Хорошо, – сказал Гидеон после небольшой паузы, – я считаю, что Ричард Нейтан не может принять чип никакого корабля с «Новой Земли» или откуда бы то ни было ещё, потому что его миссия продолжить дело отца. – Он посмотрел на Ричарда. – Нейтан, серьёзно, я считаю, вы не должны больше рисковать. Это во-первых. А во-вторых, есть некоторые обстоятельства, которые ещё будут обсуждаться… Боюсь, «Гаусс» сейчас последнее, что вам нужно.

Ричард заметно расстроился.

– Да ладно… Сказали, что наказывать не хотите, даёте мне власть и при этом отбираете самое важное в моей жизни? Запрещаете летать? В чём логика?

– Ваши чувства мне понятны, – произнёс Гидеон, – когда я вступил на должность в Совете мне тоже пришлось отказаться от многого, что я считал самым важным в своей жизни, однако человечество важнее любых увлечений. Я всё понимаю, и всё же требую от вас взять на себя ответственность. Пусть чип «Гаусса» будет у Кристины Камо, она это заслужила, на «Гауссе» работал её отец, а вам и без того достанется самое большое космическое судно человечества. «Аврора», да и потом… разве я сказал, что вам запретят летать? Прилетите сюда, обсудим, а когда всё решится, летайте сколько влезет, но командовать «Авророй» вам придётся всё равно, – он замолчал, ожидая, что Ричард станет возражать, но тот молчал. Внимание Гидеона снова переключилось на Антона. – Чехов, для вас тоже есть обстоятельство… можно поговорить с вами наедине?

Антон взглядом попросил Ричарда уйти и обернулся, чтобы попросить о том же Лара, но у двери никого не оказалось.

– Мари, – сказал он, когда за Ричардом закрылась дверь, – мостик в полный защищённый режим, заблокировать любую возможность доступа к связи на мостике и ограничить любую возможность прослушивания, даже для второго пилота.

– Выполнено, капитан.

Гидеон терпеливо подождал, пока он закончит, потом сказал.

– Думаете, я сошёл с ума? По поводу Нейтана и его назначения?

– Нет, – честно ответил Антон, – мы это уже с вами обсуждали. Да и я с ним поговорил в присутствии Мари, и сам уже уверен, что это тот человек, с которым я подружился в детстве. Аур-эсинада действительно слишком сильно меняла его, но больше это не так. Я на вашей стороне и согласен во всём. Да, возможно, Ричард не станет лидером в этой битве и не сможет пойти против Елены или Томпсона, но и не отступит, я уверен.

– В том, что его нельзя допускать к решению вопроса с Еленой, я и так знаю, а вот пост командующего… это такой карт-бланш на руководство «Авророй». Подчиняться Ричард будет только Совету, а это тот ещё аттракцион, вам не кажется?

Антон вздохнул.

– У меня есть пара советов, если позволите. Впрочем, если не доверяете мне, Ригелианцам и Флёрсарин не верить нет причин. Если они сказали, что вылечили его, значит, так оно и есть. И всё же у меня есть пара идей.

– Да. говорите уже, – Гидеон ухмыльнулся, – и моё предложение занять пост в Совете ещё в силе…

– Упаси меня космос от вашего Совета, – перебил его Антон. – Я предлагаю реформировать Совет, чтобы все решения проходили исключительно через вас. Назначайте, управляйте, контролируйте, возьмите себе помощников из тех советников, кому можно безусловно доверять. Например, Диамант и Терри. Потом замените советника Блумфилда на его дочь. Его вина подтверждена, вы сами это знаете, а Тиана чиста и, несмотря на образование другого профиля, она хороший дипломат и неплохой человек. Про махинации отца Тиана ничего не знала, и про планы Ауро тоже, это легко проверить, в остальном… с Тианой легко договориться, её готовили к наследованию, и вы сможете вырастить из неё отличного коллегу. Остальных вы как-нибудь убедите или это поможет сделать советник Линь.

Гидеон долго молчал, потом покивал своим мыслям и произнёс.

– Да, признаться, я сам обо всём этом думал… Спасибо, я ценю ваши советы.

Антон кивнул.

– И ещё. Если Кристина примет «Гаусс», я хочу, чтобы вы позволили «Гауссу» не только принимать участие в захвате «Авроры», но и позволили Маргарите Лабуле, Тиане Блумфилд, Ричарду Нейтану и их другу сопровождать Кристину. Может быть, к ним захочет присоединиться Бобби Стилл, техник «Гаусса», прошу вас не препятствовать и этому.

– От вас одни проблемы, Чехов, которые вы не помогаете решать, – в глазах Гидеона сверкали лукавые огоньки, он потешался над ситуацией и не скрывал этого.

– Вы уже это говорили, – ответил Антон, перенимая его настроение.

– Да-а, но надо отдать вам должное, не было ещё от вас просьб, советов или информации, которые бы не приносили пользы. Только зачем вы сюда Нейтана приплели? У меня на него особые планы. Проблема тут…

– Какая?

– Ну раз мы тут секретничаем, – Гидеон улыбнулся, – спрошу ещё одного вашего совета. «Ястреб». Бортовая система отказывается принимать других пилотов, но без проблем реагирует на запись голоса Ричарда Нейтана и его сигнатуры. Я планирую поговорить об этом с адмиралом, когда она очнётся. Если она отдаст «Ястреб» в личное пользование командующего «Авроры», может быть, мы сможем тогда оформить это как мирный договор и полное взаимодействие без прежних разногласий. «Аврора» и «Новая Земля». Что думаете?

– Не уверен, что я уполномочен давать такие советы, – поражённо ответил Антон. – Вы серьёзно? А что если это активирует его болезнь? И не может ли так случится, что аур-эсинада…

– Вы задаёте правильные вопросы, Антон, – сказал Гидеон, – но я уже сам их задал нашим и ригелианским техникам. Нет, болезнь не вернётся, но может укрепить его дух и силы, дать надежду и стремления, которых у него сейчас нет. Вы не видите, Ричард сломлен…

– Мы все сломлены, – возразил Антон. – Мы с Ниной по второму разу потеряли близких, Камо и Стилл подверглись нападению хороших друзей, их выкинуло в космос на крейсере так же, как когда-то людей на «Авроре», у Тианы разбились розовые очки, Марго едва может ходить… Мы все, все здесь пострадали.

Гидеон не ответил. Он смотрел куда-то в сторону так долго, что Антон решил, он уже и не посмотрит на него, однако Гидеон обернулся.

– Вы сказали «если»? Если Кристина Камо примет чип… Кристина ещё не знает?

Антон виновато улыбнулся.

– И Нина. Я обсудил со всеми по-отдельности сегодня утром. Подумал, будет лучше, если я сначала узнаю мнение других и заручусь вашей поддержкой или услышу приказ адмирала, потому что, согласитесь, был шанс, что выбрать могли и Ричарда. Я понятия не имею, что произошло у вас там за время моего отсутствия, и, судя по информации, которую предоставили нам Акустико, произошло слишком много.

– Шанса не было, в глубине души вы должны были это понимать, – с лёгким укором сказал Гидеон. – Ни я, ни адмирал не отдали бы такого приказа. Я распоряжусь о приказе-назначении Кристины на «Гаусс», – Гидеон снова замолчал, о чём-то размышляя. – Что же я ещё хотел у вас спросить?.. А! Два вопроса. Что за друг будет в команде на «Гауссе»? Вы сказали Кристина, Тиана и их друг…

– Точно, совсем забыл… – Антон потёр переносицу, – это второй принц флёрсарин, Ларсион ук Сол. Вы могли видеть его в начале нашей связи, он стоял у двери.

Гидеон приоткрыл рот от удивления.

– Я не видел, прошу прощения.

– Есть вероятность, что это не ваша вина, – сказал Антон и объяснил. – Вообще-то принц Ларсион прибыл, чтобы сопровождать меня и Нину, куда бы мы ни отправились, но я уверен, что он очень хочет быть рядом с Маргаритой. То есть, мне кажется, что он, возможно, не последует за нами.

– За Маргаритой? Так это правда, что это она увела Ричарда Нейтана из-под носа Лагости Аки?

– Сам удивлён.

– Что ж, – Гидеон вздохнул, – второй принц… м-да… Впрочем, это может быть очень даже кстати. Вы уверены, что он выберет полететь на «Гауссе»?

– Есть небольшие сомнения на самом деле, – Антон пожал плечами, – но, я думаю, да. Он полетит с Маргаритой. А что, его присутствие что-то поменяет?

– Да и значительно. Дело в том, что Терри и Диамант в плохом состоянии, медики и системы не в силах вернуть их из комы и едва ли способны поддерживать их жизнь слишком долго. Сначала мы думали, всё будет хорошо, но ситуация стала ухудшаться и продолжает стремительно… Я знаю, что флрёрсарин, даже полукровка, способны на такое, чего не снилось никаким современным медицинским разработкам. Вы с ним поговорите?

– Да, конечно, я скажу ему, что вы просили о помощи…

– Спасибо, – Гидеон выдохнул с облегчением, – одной бедой меньше. Ещё кое-что. Я не стал спрашивать при Нейтане, но хочу знать, если это возможно. Куда вы летите? Почему «Пегас» не может вернуться на КРИ?

Антон улыбнулся себе под нос.

– Простите, советник, никто не должен знать, куда мы летим. Для вашей и нашей безопасности.

Гидеон поджал губы.

– Как скажешь. У нас свои дела, у вас свои, и я принимаю это, только пообещайте, что используете красный сигнал в случае необходимости.

– Обещаю.

Гидеон улыбнулся ему в последний раз и отсалютовал.

– Сияния звёзд, майор…

– И вечного мира, советник, – отозвался Антон.

Связь прервалась, и на мостик опустилась такая незыблемая тишина, что стало страшно. Была ли это пустота или неизвестность – не важно, обе одинаково пугали и обе одинаково сводили с ума.

* * *

После карты детализации Нина вернулась с Антоном на «Пегас», но когда на корабле с утра пораньше возник Ричард, она ушла, сославшись на желание побыть в одиночестве. На самом деле её гнало совсем другое чувство. За последние месяцы Нина столько раз оказывалась на краю, стояла над пропастью и даже по-настоящему падала в неё из портала, но ещё никогда она не испытывала такого отчаяния как сейчас. Мрачные мысли то и дело посещали её: ей то казалось, что они с Антоном не вернутся, то будто бы всё это ловушка, а иногда она доходила до того, что всерьёз проверяла не находится ли она до сих пор в системе. С МАРИ Нина почти не общалась и на время запретила ей считывать собственные показатели, но с кем-то поговорить хотелось, только вот с кем? Тревожить Кристину сейчас казалось не лучшим решением, рассказывать Антону о своих переживаниях было странно – между ними и без того было слишком много проблем и недосказанностей, чтобы добавлять ещё и эти, а говорить с остальными о личным было попросту глупо.

Так и не решив, кого хочет видеть, Нина села в первый свободный шаттл и отправилась исследовать станцию. Центральный компьютер «Иллариона» считывал её голосовую сигнатуру и пропускал в любые зоны со свободным доступом – так через четыре часа Нина и попала на смотровую площадку. Это была платформа в северном полушарии станции: маленькая, круглая и плоская она помещалась под полностью прозрачным куполом, открывающим вид на космическую бездну. На платформе росли такие же цветы, как в «саду» главы Конфедерации, где когда-то она встретила их в первый раз, пол был прозрачным и создавал полное ощущение, что цветы висят в воздухе. Атмосфера здесь не подходила для людей и не пропускала никаких звуков, кроме голосов Акустико, и потому Нина, плотно спрятанная в защитный костюм, только наблюдала. Она бродила между цветами и изредка останавливалась, чтобы запрокинуть голову и взглянуть в глаза звёздной бесконечности.

– Я не помешаю?

Нина как раз стояла, любуясь звёздами, когда голос Лара прозвучал прямо в её голове. Она почувствовала, что он рядом, и оглянулась.

– Простите, напугал, да? – Лар стоял в нескольких шагах от неё, в серебристом костюме, без шлема, губы его не шевелились, но слова звучали отчётливо. – Я хотел побыть один, а тут вы…

– Я тоже хотела, – Нина отвела взгляд и потянулась к высокому цветку, распустившему металлические лепестки, цветок вздрогнул и закрылся, – но почему-то рада вас видеть.

– Это взаимно, – сказал Лар и встал рядом с ней, плечом к плечу, заложил руки за спину.

Какое-то время они молчали: Нина чувствовала его присутствие, он будто бы давал ей возможность подумать и собирался с мыслями сам.

– Можно совет? – решившись, наконец, произнёс Лар.

– Совет хотите дать мне или попросить? – уточнила Нина.

Лар усмехнулся.

– Может быть, и то и другое… Скажите, Нина, вот если бы у вас были весы, на одной чаше которых лежали бы ваши отношения с Чеховым, а на другой долг перед человечеством. Какая бы чаша перевесила?

Нина мельком взглянула на него, насколько это было возможно в защитном костюме.

– К счастью, передо мной не стоит такой выбор. Я не знаю, как бы я сделала, но точно знаю, что привыкла полагаться на интуицию во многих вопросах и подкреплять её здравым смыслом и знаниями. Одно не идёт без другого, и нельзя сделать выбор между чёрным и белым, потому что чёрное и белое лишь грани, а всё остальное полутени. От этого никуда не деться.

Лар покивал своим мыслям.

– По сути вы сказали мне то же самое, что и все… – он задумчиво покусал нижнюю губу. – Вчера на нашей общей встрече я сказал, что мой долг последовать за вами, да вы и сами помните все эти разговоры моего брата, но сегодня я вынужден признать, что должен отправиться с другим кораблём.

– С другим? – Нина повернулась к нему. Она не знала ни о каком другом корабле, хотя оставалась с Антоном наедине, и он, наверняка, должен был с ней поделиться.

– С «Гауссом». Похоже чип корабля примет ваша подруга, Кристина Камо.

– Что? – у Нины упало сердце. – «Гаусс» полетит? Быть не может. Кто принял такое решение?

– Вы не знаете? Я думал… – Лар смутился, – простите, наверное, я не должен был говорить.

– Нет уж, скажите, – Нина скрестила руки на груди.

Лар помялся, но встретив её взгляд, согласился.

– Ладно. Антон Чехов предложил это и почти все одобрили, в том числе и начальство, которое связывалось с ним с «Новой Земли», если я не ошибаюсь.

– С «Новой Земли»? – Нина даже не поняла, что произнесла это вслух, но какая теперь была разница? Звук всё равно не проходил. – Помогите мне, – решение пришло само, и Нина высказала первую мысль, не желая дожидаться сомнений. Ей пришла в голову идея узнать всё, всё, о чём ещё Антон ей решил соврать или умолчать или как ещё это там называется!

– Чем? – Лар чувствовал себя виноватым, растерянным и смущённым одновременно. Нина была не только по-настоящему красивой женщиной, на его личный взгляд, но ещё и очень напоминала его мать по характеру, хотя самой Са-О-Ри он больше в ней не чувствовал. Нина восхищала его, но не так, как Марго, Нина вызывала душевный трепет и глубокое почтение, поэтому с ней хотелось держаться серьёзно и строго, как держался обычно его брат.

– Вы можете показать мне прошлое Антона? – выпалила Нина на одном дыхании. – Всё, что я не видела с момента нашей встречи на «Авроре» и моего назначения. Если это в ваших силах, прошу вас, – она вдруг вспомнила, что ему нельзя полностью использовать свою силу, но и Лар тоже об этом вспомнил.

– Благодаря Ричарду Нейтану и его идее создать стабилизатор, – сказал он, – я могу всё, что угодно. В рамках возможностей флёрсарин, конечно.

– И то, что я прошу, входит в эти возможности?

Лар достал стабилизатор из кармана и протянул ей.

– Держите это крепко, Нина, и используйте по необходимости, – он сделал шаг назад улыбнулся и, обратившись туманом, принял облик гуманоидного туманообразного существа в чёрном плаще, рубины глаз сверкнули под широким капюшоном. Один взмах туманных рук, и над ними раскинулся небольшой купол, такой, чтобы они могли стоять там в полный рост. – А теперь снимите шлем, мне придётся коснуться вашей кожи. Я тоже не всесилен. Нужен прямой контакт, – Лар подождал немного и, заметив сомнение в глазах Нины, добавил. – Здесь можно дышать.

Шлем щёлкнул, туманная рука потянулась к лицу Нины и невесомо коснулась щеки, а в следующий момент всё вспыхнуло белым, закрутилось и снова вспыхнуло, выкидывая Нину на «Аврору». Знакомые коридоры, кабинеты, и только дымка по краям, будто она находится в игре с полным погружением, не давала ей забыть, что всё это не по-настоящему. Нина увидела себя, как сбежала с занятий, как обедала с Кристиной, как получила назначение, как Антон встретился с Ричардом, как разговаривал с Кристиной на корабле, пока она чинила МАРИ, как обсуждал её назначение с Джоном Фармером, а потом… Её сердце чуть не разорвалось от боли и нежности, когда она поняла, как страшно Антон переживал их расставание, и едва не вскрикнула, когда он упал вместе с мусором, не в силах выбраться, и как потом Кристина в последний момент спасла его. Разговоры с Кейт, диалог с Гидеоном, хранители знака КРИ, новостные сводки, и вот, последнее, здесь, он говорит с Гидеоном…его тон звучит так, будто он контролирует ситуацию, будто он может контролировать каждого из них, хотя отрицает это. А может, Нине это просто кажется. Почему он не сказал? Почему же он не сказал? И почему он так… Вот он прошёл мимо, когда она ждала объятий, вот сослался на занятость, когда она ждала поцелуя, а тут на усталость. Они провели на «Илларионе» всего ничего, а он уже ведёт себя, как человек, которому с ней больше не интересно…

– Хватит! – выдохнула Нина и вынырнула из воспоминаний. Туман отступил, а вместе с ним и купол, Нина только и успела резко захлопнуть шлем, когда Лар перед ней стал бесформенным облаком и потёк серыми клубами по платформе. – Чёрт! – она обнаружила, что слёзы струятся по щекам и застилают обзор, когда попыталась активировать стабилизатор. С четвёртой попытки у неё это получилось.

Туман втянулся в него, сначала исчез совсем, а потом вырвался и сформировал гуманоидный облик флёрсарин, который мгновение спустя стал Ларом.

– Спасибо, – произнёс Лар, проверяя на себе серебристый костюм, и забрал стабилизатор обратно.

Нина всхлипнула и потянулась вытереть лицо, но наткнулась рукой на шлем и срочно сделала вид, что собиралась провести ладонью по стеклу.

– Вот скажите мне, – не выдержала она. Может быть, ей стоило выплакаться, может быть, вываливать свои переживания чужому человеку было неправильно, но Нина уже не могла терпеть. Просто не могла, – скажите! Сил моих нет. Вот, чисто гипотетически, если мужчина, человек, который постоянно менял женщин, внезапно влюбляется и долго добивается любимой женщины, разве может быть, что добившись он останется с ней?

– Я плохо разбираюсь в человеческих привязанностях, Нина, – искренне ответил Лар. – Но, если честно, думал, что так всегда и бывает. Это логично.

Нина хмыкнула.

– Точно. Вы не человек и не знаете, что люди не логичны. Любовь не логична. А такие мужчины быстро теряют интерес и ищут себе новый объект внимания. Для них это образ жизни. Добиваться и бросать.

Лар снисходительно улыбнулся и тут же презрительно подумал, что в стремлении подражать собственному брату заходит слишком далеко.