Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

– Безусловно, – кивнул повар. – Я уже этим занимаюсь. Но представлю вам кандидатуру на должность Главного Повара позже, когда выберу из тех трёх, кто сейчас тренируется под моим руководством.

Я улыбнулась и добавила:

– Андреас, я очень хочу приготовить шоколадный торт. Можно мне выделить кого-то, кто хоть немного понимает в десертах?

Шеф с достоинством кивнул и представил мне молодого поварёнка.

– Это Майкл, Ваше Высочество. Он знает, где что лежит, и поможет вам во всём.

Я повела Майкла к бассейну с водой и полюбовалась, как журчит вода по деревянным желобам, стекая в ёмкости с чистой водой. Вот бы ещё смеситель изобрести, чтобы экономить воду и мешать холодную с горячей. Но это нужно притащить в Эл сантехника из моего мира, а я пока этого не умею. Улыбнувшись своим мыслям, я проследила, чтобы юный Майкл помыл руки с мылом и сама сделала то же самое.

– Майкл, мне понадобится мука, сахар, соль, сода, какао-порошок… Так, что же ещё? – я порылась в памяти, восстанавливая в уме рецепт своего любимого торта. – Ещё нужен молотый кофе и рюмочка ароматного спиртного. Бренди или ром, что найдёшь! Запомнил?

Мальчик излишне старательно кивнул и убежал исполнять поручение. Я же пока заняла стол, где месили тесто и готовили выпечку, и приготовила большую деревянную миску, сито, а затем надела передник, висевший на крючке.

Тут же лежали яйца и стояла стеклянная бутылка с растительным маслом. Когда Майкл принёс требуемые продукты, я снова послала его в подвал: забыла про стручки ванили и молоко.

Сама же засучила рукава и не торопясь просеяла два стакана муки. Туда же добавила соду и полстакана какао-порошка. Венчиком перемешала сухую смесь и отставила.

К этому моменту вернулся Майкл и я велела ему взбить два стакана сахара с половиной стакана растительного масла. Путь будет сладко, сахара не жалеем! Пока он это делал, я подогревала пять столовых ложек молока со стручком ванили, чтобы оно впитало в себя нежный запах. На той же плите варила кофе – мне понадобится полноценная порция, целая кружка.

Когда Майкл хорошенько смешал масло и сахар, я велела добавить туда три яйца. И взбивать изо всех сил, чтобы смесь стала белая.

Пока мой заменитель планетарного миксера усердно трудился, я приготовила форму. Взяла медную, круглую, и от души намазала сливочным маслом. Потом подумала и присыпала мукой – так делала мама, ещё когда не было форм с тефлоновым покрытием и хорошей пергаментной бумаги.

Наконец цвет яичной смеси меня удовлетворил и я велела в два захода высыпать сухие ингредиенты с мукой. Получилась коричневатая жижа, которая уже пахла шоколадом. Но главное действо был впереди.

Я велела моему помощнику не останавливаться, а сама тонкой струйкой влила в тесто горячее ванильное молоко, потом порцию горячего кофе и в самом конце – рюмочку чёрного рома.

Весь секрет был именно в температуре жидкости и последовательности добавления. Молоко заваривает какао и превращает тесто в жидкий шоколад, а кофе придаёт дополнительный аромат. Пары алкоголя от горячего теста испаряются, оставляя только пикантную нотку, но зато как она играет в готовом тесте!

Я осторожно перелила тесто в форму – оно получается довольно жидким. Но когда поднимается в печи, то рвёт верхушку – почти всегда у готового коржа корочка трескается.

А сам бисквит получается влажный, пористый и сумасшедше-шоколадный. Более шоколадного шоколада я никогда не ела!

С большими предосторожностями – не расплескать бы драгоценное тесто – я поставила его в специальный шкаф с отдельной дверцей в печи – аналог нашей духовки, и перевернула песочные часы. Такое сокровище печётся не меньше часа, потому что там много масла и жидких ингредиентов.

Майкл смотрел во все глаза и запоминал – мне бы хотелось, чтобы потом он мог испечь этот торт для меня сам. С чувством выполненного долга я покинула кухню, велев Майклу вытащить бисквит, когда в часах кончится песок.

Никакого крема здесь было не нужно. И ждать, пока бисквит созреет через сутки, я не буду. Слопаю пирог ещё горячим, как есть. И, наверное, угощу Эйдана. Пусть попробует настоящий шоколадный бисквит. Пожалуй, он заслужил.

Глава 7

Глава 7

– Интересно, есть ли тут патентное право, – проговорила я вслух, поднимаясь с замковой кухни вверх в ожидании шоколадного пирога. – Может быть, я не с того начала в своей кондитерской? Стоило оформить патенты на мои десерты, чтобы никто не мог безнаказанно их воровать. А я поторопилась, наломала дров и потерпела поражение.

Удовольствие, которое я испытала, погрузившись в выпечку, отвлекло меня от мыслей о свадьбе и об Эйдане. Это же так просто – проводить дни, занимаясь тем, что тебе нравится. Кормить людей, изобретать новые рецепты. Даже если твоя личная жизнь не удалась – всегда есть профессия. То, в чём ты действительно хороша.

Я решила послать слуг в Торговую Палату и пригласить ко мне ответственного чиновника. Пусть по-человечески объяснит, как следовало поступить. Теперь, когда я титулованная принцесса, со мной точно будут разговаривать по-другому!

С этой мыслью я шла к кабинету Эйдана – чтобы застать там лорда Хантера. Попрошу его позаботиться об этом, раз уж он первый советник короля. Незачем тревожить моего жениха, пусть занимается важными государственными делами.

К моему удивлению, ни церемониймейстера, ни лакея возле королевских апартаментов не оказалось. Зато я услышала голоса двух мужчин, которые спорили на повышенных тонах. Движимая порывом, я тихонько прильнула к двери и вся обратилась в слух.

– Ты перестал себя контролировать! – жёстко проговорил один. – Ты знаешь, чем это может кончиться! Так нельзя!

– Ты забываешься! – отвечал второй. – Я прекрасно осознаю всё, что я делаю. Не ты ли предложил мне этот выход? Ты первый придумал наш план!

– Я не думал, что ты зайдёшь так далеко! Ещё чуть-чуть, и последствия нельзя будет скрыть!

Неожиданно дверь распахнулась и я отпрянула, чуть не получив тяжёлой створкой по лицу.

– Что ты тут делаешь? – рявкнул Эйдан, вылетая из кабинета и увидев, что я подслушивала разговор. – Разве ты не знаешь, что подслушивать опасно для здоровья?

Глаза его пылали, и в глубине их разгоралась зеленоватая искорка. Мне стало не по себе. Эйдан сделал пару глубоких вдохов, успокаиваясь, и сказал уже тише:

– Как твоё самочувствие? Отошла после дороги?

Я кивнула, не в силах заговорить. Мне казалось, что если я издам хоть звук, он обязательно окажется писклявым и чужим.

Следом за Эйданом быстрым шагом вышел лорд Хантер, тяжело дыша и не глядя на меня. Он быстро кивнул и скрылся за поворотом. У меня все просьбы вылетели из головы.

– Пожалуй, я пойду, – пропищала я и тоже устремилась в коридор вслед за Хантером. Он показался мне менее опасным в этой ситуации, чем Эйдан.

Услышав, как за спиной захлопнулась дверь, я ускорила шаг.

– Лорд Хантер! – впереди я слышала его шаги, и потому позвала громче: – Джеймс! Постойте!

Он остановился и ждал меня за следующим поворотом. Спокойный и доброжелательный, он внимательно смотрел на меня своим единственным глазом и терпеливо ждал, когда я подойду.

– Лорд Хантер, я шла к вам с просьбой. Если у вас есть время…

– Я вас слушаю, – вежливо перебил он.

– Мне необходимо разобраться с делами кондитерской… «Сахар и мёд». И я хотела бы, чтобы ответственный чиновник навестил меня со всеми документами и помог узнать о некоторых юридических тонкостях. Если это возможно.

К концу речи я растеряла всю свою уверенность, потому что Хантер преувеличенно внимательно смотрел на меня. Мне тут же показалось, что я занимаюсь глупостями. Поэтому в конце я сдобрила просьбу лёгкой улыбкой.

– Если вам удобно, я пришлю к вам министра по торговым делам завтра же, – отрывисто сказал он.

– Не надо министра, – попросила я. – Можно того чиновника, что занимался моим делом. Мне нужен тот, кто действительно разбирается в вопросе, в полевых условиях.

Лёгкая усмешка тронула губы Хантера, и он кивнул.

– Это всё?

– Да, – пробормотала я, окончательно смущаясь.

– Лекарь вам не нужен? – неожиданно спросил он и я нахмурила брови.

– Нет, спасибо! Я прекрасно себя чувствую! – скромно улыбнулась, присела в небольшом реверансе, как перед королём, и почти сбежала от него, устремившись вперёд по коридору. И пока шла, мне казалось, что он озадаченно смотрит мне вслед.

* * *

В покоях меня ждал шоколадный пирог. Он остывал под чистой холщовой тканью, а рядом стоял кофейник и молочник.

Я обрадовалась такой заботе и присела у окна, велев Юли подать кофе за столик у окна. Пирог оказался именно таким, каким я его помнила. Пористый, влажный, он крошился в руках, пока горничная резала его острым ножом. Аромат наполнил комнату, и я мгновенно успокоилась.

Ну и что с того, что меня застали за подслушиванием? Я такой же человек, как и все, и могу иногда ошибаться. Было стыдно в глубине души, но ещё больше бесило то, что я не понимала о чём речь. Голоса мужчин звучали приглушённо, и я даже не понимала, кто кого упрекал – Эйдан Хантера или наоборот? О каком плане они говорили? Что за контроль имелся в виду?

Я вонзила зубы в шоколадную мякоть и застонала от удовольствия. Всё же вкусная еда не просто питает и приносит наслаждение. Иногда она помогает почувствовать, что ты хоть что-то в этой жизни контролируешь.

После того, как я умяла целых два куска шоколадного пирога, мне пришло в голову угостить им леди Анну. Эту даму я больше других хотела увидеть после своего возвращения, потому что у меня к ней было много вопросов. И прежде всего мне хотелось расспросить её о Бри.

Но всё пошло не так, как я надеялась.

В прекрасном расположении духа я шла к потайной калитке между нашими замками. Пирог грел руку, завернутый в чистую ткань и заботливо положенный на дно ивовой корзинки. Я улыбалась и предвкушала встречу с пожилой дамой. Я надеялась, что она простит мне такое вторжение, без предупреждения и не по протоколу.

Леди Анну я увидела сразу, как открыла калитку своим ключом и попала на её территорию. Она стояла возле розового куста и осторожно срезала огромными ножницами завядшие бутоны, аккуратно складывая их в корзинку у своих ног. На ней было лёгкое ситцевое платье, скорее удобное, чем нарядное. Рукава закатаны, а спереди повязан передник.

Она удивлённо уставилась на меня, но глаза её уже тронула улыбка.

– Принцесса Евгения! Как я рада вас видеть в полном здравии! – улыбнулась она и подошла, чтобы легко обнять и чмокнуть в щёку. – Я рада, что вы уже вернулись в Эльмарион.

– Я тоже рада видеть вас в хорошем расположении духа. И ещё принесла вам пирог, который испекла собственноручно. Он шоколадный, и ещё тёплый! Надеюсь, вы простите мне вторжение, – улыбнулась я в ответ.

Леди Анна тут же заверила меня, что очень рада визиту и тоже против формальностей.

Она провела меня в беседку, где тут же накрыли стол, принесли лимонад и нарезали мой пирог порционными кусочками.

– Леди Анна, вы же знали моего отца? – решила я начать издалека. – Расскажите о нём. Каким он был королём?

Хозяйка не торопилась отвечать, смакуя шоколадный кусочек, прикрыв глаза от удовольствия.

– Меня так давно никто о нём не спрашивал, – наконец произнесла она. – Я не видела его много лет, но у меня в памяти он остался как один из самых приятных людей на земле. Он рано стал королём, и ему было трудно поначалу. Но он справлялся.

Глаза герцогини заволокло пеленой, и она помолчала, будто не зная, что ещё сказать.

– Мне показали ту пещеру, – начала я, боясь продолжить. Голос изменил мне.

– Да, это должно было рано или поздно произойти. Просто чудо, что появилась ты – его прямая наследница. Впрочем, у Георга не мог появится плохой ребёнок. Он был чудесным человеком и хорошим королём. Может быть, слегка доверчивым…

– Так странно слышать от вас такие слова. Все остальные уверены, что это он убил тех детей, накапливая магию…

Леди Анна накрыла мою ладонь тёплой рукой и проговорила, заглядывая в глаза.

– Верь себе, девочка, и никому больше. Если ты веришь, что твой отец невиновен – так оно и есть. Я тоже не верила, но разве кто слушал тогда молоденькую девушку?

– А что стало с его невестой, леди Элизабет Сомс? – спросила я, вспомнив её имя из газет и протокола заседания Совета лордов.

– Очевидно, она вышла замуж. Откуда ты про неё знаешь?

– Я читала газеты того времени и ещё несколько документов. Но всё равно ничего не поняла.

Леди Анна вздохнула, ничего не сказав. Отпила лимонад, пригладила волосы.

– Магия, как и религия, Евгения, плохо изучена в нашем мире. Её не принято разглядывать и описывать. Она просто есть, как воздух. Поэтому долгое время никто не понимал процессов, которые протекают с помощью магии. А так как люди обманом завладели магическими способностями, покорив коренной народ Эла и истребив его, то и секреты нам не достались. Если кто и знает до конца, на что способны наши артефакты, так это те, кто навсегда ушли с острова под землю.

Я молча слушала, не до конца понимая, куда она клонит.

– Есть то, что стало понятно со временем. То, что ты излучаешь магически в мир, всегда к тебе возвращается. Поэтому магию можно впитать в себя, а можно отдать. И такие люди, как правило, сильно страдают при этом. Если ты тратишь много магии на нужды королевства – как это делал твой отец – то тебе нужно как-то восполнять ресурсы. Считается, что твой отец умел высасывать магию из детей, так как они беззащитны перед взрослым. А король Ричард Пятый научился высасывать магию из самого Эла – с помощью синего песка. В конце концов, и бывший король, и узурпатор закончили свои дни одинаково.

– Это я понимаю. А что стало с Элизабет? – нетерпеливо переспросила я. Герцогиня явно стремилась увести разговор в сторону.

– Наверное, она тоже лишилась своей магии и посвятила себя новому мужу и семье. В конце концов, жизнь не заканчивается, если уходит один человек.

– Вы думаете, что мой отец похитил и её магию? – удивлённо переспросила я.

– Нет, что ты, – улыбнулась она. – Но если она его любила – то магия сама могла исчезнуть из её жизни, не находишь? И она просто доживает свои дни, подрезая розовые бутоны и радуясь простому солнечному дню.

Яркая догадка поразила меня, и я выпалила:

– Элизабет Сомс – это вы, да?

Леди Анна прикрыла глаза, будто бы от солнца, а когда открыла, я прочитала в них ответ. Сразу всё стало ясно – и её расспросы о том, как мой отец жил там, в моем мире. Любил ли мою маму, почему рано умер…

– Но как вы оказались… Анной? И почему?

– Меня звали Анна Элизабет Сомс, и я просто взяла своё первое имя при замужестве, – хрипло проговорила она, вытирая набежавшую слезу. – Никогда не думала, что ещё раз услышу своё настоящее имя из чужих уст.

– Вы любили его? – я тронула её за руку, и мне вдруг стало невыносимо жаль её. А ещё я чувствовала радость от того, что нашла человека, который знал моего отца и не обвинял его во всех смертных грехах.

– Да, – просто призналась она. – И сейчас люблю. Его портрет до сих пор висит в моей комнате.

Я кивнула. Значит, я не ошиблась, когда в видении ворона увидела портрет в будуаре герцогини. Просто там рыжий Георг был ещё молод, и я не помнила таким своего отца.

– Тогда как же вы… вышли замуж за герцога Арронского?

Она снова вздохнула, будто решая, стоит ли мне рассказать ещё что-то. Мне же хотелось хорошенько её встряхнуть и заставить говорить любой ценой.

– Если я всё тебе расскажу, Евгения, то только при условии сохранения тайны. Я прожила так много лет не потому, что была импульсивна и рассказывала всем то, что знаю. Ты должна поклясться, что никому не скажешь того, что услышишь от меня.

Я не сомневалась ни минуты.

– Клянусь! Ни одна живая душа не узнает от меня то, о чём вы мне поведаете!

– Давай позовём служанку, пусть накроет нам обед. Твой пирог хорош, но разговор предстоит долгий.

Я согласилась, и мы сидели в тишине всё то время, что слуги сновали туда-сюда с подносами и приносили миски для омовения рук. Леди Анна собиралась с мыслями, и я не мешала ей. Просто смотрела и пыталась представить, как она выглядела, когда была совсем молоденькой, и что мог чувствовать к ней мой папа.

– Мы были помолвлены с Георгом с детства. Он был единственным наследником правящей династии, а я – дочерью ближайшего сподвижника его отца. Наши семьи дружили, и мы быстро привыкли к мысли о том, что когда-нибудь поженимся. Отец Георга, король Карл Третий, открыл Королевскую школу для мальчиков, и на время обучения твоего отца мы отдалились. Мальчики из благородных семей уезжали туда на несколько лет и были оторваны от своих семей. Но после того, как Георг закончил школу и обрёл магические способности, мы встретились снова. Нам было по семнадцать лет. И вот тогда я уже влюбилась в него по-настоящему!

– А разве магические способности не обретаются при рождении? – спросила я у герцогини.

– Нет. Они проявляются либо при достижении совершеннолетия в двадцать один год, либо чуть раньше, благодаря магическим практикам.

– У папы тоже был Лиловый огонь? – спросила я.

– Да, – подтвердила леди Анна. – И у мальчиков Маклейн тоже. Когда-то давно их семьи породнились, и Лиловая магия стала проявляться и у северных лордов.

Понятно, почему Роберт принял меня за свою родственницу. Хотя, конечно, вряд ли. Я – рыжая, и он прекрасно знал, что всех рыжих на острове истребляли вслед за королевской семьёй. Скорее, просто играл на публику, чтобы я поверила, что я – его сестра и не строила романтических планов на его счёт. Засранец!

– Георг стал королём в восемнадцать лет, когда его отец на охоте напоролся на кабана и истёк кровью. Эта нелепая смерть поставила крест на всей династии Эллингов, потому что Георг не был готов к такой ответственности. Он только выпустился из школы и между нами вспыхнула любовь. Мы строили планы на жизнь, и он надеялся подготовиться к своему правлению, пока его отец крепко держал в своих руках всё королевство. Но получилось по-другому.

Леди Анна прервалась, чтобы допить бокал с водой, который ей принесли вместе с обедом. Но она не притронулась к еде, как и я. Просто кусок в горло не лез.

– После смерти отца советники старого короля начали наседать на Георга, навязывая ему свою волю. И он несколько лет занимался тем, что менял своё окружение. В конце концов вокруг него оказались люди, с которыми он дружил в Королевской школе. Они быстро прибрали к рукам важнейшие должности и стали наводить свои порядки в стране. То, что отстраивалось веками, начало рушиться. Но это я понимаю уже сейчас, сотни раз прокручивая в голове случившееся. Что-то я узнала потом, через много лет. О чём-то догадалась, но доказательств нет. Но точно одно – вокруг короля собрались люди, которые хотели только личной выгоды и им было плевать на государство. Они были молоды и агрессивны.

– Неужели отец не видел, что всё рушится? – спросила я.

– Не знаю, милая Евгения. Мы с ним не говорили о скучных делах. Мы говорили о любви и о детях, целовались украдкой и жили только ожиданием свадьбы. Как ты сейчас, – и леди Анна остро взглянула в мою сторону.

Я удержалась от саркастической улыбки и просто пропустила замечание мимо ушей, взглядом умоляя её продолжать.

– В конце концов я поняла, что ближайший советник твоего отца – лорд Хантер – положил на меня глаз. Он ухаживал за мной, несмотря на то, что я постоянно напоминала ему, что я королевская невеста.

– Лорд Хантер? – я в ужасе уставилась на неё, сопоставив все факты. – Отец Джеймса?

– Да. Как видишь, он добился своего. Я всё-таки вышла за него замуж.

Я откинулась на спинку садовой скамейки, переваривая услышанное.

– Вы думаете, что против отца составили заговор… из-за любви к вам?

Леди Анна грустно улыбнулась, снова тронув меня за руку.

– Наверное, это было бы слишком самонадеянно. Но я думаю, что каждый заговорщик преследовал свои цели. Хантер хотел заполучить меня, а Ричард Орбрук – престол. Я думаю, что в заговоре ещё участвовал Маклейн-старший и кто-то из Монро. И потом, после того, как Ричард занял престол, он стал устранять тех, что помогал свергнуть Георга. Так и осиротели мальчики Монро и Маклейн.

Я втянула носом воздух, чтобы сбросить напряжение. Так вот оно что!

– Если говорить совсем честно, Джейн, то я думаю, что Ричард изобрел способ как-то вытягивать магию из людей, и та пещера с детьми – его рук дело. Когда всё вскрылось, он подставил Георга и умело обратил народный гнев против него.

– Но отец сумел сбежать…

– Это я подстроила его побег. И дверь в ваш мир открыла для него я. Из-за потрясения у меня открылись магические способности. Только никто здесь не умел ими управлять. Многие до сих пор не знают, на что я способна. Запомни, Евгения, лучше хранить в тайне то, что ты умеешь. Иногда это может спасти жизнь.

– Извините, леди Анна… но если вы умеете открывать двери в другие миры, то Бри…

– Да, ты всё верно поняла, моя дорогая. Бри – моя дочь. Она незаконнорожденный ребёнок Георга и твоя сестра.