Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

Соавторы: Анна Чернышева,Андрей Ефремов,Сергей Савинков,Инна Ласточка,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 187 (всего у книги 348 страниц)

Глава 19. Обратный отсчет

От тела Елены осталась одна оболочка, когда Нина и Антон закрыли его в отсеке сброса мусора и подожгли – эфир вытек и испарился, оставив серую безликую массу. Нина не плакала, лишь ощущала досаду и пустоту, какая бывает после полыхнувшей ненависти. Во все века месть не приносила людям ни спасения, ни облегчения, и Нине не принесла: Джона Фармера, Эмилию, Кристофера Нейтана, семью Антона и Землю было уже не вернуть. Антон стоял рядом с Ниной у закрытого шлюза и смотрел сквозь стекло на пламя, ощущал тоску и боль в плече. Рана оказалась серьёзнее, чем он думал. Елена была слишком близко, сгусток энергии прошёл насквозь – медицинская капсула залатала его как смогла, но для полного лечения потребовала системного и длительного подхода, от которого Антон отказался. Сейчас не было времени болеть. А ещё он сожалел. Не о себе, о том, что могло быть. Елена могла быть хорошей матерью, но не стала. Могла быть хорошим человеком, и не сумела этого. Вспомнилось из старых сводок истории Земли, как животные принимали и опекали детей других видов, помогали им выжить: от котят, воспитанных собаками, до детей, выращенных в волчьей стае, – хотя последнее Антон считал полной выдумкой. И всё же, всё же. Елена могла бы стать Ричарду и Кристоферу семьёй, но выбрала другой путь.

– Внимание, – вдруг сказала МАРИ, – красный сигнал принят, отмена тревоги. Военные крейсеры Ригеля и «Авроры» перекрыли путь кораблям Ауро, к нам присоединяются «Гаусс» и «Ястреб».

– Что? – Антон обернулся и наткнулся на голографическую фигуру МАРИ в лиловом платье, отшатнулся и схватился за сердце. – Напугала!

– Простите, капитан, – она встретилась взглядом с Ниной и улыбнулась ей.

– Заговорщицы, – проворчал Антон, шумно выдохнул и прошёл прямо сквозь МАРИ. – Запроси связь с «Гауссом» и «Ястребом», переведи на мостик.

– Выполняю.

– Что ты хочешь сделать? – Нина пошла за ним.

– Зачем здесь исследовательские корабли? Если им приказано лететь с нами, я против, – говорил Антон на ходу, – мы понятия не имеем, что там впереди, и подвергать опасности сразу всех пилотов-одиночек, не очень хорошая стратегия.

– Подожди-подожди, – Нина схватила его за руку, остановила и обратилась к МАРИ. – Мари, отмени пока связь.

– Не… – начал было Антон.

– Сначала поговорим, – перебила его Нина. – Ты что, хочешь лететь по маршруту? Сейчас?

– А что делать? – Антон пожал плечами. Если ригелианцы и наши преградили путь кораблям-преследователям, опасаться нечего. Они как минимум задержат Ауро, как максимум разнесут их к чертям. Мы всё ещё можем сделать всё одни. И должны.

– Нет, – Нина коснулась цепочки кулона на шее. – Я чувствую, что всё правильно… Знаю, ты сейчас скажешь, что в нашем деле непрофессионально опираться на чувства, но давай всё же попробуем? – она посмотрела ему в глаза и, увидев в них обречённое согласие, перевела взгляд вверх. – Мари, ты сказала, мы проходим астероидные пояса. Что за ними?

– Неизвестно, лейтенант. Территория не исследована, в конфедерации считается, что это радиоактивная зона, однако, последние сведения об этом были внесены в общий реестр конфедерации около восьми тысяч лет назад.

Нина снова выразительно взглянула на Антона.

– Восемь тысяч! – повторила она.

Антон кивнул – в последнее время он приноровился угадывать, что Нина имеет в виду, хотя и не без помощи чипа, конечно.

– Мари, а координаты, которые мы открыли на Неллее, находятся за вторым поясом?

– Да, капитан, – сказала МАРИ, – прямо по курсу за вторым астероидным поясом, в центре.

– В центре? – удивился Антон. – Хочешь сказать, наши координаты являются гравитационным центром астероидных поясов?

– Да капитан.

Нина покивала своим мыслям.

– Как только заговорили про радиацию, я что-то такое и предполагала. Интересно, почему никто не проверил это место раньше?

– Слишком очевидно или слишком опасно… – предположил Антон.

– Но если Извлекатель там… – Нина нахмурилась, – нам нельзя отказываться от помощи. «Гаусс» и «Ястреб» пришли к нам на помощь, на красный сигнал. Ты не думал, что это может быть задумано твоей бабушкой? Может, так нужно?

Антон вздохнул.

– Я уже не знаю, как там было задумано, и что вообще мы делаем, но ладно. Давай для начала поговорим с ними. Мари, активируй прерванный запрос связи.

– Выполняю.

* * *

– Вот, ты доволен⁈ – сказал Лар брату, когда они остались одни.

Пока летели на красный сигнал, Марго выпросила у Крис каюту, чтобы поспать в тишине, и действительно уснула, Бобби и Крис ушли на мостик, а больше никого на «Гауссе» и не осталось.

– Доволен чем? – его человеческая фигура возвышалась у стола.

Лар сидел на стуле, глядя на него снизу вверх.

– Тем, что я выполняю твой приказ и лечу за информацией?

– Почему я должен быть этим доволен? Это твой долг, и я не понимаю, почему ты решил, что можешь пойти против долга?

– Я пошёл не против долга, а по своему пути! – возразил Лар. – Мать тебе не говорила?

Мейксанейро взглянул на него, будто впервые увидел по-настоящему.

– А что она говорила тебе? Наследник я.

– Да, – согласился Лар, – я просто встретил её в карте детализации, остаточный эффект её силы, и знаешь, какую интересную вещь она мне сказала?

Мейксанейро качнул головой.

– Какую?

– Следовать за своим сердцем – наше предназначение, – Лар развёл руками.

Мейксанейро усмехнулся.

– У нас нет сердца, Флёрсарин не люди. И не говори со мной на языке людей.

– А какая разница? – пожал плечами Лар. – Ты ведь понимаешь в совершенстве любой язык.

– Да, но у нас есть свой. Язык есть, сердца нет.

– Пусть так, – сказал Лар, – но ты его чувствуешь. Не отрицай. Я знаю.

Мейксанейро тяжело вздохнул. Возразить ему было нечего – надевая человеческий облик, он всегда чувствовал себя собой и будто бы более защищённым, чем в своей истинной форме. Это упоминали и другие флёрсарин, ещё способные менять форму.

– Что ещё? Что она ещё сказала? – Мейксанейро хотелось продолжать говорить, правота брата не только ранила его, но и в какой-то степени вызывала зависть.

– Что идти за информацией нужно тебе, – в лоб ответил Лар. – Лишь тому даются знания прошлого, лишь тот сможет стать хранителем, кто сам отправится на поиски этих знаний, кто сам погрузиться в глубины памяти. Сам, понимаешь? Чтобы стать правителем, хранителем, чтобы вывести наш народ из чёрной бездны, ты должен идти по этому пути сам. Не я.

Мейксанейро долго молчал, потом сказал.

– Мне следовало догадаться.

На некоторое время между ними опустилась тишина – не напряжённая, но и не спокойная. Как братья, как флёрсарин, они чувствовали друг друга и не могли не принять живые эмоции друг друга, не найти друг в друге то общее, чего раньше не видели. Мейксанейро неотрывно смотрел на брата, думал и думал, но Лар не читал его мыслей и не хотел их знать, лишь чувствовал, как эмоции откликаются в них обоих.

– Ты хоть понимаешь, что сделал на Ауро-эс? – неожиданно спросил Мейксанейро, меняя тему.

Лар покачал головой.

– Я правда ничего не помню.

– Искренность за искренность, – Мейксанейро сел напротив него, – ты вобрал в себя мощь умирающей планеты и цветка. Цветка перерождений, пусть и извращённого Ауро. И в этот момент с тобой был человек.

– Ну и что? Мне от этого не легче, – ответил Лар. – Когда мы попрощались с тобой, Ричард Нейтан отвёз нас в систему Исса, где мне сделали стабилизатор, я мог обходиться без тебя, использовать силу. А что теперь? Стабилизатор уничтожен, и сделают ли мне новый, ещё вопрос. И получится ли его сделать вообще.

– Стабилизатор уничтожен, потому что он тебе больше не нужен. Ты ничего не помнишь, но твои воспоминания целы, они лежат глубоко внутри, и я могу их посмотреть.

– Можешь или уже? – Лар состроил скептическую мину. – Ты уже сделал это, как всегда и без разрешения.

Мейсанейро поджал губы.

– Да. Каюсь. Это правда. Но ты действительно должен это видеть, ты должен, Ларсион.

– Мейс… – сказал Лар, но взглянул ему в глаза и передумал. – Ладно, показывай.

* * *

На смотровом стекле в двух окнах транслировалось изображение с «Гаусса» и «Ястреба».

– Так, – сказал Антон, останавливая поток объяснений. – Всё по порядку. Гидеон отправил вас сопровождать нас в точку назначения. Почему он? Почему не адмирал?

– Она без сознания, – сказала Крис и тут же, предупреждая его вопросы, добавила. – Она жива, ей ничего не угрожает.

– Ладно, но я всё равно не понял, почему Гидеон отдаёт распоряжения за неё?

Кристина переглянулась с Бобби, Ричард заметно замялся.

– Это очень любопытная история… – произнёс Ричард.

Крис прикрыла рот рукой.

– Пока вы были вне доступа, мы с Бобби поженились.

Нина ахнула.

– Крис! Как ты могла мне не сказать⁈

– Да, потом поздравишь, – отмахнулась та. – Важна, не наша свадьба, а то, что она состоялась одновременно со свадьбой советников Терри и Диамант.

Антон и Нина переглянулись.

– А заодно одновременно со свадьбой Кейт и Гидеона, – сказал Ричард то, на что Кристина так и не решилась.

Антон растрепал пятернёй волосы и усмехнулся.

– Так, пока идёт война, вы веселитесь! Неожиданно, конечно.

– Не то слово… – пробормотала Нина.

– Ну вы-то нам про свои делишки не рассказываете, – Крис соединила кончики двух указательных пальцев и рассмеялась, когда Нина вспыхнула и отвернулась, скрестив руки на груди.

– Замечательно, никто не делится своей личной жизнью, только чужой… оке-е-ей, – ехидно протянул Антон. – Ладно. Опустим детали. Значит, можно считать, что распоряжения Гидеона теперь имеют такую же силу, что и распоряжения Кейт?

– Считать можно, – ответил Ричард, – только в законах это пока не прописано. У нас тут в Совет вступили дети, ситуация на «Авроре» не очень стабильная, на «Новой Земле» ещё хуже, там ремонт, поэтому пока так.

– Тогда какого чёрта ты здесь? – высказался Антон. – Если на «Авроре» шаром покати и дети в Совете?

– Я здесь по приказу Совета, конечно. Ну и там не одни только дети, Тиана, вот, теперь советник, Гидеон, наши молодожёны…

– А, – Антон тихо рассмеялся, – значит, дети, всё-таки там не все… – он качнул головой, – хотя насчёт Тианы я бы поспорил. Да и тебя из-за корабля с обоих сторон прижали. Хотел как лучше, а получилось как всегда?

– Да, – Ричард почесал затылок, – когда принимал корабль, ни о чём другом не думал, да и я, в конце концов, своего добился. Летать мне разрешили.

– Да… – улыбнулся Антон.

– До выхода в неисследованную зоны пятнадцать минут, – произнесла МАРИ, вторя бортовым системам «Гаусса» и «Ястреба».

– Так что мы летим с тобой, – добавил Ричард. – это не обсуждается, что бы там ни было.

– Там скорее всего штука, которую придётся уничтожить, – сказал Антон. – Летите. Так уж и быть. Нам будет нужна защита, тем более если наши не справятся с Ауро, – он вздохнул, – защита или хотя бы время.

– Мы вам его дадим, – заверила Кристина.

– Поддерживаю, – отозвался Ричард.

Антон кивнул.

– Тогда, вперёд. Держим связь и надеемся на лучшее.

– Сияния звёзд и вечного мира, – одновременно произнесли Кристина и Ричард и отключились.

* * *

– Что это значит? – Лар сидел, опираясь на стол и приложив ладонь ко лбу. – Мейс объясни мне, что за чушь⁈

Мейксанейро покачал головой.

– Я не знаю, Ларсион, но это не чушь. Я почувствовал рождение звезды, и это всё, что мне об этом известно. Са-О-Ри знала, знала о нас и людях что-то такое, что-то важное. В последний раз она сказала мне, что я ещё не готов это принять, и что мы вступаем в великую новую эру бытия, что скоро всё изменится… Признаюсь, я ревновал её к тебе… ревновал, кажется так говорят люди… и ревновал её к Александре, но в Александре был ключ, и, возможно, мы в шаге от этой истины.

– Война, похожая на эту, сама по себе уже говорит о переменах. Новая эра… – Лар вздохнул. – Я ничего не понимаю, Маргарита человек, как она могла надеть плащ флёрсарин?

– И тем не менее она его надела, и не просто какой-то серый или чёрный… это багровый плащ. Багровый. Впервые за миллионы лет. Никто, кроме прежних наших правительниц не надевал багрового плаща, даже у матери был чёрный.

Лар обхватил ладонью подбородок.

– Нам нужно успокоиться, – сказал Мейксанейро, – и посмотреть, что будет дальше, что за информация явится нам.

– Я тут подумал, – Лар поднял голову, – а что, если информация для хранителя, которую мы ищем, эти пресловутые древние знания находятся не в сосуде? Что если они будут переданы напрямую?

Мейксанейро опустил взгляд.

– Я не знаю. Я, правда, не знаю, брат мой. Только звёзды укажут нам путь.

* * *

Второй пояс из мусора и камней закончился, и команды всех трёх кораблей обратили свои взоры вперёд… в пустое чёрное пространство. Вокруг действительно не было ничего, и даже радары не определяли в этой пустоте ни единого предмета, космического тела, мусора или любого объекта.

– Мари, – Антон вздохнул, – сколько до координат? Почему ничего не видно?

– До точки назначения сто километров. Ничего не видно, потому что здесь ничего нет.

– Это я и так вижу, – вздохнул Антон. – Свяжи меня с «Гауссом» и «Ястребом» и просканируй пространство вокруг по всем параметрам. Вообще всем.

– Выполняю.

Зашипела фоновая радиация и на смотровом стекле появились нечёткие дёргающиеся окошечки связи с Кристиной и Ричардрм.

– Вы… что-нибудь… видите? – спросил Ричард. Его голос двоился, прерывался и пропадал.

– Ну и связь! – проворчала Кристина. – Похоже тут и правда полным-полно радиации.

– Или стоит защитное поле, искажающее сигналы, – предположила Нина.

Антон улыбнулся.

– Тоже так думаю, – он откашлялся и сделался серьёзным. – Ребят… Рич, Крис, идём прямо, до указанной на карте точки, дальше будем думать… – он устало потёр переносицу.

– А дальше думать и не надо, – внезапно чётко сказала Крис. Сигнал восстановился, окошки пришли в норму, и Нина вручную уменьшила и раздвинула их в сторону, чтобы видеть космическое пространство за смотровым стеклом.

Антон поднял взгляд и замер, как и все остальные. Перед ними в бескрайнем чёрном пространстве мерцала маленькая шпилька, похожая на детскую золотую юлу или заколку для волос с китайским фонариком.

– Что это? – завороженно произнесла Нина.

– Видимо то, что мы ищем, – Антон взволнованно сглотнул и встал. – Давайте условимся, друзья, это всегда была наша с Ниной миссия, и, что бы ни случилось, я буду отдавать приказы, и вы их будете выполнять. Без вопросов. Тем более, что среди нас всех у меня самое высокое звание.

Кристина фыркнула.

– Ну, не самое. Со мной на корабле, например, майор Стилл…

– Я не буду командовать! – со смехом крикнул Бобби из-за спины Крис. – Не впутывай меня в это. Я техник.

– Ну ладно, ты не будешь, а у меня ещё есть аргументы. На «Гауссе» вместе с нами летят оба принца Флёрсарин.

Антон поперхнулся, как и Нина.

– И Марго с вами? – спросила она.

– Да и Марго, – Крис ей подмигнула, – подружились, да? То-то я смотрю, вы с самого «Иллариона» милуетесь.

– Ой, не ревнуй, – передразнила Нина, – такой занозы как ты у меня никогда не будет.

Обе весело рассмеялись, а Антон подумал, что хотел бы не знать бабушкиного письма, не быть сейчас в этом месте, а собрать всех присутствующих и отправиться на Неллею, в тот домик, где они с Ниной провели несколько счастливых дней.

* * *

Свободное пространство между астероидно-мусорными поясами оказалось слишком маленьким, чтобы вместить объединённый флот Ригеля и «Авроры»: многим кораблям пришлось стоять, растрачивая щиты на врезающийся в корабль мусор и камни, и тем не менее расчёт оказался верным – враг попал в окружение. Ауро долго отклоняли запрос связи, но Лагости Аки считал нужным поговорить с ними прежде, чем кто-то из них начнёт стрелять. Его ожидания и надежды оправдались четверть часа спустя, когда на корабли Ауро была выслана сводка главных событий последних дней, зашифрованная самым простейшим из возможных способов. Новый запрос связи был принят сразу.

– Старый друг… – перевёл компьютер высокочастотный голос Барнибила Эс.

– Мы не друзья, – ответил Лагости.

Барнибил замолчал. Его изображение на смотровом стекле двоилось.

– Это правда? – спросил он после долгой паузы.

– Что именно? – уточнил Лагости Аки.

– Цветок уничтожен?

– Тебя только это беспокоит?

Барнибил мотнул головой, помолчал ещё немного и задал новый вопрос.

– Акари Эс… он предал нас?

– Он сделал правильный выбор. Он спас ваш народ.

– Значит, предал… – Барнибил не злился, скорее иронизировал над ситуацией, и слишком спокойно реагировал на всё.

Лагости стоило заподозрить в этом подвох, и он заподозрил, но не подал вида.

– Со мной прибыл большой флот, – сказал Лагости, – ваши радары, наверняка, видят его. Гидеон убеждал меня не принимать помощь Акари, но я решил, что несколько кораблей с защитными экранами от транспортеров нам совсем не помешают, – он не лгал. Лагости действительно посчитал нужным защититься от повторного попадания Ауро на их корабли, проверка всего личного состава на наличие Аур-эсинада и без того отняла много времени, в текущих условиях это промедление стало бы фатальным. – Я предлагаю вам сдаться, – сурово заявил он, – признать свою вину перед Конфедерацией, и тогда Октавия Асмирату рассмотрит вариант с помилованием и послаблением для многих из тех, кто начал эту войну…

– Бла-бла-бла, – перебил его Барнибил. – Ты сам не веришь в то, что говоришь. Конфедерация родилась на трупах целых рас, Конфедерация – порождение геноцида, жестокости и алчности. Твоя раса выбралась из колыбели слишком поздно, чтобы понимать… – связь прервалась и на несколько минут корабль Лагости погрузился в настороженную напряжённую тишину.

– Что случилось? – Лагости встал из кресла капитана и прошёл к офицерам у панели управления.

– Из центра сектора прошла неопознанная волна, – ответил связной.

Именно этот момент выбрал свет, чтобы мигнуть и погаснуть, настройки систем сбились, но через мгновение всё снова пришло в норму. На смотровое стекло вернулось лицо Барнибила Эс, за прозрачной кожей которого бурлил, пузырился и лопался серебристый эфир, точно как кипящая вода в прозрачном чайнике.

– А как однако эти человеческие выродки обвели нас вокруг пальца! – он то ли хохотнул то ли хмыкнул, издав высокий тягучий звук. – Такое очевидное место. Как мы раньше не подумали его проверить… Радиация! Бред.

Связь снова прервалась, на этот раз Ауро оборвали её в одностороннем порядке.

– Отмена связи, – произнёс связной, пытаясь снова вызвать корабль Барнибила Эс.

– Глава, корабль главы Ак-Ауро и десять ближайших к нему собираются войти в прыжок, – сообщил офицер у штурвала.

– Стреляйте! – приказал Лагости и вернулся в кресло капитана. – Не дайте им уйти!

– Но они… – произнёс ещё один офицер, контролирующий щиты и вооружение корабля, – уходя в прыжок…

Лагости только теперь до конца осознал, что происходит, и почти закричал.

– Всем отойти с точки старта, уйти с траектории прыжка, остальные стреляйте по ним, по топливным бакам.

Все на мостике засуетились, занялись делом, Лагости провёл ладонью по голове и прикрыл глаза, когда корабли Ауро перешли в варп.

– Связной, отследите траекторию корабля Барнибила Эс.

– Выполняю, – откликнулся тот и сразу растерянно добавил. – Я не понимаю… точка выхода корабля главы Ак-Ауро за вторым поясом, через пятьдесят километров… В этом есть какой-то смысл?

Лагости нахмурился, взглянул из подлобья на смотровое стекло, на выведенную на него сводку, и вздохнул, шумно втягивая воздух – жабры его при этом раскрылись и сложились снова.

– Пусть генерал Алука Ард возьмёт десять наших крейсеров и один от Акари, – приказал он, – пусть делают прыжок вслед за ушедшими кораблями и сделают всё, чтобы захватить их. Главу Ак-Ауро брать живым.

– Десять? – удивился связной, но вдруг осознал, что переходит границы и бросился выполнять приказ. Генерал на той стороне сразу дал согласие, и ещё одиннадцать кораблей покинули зону конфронтации ровно в тот момент, когда ригелианцы выстрелили по оставшимся кораблям Ауро.

Торпеды влетели в топливные баки ближних крейсеров врага, только вспыхнули почему-то слишком ярко – лишь несколько минут спустя стало ясно, что вспышка не принадлежала торпедам. Белый свет промчался волной, что-то гулко стукнуло о щиты, а затем ещё и ещё и ещё… Ауро ответили.

– Началось, – подумал Лагости.

Связной обернулся к нему с широко распахнутыми глазами.

– Глава, вокруг внутренней части астероидных поясов появилась сфера. Мы потеряли связь с нашими кораблями и с исследовательскими кораблями «Новой Земли».

– То есть как? Почему?

– Компьютер не может определить, – ответил офицер у штурвала, – сфера защищает что-то внутри. Материал неизвестен. Сфера блокирует любую связь.

– Мы можем хотя бы наблюдать, что там? – спросил Лагости.

– Нет. Мы ничего не видим. Не слышим. И вероятнее всего не сможем туда попасть.

Лагости облокотился на ручку кресла и приложил ладонь ко лбу, совершенно по-человечески. Он научился этому жесту у Гидеона, и чувствовал, что сейчас этот жест отражает его состояние в полной мере.

– Следите за боем, контролируйте ситуацию, – устало сказал он, – и отправьте несколько кораблей к границе сферы, пусть узнают хоть что-нибудь.

* * *

Золотая шпилька приближалась, росла и росла, пока не превратилась в нечто похожее на шило: длинная тонкая игла в несколько сотен метров и широкая длинная ручка с пимпочкой наверху. МАРИ определила у ручки сложный внутренний механизм и обозначила незаметную глазу сферу в районе перехода ручки в иглу. При детальном рассмотрении оказалось, что наверху ручки есть не только пимпочка, но и платформа, от которой по корпусу прямо в сферу уходит лифт. Пимпочкой на деле оказалась выходившая вверх шахта лифта.

– Вы это видите? – спросил Ричард. – Подозрительно по-человечески.

Их с Кристиной изображения мерцали в окошках по обе стороны от медленно вращающегося огромного шила на смотровом стекле «Пегаса».

– Да, странно, – согласилась Нина.

– Мари, что это? – Антон посмотрел на Нину и встретил в её глазах тот же самый страх и то же самое предчувствие, что было и у него.

– Это древнее устройство извлечения Пунру Тан, – ответила МАРИ, – ресурса редкости фиолетового уровня, а так же устройство терраформирования и создания кислородной атмосферы на планетах непригодных для жизни. Устройство в рабочем состоянии, не активировано, в сфере подходящая для людей атмосфера.

– У неё есть панель управления? – уточнил Антон.

– Внутри сферы, – сказала МАРИ. – Сфера прикрывает платформу, состоящую из растительного материала, не опасный подвид мха. Остальная информация недоступна.

Антон растрепал пальцами волосы и вздохнул – «шило» в смотровом стекле неумолимо приближалось, а на сводке кренилось, ложась на бок. Оно, судя по всему, двигалось вокруг собственной оси.

– Так, ладно. Тянуть смысла нет, – Антон встал и склонился к смотровому стеклу, опираясь руками на панель управления по обе стороны от штурвала. – «Пегас» сядет на платформу. Я с ключом спущусь вниз и посмотрю что там, вы…

– Нет!

– Нет! – одновременно сказали Ричард и Нина.

Антон снова вздохнул.

– Ты не можешь пойти со мной, Нин, кто-то должен остаться здесь и следить по связи.

– Я… – начала было она, но МАРИ перебила её.

– Я бы тоже не советовала вам идти, лейтенант, из-за вашего…

– Ладно, ладно! Я не пойду! – прикрикнула на неё Нина, а потом сняла кулон и демонстративно отдала его Антону. – Но ты должен кого-то взять с собой. Пожалуйста…

– Меня, – сказал Ричард, отвлекая Антона от закономерного вопроса МАРИ. Что такое она там не договорила Нине? – Я пойду.

Антон стукнул ладонью по панели управления.

– Нет. Как ты пойдёшь⁈ Во-первых, ты единственный пилот на «Ястребе» и единственный пассажир вообще. Останься. Во-вторых, мало ли что. Поможешь Нине. А ты, Кристина, – он перевёл взгляд на окошко связи с «Гауссом».

Кристина подняла руки раскрытыми ладонями вперёд.

– Я и не собиралась, мне проще тут, понаблюдаю… я уже однажды ходила с вами, майор. Мне не понравилось.

Антон усмехнулся и кивнул.

– Мари, включи автопилот, скорректируй курс и посади нас на площадку, которая находится в верхней части «Извлекателя». Или в нижней… – он склонил голову. «Шило» перевернулось. Теперь ручка была внизу, а игла торчала остриём вверх.

– Выполняю.

«Пегас» ускорился, обогнал «Ястреб» и «Гаусс» и вышел к платформе. Антон сел в кресло пилота, позволил ремням пристегнуться, и почувствовал, как где-то под ними корабль выпустил шасси.

– Мари, присоски на шасси и опоры. Синхронизируй гравитацию корабля с гравитацией «Извлекателя».

– Выполняю.

Нина вцепилась в подлокотники кресла до побелевших костяшек пальцев и прикусила губу. Антон улыбнулся, а потом протянул руку и погладил её по щеке.

– А твоё плечо? Ты ведь ранен… – жалобно проговорила она.

Антон прикрыл глаза. Да, ранен, ну и что? Плечо левое, а рука правая ещё работает. Боль – это то, что в текущей ситуации не помеха, а возможное спасение жизни. Рычаг, за который можно будет цепляться в случае чего.

– Уже давно понятно, что тем, кто спустится туда, должен быть я. Это не обсуждается, – сказал он. – Если что-то случится, кто-нибудь, или ты сама спуститесь за мной. Мари, это ведь не будет проблемой?

– Опасности на Извлекателе нет, – сообщила МАРИ.

– Ну вот и хорошо, – Антон снял ремни безопасности и встал, когда почувствовал, как присоски шасси вцепились в платформу. Нина встала вместе с ним и обняла его.

– Слушай, я хотела сказать… – прошептала она ему в шею.

Антон обнял её в ответ, поцеловал в висок и погладил волосы.

– Потом. Давай все разговоры потом.

– Все показатели стабильны, – перебила его МАРИ, – конфигурация завершена, гравитация синхронизирована, я подготовила защитный костюм, капитан.

Антон не успел ответить. Что-то коснулось корабля, по корпусу прошла лёгкая дрожь, и свет мигнул.

– Что это? – спросил Антон, продолжая одной рукой обнимать Нину. – Извлекатель запустил какую-то волну?

– Да, капитан. Похоже, идёт установка какой-то защиты, – сказала МАРИ.

– Похоже? – удивился Антон. – А можешь сказать точно?

МАРИ не ответила. Корабль снова тряхнуло, но на этот раз свет не мигнул, а погас, и на несколько минут отключилась гравитация, системы обороны и стабилизатор двигателя, но через мгновение всё снова вернулось в прежнее состояние.

– Ребята, что у вас там? – взволнованно спросила Кристина.

– Установлено защитное поле, – ответила МАРИ. – Извлекатель установил защитную сферу до астероидных колец. Связи с внешним миром нет, радары неактивны, связь только в радиусе ста километров.

– На платформе и внутри сферы Извлекателя всё ещё безопасно? – уточнил Антон.

– Да, – МАРИ вывела данные на смотровое стекло, – всё стабильно. Вы можете выходить, капитан.

Антон отпустил Нину и взял её за руку, придерживая другой рукой раненое плечо.

– Я вернусь, верь мне. Всё будет хорошо.

Нина кивнула, не в силах произнести ни слова. Страшное предчувствие жгло сердце, ком подступал к горлу, а слёзы собирались в глазах.

– Возвращайся, – через силу прошептала она.

– Обязательно, – он поцеловал её в уголок губ и ушёл, не оглядываясь, но когда стал надевать защитный костюм вывел панель чипа и написал: «Всё будет хорошо». Ричард всё это время пытался ещё что-то сказать ему, но Антон не ответил. На спор у него попросту не было сил.

Внешняя дверь шлюза открылась, и Антон, сквозь дымку, увидел вовсе не платформу, а сразу вход в лифт. МАРИ посадила «Пегас» аккурат так, чтобы шлюз открылся прямо в двери кабины лифта – той самой пимпочки на ручке «шила». Вместо кнопки вызова красовалось углубление, точно похожее на кулон Нины, и Антон, не задумываясь, приложил кулон туда.

Стоять с открытой внешней дверью шлюза было то ещё развлечение: ледяная атмосфера космоса то и дело пыталась проникнуть в костюм, раскроить его пополам – перепады давления, звёзды, видимые в пространстве между кораблём и лифтом, мрак и тусклый свет габаритных огней, рассеивающийся, угасающий – всё это погружало разум в состояние медитации и казалось, что всё напрасно. Что будущее так же беспросветно и пусто, как космос, как его бескрайняя холодная глубина. И тут помогала боль, она спасала и отвлекала, приводила в сознание и заставляла ощущать себя в моменте, живым, ищущим, идущим до конца.

– Мари, проверь связь, – попросил Антон.

– Связь с капитаном активна, – ответила она, – связь со вторым пилотом активна.

Двери лифта, наконец, распахнулись, Антон вошёл внутрь, и лифт сам без всякой команды закрылся и рванул вниз.

– Капитан, – сказала МАРИ, – обнаружены корабли Ауро, десять штук, их преследует десять боевых крейсеров Ригеля.

– Траектория их движения точно в нашу сторону, – перебила её Нина. – Что нам делать?

– Дай команду «Гауссу», «Ястребу» и Мари всю энергию на щиты, не вмешивайтесь без крайней необходимости. Если их десять на десять, нам, с большой вероятностью, мало что угрожает.

– Но их цель мы, – напомнила Нина.

– Я знаю, – Антон предчувствовал великое открытие, любопытство и азарт вели его вниз, поэтому появление Ауро несколько раздражало. Он вздохнул. – Хорошо, попробуй связаться с ригелианцами прямо сейчас, пусть сделают всё, чтобы не дать Ауро подойти близко.

– Антон, – Нина нервно сглотнула, – я свяжусь, но тут…

– Что?

– Корабль главы Ак-Ауро.

Антон опустил голову и выдохнул.

– Твою мать… Мари, свяжи меня с «Ястребом».

– Что? – сразу откликнулся Ричард. – Помощь всё-таки нужна? Мне прийти?

– Нет. Защити Нину. К вам идёт тот, кому очень сложно просто выстрелить в голову.

– Понял, – тон Ричарда сразу изменился. – Я всё сделаю.

Связь прервалась.

* * *

Лифт прошёл границу сферы Извлекателя, и вокруг внезапно появились звуки – необычные для этого места. Шум волн, набегающих на гальку, живо напомнил Антону видения, которое приносила ему МАРИ. Стало одновременно приятно, тоскливо и тревожно. Однако Антон не поддался этим чувствам и на всякий случай достал бластер – плечо горело огнём, но он был один, и боль, он прекрасно это знал, могла быть и хуже, гораздо хуже.

Лифт остановился.

Антон выставил бластер перед собой, но когда открылась дверь, ничего не произошло, лишь МАРИ сообщила.

– Атмосфера подходит для людей, соотношения кислорода, азота, аргона и углекислого газа в полном соответствии со стандартами Родной Обители, звуки вызваны волновыми эффектами растительной платформы.

– Интересно… – пробормотал Антон, расстёгивая шлем и вдыхая мягкий свежий воздух. Действительно, как в тех видениях, на пляже у дома. Он убрал бластер и ступил на платформу, ноги сразу утонули в чём-то похожем на мох, будто бы он вышел на мягкий дорогой ковёр. Антон осмотрелся.

Растительная платформа опоясывала «иглу» Извлекателя чуть ниже её соединения с ручкой, вокруг центра на платформе зачем-то было двойное металлическое кольцо, а мох источал аромат моря и леса одновременно. В центре у самого стержня «иглы» стояло нечто вроде постамента для статуи, в его передней части светилось уже знакомое отверстие, похожее на кулон Нины, и какая-то сенсорная кнопка размером с мяч для гольфа – старой игры землян.