Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

Повсюду расползается туман, и на мгновение кажется, что в этом тумане теряется всё, но вот одежда, разлетевшаяся в клочья, собирается чёрным плащом с изысканной фибулой, мир становится красным, с прожилками-токами вселенной, пропитанными великим знанием бытия. Мысли и сама сущность тянутся к кораблю, к замкам клеток, к бортовой системе и тонут в них, тонут, тонут… Густой дым заволакивает всё вокруг, сбоят системы, все сигналы становятся красным, корабль дёргается, теряет ориентацию и нужные клетки раскрываются сами собой. Лар уже этого не знает, не видит и не чувствует – перед ним лишь звёзды, лишь бесконечно-прекрасный мерцающий млечный путь.

* * *

Первым, что услышала Нина, была мелодия. Очень красивая, ясная и чистая, как свет, который мгновением позже коснулся её закрытых век. Запахло выпечкой и кофе, сквозь музыку пробился красивый шелест вперемешку с пением птиц, лёгкий ветер коснулся лица – не открыть глаза было просто невозможно.

Под ресницы проникли жёлтые тёплые лучи, взгляд сфокусировался на белом потолке со стеклянной лампой в виде маленьких петуний в расцветке ягодного мороженного, под спиной ощутилась мягкая, утягивающая в свои объятья то ли перина, то ли матрац – Нина никогда такого не чувствовала и в первое мгновение не могла бы сказать, где именно находится. Но тут ветер снова коснулся лица, принося аромат цветов, и в поле зрения Нины попала легко вспорхнувшая и снова ускользнувшая вниз белая ажурная тюль.

Это было за пределом всякого понимания. Нина будто попала в один из старых фильмов, сохранившихся в архивах после гибели Родной Обители. Она села и осмотрела себя: на ней была надета молочно-белая майка на лямках из тонкой воздушной ткани с кружевом в вырезе, такие же лёгкие шорты и больше ничего. Рыжие волосы упали с плеч, когда Нина наклонилась, чтобы разглядеть пушистые тапочки в виде кошек и провела рукой по краю простыни, скрывающей матрас на деревянной белой кровати. Всё было так странно. Так волшебно странно. Она нырнула в тапочки, встала и осмотрелась.

Простая маленькая комната с ковром на стене, широкой кроватью, тёплым деревянным полом, тоже покрытым ковром, у стены умиротворяюще дремало пианино под кружевом, благоухал букет пионов на столике у овального зеркала в деревянной резной раме, на стенах висели красивые акварельные пейзажи. Окно было распахнуто настеж и выходило в цветущий сад: лепестки яблони слетали с веток, сыпались на подоконник, на пол и в фарфоровую чашку с давно остывшим чаем.

– Проснулась, соня? – услышала Нина женский голос, прежде чем успела спросить себя, что, чёрт возьми, происходит. – Будешь сырники?

Нина растерянно обернулась, и сердце её пропустило удар. Перед ней стояла она сама. То есть, в первую минуту так Нине и показалось, но при втором, более внимательном взгляде, стало ясно, что женщина перед ней выглядит старше, носит длинные тёмно-русые волосы и обладает прекрасным медовым оттенком глаз. Знакомые и незнакомые одновременно черты.

– Что? – у Нины пересохло в горле.

– Ах, опять! – женщина всплеснула руками и переступила порог спальни. Нина смотрела на неё во все глаза. Мимические морщины выдавали возраст, но всё ещё не могли подсказать, кто это, только сердце нещадно билось в грудь и не давало ответа.

– Что опять? – испугалась Нина.

– Эти сны, – улыбнулась женщина, обняла её за плечи и повела через коридор в маленькую кухню, где и усадила за стол. Всё здесь дышало чистотой, уютом и любовью, какой Нина не чувствовала очень давно. Сердце болезненно сжалось… со смерти Джона Фармера. Нина украдкой провела по краю стола, но заподозрить эту реальность в нереальности было нельзя, ничто не давало подсказок и ничто не опровергало мысль, что всё это по-настоящему.

– Какие сны? Где я? – Нина смотрела, как женщина легко и беззаботно ставит на стол блюдца, насыпает в вазочку свежие ягоды, открывает сметану, выкладывает сырники и заваривает кофе, посыпая его корицей ровно в тех пропорциях, в которых любила Нина.

Женщина вздохнула и села рядом.

– Тебе снится, будто Земля погибла, человечество пытается выжить в космосе, а всё сосредоточено на тебе и каком-то мужчине, которого ты ненавидишь. Ты могла бы написать прекрасный фантастический роман, и я не против, если бы отец не хотел сначала, чтобы ты получила диплом.

– Диплом… – перед взглядом Нины проплыли чьи-то портреты, на одном из которых была и сидящая перед ней женщина, но она почему-то не смогла вспомнить, где именно видела эту вереницу портретов. И что это за женщина.

– Ешь, я тебе всё позже расскажу. Как раз, пока отец своим садом занимается, а потом пойдём на пляж, погода замечательная.

Нина потянулась за чашкой с кофе и тут же отдёрнула руку, вскинув взгляд на женщину.

– Это Земля?

– Да, доченька… – женщина отвернулась и прошептала, будто говорила сама с собой. – За что нам это? Почему именно ты? – она смахнула слёзы с ресниц и снова улыбнулась. – Ешь. Ты скоро всё вспомнишь. Земля никогда не погибала, мы никогда не выходили так далеко в космос, как ты рассказывала, и технологий, о которых ты рассказываешь, тоже нет, как и межгалактической конфедерации. И никогда не было. Ты выросла здесь, в нашем городке у моря. Отучилась в школе, потом поступила в университет, отец занимается садом и продаёт цветы, я вот шью и занимаюсь музыкой… – она сцепила руки на коленях и склонила голову. – Беда с этими твоими снами. Каждый раз всё заново. А я так переживаю, так боюсь, что эти иллюзии станут сильнее реальности. У тебя впереди целая жизнь, не понимаю, что могло случиться. Что так сильно мучает тебя такими странными метафорами…

Нина ничего не ответила, просто встала из-за стола, прихватив чашку с кофе и горсть ягод, подошла к окну, коснулась тыльной стороной ладони деревянной рамы, затем белой тюли, которая висела и тут, и втянула носом воздух. Волшебный мир, чудесный мир, который не может быть правдой. Это просто невозможно. Нина прикрыла глаза, пытаясь вызвать в воспоминаниях лицо Антона. Но не смогла. Глубоко в сердце залегло смутное беспокойство, только прекрасные ощущения этого места оказались сильнее, будто бы каждая её мысль, каждая её проверка этой реальности на подлинность лишь усиливала всё хорошее, яркое и светлое, что её окружало в этот момент. Беспокойство сменилось лёгким сомнением, а после и вовсе исчезло, утонув в аромате цветов и запахе самого вкусного кофе в жизни Нины. Она сделала глоток, закинула в рот пару ягод и улыбнулась, заметив рыжую голову мужчины в кустах у невысокого деревянного заборчика. По небу плыли облака, пели птицы, солнечные лучи косо ложились на траву и отражались на камнях – как хорошо было ни о чём не переживать, ни о чём не тревожиться. Как хорошо было знать, что жизнь может быть такой необыкновенной, безопасной и счастливой.

* * *

– Состояние стабильно, скоро можно выписывать, пусть поспит, – тихий голос почти сливался с пикающим устройством где-то над ухом, пахло лекарствами и стиральным порошком. Тело затекло, на внутренней стороне правого локтя что-то кололо. Катетер?

Антон заставил себя приоткрыть глаза и обнаружил, что лежит на больничной койке. Палата была похожа на палату медицинского сектора на «Авроре», но явно ей не являлась – у этой были квадратные окна с деревянными рамами, сквозь стекло пробивался белый свет, источника которого Антон не видел, длинные тонкие лучи пронизывали помещение, подсвечивая пыль, летавшую в воздухе.

– Где я? – Антон резко приподнялся и тут же ощутил мягкое, но уверенное прикосновение к груди. Кто-то аккуратно опустил его назад.

– Оп-па, тих-тих, без резких движений, сынок, – над ним склонилось лицо сурового офицера в форме, опознавательные знаки на его погонах не использовались уже лет двести, и всё же без сомнения были настоящими. Синяя плетённая ткань, распахнутые крылья из серебра, три большие звезды и две золотых полосы. – Костюм вот тебе принёс, Антон Палыч, – усмехнулся офицер и похлопал по чему-то рядом. Антон с трудом повернул голову. На стуле лежала такая же синяя форма, а поверх неё погоны с крыльями, полосками и одной большой звездой. – Да ты не удивляйся, – тепло произнёс офицер, – большое дело ведь сделал. Майора дали. Теперь полетишь в увольнение, к семье, у тебя там море как раз рядом. Отдохнёшь. Потом дальше работать будем.

– К семье? – Антон ничего не понимал, не знал, где находится, и что за человек говорит с ним. – У меня нет семьи…

Офицер изменился в лице, но тут ему на помощь подоспел другой, в белом халате – высокий, худой, но тем не менее тоже скрывающий под верхней одеждой военную форму.

– Я же сказал, после пробуждения может быть лёгкая амнезия. Оставьте его, потом поговорите.

– Ладно, – офицер по-дружески сжал плечо Антона. – Увидимся ещё перед твоим отъездом, выздоравливай.

* * *

Маленький кораблик Юмаради пронёсся совсем рядом с яркой вспышкой, из которой появился крейсер, выданный Гидеону и До Хань Линю ригелианцами. Система «Новой Земли» отследила кораблик, сработала защита, и торпеда, стремительно покинувшая место своего пребывания, в мгновение ока разнесла кораблик в щепки. Взрывная волна ударилась в щиты ригелианского крейсера и зацепила щиты крейсеров, выходящих из экзо-пространства – операция спасения «Новой Земли» началась.

Вокруг КРИ творился настоящий хаос: её оборонную систему методично сбивали маленькие истребители, несколько крейсеров вели бой с «Предвестником Лояна», истребители «Авроры» носились туда сюда, в попытках помочь везде, но проигрывали по всем фронтам, сама станция из-за отключенных внешних мониторов просвечивалась почти насквозь, и было совершенно очевидно, что часть её полностью захвачена Юмаради. Некоторые сектора горели, местами отсутствовала гравитация или жизнеобеспечение, и только верх северного полушария и сектор командования ещё сохранял прежний вид.

– Что со связью? – Гидеон взглянул на панель управления. – Она у них отключена?

– Да. Очень на то похоже, – ответил До Хань Линь, – но, может, мы в зоне…

– Говорит адмирал Картер. Все, кто меня слышит… – услышали они сквозь шум голос Адмирала. Только вот голос этот звучал вовсе не из устройств связи, а со стороны отсека кают-компании.

Гидеон и До Хань Линь переглянулись и одновременно поднялись с мест. Осторожно, вскинув бластеры наизготовку, они проверили коридор у мостика, а затем вошли в кают-компанию – там никого не было. Голос повторился снова и снова… Советники стали обшаривать помещение, пока, наконец, не обнаружили вещи, оставшиеся от Джима Родденбери. Они забрали их, чтобы отдать семье, и теперь с недоумением смотрели, как эти самые вещи говорят с ними голосом адмирала. Звук шёл от одной из нашивок формы КРИ.

– Адмирал, – осторожно произнёс Гидеон, взяв в руки нашивку.

На той стороне возникло молчание, а потом короткий ответ.

– Советник Донаван? Это вы?

– Ваш компьютер не распознаёт голосовые сигнатуры? – удивился Гидеон.

– Компьютер не работает, – бросила Кейт. Её голос шёл с перебоями, некоторые слова угадывались интуитивно.

– Мы привели ригелианцев. Каково положение на данный момент?

– Личный состав разбросан по станции, заблокировано всё, я не могу покинуть кабинет даже через специальный выход. Со мной два Советника. И всё.

Гидеон переглянулся с До Хань Линем и кивнул.

– Держитесь, Кейт. Оставайтесь на месте и ничего не предпринимайте, кроме действий по собственной безопасности. Мы скоро будем.

– Да я уж надеюсь, – отозвалась она, и связь прервалась громким неровным шипением.

Глава 5. Безмятежность

Как легко можно обмануть человеческое сознание, как способно оно поверить в любую исполнившуюся мечту, в любое счастье. Поверить и привыкнуть.

Нина пребывала в уверенности, что сны о космосе лишь плод её воображения, отражение её тревог за учёбу и за предстоящую свадьбу с соседским парнем-юристом. Она отгоняла остатки видений, прогуливаясь с мамой вдоль пляжа и мечтала о свадебном платье. Пенистая зеленовато-голубая волна накатывала на песок, касалась ног и края белого лёгкого платья, которое Нина нашла в шкафу. Её любимое платье. Бриз мягко касался рыжих локонов, и они щекотали открытые плечи, пахло морской водой и чем-то тёплым, приятным и сухим – Нина определила это как запах солнца. Она остановилась, улыбнулась морской пене и, войдя в воду по щиколотку, закрыла глаза. Всё это было знакомо ей с детства, но именно сегодня она не могла надышаться этим, набыться тут. Счастье и восторг захлестнули её с головой и на пике этих чувств, в самых ярких их проявлениях, Нине вдруг почудилось, что на пляже стоит не она, а другая женщина – светловолосая, строгая, с ясным зелёным взором.

– Нина! – разнеслось над пляжем, и видение рассеялось, а вместе с ним и воспоминание о нём.

Нина обернулась, посмотрела на мать, а потом увидела его – своего жениха, он бегом спускался к ней с цветущей возвышенности, за которой виднелась крыша его дома. Её жених – Ричард Нейтан – жил с отцом в доме на холме прямо на берегу, дом же родителей Нины стоял в глубине и прятался под сенью буйного цветения сада. С берега его было не видно, зато было видно другой дом, сияющий на скале точно стеклянное гнездо невиданной птицы – скала остриём врезалась в море, и от того сравнение с птицами казалось почти символическим. В этом доме жили Чеховы, родственники Нейтанов. Сестра отца Ричарда когда-то давно вышла замуж за младшего Чехова и тоже родила сына, но Нина была плохо знакома с ними и редко встречала кого-то из них лично, только знала, что семья там большая и состоятельная.

– Нина, – запыхавшийся Ричард поймал её в охапку, поднял над землёй и закружил. На нём была светлая рубашка и светлые брюки из ткани, которая искрилась на солнце, хотя наощупь, казалось, состоит из чистого хлопка. Нина рассмеялась и обхватила его за шею. – Пойдём, отец мясо приготовил, – Ричард поставил её на землю и обернулся к маме Нины, – и вы пойдёмте, Элизабет. Это очень вкусно.

– Спасибо, – она тепло улыбнулась ему и покачала головой, – но мне самой нужно готовить ужин. Я вернусь к Лео, а вы ступайте. Приятного вам отдыха, – Лиззи подмигнула дочери, развернулась и пошла в сторону дома. Тёмно-русые волосы, приталенное длинное платье в мелкий цветочек… Нине казалось, она всегда знала маму такой, невесомой феей, миражом… миражом…

– Идём, – Ричард взял её за руку, и едва возникшее чувство тревоги растворилось в его голосе, – папа очень нас ждёт.

* * *

– Свяжитесь с Лагости, советник Линь, – бросил Гидеон, когда они оба пробились в сектор управления «Новой Земли» и снова запустили центральный компьютер. На вспыхнувших мониторах защитным кольцом вокруг станции вставали корабли ригелианцев.

– Нет связи. Возможно, нужен сигнал посильнее, – ответил До Хань Линь, очищая краем своей формы лезвие меча, – но есть данные о пополнении. Похоже подоспели ещё корабли.

– Хм, – Гидеон активно проверял системы станции: бесчисленное множество всяких кнопок и датчиков, о назначении которых с первого взгляда сложно было догадаться. Единственное, что хорошо считывалось, это общепринятые установки. Связь, звук, гравитация, жизнеобеспечение, оставшиеся системы обороны, и всё это, казалось, работало хорошо. – Откуда у Лагости ещё корабли, если там… – он заметил синий сигнал на одной из панелей управления и выдохнул. – Какого космического моллюска я делаю это вручную⁈

Сектор управления «Новой Земли» находился в сферической комнате, напичканной всякой аппаратурой, панелями управления и мониторами, опутанными линиями проводов. Здесь же под самым потолком теплилось почти живое сердце центрального компьютера.

– Компьютер, – собравшись с мыслями, обратился Гидеон, – оценить работу всех систем станции, сообщить о технической ситуации.

Компьютер издал крякающий звук, выводя результат на мониторы – Гидеон убедился, что никаких скрытых поломок на станции нет, и снова произнёс.

– Компьютер. Дай оценку состоянию личного состава. Где находится Адмирал?

– Нет доступа.

Гидеон чуть не закатил глаза, переглянувшись с До Хань Линем.

– Компьютер, адмиралу может быть нужна помощь, её жизни может угрожать опасность. Дай сводку расположения личного состава на станции.

– Недоступно.

Гидеон замахнулся и почти долбанул кулаком по панели управления, когда дверь с грохотом отъехала в сторону и на пороге появился силуэт. Из-за разницы освещения не было понятно, кто это, но фигура явно была мужской и держала заряженный бластер.

– Поднимите руки! – приказал дерзкий, но ещё молодой голос. – И медленно повернитесь ко мне. Представьтесь по одному. Быстро! – голос человека дрожал то ли от напряжения, то ли от страха.

Советники сделали, как он просил, повернулись и собрались представиться, когда незнакомец смачно выругался и опустил бластер.

– Советники! Какое облегчение, – он прошёл внутрь и добавил. – Компьютер, верхний свет.

– Голосовая сигнатура распознана, – ответил компьютер, – с возвращением, майор Абдрасулжанов-бекуулу.

Мужчина откинул светлую чёлку со лба и улыбнулся. Советники переглянулись.

– Просто Адам, – сказал майор, опережая их вопрос. – Не всем легко произносить мою фамилию, – он усмехнулся и покачал головой. – Да, и выгляжу я на девятнадцать, но мне сорок. Давайте ещё раз по форме представлюсь. Начальник центра управления КРИ майор Адам Абдрасулжанов-бекуулу. О вас я знаю, поскольку курировал недавнее совещание…

Гидеон моргнул и нашёл в себе силы заговорить. Признаться, появления молодого парня с бластером, которого компьютер назовёт майором, он никак не ожидал, фамилия лишь дополнила эффект неожиданности, но не стала его причиной.

– Что происходит на станции? Компьютер отказывается нам отвечать.

– Становится тише… Не без вашей помощи, – Адам стал ходить вдоль панелей управления и вручную проверять системы, как ещё минуту назад пытался сделать Гидеон, – сейчас бои идут только в южном полушарии, с адмиральским центром связи нет. Я не знаю, что там происходит, и компьютер не даст нам ответ. Туда нужно идти… – он что-то нажал, приложил карту к светящемуся красному квадрату, и тот сделался зелёным, издав пиликающий звук.

– Вход подтверждён, связь управления закреплена за майором Абдрасулжановым-бекуулу, – сообщил компьютер.

– Раненных доставили в госпиталь, техники пытаются как-то восстановить работу, – продолжил рассказывать Адам, будто компьютер его не прерывал.

Гидеон слушал его, наблюдая за До Хань Линем, до сих пор методично начищающим меч.

– За адмиралом надо идти сейчас. Туда получится добраться? Лифты там активны?

– Должны, – кивнул Адам, – правда, нет никакой гарантии. В любом случае есть лестницы, технические и общего пользования, по ним тяжело, но так или иначе…

– Понял, – Гидеон вздохнул и задумчиво погладил бороду. – Тогда, прежде чем мы этим займёмся, свяжи меня с ригелианцами. Сможешь?

– Посмотрим, – пожал плечами Адам и вернулся к панели, чтобы открыть канал связи. Ему потребовалось пятнадцать минут, прежде чем на связь вышел Лагости Аки.

– Гидеон, – произнёс он, – помощь пришла. Эллейн дали отмашку, что силы теперь на нашей стороне. Леди Варана успела отвоевать несколько систем, прежде чем я получил это сообщение… так что, надежда есть.

Гидеон выдохнул с большой долей облегчения и выругался, выпуская эмоции.

– Хорошо, потому что я хотел запросить ваших техников. Они смогут разобраться в технологиях Ауро и восстановить их? Восстановить «Новую Землю»?

– Сделаем, – не раздумывая, заверил Лагости. – Соберу команду в течение восьмидесяти галактических часов.

– Спасибо. Это неоценимая помощь.

– Моей помощи не нужна оценка, – почти оскорбился Лагости Аки, – это называется дружба, Гидеон.

* * *

Лучи падали сквозь кроны деревьев прямо в открытый кузов проезжающего по трассе грузовика, россыпью ложились на свёрнутый в углу брезент, сверкали в погонах кителя, которым укрывался светловолосый офицер – солнце искрилось в его чёлке, настырно лезло в глаза, и он отмахивался от него рукой, как от назойливой мухи. Стояла предзакатная духота, жара спала, и запах трав и цветов с полей приторно наполнял воздух, деревья шелестели, пели птицы, где-то под склоном, бегущая вдоль дороги, плескалась река.

Антон Чехов лежал, подоткнув под себя сумку с личными вещами, укрывшись кителем, и притворялся спящим. В увольнение он ехал один – два рядовых в кабине не в счёт – и думал о последнем разговоре с полковником Верным. Фамилия ещё какая! Любопытная. Антон подавил желание улыбнуться. Его наградили медалью за боевой вылет в горячую точку, а теперь дали майора за то, что он сделал невозможное: спас испытательное судно, полностью реабилитировав перед командованием и судно, и его создателя, и себя самого. Всё-таки репутация ответственного офицера цепко приросла к нему… равно как и бабника и раздолбая. Надо же ему было за месяц до испытаний оказаться в постели с дочерью генерала и почти вылететь со службы, и это после медали то… если б только не его фамилия, не его прославленная прабабка – герой войны, военный лётчик, женщина и офицер с большой буквы. Антон нащупал на груди рассечённый кулон, который когда-то она подарила ему, и крепко сжал. Он представил её строгий профиль таким, каким видел его в последний раз: уже очень старой, слабой, но всё ещё поразительно умной женщины. Только почему-то вместо этого сознание подкинуло ему другой – изысканный, во всём белом, с длинной пшеничной косой, она стояла на ветру у странных скал в тумане и смотрела вдаль.

– Приехали, – крикнули ему из кабины, – майор, ваша остановка!

Антон и не заметил, как машина остановилась. Образ прабабушки полностью захватил его мысли и чувства.

– Да, спасибо, – он поднялся, схватил свои вещи и спрыгнул из кузова на землю, в высокую душистую траву. – Доброго пути, – он отсалютовал рядовым.

– Доброго, – оба рядовых ответили ему тем же, и грузовик сорвался с места, вскидывая ворох пыли.

Антон сошёл с дороги в траву и втянул носом воздух. Хотелось как в детстве упасть и пролежать тут вечность, или броситься вниз во весь опор, к пляжу и рухнуть в воду, намочить одежду, чтобы песок забрался под штанины и за пазуху. Но Антон не сделал ни того, ни другого, лишь улыбнулся и пошёл прямо по траве вперёд, к маленькому солнечному зайчику, сверкающему в окне дома на скале.

– Я дома… – слова сорвались с губ и, подхваченные ветром, разлетелись над недвижимой гладью воды.

* * *

Кажется, Лар переборщил. Густой туман заполнил весь корабль, и Марго, выбравшаяся из клетки, с трудом смогла сориентироваться, что происходит. Она сосредоточилась на поиске устройства для Лара, искать остальных времени не было, однако остальные нашли её сами. Сначала из тумана возник Си Мусс с электрической дубинкой в руке, которую, видимо, успел отобрать у охранника, за ним явились Ричард и Тиана – Тиана взвизгнула и бросилась в объятья Марго. Всё произошло так стремительно и так неожиданно, что Марго пошатнулась, и они с Тианой едва не свалились на пол.

– Ты здесь, ты тоже здесь, – запричитала Тиана. – Когда тот странный тип сказал, я не верила, думала специально транслирует нам твой голос. Как хорошо, что он не врал…

– Он не может врать, Тиана, – устало сказала Марго, – он Флёрсарин. Ему незачем, – она тяжело вздохнула и аккуратно сняла её с себя. – Я тоже рада тебя видеть.

– Может, потом, а? – скривился Ричард.

Марго метнула в него недовольный взгляд.

– Зачем ты её потащил с собой?

– Вместе безопаснее, – он пожал плечами. – И мало ли что. Лучше путь будет свободна, чем в клетке.

– Знаешь… – возмутилась Марго.

– Надо найти устройство и понять, что делать дальше, – невозмутимо перебил её Ричард, подхватывая Тиану под руку и притягивая к себе.

– Вырубим всех к чертям! – прокаркал переводчик, отзываясь на хрюкающее высказывание Си Мусса.

Ричарду стоило больших усилий не рассмеяться. Тиана посмотрела на Марго взглядом брошенной собачки.

– Что нам делать?

– Тебе ничего, – бросила Марго, – а нам с Ричем достать бы где-то оруж… – она не договорила, потому что в этот момент Си Мусс выкрутил на полную электрическую дубинку и, размахнувшись, кинул её в Марго. Она едва успела отклониться назад и вскрикнула, услышав за спиной треск и жалобное кряхтение.

– Вот и оружие, – хохотнул Ричард и прошёл прямо в туман, чтобы в следующий момент вернуться с двумя бластерами и дубинкой. – Молодец! – похвалил он Си Мусса, вернул ему дубинку, а потом бросил один бластер Марго.

– Так что? – Марго проверила бластер и осмотрелась, но в тумане едва ли можно было различить очертания хоть кого-нибудь ближе пяти шагов.

– Тиана со мной, – сказал Рич, – и Си Мусс. Мы на зачистку, ты на поиски стабилизатора.

– Интересная расстановка команд, конечно, – проворчала Марго, – и вообще-то есть один нюанс. Корабль большой, как мы будем держать связь? А если с вами что-то случится? Или со мной? Как мы узнаем?

– Что может быть хуже, чем с нами уже случилось? – прошептала Тиана.

– Я тебе потом расскажу, – невесело усмехнулась Марго, – а пока делай, что говорит Рич и… – она недовольно вздохнула. – Нет, я не хочу оставаться одна! Си Мусс, вы можете пойти со мной? – Марго присела перед ним, чтобы ему не приходилось задирать голову, их взгляды пересеклись. – Ричард офицер с большим опытом, не раз бывший в переделках на одиночных миссиях, а я мало что могу… Поможете? – она посмотрела на Ричарда.– Или ты после пробуждения всё забыл? Сложно будет одному с Тианой?

Ричард едва не закатил глаза, но всё же принял справедливость её слов.

– Что скажешь, Си Мусс? – спросил он.

– Пойду с девчонкой, – ответил переводчик.

Ричард кивнул.

– Ладно, пусть будет так. Разберёмся по ходу дела.

* * *

Кристофер тянется к руке Нины, но платформа под его ногами ускользает, и он падает, падает, падает… Нина не успевает его поймать…

– Нин! – Ричард позвал её уже в третий раз, и она, наконец, услышала его, вздрогнула и обернулась.

Они поели мяса и сели на веранду: прекрасный вид на океан, алое солнце, тонущее в его волнах, цветущие поля, – всё это было бы прекрасно, если б расфокусированный взгляд Нины не омрачал картины. Кристофер улыбнулся, глядя как сын пытается дозваться свою невесту и встал. Ему хотелось спать и не хотелось вдаваться в проблемы молодых, тем более, что девушек он никогда не понимал.

– Эх, видела бы вас мать, была бы счастлива… – произнёс он напоследок, – пойду посуду после мяса помою. А вкусное было, а?

– Замечательное, – искренне улыбнулась Нина, стряхнув наваждение.

– Поддерживаю, – сказал Ричард. В его словах была искренняя любовь и уважение к отцу.

Кристофер выглядел счастливым, его взгляд лучился радостью и светлой надеждой, которая успокоила Нину. Все её тревоги приносят сны, всего лишь сны. Просто сны.

– Ты сегодня какая-то странная, – сказал Ричард, когда отец ушёл.

Нина потёрла лоб и сложила руки на коленях.

– Кошмар приснился, никак из головы не идёт…

Ричард сразу поднялся с места и обнял Нину со спины – лёгкий ветер растрепал их волосы, алые лучи заката отразились в глубине глаз.

– Всё будет хорошо, мы как-нибудь это исправим, – он невесомо коснулся губами её волос и спросил. – Когда ты собираешься за платьем?

– Завтра утром, чтобы после обеда ещё немного позаниматься. Дипломный год, не хочется входить в него с выветрившимися знаниями.

Ричард сжал её плечи на мгновение и отстранился.

– Я бы с тобой согласился, но ты не могла бы завтра мне компанию составить? Двоюродный брат приезжает, будет другом жениха… Я хочу вас познакомить.

Нина, не оборачиваясь, подняла руку и в шутку ущипнула его, куда достала.

– Вот вечно ты мне учиться не даёшь! – и счастливо хихикнула. – Но раз брат, то ладно. Ты много рассказывал, мне интересно на него посмотреть.

– Самому интересно, каким он стал, – Ричард прижался подбородком к макушке Нины и мечтательно вздохнул. – Я так счастлив.

– Я тоже, – Нина почти не врала. Если не брать в расчёт сны, она чувствовала себя довольной этой жизнью. – Я, наверное, домой пойду. Проводишь?

– Ещё спрашиваешь! Конечно, я только рад побыть с тобой подольше.

* * *

Если бы ещё год назад кто-то сказал Маргарите, что она будет пробираться с бластером в густом тумане в компании Иссинианца по кораблю Юмаради, который летит на Ауро-эс, она бы рассмеялась этому человеку в лицо. Но жизнь умеет удивлять тех, кто отказывается верить в невозможное, и в особенности тех, кто не ждёт и не хочет принимать никаких изменений. Прошлое будто больше не принадлежало ей. Ричард остался всего лишь старым другом, Тиана казалась теперь просто взбалмошной девчонкой, дочерью богатого дяди, Лар – хорошим, но завершённым приключением, а сама жизнь – безрадостной дорогой вникуда. По крайней мере сейчас Маргарита чувствовала именно так, хотя никогда не смогла бы себе признаться, что это вовсе не потому, что её будущее тонет во мраке космической бездны, а потому, что единственный для неё путь к счастью отныне закрыт. Она верила, что, если не погибнет, вернётся на «Аврору», к людям, со временем успокоится, станет снова учить танцам, танцевать сама, но никогда уже не сможет почувствовать того, что почувствовала к этому странному существу. Получеловеку-полуфлёсрсарин. К Лару… Нет. Нет, точнее к принцу Ларсиону Ук Солу. Отныне и навсегда он будет для неё принцем и никогда тем Ларом с Реги. Больше никогда.

– Осторожно! – взвизгнул переводчик, и Си Мусс, оттолкнув Марго в сторону, сбил с ног кого-то в тумане. Дубинка заискрила, послышался вскрик и запахло палёным.

Марго врезалась в какую-то металлическую балку, повела ушибленным плечом и оттолкнулась, чтобы встать ровно, но и металлическая балка оттолкнулась от неё. Марго не удержалась и упала вперёд вместе со страшным грохотом, который, казалось разнёсся по всему кораблю. Металлических балок оказалось много и все они вполне устойчиво стояли до тех пор, пока не встретились с Марго. Грохот уходил вдаль, смешиваясь с разного рода вскриками, кряхтением и вздохами, оповещая весь отсек о том, что зацепило кого-то из обитателей корабля. Си Мусс вслух насчитал пятерых и сказал что-то нечленораздельное, что переводчик счёл нужным перевести как: «пусти бабу на поле боя – врагу кранты».

– Вы как слоны в посудной лавке, – сквозь шум фоновой радиации послышался голос Ричарда, доносящийся из динамиков связи по кораблю. Это стало неожиданностью и сильным облегчением: значит, Ричард и Тиана достигли мостика и захватили управление.

Си Мусс, всё ещё ворчащий что-то себе под нос, помог Марго подняться и сделал свой хрюкающий переводчик потише. Чтобы не заглушать голос Ричарда.

– Знаю-знаю, – хохотнул Ричард, – вы очень хотите мне сейчас ответить, но давайте попозже. Ориентируйтесь на голос, я буду вас вести. У нас тут небольшая проблема.