Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

«RUS 2910.01.KOR»

Сначала она не могла понять, что видит, но потом, когда корабль тряхнуло снова, её будто пронзило молнией осознания. Россия. Две тысячи девятьсот десятый год. Первый сборочный сектор космических кораблей. Королёв. Нина хорошо знала об этом, ведь космический исследовательский центр в Королёве был основоположником и первооткрывателем всех известных и доступных Земле механизмов до вступления в контакт с Регилианцами.

Сердце ушло в пятки, а уши заложило – Нина не сразу осознала, что это произошло не потому, что она оказалась так близко к столь исторической вещи, а потому что эта историческая вещь вошла в атмосферу какой-то планеты и стала спускаться к поверхности. За иллюминатором появилось пламя, но корпус корабля стойко держал нагрузку, а явно модернизированные системы поддерживали жизнеобеспечение и более или менее комфортную обстановку внутри.

– Откуда этот корабль? – спросила Нина, вспоминая, что на Земных самолётах старого типа при взлёте тоже закладывало уши, а при резком спуске сердце уходило в пятки. Так говорили на ненавистной ей истории, которую она всё же знала назубок. – Откуда он у вас?

– Я ждал этого вопроса, – Лар обернулся и коснулся надписи кончиками пальцев. – Мой отец был с Земли. Его корабль потерпел крушение… первое присутствие людей в далёком космосе, первый полёт по дорогам экзо-пространств…

– В три тысячи девятьсот десятом году, – тихо произнесла Нина, – с Земли стартовал первый модернизированный под варп-переходы корабль старого типа, стартовал с людьми, с экспериментальным варп-двигателем, якобы способным преодолеть границы Солнечной системы. Они не вернулись… Я думала…

– Вся команда погибла, выжил только мой отец. Моя мать спасла его. Она знала что-то такое о нас и людях, что хранители Флёрсарин передавали из уст в уста лишь избранным через ритуал передачи знаний. Избранным наследником должен был стать мой брат, но мать погибла, так и не передав ему информацию. Ты нужна нам, чтобы это узнать. В нашей связи с людьми кроется тайна нашего происхождения, тайна, которую с уходом королевы мы утратили… Мы утратили слишком много…

Их вдруг тряхнуло так, что Нина отлетела в сторону и врезалась в стену рядом с Ларом, Марго бросило на пол, и только Лар остался стоять, будто ничего не произошло.

– Компьютер, – спокойно произнёс он, – стабилизируй внутренне состояние корабля.

– Отказано, – ответил компьютер. – Системы неисправны, нарушены важные протоколы управления…

– А можно попроще, – выдохнула Марго, с трудом принимая удобную позу.

– Мы падаем, – всё так же спокойно произнёс Лар, и корабль, будто бы это был приказ, резко накренился, Нина попыталась схватиться за стену, но не нашла никакой опоры, и укатилась к Марго, сгруппировавшись так, чтобы получить минимум повреждений.

– Опасность! Опасность! – заверещал компьютер. Все лампы загорелись красным.

Однако это было не всё. Корабль закрутило, Нину и Марго откинуло назад и придавило к полу. Нагрузки для Нины не были чем-то новым, и она относительно легко переносила их… до сих пор. Ей показалось, что её зажало между двух прессов, и с минуты на минуту расплющит – голова раскалывалась, глаза слезились, дышать было невозможно, кровь пульсировала в висках так, будто собиралась надуть их как воздушный шарик и лопнуть. Нина потянулась к чипу, надеясь, что сможет активировать защитный костюм, и ценой невероятных усилий сделала это. Пусть МАРИ не слышала её, но владельцу активного чипа всё равно были доступны базовые функции, среди которых защита стояла на первом месте. Защитный костюм лёгкой бронёй охватил её тело, завершая преобразование удобным шлемом. Сразу стало легче, и Нина смогла сосредоточиться не только на себе, но и на других. Лар уверенно стоял на ногах, глядя в сторону, а вот Марго… Непривыкшая к нагрузкам, обласканная удобством «Авроры», она никогда не бывала в похожих ситуациях и будучи учителем танцев не стремилась к ним, поэтому теперь просто потеряла сознание. Нина дотянулась проверить пульс, но тут же вскрикнула, хотя из-за шлема её не мог никто услышать – у Марго из носа обильно шла кровь. Лар без промедления бросился к ним.

Он присел рядом, и Нина с удивлением обнаружила, что их накрыла плотная воздушная сфера, внутри которой, несмотря на происходящее с кораблём, было тихо и спокойно. Лар коснулся щеки Марго, вздохнул и щёлкнул пальцами. Его рука рассыпалась на мелкие частицы и стала обращаться тёмным туманом, постепенно увлекая в туман и всё тело. Нина отпрянула, врезаясь в плотную грань воздушной сферы, подняла взгляд на Лара и изумлённо застыла, увидев в его глазах мольбу, надежду и безграничное доверие. А потом в голове раздался его тихий голос – Нине едва удалось разобрать слова:

– Вот доказательства, моя королева…

Раздался треск, в каюте снесло часть стены, полетели обломки, комки какой-то породы с элементами растительности, но внутрь сферы, созданной Ларом, ничего не попадало. Сферу выкинуло из корабля, она прокатилась вместе с Ниной, Марго и Ларом несколько километров и вдруг растворилась. Нину протащило по инерции вперёд, она стукнулась обо что-то твёрдое и потеряла сознание.

Глава 14
Ничейная пустошь

Старый регилианский дом на окраине большого города с покатой крышей и неровными стенами из местной вулканической породы выглядел брошенным, но Нина не могла представить, чтобы кто-то на Ригеле бросил свой дом. Регилианцы, являясь врачебной элитой галактики, жили на широкую ногу, у них не было ни бедных, ни представителей среднего класса, не было и преступлений. Целеустремлённые, спокойные, мудрые они занимались своим делом, вкладываясь лишь в то, что шло на пользу развитию их главного дела – медицины. Всё, даже оборонные структуры и армия служили этой цели. Но при всём своём богатстве Регилианцы имели ещё и очень добрые сердца, могли сочувствовать, безоглядно бросаться на помощь тем, кому она нужна, и отдавать последнее за любую жизнь, если она того стоила. Регилианцы считали, что люди стоят того, чтобы их защищать, чтобы им помогать и оберегать их. Колония действительно никогда не тяготила Ригель своим присутствием. И тем более странно в свете этой информации было видеть брошенный дом.

Нина сделала шаг вперёд и вдруг отпрянула. На пороге пятиугольной двери показалась уже знакомая женщина. Русая коса с проседью и глубокие линии морщин, но всё тот же взгляд уверенный, твёрдый, взгляд с памятью о тяжёлой утрате, которую пережили ради того, чтобы эта утрата имела смысл. Алекс кого-то высматривала, и Нина обернулась, чтобы проследить за её взглядом.

Позади неё от дома вилась каменистая тропинка мимо клумб фиолетовых растений, похожих на пластилиновые поделки маленьких детей, за которыми высились домики регилианской колонии людей. От стены крайнего дома вдруг отделилась тень и вскоре лучи трёх регилианских солнц, преломлённые защитой города, искорками заиграли в ярко-рыжих волосах. Таких же как у Нины.

Алекс напряглась, и Нина вытянулась как струна вместе с ней. Сердце забилось стремительно, будто желая выпорхнуть и метнуться к идущему человеку. Десять шагов, двадцать, и вот Нина видит веснушчатое пухловатое лицо, узкие губы и синие глаза… совсем юного мальчика, подростка. Подросток прошёл мимо, не заметив Нину, и вежливо, в стиле старых фильмов о королях, склонил голову перед Алекс.

– Госпожа Са-о-Ри до Сол просила меня найти вас. Хорошо ли вы устроились… – он не договорил, очевидно, не зная, как к ней обращаться.

– Алекс, – улыбнулась Александра.

Нина смотрела на неё и не понимала, почему та медлит, почему не удивлена и воспринимает появление подростка так спокойно? Какой-то миг она думала об этом, а потом её осенило. Нина вспомнила сон на «Пегасе» перед тем, как они с Антоном отправились на КРИ.

«Храни этот дар, пока не встретишь ребёнка, что принесёт тебе земной цветок, похожий на вершину снегов в ярко-алом рассвете… примула, так вы называете его».

– Что ещё сказала Са-о-Ри? – спросила Алекс после короткого молчания.

Это выдернуло Нину из раздумий, и она обнаружила, что Алекс уже сидит на валуне у дома перед мальчиком и держит его за руку.

– Что навестит свою подругу Октавию, а потом вернётся, чтобы помочь. Сказала, что как только обмен свершится, я забуду её, и ещё… – он задумался, будто что-то вспоминал, а затем буквально из ниоткуда вынул цветок.

Сердце Нины замерло, так же как, вероятно, и сердце Алекс – они обе широко распахнутыми глазами уставились на цветок, испытывая, казалось, одни и те же эмоции.

– Так ты не от Са-о-Ри, а от её сына? Мэйксанейро всё-таки сдержал обещание?

– Только госпожа Са-о-Ри и принц Мейксанейро могут покидать место их… пребывания… – Нина отметила, что подростку с трудом даётся говорить на языке Алекс, хотя речь звучит плавно и без явного акцента. – Они оба передавали вам уважение и поклон.

Алекс долго молчала, но, в конце концов, заговорила тихим дрожащим голосом.

– Как тебя зовут? – она приняла цветок из его рук, а потом извлекла из-под ворота одежды рассечённый кулон и надела ему на шею. Кулон Нины.

– Лео… – тихо ответил подросток, – так мне сказали.

Алекс улыбнулась и с материнской нежностью погладила его по голове.

– Хорошо, Лео. Я рада нашему знакомству. Я присмотрела тебе отличную семью, а пока… пойдём в дом, я тебе всё покажу.

Нина очнулась. Полная темнота, в которую её выкинула сфера Лара, сменилась сумерками, и вокруг стали различаться очертания предметов. То, обо что она стукнулась, оказалось высоченной отвесной скалой из неизвестной ей породы, голова болела – защитный костюм почти не смягчил удар.

«Синяки точно остались», – подумала Нина и привычно потянулась к руке с чипом, но связи по-прежнему не было, МАРИ ничего не слышала, работали лишь базовые функции. Нина представила, как где-то там далеко Антон ждёт сигнала, хоть какой-то связи с ней, как совсем недавно, возвращаясь со следственного Изолятора на «Аврору» ждала она. Дождётся ли? О том, что случилось с мамой, Нина боялась даже представить. В конце концов, она решила, что тревога сейчас ей ничем не поможет, и, заставив себя отбросить лишние мысли, медленно села и прислушалась к собственному телу. Серьёзных повреждений не нашлось. Нина поднялась на ноги, ощущая необычно сильное притяжение планеты, повела плечами, разминаясь, и только тогда заметила впереди нечто необычное.

Небольшое полупрозрачное облако тумана клубилось вокруг чьей-то фигуры – Нина осторожно пошла вперёд и очень скоро различила в тумане Марго. Её бывшая преподавательница сидела прямо на земле, спрятав лицо в ладони, и горько рыдала. Из-за шлема Нина ничего не слышала, но из того, что видела, могла предположить, что атмосфера здесь пригодна для её вида. Она скинула шлем и осторожно вдохнула – воздух оказался сладким и чистым настолько, что закружилась голова, появилась бодрость, а боль в месте удара отступила. Нина снова вернула внимание к Марго и сделала несколько шагов в её сторону. Марго повернулась, подняла заплаканный взгляд и вдруг изменилась в лице. Один удар сердца, и вот Марго выхватывает бластер и целится в Нину – какая-то доля секунды, за которую Нина не успела бы среагировать ни при каких обстоятельствах. Четыре маленьких сгустка энергии вырвались из бластера вместе с тихим хлопком, рассекли воздух и, скользнув опасно близко у головы Нины, врезались во что-то позади неё… или в кого-то. Звук, раздавшийся за спиной, вселил первозданный ужас. Нина резко обернулась, запрокинула голову, раскрыв рот, и отшатнулась, шокированная увиденным. Из темноты сверху прямо к ней тянулись жуткого вида волокна, похожие на переплетение жил и сосудов, будто кровеносную систему не очень аккуратно отделили от тела, вырвав с клочками плоти. Именно в них и попали пули Марго, обратив их в лёд.

– Уходим! Эффект не вечный! – Марго схватила Нину за руку, напугав её ещё сильнее, и потащила в противоположную сторону, прямо сквозь облако тумана.

– А Лар?.. – Нина поспешила за Марго, вглядываясь в темноту. Но ни сферы, ни самого Лара не увидела, лишь очертания остова разбитого и местами догорающего корабля.

– С ним всё будет хорошо, – не очень уверенно ответила Марго и на мгновение отпустила Нину, чтобы перезарядить бластер. В этот момент раздался страшный хруст, волокна снова пришли в движение, и Марго подтолкнула Нину вперёд. – Видишь белую стену света? Беги, туда! – сказала она и заняла боевую позицию.

Только теперь, обратив свой взгляд к горизонту, Нина поняла, в какое место они попали. Похоже, пригодная атмосфера была единственным преимуществом этой планеты. Над равниной, покрытой лёгким пухом плесени, расстилалось белёсое небо, но свет не проникал к земле, находя препятствие в волокнах, окутавших планету сетью. То, что Нина приняла за скалу, было плотное сплетение волокон, врезавшееся в почву, проникающее в самые её недра. Это нитевидное кошмарное существо жило здесь, питалось планетой и её жизнью, вытягивая всё до последней капли, и давало лишь одно – азотно-кислородную атмосферу. Процентного соотношения кислорода и азота Нина узнать не могла, отсутствие связи лишило её и доступа к общей базе и основным системам, так что чип по ручному запросу выдавал ошибку. Снова раздались выстрелы, но на этот раз они не спасли ситуацию, а ухудшили её. Всё небо пошло волнами, сеть волокон сдвинулась, смешалась и стала скручиваться, будто для атаки. Нина, успевшая уйти на пару десятков шагов от Марго, обернулась и кинулась обратно.

– Бежим! – теперь уже она схватила Марго за руку, но ту и не нужно было уговаривать. Она обернулась, широко распахнула глаза и бросилась за Ниной.

Волокна ползли со всех сторон: маленькие и большие они норовили схватить за ноги, руки, вцепиться в шею. Приходилось отстреливаться и отбиваться, но было ясно как день, что тот поток волокон, спускавшийся сверху, остановить не удастся. Стена приближалась неумолимо медленно. Нина экономила патроны – оружие пилотов «Пегаса» могла перезарядить только МАРИ, а обычного у Нины не было, поэтому она старалась стрелять только для того, чтобы прикрыть Марго во время перезарядки её бластера, но ей всё равно не хватило. Им оставалось не больше ста шагов до стены, когда тонкое, почти неприметное в полумраке волокно, схватило Марго за ногу и уронило на землю. Бластер выпал из рук. Нина обернулась, прицелилась последней своей пулей, но не попала – другое волокно преградило путь и приняло удар на себя. Марго вскрикнула, и её потащило во тьму. Нина убрала пустой бластер и выхватила табельное, спустила всю обойму, но добилась лишь того, что волокна опутали Марго сильнее и ускорились. Сдаваться было нельзя. Нина рванула вперёд и поймала руку Марго, вцепилась в неё крепкой хваткой, но сила обладателя волокон была несоизмеримо велика. Нина бухнулась на живот, и её поволокло следом.

– Отпусти! – крикнула Марго. – Отпусти! Ты мне не поможешь! Ты нужна им! Иди к стене… к защите их… – она вдруг вся выгнулась и закричала от боли.

Нина пыталась зацепиться ногами, но волокна были повсюду, подползали к ней всё ближе и ближе, а земля будто специально выровнялась и стала гладкой и скользкой.

– Нет! – бросила она в ответ. – Никаких больше смертей!

Нина попыталась собраться, отбросить чувства и понять, что делать дальше. И озарение пришло, когда раздался хруст ломающихся костей, и Марго закричала снова. У Нины был только один шанс, но для этого ей нужно было рискнуть. Отпустить Марго, чтобы спасти… или не успеть, как произошло с Кристофером. От мыслей о втором варианте бросало в дрожь. Оставаться в одиночестве в этом кошмаре Нина не собиралась, да и не желала Марго смерти, несмотря на прошлое. Вдох-выдох. Нина выпустила руку Марго, перевернулась на спину и быстро набрала нужную комбинацию на высветившейся панели чипа, а потом перевернулась, резко поднялась на ноги и с размаха бросила бластер вперёд. Панель чипа показала короткий обратный отсчёт в четыре пункта, бластер достиг крайней точки своего полёта перед падением и взорвался, вспыхнул белым светом, волны которого разнеслись в разные стороны на пару десятков метров, оставляя после себя белые обуглившиеся угольки волокон. Существо зашипело, взвилось, забеспокоилось, готовясь к новой атаке. Нина понимала – у них всего несколько секунд – поэтому, не теряя времени, подбежала к Марго и, взяв под руки, поволокла её к стене. У Марго была сломана нога, кость торчала наружу, всё тело в ссадинах и кровоподтёках. Идти она не могла, но и не выказывала прежней слабости. Нина в который раз поймала себя на мысли,что мадам Лабуле сильно изменилась с тех пор, как она видела её последний раз. Нина решила расспросить её об этом при первом удобном случае, сейчас же ей оставалось верить, что за стеной белого света действительно безопасно и что они успеют туда пройти.

Остатки взрыва почти растворились, а волокна тянулись по земле и воздуху, только уже как-то медленно, будто нехотя. От стены исходила невероятная сила, Нина ощущала её, а когда оказалась рядом, поняла – стена по структуре и форме была точно такой же, как сфера, созданная Ларом. Свет на деле оказался не светом, а энергией, в которую обе девушки погрузились, будто в ледяное молоко. На миг Нина потеряла способность видеть, но вот стена пропустила их, и в лицо ударил ветер, наполненный ароматами влажной земли и цветов. Волокна облепили стену с внешней стороны, но так и не смогли пробраться сквозь неё. Марго выскользнула из рук Нины и рухнула на землю, Нина посмотрела на неё, выдохнула и устало легла рядом. Воздух приятно холодил лицо, из темноты космоса подмигивали звёзды, и в сердце Нины родилось счастье. Она жива! Они выжили! Она повернула голову, чтобы взглянуть на Марго, и с удивлением обнаружила, что та смотрит на неё.

– Спасибо, – сказала Марго, – я бы тебя бросила, – её испачканное ободранное лицо заливали слёзы.

Нина слабо улыбнулась.

– Мы квиты. Ты тоже защищала меня…

Марго всхлипнула.

– Прости меня… я не думала, что Джон… что мать Ричарда… – она всхлипнула ещё раз и разрыдалась в голос, – мне так жаль. Зачем ты меня спасла?

Нина снова посмотрела на небо.

– Никто не винит бластер за сделанный выстрел, только руку, которая его направляла. И я не стану винить тебя… главное, мы живы.

В этом месте из-за яркости стены полумрак внутри защиты казался непроглядной тьмой, но он не пугал Нину так, как тот, из которого они только что сбежали. Она лежала, смотрела на звёзды и прислушивалась к жалобному поскуливанию Марго.

– Не хочешь спросить, где мы? – голос Марго звучал глухо и прерывисто. Она совершила попытку сесть, но тут же со стоном откинулась назад, на её ногу было страшно смотреть.

Нина села, обхватив колени руками, и качнула головой.

– Сначала нужно что-то сделать с твоей ногой, я тебя тут не брошу.

– И не придётся, – раздался чей-то мелодичный голос за спиной, и Нина вскочила на ноги, готовая защищаться, но вместо этого удивлённо приоткрыла рот.

Прямо к ней двигался представитель Флёрсарин, он скользил над полем, усыпанным примулами в расцветке ягодного мороженного. Точно таких же примул, как хранилась у Антона Чехова.

Нина сглотнула и вынужденно отвлеклась от созерцания цветов, когда Флёрсарин остановился в шаге от неё. Яркие рубины глаз и туманообразное тело в сером балахоне замерло, а затем обернулось высоким мужчиной, чем-то отдалённо похожим на Лара, но будто более благородным и аристократичным. Мужчина улыбнулся Нине и вдруг преклонил колени.

– Моя королева.

* * *

«Пегас» замер на одной из посадочных платформ «Новой Земли», точно маленький жук, юркнувший в сердцевину бутона и там затаившийся. Системы его работали в штатном режиме, МАРИ молчала. В отсеках было подозрительно тихо: не работала кофемашина, не шумела вода в бассейне, не ворчало в перезагрузке варп-ядро, и только мостик обладал небольшим подобием жизни.

Антон сидел в кресле второго пилота, положив руки и голову на панель управления, его взгляд неотрывно следил за датчиком второго чипа, равномерно сияющим синим светом. Второй чип был активен, но ни связи, ни возможности определить местоположение не было. В какой-то момент Антон моргнул и потрогал указательным пальцем датчик, будто пытался стереть с него краску, но тот так и остался безжалостно синим. Антон вздохнул и, возвращая руку на место, случайно столкнул на пол пластиковый стаканчик, коих вокруг него собралось бессчётное множество. Стаканчики из-под кофе валялись повсюду: заполняли собой кресло капитана, часть пола и даже всю верхнюю сторону панели управления на границе смотрового стекла. Мостик словно много дней никто не убирал, да и сам Антон выглядел помято и почти жалко. Босой, с растрёпанными волосами, с многодневной щетиной, ставшей почти бородой, в расстёгнутом кителе и выпущенной из брюк рубашке, испачканной чем-то жирным, он скорее был похож на одного из завсегдатаев увеселительных заведений галактики, чем на себя самого. Он не помнил, когда ел последний раз и когда спал в своей каюте, единственное, что он знал – это точное время, прошедшее с тех пор, как Нина пропала. Восемь межгалактических суток, двадцать пять часов, двенадцать минут и триста тридцать дв… три секунды. Антон посмотрел на маленькое изображение времени в углу, чуть выше датчика второго чипа, и снова уронил голову на руки.

Время тратилось. И тратилось так бездарно.

Хотя внутренние функции корабля всё ещё оставались в его распоряжении, ни покинуть корабль, ни улететь на нём он не мог. МАРИ по приказу адмирала не пускала внутрь даже техников, а сама адмирал не приходила, поскольку сразу после прилёта «Пегаса» на нулевую базу отправилась на встречу с главой Конфедерации и до сих пор не вернулась. И всё же дроны доставки, которыми пользовалось любое мало-мальски достойное заведение «Авроры», на «Пегас» попадали без проблем.

А время шло. Драгоценное время.

– Майор, – голос МАРИ разнёсся по кораблю, заставив Антона вздрогнуть. Ему показалось, что он не слышал её целую вечность, и что почти забыл, как именно звучит её голос, а она продолжила, не дожидаясь ответа. – Адмирал Картер на корабле. Она будет ждать вас в кают-компании.

Непривычное распоряжение было воспринято Антоном как нечто потустороннее. Сейчас важнее его уязвлённой гордости был приказ оставить поиски Нины, вернуться и ждать здесь, хотя можно было… Антон отмахнулся от мысли и встал, впервые за много дней ощутив в себе прежнюю злость и желание высказать всё, что было на душе. Не соизволив привести себя в приличный вид, он ввалился в кают-компанию прямо в том, в чём был – Кейт сидела за столом, устало бросив руки вдоль тела. Она тоже была вымотана, но Антона это нисколько не волновало.

Нетвёрдой походкой добравшись до стола, он сел напротив и устремил на неё взгляд. Она посмотрела в ответ. Между ними повисло тягостное и долгое молчание, которое нарушал лишь мерный тикающий звук систем жизнеобеспечения. Антон не знал, сколько прошло времени, решение заговорить пришло само.

– Какого чёрта, Кейт? – произнёс он, не сумев вложить в этот вопрос ни злости, ни своего негодования, ни своей боли. Фраза прозвучала обыденно, безэмоционально, почти сухо.

– Мы мобилизуем объединённую армию галактики, – одновременно с ним произнесла она.

– Что?

– Что?

Снова сказали они в один голос. Антон изобразил улыбку и махнул рукой.

– Нет, что ты там про объединённую армию галактики. Ну-ка, поподробнее…

Кейт горько усмехнулась и неопределённо качнула головой:

– Да-а, Чехов, субординация в уставе для тебя не существует… – она тяжело вздохнула. – Состоялся межгалактический совет, глава Конфедерации объявила полную мобилизацию всех активных внешних резервов. Юмаради захватили чуть ли не половину галактики, напали на Ауро-эс… Дворец Ак-Ауро настаивает на военном вмешательстве.

– Глава дворца Ак-Ауро? – ошарашенно уточнил Антон. – Глава Конфедерации стала его слушать? После всего, что я передал? После всего, что там произошло? Да он же…

– Мы не знаем точно, что именно там произошло, – перебила Кейт. – Запись хорошая, но в событии нет ничего странного. Глава Ак-Ауро должен был прилететь и разобраться, и он это сделал. И нет никаких причин подозревать его в том, что происходит у него в мастерской.

Антон пригладил щетину на лице.

– Серьёзно? Ты сама-то в это веришь? Глава Ак-Ауро не знает, что творится в его мастерских? Об Эмилии? Приказ техникам – это смертный приговор! Даже идиоту это понятно!

– Да? С чего ты взял? Допустим, система твоего чипа записала всё, что ты видел на планете, но то, что ты наблюдал с корабля, никак к этому не относится. Глава Конфедерации не будет обвинять бездоказательно…

– Она сама подозревает Ауро! Глава Конфедерации поделилась с нами давним конфликтом между Акустико и Ауро. Не может быть, чтобы она не знала!

– Значит, это политическая игра, в которую нам не стоит вмешиваться, – спокойно возразила Кейт и, прежде чем он начал спорить, добавила. – Мы в любом случае не можем вмешиваться. У нас проблема посерьёзнее. Глава Конфедерации хочет, чтобы «Пегас» тайно присутствовал в зоне предполагаемых боевых действий и проводил удалённое сканирование всех систем врага. Юмаради заняли Ауро-эс, Конфедерация собирается это прекратить, а я боюсь, что Ауро используют конфликт, как возможность получить доступ к нашим системам. Кто знает, как именно они выполнили указы главы Конфедерации, а вдруг они оставили только им известные лазейки?

Ауро-эс. Антон чуть было не отказался, но услышал название планеты, и промолчал. Там он в последний раз видел Нину, значит, там он её и найдёт. Она жива. Он верил, чувствовал, что она не погибла.

– Хорошо, я полечу, не волнуйся. Если бы Ауро оставили лазейки, они давно бы воспользовались правом на собственное творение… думаю, не о чем переживать, хотя и подстраховаться стоит.

Кейт нахмурилась.

– Что, даже не возразишь? Не станешь спорить?

Антон пожал плечами.

– А есть смысл? Я всё равно планировал туда вернуться…

– Зачем? – Кейт удивлённо воззрилась на него, а потом взгляд её изменился, она вспомнила. – Да, конечно… – Кейт потёрла переносицу, зажмурившись на мгновение. – А, и кстати, если помнишь, я говорила о владельцах знака КРИ. Они назначили встречу. Я жду тебя через два часа у себя в кабинете и… – она оценивающе обвела его взглядом и встала, опираясь на стол, – приведи себя в порядок, смотреть страшно.

Кейт пошла к выходу и у самого шлюза последним аккордом своего появления произнесла.

– МАРИ, отмена протокола четыреста четыре. Полное управление капитану.