Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

Пока матросы развлекали сами себя, примеряя роли земледельцев и скотоводов, маг пытался организовать каменотёсные работы, в которых каждый элемент имел определённые размеры. На постройку первых врат ушло почти четыре месяца, на вторые врата, расположенные на расстоянии около трёх сотен шагов от первых, – два месяца, и ещё один месяц потребовался на зарядку кристаллов. Тайное испытание врат было назначено на тот день, когда ровно год назад флотилия покинула Собачьи острова и взяла курс на юго-запад.

Евпл активировал кристаллы, подвёл к вратам козу, предварительно несильно связав ей копыта, чтобы она не могла далеко убежать, и хлестнул по животному. Испуганная коза рванула в сторону врат и… исчезла. Деактивировав кристаллы, маг потратил треть часа, пока не дошёл до вторых врат. Недолгие поиски привели к живой козе, которая мирно обгладывала листья какого-то кустарника.

Последующие испытания на животных различных размеров показали полную работоспособность врат, и для завершения эксперимента теперь требовался человек. Евпл не стал придумывать что-то необычное и просто предложил одному аборигену красивую, но дешёвую вещичку, и тот, не представляя всю важность момента, направился через каменные врата…

Вместо эпилога

Пожилой мужчина, которого вряд ли кто смог бы назвать стариком, шёл неторопливо по дороге, выложенной камнем. Поговаривают, её построили в стародавние времена только для быстрой доставки государственной почты и передвижения войск, и что обычным людям ходить по ней было запрещено под страхом тюремного заключения. Сейчас же такими хорошо сохранившимися дорогами редко кто пользовался даже добровольно, поскольку прежних городов, ими соединяемых, почти не осталось, а тому, кто всё-таки решил передвигаться по ним, приходилось делать большие крюки, дополнительно проходя значительные расстояния.

Мужчина, казалось, не спешил. По-крайней мере, внешне его торопливость никак не проявлялась, но только он знал, что до конечной цели было ой как много миль, и любая непредвиденная задержка может свести на нет все прежние усилия. Вдалеке показалось селение, небольшое, но один невзрачный покосившийся постоялый двор имелся. Правда, прилично одетые люди согласятся оказаться в его стенах лишь в случае крайней нужды. Однако сейчас путнику было всё-равно что есть и где спать, и он решительно потянул входную дверь.

Дверь не поддалась, и лишь после нескольких неудачных попыток мужчина понял, что её надо толкнуть. Удивившись подобной несуразице, могущей при пожаре стать причиной дополнительных смертей, путник вошёл внутрь. Вечернего света, едва пробивавшегося через небольшие окна, явно не хватало для того, чтобы разглядеть рассевшихся в тёмных углах людей, но немногочисленных посетителей, видимо, всё устраивало. Вероятно, у них довольно непростая жизнь, раз они даже в таком полумраке стараются скрыть себя.

За засаленой стойкой, держа в руках заляпанное полотенце, судя по внимательному взгляду, бросаемому на всех, находился сам хозяин, чью лысину немного скрывал странный головной убор, который, вероятно, донашивал ещё его дед.

– Здравствуй, уважаемый! Я бы хотел перекусить чем-то горячим и, возможно, снять комнату на одну ночь, – обратился путник.

– Три серебряных монеты за еду и ещё три за ночлег, – прозвучал ответ, в котором не было ни капли учтивости. – И не забудьте о чаевых служанкам.

– Полтора дуката за всё?! – удивился мужчина. – Здесь, в этом постоялом дворе? – уточнил он после вторичного осмотра помещения.

– Не нравится, ищи другой.

Если бы слово безразличие было именем, то хозяин данного постоялого двора носил бы его без всякого стеснения.

– Могу я хотя бы взглянуть на ужин, стоимостью три флорина? – без особого оптимизма спросил путник.

– Давай монеты и смотри на него хоть до утра, – на ранее безразличном лице лысого появилось подобие усмешки. – Повар не будет готовить еду, за которую никто не собирается платить.

Делать нечего, – до ближайшего городка не менее двух дней пути, так что путнику пришлось достать требуемую сумму и положить сверкающие монеты на стол перед хозяином. Тот весьма придирчиво осмотрел каждую монету и гаркнул несколько слов подавальщице. Путник уже устал недоумевать по каждому увиденному в этом странном заведении поводу и выбрал наименее грязное место чуть в стороне от окна с давно немытыми стёклами, уселся и стал ждать.

Неожиданно, но принесённая посуда выглядела вполне чистой, и она настолько нарушала незамысловатую эстетику данного заведения, что мужчина, почти давший сам себе зарок ничему тут не удивляться, всё-равно изумился. Еда оказалась под стать чистоте тарелки, хотя вместо специй повар использовал какие-то местные травы.

– Можно соли? – спросил мужчина, когда разносчица проходила мимо него.

– Соль – причина многих хворей, – вдруг подал голос хозяин, – от болезней печени и почек, до размягчения костей и зубов.

Ответить на такое глубокое познание в медицине было нечего, и путник стал неторопливо есть свой ужин. Чуть позже ему подали пиво, и, отведав его, мужчина решил, что хотя бы здесь хозяин постоялого двора решил отыграться на своих посетителях, поскольку таким кислым напитком можно с большим успехом очищать ржавое железо.

– Это лучший алламбик, который варят в наших землях, – снова послышался голос хозяина.

От него, несмотря на тусклый свет, не ускользнуло недовольное выражение лица нового постояльца, и некоторые посетители не только одобрительным гулом подтвердили эти слова, но и выразили желание пополнить свои кружки. “Куда я попал?” – лишь и смог подумать путник, решив больше никогда в жизни не прикасаться к какому-то алламбику, даже если будет грозить смерть от обезвоживания.

Голодный желудок с радостным урчанием принимал всё, что падало в него, и через четверть часа был забит почти под завязку. Мужчина уже начал подумывать о том, чтобы хотя бы глотком того дикого пойла смочить горло, но пережёванная еда в знак сопротивления стала грозить неожиданным излиянием на стол, и путник еле уговорил её не выходить таким эффектным, но довольно мерзким способом.

– Я провожу тебя в комнату, – сказала разносчица, увидев, что постоялец наелся и его начало клонить в сон, – дабы ты не споткнулся по пути.

– Спасибо. Это очень кстати, поскольку я и не представляю где она.

Идя за женщиной путник мысленно ещё раз поблагодарил её, поскольку самостоятельно долго бы искал нужную дверь, поворачивая за многочисленные углы. Комната оказалась ещё более тёмной, чем зал, но принесённая дешёвая свеча немного осветила её. Мужчина уже хотел было улечься, но разносчица не уходила. “Ах да, чаевые,” – вспомнил он и дал пару десятков крейцеров.

– Благодарю, – женщина неожиданно присела в поклоне. – Моё жалование состоит почти полностью из чаевых, – добавила она немного смутившись и уже собралась закрыть за собой дверь.

– Во сколько здесь начинают подавать завтрак? – остановил её постоялец.

– Через пару часов после рассвета, – и дверь захлопнулась.

Ночь накрыла своей непроглядной тьмой всё вокруг, и лишь в столовой зале, сгудившись возле неяркого масленного светильника, бодрствовало несколько человек. Один из них был лыс и отблески забавно отражались от кожи головы.

– Этот путник уже заснул, – проговорил носящий ранее странную шапку. – Если он почти без торга отдал аж шесть флоринов за тарелку еды и кровать, то, наверняка, у него в кошеле имеется множество дукатов. И нам, как добрым людям, следует облегчить его тяжёлую ношу.

– Когда нам следует навестить его, хозяин? – спросил один из присутствующих.

– Через два-три часа после полуночи, когда сон особенно силён и сладок, как и сон-трава, которую наш повар без сожаления кидает в свою стряпню. Каким способом можно тихо открыть дверь в запертую комнату вы знаете…

В комнате, где давно спал путник, было тихо, и лишь негромкое сопение усталого от долгой дороги человека указывало на его присутствие. Входная дверь начала медленно отворяться, и к единственной кровати направились трое верзил, держащие в руках подушку и верёвки. Первый из них остановился и дал спутникам условленный сигнал приготовиться. Едва его руки протянулись, чтобы схватить лежащего, как вроде бы спящий человек громко воскликнул, и все трое непрошенных гостей без каких-либо стонов повалились, нарушив прежнюю тишину громкими звуками ударов своих бестолковых голов о деревянный пол.

Путник открыл глаза и, не удивляясь присутствию посторонних распластанных тел, стал приводить себя в порядок, затем вытащил из сапога нож и обулся. Выйдя из комнаты, мужчина прикрыл за собой дверь и начал спускаться. На стойке, за которой ещё недавно стоял безразличный, теплилась свеча. Сам он сидел за находящимся неподалёку столом и не спеша пил своё любимое кислое пиво.

– Ты? – только и смог он задать глупый вопрос, когда вместо своих слуг разглядел живого путника. – Как ты смог выйти?

– Да, я, – спокойно ответил мужчина, не желая отвечать на другие вопросы.

Тьма навалилась на хозяина постоялого двора, но вскоре лысый очнулся и осознал, что надёжно связан по рукам и ногам, а рот затянут грязным полотенцем.

– Я буду задавать вопросы, а ты кивай, если будет что ответить. Понял? – и дождавшись ответа допрос начался. – Где ты хранишь деньги и ценное добро ограбленных тобою людей?..

Ранним утром постоялый двор потряс громкий женский крик “Пожар!” Немногочисленные постояльцы начали выбегать из своих комнат и сгрудились у двери, позабыв, что она открывается внутрь, а когда они оказались под чистым небом, вдали виднелся удаляющийся по старой дороге всадник. В перемётных сумах он увозил немного монет и простые ювелирные украшения, и лицо его светилось довольной улыбкой.

Трофеи были как нельзя кстати, поскольку странный мужчина порядком поиздержался в пути, а оставаться надолго на одном месте, в надежде раздобыть средства к существованию, он считал непозволительной тратой драгоценного времени. Путник спешил в большой город, поскольку не хотел опаздывать на одно важное мероприятие. К его счастью, лиходеев здесь почти не было, да и догнать всадника пешим людям было довольно проблематично. Не смотря на то, что лошадка, взятая из почти пустой конюшни, оказалась довольно неказистой, скакала она бодро, хоть и не очень долго.

Из-за её плохой выносливости, мужчине приходилось часто пускать бедное животное шагом, но даже таким образом он приближался к своей цели несколько быстрее, чем планировал. Когда четвероногое средство передвижения уставало и хотело есть, путник стреноживал его и заваливался спать, предварительно перекусив взятыми из таверны продуктами. Добравшись до небольшого городка, всадник продал лошадку, поскольку теперь можно особенно не спешить, и, заплатив за проезд на повозке, предаваться отдыху в то время, как возница брал на себя заботу по своевременному прибытию.

Через два дня путник достиг крупнейшую торговую агломерацию, которая в былые времена представляла собой Содружество Пяти Городов, а теперь имела название Пента. Почти все значимые города этих мест уже давно приобрели статус, не позволяющий правителям провинций вмешиваться во внутренние дела и, даже, собирать не оговоренные в договоре с Императором налоги. Но Пента имела не только древнюю и славную историю, но и собственные законы, дающие жителям разнообразные привилегии. Всё это привлекало сюда не только мастеровых и торговцев, но и магов.

Со временем последних становилось всё больше и больше, и они подали в один из магистратов прошение об открытии собственной школы. Осознав, какую пользу агломерации может принести данное учебное заведение, разрешение было дано, и построенная школа магов ещё больше возвысила Пенту, привлекая многих одарённых, которые впоследствии оставались здесь жить и работать. Постепенно школа приобрела известность далеко за пределами этих земель, и теперь в неё привозили детей из различных уголков империи, а учителя делали всё, чтобы поступающие ученики вышли отсюда хорошими магами.

Это учебное заведение было консервативным настолько, что мальчики и девочки до сих пор обучались отдельно. Но на первом открытом уроке по истории магии дети обоих полов были собраны в один большой зал, дабы их родители смогли не только полюбоваться своими отпрысками, но и лицезреть представительных родителей их однокашников. Путнику были безразличны эти напыщенные, в массе своей, люди, чрезмерно гордящиеся тем, что смогли всеми правдами и неправдами записать своё чадо в престижную школу, в которой, конечно же, очень опытные преподаватели обязательно научат многовековой мудрости.

Почему этот мужчина отдал своего потомка именно сюда? На это было несколько причин. Во-первых, в этом учебном заведении было безопасно, поскольку, несмотря на высокий уровень жизни, во многих городах промышляли банды, стремящиеся взять под контроль всех и вся. В Пенте магистраты зорко следили за тем, чтобы лиходеи не распоясывались, и их деятельность не слишком сильно вредила агломерации и его жителям.

Во-вторых, отдалённость от традиционных мест проживания магов. Мужчина имел серьёзные причины как можно реже сталкиваться с теми, кто назвал себя избранными.

И, в-третьих, конечно же, наличие большого благоустроенного и защищённого общежития с хорошими, пусть и небольшими, комнатами, рассчитанных лишь на одного обитателя. Путник, за свою долгую жизнь, успел увидеть множество подобных школ, которые имели настолько неприглядные места для сна, что проще было улечься на улице, чем в помещениях, где ученики спали чуть ли не вповалку на тонких лежанках в окружении почти грязных стен. Всё это, обычно, высокопарно превозносилось как обучение трудностям повседневной жизни, с которыми, рано или поздно, столкнутся выпускники.

Десятиминутную напыщенную речь ректора путник слушал довольно внимательно. Да, этой школе было чем гордиться, – благодаря грамотному руководству и умелому подбору преподавательского состава, отсюда действительно выпускались сильные маги. Вот только сам учебный процесс не благоприятствовал самостоятельному познанию как самого мира, так и магии. Всё предлагалось делать в соответствии с уже наработанными методиками и любое отклонение рассматривалось как непростительное вольнодумство.

Ректор, наконец-то, закончил и начался вводный урок по истории магии. Седой преподаватель с длинной, чуть ли не волочащейся по полу бородой, взял в руки утверждённую Советом магов брошюру и без долгого предисловия начал зачитывать текст, давно знакомый путнику до последней запятой.

“Магия стара как мир и, даже, ещё древнее. Первыми магами на земле были учёные мужи-звездочёты, проживавшие на Востоке. Они поклонялись богу Ахура-Мазда, которого эллины называют Оромасдисом. В благодарность за искреннее поклонение он послал на землю свой дар – семена магии, которые могли принять лишь лучшие представители рода человеческого. Эти семена взрастили в людских телах частички божественной сущности, позже названными хранилищами.

Первые маги были очень могущественными и могли использовать силы не только стихий, но и многих других проявлений природы, а так же божественного естества. Со временем Ахура-Мазда решил, что набралось необходимое количество одарённых, и ограничил другим людям доступ к семенам магии. С тех пор избранным можно стать лишь по праву рождения. И вы, наши ученики, являетесь именно такими уникальными людьми.

К сожалению, человек является слабым существом, быстро впадающим в различные отклонения. Немногие маги стали пользоваться полученным даром себе во вред и, поэтому, вместе с упомянутым ограничением, людям была дана божественная помощь, – посланница Курус сумела возродить многие утерянные знания и провела реформы, послужившие на пользу всем избранным. К сожалению, вечный злой дух вселился в одного человека по имени Евапал, который стал противодействовать великой светлой посланнице и всячески вредить избранным и, даже, убивать их.

Чтобы маги больше не отклонялись от правильного учения, был организован Совет старейшин, впоследствии предпринявший невероятные усилия для защиты одарённых людей. Умудрённые опытом старцы смогли изгнать того, в кого вселился злой дух, в далёкие земли, откуда нет возврата. К сожалению, богопротивный Евапал смог всё-таки заразить плесенью ложного учения немногих магов, и эта язва до сих пор продолжает поражать избранных.

Во всех магических школах учат истинному применению магии, в незапамятные времена одобреное Советом. Священный долг каждого мага – вырывать заразу и бросать её в огонь…”

Мужчина поморщился, – он хорошо знал, как яд ежедневной лжи легко и глубоко проникает в детское сознание. Да, ему будет нелегко сохранять разум своего подопечного от этого давления, но за долгое время он накопил определенный опыт, опираясь на который можно научить мальчика здраво мыслить.

Бородатый старикан ещё долго читал брошюру, в то время как новые ученики и их родители с благоговением слушали правильные исторические факты. И лишь один внешне спокойный человек пытался укротить внутренний бушующий океан эмоций в котором волны негодования стремились вырваться наружу. “Ничего”, – думал он. – “Наступит время и ты, внук, узнаешь всю правду о моём дедушке Евпле Альберусе, а я обязательно научу тебя вещам, о которых боятся даже подумать все эти преподаватели, читающие лишь одобренные когда-то кем-то книги.”

Тампио
В поисках ушедших богов – 1

Глава 1

– Видишь, кирпичи чуть отличаются от соседних? – Павел ткнул пальцем в освещённое место на тёмно-красной стене

– Брось, тебе просто кажется, – Олег скептически взглянул в указанном направлении. – Вероятно, здесь циркуляция воздуха чуть лучше, вот они и светлее.

Два чёрных копателя стояли в туннеле одного из давно заброшенных подземных сооружений Калининграда и раздумывали о том, в какое из двух ответвлений им направиться. Сильные светодиодные фонари с минуту беспорядочно скользили по сводчатым стенам, пока один из приятелей не заметил что-то странное.

– Причём тут воздух? – недоумевал Павел. – Я о форме говорю. Взгляни, – вот длинные кирпичи, они старые, а вот короткие, более поздние. Форма изменялась на протяжении столетий в сторону уменьшения.

Олег всего второй раз был в старых немецких подземельях, и его опыта явно не хватало для того, чтобы замечать все нюансы. Неволей пришлось согласиться с приятелем, хотя особой разницы он не увидел. Короткие кирпичи или длинные... да какая разница? Пока Павел пытался простучать странную кладку, его напарник позволил себе затянуться сигаретой, хотя и убеждал всех знакомых, да и себя лично, что давно завязал, и с наслаждением принялся выпускать кольца дыма.

Всё началось год назад, когда из-за ковида двадцатисемилетний Олег Игумнов потерял работу. Небольшая мебельная фирмочка, где он работал, закрылась, не выдержав несколько месяцев простоя и почти моментального падения спроса на кухонные модули. Молодой человек работал кладовщиком и особенно не переживал о случившемся, так как надеялся, что всегда может устроиться куда-то ещё. Но внезапно оказалось, что люди без особых умений мало кому нужны, кроме муниципальных служб, конечно, где всегда требуются руки, умеющие подметать асфальт и стричь газоны.

Из нахлынувшей депрессии безработного Олега вытащило сообщение в социальной сети от бывшего однокурсника, который, как оказалось, уже давно занимался диггерством. Причина интереса банальна, – его приятеля подкосила всемирная инфекция, и срочно потребовался адекватный напарник, пусть и неумелый, но способный в случае чего хотя бы аптечку подать или в МЧС позвонить.

Олег и раньше интересовался изучением всяких там подземных коммуникаций и посещал разные сайты, где диггеры выкладывают хвастливые видеоролики со своими странствованиями. Молодого человека, как и многих других, интересовали найденные исследователями предметы, назначение которых было зачастую не понятно. А ещё больше его интересовала стоимость, за которую эти вещи находили своего покупателя. Да и чисто за компанию он мог порассуждать о разных исторических загадках.

Когда однокурсник Пашка написал ему в социальной сети и спросил, интересуется ли он историей Второй Мировой и мечтал ли когда-нибудь найти железный крест, то Олег понял, что его размеренная жизнь может круто измениться. Конечно, чуть позже Павел несколько разочаровался в выборе спутника, но время поджимало, и пришлось ехать в Белоруссию с этим неподготовленным человеком. Железный крест Олег, конечно, не нашёл, но пару немецких кокард и колечко с «мёртвой головой» заимел. Необычное приключение понравилось бывшему кладовщику и, преодолев несильное сопротивление товарища, смог напроситься во вторую вылазку.

Павел где-то прознал о заваленном входе в одну подземную калининградскую коммуникацию и ему нужна рабсила. Олег хоть и не производил впечатление человека, родившегося с лопатой в руках, но был надёжным, что иногда значит больше, чем физическая сила, хотя и последняя немаловажна, поскольку приходится таскать довольно нелёгкое оборудование в виде металлоискателей, мотков троса, лопат и прочего.

Вот и сейчас, когда Павел решил, что надо попытаться разобрать кирпичи, поскольку за стеной явно была пустота, пригодились взятые ломик и монтировка. Колотили диггеры стену попеременно, и когда кладка начала поддаваться, первый кирпич покинул своё место, а за ним и второй. Посветив в образовавшуюся дыру, названную Олегом в шутку технологическим отверстием, парни действительно увидели какую-то полость. С удвоенной силой они принялись за дальнейшую работу и примерно через час выдолбили проход, в который можно было пролезть, если очень постараться.

Первым пошёл, конечно же, Пашка, на всякий случай обвязавшись тросом. Его приятель не выпускал верёвку из рук и приготовился в случае сигнала вытаскивать напарника обратно. Обошлось. Через пару минут Павел стал принимать рюкзаки и оборудование, а потом и самого Олега. Внутри было так же темно, как и в самом туннеле. Хорошо хоть никаких посторонних противных запахов не ощущалось. Оглядевшись, Олег пришёл к выводу, что они находятся в каком-то довольно узком коридоре. Осторожно прощупывая пол, стены и потолок молодые люди двинулись по проходу, даже не подумав обсудить какие-то дальнейшие действия.

Коридор оказался не очень широким, и оба парня терялись в догадках, куда он может вести. Наконец показалась металлическая дверь, подобная той, что Олег видел за время прохождения службы в отдельной роте ПВО. Точно такие же герметичные двери закрывали вход в подземный пункт управления. К их радости, дверь была приоткрыта. За ней находился небольшой проход, ещё одна такая же открытая дверь, а далее – пыльное помещение метров пять на десять, в котором за паутиной и кучей каких-то полуистлевших бумаг стоял ещё крепкий деревянный стол. Пара стульев валялась рядом... и всё. Больше ничего в комнате не обнаружилось. Хотя нет, на стене висел длинный металлический карниз с тяжёлой портьерой.

Парни переглянулись и нерешительно шагнули к стене. За тканью показалась пустая ниша. Разочарование усилилось, и Олег уже собрался идти обратно, но голос Павла остановил:

– Смотри, какие странные балки.

– Где?

– Да вот, по периметру ниши.

Действительно, с четырёх сторон неглубокой ниши виднелись длинные каменные блоки, похожие на творение рук античных мастеров, поскольку были украшены растительным орнаментом. На левом вертикальном блоке, в полутора метрах от пола имелось выпуклое изображение ладони. Приятели недоуменно переглянулись.

– Я до ковида собирался в Турцию отправиться и примкнуть к экспедиции альтернативных историков-археологов, – вспомнил Олег. – Вот они в своих видеороликах часто подобные орнаменты показывали.

– Нет, это, скорее, камин, – стал спорить Павел. – Вот только у каминов имеется дымоход, а здесь сплошная стена.

– Его могли и заложить. В старых квартирах Петербурга имеется множество заложенных каминов.

– Смотри, на камнях виднеются какие-то стекляшки, – ткнул парень во что-то отбрасывающее свет. – И они огранены.

– Может, это немцы сделали? Фашисты проводили множество секретных экспериментов, и они даже в Антарктиде имели свои военные базы, – Олег собрался пересказывать краткое содержание передач РЕН-ТВ,

– Не фашисты, а национал-социалисты, – оборвал едва начавшееся словоблудие Павел. – Фашистами были итальянцы, а немцы – социалистами, что очень не нравилось Сталину, и он приказал называть родственное идеологическое учение фашистским.

Олег промолчал. Он готов простить своему приятелю многое, но всегда считал, что подобные речи ведут только антисоветчики, в лучшем случае, и русофобы, в худшем. Спорить в десятке метров под землёй о правильности именования тех, с кем воевали прадеды, он не считал необходимым. Вот выйдут наверх и за кружкой чая с коньяком снова начнут горячо дискутировать о том, чего не видели своими глазами.

– Идём обратно?

– Да, давай, – неожиданно легко согласился Павел.

Это немного удивило Олега, который уже привык к тому, что его приятель готов обстучать каждый подозрительный кирпич в поисках возможного тайника. Тот понял мысли товарища и пояснил:

– Продолжим идти по туннелю, и, если ничего не найдём стоящего, вернёмся сюда.

– Окей!

Олег понимал, что тратить время в этой пустой комнате будет довольно неразумно, если впереди их могут ожидать более интересные дела. Парни перебрались через узкий проход и снова встали перед дилеммой: выбрать правое или левое ответвление.

– Думаю, надо соблюдать правило правой руки, – решил Павел, как старший член их команды. – Не удивлюсь, если мы, вдоволь прошляясь, окажемся на этом же самом месте.

Делать нечего. Олег закинул на плечи лямки рюкзака, взял инструмент и потащился за Пашкой, который нёс только свой рюкзак. Обязанности каждого члена их небольшой команды были определены ещё в самом начале совместной деятельности, и ныть, что один тащит тяжести, а второй – лишь командует, смысла нет.

Под ногами неприятно чавкала жижа. Хорошо ещё крыс не видно и не слышно. Шагов через пятьдесят прямо в стене снова показалась гермодверь. Но она, к сожалению, была заперта и, как парни не старались, вскрыть её не представлялось никакой возможности.

– Как же национал-социалистические вооружённые немецкие рабочие открывали эту дверь?

– Вероятно, только изнутри, – Павел сделал вид, что не заметил явную подколку. – Наверное, здесь когда-то был телефон, по которому они и связывались с теми, кто находился за дверью.

Против такого предположения Олег не нашёл что возразить. Он был новичком, а Павел уже лет пять занимался поиском материальных следов Второй Мировой войны. Причём, с большой выгодой для себя, как это следовало из нечастых откровений, которыми делился заплетающимся языком после очередной кружки коньяка с чаем. Через пять минут парни, медленно продвигающиеся вперёд, заприметили ещё несколько подобных дверей, и лишь одна из них оказалась настежь открытой.

– Плохой знак, – после недолгого стояния перед открывшимся проходом произнёс Павел. – Не удивлюсь, если через эту дверь пошли несколько лет назад.

– Почему? – наивно спросил Олег.

– Потому что за ней ничего не нашли и решили продажей информации об этом подземелье хоть как-то возместить потраченные в экспедицию деньги. Но всё-равно, надо проверить, тем более, я дальше вижу тупик, и нам придётся возвращаться.

Как Павел и предположил, ничего интересного в комнатах, располагающихся за дверью, не обнаружилось. Лишь такие же деревянные столы и стулья. Даже портьер никаких не было видно. Приятели потратили немало времени, простукивая стены, но ничего так и не нашли. Разочарованные, они двинулись обратно в сторону развилки. Выбрав теперь левый проход, горе-диггеры пошли было по нему, но почти сразу наткнулись на завал, разобрать который вряд ли смог бы и стройбат.

– Ну что же, возвращаемся к камину и всё там простучим, – зло решил Павел. – Я десять тысяч отдал за карту и всё коту под хвост!

Олег решил никак не реагировать на эти слова, поскольку знал, – его приятель всегда становился чрезмерно нервным, когда понимал, что сильно лоханулся, но когда до Павла доходило, что его ещё и поимели, то он просто зверел.

Обратно возвращались молча. Один подсчитывал прямые убытки, а второй – пролетевшую, как фанера над Парижем, прибыль. Согласно их уговору, все расходы на поездку оплачивал Павел, но и долю добычи брал себе львиную. Вот и пробитый ими проход. Пришлось снова залезать и перетаскивать снаряжение.

Как обычно, Олегу досталась левая часть стены, поскольку Пашка, когда был в хорошем расположении духа, часто шутил на тему их имён, как бы намекающим, что Олег – левый, а Павел – правый. Но вот именно сейчас бывший кладовщик не имел ничего против, поскольку его часть стен по длине была короче, если выбрать границей странный камин. Чтобы не мешать друг другу, Павел прошёл в комнату и начал двигаться в обратную сторону, внимательно простукивая чуть ли не каждую пядь стены. Олег, которому тоже были нужны деньги, прислушивался к отзвуку не менее внимательно.

Стоит ли удивляться, что от ритмичных звуков в закрытом помещении у Олега разболелась голова, и он умудрился сильно содрать с ладони кожу, зацепившись за какой-то незаметный гвоздь.

– Замотай бинтом, – посоветовал Павел, подошедший получше послушать ненормативную лексику, – а то ещё заражение будет.

– Ерунда, – легкомысленно отозвался приятель. – На мне всё заживает, как на собаке. Да и осталось простучать-то всего немного, пару метров.

– Ну-ну, – только и ответил на это умудрённый опытом диггер.

Говоря о паре метров. Олег порядком расслабился, и лишь для виду немного поколотил по стене. Ясно, что здесь никаких тайных полостей нет и находки, если и будут найдены, то не в этот раз.

Задумавшись о грядущем безденежье, Олег опёрся раненой ладонью о камин... Яркий луч от налобного фонаря превратился в какое-то расплывчатое сияние... Парню показалось, что полупрозрачные стёкла, которые были вставлены в камни, вспыхнули, и всё тело тряхнуло как от удара током...

***

Когда Олег очнулся, то понял, что лежит на чём-то твёрдом и голова сильно гудит, как от удара киянкой. Откуда он это знает? Как-то на работе проходил мимо одного длиннорукого сборщика мебели, а тот зачем-то размашисто замахнулся перед очередным ударом по кухонному модулю и попал своим резиновым молоточком кладовщику почти по макушке. Прозвучало много матов, стонов и причитаний, но их директор сделал морду кирпичом и отказался оплачивать те дни, которые Олег вынужден был отлёживаться дома, вместо того, чтобы сразу идти в травмпункт. Кстати... именно директор и отговорил его от оформления официального больничного, типа «на тебе всё заживает, как на собаке».