Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

Глава 13. Не такой как все

– Лагости, – Гидеон сделал шаг в дверь квартиры, где расположился глава Ригеля. Тот сидел у стола, склонив голову. – Уже знаешь… – обречённо заключил Гидеон.

Лагости Аки молча махнул рукой, предлагая сесть.

Гидеону было одновременно и странно и удобно, что квартиры на «Новой Земле» похожи. От входной двери сразу в кухонный блок, от которого по обе стороны комнаты с личными санузлами, большое окно во всю стену, открывающее вид на перекрытия, систему обороны и открытый космос… Теперь без рассветов, лишь мрачная темнота.

Гидеон взволнованно сглотнул и сел, заглядывая в лицо старого друга. Он пытался найти в нём ответы на собственные вопросы и опровержение или подтверждение страхов, но Лагости оставался безэмоционален и тих.

– Что случилось? Как это произошло? – не выдержал Гидеон.

Лагости Аки покачал головой. Его голос хрипел, двоился и будто бы выходил не изо рта, а через перепонки. Переводчик они по привычке не включили. Лагости пытался говорить на языке людей, но эмоции оказались сильнее, чем его владение языками. Гидеон достал переводчик и попросил:

– Не нужно… говори как тебе удобно.

Лагости поднял на него взгляд, наполненный теплом и благодарностью, Гидеон выдохнул – на него смотрели глаза друга, опечаленного, глубоко скорбящего, да, но всё ещё близкого друга, который ни в чём его не винил.

– Я получил первичные данные, – произнёс Лагости, и переводчик ловко передал каждое слово. – Это один из наших техников, проводивших работы с корпусом «Новой Земли». Его убил человек.

Гидеон шумно сглотнул, ожидая, что Лагости скажет дальше. Быть может, он ошибся, и скандала не избежать? И не избежать вражды их народов на многие столетия вперёд?

– Человек? – прохрипел Гидеон. – Это точно?

– Да. Мои медики уже провели все исследования. Кто-то удушил его, прижав к стене… В особой силе не было необходимости, любой человеческий мужчина, любой офицер «Новой Земли» мог это сделать с лёгкостью. Человек, к сожалению, в этом сомнений нет. Осталось выяснить биосигнатуру убийцы и… – Лагости вздохнул, – если там хоть что-то осталось. Записи с камер конечно не сохранились, и мы не знаем, с кем был наш техник…

– Где это случилось?

– В жилом секторе. Не знаю, что он там делал в такой час. Люди праздновали, мои техники и медики работали, учёные изучали материалы, предоставленные твоим человеком… Зачем наш техник отправился на другой конец станции да ещё и в одиночестве, загадка.

Гидеон зажал переносицу большим и указательным пальцем, прикрыл глаза.

– Мы же всех проверили! Здесь мог быть кто-то посторонний? Мы могли кого-то упустить?

Лагости мотнул головой.

– Нет. Тебе это прекрасно известно. Мы проверили всех не по одному разу, система сразу считала бы чужака, но показатели молчат. Разве что Адмирал… – он передёрнул плечами. – Нет. Не будем перебирать, если мы начнём подозревать друг друга, то что останется?

– Враг этого и хочет, – сказал Гидеон, – он хочет нас поссорить.

– Но враг не знает наш секрет, а ты знаешь. Если ты когда-то усомнишься во мне, – Лагости Аки протянул перепончатую руку Гидеону, – если кто-то заставит тебя думать, что Ригель враг человечеству, знай, что это неправда и никогда правдой не будет.

Гидеон крепко сжал его руку в ответ.

– Я знаю, и отвечаю тем же. Ригель всегда может рассчитывать на нас.

* * *

Лар всю ночь провёл в исследованиях станции, попытках вскрыть свою память, а заодно и выяснить, как его занесло в такую ситуацию, но как ни старался, всё было напрасно. К утру он собрался и отправился на первую тренировку, как и обещал самому себе – не зря же он это подстроил. Всё шло как по маслу, хоть в разговоры и вмешивались последние новости об убийстве: Тиана тренировалась с Ричардом и очень быстро вошла в колею – для первого занятия девочки, никогда не дравшейся по-настоящему, казалось, совсем неплохо; Кристина и Бобби тренировались вместе, слаженно, горячо, только слепой мог не заметить, как они сработались; Марго встала в пару с Ларом, дралась как кошка и нисколько его не жалела, как бывало раньше. Ему это даже нравилось, очень нравилось, но он всё ещё понятия не имел, как к ней подступиться и поговорить. В конце они на несколько минут поменялись партнёрами, а после разошлись.

Лар вернулся к себе, ему не хотелось думать о том, что происходит, но он не мог не слышать, что говорят на станции, хотя отметил одну особенность – кое-что ему вообще не было слышно, некоторые участки станции представлялись ему пустотами, и его сила будто бы обтекала их. Лар ничего не понимал и всё больше и больше начинал паниковать, как в первые дни попадания на Регу. Ещё до завершения местного дня тревога сковала всё его существо, и он стал мечтать, чтобы к нему пришли за помощью, сразу решив, что не станет ничего выдумывать, просто расскажет правду. Пусть лучше они прогонят его, проклянут… Растерянный, не понимающий как перебороть себя, он ходил по квартире, пока резко не остановился, словно врезался в невидимую каменную стену. А вдруг это наказание за выбранный путь, за отказ следовать приказу брата? Вдруг карта детализации ошиблась, и проекция его матери была иллюзией, которую не следовало слушать? Эта мысль настолько шокировала его, что он почти забыл как дышать. Стоял и смотрел перед собой в пустоту, ничего в сущности не видя. Что ж, пусть так. Если такой путь выбирает ему космос, он пройдёт по нему, пройдёт…

Лар успокоился, ушёл в спальню, лёг на кровать и стал ждать.

Но ни следующим утром, ни на тренировке, ни даже после ужина к нему не обратились за помощью, а тему убийства будто бы и вовсе постарались замять. Было очевидно, что это убийство приобрело серьёзный характер, а Лар даже не знал, кого он убил, и подслушать, как на зло, ничего не мог. В коридорах об этом теперь говорили меньше, никто из команды не поднимал эту тему и даже не касался её вскользь, а стены станции молчали, будто сама судьба отказалась помогать ему. Лар и в этот вечер вернулся в квартиру и снова в задумчивости стоял у окна, глядя в никуда, пока не моргнул и не оказался у нового трупа.

Это опять был ригелианец, и Лар снова сжимал его сломанную шею, хотя не помнил, как попал в это место и зачем это сделал. Отрицать очевидное было нельзя. С ним происходит что-то страшное, что-то такое, что подвергает опасности станцию, а может быть, и всю галактику. Либо его двойственная природа из-за стабилизатора действует на психику, либо им управляет что-то из вне. Но может ли такое быть? Бредовее мысли Лар и представить не мог – на флёрсарин не действовала даже аур-эсинада, но в чём-же тогда дело? В чём? Чёрт-возьми!

* * *

Из-за слухов об убийствах, от недостатка информации, Тиана страшно боялась ходить одна, но сегодня у неё не осталось выбора. Марго не пришла на пятую тренировку из-за Лара, которого видеть больше не могла, только Тиана и знала, что близость Лара и невозможность их связи убивает её. Уж лучше с глаз долой и из сердца вон, как у неё с Чеховым. Далеко, не видит, и легче. Марго осталась дома, Кристина и Бобби жили в другой стороне жилого сектора и провожать Тиану им было неудобно, Ричард смылся в лабораторию к ригелианцам, которая тоже не пересекалась с жилым сектором – Тиане только и осталось, что сесть в лифт и вернуться к себе. То есть в квартиру к Ричарду, где они с Марго жили.

Лифт по сравнению с лифтами «Авроры» казался скоростным болидом: Тиана ехала в нём, вцепившись в поручни, и старалась думать о чём-то отвлечённом. Помогало мало. От накатывающей волнами паники она не заметила, что лифт открыл двери на этаж ниже, чем нужно – ноги сами вынесли её на твёрдый пол, она с облегчением выдохнула, но тут же заметила номер ближайшей двери.

– Ну честное слово! – процедила Тиана сквозь зубы и развернулась было к лифту, когда услышала странные хрипы, а затем хруст.

Звук шёл из-за поворота в главный коридор, где вереницей бежали двери квартир. Тиана сглотнула и шагнула к лифту, надеясь уехать немедленно, потянулась к кнопке вызова, но в последнюю минуту передумала и сжала кулаки. Любопытство оказалось сильнее. Да и как она сможет показать себя, если при каждом шорохе будет сигать в кусты? Она сделала три глубоких вдоха, успокаивая себя, и прокралась вдоль стены до угла. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять, что там происходит. Она беззвучно ахнула, отшатнулась и прижалась спиной к стене. Колени подогнулись, всё её тело пронзила дрожь, внутренности будто сковало льдом.

В коридоре стоял Лар. Их Лар. И он прижимал к стене ригелианца… мёртвого ригелианца.

Тиане, едва понимая, что делает, достала планшет и, стараясь оставаться незаметной, включила запись. Глупая надежда на невозможное, почти безумная уверенность в собственных силах – что, по сути, она могла против всесильного Флёрсарин? Тана могла только убедить себя, что он слишком отвлечён, занят или загипнотизирован, чтобы обратить на неё внимание.

Но запись шла уже несколько секунд, а её по-прежнему не заметили.

Вот Лар убирает руку, ригелианец со сломанной шеей мешком падает на пол, Лар отшатывается, растерянный, удивлённый и мрачный, ещё мгновение, и он исчезает в сгустке тумана. Тиана нажимает кнопку «сохранить», шумно выдыхает и медленно сползает по стене. Сердце бьётся как сумасшедшее.

* * *

Ричарда вызвали прямо из лаборатории, и ему пришлось оставить работу, которой он, казалось, впервые за много лет увлёкся так же, как и полётами. Но вызов пришёл напрямую от Кейт. Такое нельзя было игнорировать хотя бы потому, что адмирал никогда не вызывала никого лично по незначительным причинам. Значит, причина была серьёзная, катастрофически важная.

Ричард заскочил в квартиру, переоделся, отметив, что «девочек» почему-то нет, и сел в лифт, чтобы через четверть часа оказаться у временного кабинета адмирала. Здесь вопрос про «девочек» отпал сразу. Тиана была в кабинете и говорила с Марго по связи, прислонившись к окну спиной – Марго отвечала ей сквозь всплески воды, она плавала в бассейне и убеждала Тиану, что ей не хочется вмешиваться ни во что, и что все отлично справятся без неё. Такие слова говорились Марго обычно в худших ситуациях из возможных, и предчувствие не заставило себя ждать, резанув ледяным остриём по сердцу. Здесь же был Гидеон, Лагости Аки, советники Диамант и Терри, а сними Кристина Камо и Бобби Стилл – компания подобралась знакомая, и Ричард в удивлении застыл в дверях. Будто с празднования свадьбы и не уходили. Разве что место Марго здесь занимал ещё один человек. Ричард не сразу заметил его, стоящего в тени кабинета, в углу, рядом с синтезатором еды и напитков.

До Хань Линь. Он равнодушно скользнул взглядом по Ричарду и отвернулся.

– А, проходи, – Кейт рукой пригласила его сесть, Тиана замолчала и свернула связь.

– Что случилось? – Ричард занял свободное место. – Как вы нашли советника Линя?

– Медитировал, – ответил До Хань Линь. – Прошу прощения, что не предупредил.

– Да и заставил нас поволноваться, – усмехнулся Гидеон, а потом выразительно взглянул на Тиану. – Ну что, покажите нам то, что показывали с утра мне, Тиана?

Она вернулась к столу, положила планшет посередине и активировала голографический экран. Окно сразу скрылось под непроницаемой шторой, свет погас, и в темноте вспыхнуло голубое изображение монитора, ещё через мгновение открылось видео – все внимательно посмотрели запись от начала до конца несколько раз, соблюдая такую тишину, что, если бы не звуки систем жизнеобеспечения станции, Ричард решил бы, что оглох.

Когда включился свет, он обвёл всех взглядом и обратился к Гидеону.

– Почему не пригласили его самого?

– Его? Подозреваемого?.. – уточнил Гидеон, переглянувшись с Лагости Аки. – То есть, очевидно, уже не подозреваемого, а…

– Простите, советник, – перебил Ричард, – а какая разница? Он всё равно может нас слышать и слышит, поверьте мне. Прямо сейчас. Думаете он оценит, что вы совещаетесь за его спиной, точно зная, что он убийца, и строя догадки на его счёт?

– Боюсь, он слышит не всё, – отозвались переводчики, когда заговорил Лагости Аки. – Наши слуховые сенсоры улавливают сбои некоторых частот, будто бы что-то блокирует их. Нам сложно определить, что это. Наши устройства тоже, к сожалению, не находят причины. Он не заметил съёмку Тианы, хотя для такого высокоорганизованного существа как он, это должно быть обычным делом. И чем дальше мы находимся от лабораторий и работы с оружием и вакцинами, тем сильнее эти помехи. Люди не слышат их, мы слышим, а точнее… это сложно сказать так, чтобы ваш язык не перевирал мои слова. Помехи нам мешают слышать как мы слышим обычно. Люди изначально слышат намного меньше, для них эти помехи ничего не значат.

– Странно, – произнёс Бобби, – что может блокировать слух ригелианцев? А что может вообще повлиять на флёрсарин?

– Споры, – вырвалось у Кристины, и все в недоумении посмотрели на неё.

– Споры? – переспросил Ричард.

Гидеон задумчиво погладил бороду, Аннет и Себастьян напряглись.

– Когда вы меня спасли с «Авроры», были похожие помехи?

– Не мы вас спасли, – возразил Себастьян.

– Да… Прошу прощения, – Аннет взяла Себастьяна за руку, в просьбе помолчать, а сама обратилась к Лагости Аки. – Вы можете проверить станцию на наличие спор, похожих на цветочные? На «Авроре» одна из тех близнецов-Ауро изобрела споры, которые блокировали системы, связь, инфракрасные и звуковые волны… может быть, тут тоже.

– Нет. Ауро не мог проникнуть сюда, – возразил Гидеон.

Все заволновались: кто-то не понимал, о чём идёт речь, кто-то понимал слишком хорошо, – пришлось Гидеону, Кристине и двум молодым советникам рассказывать всё с самого начала. О спорах, о Елене Нейтан, о спасении Гидеона и До Хань Линя, о чудовищных лианах и о цветке на Ауро-эс. Потом Лагости Аки отправил запрос на проверку, и ещё через полтора часа они дождались ответа. Спор на «Новой Земле» не было: никакие сенсоры, никакие ригелианские или человеческие приборы не считывали в воздухе ничего даже отдалённо похожего на споры. Расследование зашло в тупик.

– Нужно позвать принца, – помотал головой Ричард. – Я с трудом верю, что он это сделал, я достаточно прошёл с ним, чтобы быть уверенным…

– На принца Флёрсарин может влиять аур-эсинада, – произнёс Лагости Аки.

Гидеон изменился в лице.

– Такое возможно?

– Если они придумали формулу, которая подстраивается под свойство Флёрсарин… – Лагости Аки задумчиво провёл ладонью по голове. – Вы говорили о цветке… кажется, эти цветы тоже связаны с флёрсарин.

– Если придумали? – удивился Бобби. – Ладно цветок, цветок ведь не структура тела флёрсарин. Где они могли взять сигнатуру, данные или хотя бы частичку тумана Флёрсарин? Где?

– У его матери, – сама от себя не ожидая, выдохнула Кейт. – Да, я вспомнила, – ответила она на вопросительный взгляд Гидеона и кивнула Аннет и Себастьяну, – последняя запись Эмилии Фармер, она сказала, что вместе с ней была королева Флёрсарин…

В помещении снова воцарилось молчание, никто не желал нарушать его, никто не отводил глаз от Кейт. Она глубоко вздохнула.

– Нам нужно действовать на свой страх и риск. Простите, господа, но я пока главная на «Новой Земле», вы все мои гости или подчинённые, и я хотела бы максимальной безопасности для всех. Поэтому выслушайте меня, не перебивая, пожалуйста. Это может быть глупый, необдуманный, но, на мой взгляд, единственный безопасный выход из сложившейся ситуации.

– Мы выслушаем тебя, – сказал Гидеон, мгновенно заручившись поддержкой всех остальных.

– Я думаю, – Кейт вздохнула, – нужно выслать его со станции. Принца. Он силён, он может гарантировать нам безопасность, но одновременно с тем он и сам опасен. Мы не знаем, действительно ли это связано с аур-эсинада, а если да, то до выяснения обстоятельств могут пострадать многие, если не все. И мы знаем, на что способны Флёрсарин… той малой известной всем части уже достаточно. Мы проигрываем, теряем время и рискуем многим во всех случаях, кроме одного. Нам нужен план, и вот что я предлагаю…

* * *

– Знаете что! – громкое восклицание Марго долетело до моющего пол дрона, и он, издав звук трели, скрылся в комнате Ричарда.

Сам Ричард с Тианой сидел за столом на кухне его квартиры и смотрел, как меняется лицо Маргариты, как она отрицает то, что узнала и увидела. Отрицает, не хочет принимать, но не признавать очевидного уже не может. Как она борется с собой, со своими чувствами, иллюзиями и реальностью.

– Он не убийца, – твёрдо заявила она и постучала кончиками пальцев правой руки по верхней пуговице своего костюма, – я знаю. Я очень хорошо его знаю. Он спас меня, он спас нас. Как он может быть убийцей?

Тиана и Ричард переглянулись.

– Но ведь всё очевидно, – произнесла Тиана, – я сама видела. Я это сняла.

– Я не знаю, что ты видела, и что ты сняла! – вскинулась Марго и стала ходить из стороны в сторону, кусая ногти, потом остановилась. – Я не верю. Здесь что-то не так. Ему нужно помочь, а не обвинять, наверное…

– Да никто не собирается его обвинять, – сказал Ричард. – Кого? Принца Флёрсарин? У нас проблем мало, чёрт тебя дери, или что⁈

Марго скрестила руки на груди.

– А что тогда? Что вы от меня хотите⁈ Я видеть его не могу, и ты… – она ткнула пальцем в сторону Ричарда, – ты прекрасно знаешь, почему! Но если он убивает ригелианцев, если всё это правда, то что? Оставят всё как есть? Закроют глаза на убийства, потому что он флёрсарин⁈ – Марго выделила последнее слово, ехидно и одновременно надменно.

– Ну, подумай сама, – ответил Ричард. – Марго. Он много лет был на Реге, не мог с неё выбраться, а тут появляешься ты. Кто сказал, что полукровка Флёрсарин не задумал чего-то опасного? Кто сказал, что он на самом деле подчиняется брату? А если подчиняется брату, но что-то, правда, пошло не так, как ты говоришь? Тем хуже. Тем хуже, Марго, понимаешь?

Маргарита покачала головой.

– Не хочу понимать, но, к сожалению, понимаю. Если на него что-то или кто-то влияет, он опасен вдвойне… Опасен…

– Да, – Ричард взглянул на Тиану, но та пожала плечами.

– Я не совсем согласна, то есть… – Тиана занервничала, – хочу сказать, что принц опасен, но тогда не должны ли мы выяснить, кто или что на него влияет? Выяснить до конца? Говорили о спорах, а вдруг, наших систем недостаточно, вдруг…

– Да мы вроде бы выяснили, – перебил её Ричард. – Что мы зря там совещались целый межгалактический день безвылазно? Ничего на него не влияет, наши системы не считывают никаких аномалий, и никого подозрительного нет.

– Хочешь сказать, он это сам? Сам просто решил убивать?

– Не знаю, – Ричард сглотнул, – может, это и была его цель. Мы друг друга-то понять не можем, куда нам до понимания таких, как он? – он вздохнул и отвернулся. – Я всё думаю, что это может быть моя вина. Что если стабилизатор нарушил взаимодействие двух его сущностей? Что если стабилизатор делает его таким? А я подал эту идею…

Марго села к ним и, облокотившись на стол, спрятала лицо в ладонях.

– Ладно, давайте не будем искать виноватых, и так уже… – тихо сказала Тиана. – Марго, адмирал просить тебя помочь нам. И советники. Марго, ты сможешь?

Маргарита медленно подняла голову.

– Тебе же всё равно лучше, если он улетит, – добавила Тиана. – Он странно себя вёл с самого «Иллариона». Хотел лететь с Антоном и Ниной, а потом передумал, вы ведь сами мне говорили, что это нарушение приказа другого принца, которому он подчиняется. Всё это требует долгих разбирательств… мы сейчас не готовы, руководство приняло решение выслать его со станции… – она вздохнула. – У советников, адмирала и главы Ригеля есть просьба, Марго. И помочь можешь только ты.

– Просьба, – пренебрежительно отозвалась Марго и встала, заломила руки, прошла до окна и обратно. – Всю жизнь я исполняю чьи-то просьбы. Твои, Ричарда, твоего отца, советников… Просьба!

– Помоги нам, – почти взмолился Ричард. – Лар доверяет тебе, только ты сможешь. Сейчас он проблема, которую мы не можем себе позволить ни в одном её варианте, понимаешь? Предательство ради спасения. Когда всё закончится, будет иначе, прошлые обиды уйдут, всё будет прощено, и, может быть, сделав это сейчас, ты дашь вам шанс в будущем…

Марго потёрла лицо ладонями, почесала глаза, с силой нажимая на них пальцами, отчего они покраснели как от бессонницы или долгих слёз.

– Ладно. Что нужно делать?

Ричард выдохнул одновременно с Тианой.

– Заведи его в шаттл, который я укажу. Нужно будет вколоть ему кое-что… Ригелианцы доставят сюда вакцину, которую когда-то Ригель использовал для помощи королеве Са-О-Ри. Снотворное.

– Вы же убьёте его! – голос Марго сорвался. – Я не буду этого делать!

– Я же сказал, ни убивать, ни обвинять его никто не собирается, – возразил Ричард. – Успокойся, это не убьёт его.

– Он полукровка. А что если на него это повлияет по-другому? – пожала плечами Марго. – Чего вы добьётесь? Оставите его так до лучших времён? А если разбудить его после будет уже нельзя?

– Нет не оставим. Дашь команду компьютеру заблокировать шлюзы и уйти в прыжок на Регу. Сойдёшь с шаттла, а бортовая система сделает всё за тебя.

Марго посмотрела на него как на дурака.

– Ты серьёзно? Это ваш план? Рега ужасное место, он может там не выжить?

– Лагости Аки сказал, у Лара теперь особые полномочия, а соответственно и уровень сил, – встряла Тиана. – Он сможет выбраться, но не сразу. Времени у нас будет много.

– А если он выберется сразу? Кто помешает ему вернуться?

– Ты, – просто ответила Тиана и тут же пояснила. – В какой-то момент он всё равно поймёт, что ты сделала. Он летел с нами из-за тебя, но твоё предательство даст ему понять, что он тебе не нужен. Мы рассчитываем на это.

– Бред! – вырвалось у Марго, но больше она ничего не сказала. Как и остальные. Какое-то время они молчали: Ричард смотрел в упор на Марго, Марго на Тиану, а та в пол, методично постукивая пальцами по столу.

– Да, план из-ряда вон плох, – наконец, сказал Ричард, – но другого нет. Убить мы его не можем, наказать на наших условиях не можем, вступать в конфликт с Флёрсарин из-за него, как и оставлять его здесь, не имеем права. Какой у нас выбор? Что ещё мы можем сделать?

– Поговорить с ним? – Марго изобразила улыбку.

Тиана закатила глаза.

– Помнишь я тебе на «Илларионе» сказала, что он говорил с нами, вселял в наши головы положительные мысли во время битвы на корабле Юмаради, он буквально менял наши эмоции и восприятие реальности этим… этим своим даром.

Ричард поморщился.

– Ну насчёт реальности не знаю, но она права, Марго. Он слишком силён, мы не знаем и половины его способностей, а те, которые знаем, в равной степени ужасают и восхищают. Уверена, что разговор тут поможет?

Марго запрокинула голову, вздохнула и прикусила губу. Она заморгала часто-часто, будто вот-вот заплачет, но вдруг шумно выдохнула и стукнула кулаком по столу:

– Ладно, к чёрту это всё! Я согласна.

* * *

Лар появился на посадочной платформе и вошёл в шаттл. Марго без зазрения совести попросила его встретиться с ней прямо там, не сообщив причины – она не знала, что он твёрдо решил ей во всём признаться. Во всём, если только Марго попросит. Только вот она не собиралась ни о чём его просить.

Шаттл был небольшой: кабина управления и грузовой отсек с двумя рядами сидений, где, однако, можно было стоять в полный рост. И Марго стояла, лицом к кабине с панелью управления.

– Ты хотела поговорить? – произнёс Лар.

Марго вздрогнула и обернулась. На миг её сердце замерло, и дар речи оставил её – Лар стоял перед ней, тот самый Лар, которого она встретила на Реге. Как он мог быть убийцей? Как мог вообще кого-то предать? Ему выдали форму «Новой Земли» без погон, с одной лишь нашивкой, и эта форма села так, будто шилась специально на таких как он, будто была изначально создана для него. Его серые глаза мерцали белыми искорками в полумраке шаттла. Он был прежним, но ровно до тех пор, пока не заговорил.

– Да, – ответила Марго. Она спешила заглушить мысли разговором, страшась, что он прочтёт их раньше времени и всё поймёт. – Я хотела извиниться?

Лар улыбнулся уголком губ. Конечно, он не собирался читать её мысли, потому что для него, не знавшего прежде человеческих чувств, её чувства и мысли стали бы сродни смертельному удару. Это было выше его сил.

– Я принимаю извинения.

Марго, одетая в такую же форму, как Лар, тоже выглядела неплохо, но заколотые в хвост волосы, отсутствие косметики и прежней танцевальной лёгкости делали её совершенно другой – взрослее и серьёзнее. От той Марго, которая когда-то сбежала с «Авроры», остался лишь блеск глаз, имя и кудряшки, так похожие на кудряшки Лара. Лара же выдавала речь. Он больше не был беззаботным удачливым раздолбаем с планеты-тюрьмы, он стал принцем, мудрым и спокойным, как его брат. По крайней мере именно так звучал его голос и каждое слово, именно это передавали все его жесты.

– «Мы созданы друг для друга», – подумал Лар, когда Марго в волнении запустила пальцы в волосы, сдёрнула резинку, и кудряшки рассыпались по плечам.

– Прости, что так себя повела, – сказала Марго. – Ты спрашивал, что сказал мне твой брат? Так вот, он попросил не мешать твоей миссии, предостерёг от близкого общения с тобой, потому что ты второй принц, а я человек.

Лар внимательно разглядывал её лицо, а у Марго внутри всё сжималось от страха. Знает он или нет? Понял уже и притворяется или с ним действительно что-то не так, и он не подозревает о готовящемся предательстве? Шприц лежал в кармане, нужно было только выбрать момент.

– Слово моего брата ничего не значит в этом вопросе, – тихо ответил Лар, подтверждая догадки Тианы и Ричарда на его счёт. – На «Илларионе» я понял, что путь сам выбирает нас, и мой путь… это ты, Маргарита. Никто ни до, ни после не имел и не сможет иметь такого же значения для меня, как ты.

Она сглотнула и подняла взгляд. Было в той же степени радостно слышать это, в какой и больно – Марго прерывисто вздохнула и покачала головой. Ком подступил к горлу, в глазах защипало, и ей стало отвратительно и противно от самой себя, от того чудовищного дела, которое она задумала.

– Мы не можем быть вместе, – прошептала она, – уходи. – Ей вдруг показалось, что прогнать его лучше, чем сотворить это. Пусть лучше уйдёт. Уйдёт!

Но Лар не ушёл, только ухмыльнулся.

– Позвала меня сюда, чтобы прогнать? Про брата можно было поговорить и не в таком укромном месте. Что происходит, Маргарита?

– Не хотела, чтобы кто-то слышал наш разговор, – хрипло сказала Марго, – поэтому и позвала. Я…

Лар вдруг шагнул в её сторону, и Марго, оборвав себя на полуслове, отшатнулась. Он удивлённо замер.

– Ты боишься меня?

– Нет… Нет! Конечно нет, – спохватилась Марго, – я просто… – она не нашла слов и села, пряча лицо в ладонях.

Лар сел рядом. Нежно, но настойчиво, взял её руки в свои и притянул к себе, потом положил ладонь её правой руки себе на грудь, там, где у людей было сердце.

– Посмотри на меня, – попросил он. – Посмотри, пожалуйста.

Марго всхлипнула и подняла голову – их взгляды пересеклись.

– Я уйду, моя комета, я уйду, и ты никогда меня больше не увидишь, но только в том случае, если ты действительно этого хочешь. Но я чувствую и верю, что это не так. Ты не хочешь.

– Копаешься в моих мыслях? – горько усмехнулась Марго, скрывая за этим охвативший её ужас.

Лар покачал головой и потянулся вытереть слезу, но она опередила его, и смахнула слезу сама.

– Нет, – он неловко откашлялся, опуская руку. – Я никогда не стану этого делать, ты слишком… мне дорога.

Маргарита заставила себя улыбнуться.

– Мне страшно, Лар, – неожиданно даже для себя призналась она. – На Реге ты был… другим. Откровеннее и искреннее, а сейчас я вижу ответственность, тяжесть возложенной на тебя миссии и тяжесть прошлого той расы, к которой ты на самом деле принадлежишь. Человек – лишь образ, который ты можешь принимать, и я боюсь, что всё это время любила иллюзию.

– Любила? – взгляд Лара изменился, он отнял её руку от груди и поднёс к губам, прижался к её мягкой коже. – Я не иллюзия, моя комета, моя звезда. Я не иллюзия в любом из своих образов.

– Нет… я то есть… – растерялась Марго, но он не дал ей договорить, притянул к себе и поцеловал.

Тёплые сухие губы, запах полыни и чего-то сладкого – у Марго закружилась голова. Она не могла не ответить ему, не могла не поддаться этому безумию. В её жизни до Лара существовал только один мужчина – Ричард, сейчас она поняла, как много теряла в тех отношениях. Прячась в скандалах, пытаясь постоянно контролировать Ричарда, она не подумала о том, что лучше освободить место для своего, идеального мужчины. Лар был тем, кого она ждала всю жизнь, тем, кто разжигал в ней огонь и вдохновение, жажду жизни и стремление к мечтам. Только терять в этом голову Марго теперь не могла. Слишком поздно. Слишком поздно она поняла, какой выбор нужно было делать раньше. Может быть тогда и отголоски аур-эсинада не коснулись бы её.

Вот и всё. Лучший поцелуй в её жизни и лучшее время для исполнения задуманного. Лучше не придумаешь.

Незаметно нырнув рукой в карман, с разрывающимся от боли сердцем и полностью отдаваясь поцелую, Марго провела ладонями по груди и плечами Лара, улыбнулась, когда объятья крепче сжались на талии. Как же он её целовал! С какой отчаянной нежностью, с каким возвышенным желанием быть рядом, заботиться о ней, дышать ей… И как тяжело! Как же чудовищно, невыносимо тяжело! Как же отвратительно поступать правильно в этот момент. Как противится всё внутри, как упирается её маленькая душа. Сидеть бы с ним вот так до скончания времён и никогда не знать, ни войн, ни разногласий, ни бед.

Но шприц зажат в кулаке. Два удара сердца. Сейчас!

Игла входит прямо в шею над воротом формы, вакцина стекает вниз, растворяется в его крови. Лар шумно вздыхает, разрывает поцелуй и отстраняется. Смотрит с недоумением, неверием и осознанием…

– Прости, – срывается с губ Марго, и слёзы текут по щекам, собираются на ресницах, встают пеленой в глазах.

Лар чуть крепче сжимает объятья, а потом его руки слабеют, глаза закрываются, и он заваливается на бок, воплощаясь в себя настоящего. Марго смотрит на него, на туманный образ, на потухшие рубины глаз, на чёрный плащ… Всё конечно. Она зло вытирает слёзы, встаёт и поворачивается в сторону кабины.

– Компьютер, выполни следующие действия…

* * *

Шаттл с Ларом вылетел с «Новой Земли» в сторону Реги, но задолго до того, как Лар вообще попал на «Новую Землю» и даже ещё до того, как «Гаусс» покинул «Илларион», «Пегас» зашёл на орбиту планеты Неллея – базы отдыха системы Вака, в тысячах световых лет от Млечного пути.

Проторчав на пропускном пункте добрые пять межгалактических часов, «Пегас», наконец, смог зайти в зону посадки и выпустить вымотанных и злых пилотов на свободу. Разрешения на праздное шатание им, конечно не дали, пришлось взять путёвки, правда, и тут не обошлось без нервотрёпки – оказалось, что мест для людей почти нет, за исключением одного люксового закрытого пляжа с двухкомнатным домиком и собственной посадочной площадкой. Пришлось купить его.