Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

Соавторы: Анна Чернышева,Андрей Ефремов,Сергей Савинков,Инна Ласточка,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 348 страниц)

Глава 9

Глава 9

Герольды ускакали, народ разошёлся. И только я со своим бешено бьющимся сердцем озиралась, ища, на кого бы опереться. Но потом опомнилась – нет у меня ни опоры, ни защиты, только я сама. Да и ускользнуть от Армана нужно было поскорее, чтобы не понял, куда я делась. Если меня будут искать и наткнутся на него – благом будет не знать, где я.

Рыжик ускакал ещё на подходе к селению, а ворон куда-то улетел. Я ушла с площади, не желая лишний раз показываться на глаза людям. Хотелось пересидеть где-то до вечера, но на душе было неспокойно. Я сбежала от Эйдана, его люди схватили Роберта. Король объявил о свадьбе со сбежавшей невестой. Чем он думает? Какие цели преследует? Я слышала, как люди обсуждали главную новость – что я потомок короля Георга Эллинга. Меня специально рассекретили, и теперь те, кто поумнее, быстро сложат дважды два. Я – Джейн и я рыжая. Мог ли король придумать лучший выследить меня?

Я поправила чепец на голове и вздохнула. Пока что я ни на секунду не приблизилась к своей цели – возвращению в свой собственный мир. И сейчас, вместо того, чтобы слушать важные сплетни на ярмарке, я прячусь ото всех.

Я остановилась на окраине деревни и спряталась за колодцем. За ним обнаружились деревянные лавочки без спинки – видимо, чтобы кумушки могли поболтать, пока ждут своей очереди за водой. Опустилась на одну и обессиленно обмякла. Если не знаешь, что делать дальше – доверься интуиции. А она просто-таки вопила: используй магию! Кончай дурить, у тебя есть важный козырь на руках!

И я мысленно подозвала своих питомцев: «Ворон, Рыжик, идите ко мне!» Не знаю, сработает ли зов на расстоянии, но попробовать стоило.

Мои друзья появились с разных сторон. Лис крадучись пришёл со стороны реки, а ворон прилетел с площади. В его клюве была зажата блестящая денежка – целый эл!

«Выплюнь каку!» – возмущённо потребовала я. «Ты своровал деньги?»

«Я же для тебя старался», – обиженно просипел он прямо в мою голову. «Это за тот кусок хлеба, что я утащил».

«Ну ты кого-то обворовал! А человек монету тяжёлой работой заработал! Верни назад! Если хочешь отработать тот кусок, то лучше сделай для меня одно дело».

Ворон потоптался на месте, потом осторожно положил монетку на скамью. И уставился на меня, словно призывая говорить дальше.

«Тебе нужно слетать в столицу к моему дому. И разузнать, что там да как. Я не знаю, что именно мне может помочь, но чувствую, что там не всё гладко».

«Покажи».

Я догадалась, что ему нужно знать дорогу и как выглядит мой дом, и старательно представила себе и то и другое. Представила Королевский замок, а потом – свой дом. Сразу на глаза навернулись слёзы – оказывается, я скучала!

Ворон молча раскрыл крылья и взлетел наверх.

«Верни монету, где взял!» – бросила я в него мысль и он вернулся, нехотя цапнув острым клювом кусочек круглого металла. То-то же!

Ну, а я, пока образовалось свободное время, решила заняться самообразованием. Раз нет ни учителя, ни книжек, то буду исследовать пределы собственной магии сама.

– Огонёк-огонёк, хорошо бы ты смог рассказать мне сам, как ещё тебя можно применять! – пробормотала я.

Если рассуждать здраво, то с помощью магии я до этого могла заставить предметы делать то, что мне надо: убираться, вытирать пыль. Он мог указать дорогу и даже привести меня к месту, которое я искала. Бинго! Что же я раньше не догадалась?

Раскрыла ладонь и прошептала: «Покажи мне дверь в мой мир!» Огонёк сперва радостно заплясал на моей руке, а потом погас. Не спрыгнул на землю, не побежал вперёд. Просто погас. Я скривила губы и попробовала ещё раз, но результат был тем же. Не получается.

Так, а ещё я научилась понимать язык животных и видеть их глазами картинки. Они же живые, и я тоже живая. А что, если…

– Огонёчек, сделай мои волосы каштановыми! На время, пока я вновь не прикажу вернуть свой родной цвет волос!

Лиловый огонь соскочил с моей руки и перепрыгнул куда-то наверх. Я чувствовала мягкое тепло и лёгкое покалывание, будто бы отсидела часть своей головы, если такое возможно. А потом быстро сняла чепец, раскрутила пучок и не поверила глазам – мягкие каштановые завитки упали на руку, как что-то чужеродное.

Мои яркие рыжие кудри стали тёмными! Какое счастье! И я радостно распустила волосы и помассировала кожу головы. Как же это прекрасно! Восхитительно! Свобода!

Расчесала пальцами волосы, потом заплела в свободную косу и оставила свободно болтаться по спине. Можно больше не кутаться в чепец, а ходить как все местные девушки. Только не хватало налобной повязки – но её я как-нибудь уж раздобуду.

Хмм, неужели всё так просто? Я, предчувствуя появление слабости, полезла в сумочку за кусочком сахара и почувствовала, как тот растаял на языке. Наверное, магия сильно тратит глюкозу в крови, потому что состояние очень напоминало гипогликемию. В своей прошлой жизни я регулярно чувствовала эту слабость, если забывала поесть перед колледжем.

Ну что ж, отлично. Что бы ещё придумать?

«Пусть заяц сам ко мне в пасть запрыгнет!» – послышался мысленный голос Рыжика, а я прыснула.

«Ну ты совсем уже разленился! Кстати, а может, превратить тебя в собаку? Тогда ты сможешь везде ходить со мной и не прятаться от людей».

В ответ я получила лисий взгляд, полный оскорблённой звериной гордости. Рыжик отвернул морду и положил её на лапы. Вот так вот!

Ну что ещё можно сделать? Накрасить себе ногти или выщипать брови? На ум не шла никакая магия. Надо же, будто бы мне ничего не надо!

Желудок пару раз булькнул, напоминая о себе. Ну что ж, пора идти к людям. Наверняка тётушка в пекарне уже нуждается в моей помощи. И, видит Бог, с помощью ворона я могу не работать, тратя ворованные деньги, но… мне всё ещё нужен ночлег и более-менее легальное положение. А ещё я скучала по запаху теста, тёплым печам, понятным ароматам пекарни и возможности заняться любимым делом. Всё-таки я не готова была с ним расстаться. Через выпечку я получаю энергию и удовольствие, и никакой королевский статус этого не заменит!

* * *

Спать пришлось в амбаре, на соломе – сюда меня определила хозяйка пекарни после того, как я помогла ей с вечерней уборкой. Даже в самом давнем детстве, в деревне, мне такого удовольствия не доставалось. С непривычки трава колола кожу, забивалась в уши и в волосы. Поэтому с рассвета я уже была на ногах и не прогадала: моя хозяйка Марилла уже растапливала печь на кухне.

С вечера под чистыми полотенчиками уже подходили три огромные тазика с тестом. Марилла перепоручила мне растопку и велела подмести полы, на которых кое-где осела мука. А сама вымыла руки, закатала рукава и принялась месить тесто, а затем формовать из него круглые караваи, пышные булочки и тонкие лепёшки.

Я с завистью поглядывала на её занятие, но потом ушла в свои мысли, пока руки послушно мели, а потом и мыли пол влажной тряпкой. Я думала о вороне, который до сих пор не вернулся. О Рыжике, который спал со мной, а после пробуждения убежал на охоту. О леснике Армане, которому пришлось возвращаться в свой домик одному. О своих каштановых волосах, при виде которых я всё ещё шарахалась. Сколько времени у меня есть, прежде чем я получу новости и пойму, что делать дальше?

Потом стало не до раздумий. Приходилось таскать горячие формы с выпечкой из печи, вынимать изделия и выкладывать на прилавок, проявляя сноровку и смекалку. Марилла обслуживала посетителей, а я мыла глиняные плоские тарелки и смазывала их маслом. Складывала новые порции теста и снова засовывала в печь.

Где-то в полдень я встала за прилавок, а Марилла принялась за новую порцию теста. Когда замес был готов, она закрыла пекарню и объявила, что у меня есть время на обед. Выдала кружку молока и кусок лепёшки, а сама ушла. Молоко оказалось кислым, и я с отвращением выплюнула его на землю. Зачерпнула воды из ведра, запила лепёшку и присела, отдыхая за день. Ноги гудели, а спина с непривычки ныла. Я уже и забыла, что это такое – полноценно работать в заведении, даже в таком простом и маленьком.

Когда пришла Марилла, я сообщила ей, что молоко скисло. Она пожала плечами и сказала, что сделает из него тесто или заливной пирог.

Остаток дня прошёл в том же темпе – посетителей не убавлялось. Заходили усталые женщины и покупали выпечку домой, одинокие мужчины приходили за хлебом и лепёшками. Крестьяне и служилые, гонцы и извозчики. Здесь я увидела больше людей, чем в Эльмарионе, и все были чем-то заняты.

К вечеру, когда замес теста на утро уже был готов, к задней двери подбежал запыхавшийся мальчишка.

– Марилла, там твоя Агнес рожает! Прямо в поле! Там с ней маленькая Мэри, но она велела позвать тебя!

Хозяйка всплеснула руками, потом повернулась ко мне:

– Прибери здесь всё и закрой пекарню! Завтра, если я не приду, делай все, как я сегодня. Тесто поставь в печь, приберись и открой пекарню! Смотри, не подведи!

И убежала, а я даже не успела слова молвить. Ну, что ж. Распродала последние хлебы и закрыла пекарню. Потом, напевая под нос, прибралась и протёрла прилавки от хлебных крошек.

Выгребла золу из печей, принесла со двора чурбачки для утренней растопки. Потом набрала воды в колодце и тоже поставила, чтобы с утра не тратить на это время. Огляделась. Я любила наводить красоту и чистоту, только когда на меня никто не смотрит. Ну, вроде бы и всё. Проверила тесто – до краёв посуды ещё далеко, за ночь опара не должна убежать.

Со вздохом выпила воды и пошла на свою солому. Думала, что долго не смогу уснуть, но моментально провалилась в сон без видений.

* * *

Наутро снова поднялась с первыми петухами. Наскоро умылась, переплела косу и вымыла руки. Отперла пекарню, проверила тесто. Вымесила, сформовала в привычные формы и присела. Всё сияло чистотой, и заняться пока было нечем – с вечера сделала часть дел.

Вспомнила про скисшее молоко и побежала доставать его из ледника – небольшого погреба за пекарней. Перелила в чугунок и поставила на плиту сверху печи. Пока возилась, пришла пора ставить хлеб в под.

Управилась, потом слила сыворотку с творога и решила, что вместо привычных булочек сделаю ватрушки. Ну хуже же тоже не будет, верно?

Перемешала творог со сметаной, найденной в леднике, и добавила туда мёду из горшочка. Хотелось танцевать и напевать – так здорово было на душе. Настоящая магия – это не пускать лиловые огоньки, а превращать муку и воду во вкусности и кормить людей! Правильно мне кто-то сказал: если хочешь печь – просто пеки. И всё. Вот он, секрет счастья!

Когда первые булки и лепёшки были готовы, я быстро сформировала ватрушки – открытые булочки с творогом. Сложила их в противень и сунула в печь, а сама задумалась. Посетителей было немного, и настало затишье. Марилла пока не возвращалась, и я чувствовала себя свободней.

Вышла подышать свежим воздухом – нарвала букетик полевых цветочков. Поставила в вазочку возле витрины с хлебом и залюбовалась. А ватрушки всё никак не спешили подрумяниваться.

Тогда я вскочила и из творожной сыворотки навела блинное тесто. Отыскала сковороду, масло и глиняное блюдо, а затем споро напекла блинчиков. Отвлекалась на то, чтобы вытащить булочки и лепёшки из печи, достала ватрушки. Продала дюжину караваев. Допекла блины. Устала.

Но внутри было тепло и хорошо – я занималась нужным делом! Отдохнула, перекусила ватрушкой, выложила их красивой пирамидкой на плоской тарелке.

Отдохнуть получилось совсем чуть-чуть – после обеда опять пошли покупатели, а потом я уже делала вечерний замес. Сегодня удалось распродать всё – даже ватрушки и блинчики. Уже после закрытия пришла усталая Марилла. Осмотрела всё и поблагодарила.

– Хорошо, что тебя взяла. Будто сам Бог послал! – поделилась одна. – Агнес совсем плохая, боюсь, что к утру отмучается. Младенчика жалко.

Лицо её было опухшим и красным, а плечи ссутулились. Она вытирала рукавом слёзы и попросила и завтра поработать без неё.

– Можно взглянуть на вашу дочку? – попросила я. – У неё роды прошли не так?

– Да что ты! Её конь копытом зашиб! Оттого и роды раньше времени начались! Рано ей ещё было!

– А что врач говорит? – мне было искренне жаль девушку.

– Какой врач? Ни одного нет до самого Эльмариона! Только акушерка – старая Мойра, которая уже дальше своего носа не видит, – по полному лицу Мариллы текли слёзы, но я уже помыла руки и закрыла пекарню.

– Ведите! Может, я что смогу придумать. Вдруг получится помочь!

Хозяйка привела меня в низенький деревянный дом с маленькими оконцами. В задней комнате столпились дети – их было не меньше пяти. В воздухе пахло кровью и рвотой. Где-то в углу попискивал младенец.

– Велите всем выйти и откройте окна, Агнес нужен воздух! – скомандовала я и поняла, что много раз видела это в фильмах. Марилла быстро разогнала домочадцев и стала напряжённо наблюдать за мной.

На половине лица у молодой матери виднелся огромный синяк, и он сделал её черты неузнаваемыми. Женщина стонала, и от её тела доносился жар. По телу то и дело проносилась судорога. Удар копытом в лицо – это же смертельно? Но почему она до сих пор жива?

– Её наискось задело. Она пыталась усмирить Жнеца, а он смазал ей передней ногой. Ну и сразу схватки начались, – рассказывала Марилла, гладя Агнес по голове. – Что тут поделаешь? Старая Мойра говорит, что она не жилец. Бедная моя девочка!

Я бессильно смотрела на молодую женщину и не знала, что делать.

– У вас есть подорожник? – осторожно спросила я.

– Да, а что? – с недоверием уставилась на меня Марилла.

– Несите как можно больше. Только промойте хорошенько! Я хочу кое-что попробовать, – и я опустила глаза, не желая дурить бедную женщину.

Та кинулась из комнаты. Когда я осталась наедине с пациенткой, то внимательно осмотрела её. Вроде бы ничего подозрительного не было – ни кровотечения, ни других травм. Только кислый запах рвоты из ведра около лежанки. Почему рвота? Сотрясение мозга?

Закрыв глаза, я помолилась про себя и стала ждать. Через десять минут у меня были мокрые листы подорожника, а вокруг столпились любопытные дети, которые его собирали.

– Пусть все выйдут! Никому нельзя смотреть, иначе глаза ослепнут! – пригрозила я. – И может ничего не получиться!

– Что ты планируешь делать, Жанна? – спросила со страхом Марилла. Я ещё вчера назвалась чужим именем, чтобы не выдать себя по глупости.

– У меня есть сахар. Вы же знаете, что это магическое лекарство? – спросила я. – Я посыплю его на подорожник и попробую снять отёк. На всё воля Божья.

Марилла важно закивала и вышла, плотно притворив дверь. Я достала сахар и фляжку с виски. Осторожно обработала ссадины, но Агнес даже не поморщилась. Потом закрыла окно, задёрнула шторы и повернулась спиной к двери. Открыла ладонь и вызвала Лиловый огонёк. Прошептала ему: «Вылечи женщину!»

Огонь потоптался по ладошке и погас. Чёрт, не работает! Думай, Женя, думай! Зачем тебе вообще магия?

«Затяни раны!»

«Убери отёк!»

«Исцели голову!»

Ничего из этого не работало!

Тогда я закрыла глаза и сосредоточилась. Как подобрать нужную команду, чтобы получилось то, что я хочу? Неживые предметы могут исполнять мои приказы. Живые существа – понимать меня и общаться. Так что же мне сказать? Вспомнился Эйдан, который затянул мои раны с помощью Изумрудного огня. Но ведь мой огонь умеет соединяться с огнём Эйдана!

Это было опасно, безрассудно, но я должна была попробовать!

«Покажи, что делал Изумрудный огонь с моими ранами!»

И рядом с Лиловым язычком пламени появился призрачный Изумрудный огонь, который плясал по местам бывших ран.

«Вызови этот огонь!»

И, о чудо: рядом с моим появился настоящий зелёный язычок пламени. Будто призрачный мотылёк проявился.

«Пусть Изумрудный огонь исцелит раны девушки и сделает её здоровой!»

Безумная надежда охватила всё моё существо, когда я увидела, что два огонька слились в один ярко-оранжевый и перепрыгнули на лицо девушки. Синяк уходил прямо на моих глазах, отёк спадал. Гематома рассосалась, а девушка задышала ровнее. Я быстро наложила на половину её лица подорожник, обмотала кусочком бинта, который лежал на стуле у кровати, и присыпала сверху кристалликами сахара. Потом сунула кусочек под язык и закрыла ладошку. Огоньки погасли.

Обессиленно встала и вышла из комнаты.

– До утра не будите, пусть сахар и подорожник действует! Я думаю, что она выздоровеет!

Сомнение в глазах Мариллы сменилось надеждой. Она кивнула и бросилась в комнату, а я побрела в свой амбар с соломой. Бросилась на лежанку и прикрыла глаза.

– Карр! – послышалось над головой. У слепого оконца сидел ворон и пристально на меня смотрел. Принёс новости.

Я мысленно потянулась к нему и увидела свой дом его глазами – привычную кухню, Сибиллу и Лили. И Бри, которая потеряла всё своё самообладание и размахивала руками, надвигаясь на домочадцев. Она что-то кричала, но слов я разобрать не смогла – силы покинули меня. Наступила темнота, а сердце окутала тревога. Почему Бри так взъерошена? Снежная королева никогда не выходила из себя! Надо бы послушать… Надо…

Глава 10

Глава 10

Я очнулась от глубокого сна, будто вынырнула из бездны на поверхность. Внутри было ощущение, будто бы упустила что-то важное. Взгляд наткнулся на ворона, который неподвижно сидел возле меня и терпеливо ждал. Точно! Видение!

Я протянула руку к птице руку, и мой питомец легонько клюнул меня в палец. В этом жесте было всё: и негодование, что заставила себя ждать, и нетерпение, переполнявшее от осознания важности увиденного.

Я мысленно потянулась к нему и прикрыла глаза, чтобы поймать видение ворона.

Сквозь кухонное окно на втором этаже сразу же разглядела Бри, которая ходила туда-сюда по комнате и отчаянно жестикулировала:

– Сибилла, дорогая, ты просто обязана мне сказать, куда делась твоя хозяйка! Это очень важно!

– Я бы тоже хотела это знать, – насупилась кухарка и вытерла руки о передник.

– Про неё спрашивал король! – кинула аргумент Бри.

– Да хоть сам Господь Бог! Не знаю я! Да и король хорош – объявил о свадьбе, а невесту найти не может! – ворчала Сибилла, задвигая тяжёлые деревянные стулья к столу и восстанавливая симметричность рассадки.

– Она мне прибыль должна! У нас дело на двоих открывалось! – попробовала продавить её Бри. Отчего-то сильно волновалась, что для моей хладнокровной подруги было несвойственно.

– Ну вот коли на двоих, так идите в кабинет и посмотрите на кучу счетов! Её все поставщики ищут! Она всем должна! – рявкнула Сибилла и покраснела. – А я тут всем заместо лакея, отвечай да выгораживай. Нету её, а куда делась, не знаю! Пошто вы у жениха ейного не спросите? Вона как к нему уехала, так и не вернулась!

– Может быть, она записку присылала? Или Патрика присылала? Ну хоть какая-то весточка? – Бри даже нахмурила брови, хотя раньше ничего такого не делала.

– Нет! – почти что прикрикнула на неё Сибилла. – И не пытайте меня больше! Расстроилась из-за неё, сердце уж сколько дней не на месте…

– Если она даст о себе знать, передай: я на её стороне. И я знаю, где находится та дверь, что она ищет. Запомнила?

Сибилла расстроенно кивнула и подошла к окну, чтобы закрыть раму. Картинка сменилась видом на город и я поняла, что ворон улетел.

Я открыла глаза и поблагодарила моего помощника.

«Я найду тебе самый вкусный кусочек мяса в благодарность! Ты очень помог! Отдохни, а потом нужно будет отнести записку той леди, что ругалась. Сможешь её найти?»

Ворон каркнул и улетел, я же решила, что необходимо хорошенько подумать. Откуда Бри известно про то, что я ищу дверь в мой мир? Я ведь придумала искать выход уже после того, как покинула замок. Или успела кому-то озвучить свои планы?

И зачем она меня ищет?

Стоит ли дать о себе знать? Или это опасно?

Бри приняла меня в штыки и вообще вела себя по-свински в первые пару месяцев моего пребывания в замке Форс. Но затем помогла мне с покупкой дома, хотя тоже поимела свою выгоду. На чьей она стороне? И как мне это выяснить?

Если принять на веру, что она хочет мне помочь, то это сильно облегчает мои поиски. А вот если там какая-то ловушка… О последствиях даже думать не хочется!

Внизу, от пекарни, послышался шум. Марилла пришла? Нужно вставать и бежать открывать пекарню, а то тесто скиснет, или убежит, или ещё что.

Спустилась, умылась у колодца и подхватила два ведра с водой, чтобы два раза не ходить. Проснулся зверский аппетит, и я вздохнула. Со вчерашнего дня во рту не было ни крошки, зато откат практически полностью прошёл. И это хорошо!

Утро прошло в суматохе. Марилла радостно объявила мне, что листы подорожника засохли и почернели, а лицо её дочки Агнес полностью очистилось! Она велела детям набрать ещё подорожника и планировала сделать Агнес компрессы на ушибленный бок, на котором остались желтоватые следы синяков. Юная мать уже приложила ребёнка к груди, и их жизни вне опасности.

Уважения в мою сторону от хозяйки пекарни прибавилось. Она доверила мне формировать булочки и лепёшки, а сама подсчитывала припасы и запоминала в уме, чего и сколько заказать у деревенского мельника и у птичницы.

– Я слышала, ты вчера бабушкой стала, Марилла? – улыбчивая женщина с плетёной корзинкой оперлась о прилавок и блестящими от любопытства глазами расспрашивала товарку. – По деревне болтают…

– Пусть болтают! Моя Агнес жива и здорова, а сыночек её крепкий и уже берёт титьку. Так-то!

– А твоя новая помощница, говорят, вчера булочки диковинные пекла. Меня дочка снова за ними послала, говорят, смели малые только так. Будут сегодня?

И она оглядела пустые прилавки. Строго говоря, пекарня ещё не открылась, и я только-только разложила на противнях изделия, чтобы они поднялись перед выпечкой.

– Это были ватрушки. С творогом, – пояснила я. – Сегодня не будет.

– А чего? Давно пора уже чего-то нового продавать. Люди любят стряпню Мариллы!

Вздохнув, гостья перевесила корзинку с руки на руку и ретировалась, а я принялась сгребать угли в печи к стенке, чтобы подготовить под к первой порции хлеба.

– Что за ватрушки были вчера? – поинтересовалась Марилла, но недовольства в её голосе я не услышала. Только любопытство.

– Я сделала творог из скисшего молока – его было целое ведро. Помните, я говорила, что оно пропало? – спросила я, и хозяйка кивнула. – А потом смешала со сметаной, яйцами и добавила мёда. Булочки сделала в форме тарелочек и сложила сверху творог. Получились ватрушки. Так моя мама пекла, когда я была маленькая!

Марилла всплеснула руками и пробормотала:

– Давай оставим молоко на ночь в тепле, и завтра ты мне покажешь всё, как ты делаешь. А пока напечём утренний хлеб, а то скоро потянутся голодные пастухи и охотники!

Когда мы поставили в печь первую партию и присели отдохнуть, я спросила у Мариллы:

– Почему у вас нет врача? Как вы обходитесь без него?

– Ох, милая моя Жанна. Откуда у нас врач? Чтобы изучать медицину, нужно учиться в столице, в специальной Королевской школе. А туда принимают только благородных. А какой знатный господин будет лечить простых селян? Да и откуда у нас деньги на оплату?

– Неужели нет никакой больницы… монастыря, где помогают простым людям? – удивилась я. Как они тут живут вообще? А если перелом, а если кровотечение?

– Да что ты, милая, – вздохнула Марилла. – Кто б об нас подумал, некому же. Коли повезёт – выживешь, коли нет – на то воля Божья. Есть у нас цирюльник – так вот он ещё зубы дерёт. Но я к нему ни ногой! Ни за что!

Она помолчала, а потом добавила:

– Ежели у кого хозяин добрый, то может своего врача позвать. Но это больше для тех, кто в замке. Ежели ты в поле работаешь, то он тебя и не знает. Поэтому мы надеемся только на себя!

Я только головой покачала. Увиденное вчера произвело на меня большое впечатление. А ещё не было времени подумать, как у меня получилось вылечить Агнес. Тоже новая загадка…

Когда последняя партия выпечки стояла в печи и подрумянивалась, издавая великолепный аромат, у меня выдалась свободная минутка. Я вышла на улицу, попила воды из колодца и села писать записку Бри.

«Дорогая Бри! Следуй за птицей, и она приведёт тебя к тому, кого ты ищешь. Но имей в виду: предательства не прощу!»

Немного наивно, но я её предупредила. Нужно будет условиться с вороном о месте, чтобы я сама туда пришла, не раскрывая своего настоящего ночлега. Внутри поселилась тревога, но я свернула бумажку в трубочку и связала верёвкой, выдернутой из нижней юбки.

Ворон крутился тут же, будто поджидал меня. Я передала ему инструкции:

«Полетишь к той даме, Бри. Передашь ей записку. А потом отведёшь её в поле рядом с деревней, где людей видно со всех сторон. Мне важно, чтобы она пришла одна. Когда выберешь место, прилетишь за мной. И заодно с высоты будешь смотреть, чтобы никто к ней не приехал на подмогу».

Привязала к вороньей ноге записку и он улетел. Ну, а мне оставалось ждать и печь ватрушки. Не самое худшее занятие, вообще-то.

* * *

В конце дня я вновь навестила молодую Агнес. У неё на лице не осталось ни следа от огромной гематомы, и я сама то и дело посматривала на её кожу, убеждая себя, что мне не привиделось чудесное исцеление. Она улыбалась и кормила ребёнка, стыдливо прикрывшись холстиной. В комнате стоял пряный аромат молока и какого-то неуловимого запаха, которым пахнут новорожденные. Мне хотелось приблизиться к малышу и втянуть ноздрями острый запах, но стыдилась захлестнувших меня чувств.

Я быстро осмотрела пациентку и ретировалась, чтобы не отвечать на лишние вопросы. В подарок за лечение получила красивую налобную повязку и улыбнулась – именно её моему образу и не хватало! Ушла в свой амбар и полночи пыталась разгадать загадки, на которые у меня не было ответа. В конце концов решилась положиться на свою судьбу и уснула.

Три дня не было вестей от ворона. Три дня у меня всё валилось из рук: я показала Марилле, как делаю ватрушки, и научила печь блины из молочной сыворотки. Пару раз роняла булочки на пол, потом умудрилась сломать метлу. Чуть не пролила кадку с яичной смесью для теста, и в конце концов Марилла дала мне выходной. Сунула в руку целый эл и велела убираться, пока я не приду в себя. Я благодарно улыбнулась и вышла на воздух.

Но хорошо погулять не получилось. Как чувствовала, что сегодня что-то будет, и не ошиблась.

Ворона я увидела издалека. Он летел немного неровно, и я поняла, что птица устала. Бедолага!

«Иди за мной!» – пронеслась мысленная речь, и я уловила тень недовольства.

«Погоди минуту!» – попросила я его. Поднялась на своё спальное место, достала чепец и заново с помощью Лилового огонька вернула себе рыжие волосы. Незачем людям знать, что я умею менять их цвет. Потом собрала самое необходимое: вдруг примется сразу пускаться в путь в мой мир?

Попутно пожалела, что у меня нет джинс и любимых ботинок, в которых я попала в Королевство Эл. Ну ничего, уж дома-то я смогу объяснить и стрёмный прикид, и долгое отсутствие. Там я всё знаю!

Воодушевляя себя таким образом, я поняла, что топаю на встречу с Бри полная радужных надежд. Ворон летел медленно, то и дело описывая круги.

«Она одна. И я не чувствую, что она скрывает что-то или замышляет зло», – прокаркал он в моей голове.

«Я ей не доверяю», – ворвался в нашу беседу Рыжик, появившийся сбоку. «Я бегал в замок к хозяину. Его там нет. И запаха хозяина тоже нет».

Эта новость встревожила. Как так? Роберта держат в замке? Бросили в подземелье? Из-за меня?

Голова шла кругом, и надежда сменилась паникой. Что мне делать? Но тут я увидела Бри. Она грациозно сидела на траве – так, будто находилась на великосветском приеме у самого короля. Ноги изящно подогнуты, платье расстелено веером по земле. Спина прямая, а подбородок гордо задран. Только обувь у нее удобная и рядом лежит тёплый плащ – но по нынешней жаре откинут за ненадобностью.

– Бри! – крикнула я и ускорила шаг. Она царственно наблюдала, как я к ней приближаюсь, но по глазам я поняла, что она мне рада.

Я упала на траву рядом с ней и осторожно заглянула в глаза:

– Зачем ты меня искала?

Она вздохнула, потом улыбнулась:

– Может быть, выбить из тебя мою долю за кондитерскую? – и я не удержалась, прыснула. Она тоже рассмеялась и барьер неловкости был преодолен.

– Зачем ты сбежала? – спросила она и рассеянно погладила Рыжика. Тот обнюхал её, а потом улёгся между нами.

– Король… сильно обидел меня. И я надеялась сбежать.

– Куда? В свой мир? Как король Георг? – красивые льдистые глаза сощурились.

– Значит, ты и это знаешь? – переспросила я. Почему в этом мире все знают обо всём, а я – ни о чём?

– Служба обязывает… – пробормотала она и сорвала травинку. Ей явно некуда было девать нервные пальцы.

– Кому ты служишь? – напрямик спросила я.

– Короне, – ответила она. – У меня нет другого выхода.

– Потому что ты не владеешь магией? Ты могла бы выйти замуж за кого-то попроще и жить в любящей семье, – неуверенно предположила я.

– Не сравнивай меня с собой, Джейн. Я – не ты. Дом, детишки и покорный муж не для меня. Есть занятия и поинтереснее.

– Какие? Шпионить за Робертом Маккейном? Соблазнять его? – не удержалась я от колкости. Вспомнились дни, когда я умирала от ревности в замке Форс. Даже сейчас внутри что-то колыхнулось…

– И да и нет. У меня было задание в его замке, это правда. Но я отказалась выполнить его до конца.

– Я видела тебя с губернатором на чёрной лестнице, – медленно проговорила я. – Чего он требовал?

– Я не могу тебе сказать, милая Джейн. Но против тебя я ничего не замышляла, поверь. Скорее ты просто стала досадной помехой у меня на пути… сначала. А потом я привязалась к тебе, и ты стала мне подругой. Которой у меня никогда не было.

Против воли я улыбнулась. Значит, я не ошиблась в ней?

– Откуда ты знаешь, что я… из другого мира? – спросила я.

– От короля. А ещё… позволь мне прежде спросить, почему ты хочешь сбежать? Ведь ты в полшага от того, чтобы стать королевой. Править страной, ни о чем не думать. Даже в твоём мире о таком мечтают миллионы женщин!

– Я не выйду замуж за Эйдана! – с дрожью в голосе произнесла я. – Ни за что! Не после того, что он себе позволил!

– Он был груб? – тихо спросила она.

Я закрыла ладонями лицо и помотала головой, отказываясь говорить на эту тему. Меня затопила волна стыда и отвращения.

– Не важно. Просто я хочу домой. Там – мама. Я родилась и выросла в другом месте, и оно слишком сильно отличается от этого.

– Знаю. Вы там смотрите на большие экраны и подражаете тем, кого на них показывают. А ещё помешаны на своей фигуре и красоте. Используете мужчин, а они используют вас. Но возможностей в вашем мире и правда больше!

Я внимательно посмотрела на Бри и до меня внезапно дошло, почему она так выглядит. Бри никогда не носила пышных бесформенных платьев. Её наряды всегда облегали фигуру, как перчатка, и делали её изящной и изысканной. Платья с разрезами на грани приличия, открытые плечи и декольте, перчатки до локтя. Идеально выщипанные брови. В Форсе я не придала значения её внешности, потому что красивые женщины в моем мире выглядели именно так.