Текст книги ""Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Семен Кузнецов

Соавторы: ,Тим Волков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 314 страниц)

Рука незнакомца дернулась. Пуля полетела гораздо ниже цели, прямо в сына Пушкина, княжича Александра…

Ворвавшийся в помещение холодный сквозняк задул свечи, погружая все во мрак.

Глава 2
Живой

Млечная пелена медленно сползала. Я понял, что лежу, хотя должен был… что? Стоять? Висеть вниз головой? Парить облачком в небе? Кто бы знал, что происходит после смерти? Один факт того, что сознание не умерло уже радует – будет над чем подумать ближайшую тысячу лет. Или сколько мне осталось проторчать в аду?

А то, что я в аду я не сомневался. Хотя…

Теплые женские руки прикоснулись живота, поползли вниз. Так, стоп. А это еще что такое? Чьи это руки? Смерти? Дьявола? Его демонов?

Я невольно дернулся, сжал кулаки, пытаясь найти в них свой нож. Но оружия не было, да и тело едва ли сейчас меня слушалось. Слабость, оцепенение. Не до конца еще видимо отошел от прыжка в плазму.

Мягкие, нежные ладони незнакомки – я был уверен, что это именно девушка, – опускались все ниже и ниже, пока не обхватили…

– Э-экх… – хрипло выдохнул я.

– Проснулись, мой господин! – радостно произнес женский голос.

Ага, проснулся. Кажется, жив. Хотя уверенным сейчас хоть в чем-то сложно быть.

Я открыл глаза.

Комната. Такая огромная, что весь мой космический челнок можно на ремонт сюда поставить. Хотя, починкой кораблей тут явно не занимались. Все дорогое, все блестит золотом. И все какое-то старинное, что ли… Нет, не в том смысле, что сыпется и рушится, как все тот же мой корабль, будь он не ладен. А по своей сути. Настолько давно вышедшее из моды, что вновь ставшее модным. Раритет.

Я приподнял голову, глянул на красотку, которая трогала меня. Короткая юбка, вроде спецформы, упругая грудь, обтянутая явно маловатой блузкой. На надзирательницу незнакомка не похожа. Уже хорошо. На демонессу тоже.

– Ты кто? – спросил я, даже не зная, чего ожидать от ее ответа.

А вдруг все же скажет, что она Люцифер и все это – ад?

– Я Марина, ваша служанка, – ответила девушка.

– Моя служанка? – переспросил я, явно не ожидая такого поворота событий.

Конечно, потаскухи с планеты Красный Амстердам могли за отдельную плату тебе и не такое сказать, но я чувствовал, что произнесенное сейчас было не выдумкой.

Я в раю, вот в чем дело.

– Велено было натирать вас маслами, чтобы рана скорее затянулась, – продолжила Марина, немного засмущавшись. – Вот я и… я разбудила вас?

– Что вообще происходит? Где я?

Я напрягся сильней. Потом закрыл глаза, попытался воззвать к линиям эира. Что-то горячее и плотное ударило в мозг, да так, что я едва не упал. Фон был, но точно не эир. Черт, куда же я попал?!

– Вы в доме Пушкиных, – растеряно ответила Марина. И испугано добавила: – В вас стреляли!

Это я помнил. Действительно стреляли – штурмовики по всем направлениям. А потом – пике и плазма. Меня должно было поджарить за одну сотую секунды, превратить в звездную пыль, но…

Что-то явно пошло не так.

Я ощупал себя. Голый.

И какой-то не такой. Где мои шрамы, где мышцы? Тело какое-то, словно бы не мое. Дряблое. Худое.

– Марина, – прохрипел я, догадывавшись о произошедшим. – Ну-ка, принеси мне зеркало. Есть у вас тут зеркала?

– Конечно. Сейчас.

Девушка подала мне просимое, и глянул на самого себя.

– Пожалуйста, княжич.

«Княжич? – отметил я про себя. – Становится все интересней и интересней».

И заглянул в зеркало.

Нет, я не закричал в ужасе – выдержка космического пирата не позволила этого сделать. Но удивился, чего уж скрывать.

На меня смотрело абсолютно чужое лицо, молодое, лет восемнадцати. Прямой нос не в пример моему прежнему, кривому, переломанному, голубые глаза, темные волосы. Кожа бледная, явно ухоженная.

– Марина… – произнес ошарашено я, возвращая зеркало. – Говоришь, мы у Пушкиных?

– Верно, – кивнула девушка, от чего ее шикарный бюст так же плавно качнулся. Боги, и как еще держат эти лямки такой груз?! – В вашем фамильном имении.

Так, это уже становится интересным.

– В моем фамильном имении, – задумчиво повторил я.

В голове лихорадочно кружили мысли. Так, я должен был умереть. Это абсолютно точно, плазма смертельна для всего живого.

Но не умер.

Вместо этого попал в тело какого-то парнишки, в прошлый век. А может, и еще позапрошлый – такая лепнина и резные ручки когда модны были? В XIX веке?

Вот ведь фантастика! Кому скажи – не поверят. Хотя, наверное, говорить как раз никому и не надо – действительно не поверят и отправят в психушку. А мне вроде и тут пока неплохо. Все-таки, я теперь не гуль с горы, а княжич, со своим имением. Так то!

Нужно осторожно выяснить подробности моей личности, чтобы играть в эту игру. Кажется, боги дали мне еще один шанс! Тысяча чертей, ты везучий, Рекс Старк! Чертовский везучий! Еще одна жизнь в запасе! Как у кошки!

На душе стало спокойно. Не поймали меня штурмовики, не схватил Император Зорг. Выкуси, осьминог трепанный! И ты, Естер, тоже выкуси. Мозгов бы тебе поменьше, да преданности Императору убавить – я бы давно уже тебя в кровать затянул.

– Марина, – произнес я, откидываясь обратно на подушку. – Ты говорила, что мазала меня маслом, пока я спал?

– Верно.

– Так вот – продолжай, – велел я, удобней располагаясь на лежаке. – И прошу тебя – не пропусти ни одну часть моего тела!

Я был в раю! Из космических бездн, мрака и сырости я вдруг переселился в тело восемнадцатилетнего парня, княжича влиятельного рода, которого по одному мановению мизинца готовы всячески ублажать. Разве это не рай? Боги, да я хочу здесь остаться!

И я тут остаюсь!

* * *

Дверь открылась, когда массаж был в самом разгаре. Марина усердно натирала мои конечности, а я руководил процессом, говоря, когда ускориться, а когда напротив, замедлиться.

Ох, это тебе не мозолистые трудовые руки дешевых потаскух из Красного Амстердама, которыми можно шлифовать бруски! Тут нежные, мягкие, теплые…

– Саша! – в комнату вошел какой-то мужик, встревоженный и растерянный.

Он явно не ожидал увидеть такое.

– Господин Федор Иванович, – низко поклонилась Марина, тут же отходя в сторону и потупив взор.

Недовольный оборванным процессом, ворча, я прикрылся одеялом. Судя по поведению служанки, дядька этот не последний здесь человек. Поэтому пришлось подавить в себе желание крепко выругаться.

– Саша, как ты себя чувствуешь? – немного отойдя от шока, спросил вошедший.

Я неопределенно пожал плечами.

Гость подошел ближе. Одет он был весьма необычно – черный фрак, жилетка, вычищенные до блеска туфли. В руках элегантная трость, видно, что очень дорогая. Лицо ухоженное, а общие схожести в чертах говорили о некотором родстве с тем телом, в которое я угодил. Отец?

– Как я себя чувствую? – повторил я. – Нет то, чтобы хорошо, но и не совсем плохо, в общем, относительно нормально.

Ответ смутил Федора Ивановича.

– Сын, в тебя стреляли!

– Стреляли, – кивнул я, вспоминая слова служанки. – Было дело. И это не самое лучшее ощущение, которое я испытывал.

Это было правдой. В меня пару раз стреляли в моей прошлой жизни и я знал о чем говорил.

– Но уже лучше. Впрочем, количество сеансов массажа я бы все же удвоил – только они и спасают от боли.

Федор Иванович зыркнул на Марину, но ничего не сказал. Потом, подойдя еще ближе, произнес:

– Ты спас мне жизнь, сынок!

– Спас жизнь?

Никогда еще я не спасал ничьи жизни. Я – космический пират и убийца, у меня немного другой профиль.

Видимо мое удивление невольно проскользнуло в глазах, потому что гость начал торопливо пояснять:

– Ну конечно, откуда тебе упомнить все детали. Такой стресс, такой стресс! Ну хоть помнишь, как мы были в доме у мадам Шерер, на спиритическом сеансе?

Я неопределенно кивнул.

– Интересные гости, общение, сам сеанс… А потом этот незнакомец, словно черт из табакерки, выскочил из толпы, с пистолетом в руке. Безумец! До сих пор помню его дикий взгляд. Этот негодяй выстрелил… Целился в меня. Но ты, Саша, в последний момент закрыл своим телом меня!

На глазах Федора Ивановича навернулась скупая мужская слеза.

– Ты спас меня, сынок!

Теперь картина начала проясняться. Ну что же, спас так спас. Не убивать же теперь. Это обстоятельство может сыграть мне на руку. И весьма выгодно.

– Иначе поступить я не мог, – произнес я таким тоном, что сам себе скривился.

Боги, как же наигранно и слезливо! Розовые сопли на зеленом заборе. Как в каком-то дешевом мыльном сериале. Впрочем, это подействовало.

Федор Иванович, услышав такие слова, еще больше растрогался.

– Сынок! – выдохнул он, обняв меня.

Полегче, дядя! Я голый, весь в масле, да и еще не отошел от жарких рук Марины, а ты со своими обниманиями. Ох, хорошо, что еще из гильдии Воров никто не видит, иначе не отмыться от такого позора.

– Того негодяя мы схватили, сидит сейчас в полиции, дает показания. Но он просто исполнитель, безумный фанатик, сошка. Ничего конкретного сказать не может, заикается, под амнезию косит. Сейчас пытаемся найти заказчика. И как только найдем – обещаю, ему не поздоровится. Впрочем, подозрения кое-какие есть. Думаю, что без Воснецовых тут не обошлось.

Я кивнул, говорить что-то нужно было с осторожностью, и я решил лишний раз не светиться. А то можно сказать что-то невпопад и тогда сразу посыплются вопросы. А там и до разоблачения не далеко. Сыграть карту шока, от которого позабылось многое, вполне можно.

– Тебе нужен покой, – сказал отец, видя мой усталый вид и отстраняясь. – Ты голоден?

– Есть немного, – сдержанно ответил я.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не рявкнуть, чтобы тащили все, что есть.

Я был голоден, чертовски голоден. Это перемещение душ изрядно поубавило сил. Да и нервы тоже помотало.

– Прикажу слуге, чтобы принес перекусить. И не буду тебя беспокоить понапрасну. Помни – тебе нужен отдых.

Федор Иванович недвусмысленно глянул на Марину.

Собираясь уже уходить, он вдруг остановился у самой двери, сказал словно бы между делом:

– Завтра утром придет доктор Екатерина Андреевна, осмотрит тебя. И если все нормально, то нужно будет отправляться в школу.

– Куда? – насторожился я.

– В Школу, Александр, – вид у Федора Ивановича стал тревожным.

Я напрягся. Погодите, сколько мне лет чтобы топать в школу? Память подсказала – восемнадцать настоящему телу. Тогда какого рожна?

Ага, еще одна подсказка всплыла из глубин – учатся тут до двадцати, особенно аристократы, к каким я видимо отношусь. А потом еще училище светит. М-да…

– Ты ведь помнишь, что совсем скоро ожидается экзамен, самый важный для нас. Я понимаю, что такая ситуация с ранением случилась так не вовремя. Но вижу, что ты быстро идешь на поправку, – он вновь глянул на Марину. – Так что нужно идти на экзамен, никто его ради нас не будет переносить, сам понимаешь.

– Какой еще экзамен? – еще тише выдохнул я.

Радость от перемещения стала меркнуть. Экзамены взывали в памяти прошлого владельца тела какие-то нехорошие картинки, по большей части тревожные и серые.

– Какой экзамен? – повторил я.

– Самый важный, который только можно представить, сынок. Тот, от которого зависит судьба всего нашего рода. И если ты не сдашь его – роду нашему придет конец.

Не было печали…

Глава 3
Долг

Пока я думал, что ответить, Федор Иванович отвлекся на звонок, потом поспешно вышел. Вместе с ним из комнаты выскочила и Марина, оставляя меня одного.

Раздумывая над словами гостя, я осторожно встал, подошел к огромному в полный рост зеркалу. Рассмотрел себя.

Крепкое, хоть и не такое мощное, как мое бывшее тело. Молодое, это радует. Без шрамов, ожогов, царапин. В районе груди белый пластырь. Я аккуратно отлепил его. Пулевое ранение, круглая дырка, так искусно зашитая, что я невольно залюбовался. В космических боях на такое не было времени – рана просто прижигалась трансрасщепителем, а в тело вкалывался обезбол.

Отверстие на моей-чужой груди было явно смертельным. Для первого владельца. А потом появился каким-то образом я. Возможно, та плазма, в которую я нырнул, была совсем не простой. Какой-то пространственно-временной портал или червоточина? Вполне возможно.

Удивительны законы природные. Не знаешь, как и что обернется.

Я обошел комнату. Остановился у полки с книгами. Ага, фамильные фолианты, где указана вся родословная. Вещь хорошая, даже нужная, особенно для меня в моем положении.

Быстро пробежавшись взглядам по страницам, я подтвердил свои догадки о то, что Федор Иванович Пушкин – это и в самом деле мой отец. Еще у меня есть три сводные сестры – Анна, Екатерина и София. Также имелись и братья – Алексей и Аскольд. Я самый старший в этой семье. Мне восемнадцать. И еще я какой-то хворый, судя по смутным записям и фотографиям.

Уже становится понятней.

Еще одна попытка найти что-то интересно на полках увенчалась находкой в виде толстой книжицы «Торги на бирже». Я понятие не имел что это и пробежался по первым страницах. Нудно. Непонятно. Но в качестве чтения на ночь вместо снотворного вполне сойдет.

А может, все просто сон? Я задумался. Может, я и есть Саша Пушкин, из рода Пушкиных? А все эти космические дела – плод моего воображения.

Я тряхнул головой. Кажется, новое тело пытается отвоевывать территории моей души. Нет, вся моя прошлая жизнь не плод воображения. Я – Рекс Старк, космический пират, волею случая – или судьбы? – угодивший в тело малахольного придурка.

Или, все же…

Я подошел к кровати, остановился. Взгляд мой приковала вещица, которая подтверждала мою настоящую пиратскую жизнь. Кристалл…

Поблескивая красным, он лежал на кровати, в той же огранке из игарийской стали и цепочкой. Вполне настоящий, реальный.

Как это?.. Разве и он переместился со мной?

Дрожащими руками я взял вещицу, осмотрел со всех сторон. Тот самый. Не галлюцинация и не иллюзия. Значит, все не привиделось. Только вот как кристалл переместился вместе со мной в новый мир? Ох, чует сердце, не простая это вещица, совсем не простая.

Я вновь глянул на камешек и тот… вдруг начал рассыпаться в пыль! Что за черт?!

Я не мог поверить собственным глазам. Кристалл рассыпался в песок, хотя был, как уверяют все, самым крепким из всего, что только есть во Вселенной.

Но и это еще были не все сюрпризы.

Едва кристалл рассыпался и потек сквозь пальцы на пол, как меня вдруг словно ударило током. Мощный поток прошелся от руки, в которой я держал кристалл, выше по телу.

Меня скрутило судорогой, я застонал, упал на пол. Перед глазами все заискрилось, а в голове… я даже толком не мог понять, что происходит. Какие-то отрывочные картинки, воспоминания, звуки, запахи – все это смешалось в одну сплошную бурду и било по вискам, словно я пережрал грибов.

Но неприятное ощущение довольно скоро прошло, меня отпустило. Тяжело дыша, я поднялся на ноги, взглянул на пол, на котором по-прежнему лежала горсточка пыли, бывшая когда-то кристаллом.

Обманули? Неужели я своровал подделку? Нет, это исключено. Тогда почему кристалл разрушился? И что сейчас со мной только что случилось?

Остаточные волны боли накатили с новой силой. Я закрыл глаза, принялся тереть виски. И вдруг увидел перед глазами образ кристалла, да так явственно, что испугался – уж не сошел ли я часом с ума?

Что, мать вашу, тут происходит?!

Я сделал глубокий вдох, вновь закрыл глаза. Ага, не исчез. И словно бы понимал меня, потому что едва я подумал про головную боль, как кристалл стал светиться и пульсировать в такт биению сердца. Боль начала сходить и вскоре полностью исчезла.

Так, становится интересно.

Я задумался. Про то, что кристалл обладает огромной силой, я знал. Как активировать ее и как использовать – это уже другой вопрос, это мне было неведомо. При перемещении в другой мир артефакт разрушился. Возможно, не смог принять новые уровни бытия. Если рыбу вытащить из океана и заставить жить на суше, она едва справиться с этим. Так и тут. Но разрушение вызвало еще один процесс, неведомый мне.

– Я поглотил твою силу? – в полголоса спросил я, вновь закрыв глаза.

Наверное, со стороны это выглядело глупо, но мне сейчас было совсем не смешно.

Кристалл хищно блеснул.

И чего я ожидал от него? Что он начнет говорить человеческим голосом?

М-да, дела.

Я вытер со лба холодный пот. Все же надо будет по возможности выяснить, что тут сейчас произошло и почему этот красный камень стоит теперь у меня перед глазами.

В дверь вновь постучали. Вошла Марина, принеся разнос с едой, отвлекая от хмурых мыслей.

Я невольно сглотнул слюну. Взгляд мой скользил по угощениям, не зная на чем остановиться.

– Что тут? – только и смог выдохнуть я, жадно разглядывая тарелки.

– Мясная заливка с картошкой из печи под сырным соусом, – начала говорить служанка, показывая на тарелки. – Тут – блинчики с черной и красной икрой, тут – малосольная семга с лимоном и зеленью, как вы любите, тут – картофельные оладьи со сметаной, чесноком и укропчиком. Омлет с беконом и опятами. Чай ягодный, из дикий трав.

– Это все мне? – невольно спросил я.

– А кому же еще? – удивилась Марина. – Приятного аппетита!

Я принялся с жадностью поглощать божественную пишу, еще больше удивляя служанку. После тех помоев, что генерировал мне корабельный повар-киборг, после пластиковой каши и жижи из эрзац-пакетов и суррогатов, эта еда была просто невероятной. Вкус… разве можно его передать? Мягкий, обволакивающий, с оттенками сладости, маслянистый и богатый, заставляющий все вкусовые рецепторы пищать от удовольствия.

Я ел с таким наслаждением, что забыл обо всех приличиях, которые тут следовало бы соблюдать. Но мне было все равно, тем более кроме Марины здесь никого не было.

– Вы так проголодались! – выдохнула служанка, наблюдая за моей трапезой.

– Верно, – кивнул я, опрокидывая в себя порцию грибов с беконом. – Проголодался.

С едой было покончено за считанные минуты. С трудом сдерживая себя, чтобы не попросить добавки, я, едва дыша, выдохнул:

– Спасибо!

Это произвело на Марину еще большее впечатление – видимо благодарить прислугу тут не принято. А вот если моему киборгу-повару не высказать благодарности, то можно получить вполне неиллюзорную затрещину. А если учесть, что рука у него стальная, то лучше всегда говорить заветное «спасибо!», даже если еда – помои.

– Отец хотел бы вас сегодня увидеть к вечеру за ужином, – сказала Марина, убирая пустые тарелки. – Но это каким будет ваше состояние.

– Я в порядке, – кивнул я.

– Хорошо, я ему передам.

И ушла.

Сытый и довольный, я обратно лег в кровать. Повезло? Да, мне повезло. Не умер, оказался в месте, где мне делают массаж красотки и угощают такими деликатесами, о которых я даже не слышал.

Хотя сказанные напоследок слова отца все же неприятной занозой поселились в душе. О чем это он говорил? Какой еще экзамен? Впрочем, сейчас узнаем.

Что там Федор Иванович говорил про кнопку? Я нащупал ее у изголовья кровати, нажал. Буквально через десять секунд в комнату зашла Марина.

Поклонившись, она спросила:

– Вам что-то еще нужно, мой господин?

Вот это вот «мой господин» меня на мгновение вновь сбило с мысли. Они пошли куда-то не туда, а глаза начали скользить вниз по большой упругой груди и…

– Стоп! – выдохнул я.

– Что? – не понимая, спросила девушка.

– Марина, прошу тебя, давай без вот этих вот господинов, хорошо? Называй меня просто Рекс… то есть Александр.

– Но я не могу! Я простая прислуга.

– А как можешь?

– Ну… – задумалась девушка. – Княжич Александр могу.

– Княжич? Значит мой отец – князь?

Марина кивнула.

– Князь планеты? – с надеждой спросил я.

– Какой планеты? – совсем растерялась Марина.

– Где княжествует? Расскажи подробней. А то я от этого стресса, – я кивнул на ранение, – совсем ничего не помню. Переволновался, из головы все вылетело.

– Он князь Одинцовский, это западный округ Московской области.

– И много таких князей тут у вас… то есть у нас?

– По московской области одиннадцать. В других города меньше. Везде по-разному.

Ага, теперь статус бати становился понятен. Что ж, неплохо. Значит мы княжеская семья, которая управляет землями.

– Марина, у меня такой еще вопрос возник. Тут отец обмолвился про какой-то экзамен, который я должен сдать.

– Верно, – кивнула девушка.

И начала говорить. От ее слов волосы на моем затылке шевелились все больше и больше.

– В вашей магической школе имени Петра Смита, в которой вы учитесь, ежегодно проходят экзамены. По их результатам определяется, каких высот добился каждый ученик. Последний экзамен, который вы сдали, показал… хм-м… не самые лучшие результаты.

– Насколько плохие? – уточнил я.

– Вас хотели отчислить.

Я пожал плечами.

– Ну и что? – мне и вправду было не понятно, что в этом такого. – Не убьют же меня за это!

– Убьют, – спокойно ответила Марина.

– Как это… подожди. О чем ты говоришь?

– Вы совсем ничего не помните? – обеспокоенно спросила Марина.

– Ну… – неопределенно ответил я. – Стресс, сама понимаешь. Да и головой, кажется, стукнулся, когда подстреленный падал. Прямо об пол, затылком. Шмяк!

Я демонстративно потер затылок.

– Есть Высокий Совет, в который входят главы фамилий, кровно связанные с Домами, – продолжила Марина, кажется, поверив в эту историю. – Род Пушкиных тоже там присутствует. Высокий Совет обладает большой властью, с ним согласовываются все принимаемые законы, он формирует политику государства. В Высокий Совет не назначают. В него попадают благодаря рейтингу княжеских родов.

– Что еще за рейтинг?

– Рейтинг Аристо. Там – самые сильные, самые мощные Дома. В этом рейтинге учитывается всё – капитал семьи, умения, магические атрибуты каждого члена семьи, его Дар и Силу, государственные должности и награды. Очень много показателей. Одним из важных пунктов является учеба в магической школе. Говорят, за нее сразу десять баллов начисляют.

– И поэтому если я не сдам экзамен, и меня отчислят, то мы вылетим из этого рейтинга? – догадался я. – Конкуренция большая.

– Верно.

– Ну и что же такого хорошего быть в этом рейтинге и входить в Высокий Совет? Что он дает?

– Ну как же! – удивилась Марина. – Только Высокий Совет может подавать на рассмотрение законы в Нижнюю и Верхнюю Думы. Высокий Совет – этот еще один орган власти.

– Понятно. Но я все равно не пойму, почему же вопрос стоит именно о жизни и смерти?!

– Дело в том, – Марина снизила громкость голоса до шепота. – Что ваш отец, Федор Иванович, занял довольно большую сумму денег у князя Прутковского, в надежде отдать долг с дел государственных, которые он пока еще ведет.

– Но…

– Но если род Пушкиных вылетит из Рейтинга Аристо, то, с почти сто процентной уверенностью, можно гарантировать, что и с Высоко Совета его тоже погонят – сами понимаете, что по Рейтингу сильно просядет род. А занять место Одинцовского князя есть кому, все хотят во власть.

– И?

– И не получит ваш отец денег, а значит… – Марина на минуту замолчала, словно все не насмелившись произнести самое главное. – В общем, князь Прутковский известен тем, что должников своих убивает. Говорят, это как-то связано с его темным магическим атрибутом. Никто точно не знает, что он может, но ходят слухи, что князь Прутковский может, словно вампир, выпивать всю силу из людей. А Сила – это еще один показатель, идущий в зачет рейтинга.

– Ежин-Сбажинское семя! – выругался я.

Вот так попал!

– И зачем только деньги брал в долг? – выругался я.

– Известно зачем, – тут же ответила Марина. – Чтобы устроить вас в магическую школу. Для поднятия в Рейтинге.

– С ума сошли тут все с этим Рейтингом! – тихо выругался я.

Другое дело мой мир, где нет никаких проклятых рейтингов. Грабь и убивай, не попадайся в лапы штурмовиков – и будешь жить в свое удовольствие. А тут вон как хитро придумали. Мазохизм, одним словом.

Первая радость от переселения начала меркнуть. Уже не казалось привлекательным все вокруг.

– Спасибо за ответы, Марина, – кисло произнес я, давая понять, что мне нужно остаться одному.

Подумать и в самом деле было о чем. Однако невеселые размышления довольно быстро прервались – в комнату вбежал отец.

Был он возбужден и, кажется, напуган.

– Сынок!

– Что такое?

– Сынок, ситуация изменилась. Очень сильно изменилось.

Судя по голосу не в лучшую сторону. Я напрягся. Как оказалось не зря.

Вытирая взмокший лоб, отец дребезжащим голосом произнес:

– Мне позвонили… сказали… в общем… Нам конец!