Текст книги ""Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Семен Кузнецов

Соавторы: ,Тим Волков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 151 (всего у книги 314 страниц)

Глава 7

Вызвавший выбирает место, вызываемый – оружие. Таков закон.

Кодексов дуэли на самом деле много, есть расширенные, на восемьдесят четыре правила, регламентирующие самые тонкие нюансы. Есть попроще, такие, например, как Кодекс Виго или Codex Duello, или на худой конец Заповеди Пушкина. Там правил гораздо меньше. Но какой не возьми – расширенный или сокращенный, – суть у них одинаковая. И сводится она к четырем основным постулатам.

Первый: дуэль проходит только между равными.

Второй: за одну обиду не может быть проведено более одной дуэли.

Третий: выбор оружия – за вызванной стороной.

Четвертый: кровь решает исход.

Все остальное – на откуп секундантам.

Правила эти весьма условные, размытые в своих формулировках, поэтому могут трактоваться по-разному. Например, первое правило. Что значит «между равными»? Равными в чем? В деньгах? В статусе? В силе? В росте? А «кровь решает исход» четвертого постулата? Это как понимать? Вот многие и понимают так, как им нужно. Поэтому правила трактуются порой весьма специфично. Но вот по поводу выбора оружия – тут все однозначно.

Выбор оружия оставался за мной. И выбор мой был очевиден.

– Ну что, сопляк, готов сразиться? – храбрился Котовский, играя мускулами. – Какое оружие выбираешь? Запомни: помощь мамочки – это не выбор оружия.

Он загыгыкал. Вместе с ним хохотнул и его секундант, толстоватый парень с длинной сальной шевелюрой.

Я понимал, что Котовский рассчитывал на что-то стандартное – может быть, кулачный бой, в крайнем случае шпаги или рапиры. Но никак не то, что я произнес в следующую секунду.

– Пистолеты, – сказал я и сразу же вокруг повисла гнетущая напряженная тишина. – Я выбираю пистолеты.

– Что? – первым опомнился секундант Котовского.

– Я тихо или непонятно сказал? – спросил я, переводя ледяной взгляд с Котовского на его спутника и обратно. – Или вы все прекрасно слышали и не хотите принимать такой выбор? В таком случае дуэль можно завершить.

Я знал, что школьники за пистолеты не брались. Слишком это опасно. Да и главы их родов за такое по головке не погладят, еще бы, подвергать жизни будущих наследников! Поэтому школьники в основном дрались на кулаках. Для этого даже и термин был придуман специальный «выбор кулака». Дурацкое название, но прижившееся у ребят. Вот этими самыми кулаками они и решали проблемы. Вполне нормальный способ. Синяки пройдут, ссадины залечатся, обиды забудутся, главы родов останутся удовлетворенными. И все в выигрыше.

Только вот я планировать решить исход совсем иначе.

Драться с Котовским, который на голову меня выше, да и физической подготовкой лучше, не самый хороший вариант. Его способностей в фехтовании я не знал, а нарушать принцип «не бейся с тем, про кого мало что знаешь» не хотелось. Поэтому план был вот такой.

– Я выбирают пистолеты, – повторил я. – И если этот мой выбор оппонент не поддерживает, то считаю дуэль завершенной. Суд чести будет закончен.

Котовский моргал глазами и глядел то на меня, то на своего секунданта.

Секундант молчал, потупив взор. Он понял, что попал в переплет, из которого непонятно как выпутываться. А в случае чего его тоже возьмут за задницу – секунданты тоже в ответе за общую организацию.

Я терпеливо ждал.

Обычно перед таким крутым выбором люди либо ломаются и идут на попятную, что самое логичное, хоть и не популярное решение, либо самоубийственно прут до конца. Котовский оказался из категории последних. Баран, одним словом.

– Хорошо, – произнес он, чем еще сильней удивил секунданта. – Пистолеты, так пистолеты. Дуэль состоится.

А вот услышать такой ответ я не планировал. Я все же думал, что противник трусоват и сдрейфит. Впрочем, этот выбор не выдавал в нем смельчака, а как раз-таки наоборот. Он побоялся быть обсмеянным, что отказался от дуэли и потому готов был сейчас погибнуть, но не запятнать репутацию. Впрочем, и на этот ответ у меня есть план.

– Вот и отлично! – произнес я, потирая руки. – Тогда будем стреляться!

Моя решительность всех смутила. И даже Котовский, державшийся до последнего, услышав слово «стреляться» сразу же скис, глянул на своего спутника. Во взгляде парня читалось только одно: «выкручивайся из ситуации, олух!».

– Но у нас нет пистолетов! – воскликнул секундант, трясущейся рукой вытирая выступивший на лбу пот.

– Не беда, – отмахнулся я. – Их можно организовать.

– Саня, ты что творишь⁈ – в самое ухо зашипел мне Штакет, отойдя от первого шока. – Какие пистолеты⁈ Ты совсем рехнулся⁈

Я жестом показал ему успокоиться и замолчать. Продолжил разговор со стороной противника.

– Оружие можно организовать в течение часа – я поспособствую этому. Подождать час для вас не критично?

– Предлагаю перенести дуэль, – выдавил секундант, хватаясь за соломинку надежды. – Чтобы подготовиться, чтобы всё было устроено как нужно. Сейчас уже просто поздно, вечер, темно, стреляться будет не удобно. Вы не возражаете о переносе? Это ведь возможно, по правилам.

Он повернулся к Котовскому. Тот неопределенно пожал плечами. Секундант тут же расценил это как согласие и глянул на нас.

– А вы? Вы согласны перенести дуэль?

С точки зрения логики парням нужно было соглашаться провести дуэль именно сейчас – как раз из-за темноты. Это дало бы им чуть больше шансов не быть подстреленными, ведь в темное время суток гораздо трудней прицелиться. Впрочем, для меня это не проблема, я могу стрелять, ориентируясь даже по звуку, с завязанными глазами.

– Как вам будет угодно, – снисходительно ответил я.

– Вот и хорошо, – облегченно выдохнул секундант. – Тогда о времени переноса мы сообщим вам дополнительно.

И схватив Котовского за локоть, быстро пошел прочь. Котовский сильно не сопротивлялся, но, чтобы выглядеть убедительно все же повернулся и кинул:

– Тебе просто повезло, что у нас не оказалось пистолетов.

Я не стал утруждать отвечать ему. Противники быстро скрылись в зарослях.

На самом деле такой исход в краткосрочной перспективе был выгоден всем. Котовский ушел не проигравшим, сохранив лицо, я не вступил в конфликт и не запустил карательные механизмы. Отложенный дуэль давал время. А дальше… кто знает, когда он состоится? Если Котовский не полный кретин, то он не будет спешить с переназначением времени. А там и позабудется все.

– Саня, да ты в своем уме⁈ – не сдерживаясь, крикнул Штакет, когда Котовский и его дружок ушли. – Какие нахрен пистолеты⁈ А если бы ты в него попал?

– Что значит – если бы? Ты сомневаешься в моей меткости?

Штакет удивленно глянул на меня, словно видел впервые.

– Ты точно рехнулся! Раньше ты таким дерзким и смелым не было.

– То было раньше, – отмахнулся я. И двинул в сторону стоянки. – Идем. Или ты остаешься тут до утра?

Штакет поспешно последовал за мной.

На стоянке меня ждал водитель Юра. Но домой я не собирался. Нужно было наведаться сегодня еще в одно место.

– Юра, знаешь Черные Кварталы? – спросил я, усаживаясь в машину.

– Знаю, – кивнул тот.

– Едем туда.

– Но ведь это бедные районы!

– Для тебя это проблема?

Юра покачал головой.

– Тогда поехали. Мы ненадолго.

Сегодня я планировал две важные встречи. Но не знал получится ли? Первым по списку у меня был один мой старый, еще из прошлой жизни, знакомый старик по имени Борислав. Он имел небольшой ювелирный магазин, располагавшийся как раз в Черных Кварталах. Вывеска с его именем давно выгорела, а половина имени на ней просто отпала, превращаясь из «Ювелира Борислава» в «Ювелира Бо». Хозяину это невольное сокращение понравилось, и он так и оставил, считая такое имя загадочным и привлекательным для клиентуры.

Машина остановилась.

– Я глушить авто не буду, – произнес Юра, опасливо выглядывая в окно.

Район и в самом деле был не самый спокойным, особенно в таком месте – рядом с ювелиркой. Сюда частенько наведывались грабители, чтобы сбыть награбленное. Сюда же, насколько мне было известно, ходил и Гезе, чтобы сделать ту самую монетку, со смещенным центром тяжести.

– Хорошо, – ответил я. – Я скоро.

И вышел из машины.

Магазинчик ювелира Бо был крохотным, практически коморка. Но большего старику и не нужно было. Большого потока людей тут никогда не было, в магазинчик ходили только посвященные и избранные. Ювелир Бо делал исключительные вещи, эксклюзивные. И материал, который приносили его нечастые посетители, порой был не всегда легален. Бо никогда не спрашивал откуда камни, за что его и любили. А камни были разные, в большинстве своем происхождение имели криминальное.

Но не только это сейчас для меня было важно. Ювелир Бо умел обращаться не только с обычными алмазами, бриллиантами и рубинами. Еще меньше людей знали, что может он обрабатывать и магические камешки, превращая их в артефакты. Однажды я заказал у него артефакт удачи, который мне в тот же вечер и пригодился – нервы моего противника на дуэли не выдержали, и он вне очереди выстрелил первым. Пуля попала бы наверняка мне точно в живот, но артефакт заставил в последний момент отступить меня на полшага в сторону. Свинцовый шарик прошел стороной, лишь шаркнув кожу.

И именно Бо – я на это надеялся, – мог сейчас рассказать мне про мою находку из родовой шахты.

Ювелир сидел на маленьком скрипучем стуле, согнувшись колесом. На одном глазу у него была задвинута мощная лупа, через которую он смотрел на камешек, который обрабатывал на шлифовальном круге.

– Вы ошиблись дверь, молодой человек? – спросил меня Бо, поднимая взгляд.

– Не ошибся, – ответил я, закрывая за собой дверь.

Бо отложил камень, отодвинул линзу и пристально осмотрел меня. Этот взгляд мне был знаком, ювелир, казалось, видел меня насквозь. Сейчас он определял можно ли верить мне и от того, что именно он решит, многое зависело.

– Слушаю, – сухо произнес Бо и я понял, что он все же решил, что мне доверять можно.

– Мне нужна ваша консультация.

– Консультации не дам – за них денег не выручишь. Бесплатно могу совет дать.

– Советов не нужно, – ответил я, доставая пару серебряных и протягивая старику.

– Слушаю, – тут же сменил тон Бо, пряча деньги в карман.

– Что скажете про это?

Я достал из кармана артефакт, найденный в подземелье башни.

Каменщик взял янтарный кругляш, надвинул на глаз лупу и принялся рассматривать.

– Однако… – протянул он, зыркнув на меня.

И вновь принялся осматривать артефакт.

– Ну так что? – не сдержался я. – Что-то можно сказать?

– Что-то сказать всегда можно, молодой человек, – сухо произнес Бо. – У меня всегда найдется несколько слов любому. Но слова – это серебро.

Я положил на стол несколько крупных купюр. Старик ловко сгреб их и спрятал в тот же карман, где лежало серебро.

– Что могу сказать про этот камешек, молодой человек? – задумчиво произнес старик, не спеша рассматривая янтарь. – Я не спрашиваю, где вы его взяли – это не мое дело. Но могу предупредить вас. Это явно контрабанда. Камень очень мощный. Давно таких не видел.

– Контрабанда? – переспросил я.

– Насколько я знаю, именно таких артефактов не выпускают уже как минимум двадцать лет. Так что это либо контрабанда, либо… – Бо задумался. – Либо ты стащил его у своей бабушки, которая хранила его в своих закромах.

– У бабушки я ничего не крал, – ответил я.

– Да я шучу! – улыбнулся беззубой улыбкой Бо. – Камень очень хороший. Не ограненный – это да. Видно, что из руды полученный. Чистота не ниже категории А. Контрастность мягкая. Емкость…

Бо принялся постукивать по камню заскорузлым ногтем. Потом вдруг замер, глаз под лупой, и так выглядевший большим, вдруг стал просто огромным.

– Удивительно! – прошептал Бо, глянув на меня.

– Что такое?

– Да в нем же емкости… ну как минимум очков на сто.

– Что это значит? – не понял я.

– То, что это очень редкий камень. Ему цена… в общем, парень, если ты украл этот камень, то лучше верни его обратно. У таких камней владельцы обычно очень непростые люди, уж поверь мне. И они достанут тебя из-под земли.

– Я его не крал, – возразил я.

Но Бо меня не слушал. Он явно встревожился и теперь поспешно хотел меня выпроводить. Бо всучил камень мне в руки, произнес:

– Иди, мальчик.

– Но я действительно его не крал!

– Послушай, – Бо понизил голос до шепота. – Такие камни раньше добывались при Императоре Николае. И их в гражданское производства не пускали и на рынке просто так не выкидывали. Все такие камни шли прямиком в оборонку, на военные заказы. На самые важные заказы. На таких камнях Стена стоит.

Я на мгновение потерял дар речи.

– Вы уверены? – спросил я.

Бо нахмурился.

– Сомневаешься в мои знаниях, пацан?

– Не сомневаюсь, но…

– Так что лучше не связывайся со всем этим. И меня за собой в могилу не тащи. Я хоть и стар, но пожить еще немного хочу. Слышишь, парень, ты иди, ладно? Мне связываться с этим твоим камешком нет никакого желания. Ты его явно откуда-то стырил.

– Почему вы так считаете? Почему не рассматриваете версию, что я мог его просто найти?

– Найти⁈ – усмехнулся Бо. – Да где ты его мог найти? Все прииски, где добывали этот камень – а их было всего три, – закрыли и взорвали входы, чтобы никто не мог туда проникнуть. На каждом прииске дежурит охрана или стоит такая магическая защита и блоки, что тебе и не снилось. Так что не нужно мне вешать лапшу на уши о том, что ты нашел его!

– Почему их закрыли, если этот камень так ценен?

– Ты слишком любопытен, парень, – нахмурился старик. – А это не очень хорошая черта, особенно для тех, кто хочет долго жить. Закрыли прииски по одной проблеме, которая внезапно возникла. Под каждой рудой, где она пролегала, находили очень сильные аномальные возмущения, которые…

Бо понизил голос почти до шёпота.

– Никто толком даже не может сказать, что именно они вызвали, но ходили слухи, что речь шла о неких подземных существах, так называемых стражах руды, которые доброжелательностью не отличались.

Я сразу же вспомнил монстра, от которого только чудом удалось спастись. По спине невольно побежали «мурашки».

– Но даже не эти твари отвадили государство добывать эти камни.

– А что же? Что?

– А то, что встретилось шахтерам после стражей.

– И что же? Что это было? – спросил я.

Бо открыл рот, но ответить не успел – задребезжал колокольчик входной двери и в каморку к ювелиру зашел посетитель.

– Бо, добрый день! – воскликнул толстяк в черном сюртуке.

Это был Ларин, я знал его. Мелкий жулик, занимавшийся сбытом дешевой ювелирки. Вот и сейчас его карманы топорщились, намекая на то, что Ларин пришел с богатой добычей.

Гость подозрительно глянул на меня. Спросил у ювелира:

– Я не вовремя? Ты занят? Я могу позже зайти…

– Нет, я как раз освободился, – поспешно ответил Бо.

И всучил мне в руки камень, показывая, чтобы я проваливал. Мне ничего не оставалось, как уйти.

Рассказ ювелира произвел на меня эффект. Теперь некоторые пазлы начали складываться. У рода Шпагиных была своя небольшая шахта, в которой когда-то добывали камни. Как она им досталась – это отдельный вопрос. Возможно, дом был построен уже после того, как шахты закрыли и никто из рода об этом не знал, потому что вряд ли бы ей дали пустовать. Впрочем, Бо говорил про опасность, которая угрожает всем, ко посмеет пройти глубже. И имел ввиду не стражей. А кого?

Ответов я не знал. Однако чутье подсказывало – узнать мне их все же придется.

Я вышел на улицу и замер. Ни машины, ни водителя Юры на месте не было. Но даже не это меня заставило сжать кулаки. До дома можно было на худой конец добраться и на рейсовом автобусе, либо пешком.

Смутил меня человек, стоящий в паре метров от магазинчика Бо. И, к сожалению, я знал его.

Это был Бритва. И он пришел, чтобы убить меня. Лезвие в руках убийцы хищно сверкало в предвкушении скорой крови. Моей крови.

Приметив меня, Бритва улыбнулся.

И двинул ко мне.

Глава 8

– Парень, время не подскажешь? – прохрипел Бритва, не замедляя движения.

Спросил он это просто, чтобы привлечь мое внимание.

Отвечать я не стал. Вместо этого осмотрелся. Нужно было отступать, потому что драться с противником в два раза больше тебя, обладающим не дюжей силой, да еще и опасным оружием – это глупо.

А вот с отступлением есть большие проблемы. Слева кирпичная стена, справа – хоть и есть пространство для маневра, но я знал, что в итоге проулок закончится тупиком. Оттуда тоже нет выхода. Единственный путь вперед преграждает Бритва. Значит придется драться.

Я сжал кулаки. Понимание того, что бой этот будет очень непростым, и наверняка принесет множество неприятностей неприятно кололи под лопаткой. Но внезапное озарение заставило позабыть обо всем. Ведь у меня же есть магический камень! В прошлый раз в столкновении с монстром он помог. А что, если попытаться и сейчас его использовать?

Я незаметно запустил руку в карман, сжал камень.

Теперь вся надежда на него.

– Не бойся! – прохрипел Бритва, уже в открытую поигрывая со своей любимой игрушкой. – Я убью тебя быстро. Просто лезвием по горлу – чик! – и ты умрешь.

От этих приободряющих слов спокойней не становилось.

– Тебя нанял мой брат? – спросил я, чтобы хоть как-то выиграть время. – Ведь он?

– Если знаешь, зачем спрашиваешь?

Бритва сделал еще шаг ко мне. Он был аккуратен – понимал, что я могу сейчас приготовить какой-нибудь сюрприз. А сюрпризов Бритва не любил. Поэтому и осторожничал, подходил ближе, чтобы удар был наверняка. Не врал – убить и в самом деле хочет быстро, одним взмахом. Значит, деньги заплачены хорошие, за которые нужен сто процентный результат.

– Не могу понять только одного – зачем ему это нужно? – спросил я.

– Мне без разницы, – ответил убийца. – Я лишь выполняю работу, – а ее кто-то должен выполнять. И мне за это платят деньги. Это все, что мне нужно. Остальное – пустяки.

Насчет пустяков мне так не казалось. Терять второй раз жизнь не хотелось. Кто его знает, получится ли вновь переселиться в чье-то тело?

Бритва был уже совсем близко. Я понимал, что еще мгновение – и он нанесет удар.

Ну же, камешек, не подведи!

Резким движением я вытащил янтарный кругляш – и тут же увернулся от взмаха. Бритва знал свое дело. Удар был выверен точно. Лезвие просвистело у самого моего горла. Но я был на мгновение быстрей. И потому до сих пор остался в живых.

Я не удивился, увидев на секунду в воздухе след от лезвия – едва заметное красноватое свечение. И понял – Бритва обладает определенным даром. Теперь понятно откуда у него такие таланты. По большому счету я не далеко от него ушел: он мастер владения холодным оружием, я – огнестрельным. Только вот сейчас у него была бритва, а у меня, кроме камня, ничего.

Видя, что первый удар оказался неудачным, Бритва тут же пошел на второй.

Дожидаться повторной атаки я не стал. Замахнулся – насколько позволяла поза, – и швырнул камень в противника.

Артефакт врезался в тело противника и… ничего не произошло!

Бритва глянул на снаряд, который отскочил в сторону, не сдержался, хохотнул. Да, со стороны это и в самом деле смотрелось комично. Только вот мне было не до смеха.

Почему артефакт не сработал? Кончился заряд? Но ведь Бо говорил, что у него емкость огромная. Твою мать! Неужели меня и в самом деле сейчас пришьют⁈

– Ну что, парень, готов распрощаться… – Бритва замолчал на полуслове.

Глаза его, до того сиявшие холодной надменностью, вдруг удивленно округлились. Убийца потянулся рукой к тому месту, куда врезался камень, начал тереть его. Потом кашлянул, еще раз, и еще. Удивление быстро сменилось страхом, что заставило теперь удивляться меня – никогда я не видел испуганным Бритву.

А он тем временем уже вовсю колотил себя по груди, словно пытаясь откашляться.

– А-а-гр-кх! – вырвалось из его горла.

А следом – настоящее пламя!

Нереальность происходящего натолкнула на глупую мысль – Бритва чересчур много сегодня съел острых красных маринованных перчиков с картошкой и теперь его мучает изжога. В прямом смысле изжога, огненная, обжигающая. Но я конечно же понимал, что дело тут вовсе не в перцах.

«Камень!» – озарило меня.

Если монстра он испепелил снаружи, то Бритву…

Противник вновь открыл рот, но вместо крика оттуда вырвался очередной столп пламени, гораздо больший, чем первым. Огонь опалил губы, жаром сжег брови и волосы. Противник уже вовсю колотил себя в грудь, пытаясь загасить огонь, но это было невозможно.

Я как зачарованный смотрел на Бритву, который попытался побежать, но не сделал и трех шагов, как упал на колени. Его рубашка начала дымиться, а в воздухе отчетливо запахло палеными волосами. Дожидаться окончания этого странного представления я не стал. Поднял с асфальта камень и поспешно пошел прочь, делая вид, что ничего не замечаю.

К моему счастью, в Черном Квартале было сейчас безлюдно и мне удалось довольно скоро покинуть место незамеченным. Я шел быстро, а сам рукой вертел в кармане артефакт, хотя и чертовски боялся, что он сделает со мной тоже самое, что и с моим киллером.

Вот так камешек! Старик Бо не соврал, действительно очень редкая штуковина, и чего-то подобного я никогда раньше не видел. Значит и в самом деле не для широкого круга пользователей его применяли. Что и говорить, если ювелир упомянул Стену, которая сдерживает Западную Тьму, которую якобы на этих камнях строили, то артефакт и в самом деле чрезвычайно мощный и редкий. За такой любой может глотку перерезать.

Домой я добрался через полчаса. Уже подходя к особняку, заметил машину и водителя Юру.

– Какого черта ты уехал, не дождавшись меня⁈ – накинулся я на него.

Мне хотелось поколотить его, и я едва сдерживался.

– Ваш брат велел мне срочно возвращаться назад! – поспешно ответил Юра, вжав голову в плечи.

– Что?

– Ваш брат. Он позвонил, как только вы зашли в магазин. И велел срочно возвращаться. Сказал, что дело очень важное, – Юра передернул плечами, словно стряхивая невидимый снег, становясь похож на лошадку, запряженную в повозку.

Понятно от кого подстава. Впрочем, а чего я ожидал? Борис явно следил за мной и когда ситуация подвернулась удачная, сразу же подыграл Бритве.

– Но я до сих пор жду, когда он выйдет, а его все нет, – продолжил водитель.

– Не дождешься, – немного успокоившись, ответил я. – Свободен. Постой, а кто в доме?

Я приметил в окнах силуэт незнакомца.

– Так ваш дядя приехал, господин Амадей Шпагин, – ответил водитель. – Ожидается торжественный ужин.

Чего точно не хотелось, так это торжественных ужинов, тем более в присутствии незнакомых мне людей. Да и знакомых тоже.

Я осторожно зашел в дом, но незамеченным проскочить в свою комнату не удалось.

– Сашка! – раздался густой бас. – Вырос то как!

Из гостевой комнаты вышел высокий мужчина, мне не знакомый. Он был средних лет, но уже с сединой на голове. Худое лицо было огранено аккуратной короткой бородкой. Незнакомец был одет изысканно, но не броско. Во всех деталях – сером клетчатом пиджаке из тонкой шерсти, белоснежной кашемировой рубашке, серебряных запонках с рубинами, – читался высокий стиль и чувство вкуса.

– Уже не мальчик, но мужчина!

Незнакомец подошел ко мне, взял в охапку и крепко обнял. Вырываться было бесполезно – хватка у гостя была медвежьей.

– Ну, не узнал дядю Амадея? – спросила Велимира Ивановна, выйдя в холл.

– Узнал, – соврал я.

– Что ты пристала к парню? – с укором спросил Амадей. Потом повернулся ко мне спросил: – Ну, как дела?

Улыбка гостя была обезоруживающей, да и сам он сразу располагал к себе. Доброе лицо, приятные черты, не в пример Велимире Ивановне, которая сразу вызвала отторжение и засела у меня в печенках.

– Нормально, – сухо ответил я, не зная, что именно нужно сейчас говорить, а про что лучше промолчать – письмо отца о том, что в семье есть предатель было свежо в памяти и хоть Амадей и не вызывал подозрений и интуиция моя молчала, но я все равно был осторожен.

– Нормально – это хорошо! А я смотрю, ты дар в себе выковал? От тебя так и веет огненными началами.

– Нет, не дар, – отмахнулся непринужденно я, хотя внутри весь напрягся.

Камень в кармане продолжал лежать я понял, что Амадей почувствовал его эманации.

– А что же? – нахмурился Амадей. – Готов поклясться, что плотно чувствую от тебя пламенные точки.

– В школе просто тему проходили, – ответил я первое, что пришло в голову.

– Ну, ладно. Пошли поднимемся к тебе что ли? – предложил Амадей. – У меня для тебя подарочки есть.

Я не стал возражать, мне хотелось как можно скорей уйти из холла, где начали собираться другие люди. С нам собралась и Велимира, но Амадей вопросительно глянул на нее, спросил:

– Тебя то мы не звали. Разреши, поболтаем о своих, о мужицких делах? Или ты и тут хочешь нос свой засунуть?

Тетя скривилась, но возражать не стала.

Мы поднялись наверх, зашли ко мне в комнату.

– Ну, теперь можешь рассказывать, – уже совсем другим тоном произнес Амадей, не таким торжественным, больше сочувственным.

– Что рассказывать?

– Санька, – Амадей положил руку мне на плечо. – Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, все-таки отец недавно умер. Но держать в себе не стоит это горе. Если хочешь, я выслушаю. К тому же Велимира, она настоящая мегера.

– Это уж точно! – улыбнулся я.

– Но иначе никак. Только у нее есть права на опеку. У меня, сам знаешь, развод за спиной, поэтому не смог я тебя под свое крыло взять, ты уж прости.

– Опека, – задумчиво повторил я. – Но ведь мне же восемнадцать лет исполнилось. Какая еще может быть опека?

– Пока ты учишься в магической школе, тебе по закону полагается опека. Таковы уж правила. И Велимира тебе ее предоставляет. Так что будь осторожен.

Я вопросительно глянул на Амадея.

– Она женщина очень коварная, – улыбнулся дядя. – Думаю, у нее есть некоторые планы на тебя. И тебе они вряд ли понравятся.

– Что вы имеете ввиду?

– Да разве ты еще не понял ее истинную суть? Столько времени у тебя в доме уже живет, пора бы уже понять.

– Понял, – улыбнулся я.

«А что, вполне себе он нормальный, судя по первому впечатлению», – подумал я.

– Вот и я говорю, чтобы ты поосторожней с ней был. Держи ухо востро. А если что понадобиться – хоть помочь с чем-то, хоть даже советом, – смело мне звони. Я чем смогу помогу. Договорились?

– Договорились, – ответил я.

– Ну вот и хорошо. А теперь пошли за стол, есть охота – сил нет!

На званый ужин в честь приезда дяди Амадея на первое подавали наваристый гороховый суп из мяса лося и копченных ребрышек кабана. На второе потчевали на выбор стерлядью, томленной с овощами и икорным соусом, сердцем лося в томатно-луковой заливке, спинкой зайца по-купечески. На закуску предлагали дольки оленины с каштановым пюре и черной смородиной, рыбное ассорти и печеночный паштет со сливочным маслом. На десерт принесли щербет из облепихи и блины с морошкой.

За столом собралась вся небольшая семья Шпагиных. Во главу стола уселась Велимира Ивановна. Родство ее было не таким прямым, как у всех остальных – все-таки она была дочерью брата нашего деда Луки, – но именно она каким-то образом взяла в руки все бразды правления родом. Боевая хватка ее чувствовалась во всем.

По правую руку от нее сел Амадей. Судя по ее лицу, он не шибко желал сидеть рядом со своей соседкой, но вступать в спор не стал – был гостем.

Дальше разместилась Дарья. Справа от нее – Борис. Я надолго остановил на нем взгляд. Брат тоже смотрел на меня со смесью чувств. Едва меня увидев, он удивился. Но удивление свое быстро спрятал за ледяным взглядом. Потом все же не сдержался и вновь глянул на меня, когда я усаживался за стол.

«Не верит, что я еще жив после встречи с Бритвой! – подумал я про себя. – Наверняка лихорадочно пытается сообразить, что же произошло, что я цел и не вредим вернулся в дом».

– Приятного аппетита, Борис! – произнес я, откровенно глумясь над ним.

– Приятного аппетита, братец! – ядовито ответил тот, растянувшись в улыбке.

За маской сарказма угадывалась злость. Его смятение мне нравилось, и я им упивался.

– И тебе приятного аппетита, – тем же тоном ответил я.

– Давайте выпьем за приезд Амадея! – предложила Велимира Ивановна.

Слуги разлили шампанское.

– Надолго к нам? – спросила тетя, отпив напиток.

Вопрос был не тактичный, но Амадей виду не подал. Напротив, стараясь разозлить Велимиру, ответил:

– Не переживай, останусь подольше. Я же не буду помехой?

– Конечно же нет! – воскликнула Велимира Ивановна, но судя по ее сомкнутым на переносице бровям такой ответ ее явно не устроил.

– Ну вот и отлично! – улыбнулся Амадей. И повернувшись к слуге, обратился: – Кстати, стерлядь просто отличная! Пальчики оближешь!

Еще одно нарушение такта, которое занозой кольнуло Велимиру Ивановну – нужно было обратиться с похвалой к ней, а не к слугам. Амадей мельком глянул на меня, подмигнул – мол, смотри как ее. Я не сдержался, тоже улыбнулся.

– А мне стерлядь не понравилась! – сказал вдруг Борис. – Гадость какая-то! И заяц недосоленный!

Борис швырнул тарелку на пол. Та со звоном разбилась. Слуга тут же принялся собирать осколки.

– Такую еду даже собакам нельзя отдать. Слышишь? – он крикнул слуге. – Не смей отдавать это собакам – потравишь! Выкинь сразу на помойку. Или сам съешь!

У меня зачесались кулаки – захотелось врезать Борису. Но Амадей поймал мой злобный взгляд и едва заметно подал знак – не горячись. Дарья тоже осторожно ткнула меня ногой под столом.

Дальше ели в полной тишине, хотя аппетита уже и не было. С трудом добрались до десерта, который особо и не тронули, хотя выглядел он весьма аппетитно. Первым не выдержал Борис:

– Я сыт. С вашего позволения, – и не дождавшись ответа, вышел из-за стола, противно скрипнув стулом.

Начали расходиться и другие. Велимира Ивановна посетовала на усталость и тоже отправилась к себе. Мы с Амадеем и Дарьей еще некоторое время поболтали о пустяках, потом тоже пошли каждый в свою комнату.

Я зашел к себе. Некоторое время размышлял о том, чтобы вызвать Лисенка для массажа, но был слишком уставший и, повалившись на кровать, тут же уснул.

Однако посреди ночи что-то противно зазвенело.

Три-и-ить! Три-и-ить! Три-и-ить!

Я не сразу понял, что произошло, открыл глаза и принялся глупо озираться. В голове еще была мешанина из снов. Почему-то сначала показалось, что это Бритва скоблит лезвием по окну, пытаясь проникнуть ко мне в комнату. Потому подумалось о монстре из башни. Но это было не первое и не второе.

Три-и-ить! Три-и-ить! Три-и-ить!

Звонил телефон, вырывая меня из приятной истомы.

– Какого… – хрипло прошептал я, поднимая трубку. – Алло?

– Кричевский! – раздался знакомый голос. – Кричевский, ты?

– Гезе! – узнал я голос. – Ты как меня…

– Не важно. Послушай. Времени очень мало. Нужно срочно встретиться.

– Сколько время?

– Около двух ночи.

– Что случилось? К чему такая спешка?

– Кричевский, я разве тебя когда-нибудь не по делу беспокою?

– Нет.

– Ну тогда ты должен понимать, что если я тебе звоню в два часа ночи, то дело действительно важное, – Гезе был взволнован.

– А по телефону никак не сообщить? Нужно обязательно куда-то ехать?