Текст книги ""Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Семен Кузнецов

Соавторы: ,Тим Волков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 162 (всего у книги 314 страниц)

Глава 2

Но даже не это сейчас сильней всего напрягало. В другой мир мы попали с помощью ключа – Агхара, – который в тот момент находился у Искариота. Однако его сейчас поблизости нет. Соответственно и ключ, чтобы отпереть двери обратно и уйти, тоже.

– Твою мать… – только и смог выдохнуть я.

В голове назойливо крутилась одна мысль, которую я все упорно гнал прочь, но уходить она не хотела. Мы заперты в чужом мире!

Видимо моя тревога передалась и остальным спутникам. Лисенок подошла ко мне, тихо произнесла:

– Мы что-нибудь придумаем.

– Боюсь, что без ключа мы едва ли что-то можем придумать, – ответил я.

Подошел Пушок, ткнулся носом в коленку. И вдруг, глянув мне прямо в глаза, словно прочитав мои невеселые мысли, замахал своим шипастым хвостом.

– Чего? – не понял я.

Пушок отошел чуть в сторону и принялся кашлять, точь-в-точь, как кот, отхаркивающий комок волос.

– Помирает животина? – с едва скрываемым отвращением спросила Лисенок.

Пушок изогнулся в дугу, крякнул и вдруг отрыгнул какой-то комок.

Лисенок брезгливо отвернулась. Зверь же замахал хвостом еще больше, схватил предмет и подтащил к моим ногам.

– Пушок, не нужно этой гадости! Убери, оно все в волосах! Хотя, постой…

Я присмотрелся. Сквозь сплетение непереваренных жил и волос проглядывалась ровная желтая грань.

– Это что? – с замиранием сердца спросил я, наклоняясь.

Пушок радостно закрухал.

– Это камень⁈ – я схватил комок, очистил его.

И с удивлением обнаружил… Агхару!

– Пушок!.. Ты как… Ах ты… Хороший мальчик! Хороший… то есть девочка!

Я принялся гладить и хлопать монстра по загривку, а тот довольно махал лапой и радостно фыркал, что пригодился в общем деле.

– У нас есть ключ? – не поверив собственному счастью, спросила Лисенок.

– Да! И все благодаря Пушку! Только… – я огляделся. – Найти бы еще сами врата, которые отпираются с помощью этого самого ключа.

– Что же делать? – спросила Лисенок.

Хотел бы я знать ответ на этот вопрос. Хотя логично, что нужно выбираться отсюда. Оставаться на одном месте, даже с ключом, бестолку. Однако первый же осмотр показал – никакой башни поблизости нет. Портала или врат тоже. Магические эманации… ощущаются, но как-то слабо и иначе. Потоки идут с равнины. Возможно, там есть кто-то, кто сможет подсказать нам, где находится выход.

– Пошли, – махнул я рукой своим спутникам.

Мы двинули по каменистой равнине, поднимая клубы пыли. Нужно было быть осторожным, все-таки чужой мир и неизвестно чего ожидать, поэтому оружие у меня было в руках. Но мы прошли первую сотню метров, вторую, третью, но так никого и не встретили. Безжизненная пустыня. В какой-то момент даже стало не по себе – а вдруг тут просто никого нет? Когда-то были – а теперь нет.

Те же самые мысли читались и в глазах Лисенка и даже Пушка. Зверек вообще трусил больше всех и все время скулил.

Но нам повезло. Вдалеке мы увидели какой-то объект, похожий на треугольный камень, широкий у основания и заострённый кверху. Пройдя пару десятков метров, я понял, что это было нечто иное.

– Жилище! – произнесла спутница, оживившись.

Я же радости ее не разделял. Кто обитает в этом незнакомом нам мире? Люди? Монстры? Или вообще какие-нибудь призраки?

Впрочем, проверить стоит – чем черт не шутит? Может быть, там знают, как выбраться отсюда.

Мы двинули к жилищу. По мере приближения поняли, что оно было построено на манер шалаша или чукотского чума. Восемь длинных жердей, связанные на верху и расставленные у основания широко в стороны, были покрыты звериными шкурами. Из самого верха жилища через небольшое отверстие курился дымок.

Этот дым и подкупил. Там, внутри, тепло, очаг, еда. Мы ускорили шаг.

Уже подходя к дому, я осмотрел округу. Возле жилища были разбиты грядки. Правда земля была плохой, сплошной песок и выжженная пыль, но тем не менее там росла фасоль, обвивая воткнутые жерди. Аккуратность огорода говорила о женской руке.

– Есть кто живой? – предупредительно спросил я. – Мы путники, пришли с миром.

И задумался. А известен ли местным жителям мой язык?

– Есть кто живой? – повторил я громче.

– Ну чего разорался? – раздался старческий скрипучий голос из чума, и я облегчённо выдохнул – язык понимают. – Кого там ветры принесли?

Впрочем, эта была какая-то странная особенность этого мира. Едва хозяин произнес вторую фразу, как я обратил внимание, что говорит он не совсем на моем языке – слышалось чуть больше шипящих звуков, растягивание гласных. Но каким-то образом я понимал слова. Функция мира по умолчанию – автопереводчик?

– Меня зовут Александр, со мной мои спутники, – я глянул на Пушка и на мгновение растерялся – не отпугнет ли он своим видом хозяина?

Внезапно помог сам Пушок. Увидев в моих глазах сомнение, он вдруг вильнул хвостом и обратился… в собаку! Я выпучил глаза. А Пушок то не простой! Верно сказывалось долгое обитание вблизи магических камней. Нахватался зверек силы. А может и проглоченная Агхара дала такой неожиданный результат.

– Лисенок и пес Пушок, – закончил я.

– Трое⁈ Никогда столько народу тут не было!

Накидка отошла в сторону и из жилища вышла сгорбленная старуха. Она была одета в какие-то лохмотья, на груди побрякивало множество амулетов и талисманов. Темно-коричневое морщинистое лицо говорило о том, что живет хозяйка тут очень давно.

– Ишь, какие красивые! – пристально осмотрев нас, произнесла она. – Ну проходите в дом, коли с миром пришли.

Она отодвинула накидку и рукой пригласила зайти.

Внутри было темно, пахло дымом и травами. Чум снаружи казался совсем небольшим, но едва мы вошли, как с удивлением обнаружили, что места тут хватит еще человек на десять. По средине жилища в каменном очаге лениво горел небольшой костерок. Рядом стоял пузатый глиняный горшок с крышкой, внутри которого что-то аппетитно булькало.

– Да вы не стесняйтесь, садитесь.

Старуха закрыла накидку, отсекая нас от улицы.

Мы расселись кто куда.

– Сейчас чаю сделаю. С дороги небось устали?

Хозяйка принялась суетиться у очага, мы же молча начали осматривать внутреннее убранство жилища. Оно было скудным, но даже того, что было, хватало с уверенностью сказать: хозяйка – ведьма.

Над головой висели различные пучки трав, наверняка магического толка. На самих жердях покоились различные ведьминские принадлежности – ритуальные чаши, ступки, свечи, кристаллы, амулеты, куриные лапы, и множество другого, названия и предназначения, которому мы не знали.

И это обнадеживало. Если хозяйка ведьма, то наверняка знает где может быть выход в наш мир.

– Чай попьем, а может и от еды не откажетесь? Но за нее, конечно, заплатить нужно будет, сами понимаете. Травы для чая у меня много, вдоволь запейся, а вот с фасолью беда. Земля плохая, совсем не растет. Вот и приходится порой молодость вспоминать!

Старуха кивнула на магические принадлежности, улыбнулась беззубым ртом.

– Мы не голодны, – ответил я, за что получил тычок носом от Пушка в ноги. – Нам бы просто уточнить кое-что…

– Это всегда успеется, – отмахнулась старуха. И глянув на меня с прищуром, добавила: – Я ведь ждала вас.

– Ждали? – насторожился.

– Конечно, – ведьма принялась хлопотать с чаем – достала закопченный котелок, отщипнула с одного пучка трав, с другого, с третьего. – Сияние ощутила.

– Какое сияние?

Всегда, когда кто-то приходит я чувствую сияние. И даже по нему могу сказать кто явился – плохой человек или добрый. Поэтому и впустила вас так сразу, потому что еще час назад увидела, что сияние белое, хорошие вы люди, значит.

– А черное? – тут же всполошился я. – Черное сияние недавно было?

И на этот вопрос очень важно было получить ответ, ведь если ведьма чувствует каждого, кто приходит в ее мир, то наверняка знает и про Искариота.

– Нет, черного точно не было, – покачала головой старуха. – Ни черного. Ни серого. Только вы.

Я задумался. Что же это получается? Искариота не засосало в этот мир, значит… Нет, только не это! Пришлось сжать кулаки, чтобы восстановить самообладание. Еще ничего нельзя утверждать точно. То, что Искариота нет в этом мире, это не значит, что он остался в нашем. Возможно…

А что возможно? Я не знал какие еще могут быть варианты. Пока мы здесь, Искариот бесчинствует в нашем мире. Нужно скорей отсюда выбираться.

Старуха протянула нам плошки с дымящимся ароматным напитком. Лисенок и я поблагодарил ее, но пить сразу не стали – неизвестно что там за травы у нее.

– Не отрава! – усмехнулась старуха, быстро поняв наши опасения.

И сама отпила из своей чашки.

– Хорошо согревает. Днем в этих местах жарко бывает, а ночью наоборот, холодно. До костей пробирает. Особенно до моих, старых, хех! Только чаем и можно согреться.

Я любезно улыбнулся, понюхал чай.

– Приятный аромат!

– Еще бы! – старуха в два глотка осушила свою порцию. И вдруг предложила: – Оставайтесь с ночевкой? Места всем хватит.

– Спасибо, но мы спешим, – любезно отказал я.

– Ночи в здешних местах не только холодные, – хитро прищурив глаза, произнесла старуха. – Но и темные. А во тьме, как известно, ее сподвижники водятся.

– Какие еще сподвижники? Что вы имеете ввиду?

– То, что лучше ночью не высовываться на улицу, а то себе дороже будет. И даже твои любопытные пистолеты не помогут.

«Ведьма, да не простая, – подумал я, глядя ей прямо в глаза. – Увидела оружие, хотя я его спрятал так, что не видно совсем».

И решил действовать в открытую.

– Нам нужно найти одни двери…

– Ах! – хлопнула в ладоши вдруг старуха, закатив глаза. – Каждый из нас в жизни хочет найти свои двери заветные! Но не каждому, к сожалению, дано. А некоторых дверей и вовсе нет – например, дверей в прошлое, в детство… Хотя, над этим некоторые маги все же спорят. Говорят, что теоретически все-таки можно…

– Нам не нужны двери в прошлое, – мягко перебил я ее. – Нам немного другое необходимо.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, – положив мне ладонь на колено, сказала ведьма. – Ты – сын Белоликого Камня?

– Что? – не понял я. – Вы меня знаете?

Что еще за сын Белоликого Камня? Звучит странно, но как-то… точно, что ли?

– Не тебя, твоего отца. Ты сильно на него похож.

– Подождите, а как вы могли его видеть? – я еще больше растерялся.

– Он приходил сюда пару раз, – буднично ответила ведьма, наливая себе еще чаю.

Информация повергла меня в некоторое смятение.

– Это было очень давно. Он был молод, впрочем, как и я, – старуха звонко хохотнула. – Был любопытен, вот и ходил. По мирам. Правда не долго. Именно я сказала ему, что камень опасен.

Последние слова она прошептала с какой-то зловещей интонацией.

– Он ведь сейчас у тебя, верно? – ее взгляд, казалось, пронзал меня насквозь. – Камень?

– У меня, – осторожно ответил я, ожидая какого-нибудь подвоха.

– Ты ведь знаешь, что он опасен, – это был не вопрос, а утверждение. – Не храни его долго у себя. Отдай… в надежные руки. Или спрячь. Но только туда, где никто не сможет его достать.

– Хорошо, – только и смог вымолвить я от такого откровения.

– Вот и умничка! – интонация голоса старухи вновь стала прежней. – Ну так что, переночуете?

Я хотел ответить отказом, как вдруг снаружи, где-то далеко и протяжно завыли волки. К ним присоединилась другие звери, мне не знакомые. Их голоса были громче и походили на рев бензопил.

– Дикие Гончие, – прошептала ведьма, с опаской поглядывая на дверь.

Потом, когда вой повторился ближе, старуха всполошилась, встала и выскочила на улицу. Вернулась через минуту, уставшая, но довольная.

– Очертила кругом жилище. Теперь точно не проникнут.

Я не понимал, как простой круг, нарисованный на пыльной земле, может избавить от нападения загадочных Диких Гончих, но уточнял не стал. Вместо этого положил руку на рукоять пистолета, висящего под курткой. Сказал:

– Пожалуй, мы примем предложение и переночуем.

– Вот и правильно, – кивнула старуха. – Поешьте. На очаге бобы сварились. А я пока лежаки расправлю.

Ведьма приготовила нам постель, вернулась к очагу. Мы в это время не удержались, принялись уминать густую вкусную похлебку.

– Кушайте-кушайте! – довольно произнесла старуха.

– Мы заплатим, – произнес я, доставая золотой.

– Так когда я от оплаты отказывалась? – улыбнулась старуха, ловко пряча монету в подол платья.

– Вы сказали, что мой отец приходил сюда, в этот мир? – попытался я вновь вернуться к основной теме беседы.

– Именно так.

– А как он уходил? Ведь должен быть выход?

– Не знаю, – пожала плечами старуха. – Ко мне он только за провизией заходил – воды брал, пару лепешек. И шел дальше.

– А куда?

– В сторону города, Ривер-Сити. Наверное, там и есть этот самый выход.

– Ривер-Сити… – вслух повторил я, чтобы запомнить название.

– Городишко дрянной. Всего несколько улиц, церковь да городская ратуша, а народец мерзкий. Словно их всех таких собрали там в одном месте. Наверное, там и есть этот ваш выход. Хотя…

Старуха вдруг задумалась.

– Знаешь, отец твой как-то упоминал старика Варуна. Он ведь там, в городке том живет. Он тоже по магической части спец. Так вы его найдите, он вам все и расскажет.

– Спасибо! – я даже подскочил на месте от радости.

– Да не горячись ты так! – рассмеялась старуха. – Прыткай какой! Дай тебе волю, уже сейчас бы поехал. Сиди. Слышишь, как Гончие воют? Нельзя сейчас. Потерпи до утра. Только, ты это… – старуха опустила взгляд, – за лежаки тоже бы надобно оплатить.

Я без лишних вопросов достал еще один золотой, взглядом спросил – достаточно?

Старуха живо спрятала монету.

Мы поели, потом легли на лежаки. Пушок лег у меня в ногах. Чувствуя некоторую неловкость и даже стыд, но я все же положил под голову пистолеты – так, на всяких случай. Не то, что я не доверяю старухе, но… как говориться, лучше перестраховаться, чем потом собирать свои кишки с земли.

Лисенок с Пушком заснули сразу. Ведьма, расположившись в противоположной стороне жилища, тоже вскоре захрапела. Я же лежал и слушал, как воют Гончие. Была слышна их голодная грызня. Потом звери долго носились по пустыне, охотясь. Время от времени раздавались истошные крики, рык, бульканье задыхающегося в крови зверья.

Я едва ли смог уснуть под такой аккомпанемент, но усталость за весь день высосала из меня все силы, и я не заметил, как вскоре задремал.

Сколько удалось проспать я не знал. Проснулся я о того, что меня кто-то тряс. Инстинктивно я выхватил пистолет из-под подушки и направил на темный силуэт, потревоживший мой сон.

– Проснись! – в самое ухо прошептал скрипучий голос.

Это была ведьма.

– Что случилось? – так же шёпотом спросил я.

– Погонщики, – ответила та с такой интонацией, что мне стало не по себе.

В голосе старухи послышался ужас, первобытный, безграничный.

– Что еще за погонщики? – переспросил я.

– Страшные существа! – едва не плача, ответила ведьма. – Если бы знала, что так будет… если бы знала! Погубила я вас! Ой, погубила! Если бы знала, что так будет, не оставила бы на ночевку. Отправила бы прочь, подальше. Честное слово, отправила бы подальше. Прогнала бы. Даже во двор не пустила бы. А я… дура старая! Сгубила вас!

– Возьми себя в руки! – прошипел я, схватив старуху за ворот одежды. – Объясни нормально, что случилось?

Старуха сделала глубокий вдох, ответила:

– Раз в три года в эти пустыни приходят погонщики. Время последнего прихода было полгода назад. Но они не пришли. Возможно, из-за того, что в северных пустынях шли дожди и было много живности. Они там охотились. А теперь пришли сюда. Они убьют нас всех! Убью и сожрут! Они любят человечину! После них остается лишь мертвая земля. Даже я в это время ухожу в горы.

Снаружи раздался протяжный рык. А потом поверх него – долгий стрекочущий зов. Он явно принадлежал не животному.

Я вопросительно глянул на ведьму. Та задрожала всем телом. По морщинистым загорелым щекам потекли слезы.

– Это… это погонщики… – совсем тихо выдохнула ведьма.

Крики снаружи раздавались все громче.

Глава 3

– А как же круг, который вы чертили снаружи? – спросил я.

Ведьма истерично засмеялась.

– Круг этот только от дикого зверья. А погонщики – это совсем другие твари. Они – изъятые.

– Какие? – не понял я.

– Изъятые, – шепотом повторила старуха. – Погонщики, по поверьям, сопровождают мертвый скот в иное царство. Как Лодочник, понимаешь? Он души людей по реке справляет, а погонщики – души животных.

Разбираться в мифологии местного мира не было никакого желания, но я терпеливо слушал – возможно, информация эта сможет мне как-то помочь. Чувствую, без драки дело не обойдется.

– Поэтому все они живут в ином мире, в духовном. Но есть изъятые – те, кто вернулся. Вот эти погонщики как раз из них. Неупокоенные. Они уничтожают все живое.

Я разбудил своих спутников, коротко объяснил ситуацию.

– У них есть слабые места? – тут же спросила у ведьмы Лисенок.

Старуха задумалась.

– Огня боятся, но такой магией я не владею.

– А артефакты есть? – спросил я. – С помощью которых можно поддержать магическое заклинание.

– Конечно!

Ведьма спохватилась, принялась искать в сундуке необходимое.

– Был где-то… точно помню… Ага! Вот он!

Старуха достала с самого дна черный камешек, знакомой формы.

– Это мне твой отец и подарил. Такой пойдет?

– Пойдет, – кивнул я, разглядывая черный аконит.

Артефакт был не простым, с желтыми прожилками, что говорило о том, что мощность у него и в самом деле огромная. Отец не поскупился на подарок.

Оставалось дело за малым – создать сам конструкт.

Я напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то из огненных формул. Получилось так себе.

На помощь пришла Лисенок. Как оказалось она сносно разбиралась в этом виде магии и вдвоем мы сделали небольшой конструкт, способный метать огненные пучки. Запитав его артефактом, который дала ведьма, у нас получилось неплохое оружие. Его я отдал Лисенку.

– А вы?

– У меня есть другое оружие, – ответил я, хлопнув по рукоятям пистолетов.

Крики погонщиков тем временем приближались. Глупо было дожидаться их тут и надеяться, что они пройдут мимо. Поэтому мы выскочили на улицу.

Тьма. Ночь была мглистая и сырая. Ведьма не соврала, ночи тут и в самом деле холодные, пробирает до костей. Но не это сейчас нас волновало больше всего.

От небольшого северного холма к равнине тянулась цепочка факелов. Я насчитал двенадцать огоньков. Противник передвигался на каких-то животных, вроде лошадей. Я пригляделся. Погонщики, как их обозвала ведьма, больше всего походили на обезьян – длинные руки, сутулы спины, скуластые морды. Оседлав животных, издали похожих на рогатых лошадей, они мчали во весь опор в нашем направлении. У каждой твари в руках было что-то вроде копья, на кончике которого торчал огромный серп.

Погонщики истошно визжали, кричали, сотрясая своим ором округу.

Зрелище и в самом деле выглядело пугающе для неподготовленного наблюдателя. Но мне уже довелось побывать в подземелье башни и столкнуться со стражами, поэтому я вид монстров меня не сбил с толку.

Я внимательно следил за идущим. И цель наблюдения была только одна – найти вожака. Повадки этих дикарей понятны. Они – стая. И как у любой стаи у них есть свои законы. А знающий эти законы может ими всеми управлять.

Поэтому сейчас так важно найти вожака.

А вот, кажется, и он сам. Шага на три впереди мчался крупный погонщик с седой копной на вытянутой голове. Морда вся в шрамах, из нижней челюсти торчит клык, заворачиваясь почти до ушей, второй обломан, ноздри украшают кольца. Голову украшали небольшие толстые рога. Матерый.

По пальцам прошло приятное покалывание. В руках ощущался фантомный толчок отдачи. Мне не терпелось расстрелять эту свору. Но спешить нельзя.

Стрелять в рогатую лошадь не буду – она ни причем, да и вожака это не убьёт. Только выкинет из седла. А такой гад шею при падении точно не свернет, потому в обхвате она толще самой головы. Нужно бить наверняка.

Поправка на ветер – направление и скорость очень важны. Дальность и изгиб траектории – тоже. Сделать вдох. Закрыть глаза. Почувствовать биение сердца. Ощутить замедление времени, чтобы поймать пустоту между двумя ударами. Плавно нажать на спусковой крючок.

Сухо щелкнут выстрел, словно удар кнута. Пуля за мгновение преодолела разделяющее пространство и попала точно в цель. Правый глаз монстра взорвался склизкими нитями, а голова разлетелась на три больших куска, словно гнилая тыква. Вожак погонщиков вскинул руки и свалился с лошади, прямо под копыта несущимся сзади. Те даже не остановились. Мощные ноги животных перемололи тело вожака двинули дальше.

Такая реакция меня сильно смутила. Обычно смерть предводителя останавливает все племя. Вожака – самый сильный. И если его убили, то значит противник априори сильней. А тут…

Дикари!

Впрочем, не велика дилемма. Вопрос можно решить иначе.

Следом за своим вожаком отправились на тот свете еще двое обезьян. Их я снял выстрелами сразу из двух пистолетов – щегольство и кураж давали о себе знать.

Еще выстрел. И еще. Два патрона – две цели.

В игру в тир подключилась и Лисенок. Зачерпнув огненных заклятий из конструктов, она швырнула шар в самого наглого противника, который поспешил навстречу своей смерти. Шар угодил точно в голову. С треском разбившись, он облил погонщика огнем и за считанные мгновения превратил в черную скрючившуюся головешку.

Мы входили в кураж. Но даже скорая смерть не останавливала противника. Они продолжали напирать. У них совсем мозгов нет?

Но зачатки разума у этих существ все же имелись – это стало понятно, когда изрядно поубавившаяся стая разбила на небольшие группы и начал нас окружать.

– Спина к спине! – приказал я Лисенку.

Сейчас нужно не дать им зайти с тыла.

Мы развернулись и продолжили пальбу. Теперь попасть в обезумевших существ было сложней. Лисенок пару раз промахнулась, мне же приходилось метиться чуть дольше, и я терял драгоценные секунды. Ситуация становилась рискованной и в какой-то момент я понял, что твари эти приноровились к нашей стрельбе, теперь словно предугадывая траектории снарядов.

Не понятно, чем бы все закончилось, если бы не внезапное появление еще одного участника боя.

С диким криком из чума выскочила ведьма-старуха.

– Сволочи! – злобно зарычав, ведьма начала метать в погонщиков небольшие колбы.

Колбы взрывались как настоящие гранаты, разметая противника во все стороны. Нам оставалось только добивать гадов. Самоотверженная атака ведьмы дала результат – вскоре погонщиков стало гораздо меньше, удалось оттеснить две группы, заходящие справа. А когда ведьма точно попала сразу в троих погонщиков, мы завершили начатое дело.

Над пустыней вновь повисла ночная тишина.

– Справились? – не веря собственным глазам, произнесла ведьма, оглядывая округу. – Справились! Ребятушки, помогли бабке старой! Погонщиков одолели! Кому расскажи – не поверят!

Ведьма еще сама не могла до конца осознать случившееся. Она принялась ходить по полю, опасливо разглядывая тела. Потом вдруг выхватила у одного из погонщиков кривой нож и принялась обрубать всем их обезьяньи хвосты.

На вопросительный взгляд Лисенка пояснила:

– Сильное отпугивающее зелье из них сварить можно. Чуть попозже еще и скальпы всем сниму – от облысения выварку делать буду, на толкучке потом задорого продам. Из желчи, говорят, еще для мужской силы можно порошок сделать, но тут как получится – раньше не пробовала такого делать.

Я понял, что участи погонщиков теперь не позавидуешь – в переработку пойдет все.

Но ведьма вдруг остановилась, замерла.

– Чего это я? К черту хвосты! К черту скальп! Что же я мелочусь?

Мы все непонимающе глянули на старуху. Казалось, она окончательно рехнулась от своего счастья.

– Рога! – торжественно объявила она и принялась обламывать мертвецам их небольшие рожки с голов.

– А они от чего? – кисло спросил я. – От несварения желудка?

– Что ты? – махнула рукой ведьма. – Рога – самое дороге! Ты знаешь сколько один такой рожек стоит?

Она показала костяной отросток, не больше указательного пальца длинной. На вид обычный рог, ребристый, грязно-сероватый.

– Сколько?

– Уйму денег! За вот этот можно стадо коз купить.

– Так дорого стоит? – удивился я.

Сложно было представить, что за какую-то костяшку можно обменять такое количество животных.

– Что же в нем такого ценного?

– Его используют для изготовления различных лекарств, весьма мощных, от смертельных болезней. Но не только для этого. Особенно богатые люди и для увеселения используют порошок. Дурманит он страшно.

– Теперь понятно, – кивнул я.

Остаток ночи уснуть уже не получилось. Мы ждали утра, слушая, как ведьма снаружи воюет с Гончими, отгоняя их от тел, попутно потроша и сортируя органы по разным горшкам и ведрам. Когда рассвет едва забрезжил, мы засобирались в путь.

Ведьма горячо поблагодарила нас, дала в дорогу запас воды и еды.

– И еще это возьмите, – сказала она, протягивая черный аконит.

– Это же вам подарили.

– Верно, твой отец подарил. Возьми обратно себе. В знак благодарности. От всего сердца.

– Спасибо!

– Это мне вам спасибо говорить нужно – так помогли, – старуха утерла навернувшуюся на глазу слезу. – Да это не все еще подарки. Я тебе амулет сделала.

Старуха достала из кармана веревочку, на которой виднелся клык.

– Это же…

– Верно, клык вожака той стаи, – кивнула ведьма. – Ты его убил – теперь его сила будет с тобой, так у нас говорят. Возьми, носи на шее. Он от сглаза, я заговорила его.

Я с сомнением отнесся к способностям амулета отводить неудачи, но все же уважил старуху, надел на шею. К тому же смотрелся неплохо.

Распрощавшись, мы двинули в путь. Ведьма нарисовала нам карту на лоскуте кожи погонщика, по которой мы и ориентировались.

Мы миновали плоское похожее на могильный камень плато, вышли к холму. До городка Ривер-Сити, если верить карте, оставалось пройти не больше пары километров.

Пологий холм на самой вершине становился крутым и чтобы его преодолеть, пришлось изрядно попотеть. Но усилия были не напрасны. Поднявшись на холм, мы увидели внизу долину. Ее разделяла река, с одной стороны которой стоял захудалый городишко, точно такой же, как и описывала ведьма – пара улиц, церковь, да городская ратуши.

Спустившись, мы добрались дороги и вошли в город.

Улочки были пустынными, по ним гулял ветер, словно он был единственным тут жителем. Может быть, ведьма все напутала? Нет, она хоть и старая, но умом обладает гибким и все прекрасно понимаем. Нужно найти старика Варуна – единственную ниточку, которая сможет связать нас с выходом из этого мира. Надеюсь, это получится сделать достаточно быстро. Недолгое пребывание уже начинало действовать на нервы.

– Где все? – тихо спросила Лисенок.

Хотел бы и я знать ответ на этот вопрос.

Мы прошли один дом, второй, третий. Остановились у деревянного строения, похожего на амбар. Кривая табличка, висевшая над входом, сообщала, что это питейный салун господина Крока. Внутри слышались голоса.

Вариант был только один и мы зашли внутрь.

Салун представлял собой большое помещение, заставленное столами стульями. Мебель была не первой и даже не второй свежести, из разных наборов, не раз чиненная. В дальнем углу стояло пианино, на котором гвоздем на самом видном месте было выцарапанное бранное слово, означающее мужской детородный орган.

Немногие посетители все разом повернулись к нам. Разговоры затихли. Почувствовал на себе внимательные взгляды, которые, впрочем, быстро переместились на Лисенка.

Мы подошли к бармену, старику с подпаленными усами.

– Здесь нет постоялого двора, – произнес старик, любопытно оглядывая нас.

– Нам он не нужен, – ответил я, изучая присутствующих.

В основном это были старики. Молодежь – три парня, – сидели в дальнем углу, повернувшись к нам спинами. У одного из них, крупного плечистого бугая, я приметил кобуру с пистолетом.

– Еды тут тоже нет, – продолжил бармен.

– Не голодны, – ответил я.

Бармен растерялся. Произнес:

– У нас только самогон есть.

– Сгодиться, – кивнул я.

Старик пожал плечами, достал два стакана, которые явно давно не мыли, дунул в них, изгоняя пыль, плеснул мутной едко пахнущей жидкости.

– А не плохая у тебя подружка! – раздался хриплый голос за спиной.

Громоздкие шаги подсказали, что незнакомец направляется к нам.

Его отражение я увидел в стакане. Мгновенно рассчитав траекторию, я выхватил пистолет и выстрелил. Пуля ударила в массивную чугунную сковородку, висящую над барменом, дзынькнула, отрикошетила в идущего. Ударила точно в пряжку ремня, разбив ее и заставляя штаны опасть вниз.

На мгновение повисла тишина. А потом по салуну раскатился истошный лошадиный смех. Незнакомец, уже без штанов, стыдливо и поспешно ретировался.

– Мы ищем одного человека, – сказал я бармену.

Тот выпучил глаза, принялся крутит подпаленные усы.

– Я никого не знаю, етивкоромысло! Никого не знаю! Мое дело маленькое, етивкоромысло – самогон наливаю и стаканы тру. С шерифом Гризли говорите, етивкоромысло. Он тут главный.

Скрипнул стул. Я не удивился, как со своего места поднимается тот самый бугай, с кобурой и пистолетами.

Шериф неспеша подошел к нам. Это был двухметровый здоровяк, с квадратной головой, но отнюдь не глупым лицом. Хитрый живой взгляд и морщины на лбу говорили о том, что он получил эту должность не за свои физические способности, хотя и они сыграли определенную роль.

– Нам нужен старик Варун, – сказал я, опередив расспросы шерифа.

Вопрос неожиданно вызвал у присутствующих живую реакцию. Все принялись посмеиваться, хлопать себя по колену, о чем-то в полголоса шептаться.

Шериф Гризли глянул на меня совсем по-другому. На его лице медленно расползалась зловещая улыбка.

– Варуна? Ну встречу можно вам организовать, это да!

Толпа рассмеялась.

Я напрягся. Интуиция подсказала, что дело тут не чистое.

– Вы знаете где он живет?

– Знал где жил. Но скоро старик переедет, – продолжая издевательски улыбаться, произнес шериф.

И вновь раздался смех.

– Решил вот сменить место жительства! – продолжал откровенно издеваться над нами шериф.

И вдруг его взгляд скользнул по висящему на шее амулету, который подарила мне ведьма. Взгляд Гризли на одно мгновение изменился с веселого, насмехающегося, на острый, даже злой. Кончики губ дрогнули, опустившись вниз.

– Про Варуна говорить можно долго, – тон голоса тоже изменился. – Но не интересно. А вот кто вы такие, путники? Вот это узнать было бы любопытно.

– Мы простые путники, – туманно ответил я, понимая, что выкладывать этому хитрому человеку ничего не стоит.

– Так ли уж простые?

– Мы что-то нарушили, раз вы так расспрашиваете?

– Откуда же я знаю? Может быть, и нарушили. У каждого из нас есть скелет в шкафу. Кто знает какие скелеты у вас?

Последнюю фразу он прошептал зловеще, не мигая смотря мне прямо в глаза.

Не знаю, чем бы закончился этот разговор, если бы не звон колокола. Он неожиданно прокатился по главной улице городка, дребезжащий, противный.

Мы оглянулись. Через грязное стекло окна, которое не мыли с самой его установки, было видно, как открылась дверь церкви, стояще в противоположной стороне улицы.