Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

В Лондон они возвращались в мрачном расположении духа. Почему-то после Черной Хмари погода совсем испортилась. Тучи опустились ниже, из болотистых мест вставал туман. Недалеко от Банбери начал накрапывать дождь, и Кит, морщась и хватаясь за больные ребра при каждом толчке, решил, что в этот день они уже достаточно повеселились, и попросил Джайлза остановиться на ближайшем постоялом дворе. Ужинали бараньей рулькой с клецками вместе с другими постояльцами, а посмотрев на комнату, которую им предложили, решили переночевать в карете. Следующим утром к восходу солнца они выехали на Оксфордскую дорогу, остановились позавтракать в «Золотом Кресте» и продолжили путь.

Неподалеку от Хедингтона снова пошел дождь – с неба сыпалась противная мелкая морось. Кит пожалел Джайлза, сидевшего, нахохлившись, на облучке в одиночестве. Кит перебрался наверх, чтобы составить ему компанию, но получилось только хуже. Джайлзу явно не понравилось такое нарушение привычного социального протокола, предписывавшегося разным социальным группам занимать отведенные им места, так что пришлось вернуться на свое место. Обоим стало легче.

В Чеппинг-Уиком они прибыли довольно поздно и остановились на постоялом дворе «Четыре пера». Предыдущая остановка существенно облегчила их карманы, так что пришлось обойтись парой пирогов с мясом и пивом, а ночевать опять в карете. На следующее утро выехали на Лондонскую дорогу и приготовились к еще одному сырому, унылому дню. Путь предстоял долгий, дорога грязная, по сторонам смотреть не хотелось, так что у Кита хватало времени, чтобы неторопливо обдумать последние события. Мысли его, главным образом, сводились к тому, что стоит впереди показаться счастливому повороту, как Госпожа Судьба отвешивает ему очередную оплеуху, и все начинается сначала.

Конечно, подобные размышления не доставляли удовольствия. Кит заметил, что все чаще думает о себе, как о потерпевшем кораблекрушение, выброшенным на отдаленный остров под названием Англия семнадцатого века – место, где, с одной стороны, все казалось знакомым, а с другой – было совершенно чуждым. Как всякий потерпевший кораблекрушение, он прикинул свои ресурсы и понял, что одинок все-таки не совсем, к тому же располагает некоторыми материальными благами. Над головой есть крыша сэра Генри – ну, или скоро будет, – рядом дружественно настроенный Джайлз. А еще повезло в том, что у него с туземцами общий язык, так что можно как-то общаться.

Тут, правда, имелись некоторые трудности. Многие слова звучали непривычно и зачастую обозначали не совсем то, к чему он привык. Знакомые определения не годились. Судя по реакции собеседников, ему плохо удавалось передавать собственные мысли, или они понимали его как-то не так. Тем не менее, языкового барьера не было, и он становился все уверенней в разговоре.

Что до остального: да, Козимо и сэр Генри исчезли, да еще берлимены… Но сейчас с этим ничего поделать нельзя, так что можно отложить пока в сторону. В списке размышлений Кита следующее место занимала возмутительная теория многоэтажной вселенной, которую вкручивал ему прадед. Правда, следствия из этой теории оказались настолько многочисленны и привели к таким важным последствиям, что не Киту с этим разбираться. Он же не ученый. В самом деле, он не знал даже, как к этому подступиться. Может быть, если бы он все же прочитал книгу «Краткая история времени» {«Краткая история времени» (подзаголовок «От Большого взрыва до черных дыр») – научно-популярная книга известного физика Стивена Хокинга. Первое издание в 1988 году. Книга повествует о рождении Вселенной, о природе пространства и времени, чёрных дырах, теории суперструн. Бестселлер. За 20 лет было продано более 10 млн экземпляров.} – она так и осталась лежать нераспечатанной на полке в его квартирке, – он бы хоть как-то ориентировался в происходящем. Как бы то ни было, от самой мысли о бесконечном множестве вселенных у него кружилась голова. Итак, Кит решил пока отложить и это тоже.

В итоге пришлось прийти к выводу, что из-за прискорбного невежества – нет, лучше сказать: из-за отсутствия полезной информации, – остается принять вещи такими, какие они есть, и попытаться делать то, что может.

Следующий день в дороге прошел так же, как и предыдущий; Кит устал от вынужденного одиночества. Он то засыпал, то просыпался, и в очередной раз проснулся как раз вовремя, чтобы заметить: они подъезжают к Лондону, тому самому городу, который он так хорошо знал, во всяком случае, ему казалось, что знает. Дождь усилился, дороги напоминали серый липкий суп, и ужасно замедляли движение прежде всего потому, что оно здесь было куда оживленнее, чем в сельской местности. Фермерские фургоны, кареты, ручные тележки вязли в глине одинаково, их то и дело приходилось вытаскивать. Кит, продрогший до костей, сидел, сгорбившись, в относительном комфорте кареты и наблюдал за толпой оборванных пеших путешественников на дороге. Многие тащили какие-то узлы или коробки, тщетно пытаясь уберечь их от дождя. Промокшие шляпы и драные шали не спасали совсем. Нескольких счастливчиков слуги несли в паланкинах, ступая по колено в грязи.

Неряшливо одетые жители промокшей столицы напоминали Киту стайку жалких черных дроздов: спутанные промокшие перья, несчастный вид… Вдоль дороги толпились торговые прилавки – портные и дубильщики, пивовары и парикмахеры, красильщики и драпировщики, валяльщики и торговцы рыбой – все были забрызганы грязью, а угрюмые лавочники смотрели из глубины лавок на бредущих мимо жителей.

День уже кончался, когда Джайлз, наконец, вывел карету на большой Лондонский мост, откуда начиналась широкая мощеная улица; Кит вздохнул с облегчением, но, увы, рано радовался. Движение даже еще замедлилось, поскольку поток пешеходов, выплеснувшийся на мост, создавал один затор за другим. Кит уже не чаял добраться в Кларимонд-Хаус до темноты и тупо смотрел на мокрый мир за окном. К тому времени, как карета въехала в ворота поместья сэра Генри, на улицах уже зажгли факелы.

Прибыли они с шумом. Прибежал лакей, помог распрячь усталых лошадей и отвел их в сухую конюшню. Джайлз слез с облучка и открыл Киту дверь кареты со словами:

– Проходите в дом, сэр, вам надо согреться.

– Пойдем вместе, Джайлз.

– Мне надо проследить, как поставят карету.

– Потом посмотришь.

– Нет, сэр, нельзя, – последовал ответ.

Кит кивнул и поспешил к дому. В прихожей он долго стряхивал капли дождя со своего плаща, а потом появился высокий слуга в красном камзоле и подал ему чистую льняную тряпку. Кит вытер лицо и влажные волосы, и с благодарностью вернул тряпку. Слуга обратился к нему:

– Вы голодны, сэр?

– Еще как, – ответил Кит. – Теленка бы съел. Мы два дня в дороге.

Слуга кивнул и величественно объявил:

– Я сообщу кухарке.

– Вот и отлично, – согласился Кит.

– Я правильно понимаю, что сэр Генри и мистер Ливингстон отправились в путешествие?

– О, да. Они далеко, – ответил Кит, не зная, что еще сказать. – Мы с Джайлзом вернулись одни.

– Вижу. – Слуга повернулся, но помедлил. – Вам что-нибудь нужно до обеда, сэр?

– Хотелось бы переодеться, если это не слишком сложно, – сказал Кит. – А вещи хорошо бы постирать.

– Конечно, сэр. Я велю принести одежду в вашу комнату. Что-нибудь еще?

– Да, – решительно произнес Кит. – Как вас зовут?

– Сэр?

– Я что-то непонятное сказал?

– Я слуга сэра Генри, сэр. Можете звать меня Вильерс.

– Спасибо, Вильерс.

Слуга загадочно улыбнулся и двинулся прочь.

Кит поднялся по лестнице в свою комнату. Крошечные окошки с толстыми стеклами пропускали мало света, а еще в комнате было холодно. Постучали. Голос слуги произнес:

– Ваша одежда, сэр.

Кит открыл дверь и взял сверток. Он поблагодарил слугу и спросил, не может ли тот зажечь свечи. Пока слуга возился с канделябрами, Кит разложил на кровати одежду. Бриджи кончались под коленями, к огромной рубашке прилагался длинный жилет из синей парчи с пуговицами и с карманами размером с седельные сумки. Ну, такая нынче здесь мода, вздохнул Кит. Он с удовольствием содрал с себя влажную одежду и надел сухую, попутно еще раз удивившись нереальности своего положения. Как рыба на берегу, подумал он, натягивая толстые шерстяные чулки. Он засунул ноги в большие, похожие на лодки туфли. Потом, вспомнив о своей апостольской ложке, достал ее, сунул в карман и побрел вниз по лестнице в поисках места потеплее. В кабинете сэра Генри весело горел огонь. Большое коричневое кожаное кресло с подлокотниками было придвинуто к камину. На маленьком круглом столике рядом с креслом стояли хрустальный графин и маленькая оловянная чашка. В железном подсвечнике горело сразу восемь свечей.

Вот это уже больше похоже на дело, подумал Кит, опускаясь в глубокое кресло. Он вытянул ноги поближе к огню и занялся графином. Пахучая жидкость, по его мнению, могла быть только бренди. Он налил немного в чашку и сделал глоток. Ядовитая субстанция обожгла ему не только горло, но и пищевод, вызвав приступ кашля, от которого разболелись пострадавшие ребра и слезы выступили на глазах.

Перелив остаток обратно в графин, он встал и начал изучать книжные полки по сторонам уютной комнаты. На полках стояли огромные тома в кожаных переплетах. Киту доводилось видеть такие в запертых стеллажах университетской библиотеки. А здесь – пожалуйста. Он взял подсвечник и попытался прочитать названия на корешках. Наверное, латынь… все непонятно: «Principium Agri Cultura»[12], «Модус Мундус»[13], «Commentarius et Sermo Sacerdos»[14] и тому подобное.

Латынь Кит едва знал, но все же смог разобрать несколько названий. Он провел пальцами по некоторым корешкам, прослеживая названия и произнося слова про себя. «Ars Nova Arcana»[15] с трудом прочел он по слогам и понял, что уже не один в комнате.

Почему-то Кит решил, что это Джайлз решил присоединиться к нему, однако, повернувшись, он обнаружил, что его внимательно рассматривает молодая женщина, стоявшая в дверях.

– Ты грабитель? – спросила она, входя в комнату. – Вор? Footpad[16]?

– Э-э, нет… я, м-м…

– Что ты делаешь в кабинете сэра Генри? Почему прячешься? Кто тебе разрешил сюда войти?

– Слишком много вопросов, – не особо обеспокоенный ответил Кит. – Я даже не знаю, на какой из них отвечать первым.

Пожалуй, но выбрал неверный тон. Она еще больше разозлилась.

– Наглец! – воскликнула она. – Я прикажу побить тебя и вышвырнуть вон. – Не сводя с него глаз, она громко крикнула: – Вильерс!

– Подождите, пожалуйста, – вымолвил Кит, – Это недоразумение. Я даже не знаю, что такое footpad.

– Так кто же ты, наконец?! Говори немедленно!

– Ну, можно сказать, что я – гость сэра Генри Фейта…

Она шагнула вперед, выйдя из тени, и Кит понял, что видит перед собой самую красивую женщину, какую ему доводилось видеть в жизни. Изящная фигура в платье из небесно-голубого атласа с мерцающей серебряной вышивкой; ряд крошечных черных ленточек украшал оба атласных рукава, корсаж подчеркивал восхитительные линии тонкой талии. Лебединую шею украшала единственная нитка черного жемчуга. Кита поразили лучистость ее проницательных карих глаз; чувственный рот с полными губами; тонкая линия подбородка; высокий гладкий лоб и длинные темно-рыжие кудри.

Каждая из черт, подмеченных Китом, оказывалась лучше предыдущей. Несомненно, в комнате вместе с ним оказалась богиня, нездешнее создание, с которым он и говорить-то недостоин. Но ситуация как раз требовала говорить. Вернее, требовала красавица.

– Да говори же, наконец! – раздраженно воскликнула она. – Я требую! Невоспитанно заставлять даму ждать.

– Я был с ними, с сэром Генри и господином Козимо, – наконец нашелся Кит. – Ну, они исследуют, как бы это сказать?..– Кит снова заколебался, не зная, как сформулировать мысль.

– Ты имеешь в виду их секретные научные эксперименты?

– Вы знаете о них?

– Я знаю о них все, – небрежно ответила она. Теперь Кит заметил, что дама говорит с легким акцентом, похожим на его собственный, и вообще ее манера говорить выдавала в ней скорее его современницу, чем здешнюю обитательницу. Он бы сразу это заметил, если бы дама не была так разгневана. – А вот тебя я не знаю!

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Зеленый дневник

Лорд Берли вытирал лоб носовым платком и пытался понять, с чего он решил, что поездка в Египет – как раз то, что ему нужно. В Египте стояло лето. Если меня не убьет жара, – размышлял он, – то с этим справятся мухи. Небольшое собрание кусачих летучих дьяволов устроилось как раз на его столе. Он взмахнул мухобойкой из конского волоса. Наглые твари!

Отхлебнув из высокого стакана прохладного яблочного чая, Берли расстегнул накрахмаленный ворот второй за день рубашки. Он сидел в гостиной отеля «Зимний дворец» в большом плетеном кресле и наблюдал, как снаружи толпятся европейские бизнесмены в темных костюмах и панамах в сопровождении нарядных дам. Дамы щеголяли в накрахмаленных кремовых платьях, цокая высокими каблуками по мраморному полу; смуглые официанты в белых смокингах разносили на серебряных подносах кальяны или крошечные чашечки чая; сновали посыльные в сандалиях, в коротких атласных штанах и красных тюрбанах; продавцы табака с деревянными подносами приставали к прохожим; мерно проплывали богатые арабы в безупречных белых галабиях.

Никто не торопился. Даже просто бродить по городу в полуденную жару считалось безрассудством, а уж спешка становилась просто самоубийственной.

Над головой поскрипывал вентилятор, ротанговые лопасти перемешивали душный воздух. Берли вытащил часы из кармана жилета и открыл крышку. Ладно. Ждет еще полчаса, а затем отменяет мероприятие. Если добыча не появится, он пойдет в порт и посмотрит, что там у него осталось с прошлого визита. Придется платить… Он достал бумажник из нагрудного кармана легкой куртки, висевшей на спинке стула, открыл, пересчитал. Наличности оставалось около восьмидесяти тысяч египетских фунтов.

Торговля древними артефактами – дело хлопотное. Слишком много народа замешано: мародеры, маклеры, складские работники, судовладельцы, музейные хранители, полиция и, что весьма важно, таможенники. И всем надо платить. Иначе никакая сделка не пройдет. В общем, дорогое удовольствие.

Благодаря упорному труду, бдительности, врожденному вкусу и сверхъестественной способности чуять тенденцию до того, как она разовьется, лорд Берли преуспел в бизнесе, который с каждым днем становился все труднее. Цены на лучшие изделия росли от сезона к сезону, то и дело появлялись невежественные флибустьеры, без нужды взвинчивавшие цены и привлекавшие повышенное внимание властей. Дошло до того, что любая ошибка становилась фатальной, чуть оступишься, и вот уже тело лицом вниз плывет по Нилу.

– Ворам честь неведома, – с сожалением заключил лорд Берли. – Жадные дебилы все могут испортить.

Он допил чай и быстро оглядел вестибюль отеля. Теперь он опустел. Все, кто хоть немного соображал, попрятались от жары.

Поставив стакан на серебряный поднос, он встал, накинул куртку, вышел из гостиной и прошел через вестибюль к стойке регистрации.

– Днем меня не будет, – сообщил он консьержу. – Когда вернусь, приготовьте холодную ванну.

– Конечно, сэр, – ответил мужчина за мраморной столешницей. – Вечером ваша светлость желает ужинать?

– Скорее всего да. Приготовьте стол к восьми часам.

– Очень хорошо, сэр.

– И убедитесь, что Bollinger {Марка шампанского.} холодное. В прошлый раз оказалось теплое.

– Больше такого не повторится, – заверил его служащий.

Лорд Берли вышел на улицу. Солнце ударило его так, словно он получил пощечину. Он покрутил головой и коротко приказал привратнику в белом халате и пробковом шлеме с перьями вызвать повозку. Очень быстро раздался неторопливый стук копыт по мостовой, и к ступеням отеля подъехала двуколка, запряженная мулом. Забравшись как можно глубже в тень, он приказал:

– На набережную. Дальше я покажу.

Кучер кивнул, дернув вожжами и они двинулись по узким улочкам Луксора, города, бывшего уже древним к тому моменту, когда Моисей был еще мальчишкой. Дорога к реке шла мимо довольно неприятных кварталов. Они словно спускались по лестнице респектабельности ступенька за ступенькой. В районе складов лорд Берли назвал кучеру улицу.

– Там остановишься, когда я скажу, – добавил он. Через несколько минут они подъехали к большому довольно ветхому зданию.

– Здесь, – скомандовал Берли. Двуколка остановилась у дверей. – Подожди меня, плата тройная. – Он поднял три пальца, чтобы возница лучше его понял.

– Будет сделано, эфенди, – ответил кучер, коснувшись кончиками пальцев правой руки лба.

Берли подошел к широкой входной двери и несколько раз быстро постучал. Постоял, рассматривая облупившуюся штукатурку, и наконец услышал звяканье отпираемой цепи и скрежет выдвигаемого железного болта. Дверь открылась. За ней стоял худощавый эфиоп в красной феске.

– Лорд Берли, да пребудут с вами обильные благословения Аллаха, – сказал мужчина. – Marhaban {Мое почтение (малайск.)}.

– Ассаляму алейкум, – невнятно буркнул Берли.

– Рад снова видеть вас, сэр.

– Я тоже рад, Бабу.

Слуга низко поклонился и отступил в сторону, пропуская гостя.

– Господин Хаким Расул ждет вас, сэр. Пожалуйста, следуйте за мной.

Берли пошел за своим проводником.

– Как бизнес? Хорошо?

– Аллах щедр, сэр.

Внутри склада было темновато, воздух спертый, пыльный и горячий. Слуга провел посетителя мимо рядов полок, заставленных пыльными предметами: каменными вазами и кувшинами; шкатулками; изваяниями сов, кошек и ястребов из дерева и камня; коробками, сундуками, ящиками и обернутыми тканью предметами всех размеров. Али-Баба, хранитель сокровищ, подумал Берли.

За высокими штабелями в дальнем конце склада скрывалась неприметная дверь в глухой кирпичной стене. Бабу постучал, открыл дверь и поклонился, приглашая гостя войти.

Берли вошел в комнату, которая казалась чем-то средним между бедуинским шатром и конторой бухгалтера. За большой столешницей из полированного красного дерева сидел стройный египтянин с острыми чертами лица, в блестящем шелковом жилете поверх облегающей джеллабы, застегнутой до подбородка. Воздух синел от дыма недавно выкуренной сигары.

– О, лорд Берли! Входите! Мир с вами и благословение Аллаха, мой друг. Рад вас видеть.

– Asalaam’[17]u, Абдель Хаким. Выглядишь прекрасно! Как поживаешь?

– Терпимо – только терпимо. Но зачем искушать Аллаха жалобами? Бабу, бездельник, принеси нам виски!

– Спасибо, Хаким, но не стоит. Для меня слишком рано.

– Рано? – удивился Хаким. – Ну что же. – Он снова обратился к Бабу: – Не надо виски, принеси нам вина и инжира. – Хозяин вышел из-за стола и приобнял Берли за плечи. – Мы давно не виделись, друг мой.

– Всего шесть месяцев, – ответил Берли.

– Неужели? А мне показалось – намного дольше. – Он улыбнулся и указал гостю на резное самшитовое кресло, покрытое шкурой пятнистой козы. – Надеюсь, ваше путешествие было приятным.

– В общем и целом – скорее, да.

– Садитесь. Поведайте мне, что в мире происходит.

– Новости ты лучше меня знаешь, Хаким. Я же только вчера приехал.

– Ах, да, помню, мы получили ваше сообщение. – Торговец древностями откинулся на спинку стула, сцепив пальцы на животе. – Итак, вы прибыли.

– Прибыл, – вежливо согласился Берли. – Но, должен сказать, путешествия становятся все более утомительными, покупателей искать все сложнее. Я подумываю бросить этот бизнес и поискать другое занятие.

– Да что вы! – возмутился Хаким. – Не надо так говорить. Мы же партнеры, у нас самый успешный бизнес по эту сторону мира. Если вы надумаете уйти, Хакиму с сыновьями придется умирать с голоду. Мы сморщимся, как виноград, оставшийся на лозе под жарким солнцем, и умрем.

– У тебя достаточно других партнеров, Хаким. Думаю, выживешь как-нибудь.

– Разве что как-нибудь, – признал торговец. – Но вы – самый успешный из моих партнеров.

– Пожалуй. Вряд ли кто-нибудь платит тебе столько же, сколько я.

В этот момент вошел Бабу с тиковым подносом. На подносе стояли бутылка вина, два хрустальных бокала и блюдо с фигами в сиропе и сушеными финиками, фаршированными миндалем. Он поставил поднос на стол, разлил вино по бокалам и вышел.

– Ну зачем же так прозаично, мой друг? – удивился Хаким. Взяв свой бокал, он жестом предложил гостю другой. – Давайте выпьем за хорошую торговлю!

– За хорошую торговлю, – согласился Берли, поднимая кубок.

Они пообсуждали вопросы доставки тех вещей, которые лорд оставил на складе во время своего последнего визита; это заняло время, так что заявление Хакима о том, что он проголодался, прозвучало вполне естественно.

– Такое ощущение, что верблюда могу съесть, – заявил он. – Составьте мне компанию, друг мой, поужинайте со мной. На реке есть одно местечко… там готовят такие изысканные блюда, что ангелы с завистью смотрят вниз.

– Не сомневаюсь, – ответил лорд Берли, доставая из кармана часы. – Но мне надо еще кое-какие дела уладить перед отъездом.

– Ну конечно! Дела. Понимаю. Но кухня… – Он поднес пальцы к губам и поцеловал их. – М-м! Очень хорошая кухня! Лучшая в городе. – Хаким протянул руку и достал белый атласный тюрбан и трость из черного дерева. – Человек должен хорошо питаться. Ресторан совсем недалеко. Прогуляемся, аппетит придет сам собой. – Он вскочил и распахнул дверь. – Бабу, собачий сын! Мы выходим. Никого не пускать, пока меня нет.

Он запер дверь, повернулся и подошел к пальме в огромном медном горшке. На стене за пальмой висел богато украшенный молитвенный коврик; Хаким приподнял угол ковра и открылась потайная дверь.

– Сюда, – поманил он гостя. – Так намного ближе.

Абдель Хаким Расул провел своего посетителя по темному коридору, который выходил в полумрак – просто некое пространство между двумя складами, – за ним лежал залитый солнцем переулок, достаточно широкий, чтобы пропустить повозку, запряженную лошадьми или мулами. Торговец египетскими древностями пошел по травянистой обочине. Ветерок доносил запах реки, давая понять, что Нил совсем недалеко. За очередным поворотом открылся большой старый дом на сваях, гарантированно защищавших от сезонных разливов. На лестнице их встретил официант во фраке кофейного цвета.

– Asalaam’u, – произнес официант. – Да благословит вас Аллах.

– Salaam, – небрежно бросил Хаким Расул. – Мой столик, пожалуйста.

Официант провел их к тенистой террасе с видом на реку. Несколько столиков были заняты. Старик на табуретке в углу террасы качал плетеные мехи, направляя поток воздуха на посетителей.

– А-а, – вздохнул Хаким, устраиваясь в кресле, – вот достойное убежище для утомленной, измученной заботами души.

– Тебе бы поэтом быть, – проворчал лорд Берли. – О чем тебе еще заботиться, как не о том, чтобы с толком потратить свое состояние.

– О, мой друг, – Хаким сделал вид, что обиделся. – У вас совсем нет сердца? Посмотрите! Чудесная река! – Он махнул рукой в сторону серо-зеленой медленно струящейся воды. Как раз в этот момент по реке проплывала изящная фелюга с рыжевато-коричневыми парусами, заметная среди лодок и барж, плывущих вниз по течению. Перистые стебли папируса качались на ветерке, согласно поднимая и опуская золотые головки. – Восхитительно, не правда ли?

– Пожалуй, – сдержанно согласился лорд Берли. – Ладно. Выкладывай, что ты мне приготовил? Что мне предстоит увидеть, когда мы вернемся в твое логово?

Подошел официант и налил воду из серебряного кувшина в серебряную миску.

– Мы съедим все, что сегодня приготовил Хаммет, – заявил Хаким. – Можете подавать. И еще пряные оливки, пока мы ждем.

Сделав заказ, он повернулся к своему гостю.

– Что вы увидите? В последнее время дела продвигаются медленно. Торговцы стали упрямые. Но я приготовил для вас очень красивого сфинкса – совершенно целый, из красного гранита с сапфировыми глазками и в золотом головном уборе, размером с домашнюю кошку. Я бы его уже семь раз мог продать, но берег для вас, друг мой. Вы же у меня привилегированный покупатель.

– Хорошо. Звучит заманчиво. Что еще?

– Я же говорю, дела идут не так легко, как прежде. Однако прошлой зимой в одной из долин к западу от Луксора велись раскопки. Так что некоторые замечательные вещи потихоньку выплывают на свет.

– Кто руководит раскопками?

– Человек по имени Картер {Возможно, автор имеет в виду реального человека – Говарда Картера (1874–1939) – английского археолога и египтолога, открывшего в 1922 году в Долине Царей близ Луксора гробницу Тутанхамона. Это стало наиболее значимым событием в египтологии.}. Его финансирует богатый покровитель – какой-то лорд – я забыл, как его зовут… – Он побарабанил пальцами по столу. – По-моему, Кавано.

– Лорд Карнарвон, – поправил Берли.

– Вы его знаете?

– Пока нет. Но до конца недели намерен познакомиться.

Официант вернулся с тарелкой оливок без косточек, начиненных белой субстанцией.

– Вы только попробуйте, – призвал Хаким, – узнаете, какими бывают правильно приготовленные оливки.

Берли взял одну оливку и сунул в рот. Прожевал. Похвалил.

– Они нашли что-нибудь интересное?

– Копают… Не говорят. – Он улыбнулся, потянувшись за оливками. – Но, естественно, у меня есть свои источники.

– Не сомневаюсь.

Хаким наклонился вперед и понизил голос, хотя других посетителей в пределах слышимости не было.

– Ходят слухи, что они на пороге крупной находки – по меньшей мере, гробницы фараона, не меньше.

– Насколько верны слухи? – задумчиво поинтересовался лорд Берли.

– Мне обещали сообщить со дня на день, – с деланным равнодушием сообщил Хаким.

– Кажется, я приехал в нужное время.

– Это верно, – согласился торговец. – Торговля должна вскоре оживиться, Insha’allah! {С Божьей помощью (арабск.)}»

К столу подошли сразу трое официантов и молча принялись расставлять блюда: перепелов в глазури, фаршированных сливами и кедровыми орешками, на подушке из нежного риса с ароматом жасмина, приправленного кориандром. В комплект входили маринованные ломтики нильского окуня и тигровой рыбы с луком и целым перцем, бледно-зеленые ломтики дыни и ягоды инжира в вине.

Хаким Расул причмокнул губами и, заткнув белую льняную салфетку за воротник халата, с упоением принялся за дело, пренебрегая ножом и вилкой. На него было приятно смотреть. Лорд Берли, у которого из-за жары пропал аппетит, понимал, что ему далеко до сотрапезника.

Прошло некоторое время, прежде чем Хаким снова смог говорить.

– Такая еда должна быть на небесах, – объявил он, наконец отодвигая тарелку. – Надеюсь, вам понравилось, друг мой?

– Весьма, – сдержанно согласился Берли.

Принесли кофе, и они закончили трапезу за беседой о международной торговле древностями, а затем вернулись на склад. Когда Берли уходил, вечер давно уже наступил. Двуколка, на которой он приехал, все еще ждала его. Возница спал. Подъехав к гостинице, лорд встряхнулся, расплатился с кучером и вошел в вестибюль. Первым делом он заметил человека, которого ждал с утра. Возле конторки портье стоял высокий, стройный, безукоризненно одетый мужчина, и нетерпеливо постукивал кончиками пальцев по мраморной стойке.

Берли остановился, одернул пиджак, шагнул вперед и деликатно покашлял за спиной мужчины. Тот стремительно обернулся, и тогда Берли осведомился звучным голосом:

– Простите, я вижу лорда Карнарвона?

Мужчина окинул его взглядом и вежливо улыбнулся.

– Да. Как мне к вам обращаться?

– Позвольте представиться. Я Архелей Берли, лорд Сазерленд. Мне сообщили, что вы тоже остановились в этой гостинице. Полагаю, у нас найдутся общие знакомые. Не откажетесь ли выпить со мной?