Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

Шаги в коридоре давно стихли, и в гробнице воцарилась тишина. Кит стоял столбом, слепой и онемевший. Чудовищность предательства и та быстрота, с которой оно случилось, захватили его врасплох. Внутри было пусто, словно из него вычерпали внутренности тупой ложкой. Джайлз держал свои чувств при себе. Прошло довольно много времени, прежде чем кто-либо из них смог заговорить, и только тогда Джайлз промолвил:

– Плохой поступок.

Дрожа от гнева и унижения, Кит наконец справился с собой и спросил:

– А ты почему не присоединился к ней, Джайлз? Ведь мог бы уйти…

– Я верен сэру Генри. – Он помолчал и добавил: – И тем, кто верен ему.

– Спасибо, друг, – сказал Кит. – Правда, это вполне может стоить нам жизни. Ты же понимаешь, не так ли?

– Да, сэр, – последовал тихий ответ. – Понимаю.

– Ну что ж, – сказал Кит. Он нащупал в темноте ближайшую стену и сел, прислонившись к ней спиной. Кит слышал, как двигается Джайлз, устраиваясь у другой стены. Кит прислушался. Встал и подошел к тому месту, где лежал сэр Генри.

– Сэр Генри мертв, – подтвердил Джайлз, его голос гулко отдавался в каменной гробнице. – Он, должно быть, скончался ночью. – Мы можем что-нибудь сделать для него?

– Обязательно, – решительно произнес Кит. – Только дождемся рассвета.

Он закрыл глаза, но спать не собирался. Как? – спросил он себя. Как, во имя всего святого, он мог оказаться таким глупым? Как он мог запутаться в такой безрассудной и непродуманной схеме? Как мог отправиться сюда таким неподготовленным, чтобы кого-то спасти? Спасать! Это слово звучало как насмешка. Произошла настоящая катастрофа: Козимо и сэр Генри мертвы, он и Джайлз в плену, а леди Фейт заключила союз с врагом. Молодец, Кит. Можешь медаль себе выдать, гений чертов!

Он – пришелец в чужой стране, человек, затерянный в космосе, без компаса, без проводника, сидит в гробнице в Египте в окружении двух мертвецов, с Джайлзом – ровесником, однако между ними классовая пропасть и четыреста лет разницы во времени! Ни одного решения в голове! Сплошные вопросы! И главный из них: как он мог оказаться таким дураком?

Множество упреков мучили его сильнее жажды. Позор – позор такой грандиозной неудачи – давил на сердце почти невыносимо. Несмотря на все попытки найти хоть какое-то оправдание, слезы стыда хлынули из глаз и покатились по щекам. Он страдал, но страдал бесполезно. Эта неудача стала последней, и теперь ему придется заплатить за все. К сожалению, он вляпался не один, он и других втянул, теперь им тоже придется платить: Джайлзу – своей жизнью, леди Фейт – своей честью, что бы от нее ни осталось. И это было хуже всего! Он доверял ей и потому позволил манипулировать собой. Понимание того, что он попался на удочку очарования красотой, делало его позор еще более нестерпимым.

За этими несчастными размышлениями он промучился до конца ночи. Но наступил неизбежный рассвет. Как только он смог различать очертания каменного саркофага, Кит подошел к нему и опустился на колени.

– Прости, Козимо, – прошептал он, не решаясь взглянуть на холодный, застывший труп своего прадеда. – Я тебя подвел… я всех подвел. Мне жаль. – Он все же заставил себя взглянуть в бледное, безжизненное лицо, стараясь запомнить его. И с удивлением понял, что лицо мертвеца исполнено умиротворения. То, что лежало в саркофаге, не было Козимо. Козимо ушел. – Если мне представится шанс, я все исправлю, – истово пообещал он.

«Он возлагал на тебя надежду» … Это последнее, что сказал ему сэр Генри. Его собственный отец, и дед тоже, никаких надежд на Кита не возлагали. Наверное, не верили в него. А он? Он верит в себя?

В сердце молодого человека с трудом проклевывались слабые ростки решимости. Сначала им нужно освободиться. Кит начал расхаживать по комнате, вытянув руки, растопырив пальцы, просеивая воздух в поисках слабого покалывания лей-поля. Он ничего не чувствовал, но сдаваться не собирался. Он даже пробовал совершить переход в разных местах гробницы, но, конечно, безрезультатно. Правду сказать, он и не ожидал успеха. В конце концов, если бы в гробнице был лей-портал или перекресток, Козимо нашел бы его сразу.

Отказавшись от этой тактики, он подошел к Джайлзу, стоявшему на коленях у тела хозяина. Некоторое время он взирал на труп, пытаясь уловить хотя бы промельк жизни. Нет. Грудь старого джентльмена не шевелилась, на шее не билась ни одна жилка. На всякий случай Кит прикоснулся кончиками пальцев к запястью сэра Генри, а затем приложил их к шее.

– Прости, Джайлз, – сказал он.

– Мы же не можем оставить его так, – сказал кучер. – Надо что-то сделать.

– Можем положить его в саркофаг.

Вдвоем они подняли тело, отнесли к огромному гранитному гробу в центре комнаты и положили рядом с Козимо. Как могли выпрямили руки и ноги дворянина, сложили руки крестом на груди.

– Друзья в жизни, – сказал Кит, – друзья в смерти.

Пока он говорил, с лестницы донесся звук легких шагов. Кто бы там не был, двигался он быстро и почти бесшумно.

Кит бросился к железной решетке.

– Берли! Выпустите нас. Зачем нас убивать? Это же безумие! Выпустите нас. – Он замолчал и прислушался. Шаги затихли, когда новый посетитель вошел в камеру и остановился. Затем послышался быстрый топот ног, человек пересек пустую комнату.

– Берли! Вы меня слышите? – в отчаянии позвал Кит.

– Кит! Ты там?

Голос был мягким и женственным, и, несмотря на все, что произошло с тех пор, как он покинул свой единственный мир в тот день в переулке Графтон-стрит, Кит сразу узнал его.

– Вильгельмина!

Это и вправду была она: загорелая, насмешливая, стоит и смотрит на него через решетку. На девушке был пустынный военный комбинезон на молнии, длинные волосы аккуратно зачесаны наверх и убраны под небесно-голубой шарф на манер египетских женщин. Высокая и стройная, как всегда, темные круги под глазами исчезли, а кожа просто светилась, говоря о недюжинном здоровье. В одной руке она держала небольшой медный предмет овальной формы, а в другой – большой железный ключ. От предмета исходило мягкое бирюзовое сияние.

– Ну что, хватит с тебя гостеприимства Берли? – спросила она с улыбкой.

– Поверить не могу! – выдохнул Кит. – Что ты здесь делаешь? Как ты здесь оказалась?

– Зашла вызволить тебя и твоих друзей. – Она вставила ключ в замок и резко повернула.

– Мина! Мина, я пытался тебя найти. Я никогда не бросал тебя – ты должна мне поверить. Я не знал, где ты и как с тобой связаться. Козимо вернулся за тобой, но тебя там не оказалось, поэтому мы попросили помочь сэра Генри. С этого все и началось! Мы пытались найти тебя!

– Вместо этого я сама тебя нашла, – сказала она, мило улыбаясь. – Нам лучше поторопиться. У нас мало времени.

– Но как?!

Тут из-за угла выглянул Джайлз.

– Сэр?

– О, Джайлз, иди сюда. Это Вильгельмина Клуг, – представил он. – Мина, это Джайлз Стэндфаст.

– Рада познакомиться с вами, Джайлз, – учтиво произнесла Вильгельмина.

– А уж я-то как рад, миледи, – ответил Джайлз.

Вильгельмина второй раз повернула ключ, и замок щелкнул. Тяжелая железная решетка подалась, выпустив двух пленников. Кит вышел из камеры и утонул в объятиях Вильгельмины – надо сказать, довольно неуклюжих, так могли бы обниматься полузнакомые люди. В этот момент Кит понял, что перед ним совсем не та женщина, которую он знал; с ней произошло что-то очень серьезное, вызвавшее фундаментальные изменения.

– Спасибо, Мина, – прошептал он, прижимая ее к себе, пытаясь вернуть что-то из их прежней близости.

– Да пожалуйста, – сказала она, отпуская его. – Нам лучше поторопиться.

– Прости, – сказал он. – Прости за то, что потерял тебя, а потом впутал нас всех во все это … Я виноват.

– Это все потом, – отмахнулась она. – То, что случилось – самое лучшее из всего, что я помню в своей жизни. – Она повернулась и решительно направилась к лестнице. Кит стоял в нерешительности. – В чем дело? – спросила Мина через плечо.

– Козимо и сэр Генри – они мертвы, – растерянно сказал Кит, указывая на саркофаг позади себя. – Мы же не можем бросить их и уйти, как ни в чем не бывало.

– Ох, – она замерла в тусклом свете комнаты, глядя через открытую решетку в гробницу, но не решаясь войти. – Мне очень жаль, Кит, правда, – сказала она наконец. – Но если мы не уйдем сейчас, мы присоединимся к ним. Мы ничего не можем сделать. Надо идти. – Затем она добавила более мягким тоном: – Взгляни на это с другой стороны – что может быть лучше королевской гробницы?

– Она права, сэр, – неожиданно произнес Джайлз. – Джентльмены нам ничем не помогут, и нам не стоит оставаться здесь. «Предоставь мертвым погребать своих мертвецов {От Луки 9:60.}» – ведь так сказано, верно?

– Вроде так, – вынужден был согласиться Кит, однако сомнения не оставили его. – Мне просто кажется, что это неправильно.

– Если мы пойдем немедленно, у нас еще есть шанс все исправить, – непонятно заявила Вильгельмина. – Нужно идти.

Кит отбросил сомнения.

– Веди, Мина.

Она быстро дошла до лестницы и остановилась прислушаться. Снаружи не доносилось ни звука.

– Держись поближе, – сказала она с улыбкой. – Ты же не хочешь опять потеряться?

Незнакомец остановился перед домиком привратника и позвонил в колокольчик, прикрепленный к косяку. Из окошка высунулась голова в квадратной шляпе и вопросительно уставилась на посетителя.

– К казначею колледжа, пожалуйста.

– Как вас представить? – спросил портье.

– Флиндерс-Питри.

– О! – воскликнул привратник, – Простите, сэр, не узнал. – Он шустро выскочил из сторожки. – Сюда, сэр, извольте следовать за мной.

Посетителя провели через ворота и по внутреннему двору к канцелярии казначея оксфордского колледжа Иисуса {Колледж Иисуса – один из колледжей Оксфордского университета. Основан в 1571 году королевой Елизаветой I. Расположен в самом центре Оксфорда.}. Привратник постучал в дверь, и голос изнутри произнес:

– Войдите!

Гость поблагодарил привратника, снял шляпу и открыл дверь.

– Вы казначей, сэр?

– Да, сэр. Я. Позвольте спросить, как я должен к вам обращаться, сэр?

– Я Дуглас Флиндерс-Питри, – заявил посетитель. – Надеюсь, вы получили мое письмо?

– Ах! Мистер Флиндерс-Питри! Разумеется! Я спросил просто на всякий случай, чтобы быть уверенным, сэр. Ваше письмо я получил только вчера. Пожалуйста, входите, располагайтесь. – Казначей проводил посетителя в свой уютный кабинет. – Могу я предложить вам шерри?

– Спасибо, нет. Я в Оксфорде совсем ненадолго. У меня есть еще час, но я должен был с вами повидаться.

Казначей сел за стол, заваленный бухгалтерскими книгами и бумагами.

– Чем могу быть полезен, сэр?

– В письме я сообщил вам, что получил значительное наследство и хочу организовать кафедру в вашем колледже и назвать ее в честь моего покойного деда, философа и исследователя Бенедикта Флиндерс-Питри. Вероятно, вы о нем слышали?

– Ну кто же не слышал, сэр! Знаменитый Флиндерс-Питри! Он не раз оказывал помощь нашему колледжу, так что дела его здесь хорошо известны.

Дуглас улыбнулся.

– Вы же понимаете, что мне потребуется помощь знающего человека, связанного с колледжем. Просто для того, чтобы начать деятельность и не прогореть впоследствии. – Он достал из кармана мешочек с монетами и принялся отсчитывать золотые соверены. – Естественно, я готов вознаградить человека, который будет управлять процессом от моего имени.

Казначей с удивлением смотрел на золотые монеты.

– Разумеется, я готов оказать вам любую посильную помощь!

– Вот и прекрасно, – ответил Дуглас. – Весьма рад слышать. – Он выложил на стол аккуратный столбик монет. – Будем считать это всего лишь небольшим проявлением признательности, – проговорил он, придвигая деньги к казначею. – Естественно, как только кафедра начнет работать, мне понадобится помощник. И, уверяю вас, он не останется внакладе.

– Ни слова больше, сэр. Я все понял!

– Отлично! – Дуглас Флиндерс-Питри встал, собираясь уходить. Его долговязая фигура нависла над приземистым казначеем. – Я знал, что могу рассчитывать на вас, мистер Кейкбред, особенно учитывая вашу известную осмотрительность.

– Само собой разумеется, сэр, само собой. – Казначей тоже вылез из-за стола, чтобы проводить гостя. – Что-нибудь еще, сэр?

– Нет, спасибо... – начал Дуглас, но, замолчал, а потом добавил, словно мысль только пришла ему в голову: – Хорошо, что вы напомнили. Наверное, мне понадобится надежное место для хранения разных вещей – важных документов и всяких разрешений в связи с моим намерением занять кресло председателя благотворительного фонда.

– Конечно, сэр. – Казначей с достоинством поклонился. – У меня как раз есть такое место.

– Я мог бы сейчас посмотреть его?

– Конечно, сэр. Вы же должны убедиться! – Казначей Кейкбред несколько суетливо порылся в ящике стола и достал большую связку ключей. – Прошу вас следовать за мной. Это недалеко. В склепе часовни.

Дугласа сопроводили в склеп часовни колледжа. Там в мерцающем свете факела его глазам предстала небольшая сухая комната со столом, окруженным деревянными сундуками и железными ящиками.

Оглядев помещение, Дуглас с удовольствием покивал.

– Да, это вполне подойдет. Найдется сундук, который я мог бы использовать?

– Вот этот пуст, сэр, – ответил казначей. Он возился с большим железным кольцом в поисках ключа.

– Не трудитесь, – сказал Дуглас, отбирая у него кольцо. – Если вы не против подождать меня наверху, я сам разберусь с ключами. – Он улыбнулся и взглядом подтолкнул казначея к дверям. – Это недолго. Я зайду к вам в кабинет.

– Как вам угодно, сэр, – ответил Кейкбред. – Тогда я подожду вас наверху. Пожалуйста, не торопитесь.

Закрыв дверь за казначеем, Дуглас некоторое время прислушивался. Шаги на лестнице замерли. Тогда он решительно направился к сундуку в углу. Недолго повозился с ключами, отпер сундук и откинул крышку. Среди свернутых пергаментов и свитков, он заметил обернутый тканью сверток, перевязанный черной лентой. – Наконец-то, – прошептал он. – Я небо и землю перевернул, чтобы тебя отыскать!

Он достал из сундука сверток и положил его на стол. Подрагивающими от волнения пальцами, он развязал ленту и снял ткань. Глазам его явился длинный, неправильной формы свиток пергамента, такого тонкого, что казался почти прозрачным. Очень осторожно он отвернул край свитка и увидел множество синих символов.

– Как поживаешь, дедушка? – проговорил он. – Рад с тобой познакомиться. А вот ты понятия не имеешь, кто я такой.

Опасливо оглянувшись, он вытащил из внутреннего кармана плаща свиток плотного пергамента и быстро завернул его в ткань, перевязав лентой. Вернув подложный свиток в сундук, он запер вместилище, сунул украденный пергамент во внутренний карман плаща и вышел из комнаты.

Казначей Кейкбред ожидал его у выхода.

– Надеюсь, вы удовлетворены, сэр?

– Вполне, – ответил Дуглас, возвращая ключи казначею. – Мы скоро увидимся снова, а до той поры не стоит обсуждать мое решение и организацию новой кафедры.

– Буду нем, как рыба, сэр.

– Тогда позвольте откланяться. Желаю хорошего дня, господин Кейкбред.

– И вам, сэр, и вам.

Выйдя из колледжа, Флиндерс-Питри направился к Корнмаркет-стрит. Подойдя к Карфаксу {Башня Карфакс (Carfax Tower) – одно из самых старых строений Оксфорда. Это все, что осталось от церкви Святого Мартина, построенной в XII веке. Башня расположена на одноименном перекрестке в том месте, где сходятся четыре улицы – Сент-Олдейтс, Корнмаркет-стрит, Куин-стрит и Хай-стрит. Название башни происходит от латинского «quadrifurcus» что означает «перекресток». Сохранилось и старое имя – башня Святого Мартина.}, он увидел, что на улице собралась толпа вокруг небольшого фаэтона, запряженного одной лошадью. Подойдя ближе, он понял, что произошел несчастный случай: сбили маленького мальчика. У него было разбито лицо, текла кровь, мальчик плакал, а какие-то прохожие пытались его успокоить. Чуть в стороне стоял еще один парнишка, и его примечательная внешность привлекла внимание Дугласа.

У оборванца, одетого в грязные лохмотья, была слишком большая голова, никак не подходящая маленькому крепкому телу. На голове торчали дыбом бледные льняные волосы. Довершали удивительный вид крошечные глазки грифельного цвета. Существо выглядело очень странно. Парень стоял, сердито глядя на раненого мальчишку. Почему-то он испытывал к нему неприязнь. А ведь ему самому на вид было не больше шести-семи лет.

– Что здесь произошло? – поинтересовался Дуглас в пространство.

Один из прохожих ответил:

– Вон тот, – он ткнул пальцем в стоявшего паренька, – толкнул этого прямо под карету, чертенок. Как будто убить его хотел. Повезло, что кучер вовремя сумел остановиться.

– Он серьезно ранен?

– Да вряд ли! Так, ссадина. Удар-то был не сильный.

Пока люди обсуждали ситуацию, странный хулиган подскочил к раненному мальчишке и неожиданно ударил его ногой по голове. Мальчик, сидевший на мостовой, упал, а нападавший снова ударил его ногой – и явно собирался продолжать, если бы его грубо не оттащили.

– Эй ты! – закричал державший его мужчина. – А ну, прекрати! Кто-нибудь, позовите полицейского!

– Не надо, – вмешался Дуглас Флиндерс-Питри, протискиваясь сквозь толпу. – Я разберусь.

Он встал между хулиганом и толпой.

– Послушай, ты, гаденыш, – прошипел он, наклоняясь над ним. – Либо ты идешь со мной, либо идешь в тюрьму. – Схватив парнишку за руку, он собрался увести его.

– Стойте, сэр! – окликнул его мужчина из толпы. – Вы что, знаете этого парня?

– Да, – бросил Дуглас через плечо и потащил мальчика прочь. – Все в порядке.

– Вы его отец? – спросил другой голос.

– Да, – ответил он, а затем пробормотал себе под нос: – По крайней мере, в данный момент.

Стивен Лоухед
Костяной дом. Книги 2

«Различие между прошлым, настоящим и будущим – всего лишь иллюзия, хотя и устойчивая».

Альберт Эйнштейн, физик

Для Сьюзи

Анен – друг Артура Флиндерс-Питри, верховный жрец храма Амона в Египте, XVIII династия.

Архелей Берли, граф Сазерленд – злой гений Флиндерс-Питри, Козимо, Кита и всех здравомыслящих людей.

Артур Флиндерс-Питри – также известный как Человек-Карта, патриарх своей линии. Сын – Бенедикт, внук – Чарльз, правнук – Дуглас.

Бальтазар Базальгетт – лорд-верховный алхимик при дворе Рудольфа II в Праге.

Берлимены – Кон, Декс, Мэл и Тав, приспешники лорда Берли. При них доисторический зверь – пещерный лев по кличке Бэби.

Козимо Кристофер Ливингстон Старший, он же Козимо – викторианский джентльмен, стремящийся собрать все фрагменты Карты на Коже и отыскать ключ к будущему.

Козимо Кристофер Ливингстон Младший, он же Кит – правнук Козимо.

Император Рудольф – король Богемии и Венгрии, эрцгерцог Австрии, также известный как император Священной Римской империи. Несколько не в своем уме.

Энгелберт Стиффлбим – пекарь из Розенхайма в Германии, фигурирующий под именем Этцель.

Джайлз Стэндфаст – кучер сэра Генри Фейта и союзник Кита.

Густав Розенкрейц – главный помощник лорда-верховного алхимика и союзник Вильгельмины.

Леди Хейвен Фейт – упрямая и своенравная племянница сэра Генри.

Сэр Генри Фейт, лорд Каслмейн – член Королевского общества, верный друг и союзник Козимо. Дядя Хейвен.

Якуб Арностови – домовладелец в Праге и деловой партнер Вильгельмины.

Снайп – дикий ребенок и злобный помощник Дугласа Флиндерс-Питри.

Вильгельмина Клуг, она же Мина – в прошлом лондонский пекарь и подруга Кита. В настоящем – совладелица пражской кофейни Grand Imperial Kaffeehaus.

Сяньли – жена Артура Флиндерс-Питри и мать Бенедикта. Дочь татуировщика У Ченьху из Макао.

До сих пор наша история вращалась вокруг немного бестолкового, но в целом приятного молодого человека по имени Козимо Кристофер Ливингстон, который предпочитает называть себя Кит. Он – правнук пожилого джентльмена по имени Козимо, пропавшего более ста лет назад во время случайно совершенного первого путешествия с помощью лей-линий (о них позже).

Появление Козимо было встречено Китом с недоверием. Настойчивость прадеда, потребовавшего, чтобы Кит сопровождал его в очень важном путешествии, была отвергнута, и после демонстрации возможностей лей-путешествия Кит отказался помогать прадеду и отправился к своей подруге, Вильгельмине Клуг. Из-за смещения во времени, связанного с лей-путешествиями, он опоздал на давно обещанный ей поход по магазинам.

Его объяснения не убедили молодую женщину. Тогда Кит попытался показать ей на практике, что такое лей-линии и как с их помощью можно передвигаться по миру и между мирами. Из-за его неопытности демонстрация провалилась, и бедная Вильгельмина пропала. Козимо снова нашел Кита и познакомил его со своим коллегой сэром Генри Фейтом. Вместе они хотели отыскать Вильгельмину и вернуть ее в свое место и время.

Однако поиски завершились провалом. Вильгельмину занесло в Прагу семнадцатого столетия, где она встретила доброго человека по имени Энгелберт Стиффлбим, пекаря из Розенхайма, отправившегося в Богемию за удачей. Вдвоем они открыли пекарню, которая не пользовалась успехом до тех пор, пока Вильгельмине не пришло в голову предложить в столице неслыханный товар: кофе. Это начинание оказалось удачным, и вскоре вся Старая Прага гудела от последней сенсации.

Кофейней заинтересовались члены двора императора Рудольфа II, а именно алхимики, которые по долгу службы занимались тайными исследованиями. Их объединение известно в истории как Магический двор.

Теперь мы подошли к концепции лей-путешествий, или лей-прыжков, как обычно называет это леди Фейт, взбалмошная племянница сэра Генри. Лей-путешествие заключается в умении пользоваться или манипулировать электромагнитными линиями, проходящими в теле земли. Эта методика еще не описана наукой, тем не менее она позволяет совершать переходы не только в иные места нашего мира, но и в сопредельные пространства, и в иные времена. Однако читателю следует иметь в виду, что путешествия по лей-линиям – это вовсе не путешествия во времени. Просто в иных мирах свое время, в него-то и попадает путешественник. Однако перемещения приводят к возникновению хроноклазма, неизбежного побочного эффекта подобного рода путешествий, следствием которого является отставание во времени. Мы хотели бы сказать, что во всех мирах время течет одинаково, и что все реальности синхронизированы друг с другом, однако это не так. По причинам, описанным ниже, каждая отдельная реальность имеет свою собственную историю и свое собственное время. Таким образом, путешествие в другое измерение связано с боковым смещением во времени, а также в пространстве, но это не то же самое, что путешествие назад или вперед по единой временной шкале.

Сколько существует силовых линий и куда они ведут, никто в точности не знает. Неизвестно также, как происходит сам переход. Но один человек знал об этом больше других – это исследователь Артур Флиндерс-Питри, бесстрашный человек, совершивший множество путешествий в другие миры и составивший точную карту своих перемещений. Чтобы он всегда мог найти дорогу домой и не потерять карту, он вытатуировал ее на собственном теле в виде закодированных символов – не самая удачная идея, но весьма действенная. Кроме того, это позволило ему жениться на очаровательной дочери китайского татуировщика Сяньли. Артур поделился со своей новой женой подробностями своих исследований, познакомил ее с тайнами лей-путешествий. Во время одной из таких ранних поездок в Египет случилась трагедия: Сяньли подхватила нильскую лихорадку и умерла.

Некоторое время спустя умер и Артур, и, чтобы его открытия не умерли вместе с ним, с него сняли кожу вместе с картой и бережно хранили; ибо среди многих чудес, с которыми он столкнулся в путешествиях, одно было настолько удивительным, настолько ошеломляющим, что Артур не говорил о нем никому, кроме своих самых близких и дорогих людей. По обстоятельствам, которые еще предстоит объяснить, карту разделили на части и распределили по всему земному шару. Но самой карте, как таковой, это не повредило.

У Флиндерса-Питри есть заклятый враг – лорд Архелей Берли, граф Сазерленд – беспринципный мерзавец, одержимый желанием завладеть картой и всеми ее секретами. Он со своей гнусной командой не собирается останавливаться ни перед чем, чтобы обрести сокровище.

В конце первой книги Кит и Джайлз по вине лорда Берли оказались на волоске от гибели, пребывая в гробнице жреца Анена, в той самой, которая уже унесла жизни старого Козимо и сэра Генри. Вильгельмина, о которой все немного забыли, появилась внезапно, компенсируя странный поступок леди Фейт, перешедшей на сторону врага. Преданность вообще довольно редкий товар, в какой бы реальности человек ни находился.

Итак, напомнив происходящее в первой книге, мы возвращаемся к нашей истории.