Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

Соавторы: Стивен Лоухед
сообщить о нарушении

Текущая страница: 259 (всего у книги 331 страниц)

Глава 21. НАПАДЕНИЕ НА ОСТРОВ

Внутренним взором я видел их: трижды по тридцать воинов, ждущих, пока корабли не подойдут к берегу. Грозная линия темных облаков нависала с востока; ветер развевал плащи. Но вода в защищенной бухте оставалась гладкой, как расплавленный свинец. Я обратил незрячие глаза к небу и увидел чистое голубое пространство, все еще сияющее над головой. Я почувствовал запах дождя в воздухе, а за близкими скалами шумели волны, разбиваясь о берег.

Четыре корабля с квадратным парусным вооружением и крепкими мачтами подошли ближе. Кроваво-красные паруса раздувались на ветру, и тихоходные суда будто неслись навстречу приближающейся буре. Наши лошади, почувствовав близкую грозу, трясли головами и рыли копытами песок. Двое мужчин и четверо мальчишек отведут их обратно в Динас Дур. Там будет ждать лорд Калбха. Лошади не понадобятся там, куда мы направляемся, а если вдруг нас ждет неудача, Калбхе они пригодятся.

На третий день после отъезда из Динас Дура корабли вышли нам навстречу из южного Каледона.

– Три дня пути вдоль хребта приведут вас к здешнему побережью, – наставлял нас Кинан, постукивая по земле палкой, которой только что рисовал очень грубую схему местности. – Вот здесь будут ждать корабли. – Он ткнул палкой в землю. – Четыре корабля – это все, что у нас есть, – добавил он.

– Четырех хватит, – твердо заявил Лью.

– Корабли все равно не смогут взять лошадей.

– Лошади нам не пригодятся, – ответил Лью.

– Нас немного против войска Мелдрина, – сказал Бран. – У него по крайней мере пятьсот человек…

– Если верить нашим наблюдателям, – скептически заметил Калбха, – они не сошлись в счете кораблей.

– Пусть Мелдрин берет с собой сколько хочет людей, – с нажимом произнес Лью, – а мы возьмем столько, сколько у нас есть.

– Но если вам придется выступить против него в бою… – настаивал Калбха. Король протестовал, потому что его решено было оставить присматривать за жителями Динас Дура.

Лью покачал головой.

– Однажды мы обязательно встретим Мелдрина на поле битвы, и тогда померяемся с ним силами. Но не сейчас. Тут важно не число. – Он поднялся, стряхивая пыль с рук. – Жди, Калбха, грядет день возмездия. – На том наш военный совет и завершился.

Кинан немедленно ускакал с четырьмя воинами в Дун Круах на юге, чтобы взять корабли отца. Следующие дни мы провели, готовя оружие и лошадей для поездки к побережью, ожидая дня нашего отъезда и спасая уязвленную гордость лорда Калбхи из-за того, что его не включили в боевой отряд.

Три дня спустя, на рассвете, мы отправились в путь вдоль длинного, гладкого, как стекло, озера через тихую долину. Плотная тьма моей слепоты – время от времени и без предупреждения – освещалась яркими образами окружающего меня мира: люди и лошади, движущиеся по зеленым долинам… серебристый туман, стекающий по склонам с высокого гребня… Яркий солнечный блик на блестящем наконечнике копья… воины в красных плащах с круглыми белыми щитами… сверкающее голубое озеро и синее небо с серыми облачками… сумерки крадутся по небосводу, и звезды горят, как костры, на огромной темной равнине…

А еще я слышал пронзительный крик орлов, парящих на ветру... приглушенный стук копыт лошадей по тропе и легкое позвякивание повода. Я слышал шутки мужчин, запасающихся хорошим настроением перед военными тяготами.

Конечно, план был рискованный, как и любой другой, учитывая наше сложное положение. Единственное наше преимущество, на котором мы строили расчёты, – внезапность. Других шансов поймать Мелдрина мы не видели, потому как если он будет знать, что мы с Лью выжили, станет осторожнее. Один шанс, единственный. Но если все пойдет по плану, нам хватит и одного.

Лью отлично знал остров. Шесть лет под опекой Скаты подготовили его к этой нашей авантюре. Он знал, куда могут незаметно пристать наши корабли; знал, какие холмы и долины обеспечат защиту; знал, как можно атаковать каэр с максимальной эффективностью. Наш план целиком базировался на знаниях Лью в области военной науки. Впрочем, Кинан знал остров не хуже.

Пока мы двигались вдоль хребта, я пытался – как и много раз раньше – заглянуть немного вперед, приподнять завесу будущего, чтобы увидеть, чего можно ждать от встречи с Мелдрином. Ничего я не увидел. Никаких видений, поэтому я оставил это занятие. Знание придет тогда, когда его дарует Дагда, не раньше. Быть по сему!

И вот теперь мы стояли и смотрели, как корабли Кинфарха входят в бухту – одну из множества укромных бухт, выгрызенных морем в скалах северного мыса. «У этого места должно быть название, – подумал я, слушая плеск волн и далекие раскаты грома: – Например, Куан Донеанн, Штормовой залив».

Лью стоял у воды и разговаривал с Браном. Потом он подошел ко мне, и его шаги четко прозвучали на галечном берегу.

– Этот человек нравится мне все больше и больше, Тегид, – сказал он, останавливаясь рядом со мной.

– Он – хороший командир, – ответил я. – Вороны взлетят по его команде, и он поведет их за тобой, куда бы ты ни повелел, брат.

Он не стал возражать.

– Тебе что-нибудь открылось об Инис Скай?

– Пока ничего, – признался я. – Но можешь быть уверен, если что-то будет, я тебе сразу скажу.

– Думаешь, это глупая затея?

– Да, – признался я. – Ну и что? Мы не можем оставаться в стороне, если есть хоть малейший шанс спасти их.

– Надеюсь, еще не поздно, – мрачно пробормотал Лью.

– Что бы тебе хотелось от меня услышать? Поведай мне свои желания, и я это скажу! – Я говорил излишне раздраженно, в основном для того, чтобы преодолеть неуверенность в голосе Лью. Неопределенность, как и сомнение, – это такая форма страха.

– Правду я хочу, – ответил Лью. – Как думаешь, что нас ждет?

– Правды хочешь? Так я тебе скажу правду – не знаю. Пока не прибудем на Скай, не узнаем!

– Поспокойнее, брат, – с обидой сказал Лью. – Я всего лишь спросил.

– Ладно. Я тебе вот что скажу, – сказал я, несколько смягчившись.

– Ты что-то увидел?

– Нет. Но если наш план сработает, пройдет немало времени, прежде чем Мелдрин осмелится еще на кого-нибудь напасть. Так что попытаться стоит.

Над водой прогремел очередной раскат грома, и эхо в утесах многократно повторило его.

– Плавание будет непростое, – проговорил Лью.

– Тем лучше. Никто не ждет, что кого-то понесет навстречу буре.

С пляжа донесся крик.

– Идем, – сказал Лью, – можно подниматься на борт. Нехорошо быть последними.

По самой кромке воды мы направились к кораблю. Лью шел с копьем и щитом, я – со своим посохом. Люди потянулись за нами и вскоре все оказались на борту. Предстояло нелегкое плавание, но ветер тянул свежий, а значит, путь не займет много времени. Море раскачало как следует, паруса выгибались и потрескивали, мачты стонали, острые носы кораблей бестрепетно встречали мощные удары волн. Весь этот день и долгую ночь волнение не стихало.

На рассвете над грифельно-серым морем уже показался серебристо-зеленый мыс Инис Скай. Однако мы не стали сходить на берег, а опустили паруса и стали ждать темноты. Солнце очень медленно двигалось по небу, или нам так казалось. Пока корабли качались на волнах, люди пытались спать или лениво поправлять заточку мечей. Примчалась туча, и только тогда солнце, полускрытое серым облачным плащом, с какими-то лохмотьями по краям, опустилось за край мира, чтобы начать путешествие по нижним приделам. Тьма сгустилась на востоке и быстро растекалась над водой. С острова нас больше нельзя было заметить. Лью подал сигнал, и корабли подняли паруса.

Мы подошли к Инис Скай с запада и зашли в бухту, указанную Лью. Воины спрыгнули за борт и по сильному прибою с трудом выбрались на берег. Стоянка здесь считалась не самой лучшей, поэтому дождавшись окончания высадки, корабли ушли в море. Воины собрались на узком берегу и под водительством Лью начали подниматься по расщелинам, засыпанным камнями. Добравшись до вершины, мы двинулись вглубь суши, чтобы к утру оказаться на намеченной позиции.

Мы довольно быстро шли без факелов, хотя многие спотыкались на неровной тропе в темноте. Лью вел отряд, безошибочно ориентируясь на местности: тремя колоннами мы спешили к назначенному месту, чтобы успеть до восхода солнца.

Неровная тропа сменилась длинным пологим спуском с холма, и лишь шорох раздвигаемой травы выдавал наше движение. Мы прошли ускоренным маршем через холмы, небольшие ручьи, вздыбленную заднюю часть острова и вышли на место вовремя. Пока люди отдыхали в лощине и ждали рассвета, Лью, Кинан, Бран и я поднялись на вершину холма, откуда открывался вид на поселение Скаты: несколько воинских хижин и подсобных строений – кухонь, зернохранилищ и складов – окружали большой зал с высокой крышей.

Я сидел спиной к склону холма, в то время как остальные лежали на животе, наблюдая, как рассвет постепенно освещает местность внизу.

– Он здесь. Мы не ошиблись, – сказал Бран. – На тренировочном дворе полно лошадей. Только что-то многовато. У меня получается около двухсот.

Кинан тихо выругался.

– Высокомерный пес! Давайте возьмем его прямо сейчас.

– Полегче, брат, – остановил его Лью. – Сначала Ската и остальные.

– Но он же ничего не подозревает, а мы готовы сражаться. И бежать ему некуда. Людей с ним столько, сколько есть, и больше не будет. Говорю же: надо атаковать! Сейчас мы можем победить.

– Не победить, а погибнуть, – холодно произнес Лью. – Сам подумай, Кинан, их в пять раз больше. Они просто задавят нас числом.

– Лучшего шанса у нас не будет, – проворчал Кинан.

– Послушай, – сказал Лью, – я презираю Мелдрина так же, как любого из его отряда. Но если нас убьют здесь по нашей глупости, сотни людей в Динас Дуре не дождутся нашего возвращения. У нас есть цель, вот ее и будем придерживаться. Согласен?

Кинан неохотно кивнул.

– А что, если их уже убили?

– Я не вижу признаков битвы, – сообщил Бран. – Не похоже, чтобы здесь сражались.

– Он мог убить их и без боя, – заметил Кинан. – С него станется.

Я перекатился на бок и присоединился к остальным.

– Мелдрин пришел сюда за чем-то, – предположил я. – И если он еще здесь, значит, не нашел того, что ищет.

– Тогда мы не опоздали, – вслух подумал Кинан. Я слышал, как он шевельнулся на земле. – Лью, мы теперь… Лью?

Лью не ответил. Я услышал шорох рядом со мной и быстрые легкие шаги. Мысленно я увидел, как Лью встал и шагнул к вершине холма, сжимая копье левой рукой. Он поднял копье над головой. Красно-золотое сияние рассвета залило его сиянием, словно Героя Света. Мгновение он стоял неподвижно, потом повернулся и медленно пошел вниз по склону холма к отряду. Я встал и пошел рядом.

– О чем думаешь, брат? – спросил я. Он прижался лбом к древку копья. – Лью?

– Я думаю, что сегодня смогу встретиться со своим приятелем, – ответил он. – Саймон… Сион – когда-то был моим другом, самым близким товарищем – мы вместе ели, жили вместе… Никак не ожидал, что дойдет до такого. Я тебе правду говорю, Тегид. Вот не понимаю, и все!

– Ничего плохого нет в том, чтобы оплакивать потерю друга, – постарался я его успокоить. – Но подумай вот о чем. Этих людей там, внизу, жадность сделала злыми. Их беззаконие запятнало весь Альбион кровью невинных. Они их убили. Зло, которое они совершили, сделало их мерзкими, их необходимо остановить. Сегодня мы положим этому конец. Но справиться с таким злом будет нелегко. Потребуется время.

Лью мягко ответил:

– Я знаю… и меня тошнит от этого. Словно меня ножом в живот ударили, Тегид. Саймон был моим другом!

– Ты можешь оплакивать дружбу, но только не Сиона Хая. Вспомни, он с самого начала был против тебя. Он о тебе не думал. Он о себе думал. Он и Мелдрин – два бешеных зверя, их просто необходимо уничтожить.

Я услышал шаги позади. Шел Кинан. Лью выпрямился.

– Время, – напомнил Кинан. – Корабли скоро войдут в залив. Надо приготовиться.

– Иди к своим людям, – сказал я ему. – Мы скоро присоединимся к вам.

– Времени нет…

– Еще минуту, Кинан. Пожалуйста.

– Хорошо. – Кинан кивнул и отошел.

– Эй, ты о чем-то подумал? – спросил Лью, когда он ушел.

– Да. О Поющих Камнях.

– И что?

– Если Мелдрин взял их с собой, мы должны попытаться вернуть их. Меня тошнит от того, что Мелдрин владеет Песнью Альбиона и пользуется ей, как дубиной. Надо вернуть камни и установить их в Динас Дуре. И охранять.

Прежде чем Лью успел ответить, Бран с вершины холма крикнул:

– Они идут!

– Нам пора, Тегид. – Он хотел отвернуться, но я протянул руку и удержал его за рукав сиарка. – Что такое? – нетерпеливо спросил он.

– Поющие Камни, – настойчиво повторил я. – Надо их вернуть.

– Да-да, – поспешно согласился он, – обязательно вернем… если получится. Но если нам удастся то, что задумали, мы не станем ввязываться в бой с Мелдрином. Тогда – извини. Да может он еще и не взял их с собой.

– Они всегда при нем.

– Откуда ты знаешь?

– Мне достаточно того, что я знаю Мелдрина.

– Послушай, Тегид, сейчас не время об этом. Сказал бы раньше. Надо идти. Корабли входят в бухту.

– А если Поющие Камни на Инис Скай?

– Тогда постараемся забрать их… если сможем, – пообещал Лью. – Ну, ты доволен?

– Хорошо, – смягчился я, и мы поспешили присоединиться к остальным.

Отряд был разделен на две части: одна под командой Кинана, а другая следовала за Браном.

Мы с Лью должны были идти с Браном в селение, а Кинан поведёт своих людей в бухту под крепостью Скаты.

По знаку Брана мы двинулись в путь. Лью знал, до какого расстояния мы можем подойти незамеченными. Большую часть пути нас прикрывали холмы за каером, а ближе к жилищам располагались поля, где уже высоко поднялся ячмень, там тоже можно было пройти незаметно.

Мы шли молча. Толстый влажный дерн хорошо глушил шаги, а дальше мы и вовсе поползли вниз по склону холма к ячменному полю. По нему пришлось идти практически на корточках, согнув спины. Вокруг шуршали стебли.

Здесь стоял сильный запах сырой земли и сухого зерна; мы чутко вслушивались в звуки. Однако никто не подавал сигналов тревоги, и мы затаились на краю поля и стали ждать.

Корабли не подвели. На каждом оставалось лишь по два человека команды. Они обогнули восточный мыс и направились к южной бухте, считавшейся единственной гаванью Инис Скай. Сейчас корабли входили в бухту, их паруса были черными в утреннем свете, а над бортами вздымался лес копий. Часовые Мелдрина не могут их не заметить, а заметив, поднимут тревогу.

Глава 22 ДЕРЗКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Сначала мы услышали крики – приглушенные и неразборчивые. Это первый из наблюдателей заметил наши корабли, и предупреждал товарищей. Ему ответили. Наша операция началась.

Большая часть отряда Мелдрина расположилась лагерем за пределами зала, так что реакция последовала незамедлительно. Послышался шум. Люди разбирали мечи, копья и щиты, затем я услышал топот множества ног, когда воины помчались берегу. Из домов выскакивали люди, спеша присоединиться к своим собратьям по мечу.

– Надеюсь, мы не ошиблись в оценке тщеславия Мелдрина, – прошептал Лью.

– Знаешь, в этом трудно ошибиться, – ответил я. – Слушай!

Заревел каринкс.

– Так, так, продолжай, Мелдрин. Пора начинать.

Притаившись в поле, мы ждали. Боевой рог прозвучал снова, и звук разнесся по холмам вокруг нас. Ему ответили ржание лошадей и возбужденные крики людей. Мой внутренний взор ожил, и я увидел множество взволнованных людей, снующих во дворе рядом с залом Скаты. Развевались плащи, сверкало оружие. Люди бежали к лошадям.

– Ты его видишь? – спросил я.

– Нет, – ответил Лью, быстро взглянув на меня. – А ты?

– Нет. Мелдрина среди не вижу. – Я покачал головой.

Всадники столпились во дворе. Каринкс еще раз издал свой ужасный рев, и я услышал глухой стук копыт лошадей, удалявшийся от каэра.

Этого мы и ждали. По безмолвному сигналу Брана Найл выскочил из стеблей ячменя и перебежал к зернохранилищу. Постоял, прислушиваясь, а затем исчез за углом склада. Мгновение спустя он появился снова и жестом позвал нас.

Группами по три-четыре человека мы пересекали открытую местность между полем и складом. Двор был пуст, воинов не было видно.

Бран снова подал знак, и мгновение спустя мы уже мчались через пустой двор в зал. Бран и Найл первыми забрались на стену, Лью и я – последними. Мы нырнули за ближний угол зала и встретились с теми, кто шел впереди.

Они стояли неподвижно и смотрели на что-то.

– Что там? Почему встали? – Лью проложил дорогу в первый ряд.

Я следовал за Лью сзади; он подошел к Брану и, как и все остальные, застыл как вкопанный. Я протянул руку и схватил его за плечо. Он полуобернулся ко мне, его лицо исказило отвращение.

– Лью?

Мой внутренний взор переключился на то, что видел Лью: там стоял ряд копий, наполовину вбитых в землю; а на острие каждого копья – голова мальчика. Мелдрин убил воинов-мабиноги из школы Скаты и выставил их головы перед залом – отвратительная насмешка над местом собрания воинов. На головах сидели чайки, и выклеванные пустые глазницы осуждающе смотрели на нас.

Лью отвернулся и двинулся к двери. Но Бран поймал его за руку и остановил. Он махнул рукой своим Воронам и быстро вошел в зал, высоко подняв щит.

Вороны втянулись в зал за Браном, стараясь не мешать друг другу и приготовившись к отпору. Мелдрина внутри не оказалось, только два воина, которым хватило двух быстрых ударов копья. Нашим глазам открылся пленник, которого они охраняли. Опустив копье, Лью встал на колени возле обнаженного тела, лежащего на окровавленном полу.

– Бору?

Я удивился. Мне казалось, что лежащий мертв, но он открыл глаза; на его губах появилась слабая улыбка.

– Ллев… – Голос был хриплым и едва слышным. – Ты пришел…

– Он жив. Принесите воды, – приказал я, и Найл выскочил за дверь.

Я опустился на колени рядом с Лью. Бран перерезал кожаные ремни, стягивающие руки и ноги мужчины. Его связали и пытали. С живота, бедер и спины были срезаны длинные полосы кожи с мясом. Волосы опалены, похоже, его совали головой в огонь. Одна сторона тела была и вовсе обуглена.

– Бору, говори, если можешь, – попросил Лью. – У нас не так много времени до возвращения Мелдрина. Где Ската?

Мужчина изо всех сил пытался говорить, но у него не получалось. Вернулся с чашей воды Найл.

– Выведи людей наружу и жди нас там, – приказал Лью и снова наклонился над Бору.

Бран осторожно поднял голову пленника, а Лью наклонил чашу. Несчастный Бору сделал глоток и поперхнулся. Когда спазм прошел, Бран еще раз попробовал напоить его.

– Ската… она… – Он зашелся в кашле.

– Да, Ската, – потребовал Лью. – Где она, Бору?

– … Я знал, что ты вернешься… – Бору попытался улыбнуться, но получилась гримаса. Из потрескавшихся губ показался черный язык. Лью смочил пальцы и провел по языку Бору.

– Где Ската? Где ее дочери? Бору, ты знаешь, где они?

Веки Бору затрепетали, и его измученное тело содрогнулось. Он неожиданно вздохнул так глубоко, что мне показалось, будто его душа отлетела. Но Лью удерживал его в этом мире. Он наклонился ниже и раздельно произнес:

– Только ты знаешь, где они. Бору, скажи: Ската жива?

Веки несчастного с трудом открылись, глаза яростно сверкнули.

– Ллев… Ты здесь…

– Бору, где Ската и ее дочери? Они здесь? Они живы?

Бору напрягся, пытаясь что-то произнести.

– Пещеры… морские пещеры… – прохрипел он, и я подумал, что этот голос исходит уже из-за пределов жизни. Едва выговорив это, Бору закатил глаза, тело его расслабилось, он уже не в силах был держаться за жизнь, и она покинула его.

– Отдохни, брат, – тихо произнес Лью и осторожно опустил обгоревшую и разбитую голову Бору на пол.

– Морские пещеры, – сказал Бран. – Ты знаешь, где это?

– Да. На западной стороне острова есть пещеры. Мы там бывали… иногда.

– Далеко?

– Нет, – сказал Лью, – но нам понадобятся лошади, чтобы добраться туда до возвращения Мелдрина.

Бран встал, быстро осмотрел зал и вернулся с пепельным лицом.

Лью посмотрел на него.

– Что ты нашел?

В ответ тот поманил нас за собой. Он привел нас в покои Скаты в дальнем конце зала. Гован лежала на кровати на овчинной шкуре, обрывки платья прикрывали бедра. Ее долго насиловали; а когда захватчики устали от этого развлечения, ей просто перерезали горло. Голова мертвой склонилась набок, стеклянные глаза смотрели вверх.

Лью застонал и прижался ко моему плечу.

– Тело холодное, – тихо сказал Бран. – Она умерла до того, как мы пришли.

Лью двинулся вперед. Я схватил его за руку и удержал.

– Нет времени. Спасём живых, если сможем.

Он высвободил руку и подошел к кровати. Выпрямил ноги Гован, сначала правую, затем левую, опустил платье, прикрыв их. Сложил руки на груди, нежно поправил голову и концами пальцев закрыл ей глаза. Постоял, глядя на нее сверху вниз, а когда снова отошел, она выглядела так, словно спала, если бы не кровь и жестокая рана на шее.

Не говоря больше ни слова, Лью вышел из комнаты и направился к выходу из зала. Бран перехватил его на пороге.

– Одному будет сподручнее, – тихо сказал он. – Я пойду.

– Ты не знаешь, где находятся пещеры, – сказал Лью. – Пойдем вместе. – Он повернулся к Найлу. – Отведи людей обратно на пляж и ждите корабли. Мы найдем вас там.

– Как ты собираешься их искать? – спросил я. – Корабли с копьями пошли в бухту отвлекать воинов от зала. Люди Мелдрина готовятся к бою, чтобы не допустить высадки десанта. По плану корабли должны уйти и продолжить путь вдоль берега, якобы подыскивая подходящее место для высадки воинов. Мы надеялись, что Мелдрин бросится в погоню, и это даст нам время спасти пленников. Отряд Кинана должен ждать в засаде, пока враг не уйдет, а потом уничтожить корабли Мелдрина. После выполнения задач оба отряда должны вернуться в бухту, где мы сошли на берег; туда же придут корабли, обойдя остров.

А что теперь? Мелдрин уйдет из залива, как и планировалось, но Лью придется идти туда же, чтобы найти Скату и ее дочерей. Незаметно их не спасешь, а рисковать обнаружить себя мы не могли.

– Ты не сможешь пересечь остров днем – это слишком опасно и путь неблизкий.

– Другого выхода нет! – рявкнул Лью, выходя во двор. Он взглянул на залив и дым, поднимающийся над пляжем – это Кинан поджигал флот Мелдрина. – Надо остановить Кинана.

Мы побежали к скалам над заливом. Шесть кораблей низко сидели в воде, их паруса и корпуса горели. Кинан и его люди ушли; они выполнили свою часть задачи.

– Поздно, – вздохнул Лью. – Мы могли взять один из этих кораблей.

– Иди к пещерам и оставайся там. В сумерках мы пришлем за вами корабль.

Бран и Лью отправились на запад. Я обратился к Воронам.

– Найл, веди людей в бухту и дождись кораблей, – сказал я им. – А вы – Гаранау, Эмир, Алан и Дастун – пойдете со мной.

Найл и воины ушли, а оставшиеся Вороны пошли за мной обратно в зал.

Гаранау и Дастун подняли избитое тело Бору. Я снял плащ и расстелил его на полу. Эмир и Алан завернули в него тело. Пока Бору выносили из зала, я отвел Эмира и Алана в покои Скаты. Там мы завернули тело Гован в шкуру с постели и вынесли скорбную ношу в поле. На холме над каэром Вороны мечами вырыли неглубокую могилу. Мы положили тела рядом и быстро замаскировали место захоронения.

Я взглянул в сторону бухты, но ее отсюда не было видно. И никаких признаков отряда Мелдрина. Я повернулся к холмам, по которым скользили тени облаков; это хорошо, не так заметны наши передвижения. Но это был последний проблеск моего внутреннего зрения. Тьма погасила все образы.

Мы вернулись через холмы и вниз по скалам к небольшой каменистой бухте, где сошли на берег на рассвете, и присоединились к остальной части отряда. Оставалось ждать.

Дастун нашел сухой камень, и мы уселись на него вместе.

– Пора бы Кинану быть, – сказал Дастун через некоторое время. Он встал и стал нетерпеливо расхаживать по берегу.

Задувал свежий ветер с моря, волны шумели и бились о скалы. Мы ждали. Дастун вернулся и встал надо мной.

– Что-то не так, – сказал он. – Они должны были прийти давным-давно.

При этих словах у меня в голове возник образ: корабль, медленно идущий вдоль скалистого берега. В тот же миг с берега послышался крик:

– Корабль! Корабль подходит!

Дастун бросился к воде, но пробежал лишь несколько шагов и тут же вернулся.

– Это корабль Мелдрина, – сказал он.

Я пытался удержать образ корабля, но он исчез, прежде чем я смог рассмотреть его как следует. Воины на пляже приготовились к бою, когда стало ясно, что корабль идет в бухту. Взяв посох, я встал и подозвал к себе Дастуна.

– Расскажи, что ты видишь, – попросил я, но пока говорил, воинственные крики сменились приветственными.

– Это Кинан! – закричал кто-то.

– Точно. Кинан, – подтвердил Дастун. – Вот оно как! Он захватил один из кораблей Мелдрина. От воды послышался еще один крик:

– Еще один корабль! Он взял два!

– Пусть люди немедленно поднимутся на борт, – сказал я ему. – И побыстрее! Может, мы и правда спасем хоть кого-нибудь.

Дастун передал людям мой приказ, затем взял меня за руку и повел к ближайшему кораблю; помог мне перелезть через борт и приказал кораблю немедленно выходить в море. Пока он садился сам, корабль успел развернуться, направлялись к глубокой воде. На борту нас встретил Кинан

– Где Лью?

– Пошел искать Скату, – ответил я и рассказал о том, что мы нашли в зале. Среди убитых в школе Скаты были ребята из его собственного клана.

– Убью эту тварь! – поклялся Кинан, когда я закончил. – Вырву его черное сердце своими руками.

– Расскажи, что было в бухте?

– Все прошло замечательно, – ответил Кинан. – Корабли стояли близко – восемь штук; я взял парочку, самых лучших. Оставалось подождать, пока наши корабли начнут огибать остров и Мелдрин отправится в погоню. Мы проломили корпуса и подожгли паруса. – Он хлопнул рукой по фальшборту. – Кроме этих. Они крупнее и быстрее любого из наших. Я не мог удержаться и взял их.

– И правда, пока все хорошо, – сказал я и объяснил, куда ушли Лью с Браном.

Выслушав меня, Кинан приказал рулевому править к западной оконечности острова. – Бешеный Пес проглотил наживку, – сказал он, поворачиваясь ко мне. – Надеюсь, он будет так спешить, что не догадается оглянуться.

– А если оглянется?

– Что ж, – ухмыльнулся Кинан, – увидит только два своих корабля, преследующих врага. А когда поймет, что не отдавал приказ пускаться в погоню, он нас уже не достанет.

Если короткое путешествие вдоль побережья до залива под каэром Скаты показалось мне долгим, то путь до западной оконечности Инис Скай показался вечным. С каждым мгновением мое беспокойство росло. Чем ближе мы подходили, тем больше я беспокоился. Я лихорадочно пытался понять, что меня волнует, но так и не понял. От этого настроение и без того довольно мрачное, испортилось окончательно.

Крик Дастуна привел меня в себя.

– Вон там! Я их вижу! – крикнул он с мачты. – Ллев! Я его вижу!

Крик Ворона рассеял тьму, и ко мне вернулось внутреннее зрение. Дастун одной рукой держался за ванты, а второй отчаянно размахивал. Я повернулся к земле и осмотрел береговую линию, словно и впрямь мог видеть. Морские скалы здесь были изрезаны маленькими коварными бухтами. Некоторые из них представляли собой не более чем дырки в скале, другие, побольше, походили на пещеры, достаточно большие, чтобы в них можно было спрятать лодку. К нам, по пояс в воде шел Лью и нес на руках Гэвин. За ним шел Бран, а последней боролась с отливом Ската.

Не успели собравшиеся на борту разразиться приветственными криками, как на скале вверху появилась линия вражеских воинов. Некоторые из них начали спускаться, а те, что остались, принялись метать копья в троих людей, бредущих по воде.

– Ближе! – страшным голосом гаркнул Кинан. Рулевой что-то ответил, но я не расслышал. Кинан мотнуло головой. – Ближе! – приказал он, стукнув по фальшборту.

Копья с вершин скал упали в море. Кинан перегнулся через перила и закричал:

– Плавите! Плывите если хотите жить!

Копья стали падать чаще. Первые враги уже спустились и бросились в воду. Воины на борту корабля кричали Лью и Брану, подбадривая их. Лью, прижимавший к себе Гэвин, споткнулся и упал, но тут же встал и перехватил Гэвин покрепче.

– Так они никогда не доберутся! – крикнул Кинан, и в этот момент раздался треск, корабль накренился. Киль ударился о подводный камень. Воины тут же переместились на другой борт, и длинными шестами уперлись в дно, пытаясь удержать судно от столкновения со скалами. Заметив нашу беду, люди на скалах разразились злорадными криками. Опять полетели копья. Теперь они падали уже недалеко от борта.

Кинан прыгнул в воду. Вороны нырнули почти сразу же вслед за ним. Найл, рослый воин, добрался до беглецов первым и помог Лью донести Гэвин до корабля. Остальные вслед за Кинаном бросились навстречу врагам. Бран подтолкнул Скату к борту и тоже развернулся.

Лью и Найл добрались до корабля, и моряки быстро подняли Гэвин. Следом за ней на палубу ступил Лью. Я поспешил к нему. Лью стоял на коленях рядом с девушкой.

К счастью, Гэвин была просто в обмороке. Она мокрой кучей лежала на палубе, но дышала плохо, прерывисто. Одна сторона ее лица опухла; на горле виднелись красные рубцы, а руки и ладони покрывали царапины, словно она пробиралась сквозь терновник.

Ската тоже добралась до корабля, протянула руки и ее вздернули на борт. Ее руки тоже были в царапинах, но других повреждений я не заметил. Она опустилась на колени рядом с Лью. Кто-то протянул ей плащ. Она развернула его и набросила на дочь.

– Иди, – сказала она Лью, – я за ней присмотрю.

Он встал и повернулся ко мне. Прежде чем он успел что-то сказать, со скал наверху послышался громкий рев карникса.

– Мелдрин! – крикнул кто-то. Это и в самом деле был он. Увидев корабли, он прекратил преследовать ложные цели и вернулся. Один быстрый взгляд сказал ему все. Боевой рог прозвучал снова, и сотня воинов начала спускаться со скал.

– Поверните корабль! – крикнул Лью.

Люди навалились на шесты, и нос корабля медленно стал разворачиваться в сторону моря.

Кинан и Вороны вступили в бой. Эхо от стычки шарахалось между скал. Перед моим внутренним взором проносились образы: солнечный свет сверкает на выступе щита, на лезвии меча; кровь окрашивает морскую воду; безвольно раскинувшиеся тела качаются в волнах, белая пена окутывают ноги сражающихся…

Враги бесновались на вершине скалы. Белые чайки кричали, носясь в голубом просторе. Найл призвал воинов прекратить атаку. Эмир протрубил в каринкс, а Кинан поднял меч и повернул обратно к кораблю. Несколько мгновений спустя люди на борту перегнулись через перила и вытащили своих товарищей из моря.

Перед моим внутренним взором явился всадник, исходящий черной яростью: Мелдрин скрежетал зубами, понимая, что лишился кораблей, поддался на обман, а теперь еще враги уходили. Но я видел и еще кое-что. Сион Хай ловко сидел в седле. Он, как и Мелдрин, наблюдал, как наши корабли уходят в море. Но в отличие от Мелдрина он не злился; он улыбался. И улыбка на его губах была очень холодной и жестокой. Я видел, как он наклонился вперед и что-то сказал Мелдрину. Тот повернулся и внимательно посмотрел на Сиона.