Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

Глава 31

Мы стояли, вглядываясь в темноту, огонь за нашими спинами отбрасывал длинные тени, выстраивая перед нами армию пляшущих фантомов. Затаив дыхание, мы ждали.

Деревья по краю поляны начали раскачиваться, словно во время урагана, но воздух оставался неподвижным. Я услышал низкий скрежещущий звук, и деревья расступились, словно отведенные гигантской рукой.

Горящий дуб позади нас издал ужасный треск, разбрасывая вокруг искры и куски пылающего дерева. Огонь за нашими спинами взметнулся еще выше; наши тени мелькали и танцевали на темной поляне. Среди расступившихся деревьев, там, где лес подходил к берегу ручья, появилась фигура одинокого воина на коне.

– Смотрите! – крикнул кто-то, и краем глаза я заметил движение, видимо, говорящий хотел протянуть руку и указать на приближающегося всадника.

– Не разрывать круг! – страшным голосом призвал Мирддин Эмрис. – Бог есть жизнь, и никакая злая смерть нам не грозит!

Всадник неторопливо приближался. Темный щит у него на плече поблескивал полированным железным ободком; сверкал отточенный наконечник длинного копья, а меч на бедре казался тускло-красным. Черная одежда воина и плащ с капюшоном, опущенным на лицо, не позволяли понять, кто к нам пожаловал. Складки плаща покрывали холку и бока коня. Казалось, он плывет по воздуху.

Темный всадник приблизился к нам на расстояние копья. И тут Эмрис приказал:

– Стой! Быстрая Верная Рука ведет нас. Зло не властно над нами. Ступай прочь!

Всадник не ответил. Он сидел, глядя на нас, а его конь нетерпеливо рыл копытом землю.

– Возвращайся в ад, откуда пришел, – снова закричал Мирддин. – Ты не можешь повредить нам.

В ответ воин передвинул щит на грудь и, чуть шевельнув поводьями, развернул коня и пустил его по кругу. Он сделал один круг, потом еще и еще, медленно набирая скорость с каждым проходом. К шестому или седьмому кругу лошадь шла легким галопом.

Копыта его скакуна стучали по земле в зловещем ритме, похожем на нарастающий бой барабана. Галоп ускорился, стук копыт стал быстрее.

Странные черные полосы плаща, свисающие с боков лошади, шелестели, как крылья. Я слышал дыхание его лошади, перемежающееся фырканьем и мерными вздохами. Плащ воина развевался за спиной, капюшон соскользнул с его головы, открывая хорошо знакомое лицо.

– Лленллеуг! – Это вскрикнул от удивления Артур. Он еще раз окликнул нашего героя. К нему присоединились другие голоса; я тоже закричал, надеясь сбить воина с ритма. Но он, не обращая внимания на наши крики, разогнал своего скакуна и опустил копье.

– Приказываю стоять! – крикнул Артур. – Не разрывать круг!

Король еще не успел закончить, а всадник дернул повод и повернул по касательной к нашему кругу справа от меня. Копье качнулось над шеей лошади и выровнялось. Кимброги, держась за руки, криками пытались сбить животное с шага. Они приготовились к смертельному удару. Атака оказалась ложной. Всадник отклонился назад и снова повернул коня.

– Быстрая Верная Рука с нами! – крикнул Мирддин.

Лленллеуг снова направил коня на круг воинов, атакуя на этот раз под еще более острым углом. И снова кимброги попытались криками отпугнуть лошадь. Непонятно, то ли это им удалось, то ли Лленллеуг сам развернул коня.

– Лленллеуг! – выкрикнул король. – Я здесь! Ко мне!

Но ирландец и на этот раз не реагировал. Он смотрел перед собой мертвыми пустыми глазами.

Третью атаку он нацелил точно в центр круга. В мятущемся свете огня я увидел, что копье направлено на меня. На этот раз он атаковал под прямым углом к линии воинов. Похоже, решил, что так прорваться будет проще.

– Боже, помоги нам, – выдохнул я, крепче сжимая руку Риса.

Копыта черного рвали и выбрасывали дерн по мере того, как он набирал скорость. Я уже почти чувствовал, как наконечник копья вонзается в мою плоть, ломая кости, когда я упаду под сокрушительные копыта. Я приготовился к удару.

Лленллеуг опять ушел в сторону, почти коснувшись нашего ряда. Я даже слышал, как лезвие копья рассекает воздух. Но именно в тот момент, когда копье должно было пронзить мою грудь и сбить меня с ног, древко повернулось, и лошадь пронеслась мимо меня – так близко, что я почувствовал жар животного. Наша линия стояла, и кимброги радостно закричали.

Лленллеуг не остановился, а я понял, что этот этап испытания окончен. Следующая атака будет серьезнее; человек, которого наметит ирландец, умрет, и круг будет разорван.

А Лленллеуг с прямой спиной, с расправленными плечами, продолжал скакать по кругу, не обращая внимания на насмешки бывших друзей. На последнем проходе он начал атаку. Лошадь рванулась вперед, копыта стучали по земле. Копье качнулось и замерло, найдя цель, и я увидел, кого он выбрал. Копье было нацелено на Артура.

– Стоять! – прокричал король, а смертоносный наконечник стремительно приближался к нему. – Держать строй!

Кимброги, изо всех сил пытавшиеся помочь своему королю, мучились от беспомощности. Каждый из них страстно желал занять место Пендрагона в строю, но не мог даже поднять руку или сделать шаг. Они получили приказ. Драконам оставалось лишь осыпать нападавшего оскорбительными выкриками, называя предателем.

Я не мог представить, что копье вот-вот пронзит моего господина и друга, и не мог отвести взгляд. Как и все остальные, я беспомощно наблюдал, как близится миг смертельного удара. Я кричал в тщетной попытке помешать копью поразить цель.

Молчаливый черный всадник неумолимо приближался. Воины напряглись, понимая отчаянность момента.

– Стоять! – в последний раз крикнул Артур.

Именно от его крика разгоряченная лошадь споткнулась, передние ноги заплелись. Скорость и вес животного несли его вперед, круп взлетел вверх и лошадь полетела на землю, отчаянно брыкаясь задними ногами. Всадник вылетел из седла.

Лленллеуг упал головой вперед и распластался на земле. Копье глубоко вонзилось в палую листву в двух шагах от ног Артура, древко его чуть подрагивало.

Линия не порвалась. Драконы громко славили избавление короля от смертельной опасности. Мы бы тут же разорвали Лленллеуга на части, но нам помешал Мирддин.

– Не сметь! – приказал он почти так же сурово, как Артур. – Не разрывать круг! Царь Небесный хранит нас!

Удивительно, но после такого удара Лленллеуг почти мгновенно вскочил на ноги. Он уже обнажил меч, и я сразу узнал его. Еще бы мне не узнать! За последние семь лет я столько раз видел этот меч в деле! Это был Каледвэлч, знаменитый меч Пендрагона: последнее доказательство, если в нем еще была нужда, гнусного предательства Лленллеуга.

Предатель обеими руками поднял меч над головой… но этим все и кончилось. Видимо, удар о землю все же не прошел для него бесследно. Ноги ирландца подогнулись, он споткнулся, рухнул на колени, а затем упал на бок, словно его ударили по голове.

Над поляной прогремел гром. Еще трое всадников мчались к нам из ночной темноты. Как и Лленллеуг, все они были в черном с головы до пят, в плащах с капюшонами. Незнакомцы подскакали к лежащему на земле Лленллеугу. Первый остался в седле с копьем наизготовку, а двое его товарищей спешились, подняли раненого Лленллеуга и быстро усадили на ближайшую лошадь. Один из них вскочил в седло позади ирландца, другой снял повод с лошади Лленллеуга, которая, похоже, сломала себе шею, сел на своего коня и развернулся к лесу. Вся троица, не говоря ни слова, быстро растворилась во тьме, провожаемая градом насмешек и обидных криков драконов.

Кимброги рвались преследовать черных, но Мирддин, снова обретший силу Истинного Барда, удерживал нас на месте, призывая стоять в кругу Божьей обороны.

– Если сейчас нарушить священный круг, все рухнет! – жестко объяснил он.

Но как же обидно было смотреть, как враги уходят! Ни одно копье не полетело им вслед. Они беспрепятственно достигли ручья и скрылись в темноте. Туда уже не достигал свет горящего дуба. Я слышал, как копыта черных лошадей плескали по воде. И тут на поляне резко посветлело.

Возможно, летящие искры от горящего дуба подожгли сухой зимний лес и он некоторое время тлел, пока мы следили за атакой черных. А может, его подожгло что-то иное. Не знаю. Знаю лишь, что черные всадники перебрались через ручей и тут перед ними встала стена пламени. С ревом, подобным сильному ветру, огонь охватывал дерево за деревом. Но вражеские воины без колебаний проскакали через огненную завесу и исчезли по другую сторону. Только после этого Мирддин разрешил нам разорвать кольцо. Пендрагон призвал всех к себе, сказал. что доволен нашей доблестью и приказал начать преследование. Пока готовили лошадей, он повернулся к Эмрису и сказал:

– Мирддин, ты видел, у него мой Каледвэлч! Этот пес замахнулся на меня моим же мечом! Господи, помилуй, клянусь отсечь предателю его дурную голову этим клинком!

Сухое дерево отлично горело. Вот только тропа, по которой умчались вражеские всадники, теперь стала непроходимой. К тому времени, как мы сели на коней, огонь оставил нам узенькую щель, через нее мы и смогли выбраться.

Пендрагон в последний раз отсалютовал мертвым, оставленным на поляне. Подняв копье, он воскликнул: «Во имя Господа, сотворившего меня королем, я не успокоюсь, пока не взыщу долг кровью. За смерть отвечают смертью. Я, Артур Пендрагон, клянусь отомстить!

Мирддин нахмурился, но ничего не сказал. Многие кимброги поклялись вслед за королем. Артур возглавил отряд. На то, чтобы строиться, времени уже не оставалось, и все равно мы не успели пересечь ручей. Дорогу преградило пламя.

Быстрый взгляд назад подтвердил то, о чем я догадывался: мы оказались в огненном кольце. Клубы дыма катились по поляне, словно облака, павшие на землю. Порывы жара обдавали нас со всех сторон. Звук, похожий на непрерывный гром, наполнил ночь, и мы погнали лошадей во всю прыть.

Артур с ходу въехал в ручей, соскочил с коня, опустился на колени и окунулся в воду. Нам он приказал сделать то же самое. Горячий дым обжигал лошадям ноздри, они шарахались от огня.

Король накинул мокрый плащ на голову коня.

– Делай, как я! – приказал он и потащил испуганное животное за собой.

Нам оставалось только следовать за ним. Я тоже накинул мокрый плащ на голову своего коня и, бормоча ласковые слова благородному зверю, перевел его вброд через ручей, стараясь поднять как можно больше брызг. Артур на другом берегу поторапливал нас, а потом повел прямо через огонь.

Глава 32

Моргауза умеет держать пленников. Скоро Артур присоединился к своей неряхе-королеве; Рис, этот королевский прихвостень, получит свои цепи, и тщеславный бард Мерлин поймет, что такое чары истинного колдуна. Гвенвифар могла бы оказаться полезной. У нее достаточно мужества и хитрости, но ее настроили против меня, а потом она принялась настраивать и всех остальных. Так что Гвенвифар ждет гибель, как и всех остальных. Эта шлюха признавалась, что больше жизни любит своего Артура, но даже не подумала, когда прыгнула к нему в постель, что именно она приведет его к гибели. Она все еще надеется спасти Грааль и своего недотепу-мужа. А на деле она лишь ускоряет его конец.

Они такие доверчивые! И вправду верят, что будут спасены, уповают на их бога! Может, думают, что небо разверзнется, и их жалкий Иисус спустится к ним на облаке, чтобы вознести их на небеса, где они навеки пребудут в безопасности?

Ах, какое разочарование их ждет! Ужасная правда так врезала им по зубам, что словами не передать. Их отчаяние будет радовать меня еще долгие века. Эта погоня доставляла мне истинное удовольствие. Даже жаль, что она подходит к концу. Но теперь осталось лишь выжать из моих жалких противников последние капли мучений, страха и боли. Конец близится.

Моргауза предложила для их уничтожения использовать Грааль. Хорошая идея! Например, можно устроить им последнюю Тайную вечерю, принять последнее причастие, пустив чашу по кругу. Ничего не стоит добавить туда такой яд, от которого мучаются долго, иногда по нескольку дней. Это же чудесно – наблюдать за тем, как они корчатся, а потом вздрагивают в последний раз, проклиная своего бесполезного бога! Я уже слышу голоса умирающих, как они вопят, осознав неотвратимость и окончательность могилы, лишенные последней надежды! Такой конец – вещь редкой красоты. Абсолютный ужас – что может с ним сравниться? Ладно, это потом.

Пока мне их смерть не нужна. Пока они даже не в агонии, которую я для них приготовила. Задача номер один – довести их до отчаяния. Пусть проклинают небеса за то, что дали им жизнь, а потом оставили на муки. Буду изводить их постепенно, отбирая одну надежду за другой, пока не останется ничего, кроме невыносимой тишины могилы… бесконечной… вечной…

Кругом царил хаос. Дым, огонь и тьма. Люди кричали, бросая вызов огню. Обожженные лошади визжали и бились, отчаянно пытаясь спастись. Мы тащили перепуганных животных сквозь густые заросли и стену огня.

Уворачиваясь от горящих ветвей, мы пытались вырваться из зоны, охваченной огнем. Нам удалось пройти через пламя. Мы снова оказались где-то в лесной чаще, толком так и не пришедшие в себя после демонического нападения и страшного огненного бедствия. Я покричал, чтобы понять, где находятся остальные члены отряда.

И тут лес показал свою злобную сущность. Казалось, собрать отряд просто, но вскоре я понял, что у нас начались новые сложности. Прорываясь сквозь огонь, мы напрочь потеряли направление движения. Я совершенно не представлял, где оказался и куда мне идти.

Я слышал крик, торопился на звук, но тот же крик раздавался уже дальше, и с другого направления. Где-то неподалеку кричали двое мужчин. Вряд ли дальше пятидесяти шагов. Я крикнул в ответ, они ответили. Я попросил их оставаться на месте и пошел на звук. Их там не оказалось. Я снова покричал, они опять ответили, но теперь их голоса существенно отдалились. А скоро все вообще смолкло.

Довольно странное чувство: кажется, что кричащий совсем рядом, но почему-то дойти до него никак не получается. Как будто сам лес не хотел дать нам собраться вместе, а может, им управляла какая-то другая сила, а лес просто выполнял ее команды. В какой-то момент я услышал совсем рядом звяканье конской сбруи, бросился в ту сторону, призывая подождать меня.

– Кто идет? – спросил знакомый голос, пока я пытался выбраться из зарослей.

– Борс?

– Галахад? Куда ты запропастился? Нам казалось, что ты впереди, но это было минуту назад.

– Стойте на месте, – распорядился я, волоча за собой упирающуюся лошадь. Наконец слабый свет какой-то догорающей ветки лег на удивленные лица Борса и молодого воина по имени Герейнт.

– Фу-у! Наконец-то, – сказал я, вытирая пот с лица, – хоть кого-то нашел.

– Мы все время слышим то одного, то другого, – сказал Герейнт, – но никак не можем их найти. Хорошо хоть тебя нашли.

– Будем надеяться, что я не последний. Ты видел Артура?

– Да как тут увидишь хоть что-нибудь? – возмутился Борс. – Мы втроем шли через огонь вместе и держались друг за друга.

– А теперь вас только двое, – растерянно сказал я.

– В том-то и дело! – Борс чуть не плакал. – Видишь, мне не удалось удержать даже нас троих, и я не знаю, где остальные. – Он раздраженно надул щеки. – Нет бы постоять на одном месте!

– Послушай, – сказал Герейнт, – кажется, голоса звучат все дальше.

Действительно, крики отдалялись. Мы покричали хором, но ответа так и не дождались. Вскоре вообще все смолкло.

– Похоже, мы теперь сами по себе, – заключил я.

– Видимо, так, – согласился Борс. – Можем остаться здесь до утра, а можем попробовать пойти дальше.

– Да какое утро? Ты меня удивляешь, Борс. Все еще веришь, что эта грязная ночь когда-нибудь закончится? Что-то мне сомнительно.

Некоторое время Борс смотрел на меня в раздумьях.

– Тогда давайте хоть немного отдохнем, а то я уже устал мыкаться в темноте по этому богом забытому лесу.

Предложение как предложение, не хуже и не лучше любого другого. Мы привязали коней и сели отдохнуть.

– Знаешь, с огнем было все-таки лучше, – через некоторое время сказал Борс. – По крайней мере, не так холодно. Я еще мокрый. – Он зевнул и добавил: – И голодный.

– Лучше пока не думать об этом. Еды нет, но поспать-то мы можем.

– Я покараулю, – вызвался Герейнт.

– Замечательно, – согласился я. – Разбуди меня, когда устанешь, я тебя сменю.

– А если что-то не так, сразу буди нас, – распорядился Борс, подавляя зевоту. Через несколько мгновений он уже похрапывал. Несмотря на усталость, спать я не мог. Поэтому просто закрыл глаза и отпустил мысли на волю.

Я вспомнил своих мертвых братьев по мечу, и меня окатило волной горя. Великий Свет, подумал я, воспользовавшись словами Мирддина, собери моих павших товарищей в Свои любящие руки и унеси в Свою крепость. Дай им чашу в Своем прекрасном зале, поставь их во главе Небесного воинства. Да познают они мир, радость, и пир вечный в Твоем обществе, Владыка Небесный, и даруй мне силу выдержать испытания, пока и я не сложу меч и не займу свое место среди них.

Я молился, но не так, как молятся священники в коричневых рясах, а так, как подсказывало мне собственное сердце. Мне стало немного легче, хотя я все еще сожалел о гибели моих братьев, но все же мысль о том, что им там хорошо, в Небесном зале, утешила меня. Я тихо лежал, прислушиваясь к похрапыванию Борса.

Удивительный человек: может спать даже посреди неприятельского лагеря, и ничто его не беспокоит! Он настолько уверен в себе, что забывает о любых проблемах, как только положит голову на плащ. Ну прямо как ребенок, который верит, что только это мгновение настоящее, а все остальное неважно. Чистая душа!

– Галахад, – раздался в темноте тихий голос. – Ты спишь?

– Нет.

– Я тут думал…

– Я тоже, Герейнт, – ответил я. Я слышал, как он пошевелился в темноте, поворачиваясь на бок, поближе ко мне. – Ты не решил пока, как нам искать наших людей?

– Нет, – с сожалением ответил он. – Но я думал о том, что Пендрагону, должно быть, трудно – сначала он видит, что половина его людей убиты, а потом на него нападает его собственный телохранитель.

– Да, это нелегко, – согласился я. – Но Артур бывал во многих переделках, и его никому не удалось победить. Подумай лучше об этом.

– Да, он – великий лорд, я таких не встречал, – признался Герейнт. В его голосе я не услышал ничего, кроме благоговения, как будто наши нынешние невзгоды не имели никакого значения.

– Когда ты присоединился к кимброгам? – спросил я молодого воина.

– Кадор пришел и сказал, что Пендрагону нужна помощь, чтобы победить вандалов. Таллахт, Передур и я решили присоединиться к отряду.

– Значит, ты родич Кадора?

– Так и есть, – подтвердил Герейнт.

– Он – замечательный человек и отличный военачальник. Я гордился тем, что мы друзья. Его будет очень не хватать.

– Наверняка, – ответил молодой воин, – и мы будем оплакивать его смерть, когда у нас появится время для этого. – Он сделал паузу и печально добавил: – Таллахт и Передур тоже погибли.

Вот стыд, я о них забыл. По правде говоря, смерть моих друзей и братьев по мечу полностью вытеснила из моих мыслей кончину бедного Таллахта. Мы помолчали; каждый обращался к своим горьким воспоминаниям, и я вспомнил время, когда Передур, Таллахт и я шли сообщить людям Регеда о неверности их лорда и конфискации их земель. Именно тогда мы нашли Моргаузу. Ах, никогда бы ее не видеть! А теперь Таллахт мертв, как и многие другие хорошие люди, а, возможно, и Передур тоже.

Нас окружал молчаливый темный лес. Тьма стояла такая, какая бывает иногда в лесу, если луна зашла, а до восхода еще далеко. Неподвижный воздух, ни звука... Темнота и неестественная тишина вогнали меня в полную меланхолию. Я думал о своих друзьях: Бедивере, Кае, Кадоре и всех остальных. Их потеря – непоправимое горе. Темнота стремилась пробраться в самую мою сущность, окутывала непроницаемым покровом и растворяла в себе. Я едва не отдался черному отчаянию, но что-то во мне сопротивлялось – некий жесткий узел настороженности, не поддававшийся печали.

Нет, здесь, во владениях врага не время предаваться горю. Я должен отыскать своего короля, должен приложить все силы и помочь ему одолеть зло. А потому мне никак нельзя сдаваться злу, отнявшему жизни моих друзей. Потом, когда окончится битва, будет время для скорби. Потом, но не сейчас.

На этой мысли я и решил утвердиться. Однако почти сразу вслед за этим раздался тот же звук, который мы уже слышали: мучительный рев отвратительного Теневого Зверя. Он донесся откуда-то спереди, пока издалека. Борс вздрогнул и проснулся.

– Ты слышал?

– Какой-то зверь, – прошептал Герейнт. – По-моему, тот же самый, что нападал на нас раньше.

– Тот же или другой какой, я убью эту мерзкую тварь, если она попробует подойти, – с ожесточением проговорил Борс. – Бог свидетель: на этот раз я не дам этому чудовищу сбежать.

Рев раздался снова, на этот раз дальше и немного в стороне. Похоже, тварь удалялась.

– Боюсь, не получится, брат, – сказал я Борсу. – Оно уходит.

Борс пренебрежительно хмыкнул, мы собрались и продолжили поиски наших пропавших товарищей. Мы шли по лесу, ведя лошадей. Чтобы не потеряться, мы протянули между собой ремни из упряжи и призвали друг друга ни в коем случае не выпускать их из рук. Борс шел впереди, Герейнт за ним, а я замыкал наш маленький отряд. Тьма по-прежнему царила вокруг. Я подумал, что мы не столько ищем людей, сколько доказываем самим себе, что наши надежды не безнадежны.

В тишине, сомкнувшейся вокруг, я вспомнил слова Мирддина. Он говорил, что преуспеет в этом походе лишь тот, кто чист сердцем.

Едва я сосредоточился на этой мысли, как ноги мои задрожали и я замер на полушаге. Ремень натянулся, но Герейнт впереди продолжал шагать. Я хотел остановить моих товарищей, но звук моего голоса растворился в близком реве злобного зверя.

Чудовище стремительно приближалось. Я чувствовал дрожь земли под его лапами. Борс и Герейнт на тропе впереди встали. Я видел, как повернулся Борс и собрался что-то сказать.

– Бежим!

В то же мгновение раздался треск, деревья прямо перед нами начали ломаться, как ветки, и расступились. Монстр оказался перед нами.