Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

СТИВЕН ЛОУХЕД
СЕРЕБРЯНАЯ РУКА

Поскольку весь мир – всего лишь история, лучше бы тебе выбрать историю посерьезнее, а эта быстро забудется.

Из святого Колумба Шотландского

Посвящается Доновану Уэлчу

Перевод с английского В. И. Грушецкого, 2024 г.

Услышь, о Сын Альбиона, пророческое слово: Печаль и глубокая скорбь дарована Альбиону в тройной мере. Золотой Король в своем королевстве встанет на Скале Раздора. Дыхание огненного змея опалит трон Придейна; Ллогрис утратит повелителя. Беда минует лишь Каледон; вороны слетятся в его тенистые долины, и песнь Ворона станет его песней.

Когда померкнет свет Дервидди и кровь бардов возопиет о справедливости, тогда вороны осенят крылами священный лес и священный курган. Под крыльями воронов воздвигнут трон. На трон воссядет король с серебряной дланью.

В День Раздора корень и ветви поменяются местами, и новое станет чудом. Пусть солнце потускнеет, как янтарь, пусть луна скроет лицо свое: мерзость бродит по земле. Пусть четыре ветра сражаются друг с другом; пусть звук их схватки достигнет звезд. Пыль Древних поднимется к облакам; сущность Альбиона будет разорвана враждующими ветрами.

Моря поднимут могучие голоса. Нигде нет безопасной гавани. Арианрод спит на своем мысе, опоясанном морем. Хотя многие ищут ее, не найдет никто. Хотя многие взывают к ней, она никого не слышит. Только целомудренный поцелуй вернет ей законное место. {Аррианрод (валл. Arrianrhod) – персонаж валлийской мифологии из Четвёртой ветви Мабиноги, цикла валлийских повестей, восходящих к древним традициям железного века, дочь Дона и сестра Гвидиона и Гилфайтви; Триады Британии называют её отцом Бели Маура. Ее дядя – Король Гвинеда. Сыновья Аррианрод – Дилан Айл Дон и Ллеу Ллау Гифес.}

Тогда разъярится Великан Зла и наведет ужас на всех своим мечом. Очи его воспламенят огонь; из его губ потечет яд. Со своим великим войском он разграбит остров.

Всех противников сметет он потоком беззаконий, исходящим из его рук. Остров Могущественных станет могилой.

Все это будет благодаря Медному Человеку, который уже воссел на медного коня и творит всяческие беды. Восстаньте, жители Гвира! Возьмите оружие и выступите против лжелюдей среди вас. Шум битвы достигнет звезд небесных, и Великий Год придет к концу.

Слушай, о Сын Альбиона: Кровь рождается из крови. Плоть рождается из плоти. Но дух рождается от Духа и с Духом всегда пребывает. Прежде чем Альбион станет Единым, необходимо свершить Подвиг и избрать королем Серебряную Длань.

Бенфейт из Инис Скай

Глава 1. ПРЕДСКАЗАТЕЛЬ СМЕРТИ

Мы доставили тело Мелдрона Маура с высокогорья Финдаргад, чтобы похоронить его на Холме Королей. В траурную повозку запрягли трех лошадей: рыжую, белую и коренником вороную. Я вел ее в поводу, провожая Великого короля к вечному покою.

Шесть воинов шли по обе стороны от повозки. Копыта лошадей и колеса обмотали шкурами, так что кони шли бесшумно, копья и щиты воины убрали в чехлы. За нами шел весь народ Ллвидди, мужчины, женщины и даже дети несли незажженные факелы.

Порядок королевских похорон не менялся с незапамятных времен. Все делалось скрытно, так, чтобы никто не заметил похоронную процессию. Прежде всего ее не должен увидеть враг, дабы не осквернить ритуальное действо.

К ночи мы прибыли в Глин Ду, узкую долину, по которой протекал приток Модорн. Мы шли по темной долине вдоль тихой темной воды. В небе еще держались отсветы сумерек, а здесь было совсем темно.

У подножия Кнок Риг, Холма Королей, я разжег небольшой костер, чтобы зажечь факелы. Люди расставились по местам, образовав две длинные шеренги по обе стороны тропы, ведущей вверх по холму ко входу в пирамиду из камней. Они зажигали факел от факела, образуя Арьянт Ол, светлый путь, по которому короля понесут к могиле. Когда все были готовы, я начал похоронный обряд со слов:

– Меч на бедре был надежной защитой, проклятием врагов! Теперь он сломан.

– Факел у меня в руке был символом ума, маяком, освещающим дорогу. Сейчас он погас.

– Щит на плече – удел героев в зале славы. Теперь он расколот, и рука, державшая его, холодна.

– Телу предстоит покрыться землей и камнями. Горе моему сердцу! Король мертв! Тело скоро оденется землей и дубом! Горе моему сердцу! Правитель убит. Тело его скроет трава кургана! Горе моему сердцу! Вождь Придейна присоединится к своим отцам в Кургане Героев.

Люди Придейна! Падите ниц. Горе настигло вас. Наступил День Раздора!

Великое горе, огромная печаль. Вместо радостных песен будут звучать лишь песни скорби. Плачьте, люди! Столп Придейна разрушен. У Зала Племен больше нет крыши. Орел Финдаргада улетел. Вепрь Сихарта ушел. Великий король, Золотой король, Мелдрон Маур убит. День Раздора наступил!

Человек рождается на свет, но всю жизнь рядом с ним спутник рождения – смерть. Жизнь холодна и жестока, но мы не лишены последнего утешения. Ибо умереть в одном мире – значит родиться в другом. Пусть все люди услышат и запомнят это!

Я повернулся к воинам у повозки и подал знак. Лошадей выпрягли; траурную повозку подняли и сняли с колес. Воины водрузили помост, на котором лежало тело короля, на плечи и медленно понесли к каменной пирамиде. Они шли между рядами факелов, направляясь светлым путем к могильному кургану.

Я дождался, пока они минуют меня и пошел сзади, негромко выпевая «Плач по павшему герою», позволяя словам течь, как слезы. Этот плач исполняется без арфы. Его может петь только Главный Бард, и хотя я никогда его не пел, слова знал наизусть.

Это сильная песнь, полная горечи и гнева; она рассказывает о том, как оборвалась жизнь героя, а народ лишился его доблести и защиты. Я пел, и чем дальше, тем сильнее становился мой голос, наполняя ночь суровой печалью. В этой песне нет утешения; в ней есть лишь холод могилы, пустота и тщетность смерти. Я пел о горечи утраты и мучительном одиночестве. Я жестко выдавливал слова, словно откусывая их зубами.

Люди плакали. И я тоже плакал, поднимаясь вверх к Арьянт Ол, медленно, медленно приближаясь к погребальной пирамиде. Песнь подошла к концу: финальная восходящая нота превращалась в дикий выкрик. Он знаменовал собой гнев от жестоко оборванной жизни.

Мой голос поднимался все выше, рос, расширяясь, бросая в ночь обвинениями. Легкие горели, горло саднило; сердце с трудом справлялось с напряжением. Последний крик рванулся и замер в воздухе. Эхо пошло гулять по склонам Глин Ду и кануло в звездную пустоту копьем, брошенным в глазницу ночи.

Воины, несшие тело короля, остановились. В руках не стало силы. Носилки покачнулись. Мне даже показалось, что сейчас они уронят тело, но они удержались на ногах и снова медленно двинулись вперед. Это был ужасный миг, больше говорящий о боли и горе нашей утраты, чем слова моего плача.

Носильщики подошли ко входу в пирамиду из камней, двое мужчин с факелами вошли в гробницу. Потом внутрь внесли носилки, и я последовал за ними. По стенам в каменных нишах покоились кости королей Придейна, отверстия закрывали их щиты.

Тело Мелдрона установили в центре, и воины почтили короля обычным жестом: каждый коснулся лба тыльной стороной ладони. Потом они покинули усыпальницу. Я остался, глядя на лицо господина, которого любил и которому служил. Пепельно-серая кожа, впалые щеки, глубоко запавшие глаза, бледный лоб, высокий и светлый. Даже после смерти лицо короля сохранило печать благородства.

Я рассматривал щиты других королей на стенах усыпальницы: королей других времен, каждый из которых был прославленным лордом, каждый из них некогда правил Придейном. Теперь пришла очередь Мелдрона Маура занять свое место среди них. Великий Золотой Король погиб. Кто достоин занять его место?

Я ушел последним, оставив короля его долгому сну. Мне еще предстояло вернуться, когда женщины закончат свою работу: я должен собрать кости и положить их в одну из пустых ниш. А пока я попрощался с Мелдроном Мауром и вышел из усыпальницы. Медленно проходя по тропе Арьянт Ол, я запел «Плачь королевы».

К моему голосу постепенно присоединялись голоса женщин. В этой песне звучит утешение. Пока я пел, я стал истинным Главным Бардом. Я видел, как песнь рождается в моем народе; я видел, как он получает силы для жизни в ее красоте. Я думал: сегодня вечером я возьму в руки посох Оллатира. Я достоин быть бардом великого народа. Но кто достоин стать нашим королем?

Глядя на лица собравшихся на склонах Кнок Рига, я задавался вопросом, кто из них сможет носить торк, оставленный Мелдроном Мауром. Кто наденет венец из дубовых листьев? Среди нас были хорошие люди, красивые и сильные, вожди, способные вести за собой в бой, но король – это нечто большее, чем предводитель воинств.

Кто достоин быть королем? Я думал. Оллатир, мой наставник, что бы ты хотел от меня? Поговори со мной, старый друг, как говорил в прежние времена. Поделись со своим филидом мудростью. Я жду твоего слова, Учитель. Наставь меня на путь, по которому мне идти…

Молчит Оллатир. Он мертв, как и многие гордые сыновья Придейна, его голос – лишь эхо, постепенно затихающее в моей памяти. Увы, его авен покинул этот мир, и мне придется искать свой путь в одиночку. Ну что ж, подумал я, приступая к своей задаче. Я бард и сделаю все, что может сделать Истинный Бард.

Я накинул на голову полу плаща и высоко поднял посох.

– Сын Тегвана, сын Тейти, сын Таларианта, бард и сын бардов, я Тегид Татал. Слушайте меня!

Я знал, что в толпе есть люди, которые предпочли бы, чтобы я промолчал, и потому говорил смело.

– Моя скорбль самая глубокая, потому что господин, которому я служил, жестоко убит. Мелдрон Маур мертв. Впереди я вижу смерть и тьму. У нас похитили лучшего сына народа. Наш король навеки уснул в своем доме под камнями и травой. Предательство занимает место чести.

Настал День Раздора! Теперь людей защитит лишь меч. В наш райский мир пришла война. Ладд и Нудд сражаются за королевскую власть Альбиона.

– Эй, прорицатель! – Это крикнул принц Мелдрин, проталкиваясь сквозь толпу. На нем была одежда отца – сиарк, штаны и малиновые сапоги с золотой каймой. На поясе – золотой нож Мелдрона Маура, и пояс королевский с золотыми дисками, тонкими, как рыбья чешуя. Видимо, он посчитал, что этого мало, потому что завязал свои рыжие волосы так, чтобы все могли видеть золотой королевский торк у него на шее.

Значит, мои слова попали в цель. Мелдрин разозлился. Челюсть выставлена вперед, глаза выпучены и блестят, как осколки кремня. Рядом с ним Сион Хай, герой Мелдрина, гладколицый, смуглый, ни на шаг не отстает от своего господина.

– Тегид болтает невесть что, не обращайте внимания, – кричал Мелдрин.

В толпе послышался ропот, и Мелдрин резко повернулся ко мне.

– Что ты затеял, бард? С какой стати пугаешь народ? Нам что, делать нечего? А вместо этого мы должны выслушивать твою болтовню!

– Вижу, ты действительно сильно занят, – ответил я, глядя ему прямо в глаза. – Крадешь пояс и торк Мелдрона Маура. Только не думай, что одежда отца поможет тебе занять его место.

– Не забывайся, бард! С королем так не говорят! – отрезал Сион Хай, придвигаясь ближе. – Попридержи язык, а то как бы тебе его не потерять!

– Да какой он бард! – пренебрежительно махнул рукой Мелдрин. – Обычный предсказатель! – Принц расхохотался. – Иди своей дорогой, Тегид Татал. Я уже сыт по горло твоими бреднями. Ни ты, ни твой злобный язык здесь не нужны. Ты нам вообще больше не нужен.

Сион Хай растянул губы в зловещей усмешке.

– Похоже, от тебя больше нет никакой пользы королю, бард. Может, твоя служба пригодится кому-нибудь в другом месте?

Как я не старался, гнев полыхнул внутри меня, как пламя.

– Мелдрин – не король, – напомнил я собравшимся. – Только я сейчас могу наделять королевской властью.

– А я держу в руках Поющие Камни! – Задорно крикнул Мелдрин. – Теперь ни один воин не сможет выступить против меня!

Его хвастливые слова вызвали ропот одобрения у многих, стоявших рядом. Даром что в первых рядах оказались люди из Волчьей стаи. Я понял, как ему удалось обмануть своих последователей, как использовать подвиг Лью себе на пользу. Он собрал фрагменты поющих камней и теперь стремится сделать из них талисман силы.

– Зря держишь, – сказал я. – Песнь Альбиона – не оружие.

Сион выдернул меч из ножен и приставил мне к горлу.

– У нас есть и другое оружие, – прошипел он, дыхнув мне прямо в лицо.

А вот эта угроза была уже лишней. Правда, люди, окружавшие нас, слегка растерялись, не зная, кого слушать.

Нападение на барда могло привести только к катастрофе. Но Мелдрин, обуянный жаждой власти, поддержанный Сионом и Волчьей Стаей, напугал народ. Они больше не знали, кому доверять.

Я смотрел на Сиона с холодным презрением.

– Убей меня сейчас, – посоветовал я. – Потому что пока я жив, Мелдрину никогда не стать королем.

Сион сильнее нажал на меч. Лезвие впилось мне в кожу. Я перехватил посох и приготовился нанести удар.

Но тут в толпе кто-то громко закричал:

– Смотрите!

Тут же другой голос поддержал первый.

– Усыпальница!

Взгляд Сиона метнулся к могильному холму. Удивление сменилось злобой, и клинок дрогнул. Я тоже посмотрел на вершину холма. В неверном свете факелов там обозначилось какое-то движение. «Это просто игра света, – подумал я; – клубы дыма от поднятых факелов». Я хотел повернуть голову, но опять уловил слабое движение…

Толпа подалась вперед. Теперь все видели человека, выходящего из усыпальницы.

Женский голос крикнул:

– Это король!

– Король! – повторили десятки голосов. – Король жив!

Дрожь страха и удивления пробежала по людям. По правде говоря, даже я подумал на миг, что король вернулся к жизни. Но мысль тут же исчезла. Это не Мелдрон Маур.

Человек вышел из могильного Холма Королей и начал спускаться. Я заметил золотой блеск кольца героя на его пальце.

– Ллев! – закричал я. – Это Ллев! Лью вернулся!

Имя пронеслось среди собравшейся толпы. «Ллев… это Лью. . . Видите? Лью!»

Действительно, пришелец из Другого мира вернулся. Ллвидди расступались перед ним, образуя широкий коридор. А он шел, не глядя ни вправо, ни влево, решительно направляясь вниз по склону холма.

Я видел, что его вид одновременно изумляет и ободряет людей: его приветствовали; тянули к нему руки, стараясь коснуться; выше поднимали факелы. «Ллев!» – кричали они; и я подумал, как легко его имя сходит с языка.

Герой спускался с Королевского холма по сияющей дороге, а я смотрел и думал: «Вот из этого материала Быстрая Твердая Рука вполне может слепить короля».

Глава 2. ВОЗВРАЩЕНИЕ ГЕРОЯ

– Привет, брат, – сказал я, когда Лью остановился передо мной. Я готов был обнять его, как родного, но вовремя заметил стиснутые зубы и странную решимость, как у человека, идущего к определенной цели. – Рад тебя видеть.

Он даже не поприветствовал меня, а сразу повернулся к Сиону.

– Все кончено, – тихо, но непреклонно сказал он. – Убери свой меч. Мы возвращаемся домой.

Сион напрягся. Клинок переместился от моего горла в сторону Лью. Но тот спокойно взял лезвие голой рукой и отвел его в сторону.

– Взять его! – выкрикнул Мелдрин, потянувшись за ножом.

Его люди перехватили копья по-боевому, но наконечники все еще были в чехлах, да и не были они уверены, что хотят выполнить приказ. Воины Волчьей стаи Мелдрина слышали слова командира, но не спешили нападать на королевского телохранителя. Толпа придвинулась ближе; некоторые открыто выражали недовольство словами принца. Люди не понимали, что происходит, но им это явно не нравилось.

– Ллев! – воскликнул я, отводя копья посохом. – Привет, Лью! – Я поднял посох и повернулся к толпе. – Наш герой вернулся! Слава ему!

Ллвидди дружно ответили. Лью посмотрел на людей вокруг; они стояли с высоко поднятыми факелами. Я подумал, что Лью не понимает, что означает его появление для собравшихся: пропавший телохранитель короля вышел из Кургана Героев. Мертвый король вошел в гробницу, а потом оттуда вышел живой человек – на виду у всех человек из Другого мира только что как бы принял эстафету от короля, которого мы похоронили.

Не давая Мелдрину опомниться, я поднял руки, призывая к тишине, и звучно произнес:

– Король мертв, брат, но ты жив. Ты снова со своим народом, и это хороший повод для праздника.

Гул одобрения был ответом на мои слова. Принц Мелдрин наморщил лоб – он почувствовал, что инициатива ускользает от него. Он явно рассчитывал на свое влияние (которого, вообще-то, не было) и недооценил уважение, которое народ испытывал к Ллеу. Но он все еще стремился вернуть себе преимущество.

– И зачем ты явился сюда? – требовательным тоном осведомился он у Лью.

– Я пришел почтить короля, – медленно ответил Лью. Смотрел он не на принца, а на Сиона. Кажется, между ними произошло нечто, чего я не знал. Но я увидел, что Сион в гневе, а лицо Лью снова ожесточилось, когда к нему вернулась решимость. – А еще я должен сделать то, что следовало сделать уже давно.

– Ты говоришь о долге, но это долг перед мертвым, – усмехнулся Мелдрин.

– Ллеу – телохранитель короля, – напомнил я. – Король сам выбрал его; это последнее, что он сделал, и это же стало причиной его гибели. Кто может отказать королевскому телохранителю в праве воздать должное своему господину?

– А тебя вообще не спрашивают, бард! – злобно выкрикнул Мелдрин. – Ты и тебе подобные обманули моего отца хитрыми речами и прочими уловками! Но меня ты не обманешь.

– Что толку говорить об обмане, Мелдрин? – спросил я. – У тебя же есть мудрые советники. Может, ты и им не доверяешь?

– Я доверяю собственному мечу, – прошипел принц. – И своему отряду доверяю. Лучше компания воинов, чем болтовня барда.

Мелдрин зашел слишком далеко и теперь не знал, как отступить с достоинством. Он мог бы порадоваться возвращению Ллеу, это подняло бы его в глазах людей, которые без всякого сомнения относились к королевскому телохранителю с уважением, но вместо этого он продолжал ругаться.

Принц повернулся ко всем собравшимся.

– Надо же! – издевательски вскричал он, – Ллев вернулся! Ну теперь нам точно бояться нечего. Телохранитель моего отца снова с нами. – Принц говорил с подчеркнутым презрением. Он обвиняюще ткнул пальцем в сторону Лью. – А я вот все никак не могу отделаться от мысли: если бы этот Лью так чтил короля, как он утверждает, Мелдрон Маур остался бы жив. Как это получилось, что король лежит мертвый, а его телохранитель живой?

Я понимал, чего хотел добиться принц своей опрометчивой речью – он хотел отравить добрые чувства народа к Ллеу. Видимо, он полагал, что если подорвет в народе доверие к Лью, это ему поможет. Но вместо того он еще больше запутался.

Люди в недоумении переглянулись.

– Что городит Мелдрин? Лью спас нас от коранидов!

Некоторые начали открыто возражать:

– Паладир убил короля! Паладир – убийца! Причем тут Лью? – кричали они.

Вот именно, подумал я, короля убил Паладир. И где сейчас Паладир? Но лучше было промолчать. Пусть лучше подозрения поселятся под крышей принца Мелдрина. Рискует принц, ох как рискует. Не стоило нападать на героя, который по праву заслужил расположение клана. С его стороны это недальновидно. Люди не забудут оскорблений, и когда придет время, припомнят принцу.

Мелдрин не сообразил, что еще можно сделать, поэтому просто приказал своему отряду покинуть похороны. Сион хищно ухмыльнулся и поспешил за Мелдрином. Волчья стая окружила принца и оставила нас в покое. Наверное, это лучшее, что они могли сделать. Я порадовался, но еще больше меня ободрило то, что Лью снова рядом со мной.

– Я боялся, что ты погиб, – тихо сказал я. Мимо нас шли люди, и каждый обязательно поворачивал голову в сторону Лью. Некоторые уважительно приветствовали его и при этом были совершенно искренни, другие хоть и молчали, но прикасались тыльной стороной ладони ко лбу, проходя мимо.

Лью улыбнулся совсем нерадостно.

– Мне надо было предупредить тебя, но подумал, что лучше пойти одному. Ошибся. В следующий раз буду умнее.

– Ты хочешь опять уйти?

– Да, – ответил Лью. – Мне жаль, Тегид. Но так надо. Ты должен понять.

– Однако не понимаю, – признался я.

– Тогда просто прими на веру мои слова.

– Но ты же ничего не говоришь!

Он не ответил. Я схватил его за руку.

– Ллеу, мы братья, ты и я. Мы пили из одной чаши, и я не отпущу тебя, пока не услышу нормального объяснения.

Лью нахмурился и промолчал. Он смотрел на расходящихся ллвидди. Видимо, решался на что-то важное, но пока не знал, с чего и как начать. Поэтому я предложил:

– Ты пока молчи. Подождем, пока остальные разойдутся, пойдем за ними и по дороге поговорим. Так нам никто не помешает.

Лью кивнул. Мы дождались, пока последние из процессии двинулись обратно через Глин Ду и направились за ними. Довольно долго мы шли в молчании, но потом Лью все-таки решился.

– Мне жаль, Тегид, – сказал он. – Надо было сказать тебе, но я опасался, что ты помешаешь мне.

– Помешаю уйти?

– Нет, станешь отговаривать меня от того, что я должен сделать, – сказал он, и я почувствовал, что он растерян. Я хотел его успокоить, но он помешал мне.

– Нет, Тегид, подожди. Я должен сказать.

Он помолчал еще немного. Трава мягко шуршала у нас под ногами. Впереди люди входили в долину и гасили факелы в ручье. Когда мы подошли, над водой стоял запах дыма. Над долиной Модорн взошла бледная луна, в ее свете можно было заметить, как люди вереницами расходятся по своим кланам.

При виде этого зрелища мне помстилось, что мы – умирающая раса, уходящая во тьму забвения. Но я ничего не сказал, я ждал, когда Лью выскажет то, что лежит у него на сердце.

Начал он неожиданно.

– В моем мире – война, – тихо сказал Лью. – Как просто было бы, если бы звенели мечи и грохотали щиты: тогда враг был бы очевиден. Но враг здесь, – он ударил кулаком себя в грудь, – Враг внутри нас, он отравил нас и сделал больными. Мы больны, Тегид. Мы с Сионом отравлены, и притащили этот яд в Альбион. Если мы останемся здесь, мы все уничтожим.

– Лью, если бы не ты, все и так оказалось бы уничтожено. Ты спас нас, когда никто другой не смог.

Он, казалось, не услышал меня, потому что продолжал прежнюю мысль:

– Саймон… Сион уже разнес яд далеко. Он вложил в голову принца идеи – идеи, которым нет места здесь, в Альбионе.

– С этим у него проблем не будет. Мелдрин всегда жаждал большего, чем ему положено.

– Я уверен, что убийство Мелдрона Маура – идея Сиона. Он думал, что короли избираются по праву наследования, и он…

– Подожди. Что такое «право наследования?» Я о таком не слышал.

– Dilyn hawl, – пояснил он. Ты должен знать… «владычество». Это означает, что королевская власть передается от отца к сыну. В нашем мире делается так. Саймон – то есть Сион Хай – не знал, что здесь иначе. Он думал, что если Мелдрон Маур умрет, королевская власть сразу перейдет к принцу Мелдрину.

– Это он тебе так сказал?

– Нет. Мы с ним даже не говорили об этом. Но я знаю Саймона; знаю, как он думает. Он убедил Мелдрина, что вместе они смогут изменить способ передачи королевской власти, изменить традиции суверенитета.

– Так вот почему они пытались заставить песню замолчать, – сказал я. – И сейчас у них Поющие Камни.

– Песнь Альбиона… – Он замолчал, вспоминая что-то, мне неизвестное.

– Они уверены, что камни дадут им силу, – сказал я. – Они надеются использовать Песнь как оружие.

– Тогда все еще хуже, чем я думал, – пробормотал Лью. – Если бы я сделал то, что должен был сделать, никакой беды вообще бы не было. – Он остановился и схватил меня за руку. – Слышишь, Тегид? Все люди – весь ваш клан, король и все остальные – остались бы в живых. Но я не сделал то, ради чего пришел сюда. Ты понимаешь? Мелдрон Маур и все, кого погубил лордом Нудд, остались бы живы.

– Прости, не понимаю. Только благодаря тебе мы живы сейчас. Мы обязаны тебе жизнью.

– Ты не о том говоришь! Это из-за меня погибло столько людей! Тегид, послушай меня. Я пришел сюда, чтобы вернуть Саймона, и у меня не получилось. Ваш мир очаровал меня. Я поверил, что смогу здесь остаться.

– Если бы ты вовремя не вернулся, – ответил я, – Мелдрин с Сионом добились бы своего.

– Тегид, – в его голосе слышалась мрачная решимость, – Саймона необходимо остановить. Ему здесь не место, и мне тоже здесь не место. Нам необходимо вернуться в наш собственный мир. Я должен забрать его отсюда, но мне нужна твоя помощь, брат. Помоги мне, Тегид.

– Лью, ты знаешь, я сделаю все, что ты попросишь. Но я пока не все понимаю…

– Спрашивай. Что могу, объясню.

– Я хотел сделать королем тебя, – я, наконец, высказал то, что должен был сказать уже давно.

Он отпрянул.

– Ты меня не слушал! – воскликнул он. – Как ты мог такое выдумать?

– Ты был телохранителем короля. Ты совершил подвиг, спасая нас всех, причем такой, какого не смог бы совершить никто другой! Люди тебя уважают; они поддержат тебя против Мелдрина.

– Тегид, это невозможно! – Он повернулся и сердито зашагал по тропе. Я шел рядом с ним.

– Я не могу позволить Мелдрину стать королем. Во всяком случае, не с моей помощью и не с моего одобрения. Но кому-то я должен передать королевскую власть – и лучше это сделать как можно скорее.

– Ну, передай кому-нибудь другому.

– Некому.

Он резко остановился и развернулся ко мне.

– Ты не понимаешь! Саймона нужно остановить, прежде чем он все уничтожит. Я должен вернуть его туда, где его место. Слышишь, что я говорю?

– Слышу, слышу, брат, – тихо ответил я. – Но и ты подумай о том, о чем говорю я. Став королем, ты сможешь остановить Сиона и Мелдрина. С высоты трона ты сможешь исправить все то зло, которое совершил Сион. – Он хотел отвернуться, но я схватил его за плечо и удержал. – Послушай меня, Лью, – серьезно сказал я. – Ты говоришь, что Сион отравляет наш мир. Если это правда, останови его. Я даю тебе шанс сделать это.