Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

Следующие шесть дней прошли для Джеймса и его сопровождения в головокружительном водовороте встреч, обращений, собраний, совещаний, формальных и неформальных. В конце концов, от Лендс-Энда до Джон-о-Гроутса, не осталось графства, в которое они не заглянули бы хоть ненадолго. За день до референдума король, наконец, снова направился на север. Теперь он сделал все, что было в человеческих силах. Его голос услышали все избиратели страны. Пять последних британских монархов вместе взятых не завели столько знакомств, не установили столько контактов с таким количеством людей. Личное обаяние короля очень в этом помогло. Видимо, именно благодаря ему удалось достичь столь внушительного эффекта.

Достанет ли этих усилий, что перетянуть колеблющихся на свою сторону, никто сказать не мог. Большинство авторитетных опросов утверждали, что королю в лучшем случае удалось достичь равновесия. Неофициальные данные Шоны и Гэвина говорили примерно то же самое. Теперь решать людям.

В Бремар они прибыли незадолго до полудня и отправились прямо в Блэр Морвен, где ждала Дженни. Шона и Гэвин, присоединившиеся к королю в Лондоне за неделю до этого, отбивались от репортеров, а Джеймс отправился на заслуженный отдых. Они с Дженни решили, наконец, тихо пообедать, впервые с тех пор, как началась его предвыборная кампания. Почти две недели он мечтал о мирной трапезе с любимой, пока это не превратилось в навязчивую идею.

Однако стоило ему закрыть дверь и оказаться в объятиях Дженни, все мысли о еде вылетели у него из головы. Джеймс шепнул ей на ухо:

– Давай поженимся.

– Обязательно, любовь моя! Назначай дату, и я встречу тебя в церкви. – Она поцеловала его. – В любой момент.

– Как насчет прямо сейчас?

– Сейчас? – Она рассмеялась. – Хочешь взять в жены падшую женщину?

– Я серьезно, – настаивал он. – Сейчас. Сегодня. Сию минуту.

– Джеймс, – Дженни слегка отстранилась, насколько позволяли сильные руки короля, державшие ее в объятиях, – мы не можем. На подготовку уйдет не меньше месяца, а потом…

– Нечего тут готовить! Давай сбежим.

– Ну как мы можем сбежать? Ты же король Британии.

– Ну, до завтра я точно король, а потом – кто знает? Дженни, – он сжал ее руки и прижал к груди, – посмотри на меня. Завтра референдум, и я понятия не имею, каков будет итог. Но останусь ли я королем послезавтра или нет, единственное, чего я хочу – проснуться рядом с тобой. – Он поцеловал ее и прижался лбом к ее плечу. – Выходи за меня. Сегодня вечером.

Она смотрела на него, медленно качая головой.

– Правда, не знаю, смеяться мне или плакать. Но ты… ты серьезно?

– Я больше не могу без тебя, Джен. Ты нужна мне.

– Ты мог хотя бы предупредить девушку, – она взволнованно сглотнула.

– Это значит «да»?

Дженни кивнула.

Джеймс обнял ее и поцеловал.

– Я позвоню преподобному Орру, попрошу приехать и провести церемонию прямо здесь. Свадьба в этом замке первой точно не будет. Мы можем…

– Эй, осади, парень, – твердо сказала Дженни. – У меня будет настоящая церковная свадьба, и настоящий медовый месяц, или не будет ничего! – Она взяла короля за руку, подвела к столу и усадила, как ребенка. – Вот. Возьми бутерброд и соберись. Свадьба у меня в планах и я не собираюсь их менять.

Она выскочила из комнаты, а Джеймс в растерянности сжевал бутерброд с ветчиной. Он слышал, как Дженни зовет Шону и просит позвонить матери.

Закрутилась машина приготовления к торжественному событию. Архиепископ Риппон с радостью выдал разрешение на свадьбу, а цветочница Бэнчори обещала доставить сколько угодно цветов к шести часам вечера. Несмотря на спешку, в церковь набилось множество народа. Все места на каждой скамье были заняты, а в заднюю часть церкви набились друзья и доброжелатели. Свечей было вдосталь. В их уютном свете даже не сразу замечалось отсутствие соответствующего убранства; тем не менее, Джеймс думал, что маленькая церковь никогда не выглядела такой красивой. Преподобный Орр в прекрасном настроении начал службу.

Джеймс в роскошном парадном килте, отороченном настоящим барсучьим мехом, с отцовским кинжалом, засунутым на удачу за высокий носок, занял свое место перед аналоем и нервно ждал, когда вступит орган. А в центре прохода стояла его невеста, и прекрасней ее не найти в целом свете. Две ее помощницы по мастерской исполняли роли подружек невесты. Как только они заняли свои места, зазвучал «Свадебный марш».

Джеймс с обожанием смотрел на Дженни, такую спокойную, женственную и обворожительную. Когда она шла по проходу, в ее голубых глазах сияли любовь и восторг. Она подождала отца. Он взял ее за руку. Джеймс вспомнил о своих родителях и о том, что его матери хотелось бы увидеть, как Дженнифер идет по проходу, великолепная в белоснежном атласном платье с кружевами. Он понятия не имел, откуда взялась эта одежка, но знал, что отец с гордостью принял бы в семью такую прекрасную невестку. Он думал о предстоящей жизни с чудесной женой, о том, что им предстоит.

Он так погрузился в свои мысли, что почти не заметил, как преподобный Орр повел их к алтарю, и включился только, услышав вопрос. Машинально ответил «да», а потом священник протянул руку за кольцом. Король порылся в кармане, но там ничего не оказалось. Калум, исполнявший обязанности шафера, вложил кольцо в руку другу. Затем прозвучали волнующие слова «муж и жена», а органная музыка мощным водопадом рухнула на головы собравшихся. Счастливая пара поцеловалась, и народ взорвался бурными аплодисментами. Джеймс сообразил, что большая часть Бремара, похоже, годами ждала этой свадьбы, и горожане, наконец, вздохнули с облегчением: то, чего они ждали, свершилось!

Эмрис и Гэвин, в паре с Агнес и Оуэном, готовили банкет в отеле «Инверкоулд Армс» прямо за углом церкви, совсем рядом. Зал удалось украсить с невиданным великолепием, а трапеза представляла собой настоящий горский пир. Потом начались музыка и танцы – Дуглас организовал выступление «Скитальцев». Шампанское лилось рекой, свадебным тостам не было конца.

На банкете побывала большая часть города. После стольких дней разъездов Джеймс наслаждался легкой непринужденностью праздника, и даже немножко пожалел, когда пришла пора уезжать. Но иначе у них вообще не было бы никакого медового месяца.

Кэл с Дугласом придумали, как отвлечь вездесущих папарацци. «Ягуар» Эмриса украсили воздушными шариками, привязали к заднему бамперу и к дверным ручкам цветные ленты. По сигналу машина подъехала ко входу в гостиницу. Внезапно у дверей начали рваться петарды, люди бросали конфетти, и под их крики черная машина умчалась прочь. Конечно, репортеры бросились в погоню, и в суматохе никто не заметил, как со стоянки позади отеля выехал потрепанный синий «Лэнд Ровер».

Машина выкатилась на Питлохри-роуд и направилась в Спиттал-оф-Гленши, где Кэл забронировал для новобрачных номер в Доме Далмунзи. Ночь была холодной и ясной, лишь рваные клочья облаков скользили по яркому звездному полю. Заснеженные вершины холмов светились во тьме призрачно-белым светом. Дорога была пустынной и довольно сухой, только кое-где вдоль обочин попадались лужи, затянутые ледком.

После Глен-Клуни начался затяжной подъем к горнолыжному центру Кэрнвелл. На вершине холма переливались огни лыжной базы, и Дженни сказала, что, наверное, лыжники тоже устроили вечеринку. Но когда они добрались до горнолыжного центра, оказалось, что стоянка практически пуста; в ресторане темно, а единственный свет исходит из паба.

– Подъемник не работает, – заметил Джеймс, когда они проезжали мимо. – Очень некстати. Снег на трассах замечательный.

После вершины холма начинался крутой спуск в Глен Биг. Облака разошлись; яркий полумесяц заливал окрестные снега бледным серебристым сиянием. Чем ниже, тем дорога становилась уже. С одной стороны ее ограничивали скальные выступы, а с другой чернела кромешная тьма пропасти. Только низкий бруствер, оставленный бульдозером-уборщиком, обозначал край шоссе.

Скоро должен был показаться опасный поворот «Локтя дьявола», и в этот момент кожа на затылке Джеймса начала подергиваться. Почти сразу Дженни вскрикнула:

– Джеймс! Смотри! Там кто-то есть.

Джеймс и без того плавно тормозил. В лучах фар он заметил движение на обочине дороги: по крутому склону поднималась какая-то фигура.

Он остановился. Это была женщина. Пошатываясь, она выбежала на шоссе и поспешила к ним навстречу. Длинное темное пальто мешало движениям, кажется, она что-то кричала.

Джеймс вышел из машины. Тут же хлопнула пассажирская дверца. Дженни отстала всего на шаг.

– Помогите! – истерически вопила женщина. – Там мой муж! Он ранен! Пожалуйста!

– Что случилось? – Джеймс ускорил шаги.

– Он умирает! – голос женщины сорвался на визг. Из разбитой губы и небольшого рпореза над глазом текла кровь. – Ему можно помочь. Помогите же!

– Конечно, поможем, – Дженни голосом пыталась успокоить незнакомку. – А что с вами случилось?

Быстро шагнув к обочине, Джеймс заглянул на дно ущелья. Там как-то боком стояла машина; огни все еще горели, освещая узкий участок каменистого склона и черный, обледеневший ручей.

– Слетели с дороги, – сказал Джеймс. – Надо отвезти ее на лыжную базу и вызвать скорую.

– Нет! Не надо! – выкрикнула женщина, вцепившись в Джеймса. – Некогда. Я должна его спасти! Вы оба, идите за мной! – Она повернулась и побежала вниз по склону.

Дженни хотела последовать за ней, но Джеймс удержал ее.

– Я разберусь. Позови на помощь.

– Мобильный у меня в сумочке, – сказала Дженни, уже убегая.

– В ящике под задним сиденьем есть ракеты, – крикнул он ей вдогонку, потом повернулся и стал спускаться под откос за женщиной.

Снег был неглубоким, его хватало как раз для того, чтобы прикрыть камни. Джеймс споткнулся и пару метров проехал вниз по крутому, усеянному валунами склону. Он с трудом удержался на ногах. Женщина впереди бежала, не обращая внимания на скользкие от льда скалы.

– Она точно сломает себе шею, – пробормотал Джеймс.

Насколько он мог судить, машина съехала с шоссе на повороте, пробила жидкое ограждение и дальше ехала прямо по склону. Судя по тому, что можно было разглядеть в темноте, она завалилась набок у основания огромного валуна на берегу ручья.

Парадные туфли не приспособлены для хождения по горам. Джеймс поскальзывался на каждом шагу, ударяясь коленями и руками о прикрытые снегом камни. Короткая куртка лопнула по шву, килт тоже мало помогал спуску. Женщина с ловкостью, порожденной отчаянием, обогнала его и оказалась возле машины раньше, чем он успел спуститься.

– Быстрее! – поторопила она его.

Джеймс кое-как спускался, пытаясь понять природу полученного предупреждения. Подойдя к машине, он ощутил запах бензина.

Бензобак автомобиля лопнул, и топливо вылилось на склон холма. Одна искра, и машина взорвется, унеся с собой всех находящихся рядом.

– Стой! Не шевелись! – крикнул он.

Женщина и ухом не повела. Она скрылась за бортом перевернутой машины. Когда Джеймс догнал ее, она пыталась открыть искореженную заднюю дверь.

Запах бензиновых паров стал нестерпимым. Из салона автомобиля не доносилось ни звука.

– Успокойтесь, – мягко сказал Джеймс. Он подошел к тому месту, где она стояла, и взял ее за руку. – Лучше позвольте мне.

Он помог ей слезть со скользкого валуна и отодвинул в сторону со словами:

– Бензобак пробит. Одно неосторожное движение, и нас ждет очень неприятный сюрприз. – Он старался говорить медленно и серьезно. – Просто отойдите и дайте мне заглянуть внутрь. Хорошо?

Он хотел обойти машину, но она вцепилась в него, как клещ.

– Нет, не оставляйте меня!

– Да не оставлю, конечно, – заверил ее Джеймс, осторожно отстраняя ее руки. – Я просто хочу посмотреть, получится ли вытащить вашего мужа из машины. Хорошо? Стойте здесь.

Машину зажало между двумя большими валунами. Под капотом потрескивал разогретый металл. Сзади падали на камни капли бензина. Он подергал дверную ручку, но дверь либо была заперта, либо ее настолько перекосило, что она даже не шелохнулась.

Схватившись за колесную ось, он подтянулся и заглянул в разбитое окно, но на переднем сиденье никого не увидел. Он собирался заглянуть в заднее боковое окно, когда услышал за спиной знакомый металлический щелчок. Волосы на затылке встали дыбом.

Он отпустил ось, мягко спрыгнул и обернулся. Женщина, без малейших признаков паники, стояла неподалеку и смотрела на него с презрительной улыбкой. Лунный свет отразился на вороненом стволе пистолета, направленного прямо в грудь Джеймса.

«Дурак!», с запоздалым раскаянием подумал он. Машина ни при чем. Его fiosachd предупреждал о другой опасности, а он не подумал…

– Вот именно, – ровным голосом сказала женщина. – Не дергайся.

– Неплохо, – признал Джеймс. – Розыгрыш удался. Вы сыграли очень убедительно.

– Пустяки, – беспечно ответила она.

– И как это надо понимать? Ограбление? Увы, денег у меня нет.

Губы молодой женщины скривились в безрадостной улыбке.

– Да, я слышала: члены королевской семьи никогда не носят с собой наличные, – ответила она. – Однако мне ваши деньги не нужны, ваше величество.

– А чего же тогда вы хотите?

– Да в общем-то того же, что и все. Немного признания, понимания, внимания, наконец. Считаете, что это много? – Она сделала шаг вперед. В свете фар мелькнули каштановые волосы. Теперь он мог как следует разглядеть ее лицо и понял, что уже видел ее раньше – в Гайд-парке? Так это она была в толпе в тот день?

– Позови сюда свою хорошенькую жену, – приказала женщина. – Незачем ей пропускать самое интересное в день свадьбы.

– И не подумаю, – твердо сказал Джеймс. – С тем же успехом можешь застрелить меня сейчас, и покончить с этим.

– Застрелить? – она отошла на полшага в сторону. – Ты насмотрелся дешевых сериалов! Я и не думала ни в кого стрелять.

– Это ты убила Дональда Роутса, – понял Джеймс. – И Коллинза тоже.

Теперь она улыбнулась намного шире и подошла поближе; дикий блеск в ее глазах заставил Джеймса содрогнуться.

– Сам догадался? Или Мерлин помог?

– Кто ты? – спросил Джеймс, чувствуя, как его подташнивает.

– Люди часто зовут меня Мойрой, – небрежно ответила она. – Но мы с тобой знаем, как обманчивы бывают имена.

– Это должно что-то значить для меня? он спросил.

– Надеюсь! – ответила Мойра. – Хочешь сказать, что после всех этих лет ты меня не помнишь?

– А должен?

– Не раздражай меня, – резко бросила она. – Я была о тебе лучшего мнения.

– Кто ты? – снова спросил он.

– Джеймс… ты меня слышишь? – донесся крик сверху, от обочины шоссе.

– Скажи ей, чтобы спускалась, – приказала женщина. – Скажи, что тебе нужна помощь. Пусть идет сюда.

Джеймс полуобернулся и приложил руку ко рту.

– Оставайся на месте, Дженни! – крикнул он. – Здесь полно бензина, не спускайся ни в коем случае!

Он не видел замаха, и только ощутил удар рукоятью пистолета по голове. Удар был сильный. Он упал на колени, но сознания не потерял.

– Идиот! – со злобой крикнула женщина. Голос ее эхом разнесся по ущелью. Она мгновенно поняла, что кричать не стоило. – Вот дьявол! – с сожалением пробормотала она. – Ну ладно. Тебе же хуже. И твоей жене, кстати, тоже. Мог бы купить ее жизнь за свою, а теперь не получится.

– Если думаешь меня испугать, напрасно, – сказал Джеймс. – Дженни – большая девочка. Она может позаботиться о себе.

– А еще говорят, что рыцарство умерло. – Мойра переложила пистолет в левую руку. – Правда, я как-то раньше не замечала за тобой романтических наклонностей, Артур…

При звуке этого имени волосы у Джеймса на загривке встали дыбом. В сознании промелькнул образ женщины, одетой во все черное, на пустынном берегу моря; и волны перекатывают гальку в полосе прибоя. День ясный, небо высокое, продутое ветрами, а женщина с отливающими бронзой волосами умоляет сохранить ей жизнь.

Ветер треплет ее длинные волосы, она яростно выплевывает одну чудовищную ложь за другой, она переполнена ненавистью к своим обвинителям. Рядом стоит Кэл – только все-таки не Кэл, а Кей, – и еще Гевин, только опять же не Гевин, а Гавейн, Дженни, и еще несколько человек, и все они не совсем те люди, которых знал Джеймс. Они собрались здесь, чтобы судить эту женщину за ее преступления. Имя само всплыло в памяти – Моргана, – прошептал он вслух.

– Вот именно, – с удовлетворением произнесла она. – Как видишь, я вернулась, как и ты, впрочем. Неужто твой драгоценный Мерлин не сказал тебе? – Ответ она прочитала на лице Джеймса. – Нет? Надо же! Ах, как жаль. Хотя тебе это вряд ли помогло бы.

Ветер завывал в ущелье, и Джеймсу показалось, что он слышит шелест крыльев, – это падальщики слетались на обед. Он обнял себя, стремясь согреться.

– Послушай, Моргана… Мойра, или как тебя там? Давай что-то делать. А то холодно. Я, видишь ли, одет не по погоде.

Сверху послышался тревожный голос Дженни.

– Джеймс? С тобой там все в порядке?

– Оставайся на месте, Дженни! Все под контролем.

– Помощь скоро будет, – прокричала Дженни. Ее голос звучал будто с вершины горы. – Я позвонила Рису – они будут здесь с минуты на минуту.

– Слышала? – спросил Джеймс. – Они скоро будут. – И верно. Вдалеке послышался гул вертолета. – У тебя полминуты. Скоро здесь станет оживленно.

– Мне много времени не понадобится, – жеманным голосом ответила Мойра. Она достала из кармана сигарету, сунула ее в зубы и следующим движением добыла из того же кармана зажигалку.

– Эй, не делай этого! – Джеймс отпрянул.

– Ну что ты так беспокоишься, а? – Она щелкнула зажигалкой. Маленькое голубое пламя дернулось на порывистом ветру, но не погасло. Она прикурила сигарету, глубоко затянулась и выдохнула дым через ноздри.

– Прощай, Артур, – сказала она, подув на кончик сигареты. – Надеюсь, больше мы не встретимся, в этой жизни, по крайней мере. – Мойра щелчком отправила сигарету в сторону машины.

Джеймс завороженно смотрел, как яркий огонек летит к задней части машины, но порыв ветра сдул окурок в сторону, он упал на снег, зашипел и погас.

Джеймс вскочил на ноги.

– Похоже, у тебя не получилось?

– Не всегда все получается, – ответила Мойра ледяным тоном. Глаза ее посинели от ненависти. Она подняла пистолет, ствол смотрел прямо в грудь Джеймса, и нажала на спусковой крючок.

По ущелью прокатился гром. Джеймс метнулся вперед одновременно с выстрелом. Его сильно ударило в плечо, и он упал, но сразу вскочил на ноги. И в этот время Мойра выстрелила второй раз. Пуля пробила килт, скользнула по бедру и с отчетливым щелчком врезалась в шасси машины.

Его бросок достиг цели. Он врезался в Мойру плечом, одновременно ударив ее по ребрам. Оба упали. Джеймс рухнул сверху, и некоторое время она барахталась под ним, стремясь сбросить тело и колотя стволом пистолета по голове. Один сильный удар пришелся над левым ухом, но Джеймсу удалось перехватить ее запястье и завернуть руку за голову. Свободной рукой она ударила его по глазам. Джеймс перехватил и эту руку.

Какое-то время они боролись, и Джеймс расслышал, как высоко наверху кричит Дженни, встревоженная выстрелами. Она звала его.

– Оставайся там! – прорычал он.

Еще он слышал гул вертолета и знал, что если посмотреть в сторону Бремара, он его увидит.

– Всё, Мойра, – сказал он. – Лучше тебе сдаться. Я тебя не отпущу.

– Дурак! – Она плюнула в него. Жар ее ненависти обжигал, как пламя.

– Хватит! – рявкнул он. – Рис будет здесь в любую секунду. – Неожиданно он почувствовал, как она обмякла под ним, будто внезапно силы покинули ее. Глаза закрылись, и дыхания не было слышно.

Он посмотрел на ее лицо в свете фар; она как будто потеряла сознание.

– Мойра! – резко позвал он, не решаясь ослабить хватку. – Я не знаю, что ты задумала…

Внезапно ее тело напряглось, глаза распахнулись.

– Gorim exat fortis! – выкрикнула заклинание ведьма.

При последнем слове Джеймса отшвырнуло спиной вперед на несколько ярдов. Он тяжело ударился о скалу, на которую налетела машина. Он потряс головой, встал на колени и увидел, что Мойра уже на ногах, а пистолет направлен ему в голову.

В ущелье позади них прожектор вертолета рыскал по склону; грохот двигателя отдавался в камнях так, что закладывало уши.

– Думаю, это конец, – сказала Мойра; кривая улыбка растянула ее губы.

Пока она говорила, Джеймса успел нащупать кинжал в носке. Скин Ду отправился в полет прежде, чем Мойра успела нажать на спуск. Клинок вошел в тело над правой грудью волшебницы. Она все-таки выстрелила, но пуля прошла мимо цели и ударила в заднюю часть перевернутой машины. [Скин ду (гэльск. Sgian Dubh – чёрный кинжал) – предмет национального шотландского мужского костюма, небольшой кинжал или нож с прямым клинком. «Чёрным» кинжал называют по цвету рукояти, либо из-за скрытого ношения. Может использоваться как метательный нож.]

Джеймс скорее почувствовал, чем услышал свист раскаленного воздуха, как будто в него неслась ракета. Сильно грохнуло, а потом он понял, что одежда на спине горит.

Грязно-желтое пламя взрыва осветило изумленное лицо Мойры. И больше Джеймс не видел ничего.

Король пришел в себя на берегу замерзшего по краям ручья ярдах в двадцати от горящей машины. Одежда тлела, обожженная кожа на голых ногах пошла волдырями. Во рту стоял привкус бензина и дыма, а холодный воздух обжигал легкие. Он кашлял и отплевывался, каждый вздох вызывал боль в горле, как будто он ежа проглотил.

В ушах стоял негромкий жужжащий звук. Что-то потянуло его за одежду. Он подумал о падальщиках, слетающихся на поле боя. Король повернул голову и поднял руку, чтобы отогнать птиц. Его меч – он, должно быть, уронил меч – надо найти его, пока саксы не вернулись.

Оперевшись руками о землю, он приподнялся. За спиной бушевал огонь; он чувствовал жар, и пляшущие языки пламени заставляли его тень дрожать на снегу и камнях. Он хотел встать, но ноги не слушались. Ах да, рана в плече! Потеря крови. Но он не помнил никакого удара копьем!

Наверное, засада. Кердик и Хенгист ждали в ущелье, а он ехал, ничего не подозревая. Наверное, была битва… только он не помнил никакой битвы. И где же его драконы? Они никогда бы не оставили его умирать на снегу. Он огляделся, но единственным признаком боя были следы одного человека, и следы уходили вниз, прямо в черную воду быстрого ручья Клуни.

Бедивер! Кай! Да где же вы?

Они либо преследуют врага, либо отправились за помощью. А где тогда Мирддин? Где Рис и Гавейн?

Нет… это не Кердик… и не Хенгист. Это была Моргана, Королева Воздуха и Тьмы! Он начал поспешно озираться по сторонам, но никого не увидел. Больше того, он совсем не чувствовал ее удушающего присутствия. Ушла.

Подтянув под себя ноги, он кое-как сел. Набрал пригоршни снега и высыпал на обожженные ноги. Покрытую волдырями кожу обрадовало холодное прикосновение. Жужжание не стихало; единственный звук, нарушавший неестественную тишину, казалось, исходит откуда-то с вершины холма. Он повернул голову на шум и увидел яркий свет, словно над вершиной повисла ослепительная звезда. И кто-то спускался к нему по крутому склону. Кто-то спешил на помощь.

Он осмотрел себя. Грязь. Одежда превратилась в лохмотья. С этим ничего не поделаешь, но нельзя же, чтобы его увидели валяющимся в раскисшем снегу, как обыкновенного свинопаса. Он все-таки верховный король Британии. Надо встать.

На это ушли все силы и решимость, но он заставил бесчувственные ноги шевелиться и кое-как встал рядом с мечущимся огнем. Сквозь оглушающий шум в голове до него долетел чей-то крик. Он поднял глаза и увидел женщину, бегущую к нему по скользким камням. Лицо ее отражало облегчение и страх, а в глазах стояли слезы.

Огонь, наконец, осветил ее как следует. Длинные темные волосы, странная одежда, и все же он узнал свою любовь, и сердце его дрогнуло. Он расправил плечи и попытался успокаивающе улыбнуться.

– Все хорошо, – произнес он и сам не услышал своего голоса. – Я живой.

Она бросилась к нему в объятия, и он заставил свое израненное тело ее обнять.

– Я знал, что кто-нибудь найдет меня, – прошептал он хрипло. – Только вот не думал, что это будет моя королева. – Он зарылся лицом в ее волосы. – Гвен-хвивар… – выдохнул он, чувствуя, как на него наваливается огромная усталость. – Мы так долго пробыли в разлуке… Я хочу домой.

Остаток брачной ночи Джеймс провел в отделении неотложной помощи лазарета Питлохри. Эмрис хотел отвезти его в больницу в Абердине, но Дженни не согласилась.

– Если мы туда поедем, – сказала она, – от репортеров это не укроется. А так у нас есть шанс.

– Вот уж на это наплевать, – проворчал Эмрис. – Даже думать об этом не хочу. У нас есть заботы поважнее.

– Джеймс тоже так хочет, – настаивала Дженни. – И еще надо найти ту женщину. Она где-то там, внизу. Надо ее спасти.

– Найдем, найдем, – успокоил ее Эмрис. – Мы с Кэлом поговорим с полицией, и сразу к вам приедем. – Он сжал руку Дженни. – С Богом!

Джеймса, обернутого серебристой фольгой из-за ожогов, усадили на заднее сидение вертолета. Дженни устроилась рядом и попросила Риса взлетать. Рис настроил угол лопастей, и через несколько секунд они были в воздухе.

Вертолет прибыл к Локтю Дьявола почти сразу после взрыва. Рис аккуратно посадил машину на краю шоссе и направил луч прожектора вниз по склону. Дженнифер опередила их с Эмрисом на спуске. Горящие обломки достаточно освещали путь. Скорая помощь, вызванная Дженни, прибыла через две минуты, а с ней приехал Кэл.

Медики быстро оказали королю первую помощь, привязали к особой доске, подняли из ущелья и усадили в вертолет. Полет до Питлохри обещал быть недолгим. Вертолет уже исчез в ночи, когда подъехала полицейская машина, присланная из Бремара. Эмрис переговорил с полицейскими, сообщил им полученное от Дженни описание женщины, остановившей на дороге королевскую чету, и посоветовал прочесать местность, чтобы поискать тело. А затем вместе с Кэлом отправился в лазарет.

– Надо же, какими иногда выдаются первые брачные ночи! – заметил Кэл, разворачиваясь и направляясь к Спитталу в Гленши.

– Знаешь, больница все-таки лучше, чем морг, – проворчал Эмрис.

– Это да, – согласился Кэл. – Но что, черт возьми, там произошло? Непонятно же ничего. Какие-то странные женщины, ну, машина с дороги слетела, это запросто, но остальное… Дженни совсем не в себе.

– Разберемся, – Эмрис повернулся к своему попутчику. – Давай с тебя начнем.

– Господи! Да я-то тут при чем? – Кэл с удивлением посмотрел на Истинного Барда. – Ты, может, что-то и понимаешь, а я?

– Так ли? – прищурился Эмрис. – А кто устроил так, чтобы король улизнул без присмотра?

– Ну, это… – смутился Кэл. – Первая же брачная ночь… Даже король имеет право на уединение в начале медового месяца. Я же не мог допустить, чтобы за молодоженами гналась стая диких папарацци, верно?

– Это большой риск. Ты просто не подумал.

– Да идите вы все! – огрызнулся Кэл. – Медовый же месяц! Джеймс прекрасно знает эту дорогу. Да и ехать им совсем недалеко. Они же не на войну собирались!

– А вот здесь ты как раз не прав!

Кэл мельком взглянул на Эмриса и поразился. Лицо старика в тусклом свете приборной панели выглядело суровым и решительным.

– Ну и как по-твоему, что там у них случилось?

Эмрис ответил не сразу.

– Единственный человек, который знает наверняка, – это Джеймс. Подождем, пока он сам не расскажет.

Однако прошло несколько часов, прежде чем они смогли увидеть Джеймса. Он лежал в постели с закрытыми глазами. Казалось, король спит. Левое плечо тщательно перевязали, одну сторону головы и шею обильно смазали мазью от ожогов.

Рядом сидела Дженни и держала Джеймса за руку. Вид у нее был вполне умиротворенный. Она улыбнулась вошедшим.

– С ним все будет в порядке, – сказала она. – Одна пуля прошла через плечо ниже ключицы – кость не задета, только мышцы, а другая просто задела бедро. Но открылось старое ножевое ранение, ну, то, из парка. Это немножко беспокойно. – Она повернулась и посмотрела на мужа. – В общем, ему повезло.

В этот момент Джеймс открыл глаза.

– Ты можешь вытащить меня отсюда? – невнятно спросил он Кэла. – Учитывая все обстоятельства, мне лучше бы сейчас быть в Блэр Морвен.

– Извини, дружище, придется подождать, – ответил Кэл. – Врачи требуют, чтобы ты пока побыл у них. Ты же даже от наркоза еще не отошел. И вообще, они порываются отправить тебя в Абердин.

– Хорошенький медовый месяц я тебе устроил, – проговорил Джеймс, целуя руку Дженни. – Ты уж меня прости. Так вышло.

– Наш медовый месяц еще не начинался, – ответила она. – Все еще впереди. – Она сжала его руку.

– Который час? – спросил Джеймс, откидываясь на подушки.

Кэл взглянул на часы.

– Двенадцать минут второго. Надо же, избирательные участки открываются через пять часов.

– Не забудь проголосовать, Кэл, – сказал Джеймс. – Я на тебя рассчитываю.