Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

Соавторы: Стивен Лоухед
сообщить о нарушении

Текущая страница: 256 (всего у книги 331 страниц)

Глава 16. ВО́РОНЫ

– Я вернусь, как только смогу, – пообещал Кинан. – Привезу с собой людей, инструменты и провизию, в общем, все, что нужно для строительства такой крепости, какой еще не было в Каледоне!

– Я бы не отказался от смены одежды и пары снопов соломы, чтобы дождь на голову не падал, – сказал ему Лью. – Э, да что там говорить! Ни того, ни другого не будет, пока ты не вернешься!

Пока он говорил, дождь, преследовавший нас два дня, прекратился. Лошади дергали головами, звенели упряжью, показывая, что готовы двигаться.

– Ладно. Мы пойдем. Оставлю с вами Рода, а оружия у вас хватает.

– Мы вполне можем позаботиться о себе, – мягко возразил Лью. – И слуга нам не нужен. Если вы встретите Мелдрина, вам понадобятся руки Рода.

– И все-таки я предпочел бы его оставить, – настаивал Кинан. – Не упрямься.

– Как скажешь, – ответил Лью и попрощался с Кинаном. Остальные уже ждали на тропе; Кинан занял место во главе отряда, а затем они развернули лошадей и исчезли среди деревьев.

– Что ж, – сказал Лью, возвращаясь туда, где я стоял, опираясь на посох, – у нас есть лошадь и воин, которыми мы можем командовать. Наш военный отряд готов.

– Тебе смешно, – сказал я ему, – а между прочим, великие короли, бывало, начинали с меньшего.

– Ну раз ты так говоришь, я тебе, разумеется, верю, – ответил он легким голосом, которого я не слышал уже очень давно. – По мне, так я даже рад, что Род остался с нами. Между нами говоря, Тегид, он – крепкий орешек. Я уверен, что он один стоит десятка.

Род, стоявший рядом, рассмеялся.

– А, так Кинан предупредил тебя! – весело сказал он. – А он тебе рассказал, что у меня вдобавок скверный характер?

Так началось наше совместное житие у лесного очага. До холодов доживем, а там видно будет… Род стал для нас благословением: неутомимый, находчивый, он помогал нам во всем, и его стараниями жить в лагере стало намного удобней.

Днем Лью и Род охотились и ловили рыбу, а остаток дня проводили за сбором съедобных растений и корней, годящихся в пищу. На закате мы купались в озере, а вечером ели у костра. Иногда я брал арфу и пел, посылая россыпь серебристых звуков ввысь с ароматным дымом костра. Мы ждали возвращения Кинана.

Однажды Род прибежал, запыхавшись, на берег озера, где я набирал воду. Он и Лью ушли на охоту незадолго до того. Меня удивило его скорое возвращение.

– Что произошло? Лью ранен?

– С ним все в порядке, – заверил Родд. – Он послал меня за тобой. Мы видели людей на тропе под хребтом.

– Сколько?

– Видели шестерых, но их может оказаться больше. Далеко все-таки. Но до полудня они будут здесь. Лью остался наблюдать.

Я взял посох, и Род повел меня вверх по склону к вершине хребта. По дороге мы зашли в лагерь за копьями и щитами, оставленными Кинаном. Некоторое время мы шли вдоль хребта на запад, а затем спустились по длинной, крутой тропе, и обнаружили Лью, притаившегося среди камней на полпути вниз по склону.

– Они скоро будут здесь, – сказал Лью. – Думаю, мы с Родом сможем их перехватить, но нам понадобится твоя помощь, Тегид. Нельзя, чтобы они покинули эту долину.

– Думаешь, лазутчики Мелдрина?

– А больше некому. Кинан же предупреждал, что они обыскивают земли.

Мы обсудили засаду и составили план, с помощью которого сможем взять лазутчиков.

– Дальше к востоку долина сужается, – говорил Лью. – Там каменная осыпь до самой воды. Им придется спешиться.

– А дальше на восток? – спросил Род.

– Дальше на восток долина переходит в широкую равнину.

– Значит, надо ждать их в этом узком месте, – согласился Род.

Мы вернулись на вершину хребта и пошли на восток по тропе до того места, о котором говорил Лью. Здесь мы заняли позицию с видом на тропу внизу, и стали ждать. День перевалил за полдень, а мы не видели и не слышали ничего. Лью потерял терпение.

– Почему их так долго нет? Что они делают?

– Возможно, свернули с тропы, – предположил я. – Может, лошадей решили напоить.

Лью послал Рода посмотреть, что там происходит, но велел соблюдать крайнюю осторожность. Мы измаялись, ожидая его возвращения. Лью отмечал время, постукивая наконечником копья по камню – словно кость стучала о кость. Стук прекратился.

– Что он так долго? – не выдержал Лью.

– Слушай!

Род пробежал по тропе и присел перед нами, тяжело дыша.

– Был в долине, – сказал он нам, переведя дух. – Я их нашел. Они лагерь разбивают.

– Тебя видели?

– Нет, конечно.

– Ты их узнал?

– Нет. Я такого клана или племени не знаю. Только вряд ли они с севера. Я бы сказал, скорее, южане.

– Мелдрин, – процедил Лью сквозь зубы. – Сколько их там?

– Шестеро.

– Если это Ллвидди, – сказал я, – мы можем их знать. Я мог бы поговорить с ними.

– Да о чем с ними разговаривать! – вскинулся Лью. – После того, что они сделали с ученым братством, что ты можешь им сказать?

Я повернулся к Роду.

– Отведи нас туда, где ты их видел.

Хотя тропа была неровной и трудной, мы добрались довольно быстро. Последние футы пришлось проползти.

– Рассказывай, что ты видишь, – шепнул я, касаясь плеча Рода.

– Шесть человек с лошадьми, – ответил Род. – Все так, как я уже говорил.

– Подробнее! Опиши подробнее! – потребовал я.

Род, должно быть, вопросительно посмотрел на Лью, потому что Лью хмуро сказал:

– Делай, как он говорит.

– Ну, их шестеро, – медленно ответил Род. – При них шесть лошадей: три чалые, желтая, серая и вороная. Хорошие лошади. Воины… ну, обычные воины…

– Кожа темная или светлая? Одеты как?

– Они в основном темнокожие; волосы и бороды заплетают. Носят длинные плащи, хотя сейчас тепло. Оружия не видно, хотя нет, на лошадях вязанки копий и мечи в ножнах. У троих щиты.

– Вот так-то лучше, – проворчал я. – Давай дальше, что еще?

– Вижу нарукавные кольца и браслеты – золотые и серебряные. У одного золотое кольцо на пальце и плащ застегнут золотой брошью. Похож на героя; у него есть торк, но не золотой, а серебряный. На мечах синие эмблемы – птица, не то ястреб, не то орел, отсюда не разобрать. По-моему, шли издалека. Вид усталый…

– Отлично! – сказал я ему. – Есть в тебе что-то от барда, Род.

– Все сразу не возьмем, – озабоченно сказал Лью. – Нам нужно пять копий, и надо успеть их метнуть, пока они не добрались до оружия.

– А остальные?

– Счет не в нашу пользу, – признал Лью. – Но если сумеем быстро напасть, можем победить.

– Хорошо бы подождать до темноты, – сказал Род, – тогда у нас будет больше шансов. Можно напасть, когда они лягут спать.

– Нет. Тогда они будут держать оружие наготове, – отметил Лью. – Кто же спит без оружия в чужой стране? Они наверняка выставят дозорных. Надо идти сейчас.

Воины обсуждали план атаки, а я, слушая их разговоры, никак не мог понять, что меня беспокоит. Дело не в страхе, а скорее в том, что мы просто делаем не то.

– Тегид, возьми, – сказал Лью, сунув мне в руку нож. – Если кто-нибудь попытается сбежать…

Я выронил нож так, словно он обжег мне ладонь.

– Стойте. Мы не можем напасть, – сказал я ему. – Это не правильно.

– Вряд ли кто-то из них сюда доберется. – Похоже, Род меня просто не услышал. – Это просто для защиты.

– Он не об этом, – досадливо поморщился Лью. – Что такое, Тегид?

– Мы не можем напасть на безоружных людей. Мелдрин мог бы. Это подлость.

– Ну, а что бы ты сделал, Тегид Татал? – растерянно спросил Лью.

– Надо просто обратиться к ним с приветствием.

– Хм, с приветствием… – в сомнении протянул Лью. – Что ж, Тегид, Мелдрин уж точно бы этого не сделал.

– Лорд Бард, – начал Род, – если мы обратимся к ним с приветствием, а они – шпионы, мы умрем еще до захода солнца.

– Послушай, Род, друг мой, представь, что мы нападем на вполне миролюбивых людей. Тогда мы станем убийцами.

– Что ты предлагаешь? – спросил Лью.

– Отнесемся к ним, как к гостям. Пригласим к нашему очагу, – с этими словами я встал с посохом в руке.

Лью быстро встал и положил руку мне на плечо.

– Я пойду первым, – сказал он и шагнул чуть впереди меня, чтобы я мог следовать за ним, не спотыкаясь и неуклюже шаркая. Незачем было унижаться перед чужими людьми.

Вместе мы втроем вышли из-под прикрытия деревьев и смело направились к лагерю незнакомцев.

– Привет, друзья! – еще издали крикнул Лью. – Мир вам и вашему господину, кем бы он ни был.

Наше внезапное появление удивило их. Я услышал звон миски, ее уронили на камни, и быстрый шорох ног, когда незнакомцы похватали оружие и выстроились напротив нас, – затем тишина на три удара сердца, пока они решали, как нас встретить.

– Привет и вам, – медленно ответил один из незнакомцев. – Вы подобрались тайком, мы вас не заметили.

– Это правда, – ответил Лью. – Прости нас, если причинили вам беспокойство. Однако, если вы пришли сюда с миром, все будет хорошо. Если же нет, то ищите более теплый прием где-нибудь в другом месте. Если тебе не трудно, сообщи имя твоего господина и то, что привело тебя сюда.

– Мне известны законы гостеприимства, – ответил незнакомец. – Мы не несем зла, друг, и надеемся пройти через эти земли, не обидев тех, кто здесь живет. Мы сочли бы за честь услышать от вас, кто является здешним господином, чтобы мы могли приветствовать его так, как подобает его рангу.

Вместо Лью начал отвечать я.

– Ты говоришь умело, друг. Как же тогда ты пренебрег ответом на заданный тебе вопрос? Или, возможно, у тебя есть причина скрывать имя твоего господина?

– Я не ответил, потому что это имя стало для меня горьким. Я хотел бы забыть его. Истинная правда, мне бы хотелось вовсе никогда его не слышать.

И тут до меня дошло, кто эти люди и зачем они появились здесь.

– Не время для боли и горя, – сказал я. – Может быть, ты и не догадываешься, но это Быстрая Твердая Рука привела тебя сюда. Если вы желаете почтить господина этого места, то именно он стоит перед вами, предлагая вам мир.

– Мы впервые здесь и не рассчитывали ни на какой прием, тем более на приветствие. Если моя речь или поведение оскорбили вас, прошу прощения, господин. Я этого не хотел.

– Вижу, ты умеешь найти слова, – беззаботно ответил Лью. – Успокойся. Ты ничем меня не оскорбил. И я вам еще раз говорю: добро пожаловать. Наш лагерь за хребтом. К сожалению, можем предложить всего лишь грубый очаг, зато он свободен от какого бы то ни было владычества. Предлагаем вам отдохнуть возле него.

Посовещавшись, незнакомцы согласились, и мы тронулись в путь. Лью велел Роду идти впереди, шестеро незнакомцев следовали за ним, ведя лошадей в поводу. Мы с Лью шли последними.

– Почему ты сказал им, что я хозяин этого места? – прошипел Лью.

– Потому что это так и есть.

– Что они скажут, когда узнают, что я владею лишь небольшим участком леса?

– Ты еще не догадался, кто они?

– Нет, – ошеломленно ответил Лью. – А ты уже знаешь?

– Да.

– Каким образом?

– Их приход предсказан.

– Ладно, не томи. Или подождешь, пока я состарюсь, ожидая твоего ответа?

– Они Вороны.

– Вороны? Какие вороны?

– «Беда минует лишь Каледон; Вороны слетятся в его тенистые долины, и песня Ворона станет его песней».

– Всего-то шесть воинов, – скривился Лью. – Не такая большая стая, как считаешь?

– Будет больше. Увидишь.

– Соглашусь, когда увижу, – кивнул Лью, но видно было, что пока он не согласен со мной. Он остановился. – Я смотрю, ты во что бы то ни стало решил воплотить в жизнь пророчество бенфейт? Знаешь ведь, что этого не может быть, но упорствуешь. Хочешь, чтобы все крутилось вокруг меня?

– Между прочим, ты тоже упорствуешь, – заметил я. – Пророчество, насколько я помню, дано тебе. И авен Главного Барда тоже у тебя.

– Да! – яростно прошипел он. – И вот это тоже мне подарили!

Я и без глаз видел, как он потряс передо мной своей культей.

– Я здесь вовсе не для того, чтобы стать королем чего бы то ни было! Я пришел забрать Саймона, – рявкнул он, – и как только я придумаю, как это сделать, немедленно уберусь отсюда. А на большее не претендую!

Он резко отвернулся и начал взбираться по склону. Высоко над головой я услышал хриплый крик ворона. Тотчас проснулось внутреннее зрение. В сознании возник образ ворона, восседающего на спинке трона из оленьих рогов – я видел его в видении. А потом я увидел других, много других, большую стаю, парящую вокруг трона.

Пока я смотрел, слеталось все больше воронов, пока огромная темная туча не заполнила небо; их черные крылья сверкали в солнечном свете, а черные глаза ярко и грозно сверкали.

– Лью! – позвал я. – Мы не договорили. Давайте покончим с этим сейчас.

Я услышал, как он остановился, постоял, а потом пошел ко мне.

– И как ты предлагаешь это сделать?

– Ты согласен?

– Ладно. Говори.

– Воины, пришедшие к нам, – начал я. – Для них это станет испытанием.

– То есть?

– Я же сказал, что появление стаи Воронов предсказано.

– Опять пророчество…

– Да, опять. Пророчество – это путь. Гофаннон, сайленчар, а теперь и Вороны – это вехи на пути его исполнения. По ним мы узнаем, что идем верным путем. – Он не ответил, и я добавил в голос убедительности. – Если пророчество окажется правдой, ты уймешь свои сомнения и пойдешь по тому пути, который тебе указывают?

Лью не спешил соглашаться.

– Не такой простой вопрос… – протянул он.

– Ответить на него труднее, чем однорукому стать королем?

– Нет, думаю, попроще.

– Тогда чего ты волнуешься?

– Хорошо, – решительно кивнул он, но в голосе все еще звучало сомнение. – Давай проверим это пророчество. Скажи, кто, по твоему, эти люди?

Я ответил без колебаний, доверяя пришедшему ко мне прозрению.

– Ретани.

– Вот здорово! – он словно выплевывал слова. – Только их нам не хватало!

– Ты не прав. Они не шпионы и не предатели. Они – благородные люди. Те, кто поставил честь выше жизни. Когда их неверный господин заключил позорный союз с Мелдрином, они предпочли стать изгоями, лишь бы не служить предателю.

– Они оставили своего господина. Считаешь, это правильно?

– Я бы не стал говорить, что они кого-то там оставили. Лучше считай, что они ищут господина, достойного их верности.

– Ретани… – размышлял Лью. – Очень интересно. Но этого мало. Что еще?

– Ты скоро поймешь, что разговаривал с вождем, боевым вождем, а с ним его люди – лучшие из бойцов Ретани. Если ты расскажешь им, кто ты и что собираешься делать в этом месте, они поклянутся тебе в верности.

– Лучшие… – повторил Лью, и я почувствовал, что он готов принять вызов, – нет, должно быть что-то еще, посложнее.

– Ладно. Простым ты не готов удовлетвориться. – Я сделал паузу, удерживая в уме образ воронов. Будет тебе сложное. Ты поймешь, что путь истинный. Они – Вороны.

– Ты уже говорил.

– Да, говорил, но они этого не слышали. А ведь это их настоящее имя, – объяснил я. – Когда ты спросишь их, они ответят: «Мы Вороны». Согласен?

Лью глубоко вздохнул, и я понял, что он готовится к трудному решению.

– Согласен. Пусть будет так, как ты говоришь.

Глава 17. СЛАВНЫЕ ПЛАНЫ

Незнакомцы уже устраивали своих лошадей среди деревьев, когда мы присоединились к ним в лагере. Лью подождал, пока они закончат, и пригласил их сесть. Все шестеро уселись на земле вокруг огня.

– Я вижу, вы – люди, привыкшие к лучшему жилищу, – сказал Лью. – И все же, может быть, лучше крыша рядом с благородными людьми, чем королевский зал и компания предателей.

– Истинно говоришь, – ответил предводитель. – Лучше жить изгоями, чем сидеть за одним столом с предателями-лордами и интриганами.

– Тогда между нами много общего, – быстро заверил его Лью. – Мы тоже предпочли оставить очаг и родню, чтобы не страдать от несправедливости и не способствовать целям злодеев.

Воины беспокойно заерзали. Вожак поколебался, а затем спросил:

– Вы знаете, кто мы, господин?

– Знаю, – убежденно ответил Лью. – Вы – воины Ретани.

– Это правда, – ответил предводитель. – Но не вся. Мы – Вороны Ретани!

– Clanna na cú! – пробормотал Лью.

Я услышал громкий шлепок и понял, что мужчина ударил себя по руке открытой ладонью.

– Когда-то это было признаком чести…

«У всех на мечах синий цвет», – говорил Род, – изображение птицы».

– …но с некоторых пор оно стало нам ненавистно. Это позорный знак! – Воин снова ударил по ладони, его голос звучал горестно. – Мы бы вырезали наши татуировки, если бы могли.

– Не стоит, – сказал ему Лью, – пусть они так и останутся знаком чести. Ибо вы предпочли отказаться от уважения, лишь бы не служить неверному королю. Мелдрин, возможно, и купил твоего короля, но ты не продал ему свою честь. Поэтому добро пожаловать в наш круг.

При имени Мелдрина незнакомцы стали перешептываться в изумлении.

– Кто же ты, господин, что знаешь все это? – озадаченно спросил предводитель.

– Мое имя —Лью. А со мной – Тегид ап Татал, Главный Бард Придейна.

Воины удивленно воскликнули при этом известии. Вождь озадаченно произнес:

– Мы слышали о вас!

– Только мы слышали, что ты умер! – добавил один из воинов.

– Видишь ли, слухи о моей кончине оказались немного преждевременными. Некоторым хотелось, чтобы это было так, но – увы! – ответил Лью.

– Говорят также, что ты был королем Придейна, – сказал еще один воин.

– Да, был… – признал Лью. – Но Мелдрин позаботился о том, чтобы я больше не мог настаивать на королевском титуле.

– Но почему вы здесь, господин? – спросил другой.

– Мы пришли сюда в поисках убежища и останемся, чтобы построить крепость, – ответил Лью и коротко рассказал о заключении союза с галанами на юге.

– Тогда вам потребуются люди, – твердо заявил вождь Ретани. – С твоего позволения, мы останемся здесь и поможем тебе.

Слова мужчины можно было воспринимать как клятву. Пока он говорил, включилось мое внутреннее зрение. Послышался шорох одежд, когда воины один за другим вставали.

– Я Дастун, – произнес низкий, торжественный голос. Перед моим сознанием встал мужчина с бычьей шеей и мрачным выражением лица, хладнокровный и уверенный в себе.

– Я Эмир Лидо, – раздался другой голос, и мысленным взором я увидел светловолосого мужчину с большим рогом, перекинутым через плечо на широком коричневом кожаном ремне.

– Я Найл, – сказал третий легким голосом. Я увидел темного воина с быстрыми умными глазами и губами, всегда готовыми к улыбке.

– Я Гаранау, – сказал четвертый мужчина таким голосом, что им впору было высекать искры из стали; человек беспокойной жизненной энергии, широкоплечий, очень сильный, с рыжевато-каштановыми волосами и бородой.

– Я Алан Трингад, – назвался пятый; голос у него был живой и энергичный. В моем сознании возник образ худощавого, длинноногого мужчины с высоким благородным лбом и голубыми глазами, легкого на драку и на развлечения.

– А я Бран Бресал, – назвал себя предводитель. В голосе звучала гордость за своих людей. Перед моим внутренним взором он предстал крупным мужчиной с длинными темными волосами и аккуратно заплетенной бородой, густыми черными волосами на руках и тыльной стороне кистей. Он посмотрел на Лью неподвижными черными глазами. – Мы просим принять нас у твоего очага, господин, – сказал он, обводя руками своих людей.

Я шагнул вперед и ответил, подняв руку над головой:

– Ваше появление было предсказано. Пусть тебе будет хорошо с нами, и пусть нам будет хорошо с тобой. Пусть ты найдешь среди нас все, что ищешь. – Я опустил руку. – Я хотел бы поднять приветственный кубок, но у нас нет ни кубка, ни пива, которым можно было бы его наполнить.

– Прием, оказанный вами, прекрасно заменяет приветственный кубок, – сказал Бран Бресал. – Вы не пожалеете, что приняли нас. Мы хотим внести свой вклад…

– Больше, чем вклад! – воскликнул один из мужчин. Кажется, это был Дастун.

– Это верно, – кивнул Бран. – Где есть работа, там мы к месту.

– Благодарим вас, – ответил Лью. – Но работа может подождать; сейчас отдыхайте. У вас позади долгое путешествие.

– Да, мы устали и изрядно запылились, – ответил Бран. – Умыться было бы для нас благословением, господин.

– Этого добра у нас сколько хочешь, – усмехнулся Лью. – У Рода есть мыло, и он покажет тебе, где мы купаемся. – Шестеро воинов под водительством Рода спустились к озеру, оставив нас с Лью на время одних.

– Ну как? – спросил я, когда они ушли. – Этого тебе достаточно? Поверил в истинность пророчества?

– А ты вообще чего-нибудь не знаешь? – проворчал он вместо ответа.

– Нет уж, будь любезен отвечать, – настаивал я. – Будешь доверять пути перед тобой?

– Буду, брат, – ответил Лью и добавил, – но я хочу кое-чего взамен.

– Говори, и если это в моих силах, получишь.

– Не говори больше о королевской власти.

– Лью, но это же…

– Я серьезно, Тегид. Не надо больше, понимаешь?

Я решил пока оставить этот вопрос. Главное, он сделал первый шаг на пути; на данный момент этого довольно.

– Хорошо, – согласился я. – Ты больше ни слова от меня не услышишь о королевской власти.

– Вороны, – пробормотал Лью. – Кто бы мог подумать?

– Слушай!

Мы замолчали и до нас донеслась песня: воины пели, спускаясь к озеру.

– «Беда минует лишь Каледон; Вороны слетятся в его тенистые долины…» – вспомнил я пророчество.

– «И песня Ворона станет его песней», – закончил Лью.

Уже у воды голоса поющих разрослись, их подхватило эхо, и вся долина наполнилась новым смелым звуком.

– Они хорошо поют, эти Вороны.

Мы с Лью присоединились к мужчинам на озере после того, как они закончили мыться. Лью показал, где мы решили строить крепость. Им очень понравилась идея краннога, и они горели желанием приступить к строительству. По-моему, они готовы были начать прямо сейчас, но без инструментов нечего было и думать затевать стройку.

К счастью, уже через три дня вернулся Кинан. Его сопровождали около двадцати человек. Он привез восемь повозок, запряженных волами, нагруженных инструментами, провиантом и другими нужными вещами. С ним прибыли семь лошадей – пять кобыл и два жеребца, вполне достаточно, чтобы начать создавать табун, – а еще четыре охотничьих собаки, основа будущей своры. Среди его людей одиннадцать человек были строителями, некоторые привели с собой жен и детей.

– Они останутся здесь, пока строится крепость, – объяснил Кинан, когда мы покончили с приветствиями. – Я рассказал отцу о твоих планах. Он одобрил замысел. Кинфарх так и сказал: «Прекрасная идея!», и пообещал поддерживать вас пока вы не сможете сами себя обеспечивать. Ему очень нужен сильный союзник на севере. И мне кажется, он его получит.

Подошел Бран. Лью представил его:

– Это Бран Бресал, – сказал Лью, – вождь Воронов. Они помогут нам строить Динас Дур.

Я заметил, что Лью в представлении опустил клановую принадлежность Брана и его людей. «Пусть Кинан сначала познакомится с ними, – объяснил он мне позже. – Зачем забегать вперед?» – Я подумал, что в этом вопросе Лью проявил очевидную осмотрительность.

Кинан и Бран обменялись приветствиями, после чего Кинан потребовал чашу, сказав:

– Выпьем за новых друзей и славные планы!

– Кинан, ты чудо, – засмеялся Лью. – Я бы с радостью вручил тебе приветственную чашу, но, ты же знаешь, с элем у нас проблема.

– Как это? – опешил принц. Он тут же приказал своим людям тащить сюда бочку с элем и поставить у очага. Пока Кинан говорил, я услышал, как пенистая жидкость наполняет сосуд. – Bаncaraid gu brаth! – воскликнул Кинан.

– Slаinte môr! – дружно прокричали мы в ответ, пока чаша шла по кругу. {Тосты. Аналог русского «Будьте здоровы»!}

В тот вечер мы хорошо поели, и, пока горел костер, я спел «Битву деревьев»: песнь собрания и общего дела, песнь, побуждающую людей к действию. На следующее утро работа началась.

Строители разобрали инструменты и сошлись на лугу на берегу озера. Лью, Кинан и я обсудили наш план с мастером рабочих – человеком по имени Дерфал, главным строителем короля Кинфарха. Пока мы разговаривали, его люди успели расчистить площадку для нескольких хижин. Воинов отправили рубить деревья для постройки лодок. Понадобится шесть или восемь прочных судов с широким корпусом, чтобы доставлять камни и древесину на строительную площадку по воде.

В первые дни на нашу долю выпало немногим больше развлечений, чем волам, таскавшим бревна из леса на луг. Хижины строителей были уже готовы, и лодки начали обретать форму. Еще через некоторое время их спустили на воду, и строительство началось всерьез. Некогда тихий безмятежный лесной лагерь стал центром суеты.

С утра до ночи в лесу звенели топоры и мычали волы. Лагерь гудел от женских голосов; женщины пекли хлеб, жарили мясо, чтобы накормить вечно голодных рабочих. Берег озера оглашался смехом детей и лаем собак.

Долина обогатилась множеством новых звуков. Я прислушивался к ним, и суета меня радовала. «Беда минует лишь Каледон», – вспоминал я.

Из десяти тщательно отобранных дубовых стволов изготовили деревянные сваи. Их осторожно оттащили к центру озера и загнали в дно так, чтобы вершины выступали над поверхностью.

Затем строители пригнали лодки с камнями и насыпали вокруг каждой сваи забутовку, укрепив основания. Пять свай соединили с пятью другими, образовав в воде пятистороннюю фигуру. Из мощных дубовых плах соорудили платформу, засыпав ее камнями и землей. На платформе будут располагаться первые строения из бревен.

К этому кранногу добавили еще один, потом еще, пока не сложились два десятка кранногов поменьше, соединенных между собой мостами и переходами и окруженных крепкими деревянными стенами.

Лью приглядывал за всем. Днем он работал вместе со строителями, а по ночам обсуждал с Дерфалом работу на следующий день. Кинан очень радовался происходящему, как будто Динас Дур был его собственным детищем. Я думаю, он впервые был занят созданием чего-то значительного. Отец его был дельным правителем, но не спешил доверять Кинану какие-то важные дела. Так что строительство крепости стало для него первым серьезным предприятием, и он отдался ему всей душой.

Маффар прошел в тяжелой работе. Рилла, сезон Семяпада, с его прохладными днями и ночами, стал долгожданным облегчением. Мы намеревались работать до тех пор, пока будет держаться погода, и оставалось еще немало прекрасных дней, прежде чем лед и ветер Соллена положат конец нашей активности.

Кинан собрался возвращаться на юг.

– Скоро начнется жатва, и я буду нужен отцу для сбора королевской дани, – объяснил он. – Но я вернусь до снегопада, привезу еды, чтобы пережить Соллен.

– Возвращайся, друг. Мы будет ждать, – сказал Лью, когда Кинан с товарищами садились на коней; с Кинаном уезжали четверо воинов, остальные оставались. – Однако не торопись, дождись, пока погода установится. Уверен, нам хватит до Гида того, что привез в первый раз.

Кинан коротко кивнул.

– Да пребудет мир над твоей долиной, – сказал он.

– Легкой дороги, – пожелал Лью. – Возвращайся, когда сможешь.

Проводив Кинана, мы спустились к озеру. Над водой висел перестук топоров. Строители укладывали бревна. Волы подтаскивали все новые материалы. Дети плескались у берега. Мы посидели на камнях среди пахучих стружек и смотрели на два готовых краннога – первый с двумя большими постройками и складом, второй – с загоном для скота, и начатый третий с хижинами строителей. А еще на берегу возвели четыре просторных жилища. Хорошее начало.

– Дело идет, – сказал Лью. – Уже на что-то похоже. Жаль, что ты этого не видишь, Тегид.

– Вижу, – отозвался я. – Я все это видел.

– Хорошо бы, чтобы вышло по-твоему. Вот только…

– Все так и будет. Знаешь, за это время мой дар тоже подрастал.

– В самом деле?

– Я не могу им управлять. Он приходит, когда захочет, как авен. Иногда сам по себе, но чаще начинается с какого-нибудь звука или слова. Но каждый раз мне кажется, что я вижу больше.

Свежие ночи Риллы принесли с озера туманы, но дни стояли в золоте листвы под угасающим светом солнца. Но это великолепие с приближением Самайна померкло. Яркие краски сменились серыми, как зола в костре Самайна, знаменующего начало года. Любой огонь в конце концов превращается в серый пепел – пошли затяжные дожди. Теперь вода так и будет висеть в воздухе, пока наползающая тьма не обратит ее в снег.

После Самайна я отчетливо ощущал в воздухе запах зимы. Лошади и волы отрастили шерсть, она стала длинной, мягкой и густой. Воины охотились, ловили рыбу и заготавливали дрова к сезону снегопадов. Женщины коптили и солили мясо; пекли ржаной хлеб, способный долежать до зимы. Дети уже не сверкали загорелыми голыми ногами, они оделись в теплые шерстяные плащи и штаны. Строители по ночам смазывали инструменты жиром и относили в хижины на берегу озера, чтобы не ржавели.

Наш лагерь среди деревьев опустел, мы перебрались в жилища на берегу. На строительстве оставалось около тридцати человек, поэтому четыре больших дома на берегу озера позволили разместиться с комфортом. Так было, пока не появился первый беженец.