Текст книги "Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Айзек Азимов

– Три дня! – закричал он, и этот крик странным эхом разнесся в пустой комнате. – Видение Талиесина! Мирддин, работавший ради этого всю жизнь! Царство мира и света – и оно продлилось всего три ничтожных дня! – Крик превратился в стон. – Боже, почему? Почему Ты сделал это со мной? Ведь из этого могло получиться столько добра для всех! Почему Ты отвернулся от меня? Почему презираешь меня?

Словно вновь вспомнив о моем присутствии, Артур опустился на стул и посмотрел на меня.

– Меня предали, – проговорил он хриплым голосом. – Предал один из своих. Я ведь любил его как брата, я доверял ему. Я доверил ему свою жизнь! А он отплатил мне за доверие предательством. Он забрал Грааль и мою жену.

– Если за всем этим стоит Моргана, – спокойно произнес я, – то Лленллеуг, вероятно, был заколдован. Ничем другим его поступок нельзя объяснить.

Однако король, похоже, меня не услышал. Сжав руку в кулак, он сильно ударил себя в грудь, словно желая задавить внутреннюю боль. И опять ударил. Я подошел ближе, чтобы не дать ему пораниться, если он не уймется. Но припадок прошел, и он откинулся на спинку стула, ослабев от горя.

– Глупость Артура… – пробормотал он, снова закрывая глаза. – Они приходят, надеясь узреть чудо, и не находят ничего, кроме груды камней, нагроможденной дураком-королем.

Невозможно слушать, как он корит себя. Рискуя вызвать очередной приступ гнева, я заговорил.

– Ты не мог знать, что так случится.

– Король дураков! – Артуру, видимо, доставляло удовольствие издеваться над собой. – Послушай меня, Галахад, никогда не доверяй ирландцу. Получишь только нож в спину.

– Если прав Эмрис, то винить следует Моргану, а не Лленллеуга, – возразил я. – Такое невозможно предвидеть.

– Считаешь, я безупречен? – усмехнулся он. – Тогда почему на меня свалилась вся эта погибель? Почему я покинут? Почему Бог отвернулся от меня?

Опасаясь сделать хуже, я молчал. Артур воспринял мое молчание как признание его неудачи.

– Вот! Ты тоже это видишь! Все видят, кроме меня. О, но теперь и я вижу… – Он резко откинулся назад и с треском ударился головой о спинку стула. – Теперь и я вижу, да только поздно.

– Артур, ничего не поздно, – возразил я. – Мы найдем Лленллеуга и вернем Грааль. Все придет на круги своя. Это не крах Летнего Королевства. Ему просто придется немного подождать.

– Я видел его, Галахад, – сказал он, снова закрывая глаза. – Я все это видел.

Он был измучен, и я понадеялся, что может теперь он заснет. Хватит уже ходить по кругу.

– Что вы видели, милорд?

– Я видел Летнее Королевство, – ответил он неожиданно мягким мечтательным голосом. – Я умирал – я знаю. Мирддин не говорит, но я знаю. Это он уговорил Аваллаха призвать Грааль. Аваллах не хотел. Он не хотел использовать Святую Чашу так.

Он сделал паузу, и я набрался смелости предложить ему отдохнуть.

– Тебе нужно поспать, господин, ты устал.

– Спать! – Артур зарычал. – Как я могу спать, когда моя жена в опасности? – Он прижал руки к глазам. Посидел так некоторое время, а потом заговорил намного спокойнее. – Гвенвифар пришла ко мне. Она была такой храброй – она не хотела, чтобы я видел, как она плачет. Она тогда поцеловала меня в последний раз, как ей казалось, и ушла от меня. И Мирддин ушел. Все ушли из Тора, а потом туда, где я лежал, пришел Аваллах…

Я понял, что сейчас услышу историю исцеления Артура Граалем, и затаил дыхание.

– Сначала я ничего не видел, – прошептал Артур, – но я как-то знал, что в комнату вошел Аваллах и что Святой Грааль с ним, потому что спальня внезапно наполнилась удивительным ароматом – как лес цветов или цветущий луг после дождя, в общем, я ощущал все лучшие ароматы, которые мог вспомнить. Запах меня разбудил, и я открыл глаза. Рядом со мной на коленях стоял Аваллах и протягивал мне такое… похожее на чашу… – Артур облизнул губы, наверное, так же, как тогда. – Я понял, что должен пить, и сделал глоток… мне показалось, что сделал, но никакой влаги там не было, зато был вкус, с которым ничто не может сравниться. Лучший мед по сравнению с ним – все равно, что болотная вода. Это был вкус самого Грааля, это он наполнял воздух несравненным ароматом.

Артур глубоко вдохнул. Наверное, так же, как тогда. Воспоминание о чуде, спасшем его, разгладило резкие тени на измученном лице.

– Как только я вдохнул этот ароматный воздух, пары смерти, затуманившие мой разум, рассеялись и без следа. Я пришел в себя и понял, что в комнате, кроме Аваллаха, присутствует могущественный дух, хотя и сам Аваллах не чужд миру духов. Но этот, другой, был наделен неизмеримой мощью. А я… я все еще оставался между жизнью и смертью, слабое, хрупкое существо – птица, застрявшая в ветвях, бьющая крыльями в попытке освобождения. Я был ничем рядом с ними… ничем. Я потратил жизнь напрасно…

– Это не так, Артур, – решился я прервать короля. – Ты никогда не изменял себе, и прямо шел к своему предназначению. – Но король не хотел меня слушать. Он отрицательно покачал головой. – Да, я потратил жизнь впустую. Я стремился к вещам обыденным, шел за пустяками, о которых быстро забывают.

– Ничего себе – пустяки! – возразил я. – Мир и справедливость никак нельзя назвать пустяками. Ты бился за свободу для нашего народа, за нашу землю, а такое не забывается!

Король грустно улыбнулся.

– Пыль, – сказал он и повторил: – пыль, и ее унесет первый порыв ветра. Забудут и об этом. Только дураки смотрят на пыль под ногами…

Я опять попытался возразить, но он остановил меня.

– Считай, как хочешь, Галахад, это уже не имеет значения. – Он задумался, а потом вернулся к своему рассказу. – Позор. Я никогда не испытывал такого позора. Внутри меня горел огонь, он просто пожирал меня. Меня переполняло чувство вины. Вина за то, что я попусту растрачивал жизнь свою и жизни очень многих других. Я стоял перед судом и знал, что буду осужден тысячу раз. Ни Аваллах, ни Другой не предъявляли обвинений, в них не было нужды – мой собственный дух проклял меня. Мне было суждено умереть раньше, чем я смогу искупить свою вину. Раскаяние вызвало у меня поток слез, словно я пытался смыть с души свою вину.

Но там был Грааль! Даже когда мир померк перед моими глазами, Аваллах продолжал держать надо мной Священную Чашу. Он обмакнул палец и коснулся моего лба. Он освятил меня крестом Христовым. Я решил, что он совершает последнее помазание, обряд для умирающего. Вскоре моя душа предстанет перед Верховным Царем Небесным, и высший Судья решил мою участь.

Но когда Аваллах коснулся меня пальцем, во мне забурлила жизнь. Я был жив! Да что там жив! Меня простили! Прикосновение Аваллаха исцелило меня и сняло с меня вину и стыд за бесплодное существование. Прежние путы спали с меня, как промокший плащ, и душа моя воспарила, как орел, подхваченный бурей.

Все мое существо переполнилось восторгом, во мне теперь сиял новый огонь, он не обжигал, он звал меня к добру и правде. Словно с высокой горы смотрел я на мир далеко внизу. Я видел зеленую мирную землю, раскинувшуюся на груди сине-зеленого моря.

А над всем этим сиял Грааль! Я видел храм на холме, и в этом храме стояла Пресвятая Чаша Христова. Нездешний голос приказал: «Накорми людей, исцели землю» и повторил это трижды. И мне открылась Британия, сияющая, как золото, ярче солнца.

Это же могло означать только одно: я должен построить святилище и поместить в него Грааль, чтобы он сиял как маяк истины и справедливости для всей земли. Британия станет источником добра и помощи для всего мира; люди будут смотреть на Остров Могущественных, и возродится надежда. Инис Прайден станет сосудом, из которого прольется благословение на все человечество.

Я поклялся построить Храм Грааля, чтобы Благословенная Чаша могла начать преображать мир. И я встал со смертного ложа, полностью исцеленный, переполненный рвением воплотить дарованное мне видение в реальность. Я вышел и обнял своих близких – жену, Мирддина, Лленллеуга, и весь Дивный Народ.

Уже на следующий день я принялся за работу. Я начал составлять планы Храма Грааля. С того дня меня не оставляла одна мысль: исполнить свою клятву во славу Божью и на благо Британии и ее народа. Это я сделал, – он замолчал, коротко взглянул на меня и тут же отвел глаза, – и за это я низвергнут. – Артур уронил подбородок на грудь и потер лоб рукой. – Оставь меня, – сказал он, и чудесное видение растворилось в его отчаяния. – Я устал, Галахад. Оставь меня.

Я очень хотел сказать хоть что-нибудь ему в утешение, но сказал лишь:

– Прости, Артур, – и вышел прочь, оставив короля наедине с его горем.

Глава 25

Сколько миров разрушила Моргана? Скольких судеб загубила? Сколько жизней уничтожила в своем неустанном стремлении к власти?

Мирддин сказал, что она вернулась, и я в этом не сомневался. В самом деле, нетрудно было поверить, что безжалостная, вечно мстительная Моргана все же сохранила хотя бы часть своей силы, бежав на север. Находясь в безопасности в далекой твердыне своего темного владения, она без устали собирала из обломков остатки своего могущества. Даже если Моргана не так сильна, как раньше, она все равно сильнее любого другого смертного противника. Это сила, с которой приходится считаться, непримиримый враг, такой же хитрый и смертоносный, как любая змея, и более злой и ненасытный, чем сонм демонов.

Вот я и размышлял об этом. Но как бы я ни старался, я не мог придумать объяснения для истории Моргаузы. Кем она была? Какова ее роль в жестоких предательствах, обрушившихся на нас?

Наконец я решил, что ответы на эти вопросы, хотя бы на часть из них, могут быть у Мирддина, и отправился его искать. Поиски заняли довольно много времени, обнаружился Бард в старом святилище рядом с аббатством. Один из монахов видел, как он входил в храм на рассвете.

– Я не заметил, чтобы он выходил оттуда, господин, – сказал монах. – Возможно, он и сейчас там.

Да, он был там. Я нашел его распростертым ниц перед маленьким алтарем, в молитвенной позе священника.

– Лорд Эмрис? – тихо окликнул я, но он даже не шевельнулся. Я подумал, не умер ли он часом? Но Мирддин поднял голову.

– Галахад, – сказал он словно самому себе. Он хотел встать, но с первой попытки у него не получилось. Я помог ему подняться на ноги. – Как ты нашел меня?

– Другого места просто не оставалось, – ответил я. Он вопросительно приподнял бровь. Пришлось добавить: – Остальные места я уже обыскал. Осталось только это.

Он улыбнулся. Я увидел свет в его глазах, он снова ярко горел.

– Я молился, – просто ответил он.

– Весь день?

– Я не следил за временем, – он пожал плечами.

– Хорошо бы и Артур был с тобой. А то он скоро выгрызет себе сердце. – Я рассказал ему о нашем разговоре с королем ночью.

– Он и сейчас там? – спросил Мирддин, когда мы вышли наружу.

– Думаю, да. Он закрыл дверь и никого не хочет видеть.

Мирддин поднял голову. Солнце садилось, и холодные сумерки рождали туман, скрывая окончание унылого дня.

– Ты пойдешь к нему? Ты ему нужен, Мирддин.

– Пойду, – пообещал Мудрый Эмрис, спускаясь по тропинке к озеру. – Только не сразу.

– Лучше бы сейчас.

– Пусть еще немного погрызет себя, – сказал Мирддин. – Ему надо выпить эту чашу до дна, иначе он меня просто не услышит.

– И долго ты намерен ждать?

– Одному Богу известно. – Меня его ответ озадачил и отнюдь не успокоил, и он это заметил. – Ты искал меня только чтобы сказать о страданиях короля?

– Нет, – признался я, – хотя и этого достаточно. Меня заботит Моргауза.

– Вот как? – Он резко остановился и повернулся ко мне. – Ты что-нибудь вспомнил?

Вопрос застал меня врасплох.

– А что я должен был вспомнить? – растерянно спросил я.

Эмрис крякнул от досады и снова пошел вперед. Я плелся за ним.

– Я все думал, кем она может быть, – я для убедительности почесал в затылке. – Но она точно не Моргана.

– Почему ты так решил?

– Потому что Моргану я узнаю в любом обличье, – уверенно ответил я.

– Я тоже, – кивнул Мирддин.

– Кроме того, – продолжал я, – она являлась мне.

Мирддин резко остановился и я чуть не налетел на него.

– Тебе являлась Моргана? – Его взгляд был острым, как кинжал. – Когда?

– Недавно, – сказал я уже менее решительно.

– Почему ты сразу мне не сказал? – Мирддин схватил меня за руку.

– Она пришла во сне, – быстро ответил я. – По крайней мере, я подумал, что это только сон.

– Дурак! – воскликнул Мирддин. – Вы только послушайте его – сон! Надо было сразу мне сказать.

– Прости, Эмрис. Поверь, я не хотел ничего от тебя скрывать.

Мирддин пристально посмотрел на меня, потом отвел взгляд и отправился дальше; мы дошли уже почти до озера. Бард долго молчал, прежде чем заговорить.

– Моргауза – творение Морганы, ее дочь или подкидыш, точно пока не знаю. Но она хорошо служит своей хозяйке.

– Почему мы не подумали об этом раньше? – я, конечно, не сомневался в нем, но я и вправду не понимал.

– Это простенькое заклинание, – ответил он. Я ждал объяснений, но он просто сказал: – Мы видим то, что хотим видеть.

– А Лленллеуг?

– Если человек слаб или хочет быть околдованным, с ним нетрудно справиться.

Во мне все противилось мысли о том, что ирландец так легко дал околдовать себя. Я не мог думать о нем, как о предателе.

– Хорошо. А Гвенвифар? Королеву никак не назовешь податливой.

– Кто знает, что они ей сказали? – задумчиво ответил Мирддин. – Моргана – очень умелая ведьма. А обман – ее любимый способ.

– Значит, ты уверен, что в этом замешана Моргана?

– У меня были сомнения, но после того как нашлась брошь Пеллеаса, сомнений не осталось.

– Ты точно знаешь, что это его брошь?

– Как мне не знать? Это я подарил ему.

Мы вернулись в Тор. Дальше Мирддин пошел один. Я поднялся на стену, где бодрствовал прошлой ночью, думая о предательстве Лленллеуга и о том, почему все хотят обвинить его в том, что произошло. Ведь ясно же, что если в деле замешана Моргана, значит, ирландец невиновен, конечно, его околдовала Моргана, ничто другое не могло склонить его ко злу. Я все еще размышлял об этом, когда на рассвете Мирддин призвал драконов в королевские покои.

Я поспешил присоединиться к братьям, многие из которых, как и я, похоже, провели такую же бессонную ночь, стыдясь неудачи поисков. Мы молча шли по коридору к дверям в покои Артура. Там, в тускло освещенном проходе, ждал Мирддин с посохом; золотое навершие блестело в свете факелов.

Он решительно толкнул дверь и вошел. Подойдя к походному трону Пендрагона, он стукнул посохом о каменный пол.

– Вставай, Артур! – громко провозгласил он и еще раз стукнул посохом об пол. – Довольно предаваться отчаянию! – Треск, с которым посох ударился об пол, походил на отдаленный раскат грома. – Враг у ворот, королева в плену. Не иначе она думает: «Где мой избавитель? Почему никто меня не спасает? Чем занят мой король?»

Артур вздрогнул. Слова Барда вырвали его из глубин отчаяния. Он поднял голову.

– Гвенвифар!

Мирддин подошел вплотную к трону. Бард Британии возвысил голос и ему без труда удалось воспламенить сердца всех, кто пришел по его зову.

– С какой стати ты заточил себя здесь, когда сокровища Британии похитили враги? Почему ты прячешься во мраке, когда твою благородную жену терзают похитители? Почему ты медлишь, когда зло опустошает твое королевство?

Плечи Артура снова поникли, а голова опустилась. Но Мирддин стоял перед королем, словами помогая тому подняться к реальности.

– А ну, выпрями спину, король! Возьми копье и щит. Готовься к битве и встань во главе драконьей стаи. Нам известно имя врага: Моргана вернулась! Королева Воздуха и Тьмы выступила против нас, ее цель – повергнуть во прах все, что мы создали.

По рядам кимброгов пронесся ропот. «Моргана…»

Мирддин снова ударил посохом об пол.

– Восстань, о Могучий Пендрагон! Спасай свое королевство и свою королеву. Истинно говорю тебе: если будешь сидеть и ничего не делать, потеряешь все, что тебе дорого. И когда ты останешься ни с чем, Моргана заберет и твою жизнь. Враг не успокоится, пока не уничтожит твое тело и душу.

Я не сводил глаз с короля и видел, как пепельная бледность на его лице сменилась легким румянцем. Сердце Британии снова билось.

– Вставай, Артур! Повесь меч на бедро, укрепи мужество в сердце. Пришло время выбирать: сражаться или умереть! Другого выбора нет!

Артур схватился за подлокотники кресла и с трудом поднялся на ноги. Он все еще казался изможденным, но в глазах его уже мелькнула решимость.

– Смотрите! – воскликнул Мирддин Эмрис, взмахнув дубовым посохом. – Вот Главный Дракон восстает в своей силе. Трепещите все, кто противится добродетели и правде! Прячьтесь в свои злые щели в аду все, кто развращен! Ибо дни ваши кончились. Верховный Король Британии восстал против вас, и близок день вашей гибели.

Артур выпрямился во весь рост и посмотрел на своего Главного Советника. Махнув рукой, он указал Эмрису на место рядом с ним.

– Кай, – распорядился он, – зови драконов к оружию.

Верный Кай повернулся и громко крикнул.

– Братья! Вы слышали короля! Берите мечи и приготовьтесь к битве!

Кимброги единодушно прокричали свой боевой клич и поспешили к выходу, чтобы первыми приготовиться к походу.

– Бедивер, – сказал король, – подыщи мне меч.

Рука Бедивера мгновенно пала на рукоять собственного меча. Он обнажил клинок и на ладонях протянул его Артуру.

– Возьми мой, Медведь. Пусть служит тебе до тех пор, пока мы не вернем Каледвэлч.

Король решился не сразу, но Бедивер настойчиво протягивал ему меч, так что Артур взял оружие и вышел из комнаты. Мы последовали за ним, привычно занимая места военачальников Пендрагона.

Лошадей оседлали, а повозки нагрузили провизией. Мы торопились с приготовлениями, с удовольствием избавляясь от дней страданий и мрака. Итак, мы приготовились и ждали приказа Артура, впрочем, недолго. Король явился умытый и выбритый, волосы зачесаны назад и подвязаны. Спокойный, решительный, он был одет в свой алый плащ и кольчугу, на боку висел меч Бедивера. За поясом – два кинжала, на плече – щит. Таким мы видели его сотни раз, и зрелище неизменно поднимало мне настроение.

– Кимброги! – провозгласил он, когда стихли приветственные крики. – Битву, которая нас ждет, не выиграть одной лишь силой оружия. Поэтому я призываю вас выслушать Мудрого Барда и принять его слова близко к сердцу.

Мирддин выступил вперед.

– Слушайте меня, Сыновья Прайдена, – сказал он, воздев руки в древнем жесте. – Нам противостоит Моргана. Она настолько же смертоносна, насколько зла. Она способна отыскать ваше слабое место и воздействовать на него. Пусть каждый из вас остерегается. Загляните себе в душу, братья мои, ибо мы ведем духовную битву. Наша задача – вернуть Чашу Грааля и королеву, но знайте: мы нас ждет битва за восстановления святости и возвращение Божьего благоволения. – Я говорю вам правду, – торжественно продолжил он. – Силы Морганы велики, и многие из нас могут пасть. Но даже если мы потеряем жизнь, души наши остаются во Христе, они недосягаемы для лукавого. Помните об этом, когда настанет ваш последний миг. Поэтому, если кто-то грешен, пусть исповедуется сейчас и получит отпущение грехов. – Мирддин указал на братьев в коричневых рясах в углу двора. – Епископ и его священники готовы принять наши исповеди и дать отпущение грехов.

Теперь вперед выступил добрый епископ.

– Отважные друзья мои, я хочу, чтобы вы отправились в бой, уверенными в своем спасении. Помните, Неподкупный не терпит гнили душевной, и в поисках, которые вам предстоят, преуспеет только чистый сердцем. Я призываю вас очистить сердца от всякой неправды.

Я видел, что многие кимброги смутились, не зная, как приступить к обряду, но тут Артур, совершенно не заботясь о королевском достоинстве, встал на колени перед священником, скрестил руки на груди и склонил голову. Если Верховный Король Британии смиренно встает на исповедь, кто же будет ощущать неловкость в глазах своих друзей? Действительно, не один воин, знавший за собой грех зависти или гордыни, там, на дворе, примирился с Богом.

Я и сам без сомнений опустился на колени на холодные камни двора и исповедался, прекрасно отдавая себе отчет в том, что эта исповедь может оказаться последней в моей жизни.

После исповеди епископ оделил нас причастием. Мы вкусили хлеб тела Господня и испили вина крови Христовой, а затем пятьдесят воинов поднялись, как один человек, чтобы противостоять безжалостному, коварному, злобному и непримиримому врагу.

И вот мы выехали из Тора, боевой отряд, изготовившийся для битвы с врагом, с которым мы еще не сталкивались. Миновав аббатство, мы повернули не на восток, а на юг. Мирддин Эмрис посчитал бесполезной попытку идти по старым следам.

– Полагаю, – заявил он, – единственные следы, которые мы увидим, – это те, которые захочет показать нам Моргана. Она с самого начала играла с нами. Запомни мои слова, Артур, Ллионесс – вот то место, где состоится битва. – Ллионесс… Я внутренне содрогнулся от этого слова. Страх окатил меня волной, и потребовались немалые усилия, чтобы вернуть себе решимость. А Мирддин меж тем продолжал: – Мужайтесь, ибо Воины Небесные готовы помочь нам; Ангелы Божьи идут перед нами!