Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 94 (всего у книги 336 страниц)

К вящему удовольствию доктора, находившегося рядом, я объяснил бедолагам, что не имею права заниматься лечением, потому что я не врач. Пусть обращаются к врачам. А за психотерапией надо идти к дипломированным медикам, владеющий гипнозом. Обычно я всегда отвечал так всем страждущим после выступления.

Глава парткома поблагодарил меня за выступление, врач еще раз порекомендовал обратиться в больницу. Все разошлись. Я остался один.

И уже теперь, когда можно было не сдерживать себя, я бессильно спустился со сцены в зал и рухнул в кресло. Все это время я держался на одной только силе воли. Все мои догадки превратились в твердую уверенность.

Это слишком последовательная и четкая галлюцинация. Слишком реалистичная, чтобы быть иллюзией. Надо взглянуть в глаза правде. Я действительно попал в чужое тело и еще совершил скачок в прошлое.

Я умер там, в будущем и попал сюда, в прошлое. В тело некоего Климова, видимо, погибшего от падения и последующего удара головой о каменную тумбу.

Случайно ли все это произошло со мной? Нет, конечно. Я попал в одиннадцатое июля 1974 года, ровно на год раньше моего рождения. Ровно на год раньше ужасной трагедии, когда маньяк по кличке Пиковый король убил моих настоящих родителей и родственников, и только я, новорожденный младенец, остался в живых.

Когда я вырос и узнал подробности своего рождения, там, в будущем, я долго и безуспешно пытался найти этого Пикового короля. Но все было напрасно. Совершив еще много чудовищных убийств на территории Советского Союза, а потом и в России и СНГ, Пиковый король затем бесследно исчез.

От него остались только последователи, вроде группы Черных гостей, и я долго охотится на их предводителей. Но там, двадцать первом веке, ничего не получилось. Может быть, у меня появился сейчас шанс поймать Пикового короля. Здесь, в прошлом, в чужом теле?

Поразмыслив так, я решил выбраться наконец наружу. Если все действительно обстоит так, как я догадался, мне нужно идти в милицию. И я уже знаю даже, к кому именно мне надо идти.

Глава 4
Первое знакомство

Стоило мне признать тот факт, что это самое настоящее переселение душ, о которых я читал в философских и эзотерических книгах, а также в фантастических романах, как мне сразу полегчало. В голову полезли самые разнообразные воспоминания о прошлом владельце этого тела.

Итак, меня теперь зовут Климов Ян Юрьевич. Я эстрадный гипнотизер, да еще и немного фокусник. Сегодня мне стукнуло двадцать четыре года, два раза по двенадцать. Китайцы считают, что с этого времени человек вступает в новый цикл своей жизни. И у него могут произойти сильные изменения.

Ну да, в жизни владельца этого тела произошли чертовски мощные изменения. Прям глобальные. Я быстро прокрутил воспоминания в голове и поразился, как судьба этого Климова походила на мою собственную.

Он тоже вырос в детдоме, потому что его подкинули туда родители. Потом сбежал оттуда, прибился к цирку. Старик Гутомин взял над ним опеку, воспитал, как сына. Сейчас, правда, этот благодетель уже скончался.

Впрочем, Климов не потерялся. Вот уже три года, как он гастролирует самостоятельно. Зарабатывает неплохие деньги. Имеет однокомнатную квартиру в центре Ленинграда. Вот и за сегодняшнее выступление он получил неплохой гонорар. Теперь есть, на что отпраздновать день рождения.

Хм, вот только с девушками у парня было не все в порядке. Он слишком уж стлался перед ними, пытался изобразить принца на белом коне. И частенько попадал во френдзону.

Вот и сегодня, насколько я понял, он пригласил какую-то симпатяшку отпраздновать день рождения, но она что-то воротила нос. Эх, бедолага, а ведь какая у него внешность. Писаный красавчик, такому только в кино сниматься.

Да за такого парня любая девушка готова глаза выцарапать. Надо только вести себя правильно. Ну ничего, теперь я возьмусь за дело и наведу здесь порядок.

Я еще раз перебрал воспоминания парня и удивился тому факту, что он, оказывается, даже не использовал гипноз для соблазнения. Оказывается, он считал, что это аморально. В какой-то степени парнишка был прав, использование внушений против слабого пола – удар ниже пояса, но ведь это война. А там, как говорится, все средства хороши.

Тут меня начала бить сильная дрожь, но я взял себя в руки. Слишком уж сильный оказался шок от произошедшего. Ладно, успокойся, друг. Так уж выпали карты и так уж мне приходится ими играть.

Умный человек не сопротивляется неизбежному. Он просто использует это для своего блага, раз уж нет возможности изменить события.

Еще раз говорю, я наверняка не просто так попал сюда. Может быть, мне удастся изобличить и поймать Черного короля, таинственного маньяка, так и оставшегося нераскрытым в будущем? И избежавшего справедливого возмездия за свои преступления.

Итак, я огляделся и увидел, что до сих пор сижу в актовом зале. Где там мой гонорар? Где там моя квартира? Где, наконец, славный город Ленинград?

Через сорок минут я покинул территорию рокового для меня завода, с приятно тяготящим внутренний карман пиджака пухлым конвертом, наполненным рублевыми купюрами. Сумма получилась немаленькая, по меньшей мере, три зарплаты местного рабочего. Да, здесь можно жить.

Когда я вышел из проходной и осмотрелся, то сначала даже подумал, что особых-то отличий не так уж и много. Как будто в двадцать первом веке оказался. Правда, дроны в небе не летают и иномарок нет, но в остальном все почти также.

Дома-многоэтажки, дороги с автомобилями. И деревьев побольше. И воздух посвежее и чище. Нет, все-таки отличий предостаточно. Это только на первый взгляд кажется, что все осталось прежним. А копнешь глубже, много чего отличается.

Вот пожалуйста, взять хотя бы, рекламу. Нигде нет экранов, всюду только плакаты, посвященные предстоящему и прошедшем съезду КПСС, а также мудрым высказываниям Ленина и Брежнева. Автобусы старинных марок, но новенькие и блестящие.

Ах да, я затем я увидел автоматы для продажи газировки. Вот где главное отличие! Великие боги, как же давно я их не видел! То, что было в моем детстве и то, чего мне так не хватало потом!

Я галопом помчался к ближайшем автомату. Он отличался от привычных мне серых прямоугольников, корпус был с закругленными углами, хромированными деталями и молдингами. Сам автомат был красным. Но разве могли остановить меня подобные мелочи?

Я схватил стакан, сполоснул его в фасонной металлической решетке и поставил под дозатор. Поискал в карманах мелочь. Господи, да за одну только эту возможность попробовать советскую воду с сиропом можно получить хоть двадцать раз бутылкой по голове. Ну, где же эти копейки?

Я уже собирался ударить по автомату, чтобы выудить из него газировку с сиропом по старому хулиганскому способу, но, к счастью, обнаружил в карманах копейки. Быстро запихал в отверстие, услышал, как медь бренчит внутри аппарата. А затем услышал божественный звук наливающейся воды с сиропом.

Потом схватил и поднеся стакан к губам, опрокинул в себя прохладную, сладкую, чуть с кислинкой жидкость. Пузырьки взрывались во рту. М-м-м, как же я давно мечтал снова попробовать этот напиток! Какое блаженство!

Выпив один стакан, я не успокоился, пока не отпил еще. Потом еще и еще. Отвалился от несчастного автомата, пока не опустошил его чуть ли не досуха. Ох и хорошо. Вкус детства. Там, в двадцать первом веке, хоть в лепешку разбейся, а такого вкуса уже ни за что не получишь.

Сыто отдуваясь, я отправился дальше по тротуару. Попутно снова огляделся. Что у меня там было по плану?

Надо как можно скорее заявиться в милицию. В угрозыск. И доложить, что скоро Пиковый король нанесет новый удар. Я даже знаю, где это будет, когда и кто будущие жертвы.

Вот только как им объяснить мое предсказание? Придумать сказку насчет экстрасенсорного восприятия? Наверное, придется, сейчас как раз по всему СССР гремит слава Мессинга, значит, могут поверить.

Даже там, в милиции. Они сейчас за любую соломинку будут рады ухватиться. Ну, а если здраво рассудить, как еще я мог бы объяснить свое знание о предстоящем убийстве? Не признаваться же, что я поселился в чужом теле, прибыв из двадцатого года следующего столетия.

Оглядевшись чуток, я догадался наконец, что меня занесло на Малый проспект Васильевского острова. Вокруг всюду знакомые здания, ничуть не изменившиеся за полвека. Правда, высотных домов гораздо меньше. Так-с и куда мне теперь направить свои стопы?

Поразмыслив, я решил отправиться прямиком в ГУВД. Насколько я помню, даже и в советские времена оно располагалось на Суворовском проспекте. Мне надо туда, в Ленинградский угро.

Переговорю с сотрудником, ведущим дело Пикового короля и отправлюсь домой. У меня сегодня день рождения, в конце концов. Двойной, можно сказать. Для этого тела и для меня самого, впервые появившегося в этом мире.

Как ехать, на такси или автобусе? В любом случае надо пересекать канал. Денег у меня достаточно, на такси хватит. Я ощупал карманы своего щегольского черного пиджака. Ну, что тут у нас?

Паспорт на мое имя, вот адрес прописки. Записная книжка, исписанная красивым бисерным почерком. Ее еще предстоит изучить. Бумажник с деньгами, квитанциями и еще какими-то записками. Позвякивающая связка ключей, видимо, от квартиры.

Наследство от моего предшественника. Печально, печально на это смотреть. Чужая жизнь, которая теперь досталась мне. Словно примеряешь пальто с чужого плеча. С другой стороны, если бы не я, сейчас это никому не нужное тело лежало бы в городском морге и еще неизвестно, кто приехал бы его забирать.

Ладно, оставим эти бессмысленные размышления. У меня есть цель, ясная и не терпящая отлагательств.

Насколько я помню, Пиковый король нанесет удар через три дня, в окрестностях Ленинграда. Это будет первое его массовое убийство, после которого он станет известен на всю страну. До этого его деяния замалчивались властью, чтобы не вводить население в панику. Теперь у меня есть реальный шанс поймать маньяка на месте преступления, а если получится, то даже и предотвратить его.

Усевшись в такси, я отправился в ГУВД. Таксист был такой типичный, советский мужик, как из фильма. Плотный, загорелый, сильный. На лице двухдневная щетина, длинный нос подозрительно принюхивался. Кожанка, кепка, усы. Присутствует весь набор.

– А вы, извиняюсь, тоже оттуда будете? Из органов? – спросил он.

Я посмотрел на него более внимательно. Лет сорок, на подбородке едва заметный шрам. На тыльной стороне ладони наколка в виде лучей солнца. Надписи «СЕВЕР» нет, возможно, он просто сидел по малолетке, а может и вообще остался на воле.

Видно, что это настоящий советский таксист. Разбойник с большой дороги, повидавший многое на своем веку. Обручального кольца нет. Во рту сверкнул золотой зуб, я видел еще когда договаривался насчет проезда.

Обеспечен, хорошо зарабатывает на своем месте. Работа в таксо, если уметь вертеться, приносит хорошие доходы.

Так-с, теперь машина. Относительно новая «Волга». Все чисто и аккуратно. Не гремит и не разваливается. Все правильно, обычно опытным таксистам достается хорошая машина. Он еще и ухаживает за ней. Ага, вон там, за козырьком мелькнуло маленькое фото детей. Разведен, есть дети.

Все ясно. А еще в углублении между сиденьем и рычагом коробки я заметил в «кочерыжку», выгнутый крючок из упругой проволоки. С его помощью можно быстро залезть внутрь таксометра и изменить сумму к оплате за проезд. Ловкачи делали это в тот время, когда пассажир ненадолго покидал такси, например, отправлялся разменять крупную купюру.

Ага, мой шоферюга тот еще жулик. Ну что же, понятно, каждый крутится, как может. Я тоже не белый и пушистый.

Спрашивает он тоже не просто так. Работники органов могли расплатиться талонами, это для таксиста невыгодно. Но обычно это делали прокурорские, менты платили по счету.

– Нет, я гражданский, – ответил я и сразу заметил, как водитель довольно ухмыльнулся. Но поскольку где-то на задворках памяти у меня остался сленг советских таксистов, я тут же добавил: – Но, шеф, я тебе не «пиджак» какой-нибудь. Мы с тобой строго по прибору поедем. Хотя, если быстро, доплачу, в обиде не оставлю.

Водила зыркнул на меня глазами. Понял, что я в теме. «Пиджак» на их сленге – это работяга, который только иногда пользуется такси и с него можно содрать хорошие чаевые. А ехать за прибор – это оплачивать строго по показаниям таксометра.

– Понял, командир, – весело согласился таксист. – Щас, с ветерком домчимся. Ты не из этих, которые нашего брата валят, сразу видно.

И рванул вперед, ловко объезжая немногочисленные машины на дороге.

Я поглядел в приоткрытое окошко, любуюсь видами Ленинграда. Как же все тихо, мирно и спокойно, по сравнению с бурлящим мегаполисом двадцать первого века.

Девушки в светлых платьюшках, с заколками в волосах, брюки клеш, джинсовые рубашки. У парней густые длинные прически, многие бородатые. Магазинов мало, рекламы тоже. Красота.

– Какого вашего брата валят? – спросил я на всякий случай, прицепившись к словам шофера. – Это вы о чем?

– Да ты что, парнишка? – спросил шофер, крутя рулем. – С Луны свалился, что ли? Не слышал про этих, которые солдатиков замочили? Автоматы забрали, потом еще таксистов порешили. Их уже полгода ищут, не могут найти. Все наши на ушах стоят.

Нет, я о таком не слышал. Но признаваться о недавнем прибытии не хотел.

– Слышал, было дело, – ответил я. – Но в подробности не вдавался.

Не знаю, что подумал шофер, но наверняка решил, что я скрываю от него лишние сведения.

Вскоре мы остановились перед зданием ГУВД. Дальше застыли несколько милицейских машин. Через большие двустворчатые двери вышли двое милиционеров, подтянутые, в новеньких мундирах с иголочки, зашагали по улице.

Щедро расплатившись с таксистом, я нырнул в здание. Время полуденное, скоро обед, надо бы успеть в приемное время.

– Вы к кому, гражданин? – строго спросил постовой.

Молодой еще, безусый. Как бы пробиться через него, чтобы не развернул прямо здесь, у входа.

– У меня есть информация о готовящемся преступлении, – сказал я, пристально глядя в глаза постовому. – Мне надо поговорить с сотрудником, ведущим дело Пикового или, как его еще назвали, Черного короля.

Поглядев на меня, юнец понял, что я не шучу. Поколебался немного, указал на стулья для посетителей, стоящие неподалеку у стены.

– Посидите, пожалуйста. Сейчас я поговорю о вас.

Я отошел, а милиционерик куда-то позвонил по внутреннему аппарату, стоявшему рядом на столе, а потом тоже на минуту отлучился. Вскоре я увидел, как он зовет меня.

– Пройдите, пожалуйста, к дежурному, – попросил он и указал на коридор за собой. – Первая дверь справа.

Нет, так не пойдет. Они решили просто принять у меня заявление и рассмотреть его в общем порядке. Но пока это случится, преступление уже может произойти. И даже кличка преступника ни о чем им не сказала.

Поскольку дискутировать с постовым не было смысла, я отправился к дежурному. Вошел в просторный кабинет, пропахший сигаретным дымом. Несколько столов с печатники машинками, стулья, шкафы с бумагами. Все, как в обычной конторе.

За одним из столов сидел пожилой дядька, усатый и полный. Что-то быстро печатал на машинке, заглядывая в тетрадку, разложенную рядом. Рядом в пепельница, полная окурков.

При виде меня остановился, поглядел с интересом. Удивленно приподнял брови при виде моего костюма. Я понял, что он ожидал увидеть фантазера, который пришел надоедать милиции дурацкими догадками.

В любое время таких полно. Стоит только случиться любому происшествию, вроде громкого убийства или катастрофы, как они тут как тут. Строят из себя свидетелей или знатоков, желая помочь следствию. Только в двадцать первом веке они отправляют послания по электронной почте, а в семидесятые приходили сами, собственными ножками.

Но мой благочинный вид немного нарушал образ взбалмошного фантазера. Они обычно одеты попроще. Да, правду говорят, по одежке встречают.

– Э, присаживайтесь, товарищ… – сказал мужчина.

Я присел на стул напротив. По ходу дела быстро оглядел дежурного. Капитан по званию, старый, давно закаленный служака. На носу красные прожилки, свидетельствующие о пристрастии к спиртному.

Судя по всему, опытный и видавший виды. Больших высот не добился, скоро пойдет на пенсию. Вот его отправили сюда, в дежурку, на относительно нехлопотную должность.

– Климов, Ян Юрьевич, – ответил я. – Можно просто по имени. Я собственно, почему приехал. Хотел сообщить о готовящемся преступлении.

Капитан с любопытством осматривал меня. Старался понять, что я за птица. Можно ли принимать мои слова на веру?

– Что за преступление? – спросил он, наконец и прокашлялся. Вытащил сигареты и закурил. – Ну-ка, расскажите подробнее.

– Его совершит Пиковый король, – сказал я. – Через три дня. Погибнут трое человек. Там…

– А откуда вы об этом узнали, позвольте спросить? – перебил меня капитан и сильно затянулся сигаретой. – У кого, если не секрет?

Я посмотрел на него и ответил:

– Эта информация пришла во время сеанса гипноза.

Выражение глаз капитана неуловимо изменилось. Их любопытных они стали скучающими. Ну да, теперь для него все понятно и ясно.

Опять случай привел придурка на его голову, прочитал я в его взгляде. Падкого на сенсации идиота. В газетах подробностей не было, значит, я наслушался слухов, что ползли по городу и теперь явился в милицию. Рассказывать об откровениях свыше.

– Ага, понятно, как вас там… – сказал капитан. – Очень хорошо, что пришли к нам, вы очень сознательный гражданин. Вы всегда можете рассчитывать на поддержку милиции. Вон, видите листок бумаги? Возьмите карандаш и напишите заявление. По всей форме, на имя нашего начальника. Со всеми подробностями, которые вам явились. Мы их внимательно рассмотрим и изучим.

Но я не встал с места и продолжал пристально глядеть на собеседника.

– А если я знаю насчет игральных карт короля пик возле тел предыдущих жертв? – спросил я. – И даже насчет отрубленной головки черной гадюки в кармане последней жертвы? Может, тогда вы заинтересуетесь больше?

Капитан ошеломленно поглядел на меня. В газетах не раскрывались подробности. А слухи были неточными.

– Отрубленная голова гадюки? – переспросил он. – С чего вы взяли? Я о таком не слышал.

Я покачал головой.

– Мне надо поговорить с сотрудником, который ведет это дело.

Капитан посмотрел на меня еще раз, подумал и набрал номер на телефоне, стоявшем тут же, на столе.

– Анна Николаевна? – спросил он затем в трубку. – Это Стрельцов. Да. Я сейчас к вам зайду с одним любопытным гражданином. Надобно с ним поговорить.

Положив трубку, он поднялся из-за стола и поправил ремень. Потушил сигарету в пепельнице.

– Ну что, пойдем, Ян Юрьевич, – сказал он. – Поговорим.

Глава 5
Разговор по душам

Следуя за капитаном, я поднялся на второй этаж, прошел вслед за ним по коридору. Навстречу попадались другие милиционеры. В одном из кабинетов за приоткрытой дверью я увидел парня в наручниках, понуро сидящего на стуле с опущенной головой.

– Давай, давай, все рассказывай, Михалыч, – говорил ему кто-то, видимо, следователь.

Мой проводник остановился перед очередной дверью. На двери висела табличка: «Отдел по особо важным делам». Капитан протянул руку и открыл ее. Мы вошли и очутились в небольшом сдвоенном кабинете.

В первом за столами сидели двое молодых милиционеров, еще лейтенанты. Один печатал на машинке, другой читал разложенные перед ним бумаги. Я сейчас находился в особом взвинченном состоянии, когда мгновенно запоминал и анализировал все, что происходит вокруг, а также молниеносно оценивал состояние других людей.

Поэтому я тут же срисовал парней. Они не обратили на меня особого внимания. Тот, что печатал, был высоким и русоволосым, с большими карими глазами, аккуратно причесан и выбрит. От него пахло душистым одеколоном. Сразу видно, записной красавчик, ухаживает за собой.

Второй темноволосый, скуластый, с маленькими глазками, среднего роста и плотный. С фигурой борца. Да почему с фигурой, он и есть борец, если судить по сломанным хрящам на ушах. Если еще заставить его пройтись, сразу можно понять, что это почти профессиональный борец, они ходят вразвалочку и с пришаркиванием.

Тоже одет тщательно. Видимо, здесь, в милиции, их специально натаскивают в плане дресс-кода. Хотя, впрочем, принадлежность к угро обязывает быть чистым и аккуратным.

Второй парень глянул на меня более внимательно, цепким оценивающим взглядом. Да, уже чувствуется, что он как бульдог, готов сразу вцепиться в горло.

Впрочем, в первом кабинете мы особо не задержались. Прошли дальше.

Во втором помещении, тоже небольшом, с открытой дверью, сидел начальник отдела. Вернее, начальница. Ух ты, я и не думал, что здесь могут работать такие красотки.

Знойная брюнетка с блестящими карими глазами. Ледяное выражение лица. Ростом, судя по всему, невысокого, ориентировочно, среднего. Яркие красные губки, четко и изящно очерченные. Возраст – от двадцати пяти до тридцати лет.

Девушка сидела, читая машинописные листы бумаги из кучи папок, лежащих на столе перед нею. Длинные волосы чуть ниже плеч собраны в тугой узел. Обручального кольца нет.

Она эдакий «синий чулок», целиком поглощенная работой, решил я, проводя первичный анализ объекта. На личной жизни поставила жирный крест. Только такой полной самоотдачей она могла выбиться в начальники в таком традиционно мужском коллективе, как милиция. Тем более, в убойном отделе.

Подняв на нас глаза, девушка холодно спросила:

– Это он, Андрей Владимирович?

Капитан кивнул. Схватил меня за плечо, усадил на стул перед столом начальницы отдела и добавил:

– Ну, давай, рассказывай все, что знаешь.

А сам остался стоять рядом, да еще и прикоснулся на краешек другого небольшого стола у стены, на котором стояла печатная машинка и еще горы папок. Рядом стоял шкаф, тоже заполненный бумагами.

Перед тем, как говорить, я огляделся. Между прочим, несмотря на обилие бумаг, в кабинете царит идеальный порядок. На стене за столом висел портрет Ленина, само собой. А сбоку – две любопытные репродукции художника Попкова, одного из представителей так называемого сурового стиля в советской живописи – «Строители Братска» и «Двое». Хм, весьма любопытный выбор.

Если первая картина говорила о том, что владелица кабинета поддерживает невероятный фанатизм в работе, то вторая недвусмысленно указывала на ее женскую сущность, видимо, очень глубоко спрятанную.

А еще за стеклянными дверцами шкафа я разглядел фарфоровый сервиз и даже редкостные в двадцать первом веке шахматы, тоже из фарфора, под названием «Красные и белые».

– Мне все рассказать или только то, что можно? – спросил я, выразительно посмотрев на дежурного капитана.

Девушка поняла меня и сухо сказала:

– Андрей Владимирович, спасибо, дальше я разберусь сама.

Капитан вскочил, подтянулся и кинул на меня сердитый взгляд. Потом стремительно вышел, так и не сказав ни слова.

– Ну? – спросила девушка. – Что вы хотели сообщить?

Я пытался разобраться, поверить ли она мне или нет. Но менять показания я уже не мог. Сейчас надо контролировать каждый свой жест и слово.

Настала очень важная пора. Я уже попал под прицел правоохранительных органов.

– Скажите, вам приходилось сталкиваться с необъяснимыми явлениями? – спросил я в ответ. Всегда полезно немного сбивать допрашивающего с толку встречными вопросами.

Девушка поморщилась. Потом придвинула к себе лист бумаги и взяла карандаш.

– Представьтесь, пожалуйста, – попросила она. – И покажите ваш паспорт.

Ну вот, сейчас весь мой рассказ будет запротоколирован.

– Я эстрадный гипнотизер, – ответил я, передавая ей документы. – И недавно, проводя приватный сеанс гипноза, услышал от пациентки странные сведения о некоем Пиковом короле.

– Что за пациентка? – спросила девушка, возвращаясь мне паспорт.

Поскольку врать вот так в лоб довольно затруднительно, я снова отвлек ее внимание:

– А можно также ваши документы посмотреть, если это не тайна?

Девушка испытующе посмотрела на меня, потом достала из сумочки красное удостоверение и показала мне. Так-с, что там у нас… Белокрылова Анна Николаевна, начальник отдела по особо важным делам ГУВД Леноблгорисполкома. Тоже капитан. Ага, скорее всего, она действительно ведет дело Пикового короля.

– Довольны? – спросила девушка и убрала удостоверение. – Продолжайте.

Я изобразил смущение. Ну что же, вперед, на кону жизни трех людей.

– Я провожу сеансы массового эстрадного гипноза. Это такое направление в сценическом искусстве. Я выступаю в клубах и на цирковом манеже. А еще…

– Я знаю, что такое эстрадный гипноз, – оборвала меня Белокрылова. – Дальше, пожалуйста, товарищ Климов. Кто передал вам сведения о Пиковом короле?

– Позавчера я проводил сеанс в Доме офицеров в области, – сказал я, припоминая действительно состоявшиеся события. – И там после выступления один зритель попросил меня провести индивидуальный сеанс, чтобы вылечить от старой психической травмы.

– Вы знаете, что без медицинского образования и разрешения вы не можете лечить больных? – перебила Белокрылова. Ну конечно, она сухарь и педант, строгое и неуклонное исполнение законов прошито в подкорке ее головного мозга.

Я пожал плечами.

– Это было вовсе не лечение. Так, просто сеанс гипноза. Расслабление мышц, избавление от тревог и успокоение нервов.

– Вы что, психиатр, чтобы успокаивать нервы? – снова перебила Анна.

Нет, с ней очень трудно работать. Я состроил обиженную мину.

– Подождите, если вы не хотите слушать, так и скажите. Я же объяснил, что это была просто психологическая поддержка, небольшая помощь. Я ничего и не делал, зритель сам решал, как ему быть.

Белокрылова мрачно посмотрела на меня и хотела что-то добавить, но тут в кабинет заглянул тот самый высокий красавчик. Лукаво глянул на меня, спросил, едва заметно ухмыляясь и показывая бумаги:

– Шеф, пришла экспертиза по Герцелевой, ну, которая по грибнику была.

– Так, Витя, пока ознакомься с ней, – распорядилась начальница. – И собирайся, скоро поедем к Долевой, на допрос, может она что-нибудь вспомнит.

Парень кивнул и скрылся за дверью. Белокрылова посмотрела на меня.

– Ладно, что там у вас дальше. Как звали этого зрителя?

Я покачал головой.

– Не знаю, к сожалению. Не успел выяснить. Так вот, когда я ввел его в транс, он вдруг начал нести какую-то чушь про убитых людей. Трупы, горы крови, расчленение. И еще сказал, что на каждом теле лежат игральные карты с изображением короля пик.

– Сколько трупов он назвал? – спросила Белокрылова. – Имена, фамилии?

– Сосновский, Руднев, Колумбиев… – я вспоминал по памяти. – И еще кого-то, но получилось бессвязно.

По лицу девушки ничего нельзя было прочесть. Она испытующе смотрела на меня. Хотя, что тут сложного? Губы поджаты еще больше. Ладошки сжаты в кулачки. Явно не верила.

Чтобы проверить это, я наклонился, якобы стряхнуть пылинку со штанины. Ножки Белокрыловой тоже перекрещены, жест закрытости и недоверия. Носочки туфель направлены в сторону от меня, к двери.

Она явно хочет сбежать отсюда, на допрос или куда там. Ножки, между прочим, очень даже ничего, стройные и изящные.

– Все эти фамилии так или иначе циркулируют в слухам, текущих среди народа, – наконец, сказала девушка. – Если вы не можете сообщить ничего другого, то мне надо идти. И вам тоже.

Ну что же, придется выложить свой главный козырь.

– Да, но он говорил еще что-то о рисунках с изображением черных змей, – сказал я, глядя на нее. – Это у первых жертв. А у последней нашли настоящую головку черной гадюки.

Блестящие глаза Белокрыловой широко раскрылись. Впрочем, она сдержала свои эмоции.

– Для случайного свидетеля ваш зритель хорошо осведомлен, – сказала она сдержанно. – Очень даже хорошо.

– Это был телепатический сеанс, – пояснил я. – Психологический эксперимент по внечувственному опыту. Вы же видели выступления Вольфа Мессинга? Ну вот, здесь тоже самое. И он, наконец, удался.

Белокрылова достала из стопки чистый листок бумаги и придвинула ко мне вместе с огрызком карандаша:

– Нарисуйте рисунки змей.

Я изобразил извивающуюся черную змею внутри круга. Такие же рисунки я видел в архивах МВД СССР. То, что я нарисовал, потрясло Белокрылову больше всего. Она не ожидала увидеть такой точный рисунок.

– Но и это еще не все, – добавил я и пересел на другой стул, стоящий сбоку от стола собеседницы. Это одна из азов науки убеждения. Если хочешь кого-то убедить, не надо сидеть напротив оппонента. Надо сесть сбоку, чтобы он не воспринимал тебя, как противника. – Почему я пришел, собственно говоря? Чтобы предотвратить новое преступление. Тот зритель в состоянии транса рассказал, что Пиковый король через три дня совершит еще одно убийство. Троих человек, семью из молодых родителей и годовалого младенца. И надо предотвратить это.

Выражение лица собеседницы изменилось. Она снова перестала мне верить. Ну еще бы, во все времена оракулов и вестников плохого ждала незавидная участь.

– Послушайте, мы здесь не занимаемся прогнозами и предсказаниями, – заявила Белокрылова. – За этим обращайтесь к гадалкам и цыганкам. Мы не…

– А если они умрут? – сказал я, глядя ей в глаза. Очень даже красивые глаза. – Он даже назвал адрес и фамилии тех, кто это может быть. Это семья Березовых. Они живут в пригороде Ленинграда, в городской черте. Вам что, трудно проверить? Может быть, он уже шляется рядом с ними и вынюхивает их следы?

Белокрылова задумалась, продолжая глядеть мне в глаза. Надо благословить женщин за их интуицию. Там, где мужик уже давно выставил бы меня за дверь, женщина насторожилась и пыталась разобраться до конца.

Она нутром чуяла, что я прав, хотя мозг и рациональное мышление твердили девушке, что меня не надо слушать. И еще она интуитивно чувствовала, что я говорю правду. Тогда я решил нанести контрольный выстрел.

– Давайте сделаем так, – предложил я. – Я понимаю ваши сомнения и нежелание тратить драгоценное время. У вас и так дел по горло. А тут приходит какой-то чудик и утверждает, что скоро произойдет новое убийство. Вы можете отправить со мной на проверку кого-нибудь из ваших подчиненных. Я обещаю приходить на все допросы и передавать любую известную мне информацию.

По глазам начальницы я видел, что почти убедил ее.

– Мне необходимо подумать и доложить начальству, – заявила девушка. – Приходите завтра в…

В это время в кабинет снова сунулся один из ее подчиненных. Тот, что пониже, борец.

– По грибнику есть экспертиза от криминалистов. Стреляли из нагана, а ещё… – он увидел меня и осекся. – Простите, шеф, не заметил посетителя.

Белокрылова не обратила внимания на его невольную огласку.

– Рем, мне надо ехать на допрос к Долевой, а теперь еще и криминалисты, – сказала она, размышляя. – Я не хочу отпускать Терехова одного, Долева ничего не помнит. Может, сначала заедем к ней, а потом к криминалистам?