Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 276 (всего у книги 336 страниц)

– Жаль, я не взяла с собой лиоль, так бы…

– Лиоль? – уставился на девушку удивлённый генерал.

– Да. Я сегодня была у артефактора, Ильяны Ферокс, и она, представляете, подарила мне лиоль! И даже ни монетки не взяла. Чудесная лэра! Лиоль – удивительный инструмент, я только его в руки взяла, а он уже наигрывает мелодию, что у меня в голове.

Грася объясняла про лиоль, а лэр-в с неверием смотрел на девушку.

– Сейчас я вам спою, только не смейтесь, если сфальшивлю! Обещаете?

– Обещаю.

Девушка чуть прокашлялась, выпила водички и тихонько начала петь, только для них двоих:

От улыбки хмурый день светлей,

От улыбки в небе радуга проснется.

Поделись улыбкою своей,

И она к тебе не раз ещё вернется…

(Прим. авт.: муз. – В.Шаинский, сл. – М.Пляцковский)

Грася с удовольствием пела песенку, которую разучивала ещё в Зелёной крепости с детьми. Тогда один грустный мальчуган срочно нуждался в ободрении и девушка, не задумываясь, выдала ему песенку про улыбку. Едва успела потом записать.

А генерал слушал Грасю с необыкновенным вниманием и смотрел на неё такими глазами, что ей стало неуютно и закралось подозрение, уж не влюбился ли в неё лэр-в? Тем более, он уже самостоятельно взял её руки в свои, после окончания песенки и расцеловал их, произнося слова благодарности за подарок.

– Мне пора домой, – пролепетала Грася, почувствовав себя неловко и отступая от генерала, наблюдая за грустью в его глазах.

– Конечно, – тут же согласился он. – Давайте я вас довезу, заодно буду знать, куда посылать вести о деле, которое вас волнует.

Грася кивнула и больше они ни о чём не разговаривали, только возле самого дома лэр-в аккуратно высадил девушку и проводил до дверей.

Вернувшись домой, лэр-в Фирм Робус долго не мог уснуть, вспоминая свою любимую приятельницу Гаруню. Грася напомнила ему о ней, а поступок Ильяны раззадорил фантазию, и ему казалось, что в теле Граси душа его гаргулечки. Он подумал зайти завтра к лэре артефактору, но закрутился, а на рассвете следующего дня столицу потряс мощный взрыв. На воздух взлетел дворец лэр-ва Свито, а вместе с ним пропали ещё три советника. Город был в шаге от объявления чрезвычайного положения.

Его величество Долар пребывал в бешенстве, и больше всех от него доставалось тайному ведомству. Это они должны были выяснить, что вообще происходит в королевстве. Главными подозреваемыми для всех считались твари с изнанки, но эта версия возникала только потому, что никакой другой не было. У народа, в отличие от магической аристократии, предположений набралось великое множество.

Вспоминались старинные легенды, одна диковинней другой, подозревались соседствующие расы. Самой верной из всех почему-то казалась версия, что морские обитатели решили устроить глобальное наводнение и захватить королевство. Соперничать с этим могла только версия о конце света, и наименее популярной была идея о проникновении тварей изнанки в столицу. И, тем не менее, по официальной версии, причиной взрыва, разрушившего дворец военного советника, считалось нападение на него тварей изнанки. Люди нехотя включались в обсуждение подробностей, с сомнением предполагали, как могла бы выглядеть проникшая в столицу тварь, и всё же, нет-нет, да и раздавались в конце каждого разговора подобные слова: «Помяните моё слово, нутром чую, что изнанка тут не при чём! Привыкли всё валить на прорывы, а у меня в крепости дети служат, они пишут, что вялая нынче, эта изнанка. Тревожит их иногда, пугает, но давно уж без ярости».

В общем, чтобы ни говорили, а столица переживала тревожные дни. Переживал город в целом, переживали улицами, переживали лично.

Зибору, к примеру, сослуживцы доложили, что его подружка, с которой он был в театре, приходила к лэр-ву Фероксу и вылетела оттуда пробкой. Мужчина с подозрением смотрел на своего начальника и, едва дождавшись окончания рабочего дня, помчался домой.

Однако Грася явилась довольно поздно, в сопровождении высокого чина, а ещё от неё пахло алкоголем. Он уложил её спать, не вступая в разговоры, а утром устроил допрос.

Грася поначалу лениво вертелась в ответах как уж на сковородке, не желая втягивать друга в своё расследование, после того как её выставил его начальник. Но он наседал, не отпускал девушку, и она разозлилась на него за грубость. Обычно, разругавшись, они расходились по комнатам, но в этот раз мужчина не отпустил её.

– Грася, я хочу знать, зачем ты приходила к лэр-ву Фероксу и откуда ты знаешь лэр-ва Робуса. Что говорила им, что они тебе сказали. Что тебя связывает с ними?

Девушка же сердито думала: «он хочет знать, а я не хочу говорить!». И всё же, он не отпускал её, спрашивал снова и снова, выматывая занудством, пока она не расплакалась, не узнавая своего Зи. Слёзы подействовали верно, и друг отступил.

– Хорошо. Скажи мне, Ферокс оскорбил тебя?

Грася, думая только о деле, удивлённо посмотрела на него.

– Ну, вообще-то, ничего хорошего он мне не сказал… – начала она, но осеклась, глядя на реакцию друга.

Зибор поднялся, а девушка медленно сделала к нему шаг, другой.

– Зи, ты чего? Не надо…

О, это нейтральное выражение лица и удивительно спокойный взгляд она знала с детства. С таким взглядом Зибор защищал её от мальчишек с соседней улицы, которые решили проучить девчонку за то, что дала им всем нелицеприятные прозвища, которые намертво к ним приклеились. Ещё она видела такой же взгляд, когда Зи провожал её поздним вечером домой от лэры Куны и к ним привязалась уличная шантропа. С этим же взглядом он шёл против любой группы в крепости, если слышал, что пытались зло подшучивать над Грасей или сплетничали об её женских прелестях.

Она вцепилась ему в руку.

– Зибор, не смей! Ты что задумал?

– Посиди дома, Грасенька.

– Не пущу! Я сама виновата… не лезь к лэр-ву!

– Ребята сказали, что ты плакала, – спокойно поделился он тем, что ему наговорили.

– Не помню, я там по делу была. По делу! И если плакала, то тоже по делу!

Друг посмотрел на неё.

– Расскажи мне, – придвинул стул обратно к столу парень, как будто разговор и не заканчивался.

– Ты опять, да?! – тут же взвилась Грася.

– Звёздочка моя, я должен знать, что вокруг тебя творится.

– Это касается смертей в театре. Я тебе говорила, а ты, как и все, отмахнулся, – обиженно выкрикнула Грася.

Мужчина выдохнул сквозь зубы.

– Хорошо. А что тебя связывает с лэр-вом Робусом?

– Всё то же, – пожала плечами девушка.

– Ладно, я должен идти, но вечером поговорим, и я подумаю, как помочь.

Зибор ушёл, а Грася долго ещё ходила в раздражении, вспоминая его слова. «Подумает он, как же! Без тебя уже подумала и нашла помощника! Пока дождёшься, умереть можно!»

День для Зибора Грефа выдался насыщенным. Сослуживцы помогали ему понаблюдать за уличными боями у Семека, но на этот раз господин Семек неудачно нарвался на гнев народа. Произошло всё быстро. Ребята хотели набрать побольше доказательств, слишком уж скользким человеком оказался хозяин развлечений, но он и тут выскользнул от них – умер, не выдав своих покровителей. Потом Зибора гоняли по делам, связанными с советниками, потом случился взрыв, и домой приходить он не успевал. Несколько часов сна в ведомстве и снова работа.

Грася знала, что в городе творится неладное, хозяйка приносила самые невероятные сплетни. Она понимала, что Зибору сейчас не до неё, как и лэр-ву Робусу, обещавшему заняться делом актёров и больше не подававшему весточки. Девушка сходила в театр, репетиции там вяло возобновились. Старая пьеса под новым соусом. Господин Руш намекал, что раз детектив они не ставят, то неплохо бы Грасе вернуть полеченные за него деньги.

– Может, вы через полгода решите его ставить? – возражала она. – И вообще, почему вы так легко сдались? Надо искать, кто всё это нам устроил, а вы!..

Поругались, но потом ей было стыдно. Господин Руш заметно сдал, мало что осталось от его прежней энергичности и задора. Была бы Граська богата, она аннулировала бы сделку, но сейчас, когда в душе творческий кризис и неизвестно как ей аукнется провал в театре, побоялась быть щедрой.

Так и прошло несколько дней в беспокойстве и надуманных тревогах. Получив записку с приглашением на ужин от лэр-ва Робуса, Грася спешно засобиралась, а после заметалась в подозрениях, действительно ли по делу её приглашает лэр-в или имеет какие-то виды на неё? Изводя себя сомнениями, она всё же собралась, и когда генерал заехал за ней, даже уверенно прошла мимо хозяйки с гордо поднятой головой.

Лэр-в выглядел усталым, и сразу выспрашивать о следствии Грася постеснялась. Он привёз её в тот же ресторанчик, где они уже были.

– Грасенька, мы сейчас перекусим и поговорим, – развеял он её сомнения.

– Как ваши дела? – спросил лэр-в, сделав заказ.

– Какие у меня могут быть дела? В театре возобновляют старый репертуар, я не нужна там, – уныло поделилась она своей печалью. – А у вас как? На ушах, наверное, стоите?

– На ушах? Забавно… – усмехнулся генерал. – Можно сказать и так.

Принесли ужин, и генерал с аппетитом принялся за еду, а девушка лениво ковыряла десерт, выбирая самое вкусное в нём.

– Ну что ж, давайте теперь о делах, – придвигая к себе стопочку, начал говорить лэр-в Робус. – Всё что вы мне поведали, подтвердилось. Везде была наша лэра. Более того, возле рабочего, устроившего поджог, она тоже «мимо проходила». Учитывая, что больше жертв нет, я считаю, что целью её действий являлся срыв премьеры. И вот тут самое непонятное. Вы мне рассказывали, что вы автор. Значит, она могла желать досадить именно вам?

– Не слишком ли это? Извините, лэр-в Робус, но проще меня убить, чем проделывать всё то, что она сделала. Да и с чего бы ей досаждать мне?

– Может из ревности? Ведь вы, э-э-э, влюблены в её мужа?

Грася покраснела, но старалась рассуждать разумно.

– Думаю, не я одна влюблялась в лэр-ва Ферокса, чтобы так реагировать.

– Чего же тогда она прицепилась к вам?

– Почему ко мне? Может она прицепилась к пьесе? С чего вы подумали, что она меня знает?

– Вас многие видели в ведомстве, – напомнил генерал.

– Да я всего один раз общалась с её мужем, тогда, когда пришла со своими подозрениями! А до этого… – девушка смутилась, но с вызовом продолжила, – подумаешь, повздыхала, глядя на него со стороны! Да и к тому же, это я вам сказала, что я автор отменённой премьеры, а вообще, об этом знает ограниченное количество людей.

– Грася, вы меня совсем запутали, – потёр виски мужчина.

– Понимаете, – принялась объяснять собеседница, – я ведь не для театра писала, поэтому не поставила на рукописи свою метку. Но так вышло, что моё произведение не заинтересовало того, кому предназначалось, и тогда я отдала его театру. Господин Руш с восторгом её принял и сразу выкупил, обработал и, вроде как, я уже не при чём.

Лэр-в нахмурился.

– Я знаю, что Агнес любит театр, – начал говорить он, – и она, скорее, могла бы помочь в постановке, а не вредить. Я думаю, что мотивом ей могла послужить ревность. Такое бывает, с виду – ледяная королева, а внутри пламя.

Генерал начал отстукивать ритм по столу.

– Глупость выходит. Я скорее поверю в наличие двойника, подставного лица, чтобы очернить королевского менталиста…

Грася вспыхнула, понимая, что дальше она снова окажется под подозрением в очернении лэры.

– Ну-ну, – мужчина погладил девушку по руке, – не пыхтите. Я же проверил все ваши показания, и вы ни в чём не слукавили. И всё же, ваши обвинения невероятны и тяжелы, согласитесь. Репутация человека в её должности безупречна, а тут получается, замешана театральная пьеса. Не сопоставимы выдуманные любовные сценки и настоящие преступления.

Генерал мягко улыбнулся, развёл руками, показывая всем своим видом, что получается полный абсурд.

– Почему сразу любовные? – уныло возразила девушка. – У меня детектив!

Мужчина снисходительно на неё посмотрел, да как ни назови, всё это несерьёзно.

Грася буркнула, что детектив, это как раз серьёзно, но, не заметив понимания, выдала пояснения.

– Детектив – это тоже про преступления. Жанр такой. Название премьеры помните? «Идеальное убийство». Вот у меня там герой всех убивает, причём так, что никто ничего понять не может.

Генерал удивлённо вскинул брови, от чего на лбу образовалось множество складок.

– Поразили, честное слово! Не думал, что у молоденькой девушки в голове бродят подобные мысли.

– Они и не бродили, – призналась Грася. – Я же для лэр-ва Ферокса писала, думала, он прочитает и ему станет интересно со мной встретиться.

– И что? Он не заинтересовался?

– Нет. Может даже не читал. Я просила своего друга передать рукопись главе, чтобы тот просмотрел профессиональным взглядом, насколько достоверно мне удалось передать атмосферу преступлений. Друг передал, но никакого ответа. Я ждала, ждала, а тут в театре понадобилось что-то новенькое, ну а дальше вы всё знаете.

– Хм, дадите мне почитать? Может, после прочтения мне хоть что-то станет ясно?

– Конечно, дам. Мне не жалко, – пожала плечами девушка. – Только не сегодня, у меня остался единственный экземпляр. Завтра я откопирую и передам вам. Принести на службу?

– На службу? Нет, не стоит, вдруг заработаюсь, забуду. Если вы не против, то я заеду с работы к вам, и вы мне передадите вашу книгу.

– Хорошо, – покладисто согласилась девушка.

Разговор дальше не клеился, ужин был съеден и лэр-в отвёз девушку домой. Грася не успела подняться в гостиную, как Зибор преградил ей путь.

– Почему он тебя провожает? Грася, я просил тебя лишний раз на улицу не выходить, в городе не спокойно.

– Вот поэтому лэр-в Робус меня и провожает, – устало ответила девушка, обняла друга, прижалась, а потом запросилась на ручки, как будто маленькая.

– Ногу стёрла, просто жуть, как, – пожаловалась она, забравшись на руки, – такие ботиночки красивые и такие неудобные!

– Грася… ты с ним…

– Шшш, не бухти. Я только по делу ходила.

– Грася, ты не понимаешь, ты может и по делу, а он… Ты ещё глупенькая…

– Я не… – возмущенная оценкой своей персоны девушка завозилась на руках, якобы желая покинуть удобное местечко.

– Не дёргайся, а то уроню. Сейчас посмотрим, что там с твоей ножкой.

Зибор помог снять обувь, верхнюю одежду. Граська ленилась и, пока друг ходил за тазиком с водой, сгребла себе под бок все подушечки и раздумывала, чего ей хочется. Вскоре она получила горячий морс, пирожки, конфеты, семечки и разминание натёртых лапок. Так и уснула в подушках, не видя и не чувствуя, что лапки уже не просто мнут, а ещё подносят к губам с мечтательным выражением глаз.

Зибор смотрел на безмятежное лицо подруги и не мог удержаться от умильной улыбки. «Ну, до чего же она славная, когда спит и не треплет ему нервы».

Хотелось разом вывалить на неё всё о своих чувствах, но он видел, что Грася не готова к тому, что требуется ему. Она могла витать в облаках и страдать о неразделенной любви, она готова была принимать меры, чтобы её заметил лэр-в Ферокс, но вот чтобы она делала, если бы он действительно ответил на её чувства?

Скорее всего, испугалась бы. Не пришла она ещё к той простоте жизни, когда люди просто женятся, через год обзаводятся первым ребёночком. Нет, такая проза жизни не для неё. С ней не может быть всё просто, ей необходимы сложности, любовь, по её мнению, надо выстрадать, детей ждать, не иначе, как благословения.

Мужчина вздохнул, видел он на работе молодых папаш – полусонные, нервно вздрагивают, если слышат детский голосок. Нет, они любят своих карапузов, но это как ежедневное испытание, труд, а не сложенные у груди ручки и умильное «ой, какой хорошенький!».

Грасе нужно время, чтобы вволю хлебнуть эмоций, но как её уберечь от непоправимого? Где найти силы не держать её крепко возле себя? Да ещё столько событий одновременно! Не только сердце дома остаётся, а ещё и голова частенько забита мыслями о том, что она сейчас делает, кому выкладывает свои идеи?

Девушка казалась Зибору ярким цветным шариком, хаотично скачущим по дороге. Забывал он, что она много лет терпеливо ходила учиться, забыл, потому что сам тоже работал, уставал, а когда встречались, то было им ярко и хорошо, что и запомнилось. Забылось Зибору, что Грася и в крепости не сидела, сложа руки. Он помнил только праздники, что она устраивала, а остальное для него было как в тумане. С годами будут вспоминаться учителя, что с потом и кулаками вдалбливали в него знания, но это было с ним, а подруга в те дни представала перед ним ярким смерчем активности, воплощающим свои невероятные идеи в жизнь.

Многое понимал Зибор из того, о чём Грася не задумывалась, но очень многое и упускал, будучи сам ещё молодым и недостаточно опытным. Вот и поиски девушкой справедливости не смог отделить вовремя от её великой любви к главе ведомства, чем настроил её так, что она не желает с ним больше делиться своей деятельностью. А то, что заставил её всё рассказать, проявив напор, так теперь она лишь ловчее будет скрывать от него свои новости. Ему ли не знать, как она может ловко недоговорить, приврать, по случаю, или обдурить. Вот и гадай теперь, что действительно у неё с генералом?

Глава 7

Генерал Робус, решив начать читать перед сном, так и не лёг в постель. Ощущение шевелящихся на лысой черепушке волос не покидало его от начала до конца книги. Нет, на первой страничке он ещё сидел со стопочкой и получал удовольствие, но когда дошёл до описания убийств, то…

«– Ты пойдёшь в дом своих хозяев и сделаешь всё, как я тебе велел!

– Но я не могу, – с ужасом взирая на окутанного темнотой мужчину, лепетала женщина.

– Твой выбор, – слова его упали тяжело и, в то же время, немного сочувственно.

– Я не могу, – шептала женщина, а он подходил к её детям и начинал читать тёмное заклятие.

– К утру их не будет, зато ты выполнила свой гражданский долг, – чуть насмешливо, но с нотами осуждающей горечи произнёс нежданный гость, и женщина сорвалась с места.

– Не надо, я сделаю всё, как вы велите, только не трогайте их… – и разрыдалась».

Генерала поразили не страдания героини, а подход убийцы к делу. Фирм Робус с жадностью читал дальше, но уже понимал, что преступление будет совершено лицом, пользующимся абсолютным доверием, и точно знающим, в какой момент можно нанести удар. Так погиб лэр-в Ктронус. Никому и в голову не пришло копаться глубоко в подробностях жизни старой служанки, которая умерла следом. Поспрашивали о ней у дворецкого, у коллег по работе, не более, и оставили. Разве могла прийти кому-то в голову столь чудовищная подоплёка содеянного?

Могла. Талантливой, непредсказуемой девочке, старающейся заинтересовать главу тайного ведомства. Наслушалась рассказов своего дружка о том, чем они там занимаются, и применила свой талант!

Генерал не смог усидеть спокойно, вскочил на ноги и, не веря в совпадения, начал читать дальше. Он уже догадывался, что и на остальные преступления, касающиеся советников, текст книги прольёт свет.

Так и вышло. Снова не прямое воздействие на самых защищённых людей королевства исподтишка. Он читал, как очень приятной наружности женщина, по сюжету – преступник под личиной, мило болтала с поваром знатного человека, а самому ему представлялась другая картина. Как такая же женщина, позаботившаяся о том, чтобы не привлекать внимание других, подсовывает поварихе советника по связям баночку с вареньем. Может, женщины обменялись своими заготовками, может, было сделано слабенькое внушение, но вскоре варенье из чужой баночки подали лэр-ву.

Если бы его поставили на стол, то посуда, некоторые украшения на столе, показали бы, что продукт испорчен, не то, что он отравлен! А лэр-в попробовал варенье на ходу. Амулеты на теле советника не определили яда и злого умысла. Повариха не желала ничего дурного, а из ягод в варенье, всего-навсего, не вытащили косточки. В количестве нескольких штук они лишь придавали продукту дополнительный вкус, но если их много, да ещё и варенье настоялось, то получался мгновенный яд.

Когда изготавливают небольшие амулеты, реагирующие на отраву, то закладывают в них наиболее опасный перечень ядов, но в чистом виде: травы и порошки, несущие смерть, которые можно купить у зельеваров. Вот на них такие амулеты и отреагируют. Более крупные артефакты обладают и более широким действием, они не пропустят уже и тухлое яйцо, забродивший суп, подпорченное яблоко, несвежую воду…

Генерал рассуждал обо всём этом и приходил к выводу, что человек, подсунувший поварихе баночку с вареньем, хорошо знал, что лэр-в вполне способен на ходу клевать еду, хотя задуманное могло и сорваться. Но в книге Граси подобный ход имел успех, и настоящий убийца так же не прогадал, доверившись «пособию по преступлениям».

«Шерх, – всё не мог успокоиться генерал, – надо проверять всё, что пишут эти писАки! Это ж надо, раньше происходили события, потом их записывали и передавали из поколения в поколение, а теперь что же? Придумают историю, а кто-то, начитавшись, её осуществляет!»

Генерал с раздражением отбросил пустую бутылку. Посмотрел на неё, катящуюся по полу, и вернулся за чтение. Толку выпивать, если не прихватывает и не даёт приятного эффекта! Тут впору успокоительное литрами пить, а не…

Убийца в книге играл с жертвами изощрённо и жестоко. Он никогда не брал в свои руки орудие убийства, всегда за него это делали близкие люди жертвы или сама жертва. Каков мотив был у придуманного героя? Власть над людьми. Желание вынуждать их делать то, что ему хотелось. Какой же мотив мог быть у настоящего убийцы, лишающего королевство советников, гибнущих один за другим? А это зависело от того, кто, всё-таки, этот убийца.

К утру, генерал уже догадывался, что советник, найденный в безмагическом лесу, подвергся жёсткому шантажу, и оставалось только проверить, была ли угроза жизни его мальчикам, проходящим обучение в школе. В ситуации с взорвавшимся домом Свито уже всё было выяснено. Череда преступлений, связанных с советниками, оказалась лишь частью происходящих событий. Если подумать шире, то сюда же относятся и смерти актёров театра, и отмена премьеры, и самое главное – рукопись.

Если убийца, не проявляя фантазии, действовал с минимальным отступлением от текста, слегка адаптируя произведение под реальность, то становится понятно, что автора злоумышленник не захотел или не смог вычислить. А вот авторша быстро сообразила, кто виноват и что делать. И если обнаглеть и поверить, что всё же Агнес замаралась во всех этих событиях, то невольно червяк сомнений ползёт и в её прошлое. Как ловко и гладко для неё всё выходило! С какой скоростью она стала единственным менталистом в столице, как быстро она стала самым молодым контролёром совета в истории Дивного королевства…

Напрашивалась ещё одна мысль, что Авелин не дала бы Агнес стать контролёром… Нет, это он уже слишком расфантазировался. Агнес не посмела бы… Это слишком, это запредельно его пониманию!

Много о чём передумал за ночь генерал Робус. Тяжело ему дались решения, но при подозрении на Агнес невольно попадал под подозрение и Алеш Ферокс. Так же, как до этого она забирала на себя часть авторитета мужа, так сейчас грязью своих поступков покрывает и его.

Время действий пришло. Сотрудники ещё более тайного ведомства, о котором никто и ничего не слышал, забросили текущую работу и влезли в расследование внутренних дел королевства.

А Робус нашёл время и сходил в гости к Ильяне, чтобы поговорить с ней о милой девушке Грасе. Столь одарённая фантазией особа не давала ему покоя. Хотелось оберегать её, но не меньше хотелось и плетьми отходить, со словами: «не пиши больше, никогда не пиши!».

– Догадался? – встретила его лэра Ильяна Ферокс.

– О чём? – удивлённо посмотрел на женщину Робус.

– О Гарунечке, – улыбнулась Ильяна. – А ты заигрался в таинственность. Столько лет не приходил, только по связи общался, а сейчас прибежал. Где познакомился с девочкой?

– Значит, Грася – это она? Ты поэтому ей лиоль подарила?

Ильяна молча кивнула, с улыбкой вспоминая девушку с глазами цвета сапфира.

– Но как ты догадалась? Откуда вообще такие мысли появились?

– Да я, вообще-то, не сразу сообразила, – рассмеялась лэра. – Это сейчас я такая умная, а когда девочка служила в крепости, я ревновала.

– Она в Зелёной была?

– Да. Некоторые поспешили меня известить, что одной девице благосклонное отношение моего мужа глаза застит, и она обнаглела… В общем, завистники не дремлют. Умолчали, что девушка трудится, принося пользу людям, что муж мой относится к ней строго и по-отечески. Разве что ещё на Хавронью ябедничали, что совсем страшна стала.

– Со свиньёй-то вашей что? – буркнул Робус. Слишком неприлично она вела себя с ним, любила заигрывать, а над ним потом подчинённые потешались.

– Хавронья имидж сменила, – хохотнула лэра. – Словами не описать, смотреть надо.

– Это ей Грася придумала?

– Да, она много чего в крепости придумала такого, что могла бы только Гарунька придумать.

Генерал повздыхал, и добавил.

– Мыслят они одинаково. Никак не угадаешь, что сейчас сообразит это глазастое чудовище, – и так ласково у него вышло «чудовище», что лэра, выказывая поддержку, погладила его по руке.

– Да, синеву глаз ей оставили, это необычно. Мне кажется, Кордилион сразу понял, кто перед ним. Помог, чем мог. Но ты же знаешь, что мы все должны идти своим путём и вмешиваться, основываясь на заслугах или грехах прошлой жизни, нельзя. Не мешай ей, Фима.

Генерал с болью посмотрел на знакомую. Что в прошлой жизни у него не было шансов, и он лишь грелся в нежной дружбе женственной гаргульи, что сейчас он не может быть рядом. Он – прошлое, он доживает свою жизнь, а она только ступила на свой путь. Разве он посмеет помешать ей? Но защитить её потребуется. Она со своим детективом вполне может оказаться крайней. И ему придётся последить за тем, чтобы ситуацию не вывернули наизнанку, обвинив во всём госпожу Монте.

Каждый день люди генерала приносили сведения, которые он упорядочивал верной рукой, и картина складывалась до мелочей. Сомнений в причастности Агнес Ферокс уже не возникало, оставалось лишь приладить к её действиям мужа, и заговор захвата королевства представал в полном объёме. Вот здесь, на этом моменте, и стопорилось следствие. Если теоретически трудности ранее проводимого следствия можно было свалить на соучастие Алеша, то просто поверить душой в то, что он всё знал и прикрывал жену, было никак невозможно. Робус хорошо знал младшего Ферокса и не верил в его причастность, но от этого выходило едва ли не хуже.

Расследование генерала подходило к концу и требовалось не просто захватить Агнес, жизненно необходимо было, чтобы она сама себя раскрыла. Королю потребуются серьёзнейшие доказательства, чтобы провести допрос Агнес. И именно сейчас надо было принимать решение о том, какую роль играл во всём произошедшем Алеш.

Фирм Робус в мыслях укорял главу ведомства, что тот не увидел в жене преступницу. А с другой стороны, король чаще него общался с Агнес, да и советники последние годы видели её чаще, чем Алеш. Всегда, то он в работе, то она. Сложно представить, что у них за жизнь была, если даже детишек не нажили.

Генерал искал нестандартное решение, которое отвечало бы его требованиям по захвату Агнес. Измучив себя в конец, он решил, что если убийца обратилась к таланту Граси, то почему бы ему не поступить так же. Пусть поразмыслит, может, придумает что-то. В её книге преступника разоблачают, собравшись тёплой компанией, и давят фактами, здесь же такое невозможно.

Не раздумывая более ни минуты, Робус собрался и поехал к госпоже Монте.

Лэр-ва встретила хозяйка дома, в котором проживает девушка и, гневно поджимая губы, выражая глазами своё недовольство, она всё же не осмелилась ничего сказать гостю. Грасе же она высказалась:

– Не позволю из моего дома делать место для свиданий!

– Что за глупости вы себе надумали? – возмутилась девушка.

– Хороший парень ей не мил! – шипела хозяйка. – На следующий месяц я отказываю тебе в жилье, так и знай! У меня приличный дом!

Грася, поглощённая своими переживаниями, думами о прошлом, настоящем и будущем, совсем не ожидала, что о ней такое думает её квартирная хозяйка. Не только думает, но и многое уже для себя решила, а теперь выдала результат. Вот вам и вежливое общение с совместным распиванием чая. Было обидно и, в отместку, ей тоже плохо думалось о старой перечнице.

– Да и пожалуйста! – крикнула ей вслед обиженная несправедливостью квартирантка. – До конца месяца оплачено, а далее – получше условия поищу.

И правда, это раньше её привлекал тихий квартальчик, потому что всего боялась, а сейчас можно и поживее место найти. И всё же, отношение ранее расположенной к ней женщины, задело.

Грася спустилась в гостиную, возле окна стоял лэр-в Робус.

– Здравствуйте. Неужели есть новости?!

Генерал улыбнулся, ответил на приветствие и утвердительно покивал.

– У меня есть к вам просьба, давайте пообедаем и обсудим её.

Грася хотела было отказаться ехать куда-либо, но заметила тень хозяйки за дверью и согласилась.

– Да, конечно, – коротко согласилась она.

Всю дорогу Робус был поглощен своими мыслями, один раз они остановили коляску и к ним подошёл какой-то мужчина, чтобы передать записку. Генерал быстро прочёл её и сказал только:

– Разрешаю.

Грася помалкивала. Робус был похож на неё, когда она обдумывала одновременно множество вещей, поэтому, опасаясь сбить его с рабочего настроя, она тихонько сидела рядом и ничему не удивлялась.

На этот раз они приехали в более дорогой ресторан, и захотелось сделать замечание генералу, что он не предупредил её, что нужно переодеться. В форме он всегда выглядит огурчиком, а вот её платье простовато. Одно оправдание, что сейчас не вечер и можно пока обойтись гордо вздёрнутым подбородком, затеряться среди других лэр, которые пришли пообедать во время рабочего перерыва. А Робус всё молчал. Они сделали заказ, поели, вот уже ему принесли его «лекарство», а Грасе – чайничек с дорогим чаем, а он всё не приступает к разговору.

– Грасенька, я прочитал ваш детектив, – наконец начал он. – М-да, прочитал.

Снова тишина. На генерала это было не похоже. Обычно он всегда может подобрать слова, но, по-видимому, сейчас ему тяжело облекать свои мысли в речь.

– Я предполагаю… Да нет, я уверен, что ваш детектив попал в руки Агнес Ферокс! Она воспользовалась им как подсказкой в своих делах. Ей не хватало опыта, да что там, ей элементарно не хватало фантазии для осуществления своих планов. Ошибаться, привлекать помощников она не захотела, и поэтому ваша рукопись стала для неё откровением. Ей и в голову не пришло, что есть копии, что детектив не будет похоронен в её руках.

Генерал начал отстукивать на столе марш, нахмурился, но быстро продолжил:

– Когда по всей столице расклеили объявления о премьере «Идеального убийства», она уже не раз воспользовалась текстом в своих целях. Разоблачение было бы неминуемо, если бы состоялась премьера, поэтому она не стала привлекать к себе внимание поисками автора, да и не к чему это было, упустила момент. Она сразу взялась за театр и, как видите, успешно. Премьеру отменили, а вы… Впрочем, она и здесь не ошиблась. Несмотря на то, что вы полезли в это дело, вас никто не стал слушать. В любом случае, дело дальше Алеша Ферокса не пошло бы.