Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Кто-то из преподавателей старался ей помочь, видя её усердие, а кто-то только под напором ректора соглашался проводить для неё занятия. Так она стала единственной ученицей у менталиста и ради неё приглашенного из крепости копировальщика. Оба преподавателя считали, что напрасно тратят время на неё, что ей не хватит сил полностью освоить направление и получить профессию, но вынуждены были учить её.

Лэр Гревори, узнав о специфичном даре Веры, был сильно расстроен, но нашёл в себе силы похвалить её за прилежание. Ректор ему охарактеризовал племянницу как очень целеустремлённую студентку, трудолюбивую, усидчивую, ответственную и тихую. Он сам жалел, что с такими данными она не оправдала надежд в плане силы дара, но надеялся, что толк из неё всё-таки будет. Лэр опекун тоже надеялся, но то, что она не станет первой девушкой, вошедшей в сотню сильнейших магов, прославляя фамилию Ранс, умерило пыл по её обучению. В конце концов, у него растёт свой малыш, и он требует к себе не меньшего внимания.

А вот отец, после того как высказался, всё свободное время посвятил приехавшей дочери. Он с раннего утра до позднего вечера находил для Веры дело по хозяйству, и они вместе выполняли его. Дела были разные и нужные.

 Студентка академии смогла провести полный анализ земли возле дома родителей и внесла с отцом все необходимые элементы питания, добыв их самостоятельно из лесной земли. Потом они вместе привели в идеальный порядок все посадки. Вера при работе по настоянию отца использовала только свой дар, а отец помогал, где это было нужно, и по завершению их работ в небольшой сад с огородом можно было бы приглашать художников, чтобы рисовали на память устроенную ими красоту. Надежда от переизбытка чувств даже прослезилась, говоря, что она находится в сказке и у неё теперь есть свой волшебный сад.

Потом Вера с отцом поколдовали над подвалом дома, делая из него полноценный минусовой этаж. После придумали ещё углубить его и сделать комнату-морозильник. Вера на занятиях артефакторики и водников кое-чему научилась, и заморозила отцу несколько приличных размеров кубиков льда, потом разместила их в ящиках с активированными рунами сохранения. Сложную конструкцию полноценного стазиса она ещё не освоила, а вот простое сохранение, подпитанное силой, поможет не таять льду год-другой.

Помогла она отцу провести вентиляцию, прокладывала трубы для полива обновлённого огорода и в домик к содержащейся там живности. Неделю они просидели в кузнице, экспериментируя с получением новых сплавов, с поддержанием нужной температуры огня в печи. Кузнец был в восторге от Веры. Она ему в считанные секунды могла увеличить силу огня, уменьшить или держать его ровно, не используя ни топлива, ни надувных мехов. Но отец только отмахивался от ерундовой похвалы.

– Тыковка, вот ты своим даром смогла вытащить из земли нужные элементы.

– Пап, ну кому, кроме нас, будет польза от горсточки полезных элементов?

– А ты посмотри с другой стороны, – ласково прижал к себе дочь Сергей, – ведь и вреда лесу нет. Да и нет нужды в большем, ведь ты не крестьянка, чтобы ухаживать за огромными полями, а садику с лечебными травами разбитом при крепости, этого хватит.

– Пожалуй, – задумалась Вера.

– Вот видишь, польза. Ещё мы с тобой отличный сплав для труб изготовили, на долгие годы его хватит.

– Да, пап, из меня вышел неплохой сантехник, – горько призналась девушка.

– Металлург. Но и в сантехнике не вижу ничего плохого. Это жизнь, Вера. Ты не художник, не певица, не библиотекарь, как и твои сокурсники. Их предназначение на куски рвать тварей, согласись, не чистенькая работка; а твоё – создать для них приемлемые условия жизни.

– Я всё понимаю, – грустно вздохнула Вера.

– Малышка, они же всю жизнь живут в этих крепостях! Надёжные стены, еда и товарищи рядом – это всё, что есть там хорошего.

– Не надо, пап, мне не нужно объяснять, чего они лишены, ведь я знаю, как можно жить иначе. Просто сколько пройдёт времени, пока меня перестанут считать бесполезной и неудачницей.

– У тебя разные направления дара и есть знания нашего мира, которые мы с тобой записали. Ты сможешь повторить самостоятельно тот сплав, что пригоден для лучшего оружия.

– Сплав-то я повторю, а вот ковать не буду. Нет у меня художественного вкуса. Я лучше ещё одну чугунную ванну сделаю.

– Да уж, твоя мама не вылезает из неё часами, – улыбнулся отец.

– Ничего, Верочка, поначалу всем сложно, у всех свои проблемы, но у тебя хотя бы есть, от чего отталкиваться. Не унывай, а то потеряешь, что имеешь.

– Пап, ты говорил, что у тебя есть рецепты изготовления стекла?

– Да, тыковка, у меня всё записано от простых технологий до самых современных. Я же побывал тут до вас с мамой и знал, что может пригодиться. Но тебе стоит начать с простого, это уже будет прорыв. Здешнее стекло неплохое, но хрупковато. Некоторые даже не моют его, чтобы при надавливании случайно трещина не пошла. По этой же причине не делают открывающиеся окна, хотя я вот сделал – и ничего, нормально.

– Но мне опять придётся сотрудничать с мастерами, а мне не хочется зависеть от них.

–  Тебе надо приобретать рабочие навыки, так что не пренебрегай их мастерством, присматривайся. Так уж получается, что если ты сотрудничаешь с кем-то, то твой дар – просто чудо! Твои обширные знания во всех областях магии уже приносят потрясающие плоды. Верочка, бросай менталистику, природу, общение с животными, даже целительство тебе не нужно. Не распыляй своё внимание, сосредоточься на артефактах, на копировании, на земле, точнее на извлечении из её недр полезных элементов. Ты же читала книги, неужели ты не понимаешь, что ты сильнейший бытовик?

– Бытовик! Но здесь нет бытовиков…

– Так ты покажи, чего стоит твой дар! Не сиди сиднем, оборудуй свою комнату так, чтобы на загляденье, поспособствуй с удобствами преподавателям. Продемонстрируй свою полезность! Что ты как маленькая?

– А разве я большая? На Земле ребята ещё в школе учатся, даже не в последнем классе!

– И ты, Верочка, учишься, – погладил по голове её отец, – всё у тебя получится! Ты у меня умница.

– Мне остался всего год, – поникла девушка.

– Это если ты себя не успеешь проявить, – возразил отец.

– Не успею, если начинать с добывания из земли полезных минералов для работы, то на это уйдёт много времени.

– Вот тебе и первая курсовая. Определить, как выгоднее королевству использовать мага-бытовика. Дать ему начинать работу с нуля или в качестве руководителя, помогающего своим даром мастеровым.

– Но как же…

– Мы с мамой уже скопили денег, поэтому тебе есть чем оплачивать содействие мастеров и сам материал. Ничего страшного, если поначалу придётся вложиться. А вот когда ты будешь начинать работать на кого-то, то сразу предоставишь смету. Пусть маленький, но опыт у тебя уже будет.

– Боязно как-то, – взгрустнула Вера.

– Мы с тобой ещё поработаем в разных мастерских, сколько успеешь, – задумался отец, – одновременно давай вместе продумаем, что можно дельного сделать в твоей комнате. Ты мне начерти её подробно. Не забудь пометить, на каком ты этаже, из чего построено здание. Возможно, надо будет получить разрешение на переделку, но это мы с тобой определим позже.

И полетели дни в хлопотах так быстро, что когда мама устроила прощальный ужин, то Вера не сразу и поняла, с кем прощаются. За небольшой срок они с отцом чем только не занимались! Вера чувствовала себя прорабом, иногда мастером какого-то ремесла, но отец гордо именовал её магом-бытовиком. Девушка стеснялась общаться, сотрудничать со степенными мастерами, но благодаря отцу её везде хорошо принимали, а потом, оценив направленность её дара, хвалили, временами присылали подмастерьев просить её помощи, когда предстоял сложный заказ и требовалась точность с аккуратностью.

На прощание отец сказал ей, что отношение к ней будет зависеть от неё. Ведь артефакторов уважают, а они тоже не стоят на стенах крепости, не сражаются с тварями. Всё в Вериных руках, и она, воодушевленная, собиралась воспользоваться этим.

Глава 4. Академия. Путь к самостоятельности.

Совсем с другим настроением она подъезжала к академии. Теперь ей не требовался сопровождающий, более того, как студентку, закончившую первый курс академии, её с удовольствием приняли в караван безо всякой оплаты.

Поначалу её воспринимали в качестве дополнительного воина и охотника, но вскоре высоко оценили её специфический широкопрофильный дар. И с погодой она подсказала, и про рядом находящихся упитанных тетеревов, и другую живность, годную для приготовления еды на всех, тоже она помогла обнаружить. Огонь быстро разжечь, ускорить кипячение воды, облегчить вес застрявших в луже телег, просушить наиболее разбитые участки дороги после дождя – везде Верина помощь приходилась кстати.

А уж проблемы с поломками вообще времени у каравана почти не занимали. Ей только подсказывали этапы починки сломанного колеса, а она уже магичила и соединяла, подсушивала, скрепляла, шлифовала. Миновав особо разбитый участок дороги, Вере пришлось даже несколько колёс сделать полностью с нуля, проведя все этапы процесса в ускоренном режиме. Не было гарантии, что быстрое увлажнение срубленного дерева, чтобы согнуть его в круг, работа с ним, а потом его экстренная сушка не скажутся на качестве готового изделия, но до пункта назначения изготовленные магией колёса выдержали, а это было главным. Именно благодаря Вере караван прибыл на три дня раньше, чем обычно, и всех это очень радовало.

Она входила в академию с улыбкой, и некоторые студенты ей приветливо кивали. Вера улыбалась ещё шире и с удовольствием отвечала, а на тех, кто недоуменно фыркал, не обращала внимания.

– Привет, – подошли к девушке двое ребят с её курса. Оба они имели все шансы войти в сильнейшую сотню.

– Привет, Альберт, привет, Данияр, – радостно ответила Вера.

– О, а мы думали, ты не знаешь, как нас зовут! – воскликнул Данияр.

– Почему же? – искренне удивилась девушка.

– Ты всегда одна, никого не видишь, – пожал плечами Альберт, – голову опустишь и идёшь, о чём-то всё думаешь.

– Я… – Вера не знала, что и сказать.

– Как у тебя дела? Как твой дар? Получился прорыв в каком-то одном направлении? – спросил светленький Альберт, маг водной стихии.

Девушка опустила глаза, но потом, словно очнувшись, задорно ответила:

– Не-а! Я так и осталась универсальным универсалом. Разве что некромантию плохо знаю, но если надо, то…

– И… как? – ребята явно не понимали, чему радуется девушка.

– Отлично!

– У нас в этом году будет много тренировок, с кем же ты будешь в паре? – не поддерживая весёлого тона, обеспокоенно спросил Данияр.

– Пока не знаю, – улыбнулась Вера симпатичному природнику. Его коричневатый ёжик волос, чуть придающие наивный вид расширяющиеся к переносице брови, оливкового цвета глаза – всё очень сочеталось с его даром. Природники всегда отличались спокойствием, вдумчивостью, покладистостью. Правда, только когда они не демонстрирует свою полную силу, а лишь берутся созидать что-то.

– Да, выбрать пару – проблема. Мы хотели с Яром вместе быть, но редко где ставят вместе двух сильнейших магов.

– А Яр – это?..

– Это я, последние буквы Данияра, – тепло улыбнулся природник.

– Да, так проще, когда каждый миг на счету. А ко мне можно обращаться Аль.

– А я Вера, всегда Вера. Хоть официально, хоть в бою.

– Да, не повезло тебе! Я думал твоё полное имя Вернанция, а ты просто Вера! – задорно произнёс Аль.

– Так, значит, вы тоже не выбрали себе пару?

– Для нас нет большого смысла в выборе, – пожал плечами Яр.

– Да, нас будут приучать работать с группой и с разными магами, – продолжил Аль.

– Все лэры должны научиться действовать в паре с лэр-вом, – добавил Яр.

– Так вы уже точно знаете, что сдадите экзамены на лэр-ва? – с восторгом спросила Вера.

– Ну-у, всякое бывает, но должны справиться, – осторожно пояснил природник.

– Если не определишься с парой, то можешь вставать с кем-либо из нас. Пусть другие посмотрят, что от тебя можно ожидать, – щедро предложил Аль, зная, что любой будет рад встать с сильнейшими ребятами.

– Спасибо, я очень ценю ваше предложение и обещаю, что вы не пожалеете. Может, у меня и нет силы в каком-либо одном направлении, но я сумею толково помогать и приносить пользу партнёру, – искренне растрогалась Вера.

– Не напрягайся! Достаточно того, что ты не растеряешься в бою и станешь дополнительными глазами и сдержишь хотя бы первый неожиданный удар, если он случится, – совершенно серьёзно произнес Яр.

– Если я буду в паре, то никаких неожиданностей не случится, – так же серьёзно ответила девушка.

Подошли ещё ребята, поздоровались с Альбертом и Данияром, вполне доброжелательно кивнули Вере. В душе у неё всё пело и ликовало.

 Какая же она глупая была! Больше никогда она не потеряет себя!

– Рада была вас всех повидать! Я пойду, вещи разберу, – попрощалась с ребятами Вера.

– Она хорошенькая, – посмотрел ей вослед один из подошедших ребят.

– Если бы у неё ещё с направлением всё наладилось бы, цены бы ей не было, – ответил ему товарищ.

С оставленными у ворот вещами Вере никто не помогал, хотя сундуков у неё в этот раз было много. Заготовки для производства разных нужных для ремонта предметов, которые она использовала в совместной работе с отцом, занимали много места. Редкие ингредиенты, папины чертежи, подробные технологии, забранные им с Земли на всякий случай – и вот, пригодились. Отец подготовил Веру для работы в захолустье, где нет никаких мастерских, но настойчиво посоветовал первое время пользоваться всё же услугами мастеров, магически помогая им и ускоряя их работу.

В академии не делят никого на юношей и девушек. Они все – будущие воины с разной силой дара и умениями. Здесь даже комнаты перемешаны, разве что помывочные разделены на мужские и женские, но, говорят, что в небольших крепостях и этого нет.

****

Вера вздохнула, вспомнив отца, который так и не смирился, что магички вроде как и не женщины, а только боевые единицы. Уж он-то, делая кроватки для малышей, прекрасно видел, насколько им тяжело живётся при таком отношении. Ну и пусть, что любая лэра щелчком пальцев может размазать его по стенке, её все равно надо оберегать, считал он. Всё это вспомнилось, когда Вера встала у сгруженных в ряд её сундуков и не знала, как взяться за них. У воздушников вещи летели за ними следом, у водников, скользили по земле на водяной простыне, у некоторых природников сундуки обрастали корешками и перебирали ими как гусеницы ножками, остальные тащили сами.

Вера внимательно посмотрела, как передвигается сундук у природника, и во чтобы то ни стало решила придумать нечто подобное. Уж хотя бы колёсики она сможет приделать, а на лёгкий воздушный толчок у неё сил хватит. Но пока не сделала, то пришлось ей несколько раз ходить и используя разные направления своего дара, затаскивать сундуки к себе.

Вспотевшая, красная, она с неприязнью посмотрела, как они заняли половину её комнаты и, вздохнув, пошла ополаскиваться с дороги. Ещё не все приехали, поэтому помылась она без очереди, без просьб поторопиться, с огромным удовольствием счищая с себя дорожную грязь. На обратном пути в комнату в ответ встретившимся ей злопыхательницам, она, улыбнувшись, ответила:

– И вам, девочки, не хворать!

Чем вызвала новый виток сплетен у недоброжелательно настроенных девушек и подозрений по поводу своего дара. Но были и такие, которые спокойно отвечали Вере, когда она здоровалась и спрашивала, как прошли каникулы. Закрыв за собой дверь, она ещё долго стояла, прижавшись к ней спиной и счастливо улыбаясь. У неё всё получилось! Отец был совершенно прав, когда отругал её за синдром принцессы, доведший её до уныния.

А на следующее утро Вера уже ползала по туалетной комнате с измерительной лентой и подсчитывала, какого размера ей делать стеклянные перегородки для душевой кабины, как объединить трубы, идущие к раковине, с трубой для душевой лейки и дальше, со сливом. После всех замеров и поправки заготовленных дома чертежей, она придирчиво окинула взглядом обе комнаты. Жилая была заставлена сундуками, а вот в туалетной прямо сейчас можно попробовать применить полученные навыки домоводства.

Вера вытащила большую половую щётку, вылила воды на пол, накрошила мыла и принялась магичить. Сначала определила силу нажима на щётку, потом посчитала сколько раз надо пройтись по одному месту, чтобы отчистить камень до первоначального состояния, а потом – на сколько щётка должна сдвинуться в сторону.

Не всё сразу получилось, но задав ещё множество параметров, используя разные направления дара, Вера закрепила всё в крошечном хрусталике, пользуясь знаниями об артефакторике. Заполнила его нейтральной силой и вложила в ручку щётке. Теперь она двигалась без участия девушки. Как самоходный пылесос на Земле, так же работала щётка, пока Вера не остановит её или пока не закончится заряд в хрустальной бусине.

Вера, довольная собой, оставила щётку тереть пол, занявшись другими делами, но проверив работу через полчаса, увидела, что за подсыпкой мыла надо всё же самой следить и вообще, дело продвигалось слишком медленно. Тогда она тихонечко выбралась в коридор, залезла в кладовку и, забрав оттуда заброшенные старые и новые щётки, бегом отнесла их к себе. Достав горсть закупленных хрустальных бусин, она откопировала на них всю ранее составленную ею схему для первой щётки – и через десять минут в её туалетной комнате деловито шуршали десять щёток.

Дело пошло быстро. На полу вскоре взбилась грязная пена, снова потребовалось небольшое участие Веры в уборке, но конечный результат того стоил. К обеду девушка знала, что тёмно-серый пол на самом деле светло-бежевый.

Выковыряв обратно хрустальные бусинки с заложенной программой полотёрства, она вернула щётки на место. Воодушевлённая, она до поздней ночи занималась устранением щелей в своём жилище, сглаживанием отбитых уголков, выступов, дополнительными замерами окон и мелкой починкой мебели.

На следующий день Вера отправилась в мастерские договариваться о своих заказах и участии в работе.  Без отца дело с мастерскими не клеилось. То ей просто отказывали, то просили дополнительных денег за её участие в работе, воспринимая её желание, как блажь. Уже когда она готова была согласиться на требуемые доплаты, подвернулся случай проконсультироваться у мага-артефактника, точнее у лэры-артефактора. Ведь ей тоже приходилось изготавливать разные предметы и пользоваться услугами мастеров. Она-то и подсказала, к кому обращаться. Дело пошло на лад. Уже вечером Вера принесла в мастерскую образцы того, что ей нужно, и болванки для изготовления. У неё оставалось совсем мало времени до начала занятий и всё его хотелось посвятить обустройству жилья.

– Ну что ж, лэра Ранс, завтра с рассветом жду вас, –  внимательно осмотрев, что требуется девушке, попрощался мастер.

На рассвете они оба приступили к работе. Поначалу рядом крутились ещё двое помощников, но вскоре остались только самые младшие «принеси-подай». Вера многое взяла на себя. Она следила за огнём, облегчала вес полученного металла, помогала выравнивать созданные пластины и соединять их. Мастеру оставалось только руководить, следить за временем и стучать молотом там, где нужно.

– Никогда так не работал! – восхищался он. – И ладно бы без помощников обошлись, но ведь и печь у нас одна, а по уму надо хотя бы две с разными температурами, но ведь всё сделали правильно!

Вера улыбалась и надеялась, что действительно всё сделали правильно, но понятно это будет при сборке всей системы. Ещё несколько дней пришлось ходить девушке к кузнецу за мелкими деталями, а потом к стекольщику, выкраивая время среди начавшихся занятий. Пришлось от многих направлений отказаться, но дело того стоило.

Она успела установить у себя душ и оградила его крепкими цельными стеклянными перегородками, чтобы не заливать всё пространство водой. Стекольщик стонал от досады, увидев, какое шикарное стекло у них с лэрой Ранс получилось и, осознав, что без её магической помощи ему никогда не изготовить полотно такого размера, крепости и безупречной прозрачности.

А вот над поддоном для душевой она почти не трудилась. Огромная поилка для мелких птиц прекрасно вписалась в заданные параметры. Уже когда всё готово было, Вера заметила, что в туалетной комнате теперь не хватает света и долго держится влажность после пользования душем. Такую работу показывать ректору нельзя. Как ни старалась всё предусмотреть, но нехватка опыта всё же сказалась. Она совсем немного не успела закончить до начавшихся тренировок.

Ранним утром весь второй курс выстроился перед входом на огороженной специальными щитами территории. Лэр Хармелион, часто занимающийся организацией занятий, окинув всех придирчивым взглядом, громко скомандовал:

– Готовые пары могут разойтись по площадкам, расположенным с левой стороны, там вас встретят студенты третьего курса и они оценят вашу пару вместе с демонстрируемыми способностями.

Потребовалось несколько секунд, чтобы студенты переварили указание и заспешили занять тренировочные поляны. На месте осталось не больше трети от всего курса.

– Так, очень интересно. Ну, а вы что же, не можете решить с кем идти плечом к плечу всю дальнейшую жизнь?

Ответить было нечего. Ведь выбор предстоял действительно серьёзный. Сложившуюся пару магов не будут разбивать при распределении на дальнейшую службу. Лэр насмешливо посмотрел на неловко чувствующих себя студентов, и продолжил:

– Это здорово, когда пара складывается ещё с учёбы, но практика показывает, что в течение первых пяти лет многие пары расходятся.

– Зачем тогда все настаивают на выборе уже сейчас? – угрюмо спросил один из крепких середнячков.

– Потому что в этом есть неоспоримые преимущества. Слаженной двойке намного легче адаптироваться в первый год в новом коллективе. Бывает, что кроме прибывшей двойки в крепости других магов нет, и тогда это уже вопрос жизни и смерти. Вы должны понимать, что у любого решения есть плюсы и минусы. Предположим, вы не нашли партнёра для себя. Разве плохо, если в крепости вас поставят с опытным лэром, который будет страховать вас и продолжать подсказывать, как лучше действовать?

– Ну не знаю, бегать в подмастерьях у бывалых магов – та ещё радость, – фыркнул Альберт.

Лэр Хармелион согласно покивал головой.

– И это тоже верно. Слаженные академические двойки вынуждены быстро осваиваться, ведь каждая ошибка – это новые раны или чья-то смерть. Под патронажем опытного мага шкура ваша будет целее, а вот самолюбие может пострадать и самостоятельность приобретается медленнее.

Преподаватель внимательно посмотрел на оставшихся студентов и продолжил:

– Уважаемые лэры, готовящиеся сдавать экзамены на лэр-вов, у вас нет выбора. Вы в стенах нашей академии будете учиться работать со всеми магами, как в двойке, так и группой. Более того, куда бы вы не получили распределение, у вас будет короткая обязательная особая практика, где вы должны проявить себя хорошими командирами. Сейчас вы выбираете себе пару на неделю и идёте отрабатывать навыки сражения с тварями на площадки, расположенные с правой стороны. Там вас встретят студенты, уже сдавшие экзамен на сильнейших магов королевства. Прислушивайтесь к их советам.

Лэр на всякий случай махнул рукой вправо, чтобы ни у кого не возникало дополнительных вопросов, с какой стороны определять право-лево.

– Тех, кто остался, я распределю сам. Попробуйте сработаться, потом советую в любом случае меняться напарниками, так вы сможете набрать разноплановый опыт сотрудничества.

– Лэр Хармелион, а тот, кто уже выбрал пару навсегда, они будут меняться напарниками с другими?

– Обязательно. В следующем полугодии все пары принудительно разделят, и они будут пробовать себя на тренировках рядом с другими направлениями. Хотя бы для того, чтобы понять на практике, что изначальный выбор был удачным. Всё, время пошло!

Вера развернулась к Данияру с Альбертом, надеясь, что они не забыли о своём предложении встать в пару с ней на тренировке, но их уже окружили другие сокурсники.

Она давала слово себе и отцу, что больше не будет отступать, станет активной, но толкаться локтями в данной ситуации не смогла. Понимала, что глупо стоять в стороне, ведь сейчас нет места чувствам, а властвует разумность и расчёт, но она мало что могла предложить партнёру, поэтому, ощущая себя второсортным товаром, стеснялась навязываться.

Вера ещё стояла, не зная как поступить, а новые пары уже разбегались по площадкам. Альберт с Марикой, знакомой Вере ещё по школе и напрочь игнорирующей её здесь, спешили занять последнюю свободную площадку. Данияр о чём-то переговаривался с ребятами и, рассмеявшись в ответ на шутку рыженького сокурсника-балагура, бегом бросился вслед за Альбертом, стараясь его обогнать. Оставшиеся ребята нехотя создали пары, и Вера почувствовала на себе неприязненный взгляд сокурсника-природника с уклоном к общению с животными. Он ничего не имел против Веры, но он не боец и она не боец, и хуже пары, чем они, и придумать было нельзя. Им обоим предстояло стать посмешищем на площадке, что повлияет на всеобщее отношение к ним впоследствии.

– Ну, и чего ты стояла как замороженная? – зло спросил он её.

Девушка с непониманием посмотрела на него.

– Состроила бы жалостливую мордашку и тебя бы взял кто-нибудь из ребят!

– А ты чего не состроил? – опешила Вера.

– Совсем без мозгов, да? – парень отвернулся от неё и пошёл смотреть, где вскоре освободится место для тренировки.

Лэр Хармелион только усмехнулся, глядя на последнюю пару, и отправился проверять, как третий курс контролирует второкурсников.

Везде на площадках были раскрыты тренировочные шкатулки с кристаллами. Самые светлые кристаллы копировали наиболее безопасных тварей изнанки и их поведение, самые насыщенные цвета принадлежали образам смертельно опасных существ.

На первом курсе студенты уже знакомились с действием этих шкатулок, и Вера определила для себя, что больше всего активированные кристаллы похожи на голограммы, но не статичные, а с заданными действиями. Совсем недавно она задавала программу для щёток, а эти учебные камни изготавливали мастера-артефакторы высочайшего уровня. Голограмма реагировала на тепло и действовала соответственно тем тварям, которых копировала.

Студенты отбивались от имитируемых атак и могли «ранить» агрессивную тень (голограмму) или «убить», а вот она не могла нанести никакого вреда, разве что напугать. При работе с учебными кристаллами создавалась полная иллюзия настоящего боя, и молодые маги постепенно привыкали к виду тварей, понимали, чего от них ожидать, ну и тренировались в освоении своего дара.

Вера шла за природником-животноводом и слышала короткие команды старшекурсников, предназначенных работающим парам.

– Прикрывай товарища! Дай ему ударить огнём, не лезь под руку!

– Что ж вы такие активные! Нельзя действовать без оглядки на партнёра.

– Бей, бей, отступать некуда, вас, клуш бестолковых, в угол зажимают!

– Эй, а вы что без дела шатаетесь?

Вера даже не сразу поняла, что это её с парнем окликнули. Животновод развернулся.

– Идите сюда, здесь уже пара выдохлась. Начнём с простого, – и старшекурсник активировал бледно-розовые кристаллы.

Начали.

Вера кидала крошечные огненные шарики, пыталась сделать острыми струи воды и направляла их в глаза тварей, подкидывала им под ноги камни, шептала замедляющие проклятия, но всё было без толку. Партнёр был сильнее её, но он мог только запутывать существ, внушая им растерянность и заставляя на время терять пару магов из вида, а вот убивать ему было нечем.

– М-да, – протянул старшекурсник, – ну и пара у вас! Тебе – указал он рукой на природника, – ознакомиться с владением оружия и желательно после выпуска продолжить с ним тренироваться. Иначе всегда будешь зависим от других.

– Да знаю я, – буркнул парень.

– Ну, а тебе, красавица, даже не знаю, что посоветовать. Не представляю тебя с ножами или с луком. Ручки тоненькие, сама того и гляди переломишься.

– Очень узконаправленные у вас, лэр Стелм, советы, – скептически заметил подошедший преподаватель по тренировкам.

– Ну, а что, я разве не прав? Природнику надо физически развиваться и тренироваться с оружием, ведь дар у него мирный, а … – парень замолчал, не зная как обозвать Верино направление. Поняв его затруднение, она решилась подсказать:

– Бытовик.

– Что?

– Я говорю, что я – бытовик, – терпеливо повторила Вера.

– Что, у нас и такое есть теперь? Будешь главной над прачками и кухарками? – развеселился третьекурсник.

– Лэр Стелм, свободны. Только что вы заработали штрафные баллы.

– Но я…

– Не суметь правильно оценить полезность редких направлений на вашем курсе – непозволительная беспечность. Я удивлен, что вас характеризовали, как хорошего командира. Идите!

– Шерх! – выругался парень и сопровождаемый множеством любопытных взглядов покинул площадку.

– Лэр Трог, – преподаватель обратился к партнёру Веры. – Дополнительные занятия по владению оружием для вас обязательны, но в боях маги вашего направления теперь не участвуют. Совсем недавно произошли некоторые изменения, и ваша специализация отделена от природников. Назначение, скорее всего, у вас будет в крупную крепость, где вы будете следить за здоровьем питомцев магов и воинов. Сами понимаете, они чаще получают ранения, а ещё нам приходится убивать тех существ, кто был запечатлён и потерял в боях своих хозяев, так как иначе они сходят с ума от одиночества и чувства потери. Но ваш дар позволяет этого не делать, поэтому ваша ценность возрастает многократно. Всё ясно?

– Ясно. Так что же, мне на тренировки с кристаллами не приходить? – растерянно спросил природник-животновод.

– По желанию. Тварей знать обязательно, но вам надо сделать акцент на том, какие раны они наносят, их ядовитость, как лечить ваших будущих подопечных.

Парень кивнул и отошёл в сторону.

– Теперь вы, лэра Ранс. Встаньте в паре со мной. Лэр Трог, активируйте по моему сигналу сразу все кристаллы.

Все присутствующие на соседних площадках в изумлении уставились на тренера. Шкатулка была предназначена для второго курса, но она мало чем отличалась от той, что предлагалась для сдачи экзамена на лэр-ва.

– Прошу всех отойти за силовое поле, чтобы не перетягивать внимание теней на себя. А вы, лэра Ранс, соберитесь. У меня немало было студенток, похожих на вас, и могу с уверенностью сказать, что из них получаются отличные воины, было бы желание. Упорство, трудолюбие, быстрая оценка ситуации и фантазия – вот те качества, которые помогали им раскрывать свой дар. Я ведь не ошибся, вы обладаете перечисленными умениями?