Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Небольшую территорию возле будущего дома Вера собиралась защитить, проведя описанный в небольшой книжечке обряд. Для этого ей потребуется помощь как можно большего количества людей, оборотней. Все возьмутся за руки, окружая дом живым кольцом и земля, оказавшаяся в круге, будет впоследствии не видна тварям.

Мало ли, как потом жизнь сложится, вдруг да пригодится такая защита дому. Именно этот обряд натолкнул Веру на мысль попробовать обмануть тварей возле точки выхода. Запереть она их не может, да и чревато это, а вот дать возможность выйти и задержать их на небольшом пятачке, было бы неплохо.

В обряде, который скрывал территорию, использовалось отражение местности, а у Веры есть толика дара иллюзиониста. Раньше ей не приходилось пользоваться им, в королевстве это направление магии не ценили, не развивали, но если взять в помощь народные обряды, то…

– Ребята, подойдите-ка сюда, – скомандовала она прибирающимся воинам. – Встаньте в круг, а ты в середину. Как тебя зовут? – спросила она парня, оказавшегося в центре.

– Счастливчик.

– Счастливчик, стоишь, ничего не делаешь. Твоя задача наблюдать, как меняется вокруг тебя местность.

Парень с тревогой повертел головой.

– Ты меня понял? Стоишь, наблюдаешь. Если сделаешь пару шагов в сторону, то наткнёшься на нас и всё испортишь, а мне надо, чтобы ты рассказывал, что видишь. Возможно, что нас ты не услышишь, поэтому, как пойдут изменения, начинай говорить, не дожидаясь команды. Ясно?

– Да, лэра.

– Берёмся за руки и повторяйте за мной все движения. Для нас ничего меняться не будет, поэтому следим за мной и Счастливчиком.

Девушка, взяв соседей за руки, повела хоровод в одну сторону, в другую, поднимала руки, опускала, произнося обрядовые слова и добавляя лёгкую энергию иллюзий. Наблюдая за Счастливчиком, она понимала, что ему кажется, будто местность вокруг него меняется. Парень растерялся и молчал, но Вера, ободрённая, что всё получается, начала вносить изменения в обряд, чтобы для того, кто внутри, пространство виделось не только изменённым, но чтобы он в поисках выхода всё время поворачивал бы и ходил по кругу.

Вера почувствовала, что чем больше хороводит, тем сложнее объекту будет найти выход.

– Ребята, вы где? Лэра Ранс? – беспокойно закричал парень в круге.

– Мы здесь, рядом, – ответила девушка и Счастливчик успокоился. – Ты меня слышишь?

– Да, лэра, я вас слышу.

– Мы продолжаем стоять так же как ранее, бояться тебе нечего. Что ты видишь вокруг себя?

– Лес. Как будто исчезла вырубка, и лес вплотную приблизился.

– Попробуй выйти.

Парень сделал шаг в сторону, потом ещё, а когда уже Вера хотела его остановить, чтобы он не нарушил им круг, Счастливчик свернул и стал идти вдоль круга, едва не касаясь воинов.

– Отлично! Почему ты свернул?

– Свернул?

– Ты сделал пару шагов вперёд и вдруг повернул в сторону.

– Так дерево же, – удивился парень.

– Ясно. Стой и больше не двигайся.

Вера продолжила последнюю часть обряда, уже ничего не меняя в нём.

– Счастливчик, ты слышишь меня?

Ответа не было. Воины в круге смотрели с любопытством за своим сослуживцем, который напряжённо оглядывался по сторонам, но ребят не видел.

– Размыкаем круг, – произнесла лэра.

Все отпустили руки, но для Счастливчика ничего не поменялось. Он всё так же стоял в центре, беспомощно озираясь.

Вера была очень довольна эффектом. Она не ожидала, что без кристаллов у неё так хорошо получится.

– Завтра проведём обряд вокруг точки, и все выскочившие твари какое-то время будут у нас как на ладони. Думаю, стоит поставить несколько вышек, чтобы расстреливать их, пока они мечутся в круге.

– Надолго ли он их удержит? – спросил один из помощников.

– На несколько минут он точно собьёт их с толку, особенно тех, кто полагается на зрение и слух. Сам обряд древний, он предназначен для отвода глаз в целях защиты дома, но из-за того, что я в нём кое-что изменила, он сейчас неполноценен, как бы вывернут наизнанку, путая не тех, кто снаружи, а тех, кто внутри, поэтому некоторых тварей будет не обмануть.

– Лэра Ранс, – жалобно подал голос Счастливчик, – вы где?

Девушка взяла одного из воинов за руку.

– Стой, не шевелись, будешь вытаскивать нас с парнем, – а сама легко вошла в незримый круг. Глаза Счастливчика округлились, он обрадовался видеть лэру даже по частям. Она протянула ему руку, и они оба, повинуясь мягко тянущему движению, вышли из ловушки. На границе казалось, что часть тела пропадает, но никакого дискомфорта это не приносило.

– В принципе, если бы ты не запаниковал, то, побегав по кругу, сам выскочил бы из западни, – сказала она парню, недоверчиво оглядывающемуся назад. Только что он видел, что вокруг него лес, а теперь снова привычная для глаз картина.

Вера, наметив план, как будет действовать завтра, ушла спать. В обряд надо добавить ментального воздействия, чтобы удерживать более сильных тварей и закружить хоровод на большее количество кругов. Это позволит дольше дурачить оказавшихся внутри.

Она даже не предполагала, что маленькая пробная ловушка не развеялась, а продолжала действовать, и воины с оборотнями всю ночь развлекались, толкая друг друга в круг. Самое возмутительное, что раненые, вместо того, чтобы спать и набираться сил, точно так же лезли внутрь, чтобы напугаться изменившейся местности вокруг, а потом позволить себя вытащить товарищам, наблюдая как «теряется» тело на границе.

Глава 9. Вера

На следующий день Вера переговорила с дежурным командиром по поводу проведения обряда вокруг разрыва и его целесообразности. Мужчина, полночи наблюдавший баловство воинов, успел всё обдумать и внёс дополнительные предложения.

– Давайте используем все преимущества ловушки! – принялся он горячо убеждать лэру Ранс. – Выкопаем глубокий ров, чтобы выскочившие из западни твари падали в него, непременно поставим вышки со стрелками, можем колья вкопать, где-то прочную верёвку натянуть, ещё бы какие-то хитрости придумать!

– Ох, командир, давайте-ка по порядку. Для начала, будет ли толк ото рва? Слишком много прыгучих и летающих тварей к нам лезет, – сомневалась Вера.

– А вы что-нибудь липкое наколдуйте, чтобы увязли, попав в ров, – предлагал командир.

– Если бы я могла! Ну хорошо, а зимой? Ведь всё засыплет снегом!

– Где надо – почистим, водичкой польём, совсем здорово будет!

– С кольями всё понятно, не возражаю, главное, чтобы нашим воинам они не навредили. С верёвкой ничего не выйдет, сами понимаете, не простая верёвка здесь нужна, чтобы толк вышел. Вот посмотрите, я накидала, какой примерно должна быть вышка для стрелка. Всё вполне обычно, лесенка, площадка, навес и для быстрого спуска – гладко отшлифованный столб.

– Как же он поможет быстро спуститься? – разглядывая рисунок, удивился командир.

Вера перевернула листок, на которой схематично изображён человек обхватывающий руками и ногами тонкий столб.

– Конечно, потребуется сноровка, но соскользнуть по нему будет быстрее, чем по лесенке спускаться.

– Надо попробовать, – мужчина потёр подбородок, – ишь, какая штука, а ведь вверх по ней никто не заберётся!

– Не заберётся, только вниз, вжих! – улыбнулась Вера. – Про какие хитрости ещё вы намекали?

– Да вот хорошо бы двойной вашу ловушку сделать. Из одной выскочили – в ров попали, изо рва – в новую похожую западню. Они же в ней по кругу бегать будут, можно ещё капканы поставить, а возле самого разрыва неплохо бы сетку натянуть.

Вера только ухмыльнулась в ответ. Какие капканы, какая сетка, если твари всё огнём жгут или кислотой! А некоторым челюсти хватает, чтобы железо перекусить.

– А вы руны защиты на всё ставьте, – верно поняв сомнения Веры, посоветовал командир.

– Руны здесь не помогут. Если бы всё было так просто, то артефакторы давно снабдили бы армию капканами, сетками и прочим. Против существ изнанки на сегодняшний день действенна только верёвка или сетка, сотканная из паучьей нити. Капканы же надолго не задержат и кто потом всё чинить будет?

– Значит, вторую ловушку надо обязательно ставить, чтобы изо рва прямо в неё попадали!

– Ох, не знаю, – покачала головой Вера, – способ непроверенный. Надо многое посмотреть на практике. Каких тварей мы сможем удержать, а какие даже не заметят ловушки? Сколько она прослужит, влияет ли количество попавшихся в неё существ? Как часто её надо обновлять? Что будет с теми воинами, которые случайно попадут внутрь в момент прорыва? Необходимо какую-то лазейку придумать для них. Не всё так просто, командир. Да и неплохо бы получить одобрение лэр-ва или командира Макета.

– Я понимаю, лэра Ранс, но то, что вы придумали, отличная штука! Это ж сколько жизней она поможет сохранить! А потом, знаете, вы же не проверяли, как высоко поднимается ваша обманка! Вдруг она запутает летающих тварей так же, как наземных?

– Всё может быть, – задумчиво произнесла Вера. –   Меня удивляет то, что такие обряды когда-то использовали крестьяне в деревнях, причём без участия лэров!  Честно говоря, до последнего сомневалась, что что-то получится, даже с вложением силы. А теперь думаю, как так вышло, что о таком обряде все забыли?

– Ещё как получилось, лэра Ранс! Ну, а то, что забыли, так неудивительно. Угрозы деревням нет, вот и обряд ни к чему.

– Ну что ж, посидели, пора делами заниматься! Когда у вас пересмена?

– Через три дня, не считая этого.

– В пересмену у нас будет здесь достаточно народа, тогда мы проведём обряд возле разрыва. Согласуйте с оборотнями, чтобы они поучаствовали. Чем больше будет живых существ, тем большую территорию мы охватим, и тем крепче будет граница ловушки. Написано, что обновлять обряд требуется раз в год.

Вера поправила на себя рубашку, воротничок которой натирал шею и, нахмурившись, добавила:

– Хотя из предосторожности я дополнительно закопаю несколько кристаллов в землю, чтобы они подпитывали обрядовый контур. Лишним не будет.

Целый день лэра Ранс потратила на варку зелий. Вечером она смогла снова заняться золотой пластиной, а на следующий день продолжила строительство. Лето подходило к концу, душа рвалась побродить по лесу, собирать грибы, ягоды, коробочки с семенами, но приходилось торопиться ставить дом. На бумаге здание выглядело компактным, интересным, на деле получались княжеские хоромы, неуместные в лесу. А всё из-за её жадности! Бревна получались такого размера, что убавлять длину жалко, остатки особо никуда не пристроить – вот и размахнулась!

 Ну и пусть! Кто знает, может через двадцать, тридцать лет здесь откроют трактир с гостиницей! Тогда большая зала и множество комнат придутся к месту. Вера не сомневалась, что её дом простоит как минимум век.

Крепкие подвалы для хранения продуктов, там же котельная. Лэра сразу подвела воду, подготовила всё для отопления, канализации. Линей не смог сразу перевезти всё необходимое на своей лодке, поэтому все заготовки постепенно подвозили на телеге. Каждый день кто-нибудь приезжал из замка, разгружался и торопился обратно, чтобы на следующий день привести то, что ещё оставалось. Вера приступила к сборке дома, строго придерживаясь чертежа.

Здание росло на глазах, приобретая заданные очертания. Когда лэр-в привёз смену, то Вера уже готова была приступить к установке крыши. Не успела она поделиться своими планами насчёт проведения обряда возле разрыва, как появился Ронг с новыми оборотнями, готовыми приступить к службе.

****

П

Она смотрела на него с высоты поставленного дома, видела, как он ищет её взглядом, потом хмурится, выслушивая доклад закончившего смену волка. Дальше началось что-то невообразимое! Что ему рассказали?! Началась трёпка знакомых Вере оборотней, потом получили внушение новые, после он долго смотрел на неё и, не подходя, покинул пост. Он был так сердит, что это сказывалось в каждом жесте. Резкий, напряжённый, злой. Свои шарахались от него, молодняк обходил далёкой стороной.

– М-да, разнервничался что-то наш альфа, – удивлённо произнёс Линей.

– Надо торопиться с обрядом, а то уйдёт половина оборотней! – забеспокоилась Вера.

– Да, мне тоже не хотелось бы задерживаться, – согласился лэр-в.

– Только вы участвовать не будете! – предупредила командующего Вера. – Если не сложно, подзарядите мне, пожалуйста, использованные кристаллы.

– Как скажете, Верочка.

У разрыва старая смена развлекала новую, заводя их в маленькую пробную ловушку. Хохот слышался издалека. Оборотни, ориентируясь на свой нос, чувствовали, что настоящей границы нет, но идти прямо, не сворачивая, смогли только взрослые самцы. Это было интересно. Неплохо бы поставить эксперимент, чтобы понять, за счёт какого внутреннего качества удаётся выйти из наведённой иллюзии, но где же взять профессионального менталиста?

Чтобы не задерживать тех, кто уходит, начали проводить обряд. Народа собралось достаточно, чтобы охватить значительную территорию у точки выхода тварей, и Вера проделывала почти то же самое, что и вчера, только дополнительно вплела энергию паники, ужаса. Хотелось добавить ещё много всякого негатива для тех, кто окажется внутри, но слишком сильно нарушать изначальный обряд побоялась. Всё же действовать наугад, доверяясь чутью, не самое лучшее для серьёзной работы.

Самым утомительным в обряде было водить хоровод. Огромный круг из людей с оборотнями, взявшимися за руки, до одурения двигался сначала в одну сторону, потом в другую. Она сдалась первой, почувствовав, что устала, и ещё её смутило некое напряжение в воздухе, которого не было в прошлый раз. Наверное, у обряда есть какие-то ограничения, и стоит вовремя остановиться с кругами, чтобы что-то ощутимо натянувшееся не лопнуло.

– Всё! – выдохнула она.

– Верочка, позвольте, я первый попробую ступить в вашу ловушку? – услышала она голос лэр-ва, который стоял позади неё.

– Да, конечно, – согласилась она, присаживаясь прямо на землю.

Линей спокойно прошёл внутрь, с удивлением оглянулся, потом прищурил глаз и, хмыкнув, вышел.

Все с глубочайшим разочарованием смотрели на командующего. Как же так, все будто дурные махали руками, держались друг за дружку, ходили во все стороны – и всё зря?  У Веры даже не нашлось сил ничего спрашивать, так она была расстроена.

– Ну, что скисли? – весело спросил командующий. – Всё у нас получилось!

– А как же…

– Эх, чтобы меня удержать, нужно что-то посолиднее! – прихвастнул лэр-в, подмигивая расстроенный Вере.

– Я чего-то не понял, тварей-то удержит? – выкрикнул вопрос один из оборотней.

– Всех, кто к нам лезет, подзадержит точно, думаю, даже существ более высокого ранга запутает.

Все загомонили, кто-то впрыгнул на охваченную обрядом территорию и с восторгом осматривал по-новому представший перед ним окружающий вид, а потом вдруг нервно хмурились и торопились выйти.

– Ну-ка, протяните руку, чтобы помочь выйти! – скомандовала Вера. – Надо быть осторожнее, – отчитала она экспериментаторов, – ведь я вплела панику и давление страхом. Больше подшучивать здесь над кем-либо не разрешаю!

Линей забрал с собой прошлую смену и улетел. Часть оборотней убежала, а новенькие косились на Веру и всё отчего-то вздыхали. Незаметно закончился день, а на следующий у дома девушки стояли перевёртыши, в полном составе в ожидании работы. Поняв, что это заслуга Ронга, она улыбнулась и послала ребят копать ров. Несколько оборотней-медведей обернулись в звериную форму, остальные взялись за лопаты. Копали они так рьяно, что вечером девушке пришлось всем им мазать ладони своим кремом и посылать целительскую волну. Звериная половина оборотней как-то по-особому воспринимала целительную энергию и обожала её воздействие. Перевёртыши частенько хитрили, чтобы немного полечиться у лэры.

Вера с воинами закончили работу над крышей и перешли к внутренней отделке. Оборотни завершали копать ров, когда девушка почувствовала, что в изнанке у разрыва снова скапливаются твари. Вскоре, подтверждая её интуицию, прозвучала тревога. Все заняли свои места. Возле Веры, кроме Удалого, толпились оборотни, намереваясь её защищать. Если за активную помощь в повседневных делах оборотней она была благодарна Ронгу, то за излишне рьяную защиту злилась.

– Действуйте, как привыкли! Вы мне мешаете! – возмущалась она, замечая улыбки своих воинов.

– Мы рядышком побудем, – отвечали перевёртыши, полностью закрывая Вере обзор.

Она приказывала, просила, объясняла, но оборотни стояли плотной заградительной стеной.

– Я вам всем понос наколдую! – не выдержала она.

– Лэра Ранс, среди нас лучников всё равно нет, так что мы лучше рядом с вами постоим, – примирительно пробубнил один из медведей.

Сражение произошло без участия Веры. Ей милостиво рассказывали, что происходит внутри ловушки, кто выскочил из неё, кто попал в ров, кого зарубили или застрелили уже вне рва. Была отличная новость: обманка действовала достаточно высоко, чтобы обмануть летающих тварей, но не обошлось без плохой новости: всяких безглазых существ ловушка задерживала ненадолго.

И всё же Вера была счастлива, что проведённый обряд доказал свою полезность и одновременно её разрывало от злости на оборотней, непоколебимо выполнявших приказ Ронга: защищать девушку-мага.

– И что вы глазками гневно сверкаете? – спросил её один из взрослых оборотней. – Альфа прав, что велел охранять вас. Вон вы какую пользу принесли! Нам и биться не пришлось, ваши воины всех издалека пощёлкали!

Вера не нашлась, что ответить и, бросив обиженный взгляд, ушла в дом. Она ничего не видела во время сражения, простояла столбом – и оправдания этому не может быть никакого!!!

Едва подавив в себе желание немедля увидеть Ронга и высказать ему всё, что накипело, пока она стояла за спинами здоровенных мужиков, Вера принялась за обычную работу. Дом почти закончен, осталось только окна вставить, но это она сделает позже. Пусть здание хоть немного осядет. В идеале бы годик подождать, но времени нет, и придётся обойтись зазорами для окон, чтобы усаживающийся дом их не раздавил.

Центральная зала смотрелась богато за счёт отполированного до блеска пола, выкрашенного в светлый цвет потолка и декоративно украшенной печи. Уже перенесли сюда несколько столов из каменного дома, которые потерялись в большом помещении. Скоро будут готовы новые столы со скамьями, и всё будет смотреться органично.

При нынешних условиях проживания требуются новые, нормальных размеров кровати, хотя бы пара полок в комнаты и небольшой стол с ящиками для мелочей. Весь второй этаж был занят небольшими помещениями, рассчитанных на двух обитателей.

В каждой комнате есть каморка с примитивной сантехникой, так что по нужде на улицу больше не придётся бегать. А вот душевые Вера сделала общими, расположив в двух концах коридора на втором этаже и с одной стороны – на первом. Внизу она, помимо общей залы, обустроила кухню, ещё одну кладовую, несколько командирских комнат со своими душевыми, оружейную и просто кладовые не для продуктов, а для лопат, лишней одежды, трофеев.

У Веры теплилась надежда, что кто-нибудь из обслуживающего персонала рискнёт теперь сюда переехать, чтобы готовить, присматривать за домом. От самоназначенных поваров у неё уже непрекращающаяся изжога.

Пара дней потребовались, чтобы завершить дела возле разрыва. Ловушку пока оставили одну. Закончили рыть ров, и оставалось придумать, чем его заполнить, если он сам не наполнится водой.

 Возле нового дома Вера провела обряд, следуя точной инструкции своей книжечки, но без сюрприза не обошлось. Как только люди или оборотни покидали заворожённую территорию, так теряли из виду дом. Она уже уезжать собралась, вещи уложены в телегу, а тут возникла такая необычная проблема!

Все воодушевлённо бегали через неощутимую границу, проверяли, каким образом они исчезают с глаз, стоящего рядом человека. Всеобщая беготня показала, что граница только скрывает дом вместе с прилегающей территорией, но никого не задерживает ни в одну из сторон. Эффекта отталкивания, который искоренял бы желание подойти ближе, не было, и полагаться на защиту в таком случае не было смысла.

– Не расстраивайтесь, лэра, может она пропускает тех, кто участвовал в обряде, а других отвадит?

– Но если так, то как же в дом попадёт другая смена? Да и зимой, когда вокруг всё покрыто снегом, можно возле дома замёрзнуть, не увидев его!

– Старый дом никуда не исчез, послужит ориентиром, да и следы на снегу никому не дадут потеряться, а что касается новой смены…

– Придётся мне дождаться её, – уныло произнесла Вера, – так оставлять нельзя. Чудеса! Я так волновалась за изменённый обряд, а проблемы доставил первоисточник! Вот уж, поистине, не знаешь, где найдёшь, где потеряешь!

Вера осталась дожидаться следующей смены. Всё свободное время она посвятила золотой пластине. Неудача с проведённым обрядом заставила её внимательнее проверить собранные руны на окружающей квадратики рамке, и кое-что подправить.

Ранее она не учла, что с годами знаки могут оказаться затёртыми, загрязниться, и тогда произойдёт сбой в работе. Пришлось вставить несколько некромантских знаков – уничтожителей грязи. Нашлась ещё работа по мелочам, но больше всего Веру интересовало, что надо поменять в обряде, чтобы он делал невидимым дом только для тварей. В конце концов, она использовала уже опробованную систему знаков на дубинках. Защита будет действовать на всех тварей изнанки и на агрессивных оборотней.

«Так даже лучше!» – решила она и, поправив свою работу, смогла уехать.

Ей надо было в город, чтобы вместе со стекольщиком изготовить стёкла для домов, а потом срочно ехать к следующему разрыву, чтобы продолжать строить.

Лэр-в улетел накануне, а значит, Ронга тоже нет в стае. Пока казалось, что он где-то недалеко, в любой момент может прибежать, пусть даже недовольно сверкая глазами, то на душе было спокойно, а теперь…

Как он там? Сможет ли лететь на лодке? Целыми днями сидеть на узенькой скамеечке, обдуваемой ветрами, для любого тяжело, а оборотням может оказаться невмоготу. Интересно, как его встретят семьи, живущие вдали от стаи? Они вроде под его рукой, но в тоже время сами по себе, хотя не кричали о своей свободе во всеуслышание. Живя поблизости с людьми, сотрудничая с ними, научились хитрить так же, как они.

Незнакомая лошадка не спеша везла телегу с разместившейся на ней с комфортом Веру и правившего ею Удалого к замку. Несколько раз показалось, что за ними присматривают волки, но почему-то стараются делать это в тайне. Наверное, не стоило ей так возмущаться, когда её во время сражения защищали оборотни, теперь будут незаметно сторожить, пугать мелькающими тенями.

В замке Веру встретили тепло, даря ощущение возвращения домой. Формально с отъездом Линнея она стала главной, но хозяйственная часть замка держалась на Азе, а за всем остальным следил командир Макет. Часть ответственности за нападения тварей лэра взяла на себя, но в остальное даже вникать не стала. Всё же наводить порядок в гарнизоне, где подавляющая часть ссыльные – не её дело.

Вера отчиталась перед Макетом за выполненную работу и при Азе сообщила о своих дальнейших планах. Командир поначалу всё же ожидал, что лэра Ранс захочет встать во главе всех, отдать какие-то новые распоряжения, но вскоре успокоился. Госпожа Линей спокойно улыбалась, смотря на Макета, совсем не понимая его волнений. Вере совсем не кружит голову власть, она не испытывает наслаждения, отдавая приказы, так что Макет напрасно беспокоился. Даже такого спокойного, умного человека, бывает, тревожат призраки прошлого и мешают адекватно воспринимать настоящее, но девочка молодец, не стала чиниться, сразу обозначила свою полную поддержку командиру и очертила свой фронт работ.

А Вера, пока Макет не надумал загрузить её новыми делами, сразу помчалась в город к стекольщику. Каково же было её удивление, когда на претензии по поводу обмана оборотня она услышала, что тот сам должен был разбираться, что он оплачивает.

– Послушайте, но он же вам заплатил за окна!

– Заплатил, – довольно подтвердил мастер, с которым Вера немало проработала, – двойную цену заплатил за то, что забрал стёкла вне очереди. У меня же всё уже продано! Даже то, что мы ещё будем делать вместе с вами!

– Вы что, не понимаете, что это непорядочно? К тому же, жадничая на копейки, вы делаете плохую рекламу своим изделиям!

– Мои стёкла – лучшие на всём севере! А по рамам – претензии к другим мастерам!

– Но кто будет разбирать? Вы продаёте не стекло, а окно. Понимаете? Целое окно, которое будет стоять в доме, давая свет и задерживая холод.

– Вы, лэра, любите слишком всё усложнять, – снисходительно заметил ей мастер.

Вера стояла и смотрела на него, думая, как быстро могут меняться люди. Ещё недавно стекольщик ей в рот смотрел, а теперь поучает хитростям торговли. Ему хоть бы что, совесть не гложет, нынче он считает себя успешным человеком и стыдиться ему нечего! Девушка повернулась к Удалому:

– Наши вещи ещё не разгрузил?

– Не успел, – воин, слышавший всё до единого слова, брезгливо смотрел на хозяина стекольной мастерской. Теперь тут суетилось несколько рабочих, появилась внушительная пристройка, поставлено ещё две печи.

– Вот и хорошо, мы уезжаем, – девушка развернулась и пошла к выходу.

– Лэра Ранс, а как же наша работа? – возмутился мастер.

– Без меня теперь.

Вера не видела и не слышала, как стекольщик быстро принял свой прежний невозмутимый вид и послал её к тварям изнанки. Он и без неё сварит прозрачное крепкое стекло, опыт уже имеется, а если что не так, так это же поди проверь! Специально никто бить не будет. Это только у магички с головой не в порядке готовое изделие колошматить и варить заново, если света мало пропускает!

– М-да, – усаживаясь на место возницы, произнёс Удалой, – часто говорят, что человека можно проверить бедой, а я вам вот что скажу. Не бедой надо проверять, а радостью, успехом, благополучием! Вот где себя люди теряют!

Вера не стала ничего отвечать. Очень разительна была перемена в мастере, и именно она дала толчок ко всему.

– Лэра, – тихонько позвал девушку с тревогой оглядывающийся парень, – лэра Ранс!

– Да, чего тебе? – немного резковато ответила она, вспомнив, что когда впервые встретила стекольщика, то у него точно так же в глазах была тревога, надежда, волнение, а теперь это совсем другой человек.

– Лэра, вам же надо варить стекло? Я бы мог помочь, – робко предложил парень.

– Зачем ты мне без печи? Помощников у меня в гарнизоне достаточно, – отвернулась Вера, давая знак трогаться. Мысли о том, что она так и не научилась разбираться в людях, неприятно задевали.

– Парень, а ты чей сын? – неожиданно спросил Удалой.

– Потапа Горелого, – отходя в сторону, буркнул проситель.

– Лэра Ранс, – обратился к Вере её защитник, даже не думая трогаться с места, – знаете, почему Горелый получил такую кличку?

– Откуда? Могу только догадываться, – устало произнесла она, понимая, что Удалому жалко парня. Ну и что? Ей тоже жалко, а потом и он будет её поучать, снисходительно поглядывая. Вера тяжело вздохнула. Задело, как же её задело отношение стекольщика, его преображение, приобретённая важность во взгляде, поведение, высказывания!

– К нам Горелого сослали за то, что по его вине чуть целый квартал не сгорел. Он был стеклодувом, посуду всякую делал. Должен был мастером стать, да всё денег не хватало патент купить. А потом пожар. Пока тушил, обгорел сильно. Обвинили в поджоге, да так, что как будто не мастерская сгорела, а покушение на весь квартал. Это его мастер-учитель расстарался. К нам привезли его в тяжёлом состоянии, думали, не выживет, но ничего, выкарабкался. Всё молчал, ничего не рассказывал. Потом как-то письмо получил, плакал… я тогда рядом сидел, вот и услышал рассказ.

Парень, стоящий рядом с телегой, старался не пропустить ни одного слова. Отец никогда не говорил, как попал на север, за что, как вообще раньше жил. Мать жалела его, когда сыновья лезли с расспросами, била поварёшкой.  Узнать что-то было важно, но в то же время так странно слышать обо всём от чужого человека, мимоходом, как будто пустяк какой-то, а не кровоточащая рана всей жизни.

– У Потапа невеста была, они не сходились, ждали, чтобы он денег на мастера накопил. А у хозяина мастерской дочь на выданье была, перед свадьбой ей захотелось покувыркаться с молодым и приятным подмастерьем, а ему, Потапу нашему, этого не надо. Так та разобиделась, не хотела будущему мужу девой доставаться, ну и намудрила что-то там с печью. За этим всегда строго следят, она думала, что батька увидит непорядок и погонит оскорбившего пренебрежением Потапа. В дурную бабью голову даже не пришло, что не просто так сторожатся огня. В общем, пожар начался, Потап и батька её бросились тушить, а она потом со страху такого наговорила, что… – Удалой махнул рукой, отвернулся, замолчал. – В общем, Потапа сюда сослали на пятнадцать лет. Невеста его помыкалась годик, да родители за другого просватали. Она ещё какое-то время тайком писала Горелому, что-то присылала, но там своя жизнь.

– Всё это грустно, но у нас тут у каждого за плечами своя история, – буркнула Вера, отворачиваясь от парня, который украдкой вытирал слёзы, жалея отца.

– Горелый – отличный мастер, хоть и не получил патент. Если бы не пострадавшее зрение, то он здесь процветал бы, но…

– Откуда ты знаешь, какой он мастер? Поехали уже, – вяло возразила Вера, замечая, что за ними наблюдают все рабочие мастерской.

– У нас в замке на кухне много осталось посуды его изготовления.

– Да ну! Те корявые плошки – это работа Горелого?

– Лэра, всё хорошее продали, а что поплоше – оставили в замке. Вы на корявость не смотрите, вы качество стекла оцените. За столько лет корявые плошки всё ещё в ходу у нас.

Вера вспомнила кувшины, тарелки, стаканы, сколько раз всё это падало, тёрлось жёсткими мочалками, проверялось на прочность разной температурой.

– Так почему такой мастер прозябает? – Вера кивнула в сторону сына.

– Мастера Горелый так и не получил, а из-за глаз он работает так медленно, что не окупает себя.

– Парень, тебя как зовут? – обратилась девушка к просителю.

– Матвей.

– Матюша, значит, – улыбнулась Вера, – как моего брата. Учил ли тебя батька работать?

– А как же, лэра, побольше этого знаю, – парень зло кивнул в сторону появившегося хозяина мастерской и ловко отпрыгнул от тянущейся руки хозяина дать подзатыльник.

– Скажи мне, Матюша, как бы ты поступил с оборотнем, пришедшим купить у тебя окно, видя, что он совсем не разбирается в этом?

Парень растерялся. Позади него стоял стекольщик, и только присутствие лэры спасало от строгой выволочки, хотя, скорее всего, его теперь выгонят. Терять уже нечего.

– Батька говорил, что его изделиями люди годами пользовались, добром вспоминая, так же и я хочу. Оборотень или другое существо, разве важно это?