Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 233 (всего у книги 336 страниц)

– Обратили внимание? – Эллиот разом подобрался, как кот перед прыжком. – Почему?

– Она единственная искренне горевала о Моргане, – объяснила я рассеянно. – Кроме его матери, конечно.

Должна признать, ход мисс Торнтон предложила элегантный. А я-то все ломала голову, как бы познакомиться с этой стенографисткой поближе!

– Думаете, мисс Норман может что-то знать? – прищурился Эллиот, крутя на пальце обручальное кольцо.

Я машинально коснулась груди, где под закрытым платьем пряталась цепочка с моим собственным кольцом, и пожала плечами.

– Возможно. Нужно проверить.

Эллиот хмурился. Пощипывал подбородок. Вышагивал по ковру.

– Хорошо, – наконец согласился он сумрачно и принялся заново повязывать галстук. – Мисс Торнтон, сможете это устроить? Я полагаюсь на вас.

Скрытую шпильку я приняла стоически. Может, подарить Эллиоту щенка? В дрессировке он уже достиг немалых успехов. Вон как мисс Торнтон плечи расправила, грудь выпятила и зарозовела. И ведь неглупая женщина, а туда же!

Она уже открыла рот, чтобы промолвить что-то верноподданническое, но тут кто-то громко сказал: "Мяу!"

Эллиот склонил голову набок и поднес палец к губам.

– Тссс.

– Мя-я-я-у! – возмущенно повторил невидимый кот.

Мурлыканье звучало глухо, как из бочки.

Брюнет дернул бровью и принялся звать, оглядываясь:

– Цецилия? Цецилия, кис-кис.

– Мрр? – ответил кот (хотя, кажется, все-таки кошка) неуверенно. И умолк, предоставляя хозяину заглядывать в шкафы, под стол, за шторы и кресла. Без толку. Цецилия – ну и имечко! – больше помогать нам в игре "найди черную кошку в темной комнате" не желала.

– Мы уже все осмотрели, сэр, – немного задыхаясь от усилий, пробормотала секретарша и поправила растрепанные волосы.

А я цинично заметила:

– Проголодается – сама выйдет.

– Мя-я-я-я-у! – протяжно возмутилась кошка, явно потрясенная моим вероломством.

– Цыц! – рявкнул взмокший Эллиот.

Это он мне?..

– Цыц, отзовись! – продолжил брюнет строго.

Я прикусила губу, и все-таки не удержалась:

– Интересное сокращение от "Цецилии".

Эллиот бросил на меня хмурый взгляд, потом тоже не выдержал, усмехнулся.

– Она обожает скакать по моей спальне в пять утра. И "цыц" – это самое цензурное, что я могу выговорить в такой момент. Цыц, а ну вылезай, хулиганка!

– Мя! – обиженно сказала кошка.

Дескать, неблагодарные двуногие! Могли бы оценить ее ежеутренние усилия не дать им опоздать на работу.

Я поперхнулась смешком.

– Сейф! – выдохнула вдруг мисс Торнтон. – По-моему, она в сейфе.

– Точно, – щелкнул пальцами Эллиот.

Одним прыжком он оказался рядом с морским пейзажем на стене – ну никакой фантазии! – и хлопнул ладонью по неприметному запору.

Неяркая вспышка, и с тихим скрипом потайная дверца распахнулась. Из сейфа грациозно выбралась кошка. (Как только не задохнулась?) Спрыгнула на пол. Выгнула спину. Приветливо мазнула Эллиота головой по штанине.

Черная от ушей до кончика хвоста. Глаза зеленые, наглые. Розовый кончик языка высунут меж клыков.

Она с неторопливым изяществом прошествовала к двери. Села, оглянулась на хозяина и повторила требовательно:

– Мяу.

Кажется, это намек, что мы заболтались.

***

Из особняка Эллиота я вырвалась, как из тюрьмы. Хорошо, отстреливаться не пришлось.

Я остановилась на крыльце и прикрыла глаза. Даже сырой и дымный воздух столицы казался одуряюще свежим. Дворник мел листья, что-то немелодично напевая под нос. Шум города в этот дорогой квартал доносился еле-еле.

За спиной негромко хлопнула дверь, и мисс Торнтон произнесла недовольно:

– Мисс Бэйн, у нас еще множество дел.

Секретарша как раз натягивала перчатки.

– Не нужно, – качнула головой я. – Договоритесь с мисс Норман, остальным я займусь сама.

Она смерила меня взглядом и раскрыла зонт, хотя дождь еле моросил.

– Мисс Бэйн, не упрямьтесь. Одна вы не справитесь.

Я усмехнулась тому, как знакомо это прозвучало. Способная у Эллиота секретарша, схватывает хозяйские формулировки на лету.

– У вас нет доступа в загородный дом мистера Эллиота, – продолжила она наставительно. – И еще. Не в обиду будь сказано, вряд ли вы сумеете одеться…

–…так, чтобы не посрамить мистера Эллиота? – подхватила я нарочито серьезно. – Мисс Торнтон, уверяю вас, до сих пор я жила не в лесу. И не такая безнадежная провинциалка, как вам кажется. А в загородном доме остались только кое-какие мелочи, которые легко купить, так что не трудитесь.

Она сжала губы в куриную гузку, явно не очень-то поверив. Затем улыбнулась и потрепала меня по плечу, эдак покровительственно.

– Мисс Бэйн, я понимаю ваше смущение. Не тревожьтесь, мистер Эллиот приказал все покупки отнести за его счет.

– Очень щедро с его стороны, – хмыкнула я. – Но мы с мистером Эллиот не в настолько близких отношениях, чтобы он оплачивал мою одежду.

– Хм? – усомнилась она, приподняв бровь, и выразительно покосилась на мой дорогой черный костюм, покупку которого, конечно же, щедро спонсировал как раз Эллиот.

Я отряхнула нитку с рукава и посмотрела прямо в насмешливые черные глаза секретарши.

– Если вы предоставите мне чеки, я компенсирую мистеру Эллиоту затраты или верну покупки в магазин.

Хотя траур мне скоро понадобится. На похороны Логана я, конечно, не попаду, но могилу его навещу непременно.

Под ложечкой тревожно засосало, горло пересохло. Эх, Логан, как же так?..

– Мисс Бэйн! – окликнула меня секретарша, повысив голос. – Пойдемте. Тут не место для разговоров.

И впрямь, сколько можно торчать на крыльце?

К ее чести, намекать на солидную цену моего наряда, который вряд ли по карману простой девушке, она не стала. М-да, прокол с моей стороны.

Мы двинулись к ажурным воротам, по аллее, с двух сторон обсаженной тисами. Мисс Торнтон хмурилась недовольно и кусала узкие губы. Могу ее понять: с одной стороны, приказ начальства надо выполнить, с другой – не силком же меня тащить!

***

Мы условились встретиться за ланчем в кафе "Маленькая империя", хотя мисс Торнтон не нравилось, что я наотрез отказалась от ее сопровождения. До вечернего часа пик оставалось еще порядочно времени, так что трудностей с такси у меня не возникло. Водитель охотно согласился сначала поколесить по городу – на случай слежки, хотя этого я, конечно, не сказала. Все было чисто, так что через полчаса мы уже катили в район дорогих магазинов. Надо же, кхм, соответствовать!..

По дороге я заглянула в ближайший банк, где в арендованном сейфе хранился запас наличности на всякий случай. Я давно научилась не хранить все яйца в одной корзинке, так что такие заначки были у нас с мужем в нескольких местах. Та история, после которой я скоропостижно лишилась работы и чуть не оказалась на улице, сделала меня предусмотрительной.

Покупки много времени не заняли. Я решила ограничиться минимумом вещей, а девушки-продавцы в таких местах понятливые и не слишком навязчивые. За последними веяниями моды я не гналась, предпочитая проверенную классику – самое то для секретарши! – так что выбрала быстро. Относительно, конечно. Потому что кроме нескольких платьев, блузок и юбок требовалось подобрать к ним сумки, туфли, чулки, шляпки и прочие женские мелочи.

Таксист, который лениво разгадывал кроссворд, помог мне уложить чемодан с вещами в багажник. Мы покатили в район попроще, хоть и не настолько, чтобы там следовало опасаться за свой кошелек или часы посреди белого дня.

Такси остановилось возле обветшалого особняка. Нарядная цветная штукатурка местами облупилась, открывая тусклый кирпич стен, отчего дом походил на престарелую красавицу, тщетно прячущую следы времени под слоем румян и белил. Зато табличка "Бенжамин Керрик, адвокат" сверкала начищенной медью. На самом деле старшего мистера Керрика именовали по фамилии разве что в суде, для всех остальных, включая клиентов, он был "Бенни" или вовсе "Ловкач Бенни".

– Я на четверть часа, не больше, – пообещала я таксисту.

Он флегматично кивнул:

– Как скажете, мэм. Счетчик тикает.

Под усилившимся дождем я взбежала на крыльцо и нажала кнопку звонка. Два длинных, короткий, снова два длинных и три коротких – "свои!"

Когда-то в дверь было вставлено стекло, прозрачное только с одной стороны, но долго не продержалось. Мистеру Керрику надоело еженедельно его менять, пришлось от этой идеи отказаться и ограничиться банальным условным сигналом.

Дверь распахнулась так резко, что я едва успела отскочить. Свекор одним взглядом оценил обстановку, посторонился и бросил коротко:

– Заходи.

Я протиснулась в щель. Мистер Керрик – седовласый джентльмен представительного вида – поскорее наложил цепочку и повернул ключ в замке.

– Чем помочь? – деловито осведомился он, понизив голос.

Обожаю своего свекра. Вопросы вроде "что случилось?" и "как жизнь?" срочности не представляют, поэтому ими можно пренебречь. Главное – что делать?

– Навести справки, – я протянула ему заранее приготовленный листок с перечнем фамилий. – Женщины меня интересуют меньше, но на всякий случай нужно проверить всех.

Свекор кивнул и пробежал глазами список:

– Сделаю. Как срочно?

– Как можно скорее. Это действительно важно. И… денег не жалейте.

Он укоризненно покачал головой и похлопал меня по плечу.

– Милли, девочка, ты меня обижаешь! Не знаю, что там у тебя стряслось, но мы, Керрики, своих не бросаем. Чего и сколько бы это ни стоило.

Это прозвучало просто и буднично. И, бог мой, как же приятно было хоть от кого-то не ждать удара в спину!

– Я знаю, Бенни, – свекор сразу после свадьбы попросил звать его так. – Спасибо. Но это не только мое дело, так что затраты вам возместят. Не скупитесь, если придется кого-то подмазать.

Со свекром я могла говорить без обиняков. Конечно, я подергаю еще кое-какие ниточки и расшевелю свою агентуру. Хотя вряд ли они сообщат что-то толковое, брюнеты им не по зубам. Зато Бенни вхож куда угодно, от последней ночлежки до великолепных особняков на берегу.

– Понял, – кивнул он, пряча список за белоснежную манжету. – Еще что-то?

– Да, – кивнула я, поколебавшись. – Можете передать Алу, чтобы возвращался скорее?

Мне отчаянно нужны люди, которым можно доверять. Эллиот – это как танец на стеклах. Одно неловкое движение и… О его окружении и говорить нечего.

– Попробую, – протянул свекор с сомнением, потирая гладко выбритый подбородок. – Милли, если нужно, я могу тебя спрятать. Так, что никто не найдет.

Кажется, кое-какие слухи до него все-таки дошли. Ничего удивительно. У Бенни поразительный талант всегда быть в курсе и держать нос по ветру. Жаль, что этот ценный дар не передался сыну.

– Спасибо, Бенни, – сказала я серьезно. – Я это ценю, правда. Только… Ставки слишком высоки, чтобы пасовать.

Старый адвокат поймал мой взгляд. Глаза у него были темные, не по-возрасту зоркие и ясные.

– Хорошо, я постараюсь сдать тебе козыри, – пообещал он негромко. – И еще, Милли. Постарайся не ходить одна. В столице неспокойно.

Мы всегда отлично друг друга понимали. Говорят, мужчины обычно ищут жен, похожих на свекровь, а мой муж нашел девушку, похожую на свекра.

Я не удержалась и обняла Бенни.

– Ну будет, будет, – свекор похлопал меня по плечу. – Ты умная девочка, ты справишься.

Хотелось бы верить.

***

Когда я примчалась в кафе – кое-какие дела заняли больше времени, чем я рассчитывала – секретарша уже что-то жевала. На мои покупки она покосилась с некоторым даже уважением. Похоже, экзамен я сдала.

– Мусс из кабачков, – мисс Торнтон повела вилкой. – Очень рекомендую.

Я присмотрелась к неаппетитной бледно-зеленой массе на ее тарелке и чему-то такому же унылому в высоком стакане. Пахло, кажется, огурцом и мятой. Нет уж, воздержусь. Надеюсь, нормальная еда у них есть?

– Мне сандвичи с тунцом, – попросила я официанта. – Сыр и чашку кофе покрепче.

– Не бережете вы свое здоровье, – попеняла секретарша.

Что я могла на это сказать? Что в "Бутылке" все животики со смеху надорвут, если ее хозяева вдруг примутся считать калории? У нас подавали только простые и сытные закуски к пиву, вроде жареного в кляре лука. Смерть фигуре! Впрочем, пуля в брюхе грозила нашим клиентам намного чаще, чем несварение. До язвы доживали немногие.

Я расправилась с ланчем под неодобрительным взглядом мисс Торнтон, потягивающей свою зеленую бурду через соломинку.

– Мисс Норман нас ждет, – сообщила она, когда я приступила к кофе. – Через час.

– Меня, – поправила я, сделав первый обжигающий глоток. – Не поймите меня неправильно, мисс Торнтон, но при вас она вряд ли будет откровенна.

– А вы рассчитываете на откровенность? – усомнилась секретарша. В ее темных глазах читалась насмешка.

– Я рассчитываю на теплые приятельские отношения, – я прямо встретила ее взгляд. – А вы как-никак секретарь начальника.

И предана ему до мозга костей. Наверняка при ней прикусывают язычки. Какой уж тут досужий треп.

– Вы тоже, – напомнила мисс Торнтон с неудовольствием. – Надеюсь, вы сумеете не показать, как мало в этом смыслите.

Я не стала разочаровывать мисс Торнтон. Пусть считает меня официанткой или за кого там она меня приняла.

– Не беспокойтесь, – заверила я с серьезным видом, – я знаю много умных слов вроде "стенография" и "машинопись".

Мисс Торнтон скорчила мину "так я и знала" и проговорила с сомнением:

– Надеюсь, вам удастся продержаться хотя бы два-три дня.

Под это напутствие она вручила мне листок с адресом (как будто такая уж сложность его запомнить!) и пожелала удачи.

***

Дом оказался лучше, чем можно было ожидать. Просторный чистый холл, автоматический лифт, аккуратный ряд звонков, снабженных табличками с именами жильцов.

Чемодан пришлось поставить на пол, потому что во второй руке я несла коробку с пирожными. Я надавила на нужную кнопку, и внутренняя дверь почти сразу приглашающе распахнулась.

Мисс Норман ждала меня на пороге. Она немного подкрасилась, привела прическу в порядок и переоделась. Теперь шатенка была одета просто и со вкусом: в синюю юбку и светло-бежевую блузу с плиссировкой на груди. Только покрасневшие глаза выдавали, что ей непросто дался этот день.

– Здравствуйте. Мисс Норман? Я – Милдред Бэйн. – Я старалась не переборщить с жизнерадостностью. – Надеюсь, вы не сторонница здорового питания?

И протянула своей будущей соседке сладости. Она чуть вымученно улыбнулась, явно поняв, в чей огород камешек.

– Не сегодня. Проходите, мисс Бэйн. Можете звать меня Сандрой.

– Тогда я – Милли. И можно на "ты".

– Я поставлю чайник, – пообещала Сандра, устремляясь вглубь квартиры. – И все тебе покажу.

Просторная и светлая квартира мне понравилась. Две спальни, общая гостиная, недавно отремонтированная ванная. Кухня, правда, совсем крошечная, но для меня это значения не имело. Зато в спальнях было уютно, причем сдавались они со всей обстановкой, от кровати до уютного пледа в кресле. Гостиная и вовсе роскошная: просторный диван, парочка мягких, как облачко, кресел, стеклянные столики, на стенах картины, на полу шикарный ковер.

– Горничная приходит дважды в неделю, – рассказывала Сандра, открывая двери одну за другой и поворачивая выключатели. – Это входит в стоимость. Горничная убирает везде, кроме спален, там придется справляться самой. Надеюсь, ты не куришь?

– Нет, – заверила я, выглядывая на балкон. Он выходил в тихий сквер. – Меня все устраивает. Я готова хоть сейчас внести плату за первый месяц.

Чайник на кухне уже призывно свистел.

– Тогда последнее условие, – кивнула Сандра, теребя бант на воротнике блузы. По-видимому, привыкать к новой соседке ей не очень-то хотелось, но солидная арендная плата не оставляла выбора. – Никаких мужчин тут, ладно?

Легче легкого!

***

– Милли! Милли, да просыпайся же! – кто-то звал меня по имени и колотил в дверь.

Я с трудом открыла глаза и уставилась на потолок над головой. Игривый цветок-плафон люстры. Белые молдинги. Нежно-голубой тюль на окне. Где я?!

– Милли, чтоб тебя! К телефону! – рявкнул смутно знакомый голос, и я наконец вспомнила.

– Минутку, – пробормотала я, нашаривая халат и тапочки.

Соседка за дверью угомонилась, только пробормотала что-то вроде: "Я не нанималась еще и дома работать секретаршей!"

Кажется, у кого-то с утра дурное настроение. Не надо было столько пить! Я-то надеялась обойтись чаем, но Сандра посмотрела на меня, как на дурочку, и похвасталась, что умеет смешивать изумительные коктейли. Вот и поплатилась.

Зато мы договорились в конце недели пройтись по магазинам. Отличный повод поболтать о своем, о женском.

Я кое-как привела себя в порядок, отодвинула щеколду на двери и сказала в телефонную трубку:

– Алло?

– Мисс Бэйн, – сухой голос на том конце провода не разменивался на всякие "здравствуйте" и "как дела". – Через полчаса за вами заедет такси. Будьте любезны не опаздывать.

– Что случилось? – напряглась я.

Мы с мисс Торнтон условились встретиться сегодня после полудня. Утро мне милостиво оставили "на обустройство". А сейчас часы показывают… сколько-сколько?! Четверть восьмого?

– Не по телефону, – бросила мисс Торнтон и повесила трубку.

Последний раз с такой скоростью я собиралась, когда Ала задержала полиция. За драку, за что же еще? Вообще-то муж не из любителей почесать кулаки с забияками – он все-таки профессионал! – но иногда без этого никак. Особенно когда мы только начинали хозяйничать в "Бутылке".

Молчаливый таксист доставил меня в какое-то кафе. Невысокого пошиба, судя по поблекшей вывеске и заплеванному крыльцу. Интересно, оно уже открыто или еще?

Подавив желание переспросить, не ошибся ли он адресом, я поинтересовалась:

– Сколько с меня?

Он перебросил зубочистку с одного угла рта в другой и отмахнулся:

– За все оплачено.

Внутри оказалось на удивление чисто. Я обвела взглядом зал, ища мисс Торнтон, но вместо нее обнаружился Эллиот. Столики вокруг него пустовали. Специально освободили? Или остальные посетители от такого соседства шарахались? Официантка косилась на брюнета не то, чтобы с благоговейным ужасом, но определенно с опаской.

– Чему обязана счастью лицезреть вас? – едко поинтересовалась я, когда Эллиот отодвинул мне стул. – Еще и в такой час?..

– Поверьте, это счастье взаимно, – так же колко заверил он, прищурившись. – Кажется, вы не успели выпить свой утренний кофе?

– И позавтракать, – я не стала врать, что в его присутствии мне кусок в горло не полезет.

Пока Эллиот делал заказ, почему-то особенно упирая на сладости, я потихоньку его разглядывала. Вот кто, определенно, хорошо выспался и выглядел бодрым, как голодный тигр при виде дрессировщика. Того и гляди, голову откусит.

– Так что случилось? – первая чашка кофе привела меня в почти благодушное настроение.

– Мисс Бэйн… Милли, – Эллиот поймал мой взгляд и продолжил задушевно: – Скажите, вы хотите меня убить?

– Это вопрос или предложение? – поинтересовалась я, чудом не подавившись.

Эллиот тонко усмехнулся.

– Не сомневаюсь, предложение бы вам понравилось. Увы, вопрос.

– Не вижу мотива, – я от греха подальше отставила чашку.

Брюнет побарабанил пальцами по столу, проговорил медленно:

– Скажем, вам надоело наше соглашение…

– И я не нашла другого способа его разорвать? – подхватила я понимающе. – Бросьте, я не настолько прямолинейна.

Эллиот смотрел напряженно, выжидающе, и я наконец сообразила, что ему надо. Да ну? Серьезно?

Протянула руку запястьем вверх. Дождалась, когда его сухие горячие пальцы отодвинут рукав платья и коснутся кожи, и проговорила ровно:

– Я не хочу и не хотела вас убить. Я ничего не делала, чтобы вас убить, и никого об этом не просила. Я ничего не знаю о…

– Довольно, – перебил он властно, но руку не убрал. Погладил большим пальцем там, где билась тонкая синеватая жилка. – Я вам верю.

Я высвободила руку и поскорей одернула манжет. Кожа горела так, словно на ней остались ожоги, хотя на вид все было в порядке.

– Так что случилось? – спросила я, кашлянув.

Вместо ответа он вытащил из-под стола сверток, перевязанный нарядным бантом, придвинул ко мне.

– Взгляните.

Узел долго не поддавался, хоть я пыталась поддеть его кончиками ногтей. В свертке явно было что-то твердое, похоже, стекло.

Эллиот молча отобрал у меня пакет, дернул за ленту и вернул обратно.

Под его пронзительным взглядом было здорово не по себе. Как это у него получается? Вроде ничего не делает, а коленки у меня дрожат.

Я кончиком пальца раздвинула слои нарядной обертки и присвистнула. Такая бутылка стоила… солидно стоила, в общем. Мало кто мог себе позволить столько отвалить за несчастную четверть кварты. Этикетка, ярлык на горлышке, сертификат подлинности со всеми подписями и печатями.

– Не подделка… – заключила я ровно и подняла глаза на брюнета. – И?

В темных глазах что-то мелькнуло. Добела сжатые губы выделялись на смуглом лице, как шрам. Изящно очерченные ноздри трепетали.

– Записка, – подсказал он.

От напряжения в его голосе нервы тревожно зазвенели.

Листок надушенной розовой бумаги – фу, какая пошлость! И всего несколько строчек: "С Днем рождения! Надеюсь, тебе понравится. Милли".

– Почерк не мой, – заметила я, сглотнув. Если в бутылке яд… Пробка выглядела не вскрытой, и уровень виски не понизился… вроде бы. – Надеюсь, вы не?..

– Я же не идиот, – фыркнул Эллиот. Губы его кривились. – Не знаю, как насчет почерка, вашего я никогда не видел. Но с чего бы вам присылать мне подарок, да еще с курьером? Кроме того, вот это, – он постучал костяшкой согнутого пальца по этикетке, – совсем не в вашем стиле. Его же ввезли легально.

Я почти мимо воли улыбнулась.

– Значит, кто-то пытался вас отравить…

– Это пока не факт, – перебил Эллиот, задумчиво потирая переносицу.

Я подняла брови:

– Вы правда верите, что кто-то просто так прислал вам дорогущую выпивку? От избытка чувств? Потому что хотел сделать приятное?

Брюнет передернул плечами:

– Даже если так, этот аноним не стал бы подписывать записку вашим именем. Выходит, это кто-то, осведомленный о нас с вами…

– Но не осведомленный о том, кто я такая на самом деле, – подхватила я.

– И о том, что мы на "вы", – криво усмехнулся Эллиот. – Вы бы не написали мне в таком тоне, это сразу меня насторожило.

Я медленно кивнула. Думать вместе было легко. Пугающе легко.

И не удержалась от шпильки:

– Я же говорила, что нужно соблюдать дистанцию. Как видите, пригодилось.

Эллиот только усмехнулся.

В горле пересохло, и я залпом допила остывший кофе. Поморщилась от привкуса гущи. Слишком громко звякнула чашкой о столешницу.

Ведь если бы у этого "кто-то" все получилось, то дни мои были бы сочтены. Я и так почти что беглая преступница, хотя официально – я узнавала! – числилась в розыске как важный свидетель. Вот только от свидетеля до подозреваемого меньше, чем полшага.

– Может, там правда нет никакого яда? – мольба в собственном голосе заставила меня прикусить губу.

Глупо прятать голову в песок. А так хотелось!

Все слишком запуталось, чтобы добавлять новые загадки. И от старых-то голова кругом.

Эллиот постучал пальцем по губам и подхватил со стула свое пальто:

– Что же, это нетрудно проверить. Едем!

***

Только в такси я оклемалась настолько, чтобы спросить:

– Куда мы?

Эллиот, разглядывавший оживленные столичные улицы, обернулся. Глаза его из-за серой дождливой хмари казались еще темнее, только… тусклыми, что ли? Как угольки, подернутые пеплом.

– Вам понравится, – заверил он каким-то странным тоном.

Сверток с бутылкой лежал у него на коленях.

– Надеюсь не… – я покосилась на водителя и закончила обтекаемо: – Не к вам на работу? Поймите меня правильно, экскурсии в мою программу не входят.

Тем более в Особый отдел, полный чересчур глазастых полицейских. Вот обычных уличных копов я не очень-то опасалась. Вряд ли меня искали в столице, к тому же каких-то особых примет у меня не было. Обычная шатенка, таких двенадцать на дюжину. Ни вставного глаза, ни хромой ноги, ни шрамов – даже не скажешь, что я, кхм, противоправный элемент.

Эллиот дернул уголком рта.

– Наоборот, – сказал он загадочно и вновь отвернулся.

Такси остановилось не возле какого-нибудь злачного местечка, как я подспудно ожидала (хотя какие бары в девятом часу утра?), а рядом с аккуратным магазинчиком. Вывеска "Белый слон" ни о чем мне не говорила.

– Не бывали здесь? – вполголоса спросил Эллиот, помогая мне выйти из авто, и повелительно бросил водителю: – Ждите.

Тот почтительно склонил голову и коснулся двумя пальцами козырька.

– Да, сэр!

– Нет, – я оглядывалась по сторонам. – Хотя район мне знаком.

Нарядные магазинчики, в которых продавались товары на любой вкус, уютные кафе, неподалеку сквер с фонтанами.

Эллиот взял меня под руку. Цепко, не вырваться – как будто боялся, что я сбегу.

Из открытой двери магазина в нос ударил запах стружек, олифы и сосновых опилок. А зал оказался полным-полон поделками из дерева. Чего тут только не было! Резные рамы, в которых зеркала казались загадочными и влекущими, как болотные бочаги. Всевозможные подставки и шкатулки: для украшений, рукоделия, косметики и бог весть, чего еще. Фигурки зверей. Подносы. Картины.

Я даже замедлила шаг, вбирая в себя это великолепие. Зато Эллиот остался равнодушен. Бросил единственный короткий взгляд, поморщился отчего-то и процедил выскочившему навстречу продавцу:

– Мы к хозяину.

– Но, сэр… – пролепетал тот, пытаясь загородить собой вход в подсобку. – Хозяин занят!

Эллиот заставил его убраться с дороги одним движением брови. Мы нырнули за ширму из деревянных бусин, а позади остро запахло сердечными каплями. Умеет брюнет довести человека!

Он шагал так уверенно, словно знал тут каждый закоулок. Вокруг звенела настороженная тишина.

Наконец Эллиот толкнул очередную дверь и начал с порога:

– Чем это ты настолько, – он осекся, прочистил горло и закончил уже совсем другим тоном: – занят?

Парочка неохотно оторвалась друг от друга.

– Эллиот, – простонал мужчина, взъерошив пятерней очень короткие серебристо-белые волосы. Его грубоватое лицо было перепачкано помадой. – Погуляй где-нибудь, а? Часа два.

Бишопу помешали в такой момент, а он не вытащил пушку и не попытался незваного гостя пристрелить? Теперь верю, что у них с Эллиотом давняя и прочная дружба.

– Не мог бы, – огрызнулся брюнет. – У меня срочное дело, знаешь ли.

Лицо его заледенело, зато глаза пылали. Он почти втолкнул меня в кабинет и захлопнул дверь.

– Совести у тебя нет, – тяжко вздохнул блондин, застегивая рубашку. – Я жену две недели не видел!

Но блондинку с колен ссадил.

– Потерпишь еще полчаса, – буркнул Эллиот, прислонившись плечом к стене. – Здравствуй, Эйлин.

Я исподтишка разглядывала миссис Бишоп, о которой была столько наслышана. Бишоп берег ее, как зеницу ока, и прятал ото всех. Тоненькая, невысокая, с белоснежной кожей, ярко-голубыми глазами и золотистыми волосами до подбородка. Сплошная особая примета! Бедняжка, такая в любой толпе будет бросаться в глаза, как школьница среди пьянчуг.

– Здравствуйте, лейтенант, – и голос у нее приятный.

– Полковник, – поправил Эллиот сухо.

– Рада за вас, – она заколола волосы, достала платок и вытерла помаду с лица мужа.

Я моргнула. Она и впрямь насмешничает? Брюнету тоже так показалось, вон как потемнело его лицо.

Зато Бишоп ухмыльнулся и погладил жену по плечу.

– Любимая, я освобожусь через полчаса.

– Не торопись, – она коснулась губами щеки мужа и плавно поднялась. – Я пока приготовлю что-нибудь поесть.

– Лучше отдохни, – в низком голосе Бишопа звучала нескрываемая тревога.

Миссис Бишоп засмеялась и похлопала себя по слегка выступающему животу.

– Милый, я всего лишь беременна. Четвертый раз, мог бы уже и привыкнуть!

– Девочка у нас будет первая, – возразил отставной гангстер, насупившись.

– Мы назовем ее Брианой, – Эйлин подмигнула онемевшему Эллиоту и выскользнула в коридор.

Погодите, это что такое было? Чистокровные блондины назовут долгожданную дочку в честь самого одиозного из брюнетов? Серьезно?!

Я молчала, боясь встрять и ляпнуть что-то лишнее. Эту троицу явно что-то объединяло, но что?..

Стоило блондинке выйти за порог, умильное выражение слетело с лица Бишопа. Он настороженно зыркнул на Эллиота, подобрался и проронил короткое:

– Ну?

Эллиот поморщился, придвинул мне стул и тоже уселся.

– Все в порядке с твоей драгоценной Эйлин, успокойся.

И это прозвучало так – насмешливо и чуть-чуть горько – что я прикусила губу, сдерживая удивленный возглас.

Бишоп еле слышно выдохнул. Расслабил напряженные плечи, повел шеей так, что в ней что-то хрустнуло, и откинулся на спинку кресла. Темная обивка оттеняла вызывающе светлый цвет его волос.

– Тогда что тебе припекло? – проворчал блондин и потер бровь, демонстрируя сбитые костяшки пальцев.

– Ты, как всегда, приветлив, – тонко улыбнулся Эллиот. – У меня дело. Личное.

Мужчины сцепились взглядами.

– Личное? – переспросил Бишоп медленно и перевел на меня тяжелый взгляд. Моргнул, набычился и проворчал: – Слушай, Эллиот… Я вижу, ты по-прежнему неравнодушен к хозяйкам "Бутылки"… Но Ал – мой друг.

И кулак сжал, выразительно так.

Эллиот дернул уголком губ в пародии на улыбку.

– А я?

– Мы – деловые партнеры, – вмешалась я, пока все не зашло слишком далеко. Брюнету, очевидно, нравилось дразнить блондина. Но отдуваться-то мне! – Мистер Эллиот надеется, что я смогу опознать… нужного человека. Ничего личного.

Бишоп по-прежнему хмурился, крутил в пальцах не зажженную сигарету.

– Значит, слушок, что ты застрелила Логана…

– Я не убивала Логана! – прозвучало слишком резко, так что Эллиот на меня покосился. Я сглотнула сухой комок в горле и повторила раздельно: – Я. Не. Убивала.

– Мы застали уже труп, – поддакнул Эллиот со своей змеиной улыбочкой.

– Мы? – повторил Бишоп выразительно.

Я закатила глаза.

Два упрямых барана! Один намеренно выпячивает это "мы", прямо-таки заставляя подозревать неприличный контекст. Второй копается в наших с Эллиотом – ха-ха! – отношениях.

– Порознь, – пояснила я сухо. – Мистер Эллиот изволил за мной следить.

Брови Бишопа поднимались все выше.

– Зачем?

А в низком голосе – клянусь – клокотал затаенный смех. Надо мной? Над давним "другом"?

Эллиот уже открыл рот, но я успела первой:

– Паранойя.

– Разумная предосторожность, – поправил он, сцепив пальцы на колене.

– Я думал, вы партнеры, – блондин уже не скрывал ухмылку.

Брюнет передернул плечами:

– Осторожность не помешает.

– Доверяй, но проверяй? – хмыкнул Бишоп, почесал тяжеловесный подбородок и посерьезнел: – Так что случилось?

Эллиот выставил перед ним бутылку и коротко обрисовал ситуацию.

– От имени миссис Керрик, говоришь? – хрипловатый голос Бишопа сделался еще ниже, пробирая по нервам на каком-то глубинном, первобытном уровне.

Брюнет кивнул:

– Сможешь проверить? Не думаю, что это безобидная шутка, однако хотелось бы знать наверняка.

Бишоп свел брови на переносице. Посмотрел бутылку на просвет, ковырнул ногтем этикетку, взялся за пробку:

– Можно?

Эллиот молча кивнул.