Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 220 (всего у книги 336 страниц)

В руках Рука (как звучит!) я окончательно пригрелась и задремала. Только как сквозь вату доносились ожесточенные споры старых ведьм.

«Да побойся сил, Мэри! Рэйчел Блер же просто идиотка!» – это Доротея.

«Сила есть – ума не надо!» – парировала неведомая Мэри (одна из «МВ», видимо).

«Пишите! Потом разберемся!» – а это безымянная дама с короткой стрижкой.

В итоге список состоял всего из трех имен.

Первой шла та самая Рэйчел Блер, потенциально сильная, но дура-дурой. И страшна настолько, что даже Донован на нее не позарился.

Второй записали Ирэн Тэйлор, одинокую вдову средних лет. Доротея «по секрету» рассказала, что у бедняжки неладно со здоровьем. Она так и не смогла выносить ни единого младенца. Сила у нее, разумеется, была. Вот только миссис Тэйлор пользоваться ею не хотела и при этом достаточно обеспечена, чтобы не гадать за деньги. Она все еще носила траур и жила затворницей – со старой служанкой, ее сыном и сворой собачек.

Последней значилась Лилиан Аберкромби, племянница «нашей» миссис Аберкромби. Заботливая тетушка изо всех сил сопротивлялась, но остальные сочли Лилиан вполне подходящей кандидатурой. Эксцентричная девица курила трубку, носила исключительно мужские костюмы и, как поговаривали, в некоторых других вопросах тоже считала себя мужчиной…

Рук вежливо поблагодарил, галантно попрощался со старыми ведьмами (ох, как перекосило Доротею, когда он заявил, что счастлив был с ней познакомиться!). И наконец отбыл, унося с собой список ведьм и большую коробку эклеров…

***

Оклемалась я уже в машине.

Рук почему-то устроился впереди, рядом с водителем, охрана катила в отдельном авто. Так что никто не мешал мне слепо таращиться в окно и думать, думать…

Хотя о чем? Я так и так собиралась уехать, как только все закончится. Здесь мне жизни не дадут.

И – как удар под дых – наглядное подтверждение. Знакомая улица, знакомый дом… Его остов. Закопченные стены, обвалившаяся крыша, провалы окон. Вокруг крутились рабочие, что-то тащили, что-то пилили, разбирали завалы. Огонь потрепал даже деревья неподалеку. Надеюсь, их не спилят!..

При дневном свете все выглядело иначе. Почти безобидно. И все равно… Сразу вспомнились те страшные минуты. Дождь, угрозы, боль. Распластанное на мостовой тело Бэйкера. И страх – липкий, тягучий страх. К горлу подкатила тошнота.

От невеселых размышлений меня отвлек резко обернувшийся Рук.

– Меган, ты как?

– Нормально, – солгала я без запинки.

Он не поверил.

Прищурился, пообещал негромко:

– Они за все заплатят. Ты ведь мне веришь?

Я кивнула. Еще бы! Бишоп не из тех, кто такое спустит.

И поделом.

***

Мышка дулась. Мало того, что ее кошачье величество без спросу перевезли в чужой дом, так еще и бросили! А до того не дали прикончить тех двоих, прямо из когтей вытащили!

Что тут скажешь? Как дитя малое.

Я со вздохом опустилась на постель, погладила мягкий кошачий бок. Мышка прижмурилась, повела носом… И вдруг зашипела. Вывернулась из-под руки, вздыбила шерсть.

Хм, вроде бы ничем таким не пахнет… Тут до меня дошло. Туман, болота, старые ведьмы – она все это чует!

– Знаешь, – вздохнула я, – по-моему, тебе стоит прогуляться.

Глаза в глаза. Несколько мгновений – и кошка нехотя подошла ближе. Тронула когтистой лапой мою ладонь.

Я подхватила ее под пузо, понесла к выходу. И чуть не схлопотала дверью по лицу. Отшатнулась с возгласом.

– Извини, – Рук в последний момент удержал дверь. – Ты куда?

– Выпущу Мышку погулять и вернусь, – пообещала я.

Гангстер посторонился, дернул уголком губ.

– Ладно, жду. Только давай быстрее, надо поговорить.

Я только кивнула, механически переставляя ноги. О чем поговорить?..

Когда я вернулась, Рук дымил сигаретой и задумчиво изучал потолок. Ноги блондин забросил на стол, где стояла чашка кофе, судя по запаху, напополам с коньяком. Тут же валялась кобура.

Пиджак на блондине расстегнут, галстук распущен.

Хоть картину пиши. «Отдых гангстера».

Под взглядом Рука я подошла ближе, взяла со столика чашку и проглотила напиток залпом. Горько, брр.

– Полегчало? – осведомился гангстер. – Сядь, поведет же.

Я почти упала в кресло напротив. Уф!

Блондин молча курил, разглядывая меня прищуренными глазами. И было в его глазах, в каменном лице что-то такое… Я невольно передернулась.

Он усмехнулся, затушил бычок. Хрустнул пальцами.

– Боишься? – спросил он обыденно. – Правильно делаешь.

– Перестань, – попросила я устало и потерла лоб. – Мы ведь уже договорились!

Рук так резко подался вперед, что я вжалась в кресло. Толку? Он провел рукой по моей щеке, прижал к губам.

Его лицо так близко. Светлая щетина, короткий ёжик волос, выпавшая ресница на щеке. Нестерпимо хотелось ее убрать, но я оцепенела, как завороженная.

– А теперь расскажи мне, Меган, – попросил он низким голосом.

– Что? – я едва шевельнула губами.

Он резко выдохнул. Убрал руку и криво улыбнулся.

– То, о чем промолчала раньше. Например, что там вышло с рыжими ведьмами?

Я дернула плечом, нервно разгладила складки юбки. Что же так сердце колотится? Отодвинулся бы, что ли!

Гангстер словно услышал. Отстранился рывком, плюхнулся обратно. Еще и руки на груди скрестил. А хорош! Плечи широкие, глаза синие-синие, губы чувственные… Хм, о чем это я?

Так, рыжие ведьмы.

– Что ты хочешь знать? – уточнила я, кашлянув. И взгляд отвела.

– Что это за разговоры про выкидыши? – спросил он тут же. – Я думал, в счет идут только дети.

Ах, да! Я прикусила губу. Что сказать, что скрыть?

– Только не ври мне. Не надо, Меган…

И голос такой тихий-тихий. Нехороший. Опасный.

Я нервно хохотнула. Старые ведьмы трепались почем зря, а мне теперь отдуваться!

– Хорошо, – сдалась я. – Дар открывается с первенцем, это правда. Но рожать не обязательно, хватит беременности. Я не знаю точно, с чем это связано, но когда женщина ждет ребенка, в ней что-то меняется. Не только тело, но и магия, сила…

Рук снова закурил. И я уже не морщилась, вдыхая табачный дым. Привыкла.

Стряхнул столбик пепла, нахмурил брови.

– Значит, в списке те, кто мог скрыть беременность? – он дождался моего кивка и продолжил: – До того рыжие что, гадать не могут? А ты сама?

Ладони стали влажными, горло перехватило. Так, спокойно!

– А я – всего лишь слабенькая гадалка, – ответила я, пожав плечами. Немного смирения, чуточка давней обиды… Не переиграть бы.

Рук почему-то прищурился, добела сжал губы.

– Но все же – гадалка? Как так?

– Это как будто… – Я мучительно подбирала слова. – Как река, понимаешь? Чем сильнее поток, тем глубже русло.

По глазам видела – не понимает.

Я прикусила щеку, уткнулась взглядом в стол… О, идея!

– Как не пристрелянный револьвер! – выпалила я. – Когда ты только-только берешь его в руки, ведь мажешь, правда? А движущуюся цель вообще только чудом поймать можешь, так?

Он думал недолго. Склонил голову к плечу.

– Хочешь сказать, что ты сейчас не слабая? Просто ошибаешься часто?

Я обрадованно закивала. Понял!

– Да. Я вижу кусочки, обрывки. И не всегда могу их правильно истолковать.

«Увидеть» близких намного проще, но сейчас речь не о том. Все равно точность страдает.

Рук пожевал губами.

– Ты говорила, что когда-то сильно ошиблась. Вроде как из-за этого тебя искали люди Бишопа. Что-то с твоим отцом, да?

Я нервно усмехнулась. Догадливый.

– Да. Отец хотел знать, что случится, если он попытается сместить Бишопа. Я увидела… – я судорожно сглотнула, – увидела Бишопа с дыркой в печени.

– Этого не было?

– Было, – я передернула плечами. – Только он почему-то не умер. И случилось это уже после того, как отца… отправили поплавать в заливе.

Рук почесал бровь.

– Понятно. Ладно, а кошка твоя как в это все вписывается?

А вот теперь очень, очень осторожно!

Я задумалась, и наконец подобрала аналогию:

– Мышка – это как прицел. С ее помощью я вижу намного четче.

Не только – силы она мне тоже изрядно прибавляет – но об этом ему знать уж точно ни к чему.

– Хм, – он покрутил головой, разминая шею. – Допустим. Только что ж тогда все рыжие не заводят себе таких? Всяко проще, чем троих родить и вырастить.

Умный какой. И памятливый. На мою голову!

– Тогда мы вымрем, – усмехнулась я. – Поэтому фамилиаров у нас… не одобряют.

Крошечная заминка от него не укрылась.

Рук вперил в меня взгляд.

– Хочешь сказать, те ведьмы не в курсе? Насчет твоей Мышки?

– Не в курсе, – подтвердила я устало. – Что ты еще хочешь узнать?

Он крутанул колесико зажигалки, щелкнул раз, другой. А потом отшвырнул ее. И притянул меня к себе.

Да так ловко, что я пискнуть не успела, как оказалась у него на коленях.

Блондин обнял ладонями мое лицо. Пахло от него тем же горьковатым одеколоном, табаком и почему-то вишней.

– Тебя, – выдохнул он мне в губы. И проговорил раздельно: – Хочу. Узнать. Тебя, Меган Вон. Поцелуй меня.

Уговаривать ему не пришлось…

Поцелуй не затянулся. Рук отстранился, пробормотал:

– Что ж ты со мной делаешь, сладкая?

И пересадил меня обратно, в кресло напротив. Вернулся на свое место, раздобыл откуда-то бутылку коньяка. Вынул пробку и сделал хороший глоток прямо из горла.

Я опустила глаза на свои мелко дрожащие пальцы. И попросила голосом пай-девочки:

– Можно мне что-нибудь перекусить?

Заодно и отвлекусь.

– Сейчас организую.

А голос-то какой. Низкий, хрипловатый…

Его не было минут десять. За это время я успела немного взять себя в руки. И что с того, что для этого пришлось приложиться все к той же бутылке?

На принесенном Руком подносе красовались тарелки с еще скворчащей яичницей, поджаристой ветчиной и тостами. Я ухватилась за вилку, как утопающий за соломинку.

Он усмехнулся такому аппетиту. Сам он ел неспешно. Еще бы, столько пирожных слопать!

– Кстати, ты обещала погадать, – напомнил он, прихлебывая кофе.

– Легко, – я дожевала и не без сожаления отставила пустую тарелку. – Кстати, ты все время здесь ешь?

– Нет, – он ничуть не смутился. – Обычно я обедаю и ужинаю со своими парнями, внизу. Только это не лучшая компания для тебя, сладкая.

Я подняла брови.

– Серьезно? Я вообще-то дочь гангстера.

Блондин вдруг усмехнулся. Медленно наклонился вперед, пристроил тяжелую горячую руку на моей коленке.

– И женщина гангстера, сладкая. А я ревнив. Не хочу, чтоб мои люди на тебя облизывались.

Я лишилась дара речи. Кашлянула.

– Так, где карты?

Сумочка нашлась на комоде в другом конце комнаты. Отличный повод сбежать!

Рук только шире улыбнулся, когда я вскочила.

А я рассердилась на себя. Да что со мной такое? Краснею, как влюбленная школьница!

Карты привычно отозвались, по кошачьи ластились к пальцам.

Я опустилась прямо на ковер, прикрыла глаза. Спокойствие, ясность, легкое покалывание в ладонях.

– Спрашивай, – велела я, привычно тасуя колоду.

Скрипнули туфли Рука. Он сел напротив, вытянул длинные ноги.

– Это Тимми убил Билли?

Пиковый туз. Да что ты будешь делать!

– Кристалл у Тимми? – не сдавался блондин.

И снова – пиковый туз.

– Опять? – поморщился Рук. – Ты же говорила, если увидишь его лично, это поможет.

Я выдохнула сквозь зубы.

– Должно было помочь! Эта тварь сильна.

Рук вдруг фыркнул.

– Ладно, обойдемся. Я приставил к Тимми своих ребят, пусть присмотрят. А сама ты что думаешь, кто из тех троих? Рыжих, в смысле.

– Понятия не имею, – призналась я честно. Поколебалась и все же сказала: – Я бы поставила на вторую. Которая вдова.

– Хм? – Рук почесал бровь.

– Если все так, как мы думали, то гадалка давно кому-то помогает. Это не один-единственный раз, понимаешь? Вряд ли та несчастная дурочка могла бы такое утаить.

– Согласен, – подумав, кивнул он. – А почему не третья? Которая мужчину из себя корчит?

Я поморщилась. И увильнула от ответа:

– Считай это женской интуицией.

Рук хмыкнул и начал подниматься.

– Постой! – окликнула я. Что-то было неправильно. Что-то билось внутри головы, рвалось наружу… – Вытяни карту! – приказала я чужим голосом. – Быстро! Твое ближайшее будущее.

Он не стал спорить. Наклонился, вытащил карту из колоды.

– Дама пик, – я накрыла ладонью лежащую на ковре карту, словно пытаясь ее стереть. Подняла глаза на блондина и сказала серьезно: – Кто-то попытается тебе навредить. Интриги, коварство… Будь осторожен!

Он помолчал. Затем взял мою руку, поднес к губам.

– Спасибо. Жаль, что без подробностей.

Я дернула плечом. Уж как могу.

Рук чуть сжал мои пальцы – и меня словно шибануло током. Темнота. Музыка. И грохот пуль…

– Меган! – он с силой встряхнул меня за плечи. Так, что клацнули зубы. – Что с тобой?

– Н-нормально, – выдавила я. И как в полубреду повторила то, что видела: – Там будет темно. Слышно музыку. И пули. В тебя стреляют, только я не вижу, кто…

– Что за музыка?

А тон такой ровный, почти скучающий. Будто о погоде рассуждает!

Я попыталась собраться с мыслями. Получалось не очень.

– Кажется, что-то джазовое.

Трясло. Рук прижал меня к груди, погладил по спине.

– Спасибо, – шепнул он мне на ухо. – Это поможет.

Сомневаюсь, но… Хоть что-то.

– Рук, я давно хотела спросить.

– А?

Блондин легко поцеловал меня за ухом. А ладонь его сместилась с моих лопаток на талию, потом еще ниже.

– Не отвлекай, – я сбросила наглую руку.

Он фыркнул мне в шею.

– Ладно. Так что ты хотела спросить?

Уж не гангстерские тайны!

– Почему ты веришь в гадание?

Вопрос не праздный. Нас, рыжих, презирали и блондины, и брюнеты. Мол, какой толк с предсказаний, если они не помогли сберечь собственную родину? На самом деле ту войну мы проиграли из-за предательницы, без памяти влюбившейся в темноволосого военачальника. Но дела давно минувших дней мало кому интересны, а мы и не рвемся убеждать кого-то в своей ценности. Куда спокойнее гадать домохозяйкам, в крайнем случае шестеркам вроде Билли (и тот, подозреваю, пришел ко мне на спор). Навара меньше, но и головной боли тоже.

Он долго молчал.

– Однажды мой друг посмеялся над рыжей. В отместку она предсказала ему… Много чего предсказала. – Еще одна долгая пауза и неохотное: – Все сбылось.

– А тебе она что-нибудь предсказывала? – спросила я, кусая губы.

– Нет, – ответил он быстро.

Только я почему-то не поверила.

Блондин немного подумал и решил отвлечь меня старым добрым способом… Увы, войти во вкус мы не успели. В дверь гулко стукнули кулаком.

– Босс, к вам мистер Смит, – помощник даже не пытался войти, так и басил из коридора. – Примете?

С Рука разом слетело фривольное настроение. Он нахмурился, вскочил на ноги, рывком поднял меня и усадил в кресло.

– Меган, сиди тут и не вмешивайся. Поняла?

Я только кивнула. Оно мне надо? Пусть Рук сам с ним разбирается. Я пока лучше прикину, как бы неведомой рыжей нос натянуть. Для начала нужно бы со своей стороны туману нагнать. Нехорошо, если наши планы будут у врагов как на ладони.

Блондин выглянул в коридор и скомандовал Хэнку:

– Зови.

Плюхнулся напротив меня, посмотрел с сомнением на бутылку коньяка и спрятал ее под стол. Правильно, соображать лучше на трезвую голову.

– Рад приветствовать, братец Рук, – с порога начал Смит. Только вот руки не протянул. Меня он словно не замечал. Лишь тускло блеснули блеклые серые глаза.

– Взаимно, братец Смит. Садись, – Рук махнул в сторону дивана. – Выпьешь что-нибудь?

Смит степенно присел, оперся обеими руками на резную трость. Белый костюм, белые перчатки, белая шляпа. Слизень белесый!

Он качнул головой.

– Нет, братец Рук. Я по делу.

Рук чиркнул спичкой (зажигалка куда-то закатилась), прикурил неторопливо.

– Слушаю.

Смит подался вперед. Сжал трость так, что костяшки побелели.

– Зачем ты полез в мои дела, братец Рук? Она тебя надоумила?

И головой кивнул эдак неприязненно.

Рук медленно выдохнул дым. Прищурился.

– Это тебе гнида Донован доложил?

– Что, если так? Ты полез на мою территорию без моего ведома! Нехорошо, братец Рук.

Тот лишь дернул щекой.

– А ты полез к моей женщине. Тоже без моего ведома. Так что мы квиты.

Смит немного подумал. Пожал по-женски округлыми плечами.

– Твоя взяла. Квиты. Только обещай, что больше рыжих не тронешь.

– Не буду, – ответил Рук спокойно. – Не кипиши, братец Смит. Тут такая каша заварилась, я ни за что ручаться не могу.

Сдается мне, увиливает он. Смит тоже это понял.

– Скажи, что тебе от них нужно, – предложил он без обиняков. – Не надо вредить бизнесу. Я сам узнаю и тебе маякну.

– Лады, – Рук улыбнулся. Раздавил в пепельнице окурок и объяснил в двух словах: – Гадалку я ищу. Она с убийцей Билли водится. Кумекаешь?

Смит разом подобрался. Вот теперь перед нами сидел боец. Опасный, как ядовитая змея.

– Выходит, в деле рыжая замешана? Что о ней знаешь?

Рук предъявил карту. И сдал с потрохами Донована:

– Он ее покрывает. Клятва на нем. Говорит, она наложила, чтоб не сдал.

– Проверю, – пообещал Смит очень, очень мягко. Стащил перчатку с правой руки и протянул ладонь «братцу». – Бывай, Рук. Я дам знать, что выясню.

– Зачем он приходил? – спросила я, когда за белесым закрылась дверь.

– Разузнать, – пожал плечами блондин. – Смит любит всегда быть в курсе. А тут еще он рыжих крышует, как не влезть? А что?

– Мне он не нравится, – призналась я честно. – Скользкий тип.

И плечами передернула. Эти прилизанные волосы, неподвижный взгляд… Брр!

Рук не впечатлился. Присел передо мной на корточки.

– Он тебя напугал, Меган. Ты предвзята.

– Может, и так, – не стала спорить я. – Только… Ты уверен, что это не он? Не убийца?

– Почти уверен, – ответил он без раздумий. – Я вообще не думаю, что это затеял блондин. Зачем?

– Мне откуда знать? – буркнула я. – Я ведь даже не представляю, что было на том кристалле, какие у тебя версии и все такое.

– Могу рассказать, – предложил он легко. И пересадил меня к себе на колени.

Я прижалась к нему, провела ладонью по груди.

– Правда? Расскажешь?

И даже голос не сбился!

– Расскажу, – он погладил меня по щеке. – Мы ведь теперь с тобой в одной лодке, сладкая.

– Точнее, в одном кресле, – усмехнулась я. И поерзала, устраиваясь поудобнее.

Он чуть заметно улыбнулся. А глаза как потемнели!

– В общем, так. Начнем с Билли. Личные мотивы я отбрасываю, сама понимаешь. Если бы Билли с кем-то девчонку не поделил или еще что, то Счастливчик Милн и Морбид тут каким боком? Короче, скорее всего, убили Билли полицейские, его подельники или другие люди Смита. Те, кто точно знал, что он будет возле банка.

– Еще Хэнк, – подсказала я. – Ты говорил, это он нанял Билли.

– Верно, – нахмурился Рук. – Но за кристаллом все еще охотятся. Если бы его подмыл Хэнк, он бы сразу свалил. Зачем рисковать?

– Хочет присмотреться? Решает, кому толкнуть добычу?

– А смысл? – вопросом на вопрос ответил Рук. – Хэнк все расклады знает, ему долго думать не пришлось бы. В общем, так. В полиции у меня есть свои люди. Они говорят, кристалл у них не всплывал. И о перестрелке с Билли никто не докладывал. Преследовали его обычные копы, не псы Эллиота. Хотя забрать цацку из банка должен был его человек, агент Картер. Не успел. Короче, они тоже в пролете. Землю носом роют, только пока без толку. Дальше Тимми, – продолжил Рук негромко. – Милна, понятное дело, исключаем. Кстати, его из другой пушки шлепнули, но это ни о чем не говорит, сама понимаешь.

Я кивнула. Само собой! От «горячего» оружия убийца наверняка почти сразу избавился. А новый револьвер прикупить несложно, если знаешь ходы-выходы.

– А его за что?

– Добычу не поделили? – предположил Рук. Поморщился. Звучало не очень-то правдоподобно. Кто бы стал делить награбленное прямо на пороге банка? А далеко убежать Билли не успел. – Ладно, остается Смит. Он точно знал, что его люди собираются подломить банк. Только чем это Смиту мешало?

– Ему тоже нужен кристалл?

Блондин отмахнулся.

– Не говори ерунды. Тузы обсуждали поставки оружия. Понимаешь? В случае чего такой кипиш будет! Много голов полетит, особенно наших. Я вообще думаю, что это все затея Эллиота.

У меня закружилась голова. В какое же дерьмо ты влипла, Меган Вон!

– Начальника Особого отдела? – я сглотнула. – Зачем?!

Он дернул щекой.

– Провокация. Он сам мог нам те стволы подставить. Говорят, блондинов он сильно не любит.

Значит, кристалл – смертный приговор для блондинов? Во всяком случае, для верхушки мафии точно.

А Рук при любом раскладе сильно рискует. В случае чего его не пощадят ни копы, ни гангстеры. Проклятье, что же делать?!

Я обхватила его шею. Не обняла – вцепилась. Прижалась покрепче.

Рук примостил ладони на моей талии, легонько сжал.

– Не трусь, Меган. Выкрутимся.

Я только вздохнула. Мне бы его уверенность!

***

Рук почти сразу ушел по делам, а я неторопливо приняла ванну, наложила маску, вымыла волосы. Надо бы поворожить, но сначала нужно дождаться Мышку.

Так что я решила немного вздремнуть. Что-то мне подсказывало, что ночью будет не до сна…

Разбудил меня стук в дверь. Я бросила взгляд на циферблат часов. Ого, почти половина шестого! Я натянула одеяло повыше и крикнула хриплым со сна голосом:

– Войдите!

Стив осторожно заглянул. Покраснел до корней волос.

Смущенный гангстер. Надо же, как мило!

– Босс велел передать, что к восьми приедет и вы пойдете в клуб. Вот, это вам! Босс сказал, вам подойдет.

Он сгрузил на кресло пакеты с логотипом супермаркета. Мимо прошмыгнула нагулявшаяся Мышка.

– Я, это, ужин принесу! – пообещал Стив и сбежал.

Мышка вспрыгнула на постель, требовательно подпихнула меня носом.

– Все в порядке? – спросила я, наглаживая черную шубку. – Тогда нужно кое-что сделать.

Она согласно мурлыкнула и прижмурила глаза…

К назначенному часу я была во всеоружии. Закрытое темно-красное платье облекало фигуру, как перчатка. Рыжие волосы – на контрасте – ярко пламенели. Красная помада, туфли на тоненьких высоких каблуках, глубокий томный запах пачулей, абрикоса и миндаля.

Рук застыл на пороге.

– Кажется, – выговорил он, не отводя от меня ярко-голубых глаз, – сегодня мы никуда не пойдем.

Я рассмеялась. На душе вдруг стало легко-легко.

– Я не против. Но у тебя, наверное, планы?

Он вздохнул, потер лоб. Прислонился плечом к двери.

– Смит прислал весточку. Донован сдал ему ту гадалку. Она сегодня будет в клубе «Малышка Ванесса». Говорят, она там инкогнито гадает.

– Вот жук! – невольно восхитилась я. – Выходит, клятва все-таки была не о том?

– Выходит, – кивнул блондин, не отрывая от меня горящего взгляда.

– Перестань, – нахмурилась я притворно. – Хочешь, не хочешь, а в тот клуб идти придется. Кстати! Вот тебе и «МВ».

– Думаешь, это «Малышка Ванесса»? – сразу сообразил он. – И мы зря думали, что это имя?

– Скорее всего. Среди тех троих нет ни одной «МВ».

– Ты права, – хмыкнул Рук. – Одной загадкой меньше. Ну что, идем?

И галантно подставил локоть.

***

«Малышка Ванесса» оказалась уровнем повыше, чем пресловутая «Цыпочка». Тут был метрдотель, официанты в белых фраках, хрустящие скатерти и шампанское.

А вот публика разношерстная. Зажиточные рантье, военные на пенсии, успешные коммивояжеры, даже дельцы с Центрального проспекта.

Официанты бесшумными тенями скользили между столиками. На сцене играл неплохой оркестр. Негромкий смех, цветы, музыка…

Рук снял две ложи. Одну для нас с ним, Хэнка с разбитной девицей и еще двух парней. Во второй в удобством обосновались «быки».

– Я думала, мы будем вдвоем, – шепнула я Руку, увидев это все.

– Шутишь? – спросил он меня на ухо. Щекотно шевельнулись губы, и по моему телу пробежала дрожь. – Мы на грани войны, Меган. Один я теперь даже в сортир не пойду.

Я сглотнула. Вот как после этого наслаждаться ужином?

– Тогда зачем мы вообще сюда пришли?

– Мы празднуем, сладкая, – блондин мне улыбнулся.

– Что? – с трудом выдавила я. В горле пересохло.

– Вчера мы выжили. Чем не повод?

Подмигнул мне и с аппетитом набросился на еду.

Вот это нервы!..

У меня же от шума и напряжения начала раскалываться голова. В представление на сцене я почти не вглядывалась. Только ковырялась в тарелке и морщилась от особенно громких аплодисментов.

– Потерпи немного, – Рук коснулся губами моего виска, и боль исчезла. – Еще четверть часа, и можно действовать. Сможешь?

– Да, – я благодарно ему улыбнулась. Надо же, заметил!

Гангстер погладил меня по щеке и вернулся к прерванному разговору.

А я прикрыла глаза. Проклятье, не хватало только в него влюбиться!..

Оркестр наяривал что-то заводное, на сцене выкидывали коленца девушки в зеленых платьях и высоких гольфах. Когда юбки задирались особенно высоко, зрители начинали свистеть и хлопать. Публика уже разогрелась и хорошо приняла на грудь.

Рук пересел поближе ко мне. По-хозяйски огладил мое бедро. Прикусил мочку уха.

Щекам стало горячо. Что, прямо тут?!

Оттолкнуть его я не успела.

– Подыграй мне, – шепнул Рук.

– Как? – спросила я одними губами.

– Просто не мешай, – усмехнулся он.

Пришлось вытерпеть парочку прилюдных поцелуев и ласк. Брыкаться я не брыкалась, но у всех на виду расслабиться не получалось.

Зачем он это делает?! Не ради того же, чтобы выставить меня шлюхой! Мало ли, что Рук называет меня своей женщиной, все равно о приличиях забывать не стоит…

Взорваться я не успела.

Блондин перемигнулся с метрдотелем, и в руки гангстера перекочевала связка ключей от «номеров».

Он приобнял меня за талию и повел наверх.

Я приостановилась. Спросила тихо:

– Ты правда хочешь… тут?

Брезгливость скрыть не удалось.

Рук поморщился.

– Сладкая, я же не подросток, чтобы заниматься этим где попало. Пойдем.

Сбитая с толку, я позволила ему себя увести. И лишь наверху сообразила, что он задумал. Налево – «гостевые спальни», направо темный коридорчик, у дальней двери скучал охранник.

Рук как по волшебству превратился из нетерпеливого любовника в галантного кавалера.

– Дорогая, – начал он меня уговаривать бархатным голосом, – может быть, ты сама сходишь?

И локоток сжал со значением.

– Дорогой, – я капризно оттопырила нижнюю губу, включаясь в игру, – если ты хочешь меня бросить, то так и скажи! Это из-за той девицы? Как ее там, Китти? Да?

Охранник заступил нам дорогу.

– Мистер, миссис, вы к кому?

Рук послал ему извиняющийся взгляд. Благо, шляпа и полутьма надежно скрывали его светлые волосы. Иначе представление бы не удалось – блондинов-ганстеров опасались.

– Мы погадать, – понизил голос Рук.

И сунул охраннику заветную карту вместе со свернутой трубочкой купюрой. Тот кочевряжиться не стал. Деньги мгновенно исчезли, карта легла на столик в углу.

– Проходите, хозяйка не занята.

– Как нам ее называть? – влезла я.

Охранник построжел.

– Да никак, миссис. Сами увидите.

И мы увидели!

Кабинет от пола до потолка затянут темно-синим бархатом. Свечи, хрустальный шар, прочая дребедень. Я прикусила губу, чтоб не фыркнуть. Чувство, что мы оказались внутри шкатулки с дешевенькими побрякушками.

А еще там странно пахло. Цветочный аромат, но с какой-то неприятной нотой… Такой смутно знакомый…

– Что привело вас к Великой? – низким голосом спросила стоящая у окна женщина. И только потом обернулась.

Черное бесформенное платье, шляпа с вуалью, за которой еле угадывались густо накрашенные глаза, слой пудры на лице, ярко-красная помада. Неплохая маскировка! В таком виде ее мать родная не узнает.

– Ясной ночи, – традиционное приветствие само сорвалось с губ. – Мы хотим кое-что узнать.

– Не погадать, я полагаю, – алые губы искривились в улыбке. – Садитесь, раз пришли.

Мы устроились за столом.

Рук не стал ходить вокруг да около.

– Кому вы помогаете? – спросил он в лоб.

– Не понимаю, о чем вы, – ответила она безмятежно. Лежащие на столе руки не подрагивали, глаза смотрели прямо.

– Понимаете, – усмехнулся гангстер. Снял шляпу, демонстративно расстегнул пиджак, показывая кобуру под мышкой. – И вам лучше сразу все рассказать.

– А если не расскажу, то что? – она по-прежнему была подозрительно спокойна.

Блондинов боятся, потому что они могут лечить, а могут и калечить. Например, сотворить с неугодным что-то вроде того, что сделали с Пориджем.

– Поедете со мной, – усмехнулся Рук. – Поговорим в тихом местечке… по душам.

А я все пыталась понять, почему запах ее духов кажется мне странно знакомым. И еще напрягали звуки за дверью в соседнюю комнату. Тихое пыхтение, цокот, чуть слышный скулеж…

И с досады чуть не хлопнула себя по лбу. Все верно! Так пах туман. Жасмин, водная лилия, роза – и мокрая шерсть.

– Миссис Тэйлор, – улыбнулась ей я, – вы ведь понимаете, что уже не сможете сбежать.

Она даже не вздрогнула.

– Значит, Ирэн Тэйлор, – протянул довольный Рук. – Как ты догадалась, Меган?

– Собаки, – объяснила я, глядя в темные глаза гадалки. – В соседней комнате. Только у миссис Тэйлор в нашем списке была свора собачек.

Она вдруг рассмеялась, запрокинув голову.

– Умная девочка, – похвалила она сквозь смех. – А теперь убирайтесь отсюда оба. Иначе я позову охранника – и своих собак.

Рук фыркнул.

– Да ну? И что мне сделают мелкие шавки? И тот толстопузый охранник?

– Много чего, – она пожала плечами. – Мои песики – фамилиары. Вы-то может и не подозреваете, что это значит. А вот ваша подружка точно в курсе.

Рук не побледнел, нет. Но подобрался. Он уже знал, на что способна Мышка, а тут, судя по звуку, трое или четверо. Вот откуда у нее такая силища! Но неужели она?..

Гадалка спокойно улыбалась, уверенная в своем превосходстве. М-да. Настоящая пиковая дама – готова на все ради поставленных целей.

Гангстер нехорошо прищурился.

– Вот, значит, как. Ладно. Пойдем, Меган.

И подал мне руку.

Ирэн наблюдала за нашим бегством с видом сытой лисицы.

Меня немного потряхивало. Рук обнял меня за плечи и повел вниз. Интересно, что подумает метрдотель? Слишком быстро мы вернулись, да и не похоже на… Хотя какая разница, что он подумает? Главное, что промолчит.

В ложе я залпом выпила бокал шампанского, и только тогда меня немного отпустило.

Парни Рука веселились. А он присел рядом, погладил меня по голове, как маленькую. И спросил буднично:

– Ты чего завелась? Я не рассчитывал, что эта Ирэн сразу все расскажет. Глупо.

Я прикусила губу. Глупо?

– Тогда на что ты рассчитывал?

Он наклонился близко-близко. Шепнул:

– Я приставил к ней надежный хвост. И попросил кое-кого прослушать телефон. Так что никуда она не денется.

И подмигнул.

У меня прямо от сердца отлегло. Почему она меня так взбесила? Может, потому что смотрела на меня, как на вошь?

– И все-таки, – Рук побарабанил пальцами по столу. – Что-то мне не нравится. Слишком уж она спокойна.

Я кивнула. Он прав. Слишком.

Только что это значит?

– Ладно, – решил блондин. – Выдвигаемся.

Он расплатился по счету, помог мне надеть пальто, приобнял.

Мы шли к выходу под прицелом десятков глаз. Под шепоток в спину.

Словно чуя перемену в настроении публики, оркестр заиграл что-то печальное, джазовое…

И я чуть не полетела носом вперед. Судорожно ухватила блондина за рукав.

– Это то самое. Дама пик! – выдохнула я.

Он понял сразу. Не стал переспрашивать. Только кивнул отрывисто, бросил пару команд вполголоса. И преспокойно направился дальше, куда шел.

– Ты что! – я почти кричала, но мне было плевать. – Рук?