Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

По замыслу Альрика, лизнуть он её должен был длинно, с протяжкой, так чтобы она сомлела и упала прямо ему в руки. Он такое подсмотрел у одного волка и очень ему это понравилось. Но всё тело неожиданно прошило таким… такой… в общем, так прошило чем-то, что глаза, казалось, вылезут от напряжения. Он даже не мог моргнуть, так его пробило! А девица отскочила на шаг, поминая каких-то рогатых чертополохов. Во рту стало крайне неприятно, клыки зазвенели и будто сделались хрупкими. Непроизвольно, чуть подрагивая, он решил отойти от сладенькой, чтобы разобраться в себе, но установившаяся тишина насторожила его.

– Эк его распушило, – произнёс кто-то из людей.

Альрику стало интересно, на кого ещё любовь снизошла помимо него. Он неловко оглянулся, повёл неважно фокусирующимся взглядом по замершим людям, по выскочившим на крыльцо и прикрывающим рот ладошками женщинам. Они все встревоженно смотрели на него.

Альрик приосанился, но всё же он как-то чувствовал себя паршиво. Тяжёлая у него любовь получается со сладенькой, зато страстная! Его приятели смотрели на него с восторгом и ужасом. На душе потеплело. Пусть завидуют. Он и так последнее время желанный гость везде, а теперь, если бы не поездка, так на клочки бы разодрали его, приглашая к себе.

А Вера отходила от придурка, пряча руку с кольцом назад. Шандарахнула она его почти на полную мощь. У парня даже сосуды в глазах полопались, а уж ожоги, наверное, страшные. Её трясло от того, что она его снова чуть не убила. К ней подскочила госпожа Ната, и под локоток отвела внутрь замка.

– Ничего, ничего, что возьмёшь с дурачка, – женщина усадила девушку на скамью, сунула в руки ковш с водой.

– Попейте, водичка всё смоет, – и, зачерпнув в ладонь воды, умыла Вере лицо.

– Мы, женщины – народ непростой; не лезут к нам – плохо, лезут – тоже плохо! Мужчинам, поди догадайся, как к нам подступиться.

Вера отпихнула руку госпожи Наты.

– Да я испугалась, что убила его! Кольцо-то взяло, да и сработало почти на полную!

– Тю-ю, – сложила трубочкой губы женщина, – да что станется с таким бугаём! Есть о чём переживать?

– У здоровяков часто бывает, что сердце слабое, – упёрлась Вера.

– Может, у людей такое и случается, но у этих со здоровьем всё в порядке. Вон он, ходит причёской хвастается.

– Где? – Вера подошла к окну.

Альрик аккуратно трогал руками вздыбившиеся волосы и пытался понять, какого объёма у него теперь голова. Потом ему стало интересно, как он будет выглядеть медведем, и обернулся в зверя. Свои поначалу шарахнулись в сторону, а вот люди начали то ли хрюкать, то ли кашлять. Он недовольно посмотрел на них, но те вежливо отворачивались. Это ему было понятно. Брат говорил, что на уважаемых самцов люди не кашляют, неприлично это.

Но тут вдруг свои начали похрюкивать и тыкать пальцами ему на грудь. К своему ужасу он увидел у себя прямо на самом видном месте проплешину. Вот это позор! Он закрутился, пытаясь ещё выискать подобные неприятности, но слава предкам, вроде бы ничего. Пришлось вернуться в облик человека.

Вера смотрела во все глаза на гигантский меховой шарик, который забавно крутился и осматривал себя. Даже злиться на него не хотелось. Так напугал её!

Вдруг обстановка во дворе переменилась. Молодняк оборотней расступился и вперёд выскочил здоровенный волчара. Он, ещё не завершив прыжок, ударил лапой по морде медведя. Тот обиженно взревел, но не бросился в ответ, а отступил. Волк ещё раз заехал ему по уху и обернулся человеком.

Представший молодой мужчина сильно отличался от своих соплеменников. Он не был лохмат, наоборот, с висков был гладко выбрит, и череп его украшали странные татуировки. Оставленные посередине чёрные волосы были забраны в короткий хвостик. Одет он был в тёмную рубашку и тонко выделанную шкуру. Штаны были пошиты из плотной ткани, но украшены многочисленными полосками кожи, а может, они были кожаные и лишь украшены тканью. Главным в его одежде было то, что она не собрана, где придётся, а пошита именно для него.

****

Во дворе все сразу стали заниматься своими делами, а навстречу гостю вышел лэр-в Линей. Вера сейчас многое отдала бы, чтобы послушать разговор между нахмурившимися мужчинами, но она ясно поняла, что незнакомец не будет при ней говорить.

– Это Ронг, – тихо прошептала госпожа Ната, как будто он мог их услышать. Да и услышал бы, так что такого? – Говорят, он очень жесток и не терпит не подчинения.

– А лэр-в Линей его хвалил, – так же тихо возразила Вера.

– Для нас хорошо, что он всех своих держит в узде, но свои его боятся и ненавидят.

– Лэр-в говорил, что его брат был жесток, а этот просто суровый.

Женщина пожала плечами:

– Смотрите, как молодняк перепугался! Они в ужасе от него. А медведь этот, я слышала, он его младший брат.

Госпожа Ната тяжело вздохнула. Пушистика ей было жалко. Она осторожно посмотрела на Веру, засуетилась возле одного из шкафов на кухне и быстро выскочила с корзинкой в руке во двор. В то время, как Альрик ещё раз пару раз получил от альфы по уху и уже в человечьем обличье и узнал о себе, что он посмешище, помощница управляющей оббежала двор и караулила симпапулечку на выходе в стороне.

Она не ошиблась: от поездки пушистый лапочка был отстранён и попался ей прямо в руки. К её вниманию он отнёсся насторожено, но доверчиво принял вручённую ему корзинку. Не удержался, перекусил немного, заедая обиду, а потом заметил, что от женщины очень даже неплохо пахнет. Она не молода, но всё равно такая вкусная и притягательная! Закрыв глаза, он очень осторожненько лизнул её в щёку и услышал… ну, пусть не стон, но приятный вдох. Очень доброжелательный и зовущий вдох! Сердце сделало кульбит, но он, как любой опытный самец, не должен торопиться. Альрик повёл носом возле уха женщины, переместился к шее. Да, очень сладенькая! Приятная дрожь пробежалась по телу.

– Ну, что же ты робеешь? – тихо спросила она и положила его руку себе на грудь.

Уже потом, вечером в берлоге, Альрик будет думать, что брат назвал его посмешищем из зависти. Ведь у него теперь есть две самки. Одна сладкая и податливая, а вторая ярая и интересная. Жаль, что с молоденькой он до дела пока не дошёл, но тут оказались свои тонкости, и Натушка обещала его всему научить. Вот бы в город ещё пробраться, показаться тамошним девкам «пушистиком»! Нате он медведем особенно понравился, и он от души красовался перед ней, пока она его гладила. А уж сколько ласковых слов его мишка выслушал, никто не поверит!

Но все эти сюрпризы судьбы для Альрика будут чуть позже, а пока он в отчаянии выходил со двора, лэр-в гневно высказывал альфе претензии:

– Считаю сделку нечестной! Оборотней слишком много, а толка от них никакого. Один не успел войти во двор – и уже от него неприятности.

– Я его убрал. Остальные так себя не поведут.

– А как они себя поведут? Они будут подчиняться лэре?

– Они будут подчиняться своему старшему.

– Ронг, выделите нам пару взрослых самцов, и этого будет достаточно.

– Никто не бросит сейчас семью и не пойдёт незнамо куда, даже ради нового ножа. Зима была тяжёлая, всем надо восстанавливать силы, а у нас ещё дежурства у разрывов!

– А если будет угроза в пути со стороны ваших отбившихся соплеменников? Что сможет сделать ваш молодняк?

– Я слышал, ваша лэра – огневик.

– Вы же видели, она ещё слишком молода…

– Я видел, как она моему брату шкуру попортила.

– Он к ней первый полез!

– А я вам не претензию предъявляю, а указываю на вашу силу. Я, в отличие от этих сопляков, прекрасно знаю, на что способны лэры.

– Э-э, тут понимаете ли, какое дело, – замялся лэр-в, – Верочка – чудесная девушка, но она не боевик.

Ронг усмехнулся:

– Я видел сам, как она его ударила.

– Это артефакт.

– Какая разница! Главное, что она может наносить такие удары.

– В следующий раз этот артефакт сможет сработать только через месяц. Ну, то есть, я ей, конечно, его сейчас заряжу, но он бьёт столь сильно только раз в месяц.

Взгляд у Ронга был тяжёлым. Ему нужна была эта поездка, необходимо было новое оружие, он хотел посмотреть, ради чего лэр-в старается и тащит своих людей в дальний путь. Но все взрослые самцы сейчас были заняты делом. Все надеялись, что молодняк пробежится, пообщается с людьми, да принесёт в семью хотя бы один нож как у лиса. Ну, а не принесёт – не беда, зато прогуляются, поохотятся вдали.

– Что же вы самочку из дому выпроваживаете? – недобро посмотрел альфа на лэр-ва.

– Если бы я мог, то она всегда оставалась бы под моим приглядом. Но она служащая, как и все мы. Она выполняет свой долг. С ней едут двое опытных воинов, наняты ещё люди. Вы говорили, что отделившиеся от вас семьи живут разрозненно, и они не осмелятся напасть. Если они это сделают, я всех сотру в порошок, не взирая ни на что! И всё же, если бы её сопровождали ваши, мне было бы спокойнее.

Ронг молчал. Он думал со стороны понаблюдать за братом, как тот справится с возложенной на него ответственностью, ведь последнее время он затих, перестал безобразничать – а тут вдруг вновь отчебучил! Понятно, что молодой ещё, да зверя не так давно обрёл, но, похоже, фантазия у сопляка на выдумки неиссякаема. Только раньше его с тонких верхушек деревьев снимали, где он, одурев от страха, раскачивался своей медвежьей задницей, да в снег с высоты прыгал, думая, что тот мягкий, когда зверь контроль брал, а теперь к девчонке полез. Гнев поднимался волной, подзуживаемый раздражением, и вроде бы всё обошлось, но взгляд непроизвольно шарит по пустому крыльцу, куда ушла молоденькая лэра.

– Я сам поведу молодняк с вами, – неожиданно сказал он лэр-ву.

– Ты?! То есть – вы? Но… впрочем, я рад, мне было бы спокойней…

– Только я присоединюсь к вам через два-три дня.

– Так, может, и эти позже прибегут? Первая половина пути идёт от селения к селению…

– Да, так лучше, – согласился Ронг.

Ещё немного переговорив, альфа забрал своих и ушёл.

Вскоре выдвинулся в путь подготовленный караван.

Как только ушли оборотни, Вера снова вышла во двор и подошла к наблюдающей за всеми госпожой Линей. Управляющая, явно обдумывая какую-то мысль, всё же оторвалась и пояснила лэре некоторые тонкости похода:

– Все подписали контракт, что всё найденное им не принадлежит. Вообще-то и нам тоже, ведь владелец всех земель Ронг, но он под рукой нашего короля… Сложно всё, ежели по закону.

– Так что же, по правилам, если я найду что-то ценное, это надо отсылать его величеству?

– Я думаю так: Ронг дал разрешение на поиски и добычу, обговорил плату, значит, его можно обойти. Вы, Верочка, находясь здесь, работаете на короля, следовательно, вам достаточно всё привезти сюда. Кстати, ваше жалование придёт ещё не скоро, да к тому же оно уполовинено на время ссылки, но я имею право выплатить вам процент за ваши проданные изделия. И за всё ценное, что привезёте, вы вправе получить отдельную плату.

– Хорошо бы, – улыбнулась Вера, – у меня совсем денег не осталось.

Женщина хотела было уже провести девушку к себе, чтобы выплатить ей хоть что-то, но стесняясь, спросила:

– Верочка, вы давеча придумали такую штуку, что летала. Это было интересно.

Лэра махнула рукой:

– Ерунда получилась, вы же видели!

– А что, если нам взять много почтовых шаров? Как вы думаете, они доставят человека на место, как письмо?

Вера с удивлением посмотрела на госпожу Линей, потом перевела взгляд на телегу, к которой были прикреплены надутые шары. Это было сравнительно новое изобретение, не всегда удобное, но надёжное. Раньше только в одном месте можно было заполнить особым газом эти шары, но сейчас эту услугу предоставляли в некоторых гоблинских конторах. Там можно было купить надутый шар или принести свой шар, по каким-то причинам повреждённый и сдутый.

Ценность имел не только газ, но и сам шарик, испещрённый рунами. Владельцу шара оставалось только написать адрес или в крайнем случае с помощью лэров дать другой ориентир – и почтовый шарик в любую погоду без отдыха будет мчаться к адресату. Каждый город обязан ставить метку для почтового шара на самом высоком здании. На домах такие метки раньше ставили по желанию, но теперь тоже обязали, так что сбоев в работе почты почти нет.

Вера смотрела на парящие в воздухе привязанные шары и глаза её загорались. Как же она сама не додумалась до воздушного шара? Ведь разглядывала в подробностях все руны, начерченные на почтовых шариках, ища в них заложенную энергию, и даже в голову не пришло использовать их по-другому!

– Госпожа Аза, вы гений! А у нас есть ещё шары?

– У меня в кладовке пять штук осталось, – расстроилась женщина. Раньше ей казалось, что их у неё чрезмерно много, но кто же знал, что понадобится ещё больше.

– Так, этого мало, но мы сейчас поступим по-другому!

Вера сосредоточилась, настроение было какое-то шальное, весёлое и казалось, что сейчас всё получится. Она затеяла копирование. На какое-то время она, сосредоточившись, замерла; образ шара сложился до мелочей и она, затаив дыхание, прошептала:

– Позовите командующего, пусть поделится силой.

– Сейчас, Верочка.

Через пару мгновений лэр-в коснулся её, и через него она скопировала три шара. Больше не решилась, так как в кладовке она видела подходящую ткань не слишком большого размера. Она была уверена, что вытянет её при копировании.

Перед госпожой Линей, её мужем и девушкой проявились три сдутых почтовых шара.

– Ой, ну надо же, газ не удалось повторить, – расстроилась Вера, поднимая тряпочки.

– М-да, жаль, а что вы задумали девочки? – с любопытством спросил лэр-в.

– Понимаете, госпожа Аза придумала отличную штуку!

– Кхм, кхм, – перебил вставший рядом помощник лэр-ва, командир Макет.

– Что случилось, дружище?

Командир, ничего не говоря, показал глазами на юбку госпожи Линей. Лэр-в опустил глаза и недоуменно округлил их:

– Аза?!

Тут уж и Вера с женщиной уставились на лёгкую коротенькую нижнюю юбочку и ещё более тонкие облегающие штанишки. От верхней длинной юбки в пол осталась только маленькая полоска наверху, больше похожая на волан, идущий от пояса.

Женщина, вскрикнув, метнулась в замок. Вера соображала чуть дольше, но, подхватив лежащие на земле новенькие почтовые шары, бросилась за госпожой Азой. Её она догнала уже у самых покоев.

– Госпожа Линей, я всё исправлю! – запыхавшись, кричала она, протиснувшись в закрывающуюся перед носом дверь.

– Сейчас, – уверяла она, – вы даже разницы не заметите! Всё верну, как было!

Аза плюхнулась на кровать, закрыв лицо руками.

– Звёзды, какой позор!

– Никто не заметил! Простите меня! – каялась Вера.

– Макет видел!

– Госпожа Аза, ну и ладно, чего о нём думать. Его проблемы!

– Какие проблемы?

– Ну как же, ножки-то у вас симпатичные! – лукаво улыбнулась Вера. – Пускай помечтает!

Женщина ненадолго замерла, а потом рассмеялась, вытягивая ноги вперёд:

– Знаете, Верочка, я уж и забыла, каково это, когда не стыдно покрасоваться!

– А вам очень идут брюки, – заметила девушка.

– Да? Я уж давно их не носила. Я же из ремесленного сословия, а там женщины предпочитают блузы с юбками. Не такие длинные, как у меня, но здесь многое одевают ради тепла.

– Вы не ремесленник, вы – управляющая замком, так что вам уместен свой собственный стиль в одежде, – уверенно заявила Вера.

– Да, надо бы обновить свой гардероб.

– Аза, Азочка, – ворвался в комнату лэр-в, – Аза, – растерялся он, увидев улыбающуюся жену.

– Я пойду, – выскочила за дверь Вера.

Потом она всё исправила, а затею с шарами пришлось оставить. Ближайшая гоблинская контора, в которой можно было бы зарядить шары, находилась в столице.

Оставшееся время до отправки в горы, Вера посвятила изучению присланных её отцом записей. Он подобрал разный материал, который мог бы пригодиться в её работе. Чем больше она читала, чем сильнее сомневалась в затеянном ею мероприятии. Одно дело стоять рядом с кузнецом и следуя его советам, подколдовывать, а потом уже совершенствовать готовое изделие по чёткой схеме, с которой ознакомил отец. Совсем другое, когда нужно организовать добычу, а на руках только инструкции и графики плавления. Тут надо разбираться в сути процесса, а не читать по пунктам, что делать и ориентироваться на цвет магии.

Вера несколько раз уточняла, присоединится ли к их обозу кузнец? Он не хотел уезжать из города, но  железо, добываемое им в пригороде, его не устраивало, тем более, когда стало с чем сравнивать.

– Верочка, я захвачу его вместе с вами, – успокаивал лэру командующий, видя её беспокойство. – Даже если у вас не получится ничего добыть, будет большая польза от ваших поисковых способностей. Никто не исследовал горы, тем более в той стороне, куда вы пойдёте.

Девушка слушала, кивала, но продолжала волноваться. Без неё ушли нанятые люди копать глину и делать кирпичи. Лэр-в уже просушил привезённые брёвна и их подготавливают для строительства домов у постов. Вера оставила подробнейший чертёж, но всё же волновалась, как без неё справятся.

В последние дни вдруг вспомнилось, что она может сварить зелье для укрепления прочности верёвки, которая ей обязательно пригодится в горах. Потом оказалось, что она забыла приготовить пропитку для брёвен, дальше пришлось пересмотреть вещи, которые собралась взять с собой. Неожиданно лэр-в обрадовал, что нашёл отличный камень для строительства, и его много. Вера расстроилась: столько дел, хоть всё отменяй!

Но железо тоже нужно! Да ладно бы только оно, закончились все добавки для него, что отец прислал, а без них не получить качественной стали, как ни работай с огнём! Кое-что она попробует сама выделить из руды, но, скорее всего, придётся заказывать их в столичных кузницах или у артефакторов. Однако железо лучше добыть самой, а то тяжёлую посылку год будут доставлять до Варсы, да ещё стоимость доставки получится в несколько раз выше самого продукта. Вера нервничала, то убеждая себя, что у неё всё получится, то с ужасом понимала, что напрасно всех взбаламутила. Конец смятению положил день отъезда. Аза загрузила лодку всем необходимым для девушки, и командующий повёз лэру, вместе с прибывшим в гарнизон кузнецом, догонять обоз.

Кузнец хмурился, переживал об оставленной крохотной дочурке. Лэр-в насплетничал о кузнеце, что среди крепких сыновей Артюшенька – его отрада и любимица. Вера по-новому взглянула на здоровенного мужчину. Всё же это так мило, когда такие крепыши души не чают в доченьках.

Командующий гнал лодку, подняв её на высоту и ловя попутные ветра так, что паруса трещали. Обоз мог уйти намного дальше, чем планировали, а ему обязательно надо успеть вернуться сегодня же. Но он напрасно волновался. Дороги ещё не просохли и телеги часто застревали в грязи, бывало, что-нибудь ломалось, и тогда надолго останавливались. Не все управляли собственным транспортом, у половины он был арендован, и то ли изначально был развалюхой, то ли арендатор был неумелым возничим, но поломки часто преследовали караван.

Оборотни присоединились в конце третьего дня и их раздражали люди, ползущие со скоростью улиток.. Люди ругались между собой из-за задержек, молодняк оборотней своим поведением раздувал искры недоброжелательства, а альфа изредка порыкивал, не давая своим излишне зубоскалить.

– Вон, вон они! – закричала Вера, указывая на вереницу телег.

– Ну-ка, сядьте по местам! Нечего мне лодку раскачивать! – шуганул лэр-в метнувшихся к одному борту измаявшихся кузнеца и лэру.

Вера была счастлива: она себе уже весь зад отсидела. Первый час летели спокойно, второй уже надоело сидеть, третий изнывала, четвёртый – смотрела вниз и думала, а не побежать ли ей своими ножками. Казалось, что она сможет бежать бесконечно, лишь бы не сидеть зажатой среди баулов. Пятый час она ела, перекусывала, что-то снова пихала в рот, пока челюсть не устала работать. На шестой лэр-в–обманщик сказал, что можно уже высматривать караван и только к концу седьмого часа полёта она увидела телеги!..

Едва дождалась приземления. Хотелось размяться, сбегать в кустики, узнать новости.  Она думала, что выпорхнет бабочкой из лодки, но вывалилась кулем на руки Удалому.

– Ох, – кряхтела она, – чуть живая. Помогите командующему, он вообще всю дорогу стоял. Мы вылетели с рассветом.

Пегий бережно поддержал закостеневшего лэр-ва. Люди подходили к лодке посмотреть, что в неё загружено. Оборотни стояли в стороне. Все они были в звериной форме, но Вера решила, что всё равно надо как-то поздороваться. Она помахала им рукой и кивнула лично вожаку. Тот как будто бы склонил голову, но, может, ей показалось. А Вера вдруг подумала совершенно о другом: что она будет стесняться ходить в туалет. Бегают тут зверюшки всякие!

Первая суета и расспросы закончились, началась разгрузка лодки. Удалой подсказывал, кому можно сгрузить побольше, а кому лучше не добавлять груза. Вера хмурилась. На обратном пути им придётся везти тяжёлое железо, а тут есть телеги, что лишний баул не выдерживают! Она сразу же пошла посмотреть, в чём дело. Где-то сразу удалось помочь, а одна телега годилась разве что в музей, как памятник своей же древности.

– Чудо, что не развалилась, – возмущалась она, – тут даже чинить нечего, легче новую сделать!

– Как новую, когда за эту залог оставил, – бормотал мужик, а другие только качали головами. Есть у них в городе такой хитроумец, что всякую ненадобную вещь втридорога умеет всучить. Все знают об этом, но иногда так складываются обстоятельства, что всё равно люди к нему идут.

– Послушайте, обратный путь она не выдержит, – сочувственно произнесла Вера. – Всё, что я могу для вас сделать, это поставить на неё руны сохранности, а вы перебирайтесь со своим барахлом хотя бы к Пегому.

– Но как же я…

– Инструмент у вас есть?

Понурый мужчина кивнул.

– Ну вот и ладно, – попыталась ободрить его лэра, – будете хорошо работать, я помогу вам новую телегу сделать. Разберёмся!

– Так что же, оставлять?

– Если оставите сейчас, то есть шанс, что дотащите её обратно хозяину, а если поедете вперёд, то точно развалится.

– А если вы её ещё разик рунами покроете?

Вера внимательнее посмотрела на мужчину и довольно резко спросила:

– Вы так богаты, что готовы оплатить работу лэры?

– Так как же… вы же сейчас начертили…

– Да, бывает, пожалею кого-нибудь, но лентяев не люблю, – и, повернувшись, пошла дальше.

Отойдя на достаточное расстояние, Пегий тихо попросил за неудачника:

– Вы не серчайте на него, он неплохой мужик, трудолюбивый, только глуповат немножко. Жёнка пилит его, что не умеет он выгоду вовремя ухватить, вот он старается, да всё ему же во вред выходит.

– Раз тебе его жалко, возьми над ним шефство.

– Что взять у него? Не слыхал, чтобы у Тютюни было что-то такое, – растерялся мужчина.

Вера остановилась.

– Раз жалеешь Тютюню, то направляй его сам в делах, а у меня и без него хлопот полно. Не могу я ему быть мамкой! Жадной глупости нет оправдания. Вот так будешь лежать где-нибудь раненым, а он встанет рядом в раздумьях, снять с тебя оружие, сапоги, или выгоднее до бабки-знахарки тащить, надеясь на благодарность.

– Не такой он, – растерялся воин.

– Буду рада, если ошиблась, – пожала плечами рассердившаяся Вера, ещё раз бросив взгляд на беспомощно стоящего возле телеги мужика. Может, зря она так резко с ним, но очень ей не понравилось, как он быстро сообразил, что можно ею способностями пользоваться. Вроде дурак, что позволил облапошить себя с телегой, ан нет, выгоду возле лэры почувствовал остро. Вера так себя накрутила, что ей жалко стало своего отданного места на телеге. У Удалого всё занято баулами, теперь и у Пегого не приткнёшься в уголочке, остаётся только верхом на Буцефале целыми днями трястись.

Телегу Тютюни оставили в стороне от дороги, а сам он перебрался к Пегому. Вера видела, что воин поначалу помогал переносить груз к себе, а потом отчего-то рассердился и заставил Тютюню бегать  живее. Девушка могла только догадываться, что мужичок жалуется на неё, что заставила его бросить прогнившую телегу.

С лер-вом прощаться было грустно, но задерживаться никому не стоило. Вскоре он взлетел и отправился в обратный путь, а караван продолжил неспешно ползти вперёд. Иногда Вера ехала первой, иногда пристраивалась рядом с Удалым и слушала его россказни. Ближе к вечеру достигли последнего населённого пункта.

Три крепких дома были огорожены общим высоким забором. Места почти десятку телег там не было, и Вера решила, что все они будут ночевать снаружи. Без разницы, когда начинать ночёвки под открытым небом, сегодня или завтра. Правда, ей-то как раз место нашлось в доме на перине, но она мужественно отказалась. Как ни крути, в случае чего она – основная боевая единица всех доверенных ей людей. Непривычно так о себе думать, но даже её крохи силы будут много значить среди неодарённых магией путников.

Хозяева щедро поделились со всеми едой, а оборотни отблагодарили их десятком пойманных кроликов и несколькими птицами, хотя у общего стола ели только хлеб и запивали горячей кисленькой водичкой. Вера, ища свой способ поблагодарить за гостеприимство, поспрашивала, как живут хозяева, и с удовольствием согласилась обновить поставленную каким-то магом защиту. От разбойных людей или оборотней она была слаба, а вот от дикого зверя – вполне рабочая система.

Радуясь возможности пройтись, она отправилась по контуру, который защищал значительных размеров огород, распаханное поле, пастбище. За ней следовал Удалой, а потом, присоединился белый волк. Только он вблизи оказался не совсем белым. Кончики шерстинок были тёмные и создавали странный эффект. То волк белый, а если со стороны посмотреть, так вроде серый, а то и чёрный, если стоит неподвижно.

Вере было неловко, что он сопровождает её, но в то же время близко не подходит. Бежит в стороне, словно собака при хозяине!

– Тоже решили прогуляться? – отважилась она крикнуть ему.

Волк замер, переступил с лапы на лапу и обернулся человеком. Он смотрел на девушку, не отрываясь, а она подумала: и чего обратилась к нему? Шла бы и шла, ведь делом занята! Но теперь деваться некуда, и она остановилась, держа на лице лёгкую доброжелательную улыбку.

– Почуял запах ушедших жить отдельно от нас волков. Решил посмотреть, как близко они к вашим поселенцам подходили, – ответил мужчина.

Вера перед ним робела, но и отпустить его внимание от себя не могла. Глупо, страшновато, но в дороге она поняла, что есть «все», и эти «все» – разные: друзья, приятели-неприятели, сослуживцы или мимо проходящие, родные…

И есть этот оборотень, стоящий совершенно в стороне от любой группы знакомых.  Совсем не красавец, на лице есть неприглядные шрамы, прибавляющие возраст, да ещё татуировки – сомнительное украшение, но Вера всё время неосознанно искала его взглядом. Он привлекает её, он ей интересен, но как враг или друг, она не знает.

Хотя с чего бы им быть врагами? И она была очень рада, что волк её вопрос не проигнорировал, хотя она ожидала от него нечто подобное. Он ни с кем не общался в дороге, даже его молодняк шарахался от него как от чумного.

 А вот Удалого напрягало соседство альфы. Слишком силён тот, и если ему в голову что-то взбредёт, то никто не сможет его остановить. А ещё все тишком гадали, почему альфа сам отправился с молодняком? Лэре бы держаться от оборотня подальше, но когда воин увидел, что альфа обернулся человеком, чтобы ответить девушке, то понял: поздно. Зато теперь стало понятно, что тут делает альфа. Хорошо это или плохо, не ему решать, и Удалой чуть отступил от пары.

Волк, услышав обращённые к нему слова, вздрогнул и повторил их про себя несколько раз, как будто перетирая на языке что-то вкусное. Потом очнулся, ведь молчать невежливо, и дал волю человеческой половине. Не давая себе отчёта в том, насколько важно ему не обидеть эту девушку, он ей ответил.

Обычно Ронг не приближается к людям без необходимости, чтобы не раздражать обоняние, здесь же он подходил к ней шаг за шагом – и не ощущал никаких резких запахов. Воин, сопровождавший девушку, чуть отстал от неё, но и он ощущался так, как будто только что искупался в реке. Это был маленький секрет Веры. Она подколдовывала над теми, с кем приходилось близко общаться. Условия их жизни таковы, что часто принимать душ не будешь, да и переодеваться особо не во что, но нюхать чужой пот ей не хотелось, вот она и наловчилась уничтожать неприятные запахи.

Ронг пошёл рядом с Верой, украдкой поглядывая на неё. Он всю дорогу пытался казаться независимым, но в то же время очень переживал, почему она так часто настороженно смотрит на него. Бросит взгляд и нахмурится, потом снова выловит его среди других и отвернётся, недовольно закусив губу. Ему-то, конечно, нет до неё никакого дела, но в то же время он видел только её.

Ронг отправился в этот поход по разным весомым причинам, но почему-то они сыграли свою роль только в тот момент, когда он заметил её во дворе замка. Всего лишь совпадение, он и не задумывается обо всём этом, просто идёт сейчас рядом с ней, подстраиваясь под её шаг и ничего, кроме неё, не замечает.

Она движется легко, иногда останавливается, чертит в воздухе какие-то знаки, потом выдыхает и делает следующий шаг. Иногда, чуть раскрыв глаза в удивлении, словно бы спохватывается и возвращается, повторяет: «Так-так-так» или «Ну, надо же!» и продолжает идти дальше. Её волосы забраны в пучок, который уже давно разлохматился и придавал её образу очаровательную мягкость. Шею украшает серебристая лента, подчёркивая тонкость и нежность. Видно, что ей жарко, верхние пуговицы блузы расстёгнуты, но лёгкую куртку она не снимает, хотя видно, что очень хочется. Ему тоже захотелось, чтобы она сняла куртку, которая прикрывает её фигуру. Блуза тонкая, он без труда поймёт…

– Вам нехорошо? – девушка упёрлась в него рукой, останавливая его наклон к ней.

«Стыдобища какая!» – пронеслась кошмарная мысль, что он, как щенок, потянулся к самочке, позабыв обо всём.

– Простите, показалось, – отскочив на метр от напрягшейся девушки, он принял невозмутимый вид, хотя сам сгорал от стыда. Как дурак, гордился собой, что держит себя под контролем, даже когда рядом самки всеми знаками показывают, что готовы к спариванию, а тут даже не заметил, как полез к ней. Внутри взорвался протест: «Подумаешь, не убыло бы от неё, если бы поводил носом рядом, чуть лизнул…»

Он посмотрел на её сосредоточенное лицо, и понял, что она сейчас ищет повод отстраниться от него. Это было обидно. Впрочем, он привык, что те, кто ему симпатичен, сторонятся его; а кто раздражает, наоборот, лезут в приятели, в советчики, в подруги.

– Я, наверное, отвлекаю вас, – вежливо произнесла лэра, и уже набрала воздуха, чтобы добавить что-то, как получила в ответ твёрдое:

– Нет.

Вере и правда не понравилось, что мужчина слишком сильно к ней приблизился. Это было недопустимо, но его реакция немного успокоила её, и она повела себя мягче, чем хотела.