Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"
Автор книги: Анна Орлова
Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 210 (всего у книги 336 страниц)
– Как интересно… – протянула я.
На этот раз даже не покривив душой. Надо Бишопу и Эллиоту рассказать!
Или они в курсе? С Бишопа сталось бы.
– Пойдемте на балкон, – предложил мистер Шелдон, дыша на меня алкогольными парами. – Там такой вид на реку…
«Ну хоть не сразу в кабинет!» – подумала я.
– Мистер Шелдон, по-моему, вы меня дурачите! – я надула губы.
– В чем?
Он чуть не облизывался, глядя в вырез моего платья. К тому же он был в изрядном подпитии, так что безропотно позволял мне вешать лапшу на уши.
– Все говорят, что того человека убили тут! – выпалила я. И выложила козырную карту: – Мне сказала Мими, а ей Ингрид, ну а с ней поделился Джонатан!
Это впечатлило его не меньше, чем Эллиота.
– Милая Эми… Вы позволите так вас называть? – он дождался кивка, приободрился и продолжил: – Я пошутил. Моего друга никак не могли здесь убить. Он в тот даже ничего тут не ел. Выпил коньяка да выкурил сигару.
Я округлила глаза и прижала палец ко рту.
– Может, яд подсыпали в выпивку?
– Вы умница! – и это даже прозвучало без издевки. – Мы тоже так думали. И сами все проверили. Хотите, расскажу?
– Хочу! – мой энтузиазм можно было грузить вагонами. – Только мне бы еще посмотреть ту комнату… Интересно же! Вдруг его правда там отравили?
Милейший мистер Шелдон, конечно, не отказал девушке в такой малости.
Тем более что в искомом кабинете не было ни души…
Эллиот явился, когда я уже всерьез подумывала огреть мистера Шелдона по голове ближайшей вазой, чтобы немного остудить его пыл.
На другие методы я бы не решилась… Лейтенант был слишком близко.
Обошлось.
А Эллиот настолько талантливо разыграл ревнивого любовника, что даже я чуть было не поверила.
***
Заговорил он только в машине.
Стоянку возле клуба освещали яркие фонари, так что автомобиль было видно, как на ладони. Зато никто не подслушает.
– И что это было, мисс Вудс? – поинтересовался холодно Эллиот.
На меня он не смотрел.
Надо же, я снова мисс Вудс и на «вы».
А я разглядывала смуглые пальцы на кожаной оплетке руля.
Так и не скажешь, что у него отлично поставленный удар…
– Я задал вам вопрос! – он чуть повысил голос.
Сделаю вид, что не заметила его резкого тона.
– Вы ведь хотели, чтобы я осмотрелась, – напомнила я.
– И как успехи? – проскрежетал он.
Я пожала плечами.
– Мистер Шелдон утверждает, что члены клуба своими силами пытались… воспроизвести обстановку и обстоятельства убийства. Но толковой версии у них нет. В тот вечер они были вчетвером, потом Мастерс остался наедине с…
– Хамфри, судьей, – подхватил Эллиот. – Это я знаю. Как и то, что Мастерс сам выбрал сигару, взял стакан и налил себе коньяка. Подходил к нему только фармацевт Уэбстер, но он вряд ли мог что-то бросить в бокал. Расскажите что-нибудь, чего я еще не слышал.
– Почти ничего, – я вынула из сумки зеркальце и стянула надоевший парик. – Никаких следов магии, хотя за такое время они могли исчезнуть. Только один момент подозрительный. Недели две назад в клубе было несколько пищевых отравлений. Ничего серьезного… Но повара в итоге уволили, хотя многие грешили на некачественную выпивку.
– И? – подбодрил он. – Думаете, это он?
В темном костюме Эллиот выглядел напрягшейся перед прыжком пантерой.
– Нет, – я покачала головой. – Не представляю, как. Из того же графина наливали себе остальные, и никто не отравился. У этого Уэбстера было расстройство желудка, но несколькими днями раньше. Кстати, он был постоянным клиентом Толбота. Я запомнила имя в бухгалтерских записях.
– Так-так… – протянул лейтенант и признался с досадой: – Все равно не представляю, как это можно было провернуть! И, мисс Вудс… не стоило так рисковать.
Неужели это забота? Ушам своим не верю.
– Я могу за себя постоять, – сообщила я, пряча зеркало.
Он поднял брови.
– Вот как? И что бы вы сделали?
Я ему улыбнулась и заявила легкомысленно:
– Ударила бы сумочкой.
Сердце отчаянно колотилось. Знала же, и чуть так глупо не попалась!
Хочешь притвориться мышкой – мало надеть серую шкуру и накладной хвост. Надо вести себя как мышка. Думать как мышка.
А я расслабилась под опекой Бишопа.
Эллиот вдруг положил руку на сиденье за моей спиной.
И спросил вкрадчиво:
– Почему же вы не ударили меня? На пароходе.
Он смотрел на меня, забавляясь.
Вопрос с подвохом. Не смогла? Не пожелала?
Я запаниковала. И сказала то, чего он услышать точно не хотел:
– Не успела. Бишоп спас.
Эллиот поморщился и наконец завел мотор.
Автомобиль неторопливо катил по улицам. Час не такой уж поздний, так что вокруг кипела жизнь. Сверкали неоновые вывески, издалека доносилось что-то слишком похожее на пальбу, а еще в городе было чересчур много полицейских.
На каждом перекрестке стояла машина с мигалкой. И копы не убирали рук от оружия.
В горле разом пересохло.
– Что случилось? – собственный голос показался не громче мяуканья котенка.
Эллиот бросил на меня взгляд искоса и притормозил у ближайшего поста.
Вышел, переговорил с полицейским и вернулся.
Меж темных бровей залегла хмурая морщинка.
– Облава! – коротко бросил он, и у меня оборвалось сердце.
– Бишоп…
– Все нормально с вашим Бишопом, – раздраженно ответил лейтенант, вновь трогаясь с места. – Ловят бомбистов. Агентура донесла, что они планируют несколько громких терактов. Если Бишоп в этом не замешан, то бояться ему нечего.
– Не замешан, – ответила я, от нахлынувшего облегчения мало что соображая. – Он за «тихую революцию».
Эллиот хмыкнул, и я сообразила, кому это сказала.
– Не паникуйте, – бросил он, почесав нос. – Я знаю, зачем альбы подмяли под себя всю мафию на островах. Не зря же в каждом городке во главе местного клана стоит блондин. Деньги – это власть, не так ли? Можно ведь подкупить сенаторов, чтобы протолкнуть поблажки светловолосым. А кого не купишь, тому и пригрозить не грех…
Я нехотя кивнула. Даже если он в курсе, обсуждать такие вещи с брюнетом попахивало предательством.
– Уверены, что дочь никак не могла отравить Мастерса? – вдруг безо всякого перехода спросил Эллиот. – Потому что я не представляю, как это провернуть в клубе. Куда достовернее выглядит, если дома или в «Бутылке».
– В «Бутылке» никак, – поспешно возразила я. – По времени не подходит.
– Я одного не могу понять, – заметил он. – Почему их обоих не отравили в «Бутылке»? Зачем такие сложности?
Намек мне не понравился. Кажется, Эллиот подозревал, что ему морочат голову.
– Это Дадли бывал в «Бутылке» почти каждый день. А Мастерс туда заходил всего пару раз. Глупо было ловить его там. Тем более если время поджимало.
Эллиот кивнул и вырулил к «Бутылке». Гремела музыка, у входа изнывали желающие попасть внутрь.
Из-под колес брызнула грязь, и от резкой остановки меня бросило вперед.
Лейтенант не позволил мне удариться – удержал за плечи.
– Значит, клуб – это ваше последнее слово?
Тепло его руки чувствовалось даже сквозь пальто.
– Как-то не очень звучит, – поежилась я. – Но да, если уж так ставить вопрос.
Он убрал руку, откинул голову и прикрыл глаза.
– М-да. Весело. А знаете, я правда думал, что вы будете все валить на мисс Мастерс. Почему нет?
– Потому что я знаю, каково это – когда тебя просто так обвиняют в убийстве близкого человека! – резко ответила я.
Стиснула зубы, ругая себя на чем свет стоит.
Не буду оправдываться!
Эллиот теперь рассматривал меня с неподдельным интересом.
Я отвернулась и попросила устало:
– Забудьте. Считайте это моей блажью.
– Расскажите, – вдруг предложил он. – Вас разыскивают за два убийства. Что произошло?
– Чем вас не устраивает официальная версия? – я посмотрела на него с вызовом.
Слишком устала бояться.
Эллиот медленно покачал головой.
– Вы не похожи на охотницу за наследством.
Я усмехнулась.
Надо же, какая проницательность.
– Хорошо, – произнесла я медленно. В конце концов, пора с этим покончить. Он же не отстанет. – Только вы взамен расскажете, что узнали в клубе. И почему вы приехали в Тансфорд.
Он застыл.
– Не слишком ли много?
– Нет. Вы ведь тоже спросили о двух убийствах.
Эллиот дернул уголком губ. И, повернувшись, посмотрел на меня в упор.
– Договорились. Начинаете вы. Только честно.
Я задумалась. Что же, честно так честно.
– Я не убивала мужа. – Отчеканила я, глядя в темные колдовские глаза. – Мы хорошо жили… Он был старше, и намного. Начальник полиции в нашем городке. Только для меня это значения не имело. Мама болела, я разрывалась в поисках заработка… На таких, как я, женятся редко, лейтенант. Особенно богатые и благополучные. А Дэвид женился.
– Он потом жалел?
В негромком голосе Эллиота звучало что-то, подозрительно похожее на сочувствие.
Я мотнула головой.
– Вовсе нет. Мы были счастливы, и я стала ему примерной женой, но… Некоторые болезни не могу вылечить даже я.
Я умолкла, и Эллиот меня не торопил.
Только смысл теперь молчать?
– Пока Дэвид был жив, меня никто не трогал. Но он сделал ошибку – написал завещание в мою пользу. А его сыновья хотели денег… – Эллиот молчал, а я продолжила с каким-то ожесточением: – Не успели его опустить в могилу, как за мной пришла полиция. Еще бы, ведь мой младший пасынок к тому времени стал начальником вместо отца. Яда при вскрытии не нашли, но… Кто бы мне поверил? Ведь я могла его отравить! Значит, отравила.
Я с остервенением дернула себя за светлый локон у щеки. Главная улика против меня.
И прикрыла глаза, переживая все заново. Унижение, плевки вслед, мерзкий шепоток…
– Так что я – мужеубийца, – устало закончила я. – Можете меня арестовать.
Эллиот молчал так долго, что в моей голове стало пусто и холодно.
– Почему вы не убежали в лес? – спросил он наконец.
Я не стала кривить душой:
– У меня на руках была мать, которая не пережила бы зиму в шалаше. Я не могла ее бросить. А тогда я пыталась бороться. Нашла адвоката… А потом старший сын Дэвида зажал меня в углу и… – я судорожно вздохнула и призналась почти спокойно: – Я его убила.
Эллиот до белизны стиснул губы:
– Насильника.
Я пожала плечами и поправила:
– Наследника. Чтобы убрать с дороги. Так решило обвинение.
– И вы сбежали?
– А что мне оставалось? – вопросом на вопрос ответила я. – Бишоп помог. Мама умерла через полгода после переезда в Тансфорд, а я осталась тут.
– Бишоп, – повторил Эллиот так, словно само это имя отдавало у него на языке рыбьим жиром. – А его вы откуда знали?
Я могла бы не отвечать, но никакой крамолы в вопросе не было.
– Он – старый друг Дэвида. Теперь ваша очередь, лейтенант.
Эллиот сжал пальцами переносицу.
– Я приехал в город ненадолго… – он подумал и поправился: – Надеюсь, что ненадолго. Вышла неприятная история с начальником…
– Неужели он вас не ценил? – подсказала я, когда он замялся.
Эллиот обжег меня взглядом.
Пауза и сквозь зубы:
– Я хотел занять его место. А старик уходить не собирался… Я его недооценил и проиграл.
Это признание далось ему тяжело. Хотя недоговаривал он еще больше.
Прямо хотелось погладить по голове и дать конфету.
– Надеетесь, со временем все уляжется?
Он вздохнул и посмотрел на толпу на крыльце.
– У старика есть покровитель. Но он тоже в летах, так что максимум год, и он уйдет в отставку. Тогда можно будет свалить и старика. А пока друзья организовали мне перевод хоть куда-то. Главное, чтобы подальше и потише. Довольны?
Я кивнула, принимая все недосказанности.
Значит, Эллиот метит высоко. Из этого следует… Много что.
Во-первых, теперь ясно, почему он так отчаянно пытается раскрыть это убийство. Дело громкое, на нем можно сделать карьеру.
А во-вторых, лейтенант связан по рукам и ногам… Но об этом я думать не буду.
Лучше спросить о другом:
– А что вы выяснили?
– У Мастерса была любовница, – Эллиот побарабанил пальцами по рулю. – Думаю сейчас к ней поехать.
– Сейчас? – переспросила я недоверчиво. – Лейтенант, первый час!
– Ну и что? – парировал он. – Она актриса варьете, так что для нее еще рано. Доброй ночи, мисс Вудс!
И открыл мне дверцу.
***
Веселье в «Бутылке» только набирало обороты.
Вышибала кивнул мне и прогудел:
– Мисс, я вас провожу!
Я благодарно улыбнулась.
Устала. Нет сил отбиваться от очередного пьяного мужика…
Бишоп валялся в постели, задрав ноги на декоративную подушку.
Он повернул голову на скрип двери. Отсалютовал мне стаканом.
– Вернулась, – констатировал он. – Ну, заходи.
И сделал большой глоток.
– Ты слишком много пьешь, – поморщившись, заметила я.
И закрыла дверь.
Он криво усмехнулся и выпил еще.
– Тяжелый день. А ты пилишь меня, как сварливая жена.
Я молча отвернулась и потянула молнию платья.
Снять не успела: Бишоп вдруг схватил меня за руку и опрокинул на постель.
Он навис надо мной, опираясь на локти.
– Эмили, – заговорил он тихо и жестко. – Ты упрекала меня за тех шлюх. А сама?
– Я не спала с Эллиотом. Даже не собиралась.
И прикусила язык. Неужели оправдываюсь?
– Плевать! – грубо ответил он. – Эмили, я – босс. Ты – моя женщина. О тебе не должны плескать языками. А ты сидишь с ним тут один на один или вообще уходишь у всех на виду.
Вдруг стало смешно.
Надо мной нависал разъяренный мужчина, а я не могла сдержать улыбки.
– Ты ревнуешь, – я провела рукой по его колючей щеке.
Коснулась морщинок в углу глаза, обрисовала пальцем чуть заметный шрам.
Бишоп напрягся.
Крупный, твердый, смертоносный. Как кольт сорок пятого калибра.
– Ревную, – признался Бишоп с расстановкой. – Тебя это удивляет?
Многое можно сказать в ответ. Только зачем?
Я просто обняла его за шею и поцеловала.
Глава 7
Глава 7.
Разбудил нас стук в дверь. Негромкий, почти робкий.
– Босс, – позвал охранник.
– Что еще? – Бишоп поднял голову и прикрыл рукой зевок.
– Там опять тот полицейский.
С Бишопа мигом слетела сонливость.
Он резко сел на постели.
– Скажи ему, через пять минут буду.
– Да, босс!
Тяжелые шаги по лестнице… А Бишоп процедил ругательство.
– Что ты собираешься делать? – спросила я и тоже села, придерживая простыню на груди.
Он откинул покрывало.
– Набью ему морду, – ответил он спокойно. – Спи.
– Вот еще! – возмутилась я.
Бишоп, прищурившись, посмотрел на меня. Ноздри его не раз сломанного носа гневно раздувались.
Пришлось объяснять:
– Не хочу это пропустить.
Бишоп ухмыльнулся и притянул меня к себе.
– Кровожадная, – произнес он мне в губы.
***
В зале было пусто. Еще бы, такая рань!
Эллиот преспокойно попивал кофе, расположившись за столиком в углу.
Он поднял голову, смерил нас взглядом.
– Доброе утро.
Бишоп остановился напротив. Сунул руки в карманы брюк. Качнулся на носки и обратно.
– Что ты тут делаешь? – спросил он неприветливо.
– Пью кофе, – лейтенант продемонстрировал опустевшую чашку. – Это ведь кафе.
– Бар, – поправил Бишоп. Отодвинул стул, жестом предложил мне сесть.
Я отрицательно качнула головой.
На душе было неспокойно. Эллиот откровенно нарывался. Понять бы, зачем?
– Так что тебе надо, лейтенант? – в лоб спросил Бишоп, усаживаясь напротив.
Эллиот откинулся на спинку, скрестил руки на груди и дернул уголком рта.
– Раз уж болтать ты не настроен, спрошу прямо. Толбот тебе не родственник?
Бишоп вытаращил глаза.
– Ты перепил? Или недоспал? – присмотрелся и кивнул уверенно: – М-да, не спал ты точно.
– Ничего, я вполне соображаю, – Эллиот поправил криво повязанный галстук.
Выглядел он паршиво – щетина, мятая рубашка, кое-как расчесанные волосы. А на шее лейтенанта красовались свежие засосы.
Он потер красные глаза и повторил:
– Так что? Родственник? Учти, я уже сделал запрос в архив.
– С какой радости я должен тебе отвечать? – процедил Бишоп, разглядывая его сощуренными глазами. – Ты что, на допрос меня вызвал?
– Надо будет – вызову, – пообещал лейтенант холодно.
Бишоп хмыкнул.
– И будешь расспрашивать о родне? Не дури.
– Я не дурю, – в тоне Эллиота звенел лед. Он подался вперед и буквально воткнул в Бишопа внимательный взгляд. – Мне позвонил друг Толбота. Он вспомнил, как Толбот рассказывал, что неожиданно встретил родственника. «Он точь-в-точь похож на отца» – вот как он сказал. А убил его блондин. Если верить мисс Вудс, конечно.
Бишоп на меня даже не взглянул. Однако заметно напрягся.
– Я такого не говорила! – возмутилась я. – Толбот мог просто впустить гостя.
Меня не замечали.
Бишоп растянул губы в ухмылке.
– Думаешь, – проговорил он почти весело, – Толбот на пятом году жизни в городе вдруг заметил наше сходство? Пей меньше. Или закусывай.
Эллиот пропустил эту тираду мимо ушей.
– Кого ты покрываешь на этот раз, Бишоп? Ее? – лейтенант мотнул головой в мою сторону. – Или кого-то еще? Или ты сам их убил?
Зря он так. Бишопа сложно взбесить, но Эллиот очень старался.
Бишоп оперся кулаками о стол и приподнялся.
– Пошел вон отсюда.
– Что? – Эллиот вздернул темные брови в показном удивлении.
Бишоп молча ему вмазал.
Эллиот уклонился, но недостаточно проворно. Прошлая стычка Бишопа кое-чему научила…
Лейтенант коснулся разбитых губ. Посмотрел на кончики пальцев, измазанные в крови.
– Проклятье!
Поморщился и вынул носовой платок.
– Еще раз сюда заявишься, – произнес Бишоп почти спокойно, – и я вобью твои… тебе в глотку. Понял?
Эллиот взял со стола шляпу и поднялся.
– Зря! – бросил он. – Мисс Вудс, до свидания.
И ушел.
Бишоп смотрел ему вслед холодными злыми глазами. Велел охраннику:
– Больше не пускать.
– Да, шеф! – тот вытянулся по струнке.
Бишоп обернулся ко мне.
– Эйлин…
– Не уеду! – перебила я поспешно.
Эллиот обещал отыграться на нем, но сейчас напоминать об этом не стоило.
Он нахмурился.
– Вечером поговорим.
И, даже не поцеловав на прощание, вышел.
***
Вечером разговора не вышло.
Бишоп пришел поздно. Я проснулась, когда кровать прогнулась под его весом, и потянулась обнять.
Он мягко отстранился.
– Не сейчас. Я устал.
И отвернулся к стене…
Назавтра я чувствовала себя разбитой, сонной и очень несчастной.
Бармен, не спрашивая, плеснул мне в кофе солидную дозу коньяка. А официантки, кажется, шушукались о нас с Бишопом.
Мне было плевать.
Слишком много всего навалилось. Я запуталась…
Целый день я провела в постели.
Надо бы встать, заняться чем-то… Не было сил.
Когда в дверь постучали, я откликнулась не сразу.
– Мисс, вас к телефону! – из-за двери сообщил звонкий женский голос.
Пришлось вставать.
Я отодвинула щеколду.
– Кто? – спросила коротко.
– Не знаю! – призналась она. – Мужчина. Сказал, что это очень, очень важно. И срочно. Спуститесь?
– Хорошо, – решила я после недолгого колебания. И посильнее затянула пояс. – Я поговорю с кухни.
Она кивнула и убежала.
Странно выходить из комнаты в халате, но времени переодеться не было. Я пробралась к черному ходу.
На кухне все кипело и скворчало. Пахло специями и крепким бульоном. Повариха стучала ножом, измельчая овощи.
Я прошмыгнула в каморку со всякой рухлядью и телефоном.
– Алло! Слушаю.
Сквозь треск и шипение помех донесся знакомый голос.
– Без имен, – предостерег он сразу. Говорил он короткими рублеными фразами. – Предупредите… его. Будет облава. Северный склад, этой ночью. Скорее всего, там что-то подложили.
– Откуда вы?.. – я вцепилась в трубку повлажневшими руками.
– Друзья сказали. Был сигнал. Предупредите. Иначе будет плохо.
– Вы… – начала я.
– Не могу! – перебил он. – Я звоню из автомата.
И я сообразила, что сморозила глупость. И так рискует. А если его застанут на складе… Лучше не представлять.
– Спасибо! – выдохнула я.
– Он будет мне крепко должен. – И лейтенант повесил трубку.
Я слушала гудки и судорожно думала.
Похоже, Бишоп вляпался по уши. Телефона там нет, придется ехать.
Но на такси туда не добраться, тем более, вечером. Все в курсе, что по ночам там грузят алкоголь и промышляют другими незаконными сделками. Кто же захочет рисковать собственной шеей?
Я прикусила губу. И, как была, в халате, направилась в зал.
Спина чесалась от множества взглядов, но… Не до условностей сейчас.
Я поманила охранника в сторону.
– Нужна машина. Срочно. Не такси.
– Но… – начал он. Пожевал губу и махнул товарищу. – Дэн, пусть меня кто-нибудь подменит. Важное дело.
Тот покосился на меня с любопытством.
– Ладно. Справимся.
А «мой» охранник (по-моему, Эндрю) сказал, понизив голос:
– Я подгоню машину через пять минут. И, мисс… Вам бы переодеться. Без обид.
– Конечно, – я закивала. – Я быстро.
***
Через десять минут автомобиль уже мчал по городу.
Хотелось еще быстрее. Только будет хуже, если нас задержит полиция.
– Чуть помедленнее! – крикнула я, чтобы перекрыть гудки клаксонов.
Эндрю немного сбросил скорость.
– Я знаю короткую дорогу, – подбодрил он, посмотрев на меня в зеркало. – Мигом домчим, не переживайте.
Я благодарно кивнула. И попыталась пальцами расчесать волосы.
Ни сумочки, ни косметики. Первый попавшийся наряд. Я даже чулок не надела!
Потому что если Бишоп…
Я встряхнула головой. Не думать об этом!
Лучше смотреть в окно. Постепенно вывески и огни за ним сменились глухими заборами и приземистыми складами.
– Подъезжаем, – коротко сообщил водитель, свернув в проулок. – Лучше выйти здесь. Чтобы не заметили.
– Спасибо! – искренне сказала я.
И распахнула дверцу.
Он вышел следом. Вынул пистолет из кобуры, а из кармана фонарик.
– Идите за мной. Не высовывайтесь.
И тревожно посмотрел во тьму. Луна яркая, но толку от нее мало. Тут везде ямы и камни.
Я сглотнула.
– Я сама.
Он коротко дернул подбородком.
– Босс мне голову оторвет, если с вами что. Нет времени спорить.
Пришлось согласиться.
Времени действительно не было…
Пробираясь задворками, я тихо радовалась, что не надела чулки. Уже раз десять бы порвала.
Я прикусила щеку. Какая чушь лезет в голову!
Голые ноги замерзли, но холод чувствовался словно издалека. От волнения меня колотила дрожь.
– Пришли, – шепот охранника дрожью отдавался в позвоночнике.
Невысокое серое здание ничем не выделялось в ряду таких же. Сквозь плотные жалюзи изнутри не пробивался даже лучик света.
На минуту у меня закрались сомнения. Вдруг ошиблись? Я была тут только раз.
Тьфу, можно же проверить!
Я закрыла глаза, прислушалась… Девять человек, мужчины. Все верно.
И мелочь вроде крыс, пауков и одинокого ужа.
– Сигнал знаете? – спросил Эндрю, повернув голову.
С такой короткой толстой шеей этот трюк наверняка давался ему нелегко.
Я молча кивнула. И шагнула к глухой железной двери.
Пальцы сами отстучали: длинный удар и три коротких. Потом два длинных и два коротких. Пауза – и снова длинный и три коротких.
Я буквально кожей почувствовала, как внутри все замерло.
И отбила морзянкой «Эмили».
Открыли почти сразу.
Дверь распахнулась так резко, что я непроизвольно отшатнулась.
– Что ты тут делаешь? – шепотом рявкнул Бишоп.
Низко надвинутая шляпа и воротник плаща скрывали его лицо.
– Дело! – выдохнула я. Встала на цыпочки и сказала так тихо, чтобы расслышал только он: – Сегодня будет облава. Звонил… друг.
Бишоп взял меня за плечи, всмотрелся в лицо… И втянул внутрь.
Эндрю едва успел проскользнуть следом. Мужчины стояли у стен. Руки на оружии, настороженные позы…
Дверь захлопнулась, а Бишоп скомандовал:
– Шухер. Уходим.
– Товар забирать? – деловито осведомился кто-то.
– Сколько у нас времени? – а это уже мне.
Я могла только развести руками.
– Сегодня ночью, без подробностей. – А потом вспомнила самое главное и схватила Бишопа за рукав плаща. – Постой. Тут должно быть что-то… Что-то подкинули.
Бишоп стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки.
– Проклятье, – выдохнул кто-то.
– Нет времени искать, – процедил Бишоп, хмуро оглядывая ряды ящиков. – Уходим. Возьмем, что успеем.
– Босс, – осторожно сказал тип в черном плаще до пят, – если имперцы найдут что-то кроме выпивки, они весь город перевернут.
– Нет времени! – рявкнул Бишоп. – Или ты хочешь остаться и поискать сам?
Испуганный мужчина только головой качнул.
А я со страху начала лучше соображать.
– Бишоп, – окликнула я негромко.
Он обернулся: высокий, мрачный. От него исходили почти зримые волны тревоги.
– Что? – коротко бросил он.
– Отойдите все туда, – я махнула рукой на дальнюю стену, свободную от ящиков. – Я попробую.
Бишоп вдруг шагнул вперед. Обхватил мое лицо руками в кожаных перчатках.
Я бестрепетно посмотрела в его глаза, еле видимые в слабом свете.
– Уверена?
– А есть другой выход?
Он резко выдохнул и коротко поцеловал меня в губы.
– Действуй. – И, уже своим людям: – Отходим. В сторону!
Я прикрыла глаза. Нет времени колебаться.
И запела – тихонько, чуть слышно, раскинув руки в стороны.
Пару минут ничего не происходило, а затем…
– Боже! – выдохнул кто-то. – Что…
– Проклятье! – вторил ему другой голос.
– Тихо! – а это уже Бишоп.
Что значит, непререкаемый авторитет: голоса сразу смолкли. Только кто-то гулко сглатывал.
Я знала, что они видят: крысы, пауки, змеи стекались ко мне со всей округи.
Что поделать, если тут не было котят и милых кроликов?
– Ищите! – приказала я на языке, который тут знали только мы с Бишопом.
Живность, впрочем, в переводе не нуждалась. Как и в уточнениях. И хорошо, потому что я сама толком не знала, что искать.
Я чувствовала их, как собственные пальцы. Теплые шкурки крыс и шелковистую кожу змей, лапки пауков и крылышки комаров…
И не открывала глаз. Не сбиться, только бы не сбиться…
Я столько лет пряталась и боялась, что совсем растеряла навыки.
Тонкий писк заставил сердце подпрыгнуть к горлу. Нашли!
– Спасибо, – сказала я на том же древнем языке.
И подарила каждому из помощников капельку силы. Пусть у них будет чуть-чуть больше жизни.
Одна из крыс поднялась на задние лапки, положив передние на мои голые ноги.
Судя по звуку, кто-то боролся с тошнотой, но мне было не до того.
Накатила усталость, от которой руки и ноги словно налились свинцом. Перед глазами все расплывалось. М-да, такие штуки часто не проделаешь!
Я поморгала, пытаясь навести резкость.
– Что? – я присела на корточки. Всмотрелась в серую морду и сообразила: – Охранять?
Крыса согласно шевельнула усами.
– Хорошо! – решила я, опираясь на какой-то сверток. – Люди. Машины. Сообщить.
Шорох маленьких ножек, тихий писк… и все смолкло.
Я с трудом поднялась на ноги. Мужчины сгрудились у стены и не двигались с места.
Надеюсь, это не приведет к новой охоте на ведьм!
– Тут, – я похлопала по крышке ящика. – И тут.
Судя по наклейкам, внутри было хозяйственное мыло.
Дохода подпольные мыловарни приносили немного, но Бишоп им не брезговал. Лишний повод щелкнуть по носу власти – обойтись без разрешения государства.
Бишоп приблизился, ударом кулака сбил крышку… и выругался так, что я покраснела.
Второй смельчак выглянул из-за его спины.
– Динамит!
Бишоп сориентировался быстро. Взял меня за руку, делясь теплом и силой.
– Эти два ящика – в реку. И быстро уходим.
Двое подхватили опасный груз и куда-то уволокли.
– А спиртное? Тут же товара на десятки тысяч!
– Увезем, сколько успеем, – решил Бишоп. – Эйлин, за сколько ты узнаешь о гостях?
– Минут десять, – прикинула я. – Я больше не удержу.
– Хватит. – Он обнял меня за плечи, прижал на мгновение к твердой груди и скомандовал: – Работаем!..
Мы успели вынести больше половины. Самое ценное.
Тревожный писк раздался, когда люди Бишопа уволокли очередную партию.
– Это?.. – Бишоп взглянул на меня.
Я молча кивнула.
Он сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул. А потом схватил меня за руку.
– Бежим!
И мы побежали.
Я молилась только, чтобы не переломать ноги. И не попасться. И…
А дальше осталось лишь прерывистое дыхание. А еще боль в правом подреберье.
И топот ног за спиной.
– Сюда, – Бишоп каким-то чудом вынырнул к своей машине.
Не дорогой, представительской, но тоже ничего.
– Залезай! – он рванул дверцу, и я покорно забралась внутрь.
Перевела дыхание.
Ужасно хотелось пить.
– Термос в бардачке, – Бишоп устроился на месте водителя.
Я поспешно щелкнула замком.
Есть!
Горячий чай – очень крепкий и сладкий – возродил меня к жизни.
– Почему мы не едем? – сообразила я, утолив жажду.
Он медленно покачал головой.
– Дорога перекрыта. Не успели… Ты мне веришь?
Я успела только кивнуть. Бишоп отобрал термос – и вдруг притиснул меня к себе. Поцеловал жадно. Сжал руками бедра…
– Эй! – стук в стекло заставил меня вздрогнуть.
Бишоп нехотя оторвался от моих губ. Обернулся.
– Что вам… офицер?
– Вы что тут делаете? – полицейский сверлил нас подозрительным взглядом.
– А не видно? – с сарказмом ответил Бишоп.
Покосился на меня – и я принялась торопливо застегивать блузку.
Когда он успел?..
– Ты не умничай! – насупился полицейский. – Выходите!
– Я разберусь, – пообещал меня Бишоп. – Сиди.
И выбрался наружу.
– Офицер, – теперь в голосе Бишопа слышались просительные нотки. – Ну девушку я сюда привез. Что такого?
– В таком месте? – проскрежетал офицер, не убирая руки от кобуры.
– Э-э-э, – Бишоп огляделся, сдвинул шляпу на затылок. – М-да, занесло же нас. Уж очень… хотелось. Вы же меня понимаете?
И подмигнул.
– Войдите в наше положение, а? – продолжил увещевать Бишоп. – У нее муж ревнивый. А что случилось-то?
Он будто только теперь заметил машины с мигалками.
– Облава, – объяснил полицейский коротко. – Ладно, сейчас у начальства спрошу.
И утопал в сторону ближайшего авто.
Я выбралась наружу. Поежилась – поднялся холодный ветер, и дождь опять накрапывал.
Бишоп обнял меня за плечи.
– Вот будет весело, – шепнул он мне на ухо, – если нас арестуют за аморальное поведение!
Я фыркнула.
А он прав. Максимум, что нам теперь грозит – ночевка в участке и небольшой штраф.
Неужели обошлось?
***
Меня разбудили тихие шаги.
Я с трудом открыла глаза – легли мы уже под утро. И приподнялась на постели, опираясь на локоть.
Адвокат Бишопа вызволил нас в пятом часу, так что ночка выдалась та еще.
Бишоп собирался, стараясь не шуметь. При его габаритах это было непросто.
– Спи, – сказал он, обернувшись на шорох. – Еще рано.
– А ты куда? – я сонно потерла глаза.
Он надел кобуру и набросил сверху пиджак.
– Хочу найти того ублюдка, который меня сдал.
Злой голос Бишопа не сулил предателю ничего приятного.
– Удачи! – пожелала я. – А можно я?..
Он покачал головой. И присел на постель.
– Эмили, – Бишоп взял меня за подбородок и посмотрел в глаза. – Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты в безопасности.
От него так знакомо пахло мылом и одеколоном.
– А я в безопасности? – спросила я тихо. – Тебя ведь сдал кто-то из своих…
Бишоп нахмурился.
– Хочешь обратно к себе?
Я прикусила губу и кивнула. Отчаянно хотелось в свою уютную норку, подальше от ядов, загадок и разборок.
Трусость? Наверное.
Он отвернулся. Видно только гладко выбритую щеку, сжатые губы и упрямый подбородок.
– Хорошо. Эндрю тебя отвезет.
И встал.
– Бишоп! – окликнула я.
Он на мгновение замер, но не обернулся.
Хлопнула дверь, и я обессилено опустилась на подушки.
– Проклятье!
***
Бишоп плечом захлопнул дверь. Бросил шляпу в кресло.
И окаменел.
– Добрый вечер, – я отложила в сторону тетрадь с рецептами. – Ты как раз вовремя.
– Для чего? – отмер он.
Отошел в сторону и присел на широкий подоконник.
Я тихо вздохнула, собрала в кучу справочники по химии и мыловарению.
