Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

День заканчивался бесконечными пересказываниями случившегося. На свинью ходили смотреть ещё раз все вместе, потом по отдельности. После долгих споров, решили ей выделить отдельное помещение, но в хлеву. Чудеса логики она не демонстрировала, одеваться не захотела, но явно понимала обращенную к ней речь. Поскольку Гаруня перекусив ушла к себе на крышу, то Дару предложил дождаться следующего дня и предоставить ей возможность решать дальнейшую судьбу свиньи. Возражать никто не стал. Тем же вечером, прошёл небольшой семейный совет по поводу гаргульи.

–Ильяна, я не понимаю почему ты её защищаешь, – возмущался Кордилион, – мы рассчитывали на защитника для нашего сына, а получили непонятно что.

–Но Корд, это твоя уверенность, что всё получится, сделала ситуацию критичной. Я связывалась с питомником, у них нет и не будет около года свободных дракончиков.

–Значит я сам вытрясу душу из этой фифы и научу её защищать Алеша.

–Так нельзя! Кстати насчёт души, я много думала и пришла к выводу, что в Гаруне душа ушедшего, а не заново рождённая.

–Разве такое возможно?

–Кордилион, ты меня удивляешь. А куда деваемся мы после смерти?

–Но я думал, что мы где-то летаем между звёзд, – растеряно произнёс муж.

–А если мы возвращаемся обратно, – предположила Ильяна.

–Тогда нашлись бы специалисты и заставили бы вспомнить прошлое.

–Вспомнить прошлое, – задумчиво повторила лэра, – нет, она не из нашего мира. Она другая, и не помнит себя. Это странно, Гаруня заполнена знаниями, но как только пытается вспомнить, так сразу "плывёт". Как будто ей что-то мешает.

Ильяна замолчала и погладив мужа по плечу, заглядывая ему в глаза, попросила.

–Прошу тебя будь с ней вежливей.

–Нет, вся эта оставшаяся память мешает ей жить. Она гаргулья, она защитник, воин, и я её буду гонять всё оставшееся время. Надо выбивать из неё всю дурь.

–Ты не понимаешь, – воскликнула Ильяна.

–Нет, милая, я как раз всё понимаю и смотрю вперёд. Поверь мне, я не злодей и тоже желаю ей добра, но потакательство ей не на пользу. Наш мир не прощает ошибок, а ей служить вместе с нашим сыном. Её ошибка, ему отвечать.

–Да, Кордилион, ты прав, но я думала, что мы не будем её посылать вместе с Алешом. Ей всё же в крепости не место.

Гаруня уютно закутавшись в крылья посидела под звёздами, находя в созерцании их умиротворение. После, когда ветер слишком обнаглел, она переместилась в свои покои и замерла у окна. Её мысли остались витать в облаках. Мечталось ей, что сидит она на возвышении в огромном зале с колоннами, заполненным народом и все в тишине внимают ей. Она же в чёрной мантии, в красивой чёрной шапочке не торопясь, излагает истины. Эту сладкую мысль гаргулья обмусолила со всех сторон и не желая расставаться с ней начала придумывать дополнения. Вот уже возле неё почётный караул стоит из красавцев мужчин, вот ей подарки несут, а вот.... Пожалуй, надо остановиться на мужчинах. Какие они будут? Почему-то всё время представляются человеческие образцы. Надо бы о гаргуле помечтать. Новый виток фантазий увлёк и не заметила, как наступило утро.

С утра всегда много дел, привести себя в порядок, посмотреть, как можно обновить свой гардеробчик, удачно сочетая имеющееся. Потом срочно пришлось решать вопрос со свиньёй. Есть в этом мире некая несправедливость! Платил Алеш, а отвечать ей! Ну что ж, придётся взвалить на себя эту ношу, вздыхала Гаруня, цокая набойками шлёпок выходя из дома. Возле хлева собралась куча бездельников, ожидавших Слова гаргульи. Чем-то это напомнило ей сон, и она смягчилась. С умным видом осмотрев полную гостью, она вынесла вердикт.

–Будет охотницей!

Тишина и несколько звуков, характерных при подавлении слюной, были ей ответом. Когда и у свиньи ноги не выдержали, и она с глухим стуком села на попу, как гончая, то народ начал обсуждать предложение.

–А что, весом пожалуй кого задавить сможет, – послышалась неуверенная поддержка из стана доброжелателей.

–Опять же ежели в грязи вывозиться, так подкрасться сможет незаметно, а там и разрыв сердца хищнику обеспечен.

–Надо шлем ей изготовить и рогатый ошейник, как у тварей изнаночных, чтобы защищали значит-цо и на мысли о беконе не наводили.

Гаргулья покачала головой, видя, как глаза свиньи наполняются тоской и отчаянием. "Выразительная зверушка", подумала она и движением кисти прекратила разгорающиеся дебаты.

–Отдадим тебя милая знахарю в ученики, – обратилась Гаруня напрямую к хрюше, – будешь ему искать редкие травы, грибы и прочие ингредиенты. Нюх у тебя как?

Свинья втянула пятачком воздух и растерянно посмотрела на монстру.

–Покажет он тебе нужные ему запахи, а ты уж не оплошай. Правда, похудеть тебе дорогуша придётся, но это только на пользу пойдёт. Сдружишься с знахарем, он тебе и настоечку для здоровья подкинет, чтобы жила подольше, может ещё умишка подбросит. Так что ты выгоду свою осознай и пяточек по ветру держи. Ну а ежели что, возвращайся, не обидим.

Закончив свою выдающуюся речь, которая будет пересказываться свидетелями не один раз, гаргулья обратилась к дворецкому.

–Дару, последи, чтобы контракт со знахарем составили. Он обязан обучить, оберегать, кормить, уважать достоинство свиньи, ну и всё что положено, она же обязуется прилежно учиться, блюсти себя... Зарплату там какую-нибудь нарисуй ей, надо же Алешу деньги возвернуть. В общем, расстарайся, Хавроня у нас одна такая, единственная, думаю о ней вскоре и в столице прознают, познакомиться захотят. Кто знает, может звездой станет, в экспедицию её возьмут, редкости отыскивать.

Гаргулья разглагольствовала, а у свиньи голова кругом шла от открывающихся перед ней перспектив. Ну разве знала она, что её пятачок может быть столь ценен? А нюх у неё отличный, дайте только задание, уж она не осрамится.

Шоу: "Гаруня, свинья и ко", совсем невежливо прервал лэр-в Фэрокс.

–А мастерица сыска, ты здесь! – как-то чрезмерно радостно воскликнул он, что тревожно насторожило очевидцев, – пойдём-ка потренирую тебя немного.

Кто знает, как себя надо было вести? Отказываться, прикинуться больной или сразу подаваться в бега, но Гаруня лишь смутно беспокоясь, потащилась за командующим, надеясь, что тренировка будет похожа на предыдущие с Алешом.

Сердечко ёкнуло, когда полигон замкнулся. Потом показалось, что она как-то научилась сглатывать, когда увидела новый ларчик с ярко окрашенными кристаллами теней. Свидетели утверждали, что Гаруню тренировали до обеда, но её внутренние ощущения выдавали бесконечность времени.

Монстры возрождались из небытия один за другим и помнить о том, что они всего лишь тени, под грозные крики командующего не хватало мозгов. Все силы организма были направлены на увиливания, отступание, взлёты, пируэты и тому подобное. Уж на что лэр-в Ферокс был тёртым калачом, но когда гаргулья запутывая монстров, заскакала как блоха, он со стоном сдался и решил, что пора передохнуть.

Стены полигона разомкнулись, и толпа сочувствующих, хлынула на арену. Они всё видели, каждый мог засвидетельствовать жестокость командующего выпускавшего одновременно подземных монстров, наземных и воздушных. Видя, как отчаянно мечется гаргулья, все забыли о том, что чудовищные создания всего лишь тени, причём не всегда реагирующие в полную мощь из-за малой тёплости гаргульи. Под всеобщим осуждением лэр-в Ферокс стушевался, но убеждению своему остался верен. Поддержку он нашёл только в глазах капитана.

–Ничего командующий, это только первый день, дальше будет легче, – шепнул он ему.

–Не уверен, – так же тихо пожаловался командующий.

–Не забывай, она нулевик, но всё же условно выжила. Вёрткая, непредсказуемая, дурная.

Фэрокс с сомнением посмотрел на товарища, видимо не принимая озвученные полезные качества, но в ответ словно поклялся.

–Я выпросил себе ещё пяток дней отпуска, так что успею вбить в неё основы. Пусть хоть себя сумеет защитить, чтобы Алеш на неё не отвлекался.

Капитан всем своим видом излучал согласие. Так создалась первая коалиция в доме.

Вторая рождалась в это же время и была более многочисленной, но не обладающей властью. Возглавил её Дару. Увидев в каком плачевном состоянии его лэра, он бросился с подмогой. Пользуясь её подсказками, хотя многие назвали бы это капризами, он организовал поливание лэры водой в саду. Из одежды на ней за время тренировки удержалась только кожаная юбочка, всё остальное имело весьма плачевный вид. Прямо в юбочке, растопырив крылья, она принимала ручной душ. На неё выливали ведро за ведром, а девчонки протирали её тряпочками. Следующим этапом лэру повели кормить. Простой пищи оказалось мало и Ильяне пришлось поделиться своими камешками. В этот раз душа Гаруни запросила чего-то такого, чего не было в сундучке. Пришлось довольствоваться бирюзой и хризопразом. Видя, что с хризопразом хозяйке расставаться жалко, гаргулья поскромничала и отложила его, но Ильяна проявила благородство и настояла на том, чтобы Гаруня взяла его. Никто не виноват, что гаргулье для восстановления нужны драгоценные камни.

Несколько нелестных слов Ильяна адресовала мужу, за его дурацкую идею заполучить гаргулью, но чего уж теперь. Пожалуй, и правда, надо ежедневно получаемую Гаруней огненную воду продавать в аптеки. Местной столько не надо, а вот в столице можно будет наладить торговлю. Жаль, что времени мало, а то неплохо бы гаргулью свозить на рудники. Там и камни прикупить подешевле можно, да и сама она могла бы подыскать себе что-нибудь.

Тренировка Гаруни произвела на всех впечатление, в том числе и на Алеша. Он как раз лучше всех видел, что от такого стресса гаргулья ошалела и ничего не соображала. Один раз всего она махнула лапой отбиться, но когда от её взмаха у тени словно напоказ вывалились внутренности, гаргулья действовала уже совсем без ума. Такое чувство, что она в обмороке, а тело дёргалось спасая само себя, но больше лапами не махало. Толку от такой тренировки молодой воин не видел, о чём и заявил отцу.

–С ней так нельзя, – преградив дорогу, заявил Алеш. – Ты её ломаешь, хочешь сделать бездумного монстра.

–Сынок, она и есть монстр, я просто разбужу её – с видимым огорчением, что объяснений не избежать пояснил Фэрокс.

–Не верю, что ты не видишь, что ничего от хищницы в ней нет, – с юношеским запалом, который сводил на нет силу убеждения, воскликнул младший.

–Алеш, я всё вижу, всё понимаю, но тебе ещё предстоит столкнуться с хаосом, когда твари изнанки полезут и тогда каждого растерявшегося бойца целесообразнее убить своим же. Она должна быть готова к тому, с чем столкнётся, – как можно мягче произнёс отец.

–Хорошо, но не надо так резко. Я с ней занимаюсь и у неё всё получается, – не сдавался Алеш.

–Сынок, времени нет, тебе в конце месяца уже надо быть в столице, там последний этап обучения, даже не обучения, а проверка и всё. Прости меня, я сглупил с подбором тебе питомца, но теперь быстро всё не изменить.

Отец с сыном ещё немного поспорили и договорились проводить тренировку вместе в более щадящем режиме. Все разговоры, мысли по поводу гаргульи были бы чрезвычайно интересны, если бы в это самое время на территории сада Фэроксов не совершалось одно из самых загадочных преступлений. Может даже более энигматическое, чем дело о поумневшей свинье. Жертвой этого злодеяния стал гусь.

Глава 7. Дело об энте.

Тренировка гаргульи послужила топливом для многочисленных обсуждений, споров, утверждений. Ситуация складывалась неоднозначная и пыл прений, у некоторых выливался в тривиальную грызню, в которой никак не рождалась истина. Тем временем, к дворецкому подошла птичница и колеблясь поведала свои сомнения.

–Господин Дару, – начала она вполне бойко, но тут же увяла, не зная, как продолжить.

–Ну, чего тебе Киззи? – недовольный неопрятным видом девицы, резковато отреагировал мужчина.

–У меня тут, ну там... не пойму я чего-то...

–По делу, Киззи, давай предметно по делу, – девица раскрыла глаза и пришлось ей помочь наводящим вопросом. – Кормов не хватает?

–Не, с кормами пока нормально, хотя запас не помешал бы. У меня там...но я не виновата, я смотрела, да разве уследишь за всеми, – заторопилась птичница высказаться, но явно в весьма общих чертах с упоминанием родственников и своей незабвенной бабушки, занимавшей в своё время почётные места в номинациях "лучшее подворье" или "лучшая птичница".

–Минус десятая часть жалования, за отнятое время. Не можешь чётко доложить, значит виновата, отсюда следует что?

–Что?

–Штраф.

–Так я же говорю, господин Дару, гусей у меня вроде как не хватает.

–Что значит не хватает? Сколько, когда?

–Откуда я знаю сколько. Как их посчитать? Да только вижу я, что не полная стая. Ещё на днях показалось, вчера сомневалась, а сегодня точно знаю, меньше их стало, – выпалила Киззи и заревела, размазывая слёзы по щекам.

Дару задумался. Гусей держали только они, поэтому стая была большая, порядка сотни голов. Птичница считать умела до десяти, не удивительно, что сразу разобраться не смогла. Думать о том, что кто-то из своих под шумок утащил птицу, не хотелось. Люди работают давно, у всех свои недостатки, но несунов не было. И что же делать, когда девичьи глаза смотрят на тебя, как на всезнающего и всемогущего?

"Надо осмотреть место преступления!", пришла спасительная мысль, из недавнего прошлого.

–Пошли, – скомандовал Дару птичнице.

Придя к гусиному домику, дворецкий задумался: "А где оно место преступления?". Чтобы не ронять своего авторитета, он с умным видом заглянул внутрь. В домике было всё в порядке, ни дыр, ни подкопов. Уже немного сомневаясь в своих силах, он обошёл место выгула птиц. Небольшая площадка с водоёмом, огороженная почти декоративным низким заборчиком. Ничего подозрительного не обнаружил. Мелькнула мысль, что может в водоёме кто завёлся? Дару замер, обдумывая мысль исследования дна, и если бы не порыв ветра, то уже на следующий день начались бы водоочистительные работы. Ветерок же своим порывом пригнал мягкий пушок птицы прямо под нос молодого мужчины. Беспокоясь за свою нарядную одежду, Дару поспешил отойти от птичьего двора. Сделав пару шагов, до него вдруг дошло, что лёгкий пушок прилетел не со двора, а со стороны сада. Развернувшись точно лицом к ветру, дворецкий начал продвигаться, внимательно осматривая всё по пути. На земле он обнаружил некоторые следы, но они не являлись следами в прямом смысле слова. Это не отпечатки ног, лап, а разбросанные на расстоянии полутора– двух метров зацепки за землю. Как будто чуть копнули узкой лопатой и бросили. Эти странные следы, привели к месту гибели гуся.

–Ясно одно, что среди своих воров нет, но дельце вырисовывается тёмное, – на всякий случай Дару проговорил свои догадки вслух, так как он видел, что именно это помогало в расследовании дела о свинье. К сожалению, кроме этой глубокомысленной мысли озвучивать было больше нечего.

Дворецкий велел всем быть бдительнее, проверил магическую охрану дома и решил на следующий день доложить о происшествии.

Для гаргульи день закончился быстро, ночь прошла незаметно. Впервые со времени своего появления магическое существо находилось в шоковом состоянии. Стресс был настолько силён, что Гаруня никак не могла прийти в себя. Она была измотана физически, тело без конца замирало, принимая окаменелую форму. К тому же множество чувств, проснувшихся в ней, не давали покоя и душевного равновесия. Монстры её напугали своим видом, кровожадностью, злобой. Они всколыхнули в её душе мысли, память о войне, о потерях, о безысходности. Это поднялось из глубин её натуры и затопило страданием. Всё в ней кричало «нет, нет, этого больше нет», но наступающие твари ввергали в отчаяние перекликаясь с чем-то прошлым, страшным. Она уже ничего не понимала, что в ней откуда берётся. Всё перепуталось в ней. Гаргулья позволила поухаживать за собой, отдаваясь полностью в руки Дару и помощников. Поглощённые камни помогли телу восстановиться, вернули подвижность, отчего-то ногти на руках и ногах прибрели бирюзовый цвет, видимо воплощая не озвученные желания. Однако душевный экилибр так и не восстановился. (эк(в)илибр, équilbre – устаревш. равновесие)

Аппетита с утра у Гаруни не было и лэр-в Ферокс не стал терять время приглашая гаргулью на персональную голгофу, замаскированную словом "тренировка". Оглядев всех потерянным взглядом и искренне не понимая, как могла её уже казалось бы налаженная жизнь, так измениться, она побрела за командующим.

–Гаруня, подожди, я с тобой, – окликнул её Алеш.

Искорка благодарности вспыхнула в её глазах, но тут же увяла, при взгляде на недовольного Ферокса старшего.

Девочки почистили беретик, восстановили гетры, починили тапочки после предыдущих мучений. Очки Гаруня оставила у себя в комнате, как и украшения, чтобы не повредить их в потугах выживания. Уже на площадке Алеш рассматривал новые кристаллы и нахмурившись приготовил своё оружие.

Гаргулья выглядела настолько несчастно и подавлено, что в этот момент не было живого существа в имении, которое как минимум не осуждало бы своего хозяина лэр-ва Ферокса. Дав указания Гаруне, каких тварей как лучше ранить, он активизировал тени.

В чьи глаза надо пихать пальцы, у кого выдёргивать ядовитый зуб, кому мозг пробивать, она ничего не понимала. На неё снова мчались мерзопакостные дряни, и она задыхалась от их злобы. Сиганула, изворачиваясь, приготовилась непредсказуемо скакать, пока есть силы, но поняла, что никто за ней не гонится, не атакует. Оглянулась, Алеш встал перед исчадиями и не пускал их к ней. Дрожа, как росинка на кончике листа, зацепившаяся за шершавую поверхность, гаргулья тяжело махая крыльями зависла на месте. Её юный бог разил прыгающих, ползающих, летающих тварюшек наповал. Какое-то время она смотрела и ждала, что вот-вот он пропустит кого-нибудь и её кошмар возобновиться, но Алеш стоял намертво. Гаруня продолжала панически бояться, но одновременно чувствовала, что разум к ней возвращается. Она не одна против всех, и эти жуткие порождения изнанки не всесильны. Дальше в ней появился страх уже не за себя, а за Алеша. Не может же он без устали отражать непрекращающиеся атаки. Гаргулья очень осторожно подобралась ближе и готовая в любой миг сорваться в бега, стала внимательно отслеживать нападающих.

Юный лэр-в действуя магией и обычным оружием, побивал все свои академические рекорды, но отец выпускал всё новые тени из кристаллов. Когда за мелкими юркими тварями тяжелой поступью пробился трехметровый огромный монстр, он почувствовал, что надо отступать, но мелкие твари и гаргулья за спиной, не давали манёвра. Уже ощущая, что пропускает удар главного исчадия, Алеш внезапно был подхвачен и резко поднят вверх. Гаруня увидев опасность для него, оценила верно ситуацию и обняв своими лапами, утянула Алеша насколько смогла в высоту и в сторону. Как только она это сделала, нападение сразу прекратилось и лэр-в Ферокс выступил с замечаниями.

–Сынок, твои умения меня радуют, но это глупо прикрывать летающую ...особь. Что касается тебя Гаруня, то ты не применила ни одно из своих умений.

–Отец, а ты рассказывал ей о её умениях? – не отдышавшись бросил обвинение Алеш.

–Птицам не рассказывают о том, что они умеют летать, малышам не показывают, как есть, – пафосно возразил лэр-в.

–Ты просто давно не возился с новичками, – возразил парень, – с теми, кто вообще ничего не знает и не умеет. А ты Гаруня молодец. Во-первых, смогла пересилить страх, не убегала, размышляла. Это очень хорошо. Во-вторых, совершила храбрый поступок и спасла меня.

Гаргулья не верила, что её хвалят. Она уже сжалась в комок, чутко реагируя не только на слова, но и на взгляды, атмосферу.

–Толку от её действий по спасению на поле боя нет, – не удержался командующий.

–Неважно. Главное, она что-то сделала. Раз ты взялся её учить, то расскажи, что она могла сделать, и мы потренируемся.

Лэр-в Ферокс молчал, потом приняв решение, начал поучать.

–Ты Гаруня в случае опасности вынести Алеша с поля боя не сможешь. Он тяжеловат для тебя, да и немало тварей, умеющих выплёвывать яд, стрелять иглами, и летать, приходит с изнанки. Но ты можешь эффективно прикрывать мага, – тут командующий показал на сына, – крыльями, придавая им окаменелость, и он под твоей защитой будет работать с магией. Это будет результативно. Ещё я предполагаю у тебя сильный удар ногами, что можно использовать. Есть вариант, что ты можешь подхватить мелкую тварь и скинуть её на камни или в воду, или сделать из неё метательный снаряд. Кстати, некоторые порождения довольно сильно слабеют от проточной воды. Запомни это.

Лэр-в ещё долго говорил, а Алеш включал кристалл, и они с гаргульей пробовали работать вместе пользуясь рекомендациями отца. Гаруня не билась в паре, но старалась не мешаться и быть хотя бы просто дополнительными глазами.

В конце тренировки гаргулья смогла даже немного покапризничать, как раньше, попав в заботливые руки Дару. Лэр-в Ферокс, наблюдая за хлопотами дворецкого, сказал:

–Сынок, я, наверное, соглашусь с нашей мамой. Гаруня будет больше тебе мешать, чем помогать. Лучше вообще без неё ехать.

–Зря ты так отец. Она хорошая.

–Да разве я спорю, но она не боец.

–Ошибаешься, Гаруня боец. Просто она другая, но есть в ней основа и учить её надо потихоньку, как мы сами учились. Маленькими шажками. Она не животное, которому надо заучить команды. Всё сложнее, ей многое необходимо осмыслить, привыкнуть, принять и тогда она будет думать, решать.

Командующий расстроенно махнул рукой. Разглагольствования не для него. Пусть не животное, но скольких крестьян в его крепости натаскали за короткий срок, и ничего! Правда, думать о том, а сколько бездарно ребят из народа гибнет, не успев принять знания, забывалось, но ведь никто не без недостатков.

Бывает за один день можно успеть переделать кучу дел, а бывает, что вроде бы и заняты все делом, а толку нет. Совершенно бездарно проведённое время. Дару просто разрывался на части, пытаясь везде успеть. Командующему доложил о потери в личном составе гусей, но, как и ожидал, услышал в ответ: «Ты ведь у нас теперь дворецкий, Дару! Главный человек в доме, по утверждению несравненной гаргульи, вот и решай проблему».

На миг даже показалось, что лэр-в Ферокс завидует. Потом ежедневные обычные хлопоты, ведь дела сами делаться не будут, после подготовка к восстановлению сил лэры Гаруни, потом непосредственно время заботы о ней, далее будничные хлопоты и вот уже день закончен, а в птичнике ещё минус один гусь. Поползли слухи, один нелепее другого. Дворецкому пришлось устраивать ночную засаду и сторожить птичник.

Уже ближе к утру, когда хотелось неимоверно спать, пришла умнейшая мысль, что накануне гусь пропал днём, а не ночью. Чувство досады на себя, а особенно на несвоевременную умную мысль заполонило и настроение упало. Если раньше хотя бы грела мысль о том, что Дару ведёт следствие или что он возглавляет охоту, ну в крайнем случае, что он выполняет свой долг перед владетелями, то теперь он казался себе дурак дураком.

"Эх, как тяжело не просто быть, а жить", вздохнув, мысленно ответил Дару на услышанную от лэры Гаруни философскую мысль.

"Видеть и чувствовать – это быть, размышлять, это жить*", – с горьким вздохом изрекала гаргулья за ужином, когда жевала мяско, к которому была неравнодушна и с величайшим сожалением выплёвывала остатки, погружаясь в мысли.

Дару тоже вздохнул и повторив "будем жить", поудобнее устроился на посту и позволил себе вздремнуть.

*(Шекспир)

На следующей тренировке гаргулья удивила всех пыхнув огнём и свалившись в обморок от вида выдыхаемого пламени. Целый день все анализировали, что это такое, пока не пришли к выводу, что из-за нагрузок Гаруня перестала спиртовать воду, что и послужило причиной огнедыхания. А Дару за этот день обзавёлся новой фразой «нервы ни к чёрту». Не совсем понимая, кто такой чёрт, смысл он уловил и к концу дня повторил её уже несколько раз, подозрительно косясь на всех. За день исчез ещё один гусь. Загадка представала неразрешимой. Чужих нет, свои не могли, а птица нервничает и пропадает.

Гаруня перестала панически бояться тренировочных монстров, старательно отрабатывала укрывание крыльями Алеша и привыкала к мысли, что она непрошибаема для атак. Это конечно не совсем было верно, но фишка состояла в том, что если гаргулья окаменевала, то ранения для неё проходили безболезненно. Она просто теряла жизненные силы до тех пор, пока теоретически не погибала. Это было жутко, но отчего-то не страшно. Как будто не по-настоящему. Вот уровень жизни 100, потом 50, вот уже красная полоса 3, 2, 1.... От единицы её могли восстановить, подпитывая набором камней, лучше всего конечно изменчивым камнем, но перескочив порог к нулю, возврата уже не было.

При бесчисленных пробных атаках командующего было вычислено, что чтобы причинить вред Гаруне, нужна команда магов или очень большой отряд тварей или долгая активность гаргульи без подпитки. Самое опасное было для неё исчерпать себя наполовину, замереть и не суметь восполниться. Хотя в безопасном месте, после дождей, принимая воду открытой пастью, у неё был шанс на медленное восстановление. Вся эта информация помогла думать Гаруне о себе в другом ключе. Ранее ей казалось, что она хрупкая, беспокоилась о каких-то костях, о нормальном кроветворении, опасалась есть много сладкого, но после серии экспериментов, несуразные мысли потихоньку начали отпускать её. Хотя, когда она во время тренировки схватила в азарте лежащий у входа свой зонтик и начала отбиваться от мелких прыгающих тварей, то командующий подал мысль, что в мозгу у неё всё же идут какие-то неправильные процессы, на что она обозвала командующего мизогинистом (неприязнь к женщинам) и с удовольствием наблюдала за его растерянностью, наслаждаясь своим малюсеньким превосходством в данную минуту.

А тем временем гуси, поняв, что надеется им не на кого, занялись сами своей охраной. Они сбились в плотную кучку и маршировали по выделенной им площади ярким пятном, не давая никому приближаться к себе. Птичница первая признала, что такое поведение достигло своего защитного эффекта и к отряду гусей никто не совался.

Дару позаимствовав идею бумажного веера у лэры Гаруни, с облегчением обмахивался им, упарившись носиться по делам. Конечно, было немного неловко признавать победителями в странной ситуации гусей, но "такова жизнь" и "нервы ни к черту"!

Жизнь в имении уже не была прежней.

Гуси, вкусившие силу и власть, уже не только защищались, а терроризировали обслуживающий их персонал. Командующий проводил время в спорах с сыном и пытался из гаргульи всё же сделать бойца. Капитан старался быть справедливым и отмечал маленькие успехи Гаруни, расширял свои записи о ней и иногда давал дельные советы. Лэр-в Тинек, которого дома уже давно заждались, не только наблюдал за гаргульей, но ещё и умудрялся ухаживать за ней. Он наслаждался своей ролью поклонника и всячески старался побаловать это необычное существо, выступая ещё и в роли оппозиционера Кордилиону.

В городе тоже случилось некоторое оживление. К знахарю привезли Дайкину свинью, и она теперь работала на него. Для того, чтобы она отличалась от своих единоплеменниц, ей прокололи уши и вставили симпатичные поисково-опознавательные маячки.

И не сразу заметила птичница, что у неё теперь не хватает поголовья другого вида птиц. Как долго продолжалось бы это безобразие, если бы в один из дней, Гаруня не заметила бы, что её душка дворецкий выглядит слишком растерянным.

–Дару, я совсем замучила тебя поручениями, – приняла гаргулья задёрганность своего почитателя на свой счёт.

–Совсем нет, лэра, как можно так думать!

–Но я же вижу, пуговицы на своём костюме ты больше не натираешь до блеска, да и бороду перестал делить на две кисти, как я тебя учила, – чуть обиженно, упрекнула Гаруня.

–Ах, лэра, у нас в саду и на подворье странные вещи происходят, – признался Дару.

–Как! Почему же ты молчал?!

–Разве я мог взваливать на хрупкую госпожу ещё и эти проблемы!?

–Дару, как ты мог! Я же тебе объясняла, что есть вещи важные и неизменные. Первое, не смотря ни на что, вопреки всему, всегда и везде надо выглядеть достойно. Второе, жизненно необходимо, архиважно знать, что происходит вокруг! И вдруг я узнаю, что я не знаю чего-то, а оно уже выросло в проблему! Как ты мог, я так доверяла тебе! – в расстройстве вскочив и прижимая лапы к груди запричитала гаргулья.

Потом остановилась, активировала установленный ей на накануне Ильяной отражатель и повторив позу страданий, подкорректировав её в мелочах. На её скептический взгляд, страдания никак не получались достоверными, но лэр-в Тинек частенько клевал на них и бросался утешать, а то и радовать приятными мелочами. Благодаря ему Гаруня обзавелась несколькими шарфиками, жемчужным браслетом, запасами шерсти для вязания беретиков. Мелочи, ни к чему не обязывающие приличную женщину, но очень приятные.

Покрутившись у отражателя и поняв, что в освоении жестов придётся идти так же медленно как с тренировками, Гаруня обратилась вся во внимание. Дару ей был симпатичен и давать его в обиду любым проблемам она не собиралась.

–По порядку, с самого начала, с мелочами и мнениями со стороны. Прошу.

Взяв небольшую паузу сосредоточиться, дворецкий приступил к отчёту.

Несколько слов о людях работающих в имении постоянно и приходящих. Заметка об охранной системе. Подозрения птичницы Киззи. Его собственные потуги в расследовании. Ночной дозор, не приведший к успеху. Боевое настроение гусей и новые пропажи птиц.

–Очень запутанное и тёмное дело, – задумчиво произнесла гаргулья, под согласный кивок дворецкого. – Сейчас мы привлечём Алеша, он проходил курс разведки, где был предмет следопытов. Ещё раз всё осмотрим и обсудим.

Таинственная пропажа птиц увлекла гаргулью и некоторые версии у неё уже сложились в голове. Самой упитанной доводами версией было появление мелкого хищника на территории сада. В голове вертелся образ кота, но Гаруня пока не озвучивала свои подозрения, так как не всегда здесь всё было так, как она понимала.

Свиньи, например, здесь были разных оттенков, не только розовые, персиковые, но и голубоватые, жёлтые, оранжевые, это если брать основные виды. Гуси оказывается разводились не только ради яиц, мяса, но ещё и ради пуха. Ничего необычного на первый взгляд, но каково было узнать, что раз в квартал они полностью сбрасывают пух и перья и бегают голыми? У них видите ли на каждый сезон особый покров вырастает. А куры! Самые переменчивые птицы. В зависимости от корма и соответственно вида, они несут разноцветные яйца. Бывает, подумала поначалу гаргулья, но вскоре узнала, что держит в лапах не крашенные яйца, а свежие. Полная палитра цветов, причём скорлупа измельчается и идёт на создание краски. Светлые оттенки при покраски внутренних помещений обладают обеззараживающим эффектом, а тёмные поглощают пыль. Правда, когда пыли много вобрано в себя, она отваливается слоями. В общем, всё немного странное вокруг, но Гаруня не отчаивалась, ведь она тоже вроде как странная.