Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"
Автор книги: Анна Орлова
Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 214 (всего у книги 336 страниц)
Губы у Блейза задрожали.
– Уличные псы так себя не ведут!
Кажется, он убеждал сам себя.
– Не ведут, – согласилась я мирно и скрестила руки на груди. – Они подчиняются моей магии. Так что вы можете их прогнать – вашей магией. Ну же, доктор!
Он вздрогнул. Зрачки расширены, губы дрожат. Мальчишка!
– А если нет у меня никакой магии?!
– Вас разорвут, – ответила я просто.
И Блейз сдался. Выкинул вперед руку, прошипел что-то…
Псы заскулили, поджали хвосты.
– Брысь! – почти взвизгнул он.
Я предусмотрительно отступила в сторону.
Стая молча ринулась прочь.
А я обернулась к Блейзу, которого била крупная дрожь.
– Выпейте, – я налила еще горячего чая и щедро добавила сахара.
Он молча сделал несколько глотков и поднял голову:
– Что вам от меня нужно, мисс Вудс? Зачем… это все?
– Что нужно? – я села напротив и разгладила складки на юбке. – Мне нужны деньги.
Блейз вытаращился так, словно я потребовала чего-то несусветного.
– Д-деньги? – переспросил он. – Зачем вам?..
– А зачем нужны деньги? – перебила я. – Чтобы уехать. Срочно, тайно и как можно дальше. Лейтенант Эллиот – помните его? – собирается свалить на меня эти убийства.
Он звякнул ложечкой.
– И вы решили подставить меня?
– Ну-ну, – я укоризненно покачала головой. – Мы ведь договорились. Не надо опять изворачиваться. Это вы их отравили. Ведь так, доктор?
Блейз долго смотрел на меня. И морщился, будто заметил в чашечке цветка мерзкую гусеницу.
– Не думал, что вы… такая! – проговорил он наконец.
– Какая? – спросила я жестко. – Не хочу брать на себя ваши преступления?
– Преступления? – Блейз фыркнул. – Еще скажите, что жалеете их!
– Почему нет? – я пожала плечами.
– Потому что они – не люди! – отрезал он с потрясающей убежденностью. – Мастерс разбогател, торгуя грязными секретами. Его приятель, Дадли, примчался ко мне в панике. Он увлекся игрой и задушил подружку, а потом требовал, чтобы я дал ложное заключение о причине смерти. Толбот сдавал своих – и вас тоже, кстати!
– А официант? – напомнила я. – В чем виноват он? Что вам потребовалось его место?
– Можно подумать, он возражал, – фыркнул доктор, чьи смуглые щеки заливал румянец. – Стоило пообещать денег, и он тут же предал своего хозяина.
М-да. Бишопу надо устроить хорошую чистку в рядах. Что-то мафиози совсем от рук отбились.
– То есть вы хороший, потому что убивали плохих? – скептически уточнила я.
Он покачал головой.
– Нет, мисс Вудс. Но они получили по заслугам. Мастерс с Дадли как-то узнали о моей поддельной биографии. Они меня шантажировали. Меня! А ведь я всего-то хотел стать доктором. Чтобы разобраться, понять! Как сделать, чтобы все полукровки владели магией альбов?
Я прикусила губу. Похвальное намерение, а вот методы так себе.
– Ну-ну… В общем, доктор. Мне плевать, почему вы их отравили. Мне нужны деньги, и сегодня же.
Он покусывал губы, затем поднял взгляд на меня. Нехороший такой взгляд.
– А не боитесь, что я вас тоже… убью? Я ведь уже четверых прикончил.
– Не боюсь, – я почти не покривила душой. И позвала: – Лейтенант!
Дверь распахнулась. Жалобно задребезжало на сквозняке оконное стекло.
Вот где пригодилось умение Эллиота открывать замки!
Полицейские ворвались в комнату.
Как уличные псы чуть раньше…
Додумать я не успела.
Блейз схватил меня и рывком выдернул из кресла. Одной рукой притиснул к себе, а другой прижал к моему горлу что-то холодное.
Ужасно хотелось сглотнуть. И страшно даже шевельнуться.
– Стойте! Иначе она умрет, – а голос у доктора холодный, как сталь. – А вы, мисс Вудс, даже не думайте о каких-то ваших штучках. Знаете же, почувствую.
Потрясающее хладнокровие! Проняли Блейза только собаки, да и то ненадолго.
Эллиот встал в паре шагов и поднял руку, останавливая полицейских.
– Опустите нож! – потребовал он сухо. – Блейз, не дурите. И сразу говорю – мы все слышали. Вам все равно не уйти. Сдавайтесь или я прикажу стрелять.
– Тогда она умрет! – вот теперь в голосе доктора прорезались истерические нотки.
– И что? – лейтенант пожал плечами. – С какой стати меня должна волновать жизнь какой-то блондинки?
Я прикрыла глаза. Он ведь блефует! Или нет? Что, если Эллиот легко скинет меня в отбой, как сыгранную карту?
Кого интересует судьба червяка, когда рыба уже попалась на крючок?
Рука на моем горле дрогнула…
Потом странный звук. Хрип. И Блейз за моей спиной обмяк.
Я отскочила и только потом оглянулась. Тяжело сглотнула.
Эллиот запрокинул голову, пытаясь унять капающую из носа кровь. Кажется, за последние дни он колдовал слишком много.
Зато Блейз – несомненно, мертвый – скорчился на полу, вцепившись обеими руками в торчащий из кадыка нож.
Не нож – скальпель. Бритвенно острый.
И ведь он мог проткнуть мое горло!
Меня замутило.
***
В участке я проторчала почти до вечера.
В меня влили три чашки кофе с коньяком, и только после этого дрожь унялась.
Я позвонила Бишопу. Заверила, что со мной все в порядке. Отказалась от адвоката.
Допросы, протоколы, очные ставки…
Эллиот умудрился многое раскопать. И особенности биографии Блейза, и его научные работы – как я и думала, они касались наследования магии, и даже показания институтских приятелей Блейза, которые подтвердили, что он в студенческие годы подрабатывал официантом.
Лейтенант перерыл вверх дном весь дом покойного доктора Блейза. И ведь сумел-таки найти небольшую бутылочку темного стекла.
– Мисс Вудс, это оно? – нетерпеливо спросил он, сунув мне под нос эту гадость. – То, о чем я думаю?
Я не стала язвить.
Откупорила пробку, принюхалась и кивнула устало.
– Черноголовник. Три капли на стакан… и чуточку магии. Будем испытывать?
– Нет уж! – Эллиот даже передернулся. – И, мисс Вудс… Спасибо!
Я кивнула, и он умчался.
Все сходилось…
Участок гудел, как растревоженный улей, а газетчики караулили снаружи.
Эллиот мог праздновать победу. Он стал героем дня.
Ну а я просто тихо радовалась, что все наконец закончилось.
***
Наконец формальности утрясли.
Свидетели разошлись, только меня лейтенант не отпускал до последнего.
– Мисс Вудс, есть разговор, – произнес Эллиот деловым тоном. – Сержант, можете идти.
От его пристального взгляда становилось не по себе.
Смотрит так, будто мерки снимает. И хорошо, если не для гроба.
– Слушаю, – ответила я неохотно.
Интуиция кричала: «Беги!» Жаль, что не объясняла, как это провернуть.
Эллиот стоял в паре шагов от меня, и ветерок доносил легкий запах мяты.
Продолжил лейтенант только когда сержант вышел.
– Мисс Вудс, – он потер темную от щетины щеку, сжал губы и сказал напрямик: – Я предлагаю вам работу.
Ждала я вовсе не этого, поэтому ляпнула:
– На должности любовницы?
Он прищурился и сказал без улыбки:
– Не дразни меня, Эйлин.
Я пожала плечами.
– Даже не думала. Так что за работа?
Соглашаться? Глупо. Разве что выслушать и сделать вид, что подумаю.
Лейтенант шагнул вперед и заложил руки за спину.
– Мне нужен помощник. И эксперт, который хорошо разбирается в травах и медицине.
– Зачем? – искренне удивилась я. Близость Эллиота нервировала. Он давно уже не подбирался настолько вплотную. – Да и как вы наймете блондинку? В полиции…
Эллиот усмехнулся.
– О полиции речь не идет, Эйлин. Ты же не думаешь, что я надолго останусь в Тансфорде? Тем более теперь. А в Особом отделе тебе цены не будет.
И снова по имени и на «ты».
– То есть… уехать?
Темные глаза – как омут.
– Уехать, – подтвердил он. – В столицу.
– Бред! – я встряхнула головой, отвернулась и обхватила себя руками.
Вдруг стало зябко.
– Почему же? – теперь его голос звучал почти вкрадчиво.
– Хотя бы потому, лейтенант, – ответила я резко, – что на мне два убийства. Если вы случаем забыли!
– Не проблема, – откликнулся он легко. – Я уже предпринял кое-какие шаги. Думаю, через месяц, максимум два, приговор пересмотрят.
Я не верила своим ушам. Обернулась резко и чуть не уткнулась носом в грудь Эллиота.
– Что?!
– Ты же это хотела попросить? – Эллиот смотрел на меня в упор. – Как плату за помощь. Ты снова сможешь жить открыто, под своим именем.
Он угадал. Но…
Я медленно покачала головой.
– Спасибо, но нет. Миссис Эмили Вудхауз осталась в прошлом.
Он до белизны стиснул узкие губы.
Я невольно залюбовалась. Хорош! Темные волосы, худое выразительное лицо, черные глаза…
Тряхнула головой. Нашла, кем любоваться.
И сказала резче, чем собиралась:
– Я не уеду. Бишоп…
– Забудь! – оборвал Эллиот. – Бишоп отпустит. Я его спас, и ты спасла.
– Ты же сказал, что вы в расчете! – в запале я тоже перешла на «ты».
Да и сложно называть на «вы» мужчину, который тебя обнимает.
А он обнимал. И говорил – резко, зло:
– Ладно, пусть со мной он рассчитался, но тебе должен. Я с Бишопом переговорил, он не будет мешать.
Смеяться? Плакать? Влепить пощечину?
Так беспардонно решать за меня!
– Мешать?! – переспросила я, вырываясь. – Да что ты понимаешь?
Эллиот не отпустил.
– Подумай, – настаивал он. – Что тебя ждет рядом с Бишопом? Он ведь мафиози. А если его арестуют или убьют?
От его рук исходило тепло. Даже не тепло – жар.
Не заболел ли он? Хотя какая мне разница?
– Лейтенант, – я намеренно подчеркнула звание. – Оставьте меня в покое! Мы сами разберемся.
На скулах Эллиота заиграли желваки.
– Хочешь сгинуть вместе с ним? А кто тебе позволит? Ты же ведьма!
И стиснул мои плечи – до боли, до синяков.
Я на мгновение прикрыла глаза.
Ведьма. Вот главное.
Настоящая сила альбов, которая считалась утраченной.
Подумать страшно, сколько может натворить Эллиот, попади в его руки такая власть.
Только… Я ведь уже в его руках. И никто не помешает ему банально посадить меня под арест.
Он просто хотел решить дело миром.
Я облизнула губы.
– Хорошо. Сколько у меня времени на сборы?
Что-то мелькнуло в его глазах. Радость? Облегчение? Торжество?
– До завтра, – Эллиот вздохнул и нехотя меня отпустил. – К девяти утра я за тобой заеду. А теперь прости, куча дел.
Я кивнула.
– До завтра.
Он вдруг крепко меня поцеловал, улыбнулся коротко:
– До свидания, Эйлин!
И вышел.
А я чувствовала себя получившей отсрочку смертницей.
В голове шумело, воздуха не хватало.
Я рванула воротничок блузки, заставила себя глубоко размеренно дышать.
Надо пройтись. Есть о чем подумать…
Сержант проводил меня через черный ход, так что хотя бы от загребущих лап газетчиков удалось ускользнуть. Жаль, что с Эллиотом это не так просто…
Даже дождь не мог погасить огней города. И хорошо, ведь без неоновой иллюминации он был бы серым и унылым.
Я бесцельно гуляла по улицам, пока начали болеть икры, а в голове осталась лишь звенящая пустота.
Как же больно, когда жизнь снова разбивается на куски!
Раз за разом строить, планировать, надеяться.
И опять держать в ладонях осколки…
У меня оставалось еще несколько вопросов. Получу ответы – и решу.
Такси пришлось ловить в трех кварталах. Наконец свободная машина нашлась.
– Бар «Бутылка», – скомандовала я коротко. – Плачу вдвойне.
Водитель кивнул – и рванул с места…
***
Дверь в логово Бишопа была не заперта.
Я остановилась на пороге.
Бишоп поднял голову. Выглядел он помятым и угрюмым. В пепельнице тлели окурки, на столе красовалась бутылка коньяка.
– Ты как? – спросил Бишоп напрямик. – И до чего вы договорились?
Из-за грозы на улице потемнело. Казалось, город застрял в сером мареве.
– В порядке. А до чего мы могли договориться? – я бросила сумку на кровать. Уселась прямо на подоконник и прислонилась затылком к холодному стеклу, по которому лупил дождь. – Эллиоту нужна карманная ведьма. Он думает, что я буду послушной. Еще бы, с приговором за спиной.
Бишоп молчал и курил, глядя на меня прищуренными глазами.
Огонек сигареты в сумерках казался маяком.
– Он в тебя влюблен, – выговорил Бишоп наконец.
Взъерошил короткие волосы. С силой раздавил в пепельнице сигарету.
– Глупости, – устало отмахнулась я. Отлепилась от подоконника, подошла к Бишопу. – А ты?
Сейчас – пьяный, в раздрае – он мог быть откровенен.
Бишоп смотрел на меня, откинувшись на спинку стула.
– Ты об этом уже спрашивала.
– А ты – солгал, – возразила я просто.
Он отвернулся и снова схватился за сигареты.
– Проклятье, – выдохнул он тоскливо. – Эмили, ну зачем этот разговор, а?
– Я хочу знать… – споткнулась на слове «правду». Слишком это напоминало Эллиота. И повторила: – Хочу знать.
Он молчал так долго, что я не выдержала. Отодвинула стакан и пепельницу, присела прямо на край стола.
Бишоп наблюдал за мной из-под полуприкрытых век.
– Хорошо. Ты права. Я влюбился в тебя сразу, как только увидел. Довольна?
Настал мой черед мучительно подбирать слова.
– Почему ты не говорил? – выдавила я.
– И что дальше? – он потушил сигарету и тут же прикурил новую. – Бегать перед тобой на задних лапках? Я же знал, что это… – он взмахнул рукой, и огонек выписал затейливый символ. – Не взаимно. Так зачем?
А я вдруг поняла, что улыбаюсь.
– Дурак. Какой же ты дурак, Бишоп!
***
«Тансфорд Телеграф», 21 марта 1937 г.
«…Вчера печально известная аптека мисс Вудс сгорела дотла вместе со своей хозяйкой.
По предварительным данным, возгорание произошло из-за короткого замыкания. Полиция также рассматривает возможность умышленного поджога…»
«Тансфорд Ньюз», 21 марта 1937 г.
«… Вопиющая халатность!
Погибла молодая женщина, и огонь едва не перекинулся на соседние дома.
Ведь пожарная служба прибыла на место лишь через полчаса!
Куда смотрит мэрия? На что идут деньги налогоплательщиков, хотели бы мы знать…»
«Нью-Амстердам Таймз», 10 сентября 1937 г.
«…Сенсационное открытие мистера Флемма всколыхнуло общество.
Ученые подтверждают эффективность новой вакцины, которая позволит в сотни раз снизить смертность от гриппа и ряда других заболеваний.
Напомним, что мистер Флемм отбывает пожизненное заключение…»
«Нью-Амстердам Пост», 12 ноября 1937 г.
«… неожиданные кадровые перестановки в Особом отделе.
Новым начальником Отдела назначен Брайан Эллиот, на счету которого не одно громкое дело. Публике он стал известен по делу Двухцветного Доктора.
Джеймс Бозуорт, более пятнадцати лет бывший главой Отдела, ушел в отставку. Официальная причина – ухудшение состояния здоровья.
Однако наш анонимный источник утверждает, что не все так просто.
Мы попробуем разобраться вместе с вами.
Ждите!..»
Эпилог
ЭПИЛОГ
02 июня 1940 года
Задняя дверь «Кружки» поддалась с усилием и душераздирающим скрипом.
Надо будет сказать Таггерту, чтобы смазал. А то скрежет такой – дрожь пробирает.
Или это у меня нервы шалят?
Хотелось поскорей вернуться домой. Почти три дня провозилась с травками!
Близнецы с няней, но мало ли? И лучше успеть до ужина, а то Дэвид и Патрик разгуляются, попробуй потом уложи! Это Бишопа они слушаются беспрекословно, а у меня временами варят воду… Я улыбнулась, вспомнив, что Бишоп обещал приехать на выходные.
Несмотря на довольно ранний час, народу было много. Вайтберн, крошечный городок у самой кромки дремучих лесов, не мог похвастаться обилием развлечений. Так что «Кружка» пользовалась спросом.
Плотная завеса сигаретного дыма. Запахи алкоголя, пота и духов. Шум голосов и джаз.
Я кивала завсегдатаям, направляясь прямиком к Таггерту, бармену и по совместительству хозяину «Кружки».
Мазнула взглядом по мужчине у стойки… и чуть не упала.
Такая знакомая спина. И короткие черные волосы.
Сердце забилось где-то в горле, а в голове – одна мысль. Бежать!
Не успела.
Таггерт – похожий на циркового медведя – заметил меня. Обрадовался и заорал, перекрикивая музыку:
– Лиззи! Приехала наконец!
Темноволосый одним глотком допил коньяк и обернулся.
Лицо у него стало такое… будто призрака увидел.
А он почти не изменился. Только похудел, и у глаз прибавилось морщинок.
Чего мне стоило спокойно пройти мимо, к бармену…
– Привет, Таггерт, – я заставила себя улыбнуться. – Вот твой заказ.
И протянула ему плотный кожаный мешочек.
– Спасибо, Лиззи! – Таггерт перегнулся через стойку. Сграбастал меня в объятия и прогудел, понизив голос: – А у нас тут такое!..
Я рассмеялась.
– Такое – это твоя Нэнси приняла кольцо? Или Додсон допился до белых слонов?
– Круче! Три убийства. Приезжих каких-то порешили. Двум мозги всмятку выжгли, а одному сердце раздавили. В нашем городишке! Сенсация!
Таггерт сиял. Еще бы – ему-то небывалый наплыв клиентов.
А вот мне…
Лейтенант (хотя какой он теперь лейтенант?) наконец отмер.
И сцапал меня за локоть. А хватку не потерял, молодец.
– Эйлин? – спросил он недоверчиво. – Эйлин Вудс?
Проклятье! За что мне это?!
Я обернулась.
– Вы ошиблись, – проговорила спокойно. – Меня зовут миссис Элизабет Ватсон. Отпустите.
Эллиот рывком прижал меня к себе. Я только ахнуть успела.
Он прикрыл глаза, глубоко вдохнул… И до белизны сжал узкие губы.
– Это правда ты.
– Эй, а ну руки убери! – потребовал Таггерт с угрозой.
Эллиот даже ухом не повел. Стиснул мои плечи.
Я поморщилась. Синяки останутся! И попыталась вырваться.
Не пустил.
Темные глаза горели огнем. Боль, радость, гнев – почти невыносимый коктейль.
На сцене певица под плач саксофона рыдала о безответной любви.
– Хорошо вы с Бишопом меня провели, – процедил Эллиот, сглотнул и сказал глухо: – А я ведь цветы на твою могилу носил…
И, закатив глаза, осел на пол. Прямо на осколки бутылки, которой его огрел Таггерт.
Анна Орлова
Три карты на стол
Глава 1. Туз
– Правду! – взревел громила, саданув кулаком по столу. – Скажи правду!
Я поморщилась. От него разило потом и пивом, а у меня и без того трещала голова.
– Конечно, мистер, как скажете, – проворковала я успокаивающе. И отделаться бы от него, но… Не муж ведь, мигренью не отговоришься. К тому же снаружи, на улице, шумели его приятели.
– Только правду! – снова потребовал он тише. – И смотри мне, не сбудется – сам порешу.
Прозвучало буднично. Малышу Билли одним жмуриком больше, одним меньше… А чтобы я не сомневалась в реальности угрозы, он брякнул на стол здоровенный револьвер, ласково погладил вороненый ствол и пообещал почти мечтательно:
– Вот из него и порешу. Ну!
А я разозлилась. Протянула руку, не глядя вытащила три карты, перевернула… Сердце ушло в пятки. Проклятье, неужели?!
Я схватила громилу за мозолистую ладонь – от неожиданности он вздрогнул и отшатнулся, – провела ногтем по линии жизни и едва не выругалась вслух. Что же делать? Сказать правду или солгать? А, все равно пропадать!
– Что вы хотите узнать, мистер? – я в последний раз попыталась увильнуть.
Не вышло.
– Мы с друзьями затеваем одно дельце, – признался гангстер доверительно. – Так как, выгорит?
– Да, – сказала я чистую правду. – Только вас убьют на обратном пути.
Он не дрогнул, крутанул барабан и уточнил деловито:
– Копы таки пронюхали? Или погоня?
Я сглотнула. Начала – так договаривай! И выложила карты на стол:
– Нет. Свои.
Малыш Билли онемел. Побагровел, набычился, но сдержался, не стал палить.
Выдохнул хрипло, с нехорошим таким прищуром:
– Хочешь сказать, меня друганы пристрелят? Из-за какого-то сраного банка?
Я лишь плечами пожала, сгребая россыпь карт. Зачем повторять уже сказанное? От усталости мутилось в голове, хотелось лечь и наконец прикрыть глаза.
– Туфта! – прорычал громила и смачно харкнул на пол. Поднялся, опираясь на кулаки, и навис надо мной: – Да я тебя сейчас!..
Спасла меня открывшаяся дверь.
– Эй, Билли! – позвал пьяный голос. – Ты скоро там? Мы тут с такими цыпочками познакомились!
Снаружи доносились женские повизгивания и зычный мужской гогот.
Билли мотнул головой, сунул револьвер в кобуру и пообещал:
– Иду уже.
Отшвырнул стул с пути и вымелся на улицу, бурча под нос: «Придумала! Да чтоб мои друганы!..»
Понятное дело, мне он не заплатил. Кто же захочет отдавать свои кровные за такие бредни? Вот наобещай я ему удачи и процветания, тогда бы он раскошелился!
Я с досадой хлопнула по столу и уронила голову на руки. Проклятье!
***
Гость застал меня, когда я пробовала суп. Бесцеремонно перешагнул порог кухни, осведомился хрипловато:
– Мисс Меган Вон?
Я резко обернулась, сжимая ложку. Тоже мне, орудие самозащиты!
– Кто вы и что тут делаете?
Незнакомец дернул щекой. Глаза его скрывала низко надвинутая шляпа, а подмышка многозначительно оттопыривалась.
На стол передо мной легла свернутая трубочкой газета. Одного взгляда хватило, чтобы узнать броский заголовок: «Малыш Билли застрелен!!». Газетчики ликовали третий день, на все лады обсасывая убийство гангстера. Новость все еще не сходила с первых полос.
А гость качнулся с пяток на носки и обратно.
– Поговаривают, мисс, – произнес он с тягучим акцентом, – что это вы его прокляли.
– Я?! – глаза распахнуть пошире, руку прижать к груди (да не ту, в которой ложка!). – Вы что-то путаете, мистер.
– Путаю? – хмыкнул он, без разрешения усаживаясь на табуретку. В моей бежево-персиковой кухоньке он выглядел неуместно, как кольт в детской коляске. – Что тут можно перепутать? Вы, мисс, рыжая гадалка.
Еще и пальцем на меня показал, нахал!
– Очень слабая, – притворно вздохнула я, дернув себя медную прядь.
Мышка решила, что с нее хватит, и требовательно мяукнула.
Гость замер, потом наклонился и заглянул под стол. Мышка сверкнула оттуда потусторонней зеленью глаз – и вдруг стремительно прыгнула.
Он перехватил ее в полете, погладил по напряженно выгнувшейся спине и спокойно пристроил у себя на коленях.
– Ваша? – чуть смягчился он, наглаживая кошку.
– Моя, – буркнула я, понимая, что влипла серьезно, и отвернулась к булькающему супу, краем глаза поглядывая на опасного гостя. – Ее зовут Мышка.
– Мышка? – удивился он. – Она же черная.
И провел рукой от угольно-черных ушей до такого же хвоста. Мышка заурчала и тут же перевернулась, доверчиво подставляя наглецу живот с единственным белым пятнышком.
Я пожала плечами. Ох, Мышка, встряли мы с тобой!
– Так получилось.
– М-да. А что Малыша Билли неожиданно застрелили аккурат после того, как вы ему это предсказали, тоже совпадение?
Он почесал кошку за ухом, потом снял шляпу и пристроил на столе. Дернул уголком губ, чуточку искривленных из-за старого шрама.
Я сцепила зубы. Проклятье, блондин! Хотя кто бы еще смог усмирить Мышку? Чужих она не любит, и на вооружении у нее не только клыки и когти. Зато магия светловолосых позволяет им лихо обходиться что с животными, что с растениями. Особенно на Островах, их исконных землях.
– Может, вы сначала представитесь, мистер?..
Он прищурился. Красавцем его не назовешь: слишком крупные черты лица, чуть вздернутый нос, да и шрам у губ его здорово портил. И все же было в нем что-то такое… Спокойная уверенность? Ирония? Словно сквозь маску простака проглядывало настоящее лицо умного и жесткого мафиози.
А кем еще может быть чистокровный блондин? Светловолосые слишком сопротивлялись завоеванию Островов, чтоб захватчики-брюнеты оставили им возможность хоть как-то подняться. Или полы драить до конца жизни – или податься в бандиты. Так что мафию на Островах теперь возглавляют сплошь блондины.
– Меня зовут Рук.
– Надо же, какие люди почтили меня визитом! – я слегка поклонилась, отставив в сторону жирную ложку.
– Не паясничайте, – поморщился он. – И хватит увиливать! Что вы сделали Билли, мисс Вон?
Я подумала – и села напротив него. Посмотрела прямо в ярко-голубые глаза. Рук иронично приподнял брови.
– Ничего, – четко ответила я, не отводя взгляда. – Я всего лишь слабенькая гадалка.
– Ну да, – он дернул щекой. – А я – уличный катала.
Я фыркнула, оценив юмор. «Ладья» – это титул мафиози, под рукой которого ходят все шулеры и игровые клубы города.
– Что вам от меня нужно, мистер Рук? Вы же не думаете всерьез, что я его убила?
– Не думаю, – признался он, покачивая ногой в черно-белой туфле. Костюм, галстук со стильным зажимом, дорогие запонки – фу ты, ну ты! – Но вам, мисс, лучше бы помочь мне выяснить, кто его убил.
– Карты раскинуть? – фыркнула я, незаметно переведя дух.
– А хоть бы и так, – согласился он миролюбиво. – Мутное это дельце.
– Что в нем мутного? Разве его не подельники пристрелили? Обычное дело у грабителей банков. Ну, мне так кажется.
– В том-то и дело, – качнул головой блондин, – что непонятно. Была погоня, они разделились, а потом кто-то укокошил Билли.
– Полиция? – предположила я со слабой надеждой.
Рук прищурился.
– Может, и копы, – не стал спорить он. – Там такое творилось, поди пойми, кто кого.
– Тогда к чему расследование? – я разглядывала свои руки. Жаль, что я типичная рыжая, в бегах это здорово мешало. Даже если спрятать приметную шевелюру под шляпой, бело-розовая кожа, усыпанная веснушками, и зеленовато-карие глаза выдавали меня с головой. – Малыш Билли был гангстером…
– Такие плохо кончают? – договорил он с иронией. – Видите ли, убийца забрал у Билли одну вещь… – качнул головой, потер бровь и поправился: – или сам Билли ее спрятал. Очень нужную и важную вещь, вы понимаете меня, мисс?
Я обессилено прикрыла глаза. Приехали!
– Понимаю, – согласилась я, потирая висок. Когда же этот Рук наконец уберется? – Только я-то тут каким боком? Мне ваш Билли ничего не оставлял.
– Не сомневаюсь, – усмехнулся он и хрустнул пальцами. – Только Билли о вашем предсказании всем дружкам растрепал. Вдруг они захотят поквитаться?
– А вы будете меня охранять? – поинтересовалась я насмешливо. – Бросьте, мистер Рук. Какой резон вам меня защищать?
– Вы мне нужны. – Ответил он просто. Подался вперед – так близко, что наши лица разделяли жалкие сантиметры. Мышка обиженно мяукнула, но не сбежала. – Бросьте, мисс. Ни денег, ни друзей, ни покровителя. Куда вы денетесь?
Цинично. И самонадеянно. Что-что, а сбегать я научилась виртуозно. Кое-какие сбережения есть, на первое время хватит, а друзья и покровители только помешают. А то и выдадут – со страху или за скромное (или не очень скромное) вознаграждение. Нет уж, проходили.
Я облизнула пересохшие губы и попыталась улыбнуться.
– Я все же попробую.
Мгновение – и Рук резко отодвинулся. Прищурил яркие глаза, спросил с отчетливой угрозой:
– Тогда чего вы хотите? Денег? Я готов заплатить, сколько скажете. Послушайте, мисс. Вы мне нужны любой ценой.
Я горько усмехнулась. Знакомые песни. Поднялась резко и скрестила руки на груди.
– Это вы меня послушайте, мистер Рук. Мне нужны деньги, но не настолько, чтобы влезать в мафиозные разборки. Оставьте меня в покое, хорошо?
С минуту он буравил меня тяжелым взглядом, затем ссадил Мышку на пол, встал и забрал шляпу.
– Подумайте хорошо. Всего доброго, мисс!
Отвесил ироничный поклон и ушел, только дверь негромко хлопнула.
А я вытащила из ящика колоду, перетасовала и вытянула наобум три карты. Итак, что меня ждет в ближайшем будущем? На стол легли девятка и семерка крестей, король пик – месть, беспокойство, недобрый, но влиятельный господин… и деньги за помощь. М-да, что тут скажешь?
Мышка дернула хвостом и потерлась мне об ноги.
– Думаешь, пожалею? – спросила я, присев на корточки.
Она заглянула мне в лицо, щекотно шевельнула усами и потрогала лапкой мою щеку.
Я вздохнула и пообещала:
– Завтра уедем.
Уже стемнело, а мчаться куда-то на ночь глядя… К тому же, думаю, толку не будет, хотя попробовать надо.
***
Проснулась я рано. Рывком села на постели, судорожно пытаясь отдышаться. Какая же муть приснилась! Подробности ускользали, в памяти осталось лишь шипение: «Пожалееш-ш-шь».
Дрожащими руками я нащупала под подушкой колоду карт, вытащила наобум одну… Проклятье! С картинки на меня глядел пиковый туз.
Я наскоро умылась, быстро оделась и подхватила чемодан. Осталось взять сумочку, корзинку с Мышкой и мысленно попрощаться с домом, где я прожила целых четыре месяца. На улице зарядил дождь, но зонтик брать уже только в зубы. А домой вызывать такси нельзя, поймаю машину по дороге. Чем меньше ниточек, тем лучше!
Ну, с богом!
Глубоко вздохнув, я отперла замок, повернула ручку… и вывалилась на крыльцо от рывка с той стороны.
– Попалась, тварь! – прорычал мужчина, цепко схвативший меня за плечи. – Том, быстро!
– Ага!
Полуослепшая от боли и неожиданности, я не смогла сопротивляться, когда у меня отобрали чемодан и корзину с утробно воющей Мышкой. Грохот, истошный мяв, стук закрывшейся двери… Кошку заперли в доме, а меня потащили к машине.
Я попыталась расслабиться, отсчитывая мгновения. Ваш ход, мистер Пиковый Король!
Мгновения, словно карты в раскладе. Боль в вывернутой руке, толчок, визг тормозов в стороне. А потом что-то хлопнуло, щелкнул затвор и знакомый голос протянул лениво:
– Отпустите ее, парни.
– Рук? – удивился тот, кто меня держал. И чуть ослабил хватку, так что я смогла обернуться. Надо же, какие люди! – Ты чего тут делаешь?
– Для тебя – мистер Рук, – поправил тот холодно. – Я пришел за ней.
И кивком указал на меня. Он небрежно облокотился о капот своего черного автомобиля. Шляпа надвинута на лицо, в зубах сигарета, под распахнутым плащом угадывалась кобура. А по бокам застыли двое молчаливых крепких парней с оружием.
Хорошо подготовился.
– С какой стати? – опешил мой похититель. – Эта сучка Билли укокошила!
И встряхнул меня так, что клацнули зубы.
Рук хмыкнул и сплюнул сигарету на блестящую от дождя брусчатку.
– А может, это ты Билли угробил, а? И девку прижал, чтобы вину переложить?
«Мой» бандит набычился и потянулся к кобуре.
– Ты чего надумал, Рук? Не убивал я его!
– Да что ты его вообще слушаешь? – не выдержал его доселе молчавший приятель. – Мы под Смитом ходим, Рук нам не указ.
– Слушай, ты, шавка!.. – начал один из подручных Рука.
Тот поднял руку в кожаной перчатке, и его подчиненный мигом заткнулся.
– Со Смитом я сам перетру, – пообещал Рук равнодушно. – А пока рыжая моя.
Похитители переглянулись, потом «мой» сплюнул.
– Ладно, забирай!
И толкнул меня вперед с такой силой, что я чуть не пропахала носом мостовую. Рук меня подхватил, а приятели покойного Билли тем временем прыгнули в свое авто и были таковы, только шины взвизгнули.
– Босс, стрелять? – осведомился подчиненный Рука.
– Пусть уходят. Вы как, мисс?
Одной рукой он удерживал меня, второй заботливо поправил мне съехавшую набок шляпку.
– Спасибо, в порядке.
Мой голос дрожал лишь самую малость.
– Вас куда-нибудь отвезти? Или вернетесь домой?
Я невольно усмехнулась. Не мафиози, а сама забота. Кстати, как там Мышка? В доме было подозрительно тихо. Надеюсь, с ней все в порядке?
– Вернусь домой, – ответила я, отстраняясь. Ловушка захлопнулась. – Извините, мне надо идти.
И решительно высвободилась из его объятий. Город только-только просыпался, и в предутренней тишине мои каблуки звонко цокали по мостовой.
– Мисс! – лениво окликнул меня Рук, когда я уже взялась за ручку двери. – Вы кое-что забыли.
– Что? – оглянулась я.
Чемодан сиротливо стоял на крыльце, сумочка висела у меня на плече.
Рук сдвинул шляпу на затылок и сунул руки в карманы.
– Вообще-то неплохо бы поблагодарить за помощь, – напомнил он насмешливо.
– Непременно, – кивнула я, стиснув ремешок сумки. – Как только вы мне поможете, так сразу поблагодарю.
