Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Конец дня компания провела без гостьи. Гаргулья озаботилась выбором себе места для проживания и вся прислуга занята была тем, чтобы помочь ей.

Каменному созданию понравился и кусок крыши укреплённый специально под её вес и располагающийся ниже балкон, и зала глянулась ей, примыкающая к балкону.

Прислугу хозяевам было даже неловко отрывать от поручений, так быстро они бегали по делам, только если в целях спасения. Гаргулья была повсюду. Она побывала во флигеле, в сарае, в рабочем цеху, в гостевых комнатах, в саду, и после каждого её визита изо всех этих мест тащили к ней что-то нужное. Вскоре людей, суетящихся по её поручениям стало не хватать, а в доме образовались две "муравьиные" цепочки рабочих. Одни тащили груз наверх, другие вниз.

Ильяна сидела бледная, но молчала, терпеливо ожидая, чем всё закончится. Фэрокс старший то выбегал в сад, то пытался подсмотреть, что делается наверху, то в раздражении мерил общую залу шагами и читал, что записывали лэр-в Тинек с Тарином.

–Это неслыханно! Как они её понимают? Почему слушаются?

Последний вопрос волновал больше всего главнокомандующего. Он несколько лет потратил на освоение командного голоса, завоёвывал годами авторитет и только в своей крепости мог добиться эффекта работающего муравейника. Ему было обидно, но понимая насколько глупо и несолидно его чувство, он молчал, не желая нарваться на насмешки Тинека.

Уже, когда дневная звезда Вариетаса зашла за горизонт и на небе начали зажигаться ночные звёзды, суета успокоилась и Алеш крича со второго этажа позвал всех в гости. Надо ли говорить, что все сорвались с места и по-военному быстро взлетели наверх. Широкие двери бывшей гостиной второго этажа были распахнуты настеж и приглашали войти.

Помещение поражало своей необычностью и казалось, что люди попали в сказку. Огромные окна были прикрыты задрапированными тканями, что создавало уют в помещении и мягкость. Расставленные у окон на полу небольшие бочки, засыпанные землей и впихнутыми туда остриженными кустиками выглядели странно, но, пожалуй, смотрелись органично. Крупные садовые скамьи были завалены старыми подушками на которые натянули разноцветную ткань. Мебель похоже стащили из всех гостевых комнат. У стен стояли вразнобой и самый большой в доме шкаф, и незнамо как приволоченный с чердака гигантский сундук, тоже заваленный подушками как скамьи, два комода, полки, кресло, малый шкафчик для бумаг.

Никогда ещё эта гостиная не была столь заполнена мебелью, и хотя обилие предметов было непривычным, уходить отсюда не хотелось. Впечатлений на сегодняшний день все получили в избытке и поэтому, когда гаргулья вышла на балкон и замерла, закутавшись в крылья, потихоньку все разошлись.

Глава 5.Наводим красоту и приобретаем фанатов.

Дару".

Для Дару, работающего в загородном доме Фэроксов практически с молодых лет, появление каменного страшилища ознаменовало новый этап в жизни. В юности насмотревшись как пашет отец на земле, не щадя себя, сколь много работают ученики подмастерьев, чтобы получить самостоятельность и наслушавшись бравых россказней о войне от изредка приезжающих селян в отпуск, он твёрдо решил стать воином. Хватило одного месяца жизни в крепости, чтобы понять, что спокойная регламентированная традициями жизнь крестьянина безопасней, что тумаки от обучающего ремеслу мастера, фигня. В крепости без роздыху заставляли работать, щедро раздавали наказания и подвергали опасности. Так сын крестьянина узнал, что жизнь бывает разной и понятия "плохо-хорошо" весьма условные.

Уже потом, когда шок от новой жизни прошёл, юный Дару понял, что так из молодняка выбивают дурь, приучают к самостоятельности, прививают навыки самообеспечения, защиты, делают их выносливыми. Очень многому крестьянский парень научился за три года жизни в гарнизоне, многое повидал. Так же узнал он, что мало кто из простых людей доживает на воинской службе до средних лет. Слишком опасно, поэтому и рассказывают заманчивые истории в отпусках вояки, чтобы восполнять потери, иначе не выдюжить крепости без защитников.

А служба их нужна, слишком страшные твари рвутся на прокорм в их мир. Маги конечно молодцы, стараются, но их мало, и защита им нужна пока они колдуют. Совсем не так представлял себе службу юный Дару, но выдержал, с честью справился и узнав многое, теперь понимал всю сладость мирной жизни за пределами мест прорывов, но обратной дороги для него не было.

Только повезло ему или не повезло, как посмотреть. Молодой воин стал калекой. Ногу ему откусила одна из тварей и выполнять свой воинский долг он больше не мог. Крошечная пенсия и никому не нужный более сопляк двадцати лет, отправлен в свою деревню. Вырван из кипящей событиями жизни и возвращен в пастораль. И снова у него произошла переоценка жизни. Мечты в незнающей ни минуты покоя крепости, оказались глупыми. Уже на следующий день заскучал в деревне Дару. Тишина, размеренность, бесполезность, сводили с ума. Нет, он не сидел без дела, ведь руки-то целы, но одно дело было защищать мир, а другое зарабатывать медяшечку.

Вот когда помогла протекция лэр-ва Фэрокса. Привыкшего к активной жизни парня, он взял к себе в дом работником, который хоть и не профессионально, но умел делать всё. Дару старался и его трудолюбие было вознаграждено искусственной ногой и повышением. Отныне он отвечал за весь бабский коллектив работающий в доме и приходящих селян, выполняющих повинности в саду. Ему многое хотелось сделать, но Фэроксы редко приезжали, к тому же были неприхотливы и никак не давали ему развернуться, показать себя. Так проходили годы, дом почти пустовал, но догляда требовал. Дару уже успокоился, отпустил бородку, придававшую ему возраста, и позволил рутине поглощать себя, лишь изредка встряхиваясь по праздникам.

Приезд Фэроксов как всегда оживил дом, но разве это надолго? И вдруг, появление чудовища, заставившего изменить распорядок дня хозяев, а потом и потребовавшее к себе особого внимания. Тварь была необычной, непостижимой, какой-то царственной и капризной. Очень быстро стало понятно, что монстр, девушка, и ей без конца что-то надо. Поначалу это раздражало, но потом пришло осознание, что жизнь Дару приобретает смысл. Существо сразу выделило в нём главного и назвало "о-ец-иим". Молодой лэр-в, будучи не совсем уверенным перевёл как "домецким".

"В любом случае, скоро Гаруня научится лучше говорить, и ты поймёшь, как она тебя назвала", пояснил тогда лэр-в Алеш.

Дару начал командовать как лэр-в Ферокс у себя в крепости.

Чтобы угодить гаргулье понадобилось задействовать много народу и все они подчинялись ему, домецкому. Это было сладко. Дом наполнился жизнью, все суетились, торопились, были загружены делами. Уже ложась спать Дару подумал, что это, наверное, самый счастливый его день. Он кипел энергией, раздавал указания, следил и делал всё так, что получал благосклонные сапфировые взгляды лэры Гаруни, а уж она точно знала толк в работниках!

Следующий день начался рано для всех. Привычка вставать с рассветом была и у работников, и у хозяев. Гаруне понадобились щётки, большие и маленькие, инструменты для полировки камня, швея, обувщик, женщина, умеющая вязать и гончар. Дару пришлось задействовать мелких пацанчиков, чтобы они бегали с поручениями в деревню. Вскоре гостье потребовались листы бумаги, краски, чернила, кисти. К полудню у необычайного создания в покоях перебывало множества народу. Поначалу помогал общаться Алеш, он как-то особенно быстро понимал, что хотела получить гостья. Потом она справлялась при помощи кистей и бумаги.

Дару следил внимательно, чтобы неотёсанная деревенщина случайно не обидела ранимое существо. Он видел, как она переживает, когда её не понимают или пялятся на неё раскрыв рот. Но всё обошлось. К обеду Дару уже вышел в красивом строгом, почти военном сюртуке, только богаче, и чинно следил, как подают к столу бабы еду, которых украсили полоской белой ткани на голове и белым же передничком. Эти белоснежные мелочи сделали баб немного особенными, и они даже двигаться стали с достоинством. А лэр-в Ферокс пошутил, не замечая, сколь много правды в его шутке.

–Ты Дару стоишь и выглядишь как я у себя в крепости! Этакий полководец, – все улыбнулись.

Но вряд ли Дару выглядел так же глупо, как они, когда к столу подошла лэра Гаруня. На ногах у неё были надеты изящные тапочки. Подошва и перемычки, украшенные кусочками агата поверх ступни. Ей не нравилось ходить босиком, и она первым делом заказала себе такую забавную обувку.

Когти ей отполировали и убрали остроту. Теперь они плавно закруглялись и блестели, отражая звёздный свет. Ещё ей связали первую пару смешных длинных носков без низа. Она заказала себе дюжину разноцветных таких штук, со тщанием подбирая цвета для каждой пары, являя безупречный вкус и поучая помощниц, что обладание безупречным вкусом, подчас даёт больше чем обладание умом. Из кожаных полосок разных цветов, не сшитых вместе, а наложенных слегка внахлёст друг на друга и огромной ширины ремня, ей сделали юбочку.

Целый час две девушки равномерно распределяли по распахнутым крыльям кусочки подаренного гладкого синего агата и теперь при их раскрытии она была похожа на редкую, немного чудовищную, но всё же бабочку.

Лэра Гаруня сама себе тщательно вычистила зубы и являя собой верх чистоплотности произвела и сдала стакан чистейшей огненной воды, после чего терпеливо крошила огромными клещами подаренный ей кусок цельного агата и после, вздыхая, жевала его. Пришлось доложить любопытному капитану, что отходов не было, хотя это неприлично информировать о личных делах лэры, о чем Дару не преминул недовольно упомянуть.

Агат потихоньку весь впитывался или рассасывался ею, как леденец. Чем дольше она перерабатывала его, тем сильнее менялся её общий цвет. Теперь при разном освещении она была то голубовато-серой, то тёмно-серо-синеватой. Это было красиво, о чём и не замедлил сказать ей Дару, чем доставил видимое удовольствие.

Голову гаргульи теперь украшал немного странный головной убор в виде связанной лепёшечки, но он придавал ей лихой вид и действительно украшал её. Кульминацией всего облика стало украшение морд...лица. По её просьбе лэра Ильяна изготовила из золотой проволоки изогнутую конструкцию с чуть вытянутыми кругляшами, куда вставили цветное синеватое стекло. Если смотреть на окружающее сквозь эти стёкла, то всё приобретало необыкновенный оттенок. Удивительно, как такое странное и немного нелепое украшение придало беззащитный и застенчивый вид гаргулье.

Шок у сидящих за столом задерживался, и пауза из эффектной, для Гаруни всё больше превращалась в драматическую. У неё не было времени и множества мелочей, чтобы сделать так, как пела душа. Но всё же, она надеялась, что сумела создать образ барышни и хотела получить комплименты. Публика молчала и забрасывать даже дежурными фразами не собиралась. Спас положение чуткий и внимательный душка Дару. Вот уж поистине находка. Идеальный дворецкий, он просто рождён им! Всё что ему не хватало, это толики востребованности и поддержки.

–Прелестная лэра Гаруня, прошу садиться, – и отодвинул табуретку для неё.

–Гаруня, ты такая...такая...– наконец-то подал голос Алеш.

"Потеряли дар речи", поняла расслабляясь гаргулья, и выдохнув напряжение, постукивая специально набитой металлической окантовкой на простенькие шлёпки, продефилировала к столу. В еде потребности у неё не было, но не уважить своей персоной общество, она не могла. В конце концов, надо быть благодарной за предоставленную свободу.

–Гарунь, а ты после обеда пойдёшь со мной потренироваться? – немного смущаясь и явно под давлением отца, спросил Алеш.

Слегка повернув голову и чётко отмерив небольшой кивок, Гаруня вернулась к обеду. В этот раз она решила попробовать орешки. Она уже поняла, что необходимые ей элементы впитываются либо напрямую телом, либо в процессе пережёвывания, но тогда ненужное ей, слегка меняет свой состав. Когда ей девочки полировали ногти, Алеш зачитывал результаты наблюдений над первым, вторым и третьим добровольцами.

–Свинья номер один, – важно рапортовал он, – получила хлебную добавку и у неё отмечен эффект "вроде бы ярче стала", – меняя голос, цитировал парень ухаживающего за хрюшками работника. – Предлагаю продолжить подкормку, – и подвинул Гаруне тарелочку с булочками. Поскольку делать было нечего, девушки были заняты полировкой, пришлось жевать булки.

–Свинья номер два, – продолжал Алеш, – получила выжимки из салатной зелени, – дальше парень замялся, но мужественно продолжал, – задним проходом беспрерывно трещала портя воздух. Предлагаю эксперимент с зеленью закончить.

Гаргулья чувствуя себя смущённо быстренько кивнула, не давая пигалицам времени посмеяться.

–Свинья третья, получившая фруктовый жмых, вела себя подозрительно бодро, счастливо и задиристо. Просьба от рабочего больше не давать ей этот прикорм.

Алеш смешно поднял указательный палец для выразительности и погрозил, снова копируя того же мужичка: "а то сладу с ней нет!"

Гаруня улыбнулась, не оголяя слишком зубы, чтобы не пугать своих маникюрш.

–Экспериментальный морс употребили кухонные бабы приняв за наливку. А отработанное мясо, то что забрал Дару, никому не скормили, а по незнанию выкинули где-то в саду.

Парень с удовольствием отчитался, а дальше немного посплетничал о том, что капитан и лэр-в Тинек пишут научные труды по Гаруне. Вскоре Алеш заскучал и встретились уже за обедом.

Лэр-в Ферокс не знал, как себя вести с уникальным существом оккупировавшем не только его дом, но и всеобщее внимание и от этого сердился.

Ильяна чувствовала себя тоже неловко. Ей хотелось окружить гаргулью заботой, но она совершенно не справлялась с фантазией этого существа. Разве она смогла бы столько всего придумать для её украшения, а ведь Гаруне это было важно. Выходит, что у неё не получается изменить свою жизнь, слишком живы в ней гарнизонные порядки, понятия, привычки. Ощущение закостенелости стояло колом, а хотелось ...хотелось...чего-то необычного.

Лэр-в Тинек пребывал в эйфории от открытий и нового слова в разделе "магические существа". Ему ещё никогда так интересно не было, и он всё время представлял, сколько удовольствия доставит родным, рассказывая в красках о гаргулье, особенно доченьке.

Капитан Тарин был близок в ощущениях с Тинеком, старался всё происходящее дотошно конспектировать. Уж ему ли не знать, насколько ценны записи!

Гаруня ничего не зная о душевных течениях, сидящих за столом персон, после обеда отправилась с Алешом на огороженную площадку.

Глава 6. Гаргулья показывает силу красоты.

Тренировка.

–Здесь можно тренироваться и ничего не повредить, – пояснял молодой воин и показывал управление маленьким полигоном. – В этом ларце лежат тени наших врагов. Если вставить белый шарик сюда, то появится проекция самого мелкого существа с изнанки. Будет казаться, что тварька настоящая. Она будет двигаться, вести себя почти как живая, но это всё лишь настройка, заложенная реакция на излучаемое нами тепло. Ни укусить, ни оцарапать она не может. Это просто тень, раскрашенная дымка. Но учиться с ней удобно, особенно новичкам.

Гаруня с интересом слушала и кивала, давая понять Алешу, что его слова ей понятны. Дальше он доставал по очереди остальные шарики. От белого к розовому, от розового к более яркому цвету и чем насыщенней окрас, тем опаснее классифицировалось существо.

Алеш рассказывал, вставлял в выемку шарик и пояснял на конкретном примере. Твари были страшные, неказистые, бестолковые и жуткие. Ну зачем существу похожему на свинью три ряда зубов, причём многие из них выпирали и должны были ранить его самого? Или мясистая голова с глазами размещённая на длиннющих тонких ножках. Где у неё рот? А ведь тварь глазами посылает смертельные лучи. Но каков смысл её существования? Шипастые собаки, многоголовые животные, уродливые минотавры, отвратительные змеи, перекрюченные жутики, копытно-рогатые с огромными пастями существа, насекомоподобные или чёрные сгустки мрака. Это были основные виды лезущих тварей с изнанки, но видимо прогресс на месте там не стоял и частенько нижний мир поражал новинками, разнообразием и сюрпризами. Жить стало страшно. Гаргулья поникла и готова была снова впасть в раздумья, но Алеш закончил с лекцией и приступил непосредственно к тренировке.

Он был прекрасен! Как юный бог он разил тварей, прикрывая растерянную Гаруню, шарахающуюся ото всего. Наконец он победил всех и повернулся к ней.

–Ну что, испугалась? – и столько доброты, сочувствия было в нём, что гаргулья часто-часто заморгала и выпустила на волю хрустальную слезинку.

–Маленькая, ты что, не плачь! Ты же не умеешь плакать...– потрясённо произнёс Алеш, наблюдая как прозрачная капелька ещё в полёте на землю затвердевает.

–Это невероятно, – прошептал парень поднимая крохотную каплю, – я отдам маме на изучение, но лучше больше никому об этом не знать. Даже если для артефакта эта слезинка не сгодится, то великую стоимость всё равно иметь будет.

Гаргулья не слушала, она чувствовала себя сейчас ужасно уязвимой и одинокой. В ней никак не уживались мысли о ужасах этого мира. Ранее всё казалось сказкой, страшной, но нереальной, и вот только сейчас при виде защищающего её юного воина, стало жутко. Ловкие, сильные твари, использующие каждую возможность урвать тела, покалечить, ранить, и Алеш рискующий собой. Это было неправильно. Всё было неправильно, душа страдала, переживала и буквально рвалась на части. Немного успокоившись, гаргулья показала на кристаллы и предложила ещё раз попробовать. На этот раз она собиралась тоже поучаствовать в бою.

"Молодые не должны умирать", поднималась в ней волна с этим утверждением и снова как вчера в голове пошёл разброд чувств. Путаница возрастных ощущений о себе, всё время сбивала с толку.

Алеш ненадолго убежал, а гаргулья помыкавшись и пострадав немного, успокоилась. К приходу напарника она являла собой образчик воинственности и готовности к изнуряющим тренировкам. Молодой человек улыбнулся и запустил кристаллы. Гаруня металась, мешалась, мучилась, но толку от неё не было никакого. Во-первых, ожившие тени на неё слабо реагировали, так как в ней было мало тепла. Во-вторых, она совершенно не владела своим телом.

–М-да, будем начинать с малого, – подытожил парень и убрав кристаллы, принялся задавать простые задания.

–Взлетай вверх и садись, – командовал он.

–Теперь взлетай и зависни на одном месте.

–Взлетай и развернись...посмотри на какую максимальную высоту ты можешь взлететь...подлетай, хватай и снова взлетай...неси груз.

Через пару часов гаргулья потеряла свой красивый цвет, уверенность в своей решимости и уж ни о какой воинственности речи вообще идти не могло. В общем, она банально сдулась и осознавая сей неприятный факт о себе, терзалась своей не совершенностью.

–Гаруня, мне кажется ты устала, – наконец решил Алеш, когда увидел, что при приземлении гаргулья обсчиталась с расстоянием и рано сложила крылья. Чудесный беретик слетел с неё ещё при первых кульбитах, шлёпки потерялись позже, теперь же разодрался уютный гетр, и юбочка неприлично задралась. Не то чтобы гаргулья ощущала физическую усталость, но тело начало её хуже слушаться, как будто она использовала в нём нечто нужное и без восполнения больше не может соблюдать координацию движений. С трудом встав, окинув несчастным взглядом своего учителя, облокотившись на поданную руку, смотря под ноги, поплелась с ним в дом.

Алеш мужественно выдерживал вес подруги до самого дома, но когда при подходе Дару всплеснув руками бросился хлопотать возле лэры Гаруни, облегчённо выдохнул. Дом снова ожил, магическому созданию необходимы были чистка, полировка, подкормка, починка одежды, потребовался непонятный помпончик, потом ей захотелось узнать все новости, да как идут дела по её заказам. Нарастало её беспокойство по поводу потери красивого цвета тела, что заставляло нервничать всех, но вскоре всё наладилось, силы восстановились, одежда была приведена в порядок, а там и ночь настала.

Пара дней пролетела в тренировках, хлопотах с гардеробом, наполнении комнаты мелочами и продолжающимися экспериментами в плане питания. Лэра Ильяна исследовала слезинку Гаруни. Определила её прочность, прозрачность, а самое главное магическую наполненность, но эффект ею даруемый угадать не было возможности.

–Я думаю, – запершись в мастерской вместе с Гаруней и Алешом, говорила она, – что в случае потребности кристаллик снова может стать водянистым и впитаться, отдавая свою силу. Такие случаи происходили со слёзами многих существ, но как вы понимаете, это огромная редкость. В чём именно она может оказаться полезной и какова её сила даже предположить не берусь. В любом случае Алеш, никто не должен знать об этом феноме, – строго закончила она.

Перепробовав разное питание, Гаруня определила, что ей годится как обычная пища, так и каменная. Отличие было одно, человеческая еда требовалась каждый день и не смотря на то, что сплёвывать приходилось уже намного меньше, чем раньше, всё же приходилось, а минералов хватало на недели, если конечно не двигаться активно или не меняться. А она менялась. По чуть-чуть, но всё легче удавалось выпрямляться. Совсем незаметно на глаз, но по ощущениям удобнее становилось произносить слова, хотя её ещё мало кто понимал. Но самое интересное, всё больше уходила окаменелость тела. Не только крылья обретали пластичность, но и сама она выглядела живой, если не замирала. Сам процесс окаменения теперь был явно заметен, показывая два её состояния: живое и спящее. Над этим Алеш тоже решил поработать, чтобы отрегулировать "гранитизацию" по желанию.

Лэр-в Ферокс забрав сына с собой на пару дней пообещал всем сюрприз. Его отпуск вскоре подходил к концу и лэре Ильяне очень не хотелось отпускать мужа, но они с сыном так таинственно и предвкушающе себя вели, что она отступила. Гаруня взяла на себя обязательства помочь справиться с грустью лэре. Первым делом под её руководством Ильяне накрутили волосы на тряпочки, смочив их пивным напитком. Пока лэра сидела в бантиках, гаргулья размашистыми движениями, ощущая себя художником-модельером, размахивала кистью по бумаге и выдавала шедевр за шедевром. Возможно не всякий оценил бы полёт движений Гаруни, но только не артефактор со стажем.

–У тебя очень интересные мысли, думаешь мне пойдёт такое платье? Но как его сшить?

Практическая сторона дела ненадолго заглушила энтузиазм, но разве остановить разогнавшийся локомотив жажды облагодетельствовать? Гаргулья зная, что истратила все невеликие запасы тканей на окна, взмахнула крыльями и сдёрнула одну из штор. Разложила её на полу, долго заставляла лэру вставать то в одном месте на ткань, то в другом, пока наконец не удовлетворилась и чуть склонившись, острым концом крыла прочертила круг вокруг лэры.

–РРРРаз, – получилась у неё буква "ррр", и Ильяна осталась стоять посреди большого круга.

–Э-ва, – "д" пока не вышло произнести, но лэра теперь находилась чётко в тканной дырке. Подав сигнал пигалицам, которые были у Гаруне последние дни на подхвате, они подняли ткань вокруг фигуры лэры и зацепляли её за пояс.

–О, она круглая как наша Вариетас (лэра имела в виду не мир, а дневную звезду Вариетас), мы можем пришить её к моему кителю. Он из этой же ткани был пошит.

Через несколько минут на растерзание был доставлен упомянутый китель и Гаруня колдовала над ним. Когти у неё больше не могли резать поверхность, а крылом было неудобно, поэтому она кисточкой намечала, где убрать лишнее. Прибежавшая местная швея только охала, но быстренько подкалывала по рисунку. Целый день провозились Гаруня с Ильяной над составлением набора требующегося каждой женщине.

К вечеру с головы лэры сняли тряпочки, и она порадовала каменную узурпаторшу барашковой причёской. Сопротивляться напору гаргульи не было сил. Та взбудоражила весь дом, но находила необходимое ей и вскоре у Ильяны были выщипаны брови, отполированы и накрашены ногти, проколоты уши и пошито платье. Когда хозяйка дома увидела на голове новую причёску, то расстроилась, но гаргулья не выпустила её из цепких лап, и не давала больше смотреться в отражатели.

Иногда лэре было страшновато, когда Гаруня склонялась и почти полностью замирая, вычерчивала что-то на её лице или копошилась с завитыми волосами, не давая девушкам подходить. Но вот она отошла, согнув одну руку-лапу упёрлась себе в подбородок, а второй обхватила первую за локоть, снова замерла. Кажется, неугомонная была довольна и предлагала посмотреть на себя. Все присутствующие затихли и с затаённым восторгом ждали реакции лэры.

Ильяна опасливо посмотрев на всех, спустилась вниз и активизировала самый большой отражатель в доме. Она не сразу поняла, кого видит. Перед ней стояла невероятной красоты девушка не старше двадцати пяти лет. Да где там, даже в восемнадцать в ней не было уже беззащитности и хрупкости, которые она сейчас излучала. Тогда она увлекалась силовыми упражнениями переживая, что слишком стройная и накачала себе рельефные мышцы. Сейчас она была похожа на волшебное существо. Выделялись глаза, изогнутые брови, привлекали внимания губы... Ильяна забыла, как дышать и всё смотрела на себя узнавая и не признавая. Волосы Гаруня собрала ей в лёгкую причёску из которой выпадали уже не такие тугие кудряшки. В ушах сверкали изумруды, вытащенные из артефакта здоровья и на скорую руку превращенные в серёжки. Они подчёркивали зеленоватый цвет глаз и теперь никто не спутал бы их с грязно-серым. Платье разной длины, спереди не достающее до пола с локоть, позади почти касалось его, смотрелось потрясающе. Ильяна ещё долго разглядывала бы себя, если бы не стали раздаваться всхлипы.

–Эй, вы чего, – удивилась она, – мне всё очень нравится.

–Лэра у нас такая красивая, – выдавили девушки и глядя друг на дружку все пустились в рёв.

Гаруня тоже растрогалась и элегантно промокала глаза платочком. У командующего губа не дура, отхватить себе такую красотку. Повсхлипывав немного, все разошлись делиться впечатлениями, а хозяйка дома пригласила оставшегося лэр-ва Тинека и капитана к столу. В этот раз гаргулья чувствовала себя божеством и наслаждалась производимым эффектом своего творения. Мужчины роняли столовые приборы, подносили еду мимо рта, и забывали слова. Ильяна сначала удивлялась, потом улыбалась, а после вообще рассмеялась.

–Гаруня, – спрашивала она после, – неужели это я на них так подействовала?

Гаргулья закивала и с видом философа произнесла:

–и-ла кррра-о-ты!

Ильяна пошевелила губами.

–Сила красоты! – перевела она.

Гаргулья кивнула и очень стараясь выдала ещё одну мудрость.

–Кррассота стрррашная сссила!

–Гаруня, ты очень хорошо сказала! Я сразу всё поняла! – смущаясь небывалых чувств, заметила Ильяна.

Гаргулья была довольна собой. Она не стеснялась разговаривать, невзирая на неполное понимание её речи и наконец, это дало эффект. К тому же капитан передал ей остатки изменчивого камня, которых было столь мало, что они ни на что уже не годились. Этих крох хватило на укрепление крыльев и на отрастание пока ещё маленького хвоста, прячущегося под юбчонкой "а-ля дикарка". К сожалению, чем больше выпрямлялась Гаруня, тем больше сил требовалось при полёте и возникала необходимость дополнительной конечности для координации. Тарин обратил на это внимание и подсказал ей о пользе хвоста, отдав драгоценные остатки. На вопрос откуда вообще взялся изменчивый камень у командующего, Тарин ответил, что нашли случайно простые воины.

–Понимаешь Гаруня, размножение у гаргулий вещь редкая и общественная. Даже легенд почти не осталось, что когда-то вас было много, даже чересчур, ведь для вашего рода тогда подходил любой камень. То ли божественное вмешательство, то ли был задействован уровень супер архиважных магов, но в один миг для рождения гаргульи стал необходим только один камень. Я бы условно назвал его камнем, потому что он живой, пусть на другом уровне, но определённо живой. И вот, при новых условиях рождения, проходили столетия, тысячелетия, и изначальный вид гаргулий либо эволюционировал, как считают некоторые теоретики, либо рассыпался в прах. Вас стало очень мало. Закавыка оказалась в том, что изменчивый камень в природе большая редкость и вот тогда процесс рождения стал сродни чуду.

Гаруня слушала забывая обо всём, так захватила её история рождения каменных существ. Капитан довольный искренним вниманием, продолжал.

– Гаргульи начали объединяться в группы, тем самым показав свою разумность и способность наблюдать, мыслить. Они взрослея увеличивались в росте, и в какой-то момент могли позволить себе сбрасывать с себя излишки камня. Драгоценные кусочки копились всем сообществом. На это могло уходить сто лет, двести. Всё зависело от количества особей, их желания делиться силой. Ведь чем крупнее, тем сильнее, а отдать, значит ослабеть. Когда камня набиралось достаточно, тогда они возможно сами придавали первичную форму будущему новорожденному, а может просто общались с камнем по очереди, и он сам приобретал форму или у них был особый ритуал, сама понимаешь, чужих рядом не было, но спустя ещё время наконец рождалась гаргулья. Тот камень который достался тебе, был почти в полном объёме собран маленькой группой. Кто знает, сколько им потребовалось на это столетий, чтобы скопить, сберечь ради нового члена общества, но все они погибли разом при новом прорыве. Слишком неожиданно он произошёл и лезли оттуда мощные твари в большом количестве.

Тарин смутился. Гаруня явно обладала ярким воображением и весь её вид был ужасно разнесчастный, она почти дрожала, переживая давнишнюю историю и нервно теребила в лапах серебряную ложку, сминая и расправляя её. Не зная, как успокоить, он продолжал свой рассказ минуя подробности.

– Гаргульи защищали своё сокровище до последнего вздоха, но из разрыва нахлынула целая армия и у защитниц не было шанса. Наши отреагировали настолько быстро, как смогли. Сколько лучших магов сложило там головы, пока сдерживали лезущих тёмных, не счесть. Нашим пришлось использовать заклинания убойной силы, после которых земля остаётся потерянной для всех. На том месте теперь нет горы, одно название "мёртвая пустошь". Не знаю, кто из оставшихся в живых магов обратил внимание на то, что именно защищали изо всех сил последние гаргульи, но он погибая, поставил метку и перед нанесением страшного уничтожающего всё удара, гаргульин камень вытянули вместе с оставшимися в живых воинов.

Гаруня с её развитым воображением, всю ночь оплакивала душой своих родственников. Потом переживала за себя, что для её рождения понадобились магические энергии, и вдруг она будет теперь изгой среди других гаргулий. Ответа на возникающие страхи не было, а переживаний в душе скопилось много, все они были непонятными и потерзавшись немного, она решила жить одним днем.