Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

– Вам просто не повезло с мастерами, – посочувствовала Вера.

– Да какие там мастера! Свои, местные взялись делать, – махнула рукой гостья.

Дверь осталась приоткрыта, и в гости к Вере зашли ещё ребята.

– Вер, чего у тебя ректор делал? – первым делом прозвучал вопрос.

– Тебя что, отчисляют?

– Ну что вы такие тёмные, чуть что – сразу плохое думать? – возмутилась соседка. – Вера будет защищать новое направление! Верунь, как называется, я забыла?

– Маг-бытовик, – смутившись от внимания всё прибывающих в её комнату сокурсников, пояснила девушка.

– И что ты будешь делать? Что за глупое направление?

– Ах вы, кляксы безмозглые! – накинулась на них Лея. – Много вы понимаете? Идите отсюда, дышать нечем!

Лея вытолкала всех за дверь.

– Верунчик, можно у тебя душ принять? У тебя так тепло и уютно, – жалобно попросила соседка.

Вера посмотрела на неё удивленно:

– Конечно, можно.

– Верунь, а как ты сделала зеркало? Оно долго будет работать?

– Всегда, – улыбнулась хозяйка она.

– Как «всегда»? Я просила Зарину, артефакторшу с третьего курса сделать мне зеркало, так она цену загнула, – Лея посмотрела на потолок, показывая, что только там, можно поискать запрошенную стоимость, а потом возмущенно добавила: – да ещё оно у неё дольше полуминуты не работает. Чего-то напортачила она в схеме и разобраться не может.

– Лея, здесь другой принцип работы. Моё зеркало не артефакт, а просто вещь, сделанная при помощи разных направлений магии, – принялась объяснять Вера, но соседка нетерпеливо перебила.

– А ты мне можешь такое же сделать? А? Верунчик, ну пожалуйста! – заканючил она.

– Я думаю, – Вера задумалась, что-то просчитывая, – что лекарям тоже понадобится зеркало, вот тогда разом можно будет сделать. Только мне нужны деньги на материал.

– Ой, Верунь, я тебе прямо сейчас дам, только ты не забудь про меня! Сделай мне, пожалуйста, такое же большое как у тебя, лады?

– Лады. Иди мойся, а мне нужно подготовиться к разговору о том, что потребуется лекарям и как это вообще основывать новое направление.

Вечером ректор дал образец заявления и уселся в сторонке, а вот после того, как Вера написала, что отныне по своей воле обязуется доказать полезность бытовой магии, к ней подсел специально приехавший из дворца гоблин. Девушка впервые видела представителя этой расы.

Невысокого роста, чуть сгорбленный, щупловатый, обладатель удлинённых ушей, встопорщенных жёстких волос, крючковатого носа и красивых миндалевидных глаз. Он длинными пальцами перебирал подготовленные документы, задавал вопросы, сразу что-то у себя помечал. Гоблина интересовали все детали произведенного ремонта в комнате Веры. Сроки, стоимость, необходимость тех или иных изменений. Ректор через полчаса мелочных вопросов источал бешенство.

– Господин Свураль! – прорычал лэр-в, привставая и намереваясь вышвырнуть мелкого зануду вон.

– Свиритарель. Ваша должность, лэр-в Каримон, обязывает вас хорошо помнить имена.

– Мне плев…

– Думаю, пора вас послать на курсы подтверждения вашей преподавательской квалификации. К тому же, последние бланки с расходами вы прислали неверно заполненными.

Ректор смотрел на гоблина, как на садового вонючего клопа, обнаруженного у себя в постели и наливался болезненной краской.

– Из-за неправильно составленных отчётов управление финансов решило, что расходы на питание студентов у вас явно завышены и – если бы не я! Если бы не моя лояльность к вам и компетентность, а также заступничество многоуважаемой госпожи Ферокс, нашей незабвенной покровительницы, то советник по финансам оштрафовал бы вас.

– Шерх знает, что творится! Гаргулья – покровительница академии! – сбавляя тон и плюхаясь обратно на стул, пробормотал ректор.

Гоблин пристально посмотрел на ректора суровым взглядом, и тот сделал вид, что он очень занят. Не стоило в непочтительном тоне говорить о гаргулье, основавшей ведомство отчётности и ставшей предметом поклонения всех гоблинов. Именно с её лёгкой лапы этот народ стал востребован в сфере бухгалтерии.

Если бы ещё она не ввела в обиход кипу бланков различного назначения, то лэр-в Каримон и слова против неё не сказал бы! Но, шерх её подери, все документы теперь надо заполнять по стандартному образцу, а записки на обрывках бумаги больше не принимаются. Одна радость, что после гибели лэр-ча Вираса, курирующего дела академии, и приходом на его место гоблина, стало хоть понятно, сколько требуется денег на содержание учебного заведения и что остаётся не потраченным из выделенных денег казной. У Вираса всегда денег не хватало, а гоблин, если ему все бумажки правильно заполнить, то всегда находит какие-то резервы на развитие.

Ректор угрюмо сидел, наблюдая, как его студентка отвечает на все вопросы дотошного гоблина. Кажется, она неплохо ориентируется в гоблинских схемах и даже умудряется вставлять в них свои цифры. Наконец, ушастый зануда поднялся, вручил Вере пачку документов:

– Не забывайте, лэра Ранс, всё вовремя их заполнять, тогда и расчёты с сотрудничающими вами мастерами будут производиться сразу.

– Да, господин Свиритарель, – кивала Вера, как будто всё понимала.

Гоблин раскланялся и с достоинством покинул кабинет.

– Уф, я думал он никогда не уйдёт! – облегчённо воскликнул ректор. – Сочувствую, Ранс, но с бумажками вам придётся разбираться самой. Я в ужасе от них, и ничем помочь не могу.

– Спасибо, но и не требуется. Здесь ничего сложного нет, – счастливо улыбнулась Вера.

– Да? – с подозрением посмотрел на неё ректор. – Ах, эйфория! Ну, тогда понятно. Сейчас вам всё по плечу.

Мужчина покачал головой и сочувствующе произнёс:

– Идите, лэра Ранс, и помните, к самому короткому дню вы должны предоставить хоть что-то на всеобщий суд. Иначе я буду вынужден вас отчислить!

– Да, лэр-в Каримон, не беспокойтесь, спасибо, я побежала!

Лэр-в посмотрел на разноцветное светило Вариетас, ища у него ответа на вопрос: «За что ему всё это?» Потом бросил взгляд на оставленную гоблином расчерченную на множество квадратиков таблицу, которую ему надо заполнить, брезгливо поморщился и, плюнув на всё, побежал трепать нервы третьему курсу. День заканчивался, наверняка кто-то из них напортачил где-нибудь, так что можно хоть душу отвести справедливыми замечаниями.

А Вера, вернувшись в комнату, долго не могла успокоиться. Ей хотелось немедленно бежать в отделение лекарей и приступить к работе, но было уже поздно. Набросав для себя план действий на завтра, она внушила себе здоровый сон и проснулась с рассветом.

Лэра Калина кемарила на скамье в приёмном покое, куда рано утром постучала Вера. Она с любопытством смотрела, куда попала, и ёжилась от царствующего здесь холода.

– Доброе утро, лэра Калина, – поприветствовала девушка дежурившую лэру с даром лекаря.

– Доброе, что так рано? – нахмурилась лэра.

– Так дел впереди много, надо всё осмотреть, а вдруг потом пострадавшие появятся.

– Ну, пойдём, посмотрим, – нехотя вылезая из-под огромной шкуры и потягиваясь, протянула лэра.

Холод стоял жуткий, несмотря на то, что зима ещё не началась. Приёмный покой был темноватым, сбоку стоял узкий стол, на котором в ряд стояла батарея баночек с зельями. С другой стороны стояла высокая скамья, на которой и спала лэра. Её дар был очень слабеньким, и она закончила направление зельеваров, совмещенное с лекарским. Это означало, что лечить она будет при помощи своих зелий, лишь понемногу вливая в пациента свою магии. В академии был преподаватель-целитель, но в штате медработников он не числился. Хотя, конечно, если случались серьёзные случаи, то его приглашали лечить, а точнее спасать. Хорошие целители –  весьма редкое явление, а сильные вообще из академии выпускаются штучно, но, слава звёздам, каждый год. Но Веру эти тонкости сейчас не интересовали. Она была рада, что лэре Калине ничего объяснять не надо и можно сразу приступить к работе.

– Лэра Ранс, наш ректор сказал, что вы можете сюда поставить душ, это правда?

– Правда, – кивнула Вера, – но этого будет мало, чтобы мне засчитали открытие нового направления. Сейчас я посмотрю, что можно сделать ещё.

Вера заглянула в узкую комнату, где в ряд стояли кровати и получалось, что лежачие больные взглядом упирались в стену, а окно располагалось в самом конце «пенала» и давало минимум света.  Потом посмотрела несколько кладовок, прошла по бестолковому коридору, который был расточительно широк. Зашла в комнату, где лэра Калина готовила свои зелья. И напоследок заглянула в туалетную комнату. Она была точь-в-точь, как у Веры до ремонта.

– И это всё? Я думала, у вас тут несколько палат, кабинет, место, где можно удобно магичить. Нельзя это делать на глазах у других пациентов!

– Да какие у нас пациенты? Если что-то страшное случается, то приходит целитель и сразу ставит на ноги. Дольше расплачиваемся с ним потом, а если работа для меня, то совсем не обязательно здесь лежать. Приходят, принимают зелье и уходят.

–  Я как-то всё не так себе представляла, – растеряно произнесла Вера. – А где вы живёте? Здесь же?

– Нет, в этом крыле слишком холодно, оно не жилое. Первый этаж занимает кухня, у них там печи всегда работают, так им нравится, что прохлада идёт от стен. А здесь есть ещё несколько помещений, так в них складывают всякое барахло. На третьем этаже был когда-то разбит лекарственный сад, но он давно заброшен. Я хотела его восстановить, но не потянула. Да и нет сил за ним ухаживать. Говорят, его создавал лэр-в, так ему несложно было воду наверх поднять, да землю менять.

Вера слушала внимательно. Она измерила все помещения, которые занимала лекарка с двумя сменными помощницами. Залезла во все комнаты, что использовали под всякий хлам. Поднялась на крышу, где высохшая земля с кочками травы представляла жалкое зрелище. Вышла на улицу и тщательно зарисовала пристроенное к общему зданию крыло.

 Обед Вера пропустила, вспомнила о еде только тогда, когда проходила мимо единственной таверны в их небольшом городке, спеша купить почтовый шар. Аппетитные запахи так манили, что она зашла и заказала себе жаркое.

Наслушавшись от скучающей хозяйки, какая Вера худенькая и не морят ли в академии студентов голодом, она побежала на почту.  С интересом рассмотрев свою покупку, девушка прикрепила к почтовому шару письмо с чертежами и зарисовками помещения, где ей предстояло работать и отправила его отцу.

Шар будет лететь днём и ночью с приличной скоростью, так что время на дорогу можно не учитывать. Отцу надо будет разобраться со всем, что прислала Вера и посоветовать ей, что можно сделать.

Она написала ему, что хотела бы задействовать все помещения на этаже и приготовить их к использованию для больных. В городке, где стоит академия, не работает ни один целитель, даже лекарки с слабым магическим даром, кроме лэры Карины, нет. Один лишь старенький знахарь есть. Понятно, что сравнительно недалеко находится столица, но всё же это не один час езды.

Потом Вера загорелась восстановить сад на крыше, но ей не хватит сил поднять туда землю, посадить растения, да и не сезон сейчас. О многом она успела помечтать, вдохновлённая свободой действий и предоставленными денежными средствами, но всё тщательнейшим образом обдумав, побоялась затевать, что-то грандиозное без одобрения и помощи отца.

Два дня она сидела и чертила план будущей больницы, уж она их повидала на своём веку немало! По всему выходило, что ей не обойтись без помощи лэр-ва или ребят, умеющих работать с камнем, что могло обесценить её собственный труд в глазах преподавателей. Но всё же Вера надеялась, что за участием в перестройке многих людей сумеют разглядеть и её вклад в общее дело.

Оставалось спросить согласия лэры Калины, нужно ли ей столь масштабное расширение сферы её деятельности и будет ли она принимать местное население. Потом надо будет договориться с ректором, чтобы он дал указание освободить захламлённые комнаты, ну, и ещё раз переговорить с гоблином. Вряд ли он полагал, что затеянная работа Верой будет столь объёмна.

Вскоре лэр-в Каримон проклинал Веру на чём свет стоит. Ему пришлось искать новое место для склада всякого нужного барахла, а потом ещё в течении всего срока ремонта работать по указке студентки и настоятельной рекомендации гоблина помогать ей во всём. Можно подумать, он бы отказал, если бы гоблин своим крючковатым носом не влез бы в их дела! Тем более Ранс умеет как-то так воздействовать, что даже его огромная разрушительная сила начинает работать рядом с ней точечно и дозировано.

Лэра Калина смотрела на студентку с каким-то затаённым выражением лица и ожиданием чуда. А Вера, получив ответное письмо отца, стояла у ворот и ждала его прилёта. Он нанял грифона и мчался помочь дочери в качестве прораба. Так началась грандиозная переделка небольшого здания, куда время от времени приглашали ворчащего ректора, чтобы он в указанных местах проделывал отверстия под трубы или дыры для нового окна.

Вера едва уложилась в выделенный срок. Лэр-в Каримон, как только сообразил, что студентка справляется, и вклад её в обустройство неказистой пристройки получается грандиозный, так сразу закутал строение дымкой и сейчас с превосходством смотрел на народ, собравшийся по случаю открытия лечебницы, куда может обратиться каждый за помощью лэры Калины и даже целителя.

Немаловажным приятным сюрпризом для ректора стало обещание гоблина выбить снижение налогов и ещё одну преподавательскую ставку за то, что у лечебницы будет статус общегородской.

Местные мастерские с удовольствием сотрудничали с юной магичкой и её толковым помощником. Именно мастеру Скворцову удалось договориться о работе в долг с последующей оплатой из казны. Мастера восхищались Вериными магическими умениями, но то, что она не могла оплатить сразу материал и труд, вызвало у них опасения. Но как только первая работа была выполнена, Вера заполнила нужные бумаги и передала их господину Свиритарелю, так сразу же из казны поступили деньги на оплату заказа. Мастера успокоились и уже смелее работали с лэрой Ранс.

 Но всё это осталось позади, а сейчас ректор академии устроил небольшой праздник, поддаваясь новому столичному веянию, введённому неугомонной гаргульей. Студенты-огневики забросили в воздух огненные шарики, которые под воздействием обладателей синего огня, лопались на высоте и рассыпались фейерверком искр. Воздушники сделали из облаков барашков и составили их в ряд, а водники придумали водяную девушку, которая прошлась мимо восхищённого народа, покачивая прозрачными крутыми бёдрами, чуть приподнимая юбочку. Отличились щедростью и кухонные работники, раздав всем горячие напитки, чтобы зрители не мёрзли. Наконец, праздничное вступление закончилось, и ректор снял дымку со здания.

Неказистая двухэтажная пристройка теперь гармонично вписывалась в общий величественный вид академии. Кардинально увеличилось количество окон, и здание перестало казаться каменным сараем. Высота пристройки стала казаться больше за счёт поставленных на крыше пергол и возведённого зубчатого забора, копирующего в уменьшенном виде зубцы башен на основном здании.

Вера, как и хотела, смогла возродить на крыше сад. Конечно, в разгар зимы там не зацвели розы, но она обновила заклинания защиты крыши, ведь это не требовало много сил, только внимания и аккуратности, чтобы при поливе сада вода не попадала внутрь здания. Подняла туда новую плодородную землю, правда, в этом ей помог Данияр и несколько воздушников, сагитированные болтливой Леей. Как только соседка получила за свои скромные деньги не одно, а два довольно больших зеркала, так стала ярой поклонницей дара Веры.

Без посторонней магической помощи Вера прочистила старые водоотводы, провела воду для полива, сделала многочисленные дорожки, ведущие к укромным уголкам. Здесь ей помогал дельными советами отец. Он тщательно распланировал её работу небольшими этапами, и дочери оставалось только придерживаться порядка и учиться совмещать несколько дел, по очереди задействуя свои невеликие возможности.

Девушка, видя, что справляется со взятыми на себя обязанностями и получив большие скидки на изготовление стекла в мастерской, решилась поставить небольшую оранжерею на крышу, установив её вплотную к основному зданию. Задумывалась она совсем небольшой, но из экономии пришлось её увеличить, так как дешевле было изготавливать в мастерской уже заданный размер окон. Но всё равно, поставленную оранжерею снизу не было видно, зато внутри неё смогут расти даже редкие теплолюбивые деревца.

В открытой части сада Вера посадила несколько ценных саженцев, растущих только в горах и приобретённых по случаю в столице. Она магически прислушалась к их потребностям и создала для саженцев идеальные условия на крыше. Теперь оставалось ждать весны и мечтать о том, как ахнет лэра Калина от восторга, когда увидит, какие редкости появились в её саду. Больше Вера ничего не сажала: когда будет тепло, лекарка сама посадит то, что ей нужно.

Много споров у Веры с отцом вызвала возможность сделать отдельный вход в лечебницу. Он был необходим, но как должен выглядеть, они оба смутно представляли. В конце концов, решили не мелочиться и сделали с торца роскошную парадную лестницу, ведущую сразу на второй этаж. Более того, чуть урезав помещение кухонных работников на первом этаже, им удалось соорудить подъёмник на тот случай, если понадобиться поднимать лежачего пациента или доставить что-то тяжёлое в сад.

Стоит ли говорить, что Вера самостоятельно проделала всю рутинную работу по обнаружению щелей и их заделыванию, чтобы в лечебнице даже намека от сквозняков не осталось. Пол, стены, потолок были оттёрты и отшлифованы. Стены девушка решила оштукатурить и расписать незатейливыми повторяющимися рисунками, как делали в старинных замках на Земле. Получилось светло и нарядно. Лея, любопытствуя, как идут дела у соседки, часами могла бы сидеть и смотреть, как полсотни щёток чистили полы, десятки кисточек вырисовывали заданный рисунок, а странный инструмент сбивал лишние кусочки камня в будущих окнах, чтобы получался ровненький прямоугольник, но у неё были свои занятия, и она, с грустью оглядываясь, убегала на них.

Чтобы пристройка приобрела достойный вид, Вере пришлось поменять окна и на первом этаже. Теперь двухэтажное здание могло похвастать ровными рядами крупных окон, которые девушка сделала двойными, и их можно было открывать-закрывать, а уж подоконники хотелось гладить рукой, такими гладкими и приятными на ощупь они казались.

Людей поразило, что внутри лечебницы было светло и тепло. Местами Вера установила лампочки, но в основном горели магические светлячки. Ведь в академии первые курсы при их изготовлении осваивали технику дозированного воздействия и их было очень много. Поэтому девушка решила воспользоваться оказией.

Входящие посетители оказывались в зале, где стояли скамьи, прилавок с множеством снадобий и стол. Лэра Калина надеялась, что если дела у неё пойдут неплохо, то можно будет нанять ещё одного зельевара, который будет помогать готовить зелья и продавать их. Возможно, понадобится обслуживающий персонал в лечебницу, но это всё потом.

Из приёмного покоя можно было пройти либо в маленькие чистенькие палаты со смешными кроватями на колёсиках, либо в помещение, где удобно осматривать пациента, колдовать над ним.

До неузнаваемости преобразилась кухня лэры Калины. Теперь там стояла совсем другая печь, от которой по трубам распространялось тепло по всему второму этажу. Так как борьба с холодом прошла успешно, то лэре Калине понадобился холодильник для хранения её зелий. Вера старалась предусмотреть для работы женщины всё, что могла, в том числе и парочку отдельных небольших уютных комнаток для личного отдыха. Кто знает, может лэра наймёт на работу девушку, не имеющую своего жилья, а зарплата у помощниц небольшая, чтобы снимать комнату. Так что лучше сразу предусмотреть такую возможность.

Лэр Каримон с трудом разогнал задержавшихся посетителей, желающих сразу полечиться в таком красивом здании. Он злился на затоптанный пол, бросался бить по рукам тех, кто трогал разукрашенные стены, следил, чтобы никто не воспользовался сверкающими белизной туалетами.

Отец Веры научил дочь делать кафельную плитку, и она выложила ею стены в санитарных комнатах. Потом девушка пообещала себе, что поработает с плиткой в своё удовольствие, пробуя делать на ней рисунок или рельефный оттиск, а сейчас она изготовила одноцветную белую плитку, что привела ректора в восторг.

Он был необычайно доволен работой своей студентки и сладко мечтал, как можно ещё использовать её дар. Однако весь педагогический коллектив поставил ему ультиматум, что следующая работа лэра Ранс будет в их доме. Это же безобразие, когда все удобства на улице или на работе, совместно со студентами! Лэл-в Каримон каждому досаждающему ему сотруднику-кровопийце нашёл «ласковое» слово, но те совсем обнаглели и устроили ему бунт! Ректор вынужден был смириться и отложить преобразование библиотеки на следующий год. В эти трудные минуты ему настоящим другом стал господин Свиритарель, считающий, что люди могли бы и потерпеть неудобства ради вечного и бесценного, но и ему досталось за неосторожные слова.

И стоит ли упоминать о том, что работа студентки Веры Ранс была единогласно признана нужной, выгодной и перспективной. Более того, её сразу же загрузили новой работой, почти не ограничивая в средствах, правда, при условии изготовления определённого количества зеркал и ламп для королевства. Но это уже было неважно. Главное, что Вера могла по выбору продолжать посещать некоторые занятия и приобретать практический опыт.

Глава 6. Назначение в крепость Живицу

Время летело с бешеной скоростью для всех студентов. Рано утром многие сдавали вчерашние долги, потом торопились позавтракать и приступить к занятиям. Лекции, практики, тренировочные бои – и вот уже подошло время ложиться спать, чтобы на следующий день продолжить учебный круговорот.

Для Веры всё обстояло точно так же, как и для всех, только она частенько моталась по городу, выполняя свою работу в различных мастерских и одновременно учась тонкостям дела у мастеров. Её возможность куда-то уходить сильно задевала некоторых измотанных учёбой студентов. Вера ничего не могла поделать, ведь не объяснишь же каждому, что вкалывает она не меньше других, с той лишь разницей, что ей ещё приходится изрядно побегать по разным местам, а иногда и оставаться ночевать в столице, чтобы доделывать сложную работу.

Но было несомненное преимущество её направления перед всеми другими. Она, заканчивая свой проект, видела счастливые глаза лэры Калины, нынче с гордостью возглавлявшую лечебницу и набравшей в неё дополнительных сотрудников.

Для всех преподавателей Вера стала желанным гостем. Вроде ничего особенного для них не сделала, но служебные здание превратилось в настоящий уютный дом. Красивые широкие лестницы, удобства в квартирах и маленькие печи на кухнях взамен одной общей и никогда не используемой.

Всё, что на покинутой Земле являлось стандартной атрибутикой современного дома, всё это получили преподаватели академии благодаря Вере. А так как их дом стоял чуть в стороне от громоздкого здания, то она оградила небольшую территорию у дома, выделив площадку для питомцев преподавателей, для будущего сада и просто место для отдыха.

Весной зацвели саженцы на крыше, и лэра Калина закрыла туда вход для всех. Слишком ценными были пока что единичные цветочки деревцев для любого мага. Они могли восстановить выгоревший дар, могли временно увеличить силу магии, могли придать вещи волшебное свойство.

Казалось бы, привози и сажай в своём саду уникальные чародейские деревца, но не у всех был сад на подходящей высоте, не все могли правильно ухаживать, да и редко когда удавалось довезти саженцы до столицы. Это была первая сложность, а второй закавыкой во всеобщем распространении было то, что только свежие части растения обладали полезными свойствами, поэтому бессмысленно было делать заготовки. Постепенно многие маги забыли о чудо-деревьях, но только не студентка, которая накануне прослушала курс о редких магических растениях и сразу узнала их при продаже.

Вере часто приходилось общаться с господином Свириталем и потихоньку, отвечая на её вопросы, гоблин рассказывал о проблемах Дивного королевства.

Только благодаря жёсткой дисциплине патриотически-настроенному обществу в нём удаётся поддерживать порядок и спокойную жизнь. Многие соседние государства и расы едва выживают, когда-то не сумев вовремя построить защитные крепости возле точек прорыва, и твари изнанки наносят значительно больший вред, разбредаясь по верхнему миру.

 Дивное королевство жило практически в изоляции, охраняя свои границы не только от тварей, но и от соседей. Только так можно было поддерживать довольно высокий уровень жизни своих жителей, а он таким и был по сравнению с другими государствами. Но отсутствие торговых отношений с соседними землями, невозможность получить разнообразное сырьё привело к застою в Дивном.

Всё, что удавалось королю –  это поддерживать устоявшийся уровень жизни, но развиваться дальше было невозможно. Не голодает народ, удаётся выплачивать приличное жалование лэрам защитникам – и хорошо.

Вера много думала, как можно было бы использовать в её деле сильных магов, чтобы они помогли исправить положение быстро и дёшево, но, начиная детализировать, понимала, что не всё так просто. Она могла вытащить из земли нужные элементы, а вот тот же Данияр –  не мог. Их было мало, и он их не видел. Если Вера использовала своё свойство «контролёра», так она называла сиреневое направление своих возможностей, то Яр мог работать с малыми составными земли. Но получалось, что природник с Верой полдня ходил с места на место и тянул то, что ей было нужно. Мага такой силы использовать в этом плане было не разумно, а маг средний силы не мог отделить нужное от общей массы.

Но обо всех этих отстранённых вещах девушка раздумывала, когда находилась в пути из одной в мастерской в другую или в академию. Питомца ей можно будет завести и поставить на довольствие, только если она перейдёт на третий курс, а сейчас всё ножками приходилось дороги мерить.

Очень быстро пролетел остаток второго курса. Она успела многое сделать для академии. После того, как обустроила дом для преподавателей и уже работала самостоятельно, без отца, ей поручили облагородить библиотеку. Хранилище для учебников находилось в ужасающем состоянии. Холод и сырость успешно приводили учебники в негодность. Самым старым учебникам было не более десяти лет, всё, что старше, приходилось выкидывать.

 Вере снова пришлось консультироваться с отцом, чтобы узнать, какие условия требовались для хранения книг. Всё оказалось намного сложнее, чем она думала, и за оставшиеся пару месяцев сумела лишь подготовить гигантский зал для дальнейшей работы. В этот раз её каторжный труд был не виден, и поначалу было непонятно, что она так долго возится. Но потом ранее бывавшим в библиотеке становилось очевидно, что помещение стало ещё больше, что воздух в нём теперь свежий и температура в зале комфортная.

Самым трудоёмким для девушки оказалась борьба с плесенью и различными грибками. Враг был не виден, поэтому какая-то часть его выживала и норовила заново размножиться в будущей библиотеке. Но зато, когда все подготовительные работы Вера закончила, оставалась наиболее интересная творческая часть переделок, и ей девушка собиралась посвятить третий год обучения.

****

Отправляясь домой на летние каникулы, Вера в этот раз добралась до столицы, наняла дракона и собиралась уже поздно вечером быть дома. Наездник умело направлял ящера и полёт проходил плавно. Девушка, замотавшись в плед, замечталась.

Перед самым отъездом к ней подошёл завершивший своё обучение третьекурсник и, смущаясь, подарил ей кристалл с вложенной в него чистой силой. Это был тот самый парень, к которому ревновала Рита Санова. Он ничего особого не сказал, понимая, что говорить надо было раньше.

– Вот, – протянул он крупный кристалл, – я зарядил его за несколько раз, тебе пригодится.

Вера в первый момент растерялась. Она давно уже не делилась с девочками своими фантазиями о том, какая должна быть любовь, да и некогда было. Но вот слова Марики о поглядывающем на неё парне запомнила. Она иногда встречала его, раздумывала, смогла бы она его полюбить, если бы он оказался чуть смелее? Это были очень сладкие мысли, подтверждающие, что всё-таки есть место чувствам в этом мире. Но парень ни разу не проявил инициативу, а Вера, с лёгкостью научившаяся общаться со всеми и обращаться за помощью, когда ей было нужно, ужасно стеснялась его, помня о словах Марики. И вдруг он подошёл!

Вера пыталась по лицу уловить, какие чувства бродят в нём, но никакой страсти и горящего любовью взгляда, как ей мечталось в тайных мыслях, там не было, была лишь грусть. Да, пожалуй, грусть и – сожаление.

Она с улыбкой приняла кристалл и, не обращая ни на кого внимания, в благодарность поцеловала его в щёку. Неслыханный жест для академии, но он ведь уже закончил её, а Вера… да пусть болтают!

Оставаться на ночь парню и девушке – можно, практично предусмотрев нежелательные последствия, а проявить чувства – признак глуповатости. Именно так, назовут не «глупой», а снисходительно – «глупенькая», – что для боевого мага неприемлемо.

Вера и об этой стороне воспитываемых у молодёжи отношений не раз думала. Она понимала, что во всём есть разумное зерно, что если не сдерживать эмоциональные порывы юных магов, то трагедии будут происходить одна за другой. Ведь что делать, если два мага-водника полюбят друг друга? Не так уж много городов-крепостей, где потребуются сразу два лэра с этой стихией?

Всё непросто в существующем укладе жизни, поэтому в отношении любви преобладал разумный подход. Без фанатизма, но он был первостепенным. Потом, с возрастом, лэры уже много больше начнут ценить чувства, но к тому времени они уже достаточно опытны, чтобы не набедокурить.

Вера всё понимала, но продолжала мечтать о своём. Она имеет право позволить себе любить. Её направление таково, что сидеть годами на одном месте она не будет. Ей придётся помотаться по крепостям, налаживая условия быта, так что для неё без разницы, полюбит ли она сослуживца или случайно встретившегося ей в дороге красавца. Всё равно она вынуждена будет что-то придумывать, как-то подлаживаться под условия жизни.

Так, витая в облаках в прямом и переносном смысле, Вера прибыла домой. Переночевала в пустующем особняке, а утром уже стояла на пороге дома Скворцовых. Вот где не было места расчётам и планированию по раздаче чувств! Отец Веру подхватил на руки и как маленькую закружил вокруг себя, а мама зацеловала так, что чуть не задушила. Даже маленький братик радостно смотрел на Веру и всё пытался вручить ей свои любимые игрушки.