Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Дав команду к взлёту, лэр-в, как всегда, полетел первым. Всё повторялось, как и прошлые разы, разве что Верино тело уже было морально готово к предстоящим неудобствам и нагрузке. Делая для себя оконное стекло, она попробовала изготовить очки для полёта. Времени на это было жалко, но лететь за драконом, не защищая глаза, она больше не могла.

 У неё не сразу получилось то, что она хотела. Сложность оказалась не в задуманной продолговатой, чуть изгибающейся к вискам форме, а в том, чтобы в случае неприятностей стекло не попало в глаза. С решением этой проблемы неожиданно помог мастер, наблюдая, как девушка бьёт готовые стеклышки одно за другим, разглядывая осколки. Он подсказал, что можно в стекло попробовать вплавить тончайшую паучью нить, которая осталась в небольшом количестве у местного артефактора после заказа на сеть.

 Вера потратилась, попробовала, получилось хорошо. На прозрачности стёкол наличие тончайших нитей не сказалось, а вот при попытке разбить его мастер с Верой убедились в том, что оно его здорово укрепило, и если всё же удавалось повредить стекло, то оно больше не осыпалось осколками. Это было бы отличное изобретение, если бы не дороговизна паучьих нитей.

Вера надела очки уже в полёте и не боялась теперь ни порывов ветра, ни беспардонно летающих насекомых, норовящих врезаться в глаза.

Разведчики, как и ранее, отделялись от командующего через равный промежуток дороги. Вскоре последняя пара последует своим маршрутом. Девушка начала беспокоиться, что она снова окажется с лэр-вом наедине. Надо было бы заранее обдумать, что между ними происходит, но катастрофически не хватало времени. Пока изготавливаешь что-то, нужно быть сосредоточенной, так как она использует одновременно с десяток направлений магии, а когда идёшь куда-то, то обдумываешь, что надо сделать и не забыла ли о чём-то.

Если бы не эти патрулирования, то она так не выматывалась бы, но она ни за что не посмела бы жаловаться. Она лэра, значит, это её долг участвовать в защите крепости. Может, когда-нибудь потом, бытовиков выделят в особую касту, как целителей или магов, работающих с животными, но сейчас она должна доказать необходимость королевству бытовиков и не привлекать ненужного внимание к себе капризами.

Движущийся чёрный ручей внизу заметили все одновременно. Дракон и грифоны забеспокоились, а люди, заметив волнение питомцев, сразу обратили внимание на опасность. Все спустились ниже и с удивлением разглядывали непонятных бесформенных чёрных тварей, которые перетекали, путаясь между собой. Единичные экземпляры, выбиваясь из общего потока, неожиданно обретали разное количество ножек и либо бежали на двух, четырех лапках, либо ползли, словно сороконожки; либо катились, пока снова не вливались в общую струю. Сверху они все вместе напоминали огромную чёрную змею, которую лэр-в мог бы сжечь одним махом, но не успели наездники достаточно разглядеть тварей, как те бросились в рассыпную.

Зорг дохнул огнём в голову «змеи», Виолента пытался успеть прижечь отделяющуюся и рассыпающуюся на чёрные точки середину. Вера в последний миг догадалась рассредоточить огонь командующего, придавая ему большую площадь поражения. Ей показалось, что сейчас важна не мощь огня, а охват максимального количества тварюшек.

Разведчики бросились догонять чёрные кляксы, но лэр-в приказал только следить за ними, не приближаясь.

– Ранс, за мной, – скомандовал он.

Дин охотно последовал за драконом, не желая приземляться. В небе сейчас было безопаснее.

– Ранс, будешь рассеивать мой огонь, как только что сделала и направлять их по тварям, – крикнул лэр-в – и тут на зависть всем драконам выдал огромный шквал огня.

– Давай! Не то весь лес без толку спалим! – сердился он, не понимая, что девушка уже изо всех сил старается.

Вера как шальная делила посланное пламя на множество более мелких огоньков, раскидывала их в стороны и направляла за тварями. Большая часть пламени так и прилетела на землю, туда, где уже никого не было, и оставила выжженное чёрное пятно. Но девушка сумела рассыпать достаточно огня по периметру, чтобы задержать тварей и прислать им вдогонку ещё огня командующего.

Никогда ещё она не опустошала свои резервы разных мелких направлений с такой скоростью. Но дело было не столько в отдаче магии, сколько в том, чтобы быстро придумать, как задействовать все имеющиеся цвета без повтора. За несколько секунд она опустошила запасы всех оттенков направления воздуха, воды, огня, земли; ударила сиреневыми, золотистыми цветами, ослабляя маленьких тварек. Как только почувствовала, что больше ей нечего отдать, так начала бросать заученные заклинания знахарей, шаманов, проклятийников. Все её резервы были малы, но восполнялись быстро, и вскоре она готова была всё повторить.

– Эх, Ранс, до чего же ты слаба! – с раздражением бросил лэр-в и принялся выжигать всё вокруг без разбора, не дожидаясь воздействия Веры.

Пламя бушевало, сжирая всё на своем пути. Пришлось подняться выше, но из-за дыма стало ничего не видно. Твари расползались быстро, мощные силы лэр-ва не позволяли посылать точечные удары. Вера расстроилась, что желание командующего поберечь лес, используя её помощь, не оправдалось. Он абсолютно прав, назвав её слабой, но можно было закинуть её к дракону на спину и с её помощью лэр-в смог бы действовать так тонко, как захотел бы. Обида кольнула, но командующий прав, повторила она себе! Он не обязан знать и помнить обо всех тонкостях Вериного дара. Она подавила в себе недостойные обидчивые чувства и следовала за лэр-вом, надеясь хоть чем-то быть ему полезной.

Они долго все вместе летали по лесу, отыскивая чёрных кляксовидных тварюшек, прежде чем приземлились.

– Лэр-в, как же они пробрались сквозь периметр защиты? – устало спросил один из разведчиков, растирая пострадавшие от дыма глаза и с завистью косясь на очки лэры.

– Мелкие, и не несут прямую угрозу смерти, – коротко ответил командующий.

– Тогда почему вы нам запретили к ним приближаться? – не понял разведчик.

– Я впервые вижу этих тварей, но читал о них. Они подселяются внутрь человека и подчиняют его.

– Разве это не прямая угроза смерти? – удивилась Вера.

– Нет. Тварь не желает смерти своему носителю. Она будет управлять им, и получать нужные ей эмоции.

– Ужас какой, – не удержалась девушка, представив себе садистов, маньяков и прочих мерзавцев, коими может стать человек с этой тварью внутри.

– Возвращаемся. Ближайшие дни прочешем эту местность и все окружающие населённые пункты на предмет странного поведения людей.

Так закончилось третье Верино патрулирование, сменившись наполненными делами трудовыми буднями, а на четвёртом, лэр-в как ни в чём не бывало, посадил Зорга на одной из встреченных небольших полян после того как все разведчики разлетелись.  Подошёл к ней, смотря ей прямо в глаза, снял её с грифона, прижал к себе, и чуть склонившись, чтобы приблизиться к уху, страстно заговорил:

– Не могу больше! Вера, Верочка, что же ты меня мучаешь? С ума по тебе схожу, не знаю, как подойти к тебе, как увлечь тебя.

Вера, прижатая к телу лэр-ва, выглядела глуповато. Рот её приоткрылся, глаза изумлённо уставились на форму командующего, а в уши нескончаемым потоком лились кажущиеся поначалу странными слова.

 «Она мучает его, он страдает, не спит, волнуется…»

«Чушь какая-то», – она даже на миг улыбнулась, но чем дольше прислушивалась, тем сердце сильнее билось и верилось во всё.

«Он влюблён в неё? Он сходит с ума? Мальчишкой себя чувствует? А она его игнорирует? Но она же работает, ей некогда, как и ему… Он следил, ловил момент, взгляд… Он вспоминал каждый её жест, слово…»

У Веры кружилась голова, от того, что стояли, тесно прижавшись, от его наполненного страстью голоса, от напора, от того, что она слышит всё, о чём тихо мечтала раньше. Но почему раньше? Потому что уже не верила, что встретит мужчину, который будет гореть от любви к ней, сходить с ума, быть может, даже страдать, но всё правда, любовь есть и от неё потерял голову даже такой мужчина, как лэр-в!

Руки, ещё поддаваясь инстинктам, слабо отталкивали командующего, а задурманенный сладкими признаниями разум искал всё новые подтверждения любви и находил, впитывал их, жаждая ещё. Виолента хрипло шептал, находя сладчайшие слова, перемежая их поцелуями в висок, в скулу, в ухо, пока не добрался до губ. Последний Верин рывок отстраниться и то всего лишь по причине, что она совсем не умеет целоваться, но лэр-в обхватил затылок и не позволил сдвинуться ни на сантиметр. Паника не успев обозначиться, схлынула. Он знал, что делать и умело руководил поцелуем, подталкивал, направлял и даже чуть стонал, показывая, что ему нравится, как она ему покоряется ему, отвечает.

О чём Вера думала?

Уже ни о чём.

Она была сметена ураганом чужих чувств и желаний, подхвачена им и неслась в новую жизнь, где она больше не будет юной девушкой, а станет женщиной.

Охватила и сразу же безвозвратно исчезла девчачья неловкость, когда была скинута форменная куртка с блузой. Лэр-в, не стесняясь, раскрывался перед ней натурой страстной и нежной. Он успевал говорить о своей любви, жарко целовать, раздевать и раздеваться сам. Смущение растворялось от ласковых слов в ответ на проявляемую робкую инициативу. Возраст командующего вдруг стал преимуществом, ведь сейчас он обозначал опыт, и лучшего мужчины для первого раза пожелать было нельзя. Виолента сумел развеять все Верины страхи, он ошеломил её, накинувшись, но не испугал, он продемонстрировал свою страсть и разжигал огонь в ней, он брал её, но следил, чтобы она не против была отдаться.

Она не знала, чего и как хотела, а он знал и делал. Получила ли она то самое удовольствие, о котором все говорят, она не поняла, но в лэр-ве Вера увидела мужчину, который до безумия влюблён в неё. Прекрасный, восхитительный мужчина, временами резковатый, вспыльчивый и очень одинокий. Только она может согреть его сердце, подарить ему тепло.

Глава 11. Семья

Страсть и безумство уступали место совсем другим чувствам. Сумасшествие закончилось, наступило время безграничной нежности и заботы. Прошли минуты – или целая жизнь? Раньше она была тайно ждущей любви девчонкой, сейчас она любимая и обожаемая женщина. Лэр-в её обтирает, приводит её волосы в порядок, помогает одеться и без конца целует, продолжая рассказывать какое она сокровище. Надо бы подумать, как долго всё это продлится, надо думать о будущем, но все эти мысли кажутся сейчас лишними и плохими. Нельзя портить такой момент.

– Вера, о чём ты задумалась? – наконец прозвучал конкретный вопрос среди льющихся водопадом чудесных слов.

– Ты ведь не жалеешь? Рано или поздно это случается со всеми девушками и … – Вере показалось, что лэр-в хотел сказать, что она подзадержалась с этим событием, но он не договорил и не дал ей ответить, лишь поцеловал в глаза.

– Нам пора.

Вера выплыла из любовного дурмана. Командующий сейчас был сам собой и мир её снова перевернулся. Или всё вернулось на свои места?

– Вера, ты со мной.

– Но Дин…

– Давай, садись.

Она вздохнула.

«Кажется, он никогда её не слушает, – но промелькнувшая мысль была ленивой и её сразу затоптали возражения. – Но это же не так, произошедшее между ними показало, что лэр-в очень чуткий, внимательный…»

Крепкие руки обняли её, и только сейчас Вера подумала о том, что подумают другие! Вот теперь весь романтический флёр выветрился окончательно. Был бы у неё сильный дар, была бы она лет на десять постарше, никто не пикнул бы в её сторону, но в её шатком положении показная связь с командующим будет воспринята плохо, очень плохо.

 Как же так вышло, что от чего уходила, получая назначение в Живицу, к тому же пришла? Стоило ли пахать в захолустье, зарабатывая репутацию, чтобы выйти в люди и сразу дать повод злословить о себе? Вера вцепилась в гребень Зорга и пыталась придумать выход. Она запуталась в своём отношении к лэр-ву, в его к ней, и корила себя, что сидит сейчас рядом с ним, усложняя себе жизнь.

Первые особенные взгляды она уловила на себе от присоединявшихся разведчиков на обратном пути. Положение уже не поправить, и Вера гордо сидела на драконе, стараясь проявлять максимальную самостоятельность. Если бы она видела, как улыбался Виолента, глядя на все её попытки отстраниться, то вообще не шевелилась бы. По прибытии хотелось одного: скрыться от всех и подумать, как вести себя дальше, но лэр-в повёл её к себе в кабинет.

Он молча шагал, она чуть позади следовала за ним. Вера была права, думая о нём, как о внимательном человеке. Она со своими чувствами, тайными мыслями, осторожными ожиданиями была у него вся как на ладони. Он сделал для неё всё, как ей хотелось.

Немного устал нести словесный бред, но многие женщины – любительницы слушать, и не только нежности. Это часть любовной игры, которую осваиваешь с опытом. Впрочем, он был очень доволен своим воздействием на неё, тем, что она старалась для него, пусть неумело, но он оценил. Дальше дело пойдёт лучше, и всё-таки есть прелесть в том, что открываешь неопытной девочке дорогу в чувственный мир.

Хотелось бы, чтобы тело её скорее проснулось, ведь оно создано для любви. Очень нежная кожа, к которой тянуло потереться всем телом, но он не стал пока пугать её. Есть в ней природная гибкость, а он боялся, что она будет колодой. Сама она замечательно сложена, именно так, как ему нравится.

Ему не по вкусу слишком худые или мускулистые лэры, не нравятся женщины с ярко выраженными фигурами. Хорошо, когда всё средненько, всё в меру, и пусть это не оригинально, зато красиво, и с ним такие девы смотрятся органично. Но всё это приятные бонусы, больше всего лэр-ва удивил запах Веры. Он почувствовал его, когда целовал ей шею, за ушком, лицо… Неуловимый, но он ощутил его и потом непроизвольно всё прижимался к ней, чтобы ухватить его снова и снова. Пожалуй, такого рода притяжение к женщине для него было впервые и это интересное, приятно будоражащее ощущение.

Командующий проводил Веру в кабинет.

– Подожди немного, – коротко бросил он и вышел в приёмную.

Лэр-в вернулся через пять минут в сопровождении лэра Фарита и лэр-ча Шонивы. Они оба смотрели на Веру чуть удивлённо и вроде бы радостно. Она поднялась и, ничего не понимая, взглядом искала помощи у лэр-ва Виоленты.

– Вера, подпиши вот здесь, – подал он ей свиток.

Она взяла нарядную, красочную бумагу и успела только прочитать своё имя и имя командующего.

– Вера, у всех полно дел, подписывай, потом поговорим или ты мне не доверяешь?

Слова тут были не нужны, от неё ждали подпись, и она быстро её поставила.

– Лэр Фарит, лэр-ч Шонива, вы свидетели, подпишите.

– Виолента, тебе не кажется, что ты обнаглел, – неожиданно нахмурившись, произнёс лэр-ч.

– Что тебя на этот раз не устраивает, бумажная душа? – раздражённо бросил лэр-в.

– Лэра Ранс, похоже, не в курсе того, что подписала.

– Ты никогда не женишься, Шонива, потому что ты любишь придираться, – фыркнул командующий и обратился к Вере.

– Милая, я люблю тебя, и я твой муж. Скажи этим господам, любишь ли ты меня? – смотря ей в глаза, он произнёс всё подряд, а потом, чуть подумав, добавил. – Хорошо ли тебе было со мной?

Вера открыла рот, чтобы ответить, но не знала, что. Слишком быстро всё происходит, непредсказуемо. Она не успевает разобраться в себе, понять лэр-ва. Она сбита с толку, чувств в ней много, и они хаотично сменяют друг друга. Это не страшно, пройдёт время, всё уляжется, даже утром она уже сможет нормально всё обдумать, но лэр-в не даёт ей этого времени.

 Вера мотнула головой, не в силах вслух выдавить отказ и при подчинённых обидеть лэр-ва, но тут ей приходит мысль, что он пытается её защитить от пересудов.

****

Новый вопрос «хорошо ли ей было?», совсем сбивает с толку. Мама её просветила, чтобы она никогда не говорила, что мужчина в постели не ахти как хорош. Всё можно поправить, пока он считает себя «супер». Вера её совет накануне прочувствовала на себе, ведь она была неумеха, а лэр-в только и делал, что восторгался ею, и это помогло ей раскрыться. Поэтому, услышав последний вопрос, она уверенно кивнула, тем более это было правдой.

Никто ничего уточнять не стал. Дело слишком личное и если есть какие-то вопросы, «молодые» сами разберутся.

Её поздравили, она нашла в себе силы поблагодарить, но когда все вышли, растеряно посмотрела на командующего.

– Зачем вы это сделали? – всё же спросила она его.

Он подошёл к ней, наслаждаясь её волнением. Столько эмоций, переживаний – и всё связано с ним!

– Называй меня по имени. Варг, – приподнял её подбородок, склонился к губам, но поцеловал в уголок. – Я тебе что, противен?

– Нет, конечно, нет! – Вера уже заметила, как ловко он играет словами, заставляя её чувствовать себя неловко и доказывать очевидное, сбиваясь с мыслей. Почему-то ей подумалось, что это уловка сомневающегося в себе мужчины. Вот, например, папа у неё выглядит очень уверенно, но она знает, что он всегда очень остро переживает всё в душе, так может и командующий такой же?

– Тогда почему ты не хочешь быть моей женой?

– Я не «не хочу», просто всё слишком быстро… – и снова стало неловко за то, что она вроде как ломается, не ценит своего счастья.

– Вера, идёт война. У нас у всех может не быть «завтра». Ты мне нужна, я очень устал быть один, – и действительно, голос у лэр-ва был усталым. – Я люблю тебя, но, если хочешь, я порву этот свиток, и мы сделаем вид, что ничего не было, – последние слова он произнёс с каким-то отчаянием и безнадежностью. Верино сердце разрывалось, и она, сама не зная, почему, расплакалась, находя утешение в объятиях слегка улыбающегося Варга.

Они вместе отправились на обед, и командующий сообщил всем о своей женитьбе.

– Отныне к лэре Ранс обращаться лэра Виолента, – закончил он свою короткую речь. –

Лэры сидели молча, осознавая новость, а остальные в зале громко заулюлюкали, выражая одобрение и поздравления одновременно. Вера встретилась глазами с Кираном и не смогла отвести их, пока молодой маг не развернулся и не ушёл сам.

В нём было столько сожаления, грусти и обиды, что хотелось подойти и как-то объясниться, но что она могла ему сказать? Прости, сама не знаю, как так получилось? А почему «прости»? Разве между ними что-то было, кроме редких дружеских обедов и смеха? Но вдруг он спросит, любит ли она Виоленту? Киран его боготворит, а она восхищается им и … жалеет? Разве можно таким поделиться?

Вера прошла за мужем и набрала себе еды. Она улыбалась оживившимся лэрам, слушая их пожелания счастья. Варг ел быстро, изредка бросая взгляды на жену, наблюдая за её неторопливыми движениями.

– У тебя много вещей? – неожиданно спросил он.

Веру кольнула мысль, что ей придётся переезжать, и это после того, как она потратила столько усилий на совершенствование своей комнаты. Было жалко её оставлять, но осознав, о каких мелочах она думает, назло себе улыбнулась:

– Личных вещей не так уж много, но вот для работы я вожу с собой несколько сундуков.

– Для работы? Зачем и что это? – удивился лэр-в.

– Я стараюсь придерживаться одного стандарта, ну как бы это объяснить, – замялась девушка, зная, что командующий любит краткость. – Диаметр труб и соединения в каждом здании должны быть одинаковые, чтобы через пять, десять, двадцать лет, мастеру ремонтнику не приходилось ехать на место и снимать мерки. Достаточно узнать, что это была моя работа – и он уже будет точно знать, какой размер нужен для замены. А если я буду работать долгие годы, то и мастер не потребуется, детали для замены можно продавать уже готовыми, и хозяин сам купит и всё сделает.

– Хм, надо будет сказать Шониве, чтобы мастерам оружейникам задал единый стандарт ножей для солдат и другой мелочёвки, а то надоело наблюдать, как спустя время начинается возня с подгоном и обменом новых ножен, ремней, переделкой сапог, из-за того, что там не держится засапожный нож, поиском подходящих крышечек для фляг взамен потерянных.

Вера вопросительно посмотрела на Виоленту.

– Вроде мастера делают всё одинаково, но всё же по-разному. Каждый на свою руку равняется, и расхождения бывают сильными. А так будет у всех единый образец и никакого самовольства! – лэр-в довольно хлопнул по столу ладонью.

– Ну что, поела? Вещи перенесёшь ко мне сегодня же, я заберу для нас ещё одну комнату рядом, и нам не будет тесно.

Вера раскрыла рот, чтобы как-то притормозить Виоленту, но разве он не прав? Муж и жена должны жить вместе. Она кивнула.

– Обожаю тебя, детка, – шепнул он ей и быстрым шагом покинул столовую.

Ему ещё смотреть перспективных новичков, что сегодня прибыли в крепость, разобраться с конфликтом, что возник в одном из отрядов разведчиков. Проверить работу недавно назначенных командиров и оценить пополненные отряды простых воинов. А ещё не закончились поиски разбежавшихся тёмных клякс. Наверное, надо было Вере сказать, что сегодня он будет поздно, но как-то странно получается. Как будто он должен докладывать девочке о своих делах. Хотя она понапридумывает себе всякой ерунды, а ему потом возиться с ней, переубеждать придётся. Виолента досадливо поморщился, развернулся и пошёл обратно в столовую. Она уже вставала из-за стола и подошла поблагодарить старшую поваров.

Лэр-в наблюдал, как девушка улыбается Фаине, потом она заметила его и, забеспокоившись, быстро подошла к нему. Отчего-то стало приятно и он, отведя её в сторонку, прижал к себе и шепнул в ухо:

– Вера, у меня сегодня очень много дел, я буду поздно, не волнуйся, ладно? – сам не понял, как вышло так ласково и душевно.

Она посмотрела на него с тревогой, и он добавил:

– Рутина, но требующая моего внимания.

– Я всё понимаю, я буду спокойно ждать, – ответила Вера то, что и должна была ответить жена.

Виолента быстро поцеловал её и стремительно вышел. Опаздывать он не любил.

Командующий всего лишь вернулся, сказал несколько слов, а Вера сделала шаг в любви к нему как к мужчине. Она смотрела вслед его уверенной поступи, как он по-хозяйски осматривает территорию и думала о его внутреннем одиночестве. Однако дел было много, и додуматься о хрупком сердце мужчины, спрятанном под броню показного равнодушия, она не успела.

Девушка привела свою комнату, только что ставшую домом, в порядок, а сама перебралась в комнату командующего, которая по размерам ненамного превышала Верину. В ней стояла широкая кровать, вещи были развешаны на штырях по всей стене, а в углу, за ширмой, стояли здоровая лохань с отхожим ведром.

Вера схватилась за голову. Понятно, что Виолента тут только спит, но нельзя же так… А ей-то что, тоже за драной ширмой в туалет ходить?

Она посмотрела соседнюю комнату и поняла, почему та не заселена. В некоторых местах, если бы не ширина стены, то вполне уместно было бы сказать, что руку на улицу высунуть можно. Видимо, для каких-то целей были отверстия, и там когда-то располагалось дерево, сейчас от дерева осталась труха и пустота.

Она долго ещё стояла и осматривала комнату. Уже завтра у неё по плану предстояла работа в подвале. Всё для этого было подготовлено, и следом она намеревалась заняться огороженной столовой, превращая её в кухню и далее продвигаться вверх по этажам. Жильё Виоленты и теперь её собственное сбивало ей все планы. Приняв решение, она вздохнула и пошла отбирать себе помощников.

Часть воинов у неё ещё с утра были посланы на карьер за песком, часть продолжали рубить деревья, несколько человек собирали и привозили камни. Вера с досадой заметила, что последний раз, когда она поила всех отваром «прелестниц», он совсем не подействовал на мужчин, и темп их работ замедлился. Поначалу-то были разительные перемены, они даже смеялись над внезапно расцветшей красотой друг друга, а тут недавно поила – а бодрости в них нет. Вот ведь тоже проблема!

 Она нагружает мужчин тяжелой работой и их старые раны дают о себе знать, причём всегда не вовремя. Хорошо бы подопечных отвести к целителям, но те долечивают лэров, командный состав, и им точно не до оздоровления рабочей бригады. Вера послала чьего-то сына с запиской за несколькими своими людьми, а сама достала подаренный ей третьекурсником кристалл и, используя его силу, принялась за работу.

Первым делом она подготовила два проёма под окна в свободной комнате. Работать с чужой силой было тяжеловато, но эффективно. Потом она освободившиеся камни использовала для заделывания дыр и отобрала подходящие для будущей варочной плиты. Всё остальное вынесли пришедшие помощники.

Окна в пол Вера пока не стала делать, так как хотела закончить их сегодня же, а такого размера стекла у неё не было заготовлено. Для подвала требовались маленькие окна, поэтому ей и так пришлось импровизировать, чтобы соединить три куска стекла в одно.

Она оставила помощника в свободной комнате со щётками следить за тем, как они работают и помогать им, когда потребуется, а остальные кто-то приносил доски, кто-то держал уже готовые полки, а Вера магичила над ними, мастеря шкаф. Когда соседняя комната была отмыта и отполирована, а в спальне командующего стоял готовый здоровенный шкаф, она присела передохнуть вместе с мужчинами.

Она видела, что они подустали, и посетовала, что не может им ничем помочь. Раз отвар «прелестниц» больше не срабатывает, то нет смысла больше его варить. Вера никак не ожидала услышать признание, что весь отвар мужчины отдали своим подругам под угрозой шантажа. Это было смешно и глупо, а ещё до обидного жалко времени потраченного на изготовление отвара.

– Ваш выбор, – сказала она воинам, поняв, что они надеялись на получение новой порции. – Не обессудьте, если я возьму вместо вас более молодых и выносливых. Сейчас у нас рутина, но уже завтра мы будем работать в бешеном темпе. Помните, как в замке, когда за день приходилось десятки раз подниматься-спускаться с тяжестями и всё что-то подравнивать, скреплять, держать?

– Мы справимся, лэра Виолента, – угрюмо ответили мужчины.

– Надеюсь. Ну что ж, за работу! День заканчивается, нам ещё окна вставлять, надстроенный второй этаж в комнате настилать, туда я все свои сундуки поставлю. Лохань мы перенесём тоже в комнату ближе к окну и, Вирт, прямо сейчас сходи к мастеру Ромеро, пока он не закрылся, забери у него бак для воды. Я завтра зайду, расплачусь. Пусть его ребята сразу несут сюда, а ты пойдешь к кузнецу, тому, что с нами сотрудничает, и возьмёшь у него кусок металла. Вот, держи образец. Много не надо, хватит точно такого же, как ты в руках держишь.

не совсем то нашла,  но пока пусть эта картинка будет для примера

В крепости прозвучал отбой, а Вера всё не отпускала помощников. Ей надо было закончить работу сегодня же, чтобы завтра уже не отвлекаясь, заняться основным делом. Кисточки споро двигались по деревянным поверхностям, покрывая их защитным составом. Помощник стоял и вовремя наполнял лоток с этим составом, чтобы кисти не тыкались в пустоту. Остальные выносили мусор и ждали, когда уже начнут поднимать сундуки наверх. Вера подсушивала новый пол и смотрела, всё ли успела сделать. Наконец, окинув взглядом всё, что получилось соорудить за день, заимствуя силу из кристалла, она выдохнула:

– Всё, можете идти. Завтра будет хороший тёплый день, пойдёте на вырубку и там, вдали ото всех отоспитесь. Я утром предупрежу старшего.

Мужчины ушли, а Вера, боясь присесть, чтобы не заснуть, взялась наводить последние штрихи. Перед воинами было неудобно трясти новыми подушками, свежим пышным матрацем, красивым постельным бельём. Всё это Вера купила в ближайшей лавке, не торгуясь, лишь бы не задерживаться. Она изрядно потратилась с приведением жилья лэр-ва в порядок, чтобы показать ему, что такое семейное гнездо. Немного тщеславное желание, но так хотелось удивить его, показать, как женщины могут наполнять жизнь теплом!

В старой комнате Вера оставила кровать, небольшое узкое окно, и на место лохани поставила шкаф, сделанный из множества полок, куда повесила всю одежду командующего и свою. Ей бы хотелось расширить окно и в спальне, но это она сделает уже потом, в соответствии со своей плановой работой. Она обновила загрязненный ковёр, борясь с желанием купить новый, но вдруг он ему дорог как память! Чистая комната выглядела по-новому. И пусть стиль был крайне минималистическим, стало всё равно заметно приятнее находиться здесь.

А вот во второй комнате Вера позволила себе проявить фантазию. Как и у себя, она надстроила второй этаж, куда загрузила все свои объёмные сундуки и спрятала там бак для воды. Лэр-в сможет заполнять его водой, и она при включении польётся вниз, прямо в деревянную ванну командующего. Вирта она посылала к кузнецу за кусочком нужного металла, чтобы сделать леечный носик. Вышло коряво, наспех, но, главное, работало. Вера очень надеялась, что выливать воду из лохани тоже сможет лэр-в, ей такие объёмы не осилить.

В стороне под вторым этажом появилась комнатка с умывальником, зеркалом и туалетом. Это, конечно, будут её хлопоты, ведь вряд ли лэр-в будет следить за наполняемостью деревенского умывальника и своевременным выносом использованной воды. Туалет тоже пока не особо обновился, разве что Вера купила специальный стул, под который ставят ведро. Совсем немного надо потерпеть, пока она дойдёт со всеобщим ремонтом до этажа командующего.

Ещё она обустроила маленькую кухоньку, рассчитывая на помощь Виоленты по зарядке огненных кристаллов, так как печь Вера городить не стала, а придумала нечто вроде плиты. Вообще-то готовить ей некогда, но она обязательно найдёт время продемонстрировать свои умения. Раз появилась кухонька, значит, рядом понадобится стол, и он чудесно вписался возле окна. Получился очень современный дизайн из-за кирпичной кладки и гладких деревянных поверхностей, но командующему должно понравиться.

Потом она по всему верхнему этажу сделает балкончики, широкие стены использует как небольшие кладовые, а ещё на балкончиках повесит ящики с цветами, что смягчит строгость интерьера. Утопающие в зелени балконы – это красиво, во всяком случае, природникам понравится.

Из последних сил она опробовала новый душ, не сумев даже толком подогреть воду, и уже не помня, как добралась до кровати, уснула.

Командующий вернулся в крепость глубокой ночью. Обнаружились пара тварюшек, которые присосались к крестьянам и те успели натворить дел. Одна клякса разожгла в мужчине похоть, и на радостях всё не могла наесться этой энергией, а вторая питалась болью. Обе тварьки, завладев телами мужчин, не успели адаптироваться к жизни людей и сразу привлекли внимание странным поведением носителей. Обеих клякс лэр-в уничтожил, теперь придётся разбираться с теми делами, что носители успели наделать, будучи под воздействием тварей. И вот вроде бы они не виноваты, но по всему выходило, что один-то уж точно преступник. Похоть женщины простили селянину, так как ни одной девки носитель испортить не успел, а вот того, кто причинял боль, он отправил в столицу. Пусть менталист решает, виновен или нет.