Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 107 (всего у книги 336 страниц)

Второй адрес оказался тоже неподходящим. Здание типографии и издательства газеты «Правда» на Исполкомской улице. Правда, Локтев уточнил, что искать Шигаева следует не в самом здании, а на заднем дворе, там, где цех наборщиков.

– Ну, а где следующий адресок? – измывался Воробьев, когда они перетряхнув весь цех сверху донизу, так и не нашли беглеца. – Может, в Смольном? В мусорном ведре у секретаря обкома?

Терехов терпел и отшучивался, но в глубине души тоже перестал верить информации, добытой Климовым. Опытный хищник Локтев, конечно же, обвел вокруг пальца мальчишку гипнотизера. Всучил липовые адреса. Только зря время потеряли, проверяя их.

Не слишком надеясь на успех, они сели перекусить в столовой. За всеми поездками уже наступил вечер. Осталось проверить последний адрес и Терехов не собирался делать это на голодный желудок.

– Съездим туда быстро, проверим и айда обратно, – сказал он коллегам. – А потом я буду проверять по обычному методу, путем исключения.

– А я хоть отосплюсь наконец-то – сказал Воробьев.

Пообедав, вернее, поужинав, они отправились по последнему адресу. Это был Финляндский вокзал. Искать следовало в зданиях путейцев, там, внутри самого вокзала. Локтев утверждал, что Шигаев долго работал железнодорожником и у него остались приятели в этой среде.

Пройдя через площадь Ленина, они прошли здание вокзала и углубились в вереницу путей. То и дело свистели прибывающие поезда, далеко вокруг разносился женский голос из динамиков. Люди в спешке бегали по перронам с сумками в руках.

Первым человеком, кого они встретили на возле домика сторожа, оказался Шигаев. Он первым заметил сыщиков, догадался, что пришли за ним, выхватил пистолет из кармана и открыл стрельбу.

Глава 27
Темный вагон

Я проснулся ночью оттого, что мне приснился давний кошмар. Это часто случалось, еще в прошлой жизни, после пробуждения я не помнил, что мне снилось. В этом новом теле такое произошло впервые.

Между прочим, я мог бы заняться самогипнозом и покопаться в тайных уголках своей души, но всегда руки не доходили. Помнится, в двадцатые годы следующего столетия как раз войдут в моду регрессивные сеансы гипноза, где участники вспоминали свои прошлые жизни.

Я всегда считал их высшим видом изощренного обмана, но теперь задумался. Интересно, если я сейчас пойду к психологу и попрошу ввести меня в транс и вспомнить прошлую жизнь, то наверняка я смогу рассказать много увлекательного.

Итак, я поднял голову с мокрой от пота подушки и мгновенно уселся на кровати. Я помнил последние моменты сна. Как будто за мной гонится кто-то с ножом, а я не могу от него скрыться. Хорошо еще, что не кричал.

Рядом пошевелилась девушка. Это была, конечно же, Катя. Вчера я предоставил девушке полную свободу действий. Как хочешь, никакого влияния. Я не буду ничего делать.

Удивительно. Я даже согласился, чтобы она полностью отказалась от меня. От любых отношений, кроме рабочих.

Все в порядке. Я бы понял. Меня утешало осознание того, что я мог соблазнить ее по щелчку пальцев.

И Катя сделала выбор. Наши поцелуи переросли в нечто более страстное. И закончились уже у меня дома.

– М-м? – сонно спросила девушка. – Что с тобой? Все нормально?

Я кивнул, вытер лицо. Лоб покрылся испариной.

– Все хорошо. Спи.

Но девушка уже проснулась. Обняла меня, прижалась. Я чувствовал биение его сердца. Тоже приобнял ее за плечи.

Ощутил ровный и спокойный пульс под кожей своими сверхчувствительными пальцами. Все-таки, недаром я учился мгновенно воспринимать состояние других людей.

– Тебе приснился кошмар? – спросила Катя. Ее волосы разметались по подушке. – Мне тоже иногда снятся.

– Что-то такое было, – сказал я. – Но уже не помню. Ладно, дай я выпью воды.

Я осторожно убрал с себя руку девушки, отправился на кухню и выпил холодной воды. Потом вышел на балкон.

Ледяной бетон. Зябко. Босые ноги. Я встал на коврик и облокотился о перила. Вдохнул ночной воздух. После дождя пахло сыростью и ночной свежестью.

Вокруг тихо. Во дворике ни души. Деревья сонно трепещут листвой. Как же хорошо. Никаких кошмаров и гребаных карточных королей.

Я переступил с ноги на ногу. Теперь понятно, откуда вылез этот дурацкий сон.

Мое подсознание пытается выполнить задачу. Я специально откладывал решение этого вопроса на потом, чтобы взглянуть на него объективно. Незамутненным взглядом. Когда чуток отойду от этого происшествия.

Но, видимо, не получится. Надо решать поскорее.

Как этот ублюдок узнал о засаде? Он невероятно проницателен. Или ему невероятно, сверхъестественно повезло.

Ну да, им всегда фартит. До определенного времени. Как будто их защищают врата ада.

Самое главное, что мне удалось спасти Савинковых. Это уже большая заслуга. Их еще будут охранять некоторое время. Впрочем, как сообщила Белокрылова, узнав, что на них нацелился маньяк, все семейство быстро уехало на юг.

В Анапу, где у них имелся домик для отдыха. Там они будут сидеть минимум полгода. Ну и хорошо. Целее будут.

Вместо них пришлось погибнуть двум милиционерам. Двум беспечным сыщикам. Тоже жалко.

Теперь линия этой реальности пошла по другому пути. Я не знаю, как теперь прогнозировать действия Пикового короля. Я помнил, кто должен стать его следующими жертвами, но случится ли теперь это на самом деле? Вот в чем вопрос.

Следующее убийство Пиковый король совершил через месяц. Убил двух молодых женщин, возвращавшихся с работы. В любом случае, их тоже придется взять под охрану. Вполне возможно, что эта линия реальности будет тяготеть к моей. И поэтому женщины в опасности.

– Ты не замерз? – спросила сзади Катя.

Я и не слышал, как подошла девушка. Слишком сильно задумался. Теперь очнулся, потер плечи. Я стоял в одних трусах, по коже от холода пробежали мурашки.

– Замерз, – согласился я. – И меня надо согреть.

Встав с постели, Катя накинула мою рубашку. Больше на ней ничего не было. Очертания груди соблазнительно угадывались под рубашкой. Края достигали бедер, едва прикрывая их. Я снова захотел сжать девушку в объятиях.

Катя протянула руку.

– Ну, тогда чего мерзнешь на балконе? Пойдем.

И мы снова вернулись в постель.

Утром мы проснулись в семь утра. И это несмотря на бурную ночь. Кате надо идти на работу, вечером на учебу. Особо в постели не поваляешься.

Хорошая, сознательная девушка. Она уже имела высшее образование. Но сейчас ходила на курсы повышения квалификации. Прибавка к окладу и дополнительные знания.

– Встретимся завтра, – сказал я, целуя ее на прощание. – Я тебе покажу, как проводить номер по поиску предметов у зрителей. В следующий раз проведешь его сама.

Сам я остался дома. Рассчитывал поспать и отдохнуть. И хорошенько подумать.

Только я улегся на диванчик, как зазвонил телефон. Готов поспорить на тысячу рублей, это из милиции. Вернее, Белокрылова.

– Привет, – сказала шефиня. – Ты где? Почему тебя нет на работе?

О как. Они уже успели залезть на шею и свесить оттуда ноги. Следующий этап – залезть мне на голову.

– Я сегодня хотел отдохнуть, – безапелляционно заявил я. – Я устал и хочу подумать на досуге.

Но Белокрылову этим не разжалобить.

– Ты с ума сошел? – спросила шефиня. – Давай сюда скорее. Тут ограбление века. А ты будешь валяться в постели?

– Какое такое ограбление? – заинтересовался я. – Ну-ка, расскажи подробнее.

Но Белокрылова не желала разливаться соловьем.

– Приезжай на место, сам все увидишь, – отрезала она и отключилась.

Вот змеюка. Даже из трубки брызжет ядом. Я вздохнул и побрел одеваться.

Через полчаса я уже был на месте происшествия. Краскомбанк, один из самых крупных в городе. Чтобы пройти через оцепление, я показал справку. В ней было указано, что я внештатный работник конторы.

Хорошо еще, что я оделся соответствующе. Коричневый костюм-тройка, галстук с булавкой. Запонки в форме капель воды. Похож на комсомольца. Как такого не пропустить?

Белокрылова находилась в хранилище. Рядом Аксаков и Наварская. А еще тут возились два криминалиста, делали фотографии и посыпали все порошком для снятия отпечатков пальцев. Собирали доказательства.

– Весело тут у вас, – сказал я, подходя ближе. – Сколько успели утащить?

Белокрылова не разделяла моего веселья.

– Полтора миллиона рублей, – хмуро ответила она. – Наверху огромный скандал. Дело на контроле у министра и партийных органов. Сюда едут следователи из Москвы.

Я огляделся и заметил небольшую дыру в потолке.

– Он что, забрался оттуда? Какой ловкий вор.

Белокрылова пожала плечами.

– Да, это одна из версий. Только я не представляю, как взрослый мужчина мог пролезть в такое узкое отверстие. Здесь повсюду ремонт. Может, это сделали во время ремонта. Я считаю, что действовал кто-то из охранников. Их сейчас всех допрашивают. Мне нужно, чтобы ты присутствовал при этом. Посмотри, говорят ли они правду.

Я прошелся по хранилищу и обратил внимание, что пачки денег лежат в открытых сейфах.

– Они что, даже не закрывали сейфы? – спросил я. – Как удобно для похитителя. Пожалуй, я сначала осмотрю верхнюю комнату. Слушай, а преступники могли отправить обученную обезьяну? Чтобы она спускалась сюда через отверстие и таскала деньги наверх?

Аксаков бесстрастно посмотрел на меня. Наварская переспросила:

– Обезьяну? Да разве такое возможно?

Белокрылова вздохнула.

– Не обращай внимания, Лида, это он так забавляется. Нечего глазеть наверху, пойдем допрашивать охранников.

Я улыбнулся.

– Слушаюсь и повинуюсь. Только сначала, с вашего позволения, я все-таки осмотрюсь наверху.

Я поднялся наверх. Осторожно вошел в комнату над хранилищем. Осмотрелся.

Подошел к отверстию, внимательно оглядел его. Вот пятна крови на краях. Там, где преступник протискивался сквозь узкий лаз.

Какой же этот ремонт? Да, именно отсюда и произошло ограбление.

Я подошел к окнам, осмотрел их. Поглядел вниз. На жилое здание напротив. Как же он забрался сюда? Интересно, закрыты ли окна на ночь? Работает ли сигнализация?

Сзади тихонько стукнула дверь. Я обернулся и увидел женщину в бежевом платье. Туфельки на каблучках, волосы уложены в строгую деловую прическу. В руках папка с бумагами.

– У меня разрешение, – сказала она, указывая на шкафы. – Мне надо взять контракты по министерству.

Ага, работница банка. Очень кстати.

– Пожалуйста, – я сделал широкий приглашающий жест. – Берите, все что вам угодно. Только скажите, вы сидите в этом кабинете?

Женщина подошла к шкафу и стала перебирать папки.

– Да, именно так, – ответила она. – А почему вас это интересует?

Я указал на окна.

– Скажите, а вы часто оставляете окна открытыми перед уходом?

Перед тем, как ответить, женщина легонько запнулась. Совсем-совсем легонько. Если бы я не был настороже, то и не заметил бы.

– Нет, мы всегда их закрываем, – убежденно ответила женщина.

Я следил за ее интонацией и голосом.

– Скажите, а почему тогда сейчас эти окна открыты? – продолжал я допрос. – Я когда пришел, они были распахнуты.

Женщина равнодушно оглянулась, взяла нужную папку и быстро отправилась обратно к двери. Гораздо быстрее, чем надо.

– Не знаю, наверное, ваши люди открыли, – сказала она и добавила: – И хватит нас уже расспрашивать. Мы уже сказали вашим следователям, что не открывали окна.

Обычно, когда человек лжет, его интонация может меняться. Речь и слова могут ускориться или замедлиться. Голос может задрожать. Изменяется тембр голоса. Могут проскочить высокие ноты, визгливость или хрип.

Не могу судить строго об этой женщине. Я слишком мало знаком с ней, чтобы знать, как ее голос звучит обычно. Но когда она убегала из кабинета, в ее голосе явно прозвучали истерические нотки.

Так-с, понятно. Обитатели этого кабинета обычно забывают закрыть окна перед уходом. Сейчас лето, днем жарко.

А теперь они боятся, что их накажут за халатность. Поэтому будут отнекиваться до конца.

Оставшись один, я постоял на месте, качаясь взад-вперед. Думал, как поймать грабителя.

Есть один выход, более легкий, чем обычные методы. Вот только его надо грамотно использовать. А что, может сработать. Я улыбнулся и отправился вниз, допрашивать охранников.

* * *

Терехов и Коновалов успели укрыться за вагоном. А вот Воробьев сплоховал. Видать, чересчур усталый был. Невыспавшийся.

Бах, бах, бах! Выстрелы грохотали неподалеку. Воробьев дернулся, упал на рельсы. Плохо, очень плохо.

– Прикрой его! – отчаянно закричал Коновалов, потому что Витя был ближе к краю вагона.

Прикрыть надо, вот только как бы и самому не угодить под пули. Терехов пригнулся, заглянул под вагон. Была надежда, что Шигаев стоит на открытом пространстве. Тогда его можно будут подстрелить.

Но нет, бандит был отнюдь не дурак. Вон он, спрятался за стенкой здания. Высовывается, осматривается, торопливо перезаряжает пистолет. Потом нырнул за стену, понял, что его видно.

Какие преступники ныне отчаянные пошли. Чуть что, палят без предупреждения.

Терехов достал свой пистолет, присел под вагоном удобнее и прицелился. Воробьев лежал на рельсах и отчаянно пытался перевернуться. Со спины на живот. Еще он сильно хрипел.

– Эй, Шигаев, бросай оружие и выходи с поднятыми руками! – закричал Витя. Он не узнал свой голос, какой-то чужой. Треснувший и ломкий. – Не то будем стрелять на поражение.

Но преступник не испугался.

– Выкуси, ментяра! – отчаянно заорал он в ответ, невидимый за стеной. – Я тебе сейчас жопу продырявлю!

Ух ты, какой невежливый! Одно хорошо, он еще сидит на месте и не убежал. И не пытается добить Воробьева.

– Бери его сбоку, – сказал Терехов коллеге и мотнул подбородком в сторону противоположного угла здания. – Только осторожно. Я его отвлеку.

– Понял, – сказал Коновалов и пригнувшись, побежал вдоль вагона в обратную сторону. В обход. Чтобы зайти с фланга.

Терехов проводил его взглядом. А вот отвлекаться нельзя. Когда он обратно посмотрел в сторону бандита, то увидел, что тот снова высунулся из-за угла здания. И целится в Воробьева. Вот скотина!

Терехов выстрелил, целясь чуть сбоку от цели. Сначала надо его предупредить. А если не угомонится, придется и прикончить.

Пуля пролетела рядом с Шигаевым. Бандит тут же шмыгнул обратно за здание.

– Бросай оружие, я говорю! – закричал Терехов. – Или застрелим нахрен! Ты окружен, у тебя нет шансов! Выходи с поднятыми руками!

В ответ молчание. Терехов напряженно следил за зданием, но Шигаев так и не показался. У Вити возникло ощущение, что он сбежал. И сейчас уже улепетывает через пути.

Чуть было не поддавшись эмоциям, Терехов хотел выскочить из укрытия. Но не спешил. Тем более, сзади послышались голоса:

– Чего это тут творится? Эй, ну-ка, не балуй! А то милицию вызову.

Витя быстро оглянулся. Сзади в отдалении стояли трое железнодорожников. Рабочие в комбинезонах, смуглые и перепачканные машинным маслом. Лица перепуганные.

– Я и есть милиция! – закричал Терехов, махая рукой. – Вызовите подмогу, быстро! Здесь вооруженный бандит. Не ходите сюда, оцепите территорию! И вызовите скорую помощь, тут милиционер ранен!

Рабочие кивнули и помчались назад. Терехов убедился, что они в безопасности. Потом посмотрел на Воробьева. Тот уже перевернулся на живот и полз по рельсам.

Что делать? Рискнуть и выйти из укрытия? Помочь Воробьеву? Мысли летели в голове Терезова с безумной скоростью.

Его крики были далеко слышны. Наверняка Шигаев тоже услышал. Теперь обязательно побежит прочь без оглядки. Ну что там Коновалов, чего он так долго телится?

И тут же издали, за зданием послышались выстрелы. Это Коновалов наконец вступил в бой. Терехов надеялся, что он не даст себя продырявить.

Сам он выскочил наконец из укрытия и помчался к Воробьеву.

Подбежал, перевернул. Проверил раны. Одно сквозное в груди. Еще одно в руку и в плечо. Да, неплохо. Если оказать помощь, то жить будет. Терехов думал, здесь все серьезнее.

– Помоги, – прохрипел Воробьев, сжимая его руку. – Не бросай.

– Сейчас, браток, сейчас, – лихорадочно прошептал Терехов. – Ты, главное, держись.

Тут он заметил, что от здания, за которым укрывался Шигаев, стремглав побежал человек. Быстро нырнул за другой вагон с цистерной сверху. Сзади раздались запоздалые выстрелы.

Ясно, Шигаев смог ускользнуть. Коновалов его упустил. Судя по всему, товарищ жив, раз умудрился стрелять вслед.

Терехов тревожно глянул на Воробьева. Как быть? Оставить товарища и броситься в погоню? Или подождать доктора? Но тогда Шигаев уйдет.

– Не уходи, – прохрипел Воробьев. – Не надо.

К счастью, в это время сзади послышались крики. Витя оглянулся и обрадовался.

К ним спешила целая толпа рабочих. И мужчина в белом халате, с саквояжем в руках.

– Я сейчас, – сказал он, осторожно высвобождая руку из хватки Воробьева. – Я сейчас, врач уже на подходе. Тебе обязательно помогут.

Поднялся и побежал вслед за Шигаевым. Сбоку из-за здания выскочил Коновалов. В руке пистолет. К счастью, целый и невредимый.

– Он ушел, скотина! – закричал здоровяк. – Ушел, пока я отвлекся! За ним.

Они побежали через железнодорожные пути. Где-то недалеко засвистел паровоз.

– Я зайду сбоку, – крикнул Терехов. – А ты гони его вперед.

Он взял влево и побежал вдоль вагонов с цистернами. Коновалов побежал следом за Шигаевым.

Витя бежал и осматривал местность. Сейчас посмотрим, куда мог подеваться этот сверхъестественно ловкий хулиган.

Пробежав мимо вагонов, Терехов завернул за них и хотел направиться к высокому зданию с железными стенами и крышей неподалеку. Но внезапно увидел Шигаева. Тот лежал на земле метрах в пяти и целился в милиционера.

На таком расстоянии промахнуться невозможно. Терехов поднял руку с пистолетом и бросился в сторону, но знал, что все равно не успеет.

Но вместо выстрелов раздались сухие щелчки. Осечка. Терехов едва успел поднять руку с пистолетом, а бандит тут же отбросил оружие и закричал:

– Я сдаюсь! Я сдаюсь! Не стреляйте!

Тяжело дыша, Терехов подошел к преступнику и скрутил ему руки. Он едва сдержался, чтобы только не прикончить врага.

Глава 28
Кто украл миллион?

Все охранники, при допросе которых я присутствовал, лгали нам в глаза. Но лгали не в том, в чем мы их подозревали.

Когда мы закончили, я сказал Белокрыловой:

– Можешь расслабиться. Ни один из них не является сообщником преступников.

Аня недоверчиво посмотрела на меня.

– Это еще почему? С чего ты взял?

Я пожал плечами.

– Можно рассказать массу способов того, как я проверял их на правдивость. Но тебя это вряд ли заинтересует. Тебе ведь важен результат. Так вот, мой вердикт таков. Они врали насчет того, что выполняли все инструкции по безопасности и приказы руководства, но по поводу участия в ограблении они сказали правду.

Белокрылова тяжело вздохнула.

– Может быть, ты и прав. Не хочу спорить. Но в то же время понятно, что преступники не могли обойтись без сообщника в банке. Они явно знали о том, где расположены деньги и как они плохо охраняются. Поэтому в этот раз я с тобой не соглашусь. Ты попал пальцем в небо. Кто-то из этих охранников явно что-то знает. Но не хочет говорить. И ты его не вычислил.

Я улыбнулся. А что еще тут можно поделать?

– Значит, ты считаешь, что сообщник был среди охранников? И будешь колоть бедолаг, как орехи?

Белокрылова теребила сумочку в руках.

– Я не могу утверждать этого окончательно. Возможно, что сообщник был среди персонала. Мы будем допрашивать всех, кто работал в банке. Каждый из них мог быть сообщником.

– Верно, но еще надо проверить и тех, кто… – но я не успел окончить, потому что Белокрылова мгновенно надела на лицо железную маску высокомерной начальницы и посмотрела за мое плечо.

Я оглянулся и увидел двоих мужчин в строгих костюмах рядом с собой. Оба строгие и невозмутимые. Невозможно пробить их броню.

– Здравствуйте, вы Анна Николаевна? – спросил один. Глянул на меня, как на назойливость таракана. Протянул руку. – А вы тот странный телепат, о котором мы слышали? Как вас зовут?

Я пожал руку и не стесняясь, оглядел пришельцев. Это и есть те самые гости из Москвы, которых направили из столичного угрозыска? Не сказать, что особо впечатляют. Похожи на двух нотариусов старой закалки, которые и шагу не ступят без соблюдения многочисленных инструкций. Мы находились в одном из кабинетов банка, рядом с ограбленным хранилищем.

– Верно, он самый, – я приветливо улыбнулся. – Хотите, я прочитаю, что творится у вас в голове? Как в раскрытии книге.

Тот, что разговаривал с нами, скептически улыбнулся.

– Если бы такое было возможно, я бы стал вашим самым ревностным поклонником, – сказал он снисходительно. – Но в ближайшее время вряд ли кто-то сможет залезть мне в мозги.

– Вы ужасный карьерист, – ответил я с улыбкой, продолжая держать его руку в своем рукопожатии. – Готовы на все, для того, чтобы взобраться вверх по иерархической лестнице. Ради этого вы даже совершили неблаговидный поступок. Ого, это действительно так. Вы сделали плохое дело, вы даже…

Белокрылова толкнула меня в бок. Острым локотком, очень больно.

– Товарищи, вы приехали из столицы не для того, чтобы выслушивать досужие догадки этого шарлатана. Пойдемте, я покажу вам место преступления.

И шефиня потащила было двух пришельцев из кабинета. Но разве я мог позволить им скрыться? Вот так, безнаказанно?

– Эй, я еще не закончил, – запротестовал я. – Хорошо, если вы не хотите знать про плохие поступки, давайте я расскажу про хорошие. Например, вот этот товарищ выращивает рыбок. Он их очень любит. Он ежедневно чистит аквариум.

Маска высокомерия сменилась на лице второго следователя величайшим удивлением.

– Откуда вы знаете? – изумленно спросил он. – Кто вам рассказал?

Но первый гость указал на его рукав и карман пиджака.

– Кеша, у тебя всюду рыбий корм рассыпан. Я же тебе уже говорил про это. А наш новоявленный Шерлок Холмс очень хорош. Недаром про него судачат даже в столице.

Он хотел сказать что-то еще, но Белокрылова уже повлекла их в хранилище. Дверь кабинета закрылась за ними. Я остался один, но вскоре выбежал из кабинета и тоже присоединился к столичным гостям.

– Совершенно верно, здесь не обошлось без сообщника, – сказал первый, а Кеша ему усиленно поддакивал. – Согласно данным статистики таких ограблений в нашей стране и за рубежом, все подобные громкие преступления происходят с помощью помощника. Того, кто помогает внутри банка. И наша задача выявить его как можно скорее.

– И обычно, согласно все тем же данным, сообщник находится среди охраны банка или кассиров, – добавил Кеша, стоило только первому охраннику умолкнуть.

– Вы уже допросили охранников? – спросил первый следователь у Белокрыловой. – Что они говорят? Есть ли среди них лица, имеющие судимых родственников или друзей?

Я постучал по его плечу. Надо бы остановить этих ретивых парней, пока они не арестовали пол-банка.

– Я скажу вам то, что не успел сказать Белокрыловой. Среди опрошенных нами охранников нет сообщника грабителей. И еще, будь я на месте охранника, у которого приятели украли полтора миллиона рублей, я бы уже давно получил свою долю и подался в бега. И уже пересекались бы границу где-нибудь в районе Прибалтики. Ну, или на крайний случай, выехал бы через страны Восточной Европы.

Следователи синхронно переглянулись. Такой расклад явно еще не приходил им в голову. Но признавать это они не хотели.

– Чепуха, – сказал первый тип и Кеша тут же усиленно закивал головой рядом с ним. – Более умный охранник все равно явился бы на работу, для того, чтобы отвести от себя подозрения. А если бы он подался в бега, то тут же выдал бы себя.

Кеша вдобавок указал на меня толстым волосатым пальцем.

– А вы, я смотрю, хорошо знаете психологию преступников. Уж не приходилось ли вам самому раньше проделывать темные делишки?

Однако, это уже пошли интересные высказывания. Я сразу понял, что мне будет не по пути со столичными детективами. Но зачем мне с ними ругаться и раньше времени добиваться того, чтобы они начали вставлять мне палки в колеса? Я широко улыбнулся и тоже указал на Кешу пальцем.

– А вы, однако, большой шутник. Вот только, как мне кажется, ты, Кеша, гораздо более подозрительный тип, чем притворяешься. Смотри, у тебя в кармане как раз есть уличающие тебя доказательства.

И я теперь указал на его пиджак. Кеша состроил удивленную физиономию.

– О чем таком болтает этот клоун?

Сунул руку в карман и достал оттуда зубило для обработки камня. Когда он увидел инструмент, то крайне изумился.

– Как это попало ко мне в карман? Клянусь, этот вовсе не мое. Я даже не знаю, откуда это взялось!

Он умоляюще посмотрел на товарища, а тот глядел на него со смешанным чувством недоверия и удивления. Белокрылова закатила глаза и забрала зубило у Кеши.

– Я думаю, кто-то случайно подложил вам его в карман или оно как-то нечаянно туда угодило. Не беспокойтесь, это обычная формальность.

Она гневно зыркнула на меня глазами и сказала:

– Ты можешь идти и проверять свою версию, я вижу, она у тебя уже имеется. И хватит уже устраивать здесь цирковое представление!

Я улыбнулся и помахав рукой сердитым следователям, отправился дальше. Вдогонку я услышал, как Кеша спрашивает:

– Это что же, он подложил мне этот инструмент? Когда он успел? Ведь мы познакомились с ним всего пять минут назад!

– Успокойтесь пожалуйста, – отвечала Белокрылова. – Всякое может быть. Не обращайте внимания.

Я спустился на первый этаж и спросил у Аксакова, как раз делающего отметки в записной книжке.

– Скажи, пожалуйста, кто из сотрудников банка имел доступ к хранилищу. Кто туда входил в последнюю неделю?

Рем протянул мне листок бумаги.

– Вот здесь все фамилии.

– О, это просто отлично, – сказал я, рассматривая список. – А кто из них не вышел на работу?

– Почти все на месте, – ответил Рем. – Не удалось допросить только аудиторов из Госбанка.

– А, ну так это отлично, – сказал я. – Это вот этот вот Ковалев из аудиторов? И давно проводится ревизия?

– Уже с неделю, – ответил Рем. – А что? Ты думаешь, что это он связан с ограблением?

Я пожал плечами.

– Не хочу пока что никого обвинять без достаточных на то оснований. Но согласись, что это выглядит подозрительно? Нарушения в хранении денег наверняка происходят не первый день и даже не первый месяц. То есть наверняка, многие сотрудники знали о слабых местах в охране и о том, что сигнализация работает с перебоями. И ничего не предпринимали. А как только случалась ревизия, так сразу через несколько дней происходит ограбление. Тебе это ни о чем не говорит?

Аксаков бесстрастно смотрел на меня, а потом сказал:

– Я приведу этого Ковалева на допрос. И ты будешь присутствовать при этом.

Я улыбнулся и хлопнул его по плечу.

– Вот видишь, дружище, ты на самом деле читаешь мои мысли. Может, это ты телепат, а не я? Тащи сюда этого Ковалева и мы быстро раскроем это дело.

Аксаков продолжал глядеть на меня, но спорить не стал. Собрал бумаги и ушел. Какой молодец, ценю послушание.

Я продолжал обдумывать это ограбление, но внезапно вспомнил про сон, который я видел ночью. Вернее, кошмар.

Ограбление может подождать. Вот чем надо заняться в первую очередь. Вдруг у меня все-таки есть шанс еще больше изменить прошлое и поймать Пикового короля?

Сегодня, как я точно помню из сообщения уголовной хроники, на окраине Ленинграда произойдет убийство двух молодых женщин. Преступник искромсает их ножом почти до неузнаваемости.

В будущем я долгое время рассматривал материалы этого дела. Пытался понять, это дело рук Пикового короля или нет? На первый взгляд, это вовсе не его почерк.

Но, с другой стороны, нельзя исключать, что это было случайное убийство, произведенное им в спешке. Спонтанное преступление. Поэтому и произошло оно так сумбурно.

Тогда, в будущем, я все-таки пришел к выводу, что это был не Пиковый король. Это не он. Но теперь, если я знаю об этом преступлении, то почему бы не предотвратить его?

Надо попробовать взять преступника. Вдруг это все-таки будет искомый маньяк? И еще, что не менее важно, можно будет предотвратить убийство двух человек.

– Ты еще долго будешь испытывать мое терпение? – резко спросила сзади Белокрылова. – Ты с ума сошел, зачем издевался над следаками? Тебе делать нечего?

Я обернулся. Видимо, мое лицо было слишком встревоженным, потому что Аня тут же сбавила тон и спросила:

– Что случилось? Все в порядке?

Я поглядел в глаза девушке. Как же теперь ей объяснить о моем предвидении? Ничего не поделаешь, придется опять рассказать байку об экстрасенсорике. Только уже не зрителя, а моей.

– Понимаешь, какое дело, – сказал я, тщательно подбирая слова. – Сегодня я видел сон. Очень странный сон. Но, я думаю, что тебе стоит про него знать. Это связано с Пиковым королем. Ты должна помочь мне.

* * *

После того, как предыдущее убийство не удалось совершить полностью, он был полон странной и необъяснимой злости. Как будто негативная энергия, которую он изливал из себя во время каждого убийства, в этот раз не нашла своего выхода.

Причем, ему требовалось убить именно определенную жертву. Желательно, заранее отобранную. Ту, которую он уже присмотрел и готов принести в жертву. В жертву демонам разрушения и хаоса, что бушевали внутри него.

Мужчина был зол, очень зол. Он вышел из дома рано вечером и как обычно, решил прогуляться по парку. Но, как и хищник, который никогда не охотится рядом со своей норой, так и он старательно уехал подальше от дома.

Он жил в центре, в однокомнатной квартире. А уехал в пределы городской черты. Там, где еще было много частных домов, парков, скверов, маленьких речушек. Там, где можно было охотиться на других людей.

Запутывая следы, он проехал до Таллинского шоссе, а оттуда уже пешком направился в сторону Ульяновки. Там тоже останавливаться не стал.

Пошел дальше, в сторону дачных массивов. Там, где сейчас трудились пожилые люди и иногда веселилась молодежь, всегда можно было найти очередную жертву.

Ночь выдалась пасмурная. Темно, луны и звезд не видно. Отличная погода для охоты. В темноте мужчина видел прекрасно. Умел двигаться почти бесшумно. Старался не наступать на ветки.

Он оказался в небольшом лесу, отделяющем новый, построенный недавно микрорайон от дачных построек. Здесь он устроился поудобнее возле одной из троп и принялся ждать.

Сначала мимо его засады прошел другой мужчина. Пожилой, судя по одышке и вялой походке. В руках сумка. Он был бы легкой добычей, но охотник не стал его трогать. Орел не охотится на мух.

Он продолжил сидеть в засаде. Над ухом еле слышно звенели комары. Мужчина терпел их укусы, потому что сам готовился пролить кровь.

Затем он услышал крики. Приготовился к нападению, но это оказалось тоже не то. Это была большая компания, человек пять, среди них трое мужчин и две женщины. Причем мужчины немаленькие, здоровенные, с басистыми голосами. Нет, их слишком много. Не стоит рисковать.

Надо продолжать ждать. Ночь еще длинна. Только к терпеливому приходит успех. Он устроился поудобнее и приготовился к длительном ожиданию.