Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Вера наслаждалась новой собой. Впервые почувствовала свободу, которую дарило ей одиночество и безразличие, а ещё она неожиданно осознала, что привлекательна даже когда хмурится.

Ехала девушка без задержек, требовала всё, что ей положено, не заводила ни с кем разговоров, а значит, не переживала лишний раз ни о чужих бедах, ни о своей непростой ситуации. Как же это удобно, когда действуешь по правилам и отождествляешь собой формалиста!

Вскоре поселения стали попадаться всё реже и реже. Крестьяне, торговцы, ремесленники –  все путешествовали, собравшись в обозы. Ползли себе ленивой гусеницей, ни о чём не беспокоясь. Вера так не могла. Она не гнала Буцефала, но двигалась значительно быстрее обозов, да и любая компания ей нынче была в тягость.

В одном из гостевых домов она пообедала, расплатилась и собралась ехать дальше. Уже на выходе хозяйка робко окликнула её, сердито оглядываясь на удерживающего её мужа.

– Лэра, простите, вы же впервые едете по нашей дороге?

Вера молча ждала, что надо от неё этой женщине.

– Лэра, до следующего селения вы не успеете доехать к ночи, а ночевать в лесу уже прохладно.

Вера неприязненно посмотрела на советчицу. Ведь карта показывала примерно равное расстояние тому, что она преодолела с утра, но увидев, как муж женщине отвесил затрещину, растеряла все мысли.

Это что же получается: ей сейчас хотели помочь, несмотря на угрозу со стороны мужа? Да перед ней же такая же дурочка, как она сама была недавно! Надо же, женщина намного старше её, а ведь не угомонилась ещё, помогает, когда не просят, и затрещины за это получает. Муж ведь прав, не все лэры готовы принимать советы от простых людей, могут и огрызнуться.

Уверенная в себя, красивая, умная лэра Ранс продолжала стоять у дверей и не знала, как поступить. Первый порыв сделать гадость мужику она утихомирила. Она ему затрещину устроит сковородкой, а он потом на жене отыграется! Поблагодарить женщину за предупреждение? Ведь смотрит на неё с тревогой, хоть и досталось ей за несанкционированное раскрытие рта. Но может, она не права и только с толку сбивает своими словами? Откуда ей знать, с какой скоростью движется Вера? Зачем она вообще влезла со своими советами? Неужели жизнь не научила помалкивать?! Кому нужна эта непрошенная забота?!!

Вера с ненавистью посмотрела на хозяина и ушла за Буцефалом, чтобы поскорее покинуть этот дом.

На всякий случай, она подгоняла своего конька, чтобы точно успеть до темноты к следующей точке. Всё в ней кипело, бушевало, переворачивалось – и всё из-за той женщины. Спокойствие, уверенность, приобретённая самодостаточность вдруг показались фальшивыми и рухнули от взволнованного взгляда совершенно постороннего человека. Наверное, Вера ещё долго бы чертыхалась, если бы не опустившаяся на Вариетас темнота и отсутствие места ночёвки.

– Что будем делать, Буцефал? – спросила путешественница уставшего коня. – Молчишь? А зря, я бы выслушала твои предложения, так как своих у меня нет.

Буцефал вздыхал. Он-то хорошо чуял, что до места, где накормят и почистят ещё очень далеко.

Веру одолевали разные мысли. Можно поколдовать над верным другом, и он домчит её до гостевого дома, но как она там достучится до хозяев? Это же не в дверь дома стучать, а в ворота… да и стыдно, что ночью припрётся. Сразу станет понятно, что молоденькая лэра – неопытная путешественница. А если приехать с рассветом, то на кого она будет похожа после ночёвки в лесу?

Сколько сил надо, чтобы прогреть себя и обезопасить от хищников? Уже сейчас мерещатся злые глаза, ждущие, когда можно тяпнуть за ляжку Буцефала. Как ни крути, весь её имидж летит к чертям! И что она распсиховалась в том доме? Надо было расспросить подробнее, показать свою карту и уточнить её достоверность.

****

У Веры было достаточно времени, чтобы обдумать свой небольшой срыв. Так бывает, решила она, и снова настроила себя на невозмутимый лад. Она теперь опытная, самостоятельная, уверенная в себе лэра, и никто ей не нужен. Всё это девушка повторяла, как мантру, пока собирала хворост, тащила бревно, на котором можно было сидеть, смотря на огонь. Кое-как она дождалась первых лучей Вариетаса, и продолжила свой путь.

В первом же гостевом доме на неё посмотрели, как на неразумное дитя, отправившееся в дорогу, не подготовившись, как следует. Вера ответно строго смотрела на хозяев, чтобы они ограничились взглядами. Ей ничего не сказали, только помимо положенного завтрака в дорогу сунули ещё продуктов.

– Вот, лэра, возьмите, перекусите по пути.

Путешественнице стало неловко. У неё есть документ, показывая его, она получает завтрак, обед, ужин, ночлег во всех указанных на карте местах. Платить будет военное ведомство, ведь она едет по их надобности и велению. А что делать с непредусмотренными свёртками? Надо бы просто забрать, бросив «спасибо», но отчего-то неудобно. В бумагах хозяина она поставила галочку только за завтрак, он не обязан снабжать её в дорогу едой. Может, заплатить? Она полезла в кошелёк, но хозяин отмахнулся.

– Ни к чему это, лэра, еды у нас много, а народа что-то нет.

– Спасибо. Я обогнала несколько обозов, так что скоро будет у вас народ, – смутилась Вера и бегом выбежала во двор. В обозах, что она обогнала, случились проблемы со сменой колес на полозья. Ей ничего не стоило помочь, но она молча проехала мимо и потом ещё похвалила себя. Теперь свёрток с пирожками жёг руки. Зачем эта забота? К чему щедрость? Понятно было бы, если бы она что-то починила в этом доме, а так…

Девушка быстро покинула гостеприимный двор, сердясь на хозяев, что из-за них не осталась поспать и отдохнуть. Она не ребёнок, одиноко едущий не знамо куда! Ей на днях исполнился двадцать один год, и она ссыльная лэра! Они должны понимать, что на север ссылают за провинности, должны сторониться её, а не сочувствовать!

Вера даже хотела выкинуть пирожки, но запах был такой дразнящий, что она решила их сразу съесть, а то замнутся, раскрошатся, жалко чужого труда.

Ехать до Южной Варсы было ещё долго, и с каждым днём встречные люди всё больше раздражали молоденькую лэру. Казалось, что чем холоднее на улице, тем ненормальнее окружающие. Теперь ей всегда давали еды в запас, на Буцефала без разрешения накинули толстую овчину, а потом ещё кто-то прикрепил к коню валенки.

 Вера негодовала, но валенки пригодились, так же, как и подаренная шкура. Форма была хороша при температуре минус три, минус пять, а в минус десять похрустывала, заламывалась и совсем не грела. Только от штанов был толк, но и через них пробирался холод спустя пару часов езды. Толстой овчиной Вера прикрывала поясницу и бёдра. Ещё она заучила назубок заклинание из новенькой книжицы от мороза и без конца пользовалась им. Целая страничка замысловатых слов, которые надо бубнить, прерываясь на вливание силы и в результате – почти два часа есть защита от мороза. Ещё бы ветра не было, тогда было бы совсем здорово!

Почти месяц ехала лэра Ранс до своего нового места службы. Дорога действовала умиротворяюще, с людьми она старалась не общаться. Было время выучить витиеватые заклинания из тоненькой книжечки, попробовать в действии артефакт с молниями. При первой же возможности она сделает из него кольцо. А то пока залезешь под куртку, чтобы вытащить его и сжать, так сто раз умрёшь. Отрегулировать его она не смогла, хотя что удивляться? Надо было думать, если лэра артефактор не разобралась в его работе, то куда уж Вере!

К последнему городу на своем пути она подъезжала, испытывая волнение и боязнь. Ей надо быть готовой к быстро распространяющимся слухам о себе. Юная лэра, только закончившая академию, обладательница слабого дара и быстро выскочившая замуж за командующего. Это уже многоговорящая репутация, а ещё она – дезертир! Да такой дезертир, что даже муж развёлся с ней. А как же иначе?! Наверняка ей смягчили наказание, приняв во внимание молодость, заступничество мужа, ведь муж не бросит просто так жену.

Всё это Вера не один раз проговаривала про себя, готовилась к этим словам и заранее настраивалась быть при любых обстоятельствах невозмутимой. Ей на всех наплевать! Пусть думают, что хотят! Два года! Всего лишь два года надо продержаться!..

Она ехала по заснеженному городку, ловила на себе любопытные взгляды, и сама смотрела на людей, на неказистые деревянные домишки с маленькими оконцами. Всё казалось однообразным, куцым. Замотанные в платки женщины отличались только размером щёк и глаз. А так – кульки кульками! Мужчины, все как один огромные в своих тулупах с широкими поднятыми воротниками и натянутых по глаза шапками. Как их отличать, если даже тулупы у всех одного цвета и кроя? По торчащим носам?

Вера ехала, не спрашивая дороги. Одна улица, от неё отходят мелкие улочки – вот и весь город. Заблудиться здесь невозможно. Наверное, народа не было бы видно, если бы не нужда женщинам выйти за водой к колодцу, вынести помои.

Ещё одно невысокое двухэтажное здание, которым заканчивалась улица, оказалось служебным домом. Лэра Ранс не сгибалась при входе, но была бы чуть выше – и пришлось бы кланяться, заходя в дом. Низкие потолки давили, полумрак способствовал гнетущей атмосфере. Вера прошла по узкому коридору, минуя двери с повешенными на них замками, и толкнула незапертую дверь.

– Ой, извините, – растерялась она, – я думала, что дальше снова коридор.

– Ничего! Вы – лэра Ранс? – спросил мужчина, сидящий за столом, заваленным бумагами. Он всё отодвинул чуть в сторону, освобождая себе место для большой кружки с дымящимся напитком. В маленьком кабинете было тепло, даже уютно. Потолок перестал давить на голову, да и окошечко уместнее смотрелось в небольшой комнатке, нежели снаружи на фоне всего дома.

– Да, я лэра Ранс, – приняв невозмутимый вид, ответила Вера. – С кем имею честь говорить?

– Помощник здешнего градоначальника господин Кнут, – и тут же, усмехнувшись, пояснил о себе:

– Вы, лэра, не удивляйтесь здешним именам, что больше на клички похожи. Так ведь и есть. Мне вот от отца прозвание досталось, а кто-то сам заслужил и, закончив отбывать наказание, в прошлом оставил фамилию, данную родителями. Новая жизнь, в новом месте, с новым именем.

– Многие у вас остаются после окончания срока?

– Большинство. Ну что ж, давайте ваши документы, я проставлю число вашего прибытия. Вы же, наверное, захотите сегодня же в крепость уехать?

– Да, если успею.

– Успеете, – уверенно подтвердил помощник градоначальника, просматривая поданные документы и чиркая что-то в них, а потом у себя.

– Ну вот, можете ехать.

Вера не дождалась пренебрежительного взгляда, обидных слов, нотаций. Всё прошло как-то буднично, даже немного тепло. Она осмелилась спросить:

– Погода снежная. Может, дадите сопровождающего, чтобы не заблудиться?

Мужчина ласково улыбнулся:

– Не волнуйтесь, лэра, мы каждый день следим за дорогой в крепость. Без этого нельзя. Карта есть у вас?

– Да.

– Значит, главное из города выехать, а там по расчищенной для саней дороге вы доберётесь без проблем. Сворачивать никуда не надо, да и нет ответвлений на ней. Но ежели всё же боитесь…

– Нет. Я всё поняла, – быстро ответила девушка. Забрала свои бумаги и вернулась к оставленному Буцефалу.

– Чего нам бояться? – спросила она у коня. – Раз есть дорога, то не собьёмся с пути. Ну, а ежели потеряемся, то будем читать заклинание потеряшки. Только ты меня не отвлекай, как в прошлый раз, а то долго читать будем.

Вера уже привыкла разговаривать с Буцефалом. Иногда тянуло поболтать, даже напеть что-нибудь. Зачем, сама не знала. Едет и заунывным голосом тянет: «Дорога ладная под ногами, со мной конек мой верный…» Что видит – о том и составляет песню. Иногда в рифму получалось, иногда полная белиберда. Видимо, сказалась нехватка общения. Но ничего не поделаешь, она сама по себе! Одиночка. Как приняла такое решение, так и держалась его.

По дороге в крепость она рассказала Буцефалу, что на этом их товарищество заканчивается. У него своя работа, у неё будет своя жизнь. Поговорить им больше не удастся, так что на новости он может больше не рассчитывать.

– Но есть ведь и плюсы в твоем будущем, – убеждала она его, как будто он ей активно возражал, – постоянный уход, питание по режиму, рядом коллеги по работе.

Буцефал иногда пофыркивал и продолжал бодро переставлять ноги. Наверное, был согласен и спешил.

Крепость издалека видна была плохо. Тёмное пятно, скрытое сыплющимся с неба надоедливым снегом.

– Ты смотри, как повалило! Вовремя мы с тобой добрались! – в какой раз уже стряхивая с головы снежную кучку, сказала Вера.

Перед самым подъездом к конечной точке Вера сунула в карман артефакт, разящий молниями, проверила, на месте ли лента на шее. Мало ли как её встретят. Ведь не на курорт приехала, а в места отбывания наказаний.

Ворота были открыты, постовые тоже имелись, только никто её не стал задерживать, о чём-то спрашивать. Вера опустила руку в карман, наблюдая свободное перемещение по двору множества подозрительных мужчин. Некоторые из них бросали на неё любопытные взгляды и следовали дальше, а некоторые уставились на неё, попирая все нормы приличия. Хотя о чём это она, в таком месте разве есть эти нормы приличия?!

Глазели на девушку без стеснения. Посмотреть было на что. Коротенькая, ладно сидящая на ней курточка, но не по погоде. Шапочка, прикрывающая затылок, но оставляющая морозу лоб, уши, виски. Украшение, не более того! Штаны на лэре хорошо сидели, но были бы пошире, ей стало бы теплее. Ну, а её ботинки годны только для весны или осени. Вот же, рядом валенки висят, зачем она их сняла? Смешная девчонка, сидит, словно палку проглотила, встревожено глазищами зыркает, будто нападения ждёт. Кто ж обидит такую птаху?

А может и ждёт, ведь место не ласковое, что ей думать? Мужчины, насмотревшись, вздыхали, и шли дальше по своим делам, чтобы не настораживать молоденькую лэру ещё больше. Сюда приезжают надолго, ещё увидят её не раз.

Вера очень медленно ехала по двору, ожидая провокации и ища главный вход в замок. После того, как почти целый месяц ей попадались дома только из дерева, каменное строение среди снега смотрелось холодно и чужеродно. Она спешилась, держа коня или скорее сама держась за него. Мужчины отступали, скрываясь в пристройках, а вот женщины всё больше заполняли двор.

«Ещё хуже», – подумала Вера, понимая, что если её сейчас эти бабищи начнут задирать, то молнией по ним не шарахнешь. Значит, придётся огнём чуть космы подпалить им. Главное сразу бойко отбиться, чтобы лезть к ней больше неповадно было.

Но никто ничего не говорил девушке, более того, все глазели, но одновременно делали вид, что вышли по своим делам. Если бы Вера не была так напряжена, то ей стало бы смешно проявляемому чувству такта.

Очень кстати из замка вышел мужчина и направился прямо к ней. Немолодой уже, немного седины в бороде, морщинки вокруг глаз, неожиданностью стала висящая в ухе здоровенная разбойничья серьга. Почему разбойничья? А это из детства, в сказках у разбойников именно такая была.

– Лэра Ранс? – полуутвердительно, но всё же уточняя, спросил он.

– Да, – вышло чуть хрипло, но это даже лучше, солиднее.

– Я лэр-в Линей, командующий этой крепости. Рад вас приветствовать, – тепло улыбнулся он, – мы вас ждали на следующей неделе с обозом.

– Я сама…

– Вижу. Шустрик, забирай у лэры коня.

– Буцефала, – быстро вставила Вера.

Лэр-в отчего-то ещё шире улыбнулся:

– Забирай Буцефала, дай ему чего-нибудь вкусного, довёз нашу лэру в целости и сохранности.

– Угощу, побалую скотинку, – доброжелательно ответил подошедший Шустрик.

Вера ощущала себя ужасно глупо, стоя перед командующим, прижимая к себе валенки и овчину. Мешок за спиной – это нормально, а вот валенки, будь они не ладны!

– Ну что, бабоньки, принимайте лэру. На два года она у нас. Во дворце в игры играются, а служивые люди страдают. Говорю всем сразу, чтобы слухов никаких не было. Лэра не боевой маг, а бытовой! В военных действиях она участия не принимала, а вот замки строила отменные! Так что, сами понимаете, дезертировать ей нечего было, а вот то, что ездить часто приходилось по королевству, оно понятно. Одну из поездок ей и оформили, как дезертирство. Вот и всё. Неуважения к лэре – не потерплю!

Вера слушала лэр-ва – и не верила. Побеспокоился о её душевном спокойствии, заранее оберегает, заступился. Он ещё не знает, какая она, достойна ли, а уже заботится. Глаза у неё совсем не вовремя заблестели. Не хватало ещё опозориться слезами перед всеми.

– Лэр-в, ну, мы забираем лэру? – смущаясь, спросила полноватая женщина, – надо бы в баньку её с дороги, да комнатку ей протопить, пока косточки греть будет. Санюшка, а ты одежку подходящую подбери пока, – дождавшись кивка лэр-ва, тут же начала раздавать указания другим женщинам.

Лэр-в Линей, чтобы Вера не беспокоилась, подбодрил её:

– Госпожа Ната у нас по хозяйству главная, моей жене первая помощница. Жена у меня не маг, зато батюшка её научил ловко с цифрами обращаться. Вот любушка моя мне с бумагами помогает, всю отчетность ведет, а Ната за работающими в замке людьми присматривает.

Вера кивнула, что всё поняла. Странно, непонятно, но видимо, серьёзная нехватка народа, если неодарённых силой женщин к важной работе привлекают.

А дальше началось! К Вере отнеслись так, будто она самый любимый, уважаемый и долгожданный человек. Её мыли, массажировали, как умели, веничком пар по телу гнали, травами приятные запахи создавали. Она только поворачивалась, да одобрительно угукала, когда ей что-то ещё предлагали. Потом под белы рученьки повели кормить, а после, объевшуюся, осоловевшую, доставили в нагретую комнату и уложили в кровать. Ей бы спать, а она вдруг расплакалась. Вцепилась в сопровождавшую её женщину и рыдала, словно дитя малое, всем белым светом обиженное. Вместе со слезами уходили все ранее озвученные плюсы одиночества, невмешательства, отстраненности и бог знает чего ещё, оказавшимся на деле очень тяжёлым грузом.

– Ну, ну, поплачь, поплачь, – приговаривала сидящая рядом женщина, гладя по голове. – Небось, надумала по дороге невесть чего, а у нас тут люди хорошие, душевные. На прошлое не смотрят. Какой покажешь себя здесь, так и будут относиться. Наш Линей за тебя слово молвил, значит, достойна. Его слушают, никто тебя не обидит. Да и без его слова не обидели бы.

Вера уже затихла и слушала, что говорит эта женщина. Слушала и верила. Она уже в дороге начала понимать, что люди здесь немного другие. Разные, лучше, хуже, но более открытые. Не совсем такие, как в деревнях близ Западной, там народ был душевный, но простоватый.

Здесь не было жёсткого разделения, что вот он – крестьянин, а тот – ремесленник, и только горшки умеет лепить. Может, Вере показалось, но все встреченные ею люди умели всё! Сеять, торговать, горшки обжигать, надо и в кузнице встанут, сети сплетут, бочку сделают. Оно и понятно, поселения здесь маленькие, расстояния между ними огромные, приходится всему учиться, чтобы не пропасть. Вот и получалось, что люди здесь интереснее, сложнее и к тому же открытые эмоциям.

Всё для себя по полочкам разложит Вера позднее, а пока она почувствовала себя снова живой, не отрезанным ломтем от людей. Какая глупая и ненужная эта её новая философия! Как же ей легко, когда оказалось, что можно её откинуть. А может, в бане смыли с неё наносное, разрушающие её саму правила.

Да, она не прежняя девочка, стремящаяся во чтобы то ни стало доказать нужность бытового мага в королевстве, и старающаяся осчастливить всех как можно скорее новыми условиями проживания. Но теперь она ясно поняла, что не хочет быть такой, какой была на протяжении всего пути. Именно это было глупо и по-детски, вдруг обидеться на всех. Такая мысль пришла ей утром, когда она лежала в остывших хоромах, что ей предоставили. Лежит она, укутавшись по самый нос одеялами вперемежку со шкурами, и так хорошо у неё на душе! Так светло! Звёзды, работы тут не початый край! Надо только сообразить, с чего начать!

Глава 2. Бытовой дар. Зима.

За ночь предоставленная Вере комната выстыла. Сквозь два узеньких вытянутых окна падало достаточно света, чтобы осмотреться. Куда бы ни падал Верин взгляд – везде виднелись недочёты, и хотелось высказать массу неласковых слов строителям. А потом её осенило: замок возведён магически!

Сравнительно недавно Дивное королевство взялось опекать северные земли и заключило договоры с проживающими здесь оборотнями. Взаимоотношения между людьми и местными кланами очень напряжённые, несмотря на то, что вместе обороняют земли от тварей изнанки.

Оборотни считают, что люди должны жить в своих городах и никуда не ходить. Возможно, первые поселенцы так и поступали, но рождённое и выросшее здесь новое поколение не желало сидеть взаперти, считая северные территории родными.

 Оборотням объясняли, что для развития и процветания земель надо их осваивать, но те упирались, настойчиво диктуя свои правила. Так и жили, ссорились, мирились, искали компромиссы, делая шаги навстречу друг другу.

Обо всём этом Вера наслушалась по дороге в гостевых домах. Пока главы с двух сторон цапаются, выгрызая каждый для своего народа пользу, в небольших селениях активно обмениваются товаром, услугами, а то и совместные свадьбы справляют. Но это всё обстановка в целом, а Вера смотрела на работу магов и качала головой.

Это ж надо было так небрежно накидать кучей камни да оплавить их! Что называется: «Сила есть – ума не надо!» Тут никакое отопление не поможет, чтобы прогреть замок. По хорошему-то надо сносить всё и ставить заново. Да и что за нелепость, построить замок с башнями, с путанными коридорами, а не просто здание. Замки не строят уже больше двухсот лет, а этому вряд ли есть сотня, значит, архитектурный выбор – просто блажь.

Вера смотрела на безумных размеров камин, в котором, словно красуясь, ветер с такой силой гонял в трубе, что делалось жутко. Смысл в узеньких окнах, если в трубу камина можно мамонта пропихнуть? По всему каменному полу были разбросаны деревенские половички, но даже их наличие не остановило зябких мурашек, когда Вера, высунувшись из-под одеяла, ступила на них.

– Холодно, холодно, холодно, – бормотала она, спешно надевая форму. Как только Вера чуть-чуть согрелась и перестала дрожать, так принялась читать заклинание от мороза.

– Уф, – выдохнула она, – хорошо!

Теперь источаемое телом тепло никуда не уйдёт, будет копиться, создавая обогревающий кокон.

Предоставляемым удобствам лэра не удивилась. Давно уже привыкла к ведёркам, тазикам, ковшичкам. Порадовало, что всё, что нужно, было хотя бы огорожено ширмами. В комнате размером не менее тридцати квадратных метров органично смотрелись только здоровенная кровать и камин, всё остальное было чужеродным, мелким. Как всё это по-быстрому исправить, Вера не представляла.

Приведя себя в порядок, она вышла в коридор и, немного покрутившись на месте, решила пойти на запах еды. Первая же встречная женщина, всплеснув руками, воскликнула:

– Лэра Ранс, что же вы раздеты! Замёрзнете!

Вера сравнила свою одежду и то, как одета женщина, мягко улыбнулась:

– Не беспокойтесь, я же маг.

– А, ну да, – смутилась женщина. На ней была накинута дублёнка, под ней виднелась тёплая кофта, а ещё выглядывал свисающий с плеч платок.

– И что, вам никакой мороз не страшен?

– На какое-то время – да.

– А одежда зимняя вам нужна? – женщина смотрела на лэру с детским восторгом. Видимо, лэр-в не баловал местных демонстрацией своего дара. Вере захотелось порадовать её.

– Хотите на себе попробовать заклинание от холода? – предложила девушка.

– Разве так можно? Я же не лэра, – а в глазах уже был ответ: «Да, да, да!»

– Как вас зовут?

– Марьяна, я за чистотой в нашей баньке слежу.

– О, баня здесь чудесная, – вспомнив вчерашнюю парилку, от души похвалила Вера. – Так вот, Марьяна, если вы пирожки напечёте, а я, почуяв запах, похвалю их, вы угостите меня?

– Конечно, что тут спрашивать!

– Вот и я вас сейчас как бы угощу тем, что умею делать. И не важно, лэра вы или нет. Проходите ко мне, это займёт совсем немного времени.

Вера провела банщицу в комнату, поставила в центре, сама расположилась позади неё.

– Я чуть коснусь вас руками у головы, потом у плеч, после у талии и под конец у самых ног. Вы меня не отвлекайте, мне надо произнести много слов, не путаясь. Ясно?

– Да, лэра, – чуть ли не затрепетав, тихо произнесла женщина и торопливо спросила:

– Это что же, так каждый может, если слова выучить?

– Нет, Марьяна. Слова без моего дара пустышки. Это как те же пирожки, можно знать, как делать, но если нет муки, то всё бесполезно. Готовы?

– А больно не будет?

– Нет, но если боитесь, то не будем, – засомневалась Вера, видя, как женщина волнуется.

– Нет, нет, прошу вас, очень хочется павой перед нашими походить. Надоела эта овчина на плечах, сил нет!

Заклинание срывалось с губ легко, к тому же в душе у лэры не проходило ощущение, что она дарит Марьяне не просто защиту от мороза на ближайшие пару часов, а приоткрывает перед ней таинственный мир лэров.

– Всё, сейчас будет жарко. Всё же здесь мороза нет, а заклинание сильное.

Женщина раскраснелась и скинула с себя потёртую дублёнку. Потом прислушалась к своим ощущениям и сняла с плеч платок, а потом и тёплую кофту. Вере в нос ударил застарелый запах пота. Оно и понятно: не те условия, чтобы часто тёплые вещи стирать, чистить.

– Подождите-ка, Марьяна, сейчас я ещё кое-что для вас сделаю.

Вера щедро сыпанула на скинутую одежду некромантской энергии, заточенной на уничтожении жира, пота, простой грязи.

– Ну вот, теперь всё, – довольно произнесла девушка.

– А что это вы сделали? – с любопытством осматривая снятую одежду, спросила Марьяна.

– Немного почистила её. Конечно, полной стирки или чистки это не заменит, но хоть так, – извинилась Вера, заметив оставшееся пятно не понятно от чего. Она направила на него энергию, произнося формулу удаления крови – и оно исчезло.

– Ух, как здорово! Мне эта овчина ещё от матушки осталась, так она тогда даже вполовину такой чистой не была, а кофту я как-то стирала, но она так вытянулась, что только сейчас, спустя десять лет, впору мне стала.

Вера смотрела на приосанившуюся Марьяну. Крепкая женщина, хорошо сложенная, но одежда всё тщательно скрывала. Сейчас она перед Верой стояла в тёмной плотной блузе, заправленной в юбку и, кажется, даже в штаны. Точно, под юбкой были надеты тёплые штаны, добавляющие ненужной ширины бёдрам. Если бы не они, то Марьяна походила бы на гармонично сложенную восточную красавицу.

– Проводите меня до столовой? – перевела тему лэра, чтобы женщина прекратила оправдываться. У неё у самой всего один комплект формы, и если бы не её способности, то так же пришлось смириться с запахом пота.

Столовая оказалась совсем рядом. Надо было лишь спуститься, и Вера попала бы в большой зал, где заканчивали завтрак воины.  По дороге Марьяна немного рассказала о быте гарнизона. Лэр-в часто покидал замок и объезжал все точки, где мог случиться прорыв. Помощником оставался командир Макет. Опытный, уважаемый воин, из бывших ссыльных. Дисциплина у них здесь очень строгая, за любое нарушение сразу отправляют в более северные гарнизоны. Взаперти никого не держат, кормят здесь всех хорошо, а люди стараются помогать друг другу.

– Иначе нельзя, – сбивчиво поясняла Марьяна, – вы увидите, в каком состоянии возвращаются наши служивые с дежурств. Часто бывает, что не отогреваем, так сердце рвётся, смотреть, как недавно здоровые мужики погибают.

– Почему замок так далеко от разрыва поставили? – удивилась Вера.

– Мы следим за тремя разрывами, все они неблизко между собой, – охотно принялась пояснять женщина. – Вы, наверное, думаете, что наши мёрзнут в пути?

– Да, признаться, так и подумала.

– В пути мороз покусает, без этого никак, но до костей он пробирает всё же у самих разрывов. Там стоят небольшие каменные дома, с печью, что только бесценные дрова жрёт, а тепла не даёт. Вот и посудите сами, сторожить на морозе приходится, а в дом войдёшь погреться, а там чуть теплее, чем на улице. И так неделю, пока новая смена не прибежит. А морозы у нас бывают такие, что даже оборотни просятся в дом, хоть и не любят они наших строений. Так что мёрзнут наши служивые чаще, чем ранения получают, особенно, говорят, в более северных гарнизонах.

Вера слушала внимательно. Она понимала, что ей сейчас критиковать легко того мага или магов, что обустраивали здесь всё. Но надо помнить, что магов никто не учил строить, и что те лэры, что желали ей помочь в Западной, без её сиреневой магии не могли ничего толком сделать. Слишком привыкли оперировать большими объёмами силы и простыми заклинаниями. Хорошо, что магу вообще пришло в голову поставить печь, но плохо, что руководствовался он исключительно своими фантазиями.

В столовой на молоденькую лэру все смотрели с интересом, но шутки сыпались на раскрасневшуюся Марьяну. Похоже, женщине было жарко. Вера наклонилась к ней и тихо шепнула:

– Развеять заклинание?

– Нет, лэра Ранс, нет! Я сейчас вас оставлю, пойду, переоденусь – и всё будет хорошо.

Девушка кивнула ей и направилась прямо к командующему с женой, сидящим отдельно.

– Доброе утро, лэр-в Линей, госпожа Линей.

Вера догадалась, что перед ней «любушка» лэр-ва только по тому, как он поглаживал её ладошку. Маги живут дольше людей. Лэр-в смотрелся мужчиной не молодым, но хоть куда, а его жена уже давно красиво старела. Очень приятная, ухоженная женщина, но слишком бросается в глаза разница в возрасте. Это было больно. Они оба сидели перед Верой, и прекрасно понимали, что сейчас лэра видит, сравнивает их, и им было тяжело. Вера это почувствовала, поэтому как можно беззаботнее улыбнулась.

– Доброе утро, лэра Ранс. Как вам спалось?

– Всё замечательно, лер-в Линей.

– Ягодка моя, это лэра Вера Ранс, наш маг-бытовик. Лэра, моя жена и верный помощник госпожа Аза Линей.

Женщина тепло улыбнулась Вере и пригласила присесть за стол.

– Расскажи, что за чудо вы сотворили с нашей Марьяной?

– Чудо?

– Банщица так привыкла находиться среди тепла, что здесь её никто никогда не видел без дублёнки, даже летом, а тут она…

– Ах, это, – рассмеялась Вера. – Заклинание от мороза. Оно временное, но эффективное.

– Энергозатратно? – спросил лэр-в.

– О, вы со своей силой так даже не заметите, – воскликнула девушка.

– Напишите мне? У нас основная проблема зимой в том, что люди мёрзнут.

– Конечно, но оно такое длинное, что это не выход.

– Жаль, но вы всё же напишите.

– Обязательно.

Позавтракав, лэр-в попросил Веру зайти к нему.

– Послезавтра я уезжаю как минимум на неделю, хочу, чтобы вы не чувствовали себя потерянной, так что поговорим о вашей службе, – доброжелательно пояснил он, видя, что девушка заторопилась следовать за ним.