Текст книги ""Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

Соавторы: Иван Катиш,Алим Тыналин,Юлия Меллер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 188 (всего у книги 336 страниц)

Глава 6
Красотка

Девушки симпатичные.

Одна высокая и стройная, с восхитительными черными глазами, обворожительной улыбкой и длинными обесцвеченными волосами. В белых шортиках и футболке с изображением Че Гевары и надписью «Cuba Libre».

Вторая пониже ростом, в теле. С пышными формами, но отнюдь не толстушка. Глаза тоже черные, кожа смуглая. Кудрявые волосы как уголь и свободно болтаются до пояса. У этой синяя джинсовая юбка до колен и коричневая легкая футболка с желтыми и красными крапинками, с глубоким декольте.

Когда она тоже улыбнулась, я поразился белизне ее зубов.

– Hola, chicas (Привет, девушки), сказал я наиболее известную мне фразу. – Как вы тут? Э-э-э, буэнос диос.

Девушки заулыбались еще шире. Мы стояли возле открытой железной калитки. Рядом с высоким трехметровым кирпичным забором, покрытым сверху двумя рядами шипастой колючей проволоки.

А сбоку росли красные цветы гибискусов и молочая. Чуть дальше манговое дерево, а за ним две пальмы. И еще дальше уже начинался сад, окружающий особняк, в котором проходили наши занятия. Вдалеке на веранде столовой официанты убирали грязную посуду с круглых столиков.

Двое охранников в армейских штанах и куртках, с зелеными панамками на головах, стоявшие у домика КПП у ворот, жадно смотрели на девушек. На груди у них висели автоматы Калашникова, широкие ремни перекинуты через потные шеи.

– Здравствуйте, товарищ, – сказала по-русски стройная девушка. С небольшим милым акцентом, который ее, однако, ничуть не портил. – Откуда вы? Из Советского Союза?

Ого, она говорит по-нашему. Я внимательно посмотрел на девушку. Интересно, как они сюда прошли? Кто пустил?

– Да, я из Советского Союза, – подтвердил я. – А вы откуда знаете наш язык?

Девушки переглянулись. Как будто нашли раковину с жемчужиной на берегу моря. И заулыбались еще больше. Ту, что повыше и стройнее, звали Ванесса. А вторую – Леонор.

Разговаривая, мы вышли за пределы территории через калитку. Пошли по пыльной желтой грунтовой дорожке вдоль забора.

Ванесса училась в СССР. В мединституте имени Пирогова. Ей сейчас двадцать лет. Не доучилась, вынуждена была уехать. По семейным обстоятельствам.

Не сказала, по каким именно обстоятельствам. На мгновение улыбка чуть потускнела. Но потом снова улыбнулась.

А Леонор ее подружка. Она тоже учится на врача. Здесь, в Кубе. В университете Сьенсиас Медикас в Гаване. Но с гостями из СССР до этого не сталкивалась.

Эге, сестрички медсестрички. Это уже что-то интересное. Мы сошли с грунтовой дороги и очутились на асфальтовой.

Между прочим, очень даже хорошей дорогой. Можно сказать, безупречной. Ни единой трещинки, выбоинки или бугорка.

Вдоль дороги шли мангровые леса. Сама дорога заметно шла под уклон.

Особняк, где мы учили оперативников, находился на вершине холма. Впереди, за густыми деревьями виднелись крыши двухэтажных домиков. Где-то километров эдак через пять.

Я посмотрел на часы. Прикинул расстояние и время. У меня еще есть минут сорок.

Прогуляюсь с девушками. Потом пробегусь обратно. Как раз чуток разомнусь.

– А вы что делали там? – спросил я. – Просто проходили мимо? Вам можно заходить на такие охраняемые объекты?

А сам так и подумал. Тут ведь остров свободы. Можно делать все, что заблагорассудится. И ходить туда, куда хочется. Какая красота.

Ванесса засмеялась. Губы у нее пухлые и сочные. Так и просятся к поцелуям.

– Нет, конечно. На эту виллу так просто не зайдешь. Но мы там помогаем на кухне. Зарабатываем себе на карманные расходы.

Ага, теперь понятно.

– Ты отлично говоришь по-русски, – сказал я. Мотнул подбородком вперед. – Что это за поселение? Это ведь не окраины Гаваны?

Ванесса замотала головой. Хоть и стройная, но под футболкой отчетливо вырисовывались очертания большой груди. У меня перехватило дыхание.

– Ты что, какая Гавана? Это Лурдес. Небольшая деревня. Мы там живем.

Разговаривая, мы шли по обочине дороги. Леонор иногда спрашивала что-то у подруги, застенчиво поглядывая на меня. Наверное, если бы у нее была более светлая кожа, было заметно, как она покраснела.

Навстречу проехал Camello. Вид общественного транспорта. Кузов от автобуса, прикрепленный к грузовику. Колымага громыхала и подпрыгивала на ходу. Внутри сидели мужчины и женщины, с интересом смотрели на нас.

– Эх, жаль, не в Лурдес, – заметила Ванесса. – Мы бы сели и проехались. Хочешь, я покажу тебе свою комнату?

Девушка бросила на меня мимолетный красноречивый взгляд. Как будто метнула молнию. Тут же отвела шальные глазки, но я успел все понять.

Ого, какой быстрый темп. Я до этого не бывал на Кубе. Имеется ввиду, в прошлой жизни.

И хотя наслышан насчет свободных нравов, царящих здесь, но относился чуток с недоверием. А теперь что же, она предлагает уединиться?

Хм, проверить разве что? Разумеется, только из чистого любопытства. Может, это действительно так. Правда, тогда я рискую опоздать на тренировки. Мда, дилемма однако.

– Это было бы прекрасно, – сказал я. – Но мне надо на тренировки. Они начнутся через час. Поэтому времени сейчас совсем не…

Позади раздался сигнал клаксона. Мы оглянулись. С вершины холма, откуда мы уже успели порядочно спуститься, выехал допотопный синий «Форд». За рулем один мужчина.

– О, прекрасно, – сказала Ванесса. – Он обязан нас подвезти до города. Бесплатно. Видишь, это государственная машина. У него правительственные номера. Это почта.

Она подняла руку. Автомобиль тут же затормозил рядом. Со скрипом.

Ну да. Любой бы остановился. Рядом с такими девушками. Даже мертвец или импотент.

Дверцы распахнулись. Кубинец сидел в белой футболке, синих рабочих брезентовых штанах и кепке с надписью «Viva». Сам тощий и смуглый. Но глаза молодые. Внимательно посмотрел на меня.

– ¿Viniste de la Unión Soviética? – ну, тут все понятно. Интересуется, откуда я прибыл.

Я кивнул. Девушки залезли в машину. Причем Ванесса назад, а Леонор вперед. Рядом с водителем.

Мне показалось или они до этого тихонько шушукались? И уже решили, кому я достанусь? Такой аппетитный молодой человек.

– Да, я из СССР, – сам поглядел на Ванессу, а девушка призывно похлопала ручкой. По сиденью рядом с собой. И откровенно посмотрела на меня.

Ладно, раз уж пошла такая жара. Я уселся рядом с девушкой.

Сиденье нагрелось от лучей солнца. На нем валялось цветастое покрывало. С изображением солнца и извилистых лучей.

– Чем ты занимаешься? – Ванесса потрогала мой бицепс. Удивленно покачала головой. – Ого, а ты сильный. Какой у тебя вид спорта? Ты штангист?

Я усмехнулся. Интересно, слышала ли эта девушка про карате? Вроде бы Рауль Кастро провозгласил, что карате это оружие революции.

– Я каратист. Знаешь, что это?

К моему удивлению, Ванесса обрадовалась. Прижалась ко мне еще ближе.

Я ощутил ее жаркий бок. Локтем коснулся упругой груди. Девушка ничуть не смутилась. Наоборот, положила руку мне на колено.

Машина быстро покатилась вперед. По прямой дороге.

Вокруг мелькали пальмы с кокосами. Иногда попадались кедры и кипарисы, самшитовые кусты. Через дорогу перелетали небольшие синие птички с красным брюшком и белой грудкой.

Вскоре мы заехали в Лурдес. Пару поворотов между низенькими двухэтажными зданиями, плотно прилепившихся друг к другу. Несколько раз мы обогнали повозки, с запряженными лошадками.

На балконах светлыми длинными лоскутами сушится свежевыстиранное белье. У обочины сидят старушки на стульчиках. Пристально смотрят на нашу машину.

Иногда дорогу переходят куры. Клюют что-то в красной пыли. Некоторые улочки мощеные булыжником.

Попадаются совсем старинные дома с рыжими черепичными крышами. Им, наверное, лет по двести. Еще я заметил древнюю церквушку.

Машина остановилась у двухэтажного домика. В небольшом саду растут мангровые и ананасовые деревья. А еще гуава.

Ванесса толкнула меня в бедро.

– Выходи. Что ты застыл? Испугался?

Ага, еще чего. Я выпрыгнул наружу. Хотел было сунуться с оплатой. А потом вспомнил. Тут же бесплатно.

Ванесса выскользнула вслед за мной. Я подал ей руку.

А вот Леонор осталась внутри. Улыбнулась нам. Помахала рукой. Я захлопнул дверцу. Водитель тут же рванул дальше.

– А что, твоя подруга? – спросил я, глядя, как «Форд» с ревом и скрипом свернул вправо. – Она не пойдет с нами?

Ванесса покачала головой и прошла мимо меня к калитке.

– Нет, конечно. Она поехала домой. Отдыхать и готовиться к занятиям. Ну, пойдем. Что ты встал?

Дом у нее небольшой. Коридоров нет, одни комнаты. Кухня, переходящая в гостиную. Затем одна спальня, другая, третья.

В первой же комнате я встречаю низкую полную женщину. Она приветливо улыбается мне. Сама готовит помешивает ложкой в кастрюле.

– Здравствуйте, – сказал я, чувствуя себя неловко. – Как у вас дела? Ванесса пригласила посмотреть ваш дом. У вас тут очень уютно.

Но Ванесса дернула меня за руку. Потянула дальше. Оглянулась, опять улыбнулась.

– Это моя тетя. Можешь не напрягаться. Она не понимает. Говорит только по-испански.

Ах, вот оно что. Честно говоря, я думал, что дома никого не будет. А тут тетушка хлопочет по хозяйству.

Не будет ли она потом ломиться к нам? Помешав в самый ответственный момент. Не то, чтобы я встревожился, но градус возбуждения чуток снизился. Из-за неожиданной встречи с дальней родственницей.

Дальше – больше. В гостиной, кстати, старинная добротная антикварная мебель. Шкаф из красного дерева. Тяжелый стол, рядом стулья с высокими спинками и резьбой на краях.

Из спальни выглянул пацан лет десяти. Внимательно посмотрел на меня, спросил у Ванессы что-то на испанском. Затем еще один, поменьше.

Мы прошли и через эту спальню. Тут трое детей, мал мала меньше.

Ванесса строго сказала им что-то на испанском. Ребятишки тут же отвернулись от меня. И схватили учебники. Видимо, это ее братишки. И старшая сестра приказала им делать уроки и не заниматься всякой ерундой.

Вот елы-палы. Это мне нравится еще меньше. А кто будет в другой комнате? Бабушка или дедушка? Может, новорожденный младенец?

К счастью, в других комнатах никого не оказалось. Хотя видно, что здесь тоже живут люди.

– А где твои родители? – спросил я. – Надеюсь, они не здесь? Когда вернутся.

Мы вошли в последнюю комнату. Сразу видно, что это девичья спальня. Все чистенько и аккуратно.

Шкафчик для одежды, комод, трюмо с зеркалом и светильником, рядом тумбочка. И, конечно же, кровать с горой покрывал и одеял, тоже симпатично заправленная. И с подушкой сверху, совсем как в старинных кино.

– Это твоя комната? – спросил я, оглядываясь. – Очень миленько. Но я не думаю…

Ванесса закрыла дверь на ключ, подошла ко мне и поцеловала в губы. Ее черные глаза оказались передо мной, а губы пахли лимоном. Поэтому я не успел сказать и слова.

Через полчаса я опомнился. К тому же, в доме послышались голоса других людей. Я на это время отключился от действительности. В объятиях Ванессы нельзя думать ни о чем, кроме нее.

– Мне надо идти, – я поцеловал девушку на прощание. – Нельзя пропускать занятия.

До начала занятий осталось минут двадцать. Если доехать за десять минут, то я успею как раз к началу.

– Мы еще увидимся? – спросила Ванесса. Смотрела на меня с надеждой.

Я улыбнулся. Натянул футболку на себя. И застегнул ремешок сандалий.

Посмотрел на девушку. Она лежала в постели. Полуобнаженная.

– Я здесь еще несколько дней. Приеду сразу к тебе. Как только освобожусь.

Ванесса улыбнулась.

– Я буду ждать.

Ну и отлично. Я выскочил из комнаты. Быстро прошел через весь дом. Стараясь не смотреть на его обитателей.

Хотя, детей не было видно. А тетя все также возилась на кухне. Не обратила на меня внимания. Я выбежал на улицу.

Так, теперь надо срочно попасть в особняк. Только такси. Или попутка.

Солнце слепил глаза. На небе появились тучи. Я быстро пошел по улочке. Одновременно прикидывал. Куда надо идти.

Так, мы ехали все время вниз. Когда направлялись сюда. Значит, мне надо на возвышенность.

Ага, значит сюда. Вскоре я уперся в тупик. Дорогу пересекла небольшая речка. Огорожена высоким забором. На другом берегу стояли домики. Но хода туда нет. Никакого мостика.

Я обернулся. Глухой пятачок. Что-то я тут заплутал. А время все идет. Надо выбраться на главную улицу. И поймать там попутку.

– Hola señor, ¿cómo está? ¿Estás perdido? ¿Quieres que te muestre el camino? (Эй, сеньор, как дела? Ты заблудился? Хочешь, покажу дорогу?) – из домика в конце улицы вышли трое парней.

Двое в шортах до колен и белых рубахах с закатанными рукавами. На головах шляпы.

А третий в штанах и футболке. И кепка на макушке. Из всех троих самый высокий.

Я ничего не понял. Но судя по жестам, они спросили, не заблудился ли я. Или что-то другое?

Поэтому я отчаянно закивал.

– Да, я турист. Не могу найти дорогу. Как выйти на главную улицу? Мне туда? – я указал на узкий проход между домами. Через который вышли парни.

Хотел пройти туда, но высокий в штанах остановил меня. Схватил за локоть. Приблизил смуглое и дерзкое лицо вплотную.

От него шел плотный запах перегара. Да и от других тоже. Ох елы-палы. Да они пьяные. Напились рома.

Высокий осмотрел меня с ног до головы. И отметил часы. Указал на них. Что-то сказал по-испански. И еще добавил насчет «dinero». А я знал, что это тут означает деньги.

Признаться, я был чертовски удивлен. Так, что вылупился на них. Не веря ушам.

Может, они имели ввиду что-то другое? Не хотели забрать мои деньги. А отдать свои? Чтобы помочь бедному туристу?

Я вроде слышал, что на Кубе почти искоренена преступность. Но, видимо, нет правил без исключений. Остались еще подонки.

Потому что высокий схватил меня за руку. Попытался забрать часы. А другой тут же подскочил. Хотел залезть в карман.

Над левой бровь у него шел извилистый шрам. Видимо, когда-то давно порезали ножом.

Эх, они так самоуверенны. Что сразу полезли за наградой. Даже не потрудились вырубить меня.

Ошибка. Большая ошибка. Сейчас я вам это докажу.

Легкий поворот запястья. Подъем локтя. Движение корпуса вбок. Чуть вниз.

Хоба. И я высвободился.

А высокий потерял равновесие от моего толчка. Когда я освободился. Чуть не упал. И выругался по-испански.

Они полезли на меня с кулаками. Я все понимаю. Молодые горячие парни. Тем более, напились рома.

Мне и самому не хочется ввязываться в драку. В первый же день попал в историю.

Вот последствия кобеляжа. Не надо было бежать за первой попавшейся юбкой. Но чего уж жалеть? Что сделано, то сделано.

Главное, надо постараться причинить парням как можно меньше ущерба. Потому что я уже видел.

Они перли на меня, как танки. Как будто бессмертные. И совсем не позаботились о защите. Уязвимых частей тела.

На меня обрушились удары. Работали больше высокий и со шрамом. Третий копошился где-то за их спинами. Никак не мог догнать меня.

Я держал защиту головы. Пару раз получил ногой и рукой в живот. Голову удалось прикрыть.

Быстро отходил. Назад и в сторону. Получилось почти по кругу.

Главное, не наткнуться бы на булыжник. Торчащий из мостовой. И не упасть бы.

Тогда эти шакалы могут завалить меня. Числом. А в остальном справлюсь.

Нападающие яростно ругались по-испански. Оно и понятно.

Как не старались, никак не могли вырубить меня. А время шло. Драгоценное время.

Тут могла появиться милиция. И тогда грабителям не поздоровится.

Пока что я продолжал отступать. Еще хотел уйти в боковой переулок. Поэтому и отступал в сторону.

Надеялся, что там не будет никого еще. Из подельников. Если удастся туда шмыгнуть, смогу уйти. Выбежать на главную улицу.

Но я не успел. Высокий наконец достал меня. Воспользовался тем, что тот, со шрамом, схватил меня за руки. И повис на них. Частично ослабив мою защиту.

Изо всех сил саданул мне в лицо. Я как раз еще и споткнулся. В это мгновение.

Упал на спину. От удара противника в глазах потемнело.

Глава 7
Возвращение

Наверное, гнев помог мне справиться с нокаутом. Я ведь чуть не отключился. Но нет худа без добра.

Упасть от ударов этих дилетантов? Уличных вояк? Да, я слишком расслабился. После объятий знойной красотки Ванессы.

Великий Ояма вряд ли погладил бы меня по голове. Наоборот, отругал бы. И был бы совершенно прав.

Разве это достойно воина? Самурая? Совершенного бойца? Разве это соответствует идеалам, к которым я стремлюсь? Конечно, нет.

Расслабился, разнежился. Разлегся на жарком тропическом солнце. Подставил брюхо под лучи. Совсем забыл о пути воина.

И вот расплата. За это. За измену идеалам.

Поэтому я и разозлился. Что тоже не есть хорошо. Но хотя бы помогло мне справиться с последствиями падения.

К счастью, ребята не стали меня блокировать. Высокий продолжал пинать. Тот, со шрамом, бросился снимать часы. И за бумажником во внутренний карман. А третий так и потерялся где-то сзади. Суетился без дела.

Ошибка. Суровая ошибка. Которой я тут же воспользовался.

Пинки высокого не особо впечатлили. Больно, конечно. Чувствительно. Но не критично.

Можно вытерпеть. И планировать ответку.

До определенного момента я выжидал. Терпел. Лежал тихо. Только прикрывал голову.

Отчего высокий переключился на мой живот. И обрабатывал его ногами.

Второй, со шрамом, схватил меня за левую руку. Он сидел на корточках рядом со мной. Пытался стащить часы.

Больно же, падла. Всю кожу ободрал, стараясь расстегнуть железный ремешок.

Ну, а третий так и метался сзади. Пока его можно не принимать в расчет.

Я расслабил левую руку. Дождался, пока парень со шрамом расслабил ремешок.

Наконец, ему это удалось. Он радостно хрюкнул. Думал, что все. Счастье привалило. Хотел залезть в карман. За моим бумажником.

Но я сам схватил его. За руку. Той самой левой рукой. Крепко сжал запястье.

Притянул к себе. И добавил правым кулаком в лицо. От души. Со всей силы. Из положения лежа. Оставаясь на боку. Скрюченным, как червяк.

Удар получился хороший. Я слышал хруст. Кажется, я что-то сломал ему. Кость в носу, что ли. Или выбил зуб. Или пробил череп. Короче говоря, что-то серьезное.

Парень со шрамом охнул. Отвалился назад. Упал. Из носа обильно потекла кровь.

Он лежал на земле. Тихий, мирный и спокойный. Мои часы держал в руке.

Молодец. Хороший мальчик. Отдохни пока.

Я перевел внимание на высокого. Тот изумленно посмотрел, как я вырубил его товарища.

Потом решил, что это ошибка. Или злостная неудача. Для его приятеля. Или еще чего.

Но произошел досадный инцидент. Который нужно тут же нейтрализовать. И отомстить мне.

Поэтому он снова замахнулся на меня ногой. Хотел ударить меня в живот. Твердым ботинком.

Наверное, подошва местного производства. Потому что ботинок тверже камня. И я не хотел, чтобы он снова обрушился на меня. Этого бы никто не хотел.

Я просто отбил пинок противника. Своей ногой. Поднял колено. Оставаясь в лежачем положении. На боку. И блокировал.

Видимо, он повредил пальцы. О мое колено. Даже через ботинок. Или подвернул ногу.

Как бы то ни было, высокий взвыл от боли. Схватился за ботинок. И к несчастью для себя, остался рядом со мной. В досягаемости. В шаговой доступности.

И тогда я ударил сам. Планировал заехать в пах противника. Но не попал.

Угодил по голени. Но и этого оказалось достаточно.

Противник совсем не ожидал удара. Хотя, казалось бы, я уже вырубил его подельника со шрамом. Практически на глазах у высокого. Но он не заметил.

Надо же, до чего люди бывают слепы. Когда заняты любимым делом. Например, избиением иностранного туриста.

От моего удара высокий перестал быть высоким. Согнулся надвое. Завопил от боли. Схватился за ногу. Как будто я сломал ее.

А что, вполне возможно. Я сейчас себя не ограничивал. Тоже ударил со всей силы.

Я же говорил, что разозлился. И хотя почти сразу постарался взять себя в руки. Но злость-то осталась. И куда-то надо ее теперь выплеснуть. Как раз на этих «banditas».

Поэтому сейчас я тут же провел второй удар. Той же самой правой ногой. Все также оставаясь лежащим на боку. И на этот раз угодил в пах противника.

Он снова заорал. Так, что барабанные перепонки чуть не лопнули. И хотя культура самураев требует, чтобы воин держал голову холодной, я продолжал пылать от ярости.

Теперь я уже приподнялся. Встал на колени.

Высокий продолжал орать и хрипеть рядом со мной. Кепка уже слетела с его головы.

Он все также сжимал пах двумя руками. Оставался на месте. Наверное, потому что двигаться с таким увечьем очень трудно.

Я схватил его за штанину. Опять приподнялся. Вытянул руку с кулаком вперед.

И хлобыстнул по лицу. Боковой удар. Маваши цуки. Тоже от души.

С разлета. Чтобы все брызги во все стороны полетели.

От удара высокий потерялся. Улетел в сторону. Противоположную удару.

И завалился набок. Кричать перестал. А вот хрипеть – хрипел.

Только это ему и осталось. Лежать на месте. Пускать слюни. Изображать идиота. Впрочем, он и так являлся таковым. За то, что напал на меня.

Так, что там третий?

Я поднялся на ноги. Принял боевую стойку. Хотя, на самом деле мне хотелось взять себе еды и питья. И отправиться спать.

Третий стоял неподалеку. Вот это благоразумный малый. Так и не стал лезть на рожон. Может, с ним удастся договориться?

– Эй ты, как там тебя, – тяжело дыша, позвал я. Поднял руку, помахал. – Ну-ка, иди сюда. Чего вы тут устроили, а?

Но парнишка до смерти перепугался. Развернулся, пустился бежать. По узкому проходу между домами. Да так, что пятки сверкали. Я и сам удивился.

Ладно. Убежал, так убежал. Нечего за ним гоняться по всему этому городку. Лишний раз привлекать внимание местной милиции.

Мне это совсем ни к чему. Потому что наш куратор тут же занесет мое неэтичное поведение в дело. Даже несмотря на то, что я не виноват.

«Пренебрегая установленными инструкциями, самовольно отправился в город. В сопровождении двух девушек. Это указывает на склонность к аморальному поведению. Там поссорился и подрался с местными жителями. Нанес им травмы различной степени тяжести. В связи с этим, не пригоден к дальнейшему сотрудничеству. Дискредитирует советский спорт. Отказать в дальнейших поездках. В ближнее и дальнее зарубежье».

Вот нафига мне такая запись в деле? А она обязательно появится. Если я срочно не свалю отсюда. До прихода служителей правопорядка.

Поэтому я поспешно отправился вслед за третьим грабителем. Потому что он убежал в направлении главной улицы.

Мне надо поскорее поймать такси. Или попутку. Здесь, в Лурдесе, вряд ли есть такси.

Я прошел по каменистой тропке. Между двумя домами. Один высокий, каменный, двухэтажный, из светло-коричневого кирпича. С черепичной крышей.

А второй, справа, нелепо скроен из синих листов железа. Окна неровные, искривленные. Сам дом весь как-то скособочило набок. Того и гляди, рухнет. И завалит меня под собою.

Поэтому я быстро прошел переулок. Держась левее. Поближе к надежному кирпичному дому.

Дальше уперся было в тупик. А, нет, это не тупик. Вот поворот направо. Узкий, как кишка. Спрятался в тени.

Я заторопился дальше. Миновал железный дом.

Снова свернул. На этот раз влево. Где же эта чертова главная улица? Меня обнадеживала мысль о третем грабителе. Куда-то же он пролез. Значит, тут должен быть проход. Сквозной.

Ага, вот оно. За очередным поворотом, наконец, обнаружилась главная улица.

Когда я выскочил на нее, передо мной проскочил трактор. Тарахтя, как сумасшедший.

Я огляделся. Где попутка? Рядом у обочины стоял оранжевый «Москвич». Внутри кто-то копошился.

Эге, а ведь это мой новый знакомый. Тот самый. Третий нападающий. Которого я отпустил.

Надо же, какой сюрприз. У тебя есть машина? Ты за рулем и пытался убежать от меня? Какой негодник.

Я подскочил к «Москвичу». Открыл дверцу. Парень в ужасе уставился на меня.

Он сидел за рулем. Пытался завести мотор. Но что-то у него не заладилось.

Плевать. Мне надо позарез попасть на виллу. Если для этого к длинному списку моих преступлений добавится угон машины, ничего страшного. К аморальному поведению и драке. Как-нибудь переживу.

Я толкнул его в сторону. На пассажирское сиденье.

Сам уселся за руль. Быстро запустил двигатель. Проверил показания на приборной доске. Ну что же. Тут неплохо. Можно ехать.

– Сиди тихо! – крикнул я парню рядом. – Тихо! Не рыпайся! И все будет хорошо.

С непривычки рывком выжал сцепление. «Москвич» рванул вперед. Остановился. Чуть не заглох.

Парень рядом ошарашенно смотрел на меня.

– Держись, – пробурчал я. – Пристегнись. И поехали. Будет круто на поворотах.

Снова поставил первую передачу. До отказа выжал сцепление. И помчался вперед. Быстро обогнал тележку с гнедой лошадкой.

Парня рядом мотало из стороны в сторону. Лишь бы он не вздумал напасть на меня. Я боковым зрением приглядывал за ним.

Мы быстро выехали из городка. Вырвались на трассу. Двигатель натужно заревел, когда мы начали взбираться на холм.

Я мчался на бешеной скорости. Потому что времени и так уже мало.

Пара крутых поворотов. Я так торопился, что чуть не проехал виллу.

А потом узнал знакомые места. И забор с колючей проволокой, тянувшийся вдоль дороги. Резко затормозил.

Парень рядом не удержался. Впечатался лицом в приборную панель. С характерным стуком.

Охнул от боли. Когда выпрямился, я увидел, что рожа расквашена в кровь.

– Эй, ну что же ты, – проворчал я. Выскочил из машины. – Пристегиваться же надо. Ладно, я пошел. Дальше сам уже.

Захлопнул дверцу. Хотел посмотреть на часы. Вот дерьмище, я же забыл их. У того, со шрамом. В руке.

Ладно. Черт с ним. Я побежал к воротам. На ходу оглянулся.

Парень перебрался на водительское сиденье. Двигатель «Москвича» так и продолжал работать. Поэтому мой невольный спутник сразу рванул прочь. Дальше по дороге.

Я вбежал через калитку. Охранник на входе сразу узнал меня. Стоял в тени мангового дерева.

Я думал, что будет требовать документы. Но он просто лениво кивнул. Не захотел выходить на жару и солнцепек.

Ну и отлично. Я прошел по дорожке к особняку. Через сад. На веранде столовой никого нет. Столики чистые и убранные. Залиты солнечными лучами.

На первом этаже никого. Я быстро прошел в спортивный зал. Туда, где мы проводили тренировку. А там никого. Дверь закрыта.

Вот дерьмище. Неужели наши все уехали? Куда-то в другое место? А меня оставили? Не стали дожидаться? Тогда почему охранник не предупредил? И вообще, почему никто…

– Ермолов, ты чего так рано? – сзади раздался голос Морозова. – Уже выспался? Готов к труду и обороне? Ну ты даешь, энтузиаст.

Я обернулся. Из-за поворота в коридоре вынырнул Морозов. За ним Фролов, другие наши коллеги.

Человек пятеро, в общем. Приближались ленивой походкой. Надо же, передвигались почти бесшумно. Сразу чувствуется спортивная закалка. И армейская тоже.

– Такая жарища, духотища, а он уже в бой рвется, – добавил Фролов. Подошел, хлопнул меня по плечу. Лоб великана вспотел. Покрылся капельками пота. – Я тоже такой был. В строительном. И после армии. Везде лез. Самым первым. Пока не сломал колено. В трех местах.

В то же мгновение из-за другого поворота вышли кубинцы. Целая делегация. Из тех, что присутствовали на занятиях. Подошли к нам.

Передний открыл дверь. С улыбкой пригласил нас внутрь.

Я с облегчением вошел в зал. Сразу посмотрел на большие настенные часы. Ого, а я-то, оказывается, успел. Примчался даже раньше времени.

И уже окончательно успокоенный отправился к матам. Туда, где оставил сумку с каратеги.

Зал потихоньку наполнится людьми. Я быстро переоделся. Отошел в угол. И только теперь обратил внимание.

Оказывается, одна из стен в этом углу обшита зеркалами. В полный рост. И еще деревянные перила прикреплены. Тут что, балерины занимаются?

– Товарищи, прошу вас, проходите, – громко сказал один из кубинцев. Хлопнул ладонями. – Давайте продолжим занятия. Начнем по расписанию.

Так, как там у нас по программе? Обучение по секциям. Бокс, самбо, дзюдо, рукопашный бой, карате.

Причем, мое выступление в самом конце. Запихали на последнее место. Как известно, карате сейчас не в самом большом почете. В Советском Союзе.

Поэтому еще четыре часа я тоже был зрителем. Каждый из наших инструкторов выступал по часу. Обучал кубинцев премудростям своего направления.

Правда, я не терял времени. Старательно изучал то, что рассказывали коллеги. Полезно знать другие виды боевых искусств. И бойцовских видов спорта.

Например, от нашего тренера по боксу я узнал особенности нанесения штопорного удара.

– Это удар со вкручиванием запястья, – пояснил тот. Сам встал в стойку. И нанес удар по воздуху. Медленно. – Вот смотрите. Кулак идет вовнутрь. Рука идет вперед. В конечной точке удара кулак смотрит вниз. Для чего он нужен, этот удар?

Он еще раз показал удар. Один раз быстро. Другой раз медленно. И пока говорил, одновременно перечислил плюсы удара:

– Передача большей силы. В момент соприкосновения. Увеличение быстроты реакции. Очень хороший и удобный переход. От защитной стойки в атакующую. Пробивка обороны противника. Поверх его рук. Вот, смотрите. Показываю в бою.

Он позвал спарринг партнера. Одного из кубинцев. И показал, как проводить удар.

Интересная техника. Разгон скорости за счет закручивающегося движения. И не нужен сильный замах. Если ударить быстро и резко, попасть в нужную точку, то почти гарантированно можно выбить страйк.

– Из наших современных боксеров хорошим штопором обладает Виктор Рубцов, – продолжал тренер. – Чемпион СССР. Победитель недавней Олимпиады в Мюнхене. Молодой феномен в мире бокса. Можете посмотреть его выступления. Он прекрасно владеет этой техникой.

После боксера настал черед Фролова. Тот тоже показал прием «обратный узел».

– Это вращение руки противника, – мощный голос Фролова разносился по всему залу. И далеко за пределы через распахнутые окна. – В идеале ее надо согнуть под углом в девяносто градусов. По направлению к ноге. Если соперник лежит лицом вниз, то можно завести за спину. И жестко зафиксировать. И таким образом его удерживать.

Он поднял толстый палец-сосиску. Строго добавил:

– Обратный узел и заведение локтя за спину в положении стоя в самбо запрещено. Это используют при конвоировании задержанных лиц.

Он позвал спарринг-партнера. Показал, как быть, если противник лежит на спине. Надо фиксировать его сверху. Прижать плечевой сустав.

– Вот, смотрите, – показал Фролов. Он направил правую руку соперника к ногам. – Вот угол в девяносто градусов. Левой рукой фиксируем предплечье соперника. Правую просовываем под его руку. И обхватываем свое предплечье. Поднимаем плечо. Готово. Теперь болевой прием.

Противник забился на месте от боли. Но вырваться из хватки Фролова – безнадежная затея. Правда, инструктор отлично контролировал себя. Тут же ослабил прием. Освободил противника.

Тот встал, потирая плечо. Да, дружище, не завидую. Фролов берет в захват, как питон. Невозможно высвободиться.

– Ну все, теперь становимся в пары, – Фролов громко хлопнул в ладоши. – И отрабатываем.

После самбо настал черед и других направлений. Я смотрел до последнего.