Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 85 (всего у книги 304 страниц)

Я нарвал букет из ромашек с мясистыми бутонами и перевязал его у основания пучком травы, похожей на осоку. Отмёл негативные мысли о том, что с моими друзьями могло произойти что-то плохое.

Вернусь домой в образе элегантного кавалера. Фелиция точно потеряет голову, и побежим мы с ней по пляжу – подальше от всех забот!

Глава 4

По пути мне изредка встречались растерзанные твари. Зрелище было жутким, но я не стеснялся забирать белые, а порой и зелёные светлячки. Страшно представить, на что способен братишка. И почему он вообще оказался внутри меня? Даже не знаю, грустить или радоваться такому попутчику. Потеря контроля над собой на половину суток не очень-то прельщала. Буду таить надежду, что смогу разобраться с этой напастью!

Я шёл по следу из трупов в сторону лагеря краболюдов. Успел собрать трофеи более чем с десяти монстров, однако дальше не встретил ни одного светлячка. Значит, либо тут уже кто-то побывал, либо шары имеют эдакий срок годности. Наивно с моей стороны было следовать этим путём, ожидая больше наград, однако я не останавливался. Когда до стоянки клешнеруких осталось пару километров, сменил направление. Помнится, Кракис вчера был разъярён, как бык на корриде. Ещё и вызвал меня на дуэль через два дня. Завтра он припрётся в наш лагерь, и придётся мне с этим разбираться. Ну вот зачем, Янис, ты издевался над могучим краболюдом, оставляя шутливую надпись на сундуке второго эирдропа?

Ближе к обеду, судя по расположению Солариса на небосводе, я был неподалёку от лагеря. Решил вымыться как следует родниковой водой. Не хотелось предстать перед Фелицией с букетом, но вымазанным в крови и грязи. Штаны так и не удалось очистить от багровых оттенков, зато доспех теперь сверкал на солнце, насколько позволяла матовая поверхность.

В одной руке цветы, в другой новый шлем, развалистая походка, а на лице счастливая улыбка. Именно в таком виде я пересёк ворота лагеря, которые были почему-то сломаны. Вдвойне засветился счастьем, когда убедился, что все друзья живы. Правда, они были изрядно потрёпаны и с мешками под глазами. Удивило то, что многие обзавелись экипировкой, были одеты в разношёрстные, не сочетающиеся друг с другом элементы брони. А меня точно только одну ночь не было в лагере? Что самое грустное, соплеменники не разделяли моей радости, застыли как статуи. Неужели братишка успел кого-то обидеть?

Я всё же старался их хоть как-то приободрить довольным и шутливым видом, но, судя по всему, харизмы во мне было как волос на голове Гомера Симпсона.

Протянул букет цветов Фелиции, но она, закатив глаза, упала в обморок. Едва успел поймать красавицу. Невольно вдохнул запах её волос и сам чуть не грохнулся от неземного аромата.

– Чего серьёзные такие? Будто призрака увидели, – спросил я соплеменников, когда немая пауза затянулась слишком уж надолго. – Это же я, Макс! Что вообще вчера произошло?

От моего голоса подруга пришла в себя, но сразу же отстранилась и прикрыла лицо ладонями.

– Кхм-кхм, – привлёк внимание Луи. – Мсье Фата́ль, вынужден затронуть прискорбный, но насущный вопрос касательно вашего изгнания из лагеря. Существо, что явилось на наших глазах прошлой ночью, – угроза всем людям. Посему ваше присутствие здесь ставится под сомнение.

Ладонь предательски разжалась, и из неё выпал букет. Настала моя очередь ошарашенно хлопать глазами.

– Луи, ты серьёзно сейчас?

– Весьма и весьма! Как истинные приверженцы демократии, мы доверимся голосу коллектива. Итак, – он обвёл взглядом собравшихся, – те, кто полагает, что соседство с кровожадным исчадием есть благо, будьте столь любезны встать за Максом. Все прочие – за мной.

Большая часть выживших потянулась за спину Луи Дюваля. Кто-то бросал мне печальные взгляды от сложного выбора, а кто-то, наоборот, не стеснялся выказывать презрение.

За мной остались лишь несколько человек. Те, кому не страшна моя тёмная сторона и кто принимает меня таким, какой я есть. Такеши хмурился и всем видом показывал, что не согласен с подобной постановкой вопроса. Эстебан лишь похлопал меня по плечу и ухмыльнулся.

– Я пойду за Максом до конца! И будь что будет, – прокомментировал Ганс, выбирая мою сторону.

Последней, кто поддержал меня, оказалась… Нита.

– Ой, да ладно! Если бы не он, вас бы уже червяки доедали! Неблагодарные! – горячо выпалила тайка.

– Спасибо, друзья, – бросил я через плечо.

То, что произошло дальше, не укладывалось ни в какие рамки здравого смысла. Под всеобщие аханья и шокированные вздохи прямо передо мной из невидимости проявилась… полуголая сумасшедшая! Она медленно прошла рядом и провела пальцем по моему нагруднику.

– А я тебя видела ночью… Ты тоже видел меня, да? Ну что, вкусненько было? Напоил «кровавую натуру»? – последние слова она сказала с дразнящей интонацией, при этом корча рожу.

Я впился глазами в информацию о личности:

Ханна Нолан, человек, жрица удачи 21 уровня.

Ущипнул себя на всякий случай. Вроде бы не сплю. Как это вообще возможно? Двадцать первый уровень за сутки? И класс личности какой-то странный, намекающий на то, что дуракам везёт. Хорошо, что хотя бы часть тела прикрыла. На ней было два предмета одежды: изящный рюкзак, явно высокой редкости, и короткая юбка из листьев, наподобие тех, что носили гавайские танцовщицы.

Под всеобщие удивлённые возгласы Ханна встала за моей спиной. Луи жестом попросил тишины и произнёс:

– Господа, позвольте подвести черту. Лишиться столь выдающихся людей было бы непростительным расточительством…

– Как трогательно! – перебила его австралийка. – И вы правы, ведь без моей заботы остров сожрёт вас медленно и с наслаждением!

– Прошу прощения, но, боюсь, вы меня не совсем правильно поняли. Я, конечно же, ссылался на почтенного кузнеца и доблестного командира.

И вновь тот же взгляд – детская обида и надутые губы.

– Ах, этот злой-злой кузнец… – австралийка внезапно покосилась на Ганса. – Он ударил меня в первый же день. Думает, я забыла? О, нет… я помню. О, как же хорошо помню! Потому он не получит ни выпивки, ни пороха!

Ханна сбросила рюкзак с плеч и вытащила из него два тяжёлых бочонка. Они с глухим стуком опустились на землю. Чёрные буквы на дереве гласили: ром и порох.

Выжившие присвистнули от удивления, а любители горячительного и вовсе возликовали.

– Мадемуазель, вынужден признать свою поспешность в суждениях, – Луи изящно склонил голову. – Ваш вклад в благополучие нашей коммуны воистину бесценен!

Блондинка лишь хмыкнула и, не оглядываясь, ушла по своим чудным делам.

– Мой дорогой Макс, я не могу допустить раскола среди выживших, потому вопрос о вашем изгнании объявляю закрытым. Смею надеяться, вы не держите на меня зла? Обязанность предводителя – оберегать своих людей, даже если решения даются нелегко. – Француз мягко развёл руками в примирительном жесте, затем обратился к собравшимся. – Но довольно речей, господа, приступим же к восстановлению нашего убежища!

Всё хорошо, что хорошо заканчивается. Выжившие поспешили за работу с задумчивыми минами. Ко мне обратился Эстебан и попросил помочь донести бочонки до стартового сундука. Наконец-то мы наполнили пороховницы!

– Глянь-ка сюда, боец, – сказал вояка с довольной ухмылкой и достал из рюкзака мушкет или даже винтовку явно эпичной редкости, судя по едва уловимой фиолетовой ауре.

Я невольно засмотрелся на шедевр оружейного мастерства. Ничего подобного в жизни не видел! Начну с того, что у винтовки был длинный барабан на четыре свинцовые пули. Эстебан несколько раз щёлкнул курок, и пустой барабан завращался. Далее мексиканец отстегнул его и продемонстрировал, как правильно заряжать. Засыпал пороха, вложил пули – готово! Но вовсе не витиеватые изображения черепов на прикладе с блестящим на солнце длинным стволом удивили меня больше всего. Винтовка имела оптический прицел, похожий на миниатюрную подзорную трубу.

– Пятикратный зум, – начал он хвалиться. – Пятьсот метров дальность, увеличенная пробивная сила, бонус к восприятию плюс десять! Ну что? У кого тут самый крутой ствол теперь? Правильно! У меня! Так что два-один в мою пользу! Ха-ха!

– А с чего это он круче моей красотки? – я достал Марту. – Тут дело в калибре, в толщине, а не в длине!

– Нет! Дело в редкости предмета! – буркнул он раздражённым голосом. – У тебя редкий, а у меня эпик. Умей признавать поражение, боец!

Я лишь махнул рукой. Ладно, шут с ним. Повезло вояке. Соглашусь, винтовка и вправду шикарная. Просто мечта! Вот бы мне такую!

– Где хоть надыбал её? Поделись, тоже туда загляну.

Он вдруг стушевался, раздражительность сменилась на смущение.

– С главаря дакханов, который ночью ломился к нам в лагерь. По факту, это ты его уложил. Точнее, то, что у тебя внутри. Но если бы я вовремя не схватил светлячок, трофей бы испарился через час. – Эстебан нахмурился и ткнул в меня пальцем. – И ещё. Я сегодня за тебя вписался. Запомни это!

– А я-то думал, это потому, что мы друзья!

Вояка внезапно панибратски обнял меня за шею и громко сказал прямо в ухо:

– Друзья! За тобой горой буду стоять! Слово офицера. Но и ты не забывай, кто тут старший. Обгонишь меня по общему зачёту – вот тогда и позволишь себе дерзость. У нас тут, знаешь ли, не гражданка!

– Вызов принят, товарищ «афитсэр». Кстати! Ты упоминал дакхана? Как он вообще оказался возле нашего дома?

Эстебан вкратце рассказал про багровую спираль, обезумевших монстров и о том, как кровавый демон уложил пару десятков пернатых качков, а потом, еле-еле, едва не погибнув, победил самого босса! Я ошарашенно выпучил глаза от услышанного! Насколько же силён братишка. Но пугал тот факт, что каждый раз, когда ночное светило окрасится в алые тона, я буду терять контроль и рисковать жизнью.

– По крайней мере, – продолжил вояка, – как только у чудищ крыша поедет, ты первый это поймёшь. А мы не зевнём. Вовремя переправим тебя поближе к врагу и подальше от своих.

– Так тому и быть. Последний вопрос: а где мёртвые туши дакханов? Глянуть бы одним глазком, что за звери такие.

– Трупы убрали за периметр. Те самые таинственные твари, что шастают тут по ночам, разобрали их подчистую. Падальщиков так и не удалось разглядеть. Мелькнут, да пропадут, словно мираж.

Какие полезные ребята! Под палящим Соларисом в округе бы наверняка витали не самые приятные ароматы. Парадигма, похоже, уделяет достаточно внимания экосистеме островов.

Я покинул Эстебана и направился прямиком на кухню. Фелиция разделывала небольшого кабанчика. Судя по широкой сквозной дыре в брюхе, вояка уже успел поиграться с новой винтовкой утром.

– Привет ещё раз, моя дорогая. Прошлой ночью я… был не совсем собой и наверняка натворил дел. Что же до голосования… Ты поступила так, как считала правильным, и я это уважаю.

Попытался приобнять за талию красавицу, но та шагнула назад, заметно нервничая и кусая подушечку большого пальца.

– Не надо, Макс! – она сделала ещё несколько шагов в сторону и даже побледнела. – У нас ничего не получится. Я… я боюсь тебя!

В сердце неприятно защемило, а горло мгновенно пересохло.

– Уходи, прошу тебя! – Фелиция закрыла глаза и заревела.

Она меня отвергла… Что же, не в моих манерах унижаться и напрашиваться. Потому покинул кухню, напоследок бросив:

– Да и чёрт с тобой! Орёл не для наседки был рождён!

Внутри вдруг стало пусто. Не сказать, чтобы влюбился в Фелицию, но уже успел к ней проникнуться симпатией. Страсть между нами горела ярче Солариса. В таких-то условиях, когда каждый закат может стать последним, ценишь каждую связь. Но того самого глубинного чувства не было. Так что переживу.

Ну спасибо, братишка! В следующий раз, блин, предупреждай! Иначе я до старости останусь в холостяках!

Подходя к воротам, пнул что есть мочи по букету гипертрофированных ромашек. Ну и хрен с ним! Наверняка в бесконечном мире, на каком-нибудь острове, живёт та самая, которая не отвернётся от меня несмотря ни на что. Вот её-то я и полюблю! А пока пойду покажу Диловару ветку с живоглота.

Обычно находил его по привычному звуку рубки дерева, но в этот раз в чащобе было подозрительно тихо. Я шёл почти крадучись по периметру лагеря, пока не нашёл соплеменника. Он даже не заметил, как моя фигура выросла за его спиной.

Навык «Маскировка» повышен до 6 уровня.

Диловар сидел на корточках и срывал какую-то траву.

– Компоту хочешь сварить?

– А-а, Макс! – Он развернулся ко мне, и на лице заиграла тёплая улыбка. – Решил нарвать для Юаньжу. Женщины после той ночи боятся в джунгли заходить, совсем страшно им.

– А можешь определить свойства этой крупной ветки? – Я выволок из рюкзака останки живоглота. – На корабль бы пустить, если материал годный.

Дровосек забрал предмет и детально его изучил.

– Ой, брат, это редкая вещь! Очень хороший, крепкий материал. Из него можно сделать качественное древко для копья, а может, и ручки для штурвала.

Я попросил смастерить ручки, заодно рассказал о том, что на другом конце острова лежит крупное древо, с которого была вырвана ветвь. Однако Диловар лишь развёл руками. Будет потрачено слишком много времени на транспортировку. Лучше сфокусироваться на доступной древесине в окрестностях лагеря.

Что же, логично. Хотя бы кусок этой проклятой твари станет символом свершённой мести за смерть двух грызлингов.

Перед возвращением в лагерь обратил внимание на шестнадцатый уровень Диловара. Радовало, что среди нас имеются такие усердные труженники!

Решил помочь с восстановлением ворот и вгрызся в работу. Таскал доски, стучал молотком, убирал мусор. В этот раз Олаф предложил не пользоваться схемой, а сделать всё собственными руками.

Когда закончили, я отступил на несколько шагов. Ворота выглядели на порядок крепче. Теперь входы в лагерь оказались надёжно запечатаны стеной из дерева и железа. Любой, кто захочет прорваться, дорого заплатит за эту попытку. Теперь-то у нас проблем с порохом нет, и со смотровых вышек можно будет уложить немало врагов, рискнувших пробиться внутрь.

Бродя по лагерю, заметил перемены в соплеменниках. Они двигались иначе – увереннее, будто крылья расправили. Их уровни росли. С каждым днём, с каждым испытанием люди закалялись, как клинок в огне. Наблюдать эту трансформацию было для меня особым удовольствием.

К слову, третью карамболу из сундука снабжения взял Ганс. Ничего удивительного в его выборе – кузнец. Предсказуемо, но практично.

Настоящим сюрпризом стал бывший актёр. Как я узнал из обрывков разговоров, после бойни с дакханами началась настоящая охота за трофеями. Все бросились собирать добычу, и наш танцор, обычно плавный и неторопливый, оказался неожиданно быстрым. Успел обшарить нескольких особо крупных тварей и урвал карамболу раньше других. Теперь возле его имени появилась новая метка – «Мимик».

Правда, цена была высока. Лицо индуса украшал разбитый нос. Я сразу понял, чья это работа. Наш драчливый арестант продемонстрировал, что значит агрессивная конкуренция. Наверняка набрал ништяков полные штаны!

Янис и Густаво не помогали нам возводить новые врата. Они сейчас ковырялись возле частокола с восточной стороны лагеря. Я решил поинтересоваться предметом их стараний.

– Чего строите?

– Личные апартаменты для меня, – усмехнулся Густаво, прибивая брус к частоколу. – В этой общей конуре дышать нечем! Один – как химическая атака, другой – будто после марафона в ботинках спать завалился. Я, конечно, не прихотлив, но всему есть предел!

Хорошая идея! Но мне это ни к чему – засыпаю быстро и сплю крепко.

Удовлетворив любопытство, решил пойти освежиться. Пара новых бочек с пространственными карманами, уже заполненных водой, ждали меня возле туалета в небольшой пристройке – душевой комнате. Однако меня догнал Янис.

Ещё по возвращению в лагерь обратил внимание на его странное поведение. Привычный взгляд, полный вызова и дерзости, изменился на понурый. Он отводил глаза и прямо сейчас пытался подобрать слова. Наконец, ему это удалось.

– Это… кореш, ты не обессудь, понесло меня тогда. На нервах был, да и ром какой-то палёный оказался. Давай замнём, а?

Он протянул руку, выжидающе смотря на меня. Наши ладони встретились со смачным шлепком.

– Я только за! Всё равно обижаться долго не умею!

Глава 5

Приятно, что взаимоотношения хотя бы с некоторыми соплеменниками начинали постепенно налаживаться. Я улыбнулся Янису в тридцать два зуба и зашагал к душевой. Рядом с массивными бочками красовался металлический ковшик. Мелочь, казалось бы, но именно из таких деталей складывалась новая жизнь.

Холодная вода смыла усталость и пыль. Разум прояснился, мышцы напряглись, готовые к действию. Пора в дневной дозор. Забравшись на вышку, окинул взглядом безжизненный горизонт. Остров казался вымершим. Никаких следов незваных гостей так и не обнаружил. Но не был намерен расслабляться. Этот мир полон неожиданных сюрпризов.

Периферийным зрением уловил движение в кухонном уголке. Эстебан, опираясь на свою новенькую винтовку как на трость, что-то пафосно рассказывал Фелиции. Наверняка повествовал о героических подвигах. Она же буквально светилась. Звонкий смех было слышно даже здесь. Её «случайные» прикосновения к плечу вояки казались слишком толстыми намёками на близкую дружбу.

Поразительно, как быстро может меняться погода. Ещё недавно – красные от слёз глаза и дрожащие губы, а сейчас – воплощение радости и флирта. Внутри что-то кольнуло. Может, она делает это намеренно? Хочет вызвать ревность? Но зачем? Или просто инстинкт самосохранения толкает её искать новую опору, сильное мужское плечо, способное защитить в этом безумном мире?

Я отвернулся, возвращая взгляд к джунглям. Это уже не моё дело. Не вижу ни одной причины унывать – вредно для здоровья.

Решил заняться чем-то стоящим. Самое время разобраться с трофеями, собранными с жертв кровавого демона после пробуждения на поляне. Одним глазом следил за периметром, другим оценивал добычу. Косоглазым себя не считал, но, думаю, водители маршруток бы одобрили такой навык.

Итого, с четырнадцати убитых братишкой врагов выпало: 95 осколков бездны, обычный глиф познания № 49, необычный глиф познания № 2, тушёнка «Чёрный день» и бутылка рома. Не густо, но, как говорит народная мудрость, дарёный сапог на вонь не проверяют.

Ладони скользнули в рюкзак, дабы сграбастать глифы. Когда увидел помимо двух вышеуказанных ещё и легендарный, то довольно осклабился. Как я мог забыть, что суммарно уже повысил более пятидесяти уровней классовых навыков? Какой приятный сюрприз!

Обычный глиф сообщил, что слабые животные, рыбы и насекомые не дают награды. Я понял это ещё в первый день, когда занимался рыбалкой на острове.

Сжал в руке значок необычного качества.

Вами получено одно свободное очко навыка.

Информация о мироустройстве и лоре: флора и фауна «Бескрайнего Архипелага» собрала существ из множества миров. Во многих из них встречаются схожие, а иногда и полностью идентичные виды. Поэтому шанс наткнуться на знакомых животных или привычные растения довольно высок.

Активируйте ещё 7 необычных глифов, чтобы получить награду.

Пока что из знакомых животных видел только кабанов с гривой и богомолов-переростков.

Вдруг во мне пробудилось любопытство. А из какого мяса сделана тушёнка? Достал полулитровую стеклянную банку с жестяной крышкой и уставился на этикетку. Подробного состава, как на Земле, не увидел. На чёрном квадрате с Соларисом в правом углу красовалось лишь название и краткая справка: говядина со специями.

Несмотря на то, что желудок скучал по привычной еде, бережно убрал банку в рюкзак. Возможно, когда-нибудь в будущем эта заначка спасёт от голода!

Обратил внимание на то, как Эстебан с Фелицией покинули лагерь через южные ворота и побежали вдоль пляжа. Серьёзно⁉ Неужели в Архипелаге принято выстраивать с ужасающей скоростью не только лагеря и корабли, но и отношения?

Ещё вчера её пальцы сжимали мою руку, а сегодня она уже отдаётся другому. Прыгает с лодки на лодку при первой удобной возможности. Хорошо, что не успел к ней привязаться по-настоящему. Должно быть, настойчивость Эстебана уберегла меня от не самых приятных ситуаций в будущем. Да и вполне могло случиться так, что её слёзы при расставании со мной не были искренни. Скорее, это был повод выбрать более предсказуемого и менее опасного партнёра.

Впрочем, осуждать не стану. Для меня главным приоритетом всегда будет выживание и помощь людям. Я прошёл очередную закалку и получил хороший урок. Впредь буду предусмотрительнее.

Бегите себе и радуйтесь жизни! Зато вам никогда не удастся подержать в руке нечто подобное! Между пальцев хрустнул активированный легендарный классовый глиф.

Вами получено десять свободных очков навыков.

Классовая информация: активация умений требует затрат различных видов энергии – физической, ментальной, духовной и других, в зависимости от класса личности и расы исследователя. Большинство способностей нельзя применять без перерыва, иначе возникает риск истощения, потери сознания и других негативных последствий. Умеренное пребывание под лучами Солариса повышает эффективность навыков, поскольку организм насыщается необходимыми витаминами и впитывает скромные объёмы магической энергии.

Исследователь! Не переоценивай свои силы – используй новую мощь с умом и знай меру!

Активируйте ещё 8 легендарных глифов, чтобы получить награду.

Очередная порция ценных знаний. Я не раз задумывался о том, как противостоять врагам, которые будут спамить специальными атаками. Теперь ответ очевиден. Каждое задействованное умение забирает силы. Чем чаще активируются навыки, тем быстрее истощаются запасы энергии, превращая оппонента в лёгкую добычу.

В моём случае всё иначе. Кровь не ограничивает, а позволяет использовать способности без передышки – пока в жилах остаётся хоть капля. Без сомнений, «Мастер крови» заслуживает статус легендарного. Правда, перспектива быть высушенным до последней капли слегка тревожит, но разрушительная мощь перевешивает все риски.

В голове роились тёмные вопросы. Какая нить связывала мой древний род с Архипелагом и кровавыми демонами? Предки унесли в могилы слишком много тайн, оставив лишь одну подсказку. Холодный металл ключа лежал на моей груди, соприкасаясь с кожей прямо в районе сердца. Это не просто реликвия – это ключ к истине, которую от меня скрывали. А если существует ключ… где-то скрывается и дверь. И я намерен её найти, чего бы это ни стоило!

Приятно осознавать, что в жизни есть цели. Хочется двигаться вперёд. Ну а пока… буду бдеть и присматривать за округами.

Не прошло и тридцати минут, как произошло нетипичное событие. Землетрясение обрушилось на лагерь внезапно и застало всех врасплох. Пять, может, шесть баллов – точно не определил, но смотровая вышка под моим весом заходила ходуном, как пьяный матрос на палубе в шторм. Металлические скрепы натужно скрипели, дерево стонало, пока я цеплялся за поручни. Спуститься не успел, ведь стихия отступила так же внезапно, как и появилась.

Выжившие, ведомые инстинктом самосохранения, поспешно покинули постройки. Они сбились в центре лагеря плотной группой, напоминая испуганное стадо. Нервные лица, приглушённые голоса, беспокойные взгляды выдавали в соплеменниках страх перед очередным испытанием, которое нам подготовил проклятый остров. Я же, вопреки здравому смыслу, вновь поднялся на вершину вышки. Телосложение в 60 единиц и броня, защищающая жизненно важные органы, давали уверенность в себе. Даже если земля вздумает снова содрогнуться, падение с пятиметровой высоты не станет фатальным.

Я прищурился, внимательно оглядывая окрестности. Картинка слегка изменилась, будто кто-то в режиме администратора или бога поигрался с ландшафтным дизайном. В одних местах почва чуть вздымалась горбами, а в других – просела, образуя впадины.

А потом я увидел это… В двухстах метрах от лагеря, там, где раньше был лишь пустой холм, теперь возвышалась странная конструкция из массивных монолитов. Чёрные, идеально вытесанные камни сложились в угрожающую форму. Их контуры подсвечивались призрачной синевой. Подземелье!

Не теряя ни секунды, покинул пост. Соплеменники заметили перемены в моём лице раньше, чем услышали слова. Я рассказал о странном сооружении, и понимание молнией пробежало между нами. Без лишних разговоров мужская часть вооружилась и выдвинулась к таинственному логову.

Вход в подземелье выглядел довольно зловеще. Два громоздких монолита располагались рядом, формируя широкий проход. Внутри них были высечены фигуры, стоящие в нишах по обе стороны прохода. Каменные статуи выглядели как стражи, застывшие в неподвижности. Сверху монолиты соединяла массивная каменная плита, создавая арку. Основание конструкции прочно входило в почву. Земля вокруг потрескалась и просела.

Вниз вели ровные ступени, вырубленные в камне. В глубине виднелись синие всполохи света. Они мерцали и колебались, напоминая далёкое пламя. Свет то усиливался, то ослабевал. Воздух у входа был тяжёлым и прохладным, с запахом плесени и мертвечины. Я обратил внимание на табличку с четырьмя черепами:

Гробница героев.

Рекомендуемый размер отряда для исследования: 3–5 выживших 11 уровня.

Внимание! Сложность прохождения: выше среднего.

– Не вздумайте туда соваться! – предостерёг я присутствующих. – Как только кто-то войдёт внутрь, вход окажется заблокирован. Сам дважды попадал, один раз – еле выбрался.

Мои слова явно дошли до умов присутствующих, ведь некоторые из них инстинктивно попятились.

– Теперь мне всё стало ясно! – заявил Ву Джун Ли.

Десятки глаз уставились на геймдизайнера, любящего создавать интригу долгими паузами.

– Ну? – нетерпеливо пробасил Янис.

– В ночь багровой спирали все чудовища выходят из своих подземелий. На следующий день земля содрогается и порождает новые логова. Процесс явно цикличный. Остаётся лишь понять, как часто это будет повторяться.

Слова Ву Джун Ли звучали логично. Значит, мы попали в мир бесконечной борьбы с опасными тварями. Хотя, если иметь собственный корабль, то можно укрыться на нём и пережить ночь безумства. Другой вариант – строить неприступную крепость с мощными орудиями для обороны. Значит, когда мы найдём новый дом, даже там не будем в безопасности! Тысяча диабло!

– Логово мерзких чудовищ должно быть искоренено немедленно! – заключил наш лидер, сжав покрепче рукоять алебарды. – Их присутствие у стен лагеря – вызов, на который мы не можем не ответить. Осмелюсь спросить: где же в этот критический момент наш доблестный командир?

– Хе-хе, – Янис покачал головой с похотливым смешком. – Наш пострел везде поспел! С Фелицией на пляже тренируют ударную технику… да так, что волны завидуют!

Арестант ухмыльнулся и пустился в жестикуляцию – хлопнул ладонью по сжатому кулаку несколько раз, а потом ещё и указательным пальцем показал что-то явно неприличное. Вишенкой на торте стало странное подмигивание.

– Да что там волны, даже земля трещинами пошла! – загоготал Густаво.

Но громче всех смеялись грызлинги. У хомяков, видимо, заниженный порог на восприятие любых сортов юмора. Один даже по земле катался.

Некоторые выжившие косились в мою сторону, и в их взглядах читались разные эмоции: сожаление, удивление, любопытство, возмущение. Кто-то мог бы почувствовать на моём месте позор или задетое мужское достоинство… Но я… Да, проклятье, я их чувствовал!

– Кхм-кхм, – выручил меня Луи и привлёк внимание мужчин. – Полагаю, в столь поздний час разумнее перенести устранение этой досадной угрозы на завтра. Пока же дневной свет ещё с нами, не лучше ли уделить внимание более насущным вопросам? Так поспешим же!

* * *

Сумрак сгущался над лагерем. Костер выплевывал искры в холодное ночное небо, а выжившие собрались вокруг него, грея руки и поглощая вкусный ужин. Я же держался на расстоянии. События прошлой ночи превратили меня в изгоя для половины племени.

Отсюда открывался прекрасный вид на нашу новоиспеченную «влюблённую парочку». Фелиция устроилась между ног Эстебана, прислонившись спиной к его груди. Вояка заботливо обнимал подругу, словно защищая от невидимой угрозы. Контраст между его мозолистыми руками, привыкшими к оружию, и её хрупкими плечами выглядел весьма художественно.

В какой-то момент Эстебан почувствовал моё присутствие. Он медленно повернул голову, и наши взгляды пересеклись на мгновение. Незаметно для остальных мексиканец протиснул ладонь за спину и показал мне три пальца, затем один.

Технически счёт должен был быть равным – два-два. Однако бахвальство интимными победами не входило в мой кодекс чести. Даже сейчас, когда законы и моральные принципы старого мира давали трещины, я придерживался собственных правил. Возможно, именно это и сделало меня аутсайдером.

Тишину разорвал взрыв хохота со стороны костра. Янис снова зажёг своим остроумием. Я отвлёкся от мрачных мыслей и поднял взгляд. Не сразу врубился, что веселье вызвали не только его слова, но и грызлинги, которые катались по земле, держась за бока. Они корчились в пыли, издавая звуки, похожие на смесь мышиного писка и довольного урчания. Хомяки сейчас выглядели как дети, впервые услышавшие анекдот.

Когда последние судороги смеха утихли, Хрум поднялся с земли. Он выпрямился во весь рост и, посмотрев на людей с восхищением, проговорил:

– У нас шутить могли только избранные, и вожди шли к ним издалека смеяться. А у людей каждый второй умеет! Научите нас! Мы очень хотим так же!

В этой просьбе было что-то настолько искреннее, что я невольно проникся симпатией к братьям меньшим. Они стремились не просто выжить рядом, а понять саму суть человеческой природы. Возможно, юмор был первым мостом между нашими видами.

– Чё, кучеряво базарить хотите? Готовы на мастер-класс по стёбу? – Янис ухмыльнулся, как заправский коуч. – Сегодня за так, завтра за осколки. Слушайте сюда…

Грызлинги выпрямились, как на военном построении, и синхронно закивали.

Спустя четверть часа зэк таки научил хомяков сомнительным юмористическим техникам. Один из них, самый молодой, со слегка облезлой спиной, даже попросил тишины и обратился к Луи Дювалю:

– Ты не толстый, ты просто носишь с собой сундук сокровищ… под кожей!

Шутку оценили только сам учитель в компании Густаво и остальные грызлинги. Наш лидер же изобразил пантомиму «рука-лицо».

– Ещё одна! – не унимался юморист. – Феромоны Фелиции пахнут так, будто она готова к… – он изобразил тот самый жест Яниса, шлепки ладонью по боку сжатого кулака. – Фелиция? А зачем тебе палка? Ай! А-а-а!

Разъярённая кормилица как следует треснула грызлинга по спине, а после пустилась за ним в погоню. Так и бегали они по лагерю, пока оба не выдохлись. Остальные хомяки опустили ушки и опасливо косились на выживших.

– Не стыдно тебе, Янис? – нравоучительно покачал пальцем Ганс. – Учишь молодёжь чему попало…