Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 229 (всего у книги 304 страниц)

Некромант как-то замялся и протянул:

– Ну, что-то вроде того, да. Пятьдесят, или сто, или даже, скорее, около шестисот. Знаешь, довольно трудно отсчитывать года во время путешествия по неисследованным землям.

– Шесть сотен? – выдавила пораженная Грета.

– Как правило, люди запоминают последнюю сказанную фразу, – чуть скривился Алистер, – но на тебе это не работает, верно? Да, мне либо чуть больше шести сотен, либо чуть меньше. Погрешность где-то лет в пять.

– А вы эльфов видели? – выпалила Грета.

– Они ушли две тысячи лет назад! – возмутился дерр Ферхара, – а мне шестьсот, и я еще дорфовски молод!

– Ох, я просто подумала, – она смутилась, – где шестьсот, там и эльфы. И у вас кабинет отделан паутинным деревом, вот я и…

– Не лепечи, я не обиделся. Идем, нам к пруду. Я, кхм, предполагал, что разговор будет тяжелым. И кое-что приготовил. Знаешь, я так толком и не поблагодарил тебя за помощь. Тогда, у ручья.

– Вы и так очень много для меня сделали, – уверенно сказала Грета. – Если бы не вы, не бывать мне лидером рейтинга.

– Я не хотел обедать с кем-то другим. Ума не приложу, ради чего королева настояла на этих обедах и гибкой системе рейтинга.

– Гибкой?

– После первой тройки идет вторая первая тройка. То есть, четвертый, пятый и шестой соискатель. Как по мне, так это существенно снижает ценность обеда. Вообще, какая разница, за каким столом есть, если всем дают одинаковую пищу?

– Может быть, вы должны поближе узнать соискателей? – неуверенно спросила Грета.

– Ты говоришь словами королевы, – вздохнул некромант, – а я всем сердцем чувствую подвох. Но пока не до мелких пакостей имени Гарри Саддэн.

– Королева пакостит?

– О, она делает по-королевски, но не со зла, – хмыкнул Алистер. – Нам сюда.

Они вышли к ярко-изумрудной полянке, которую окружали небесно-голубые цветы. Рядом был чистый пруд с цветущими лилиями и кувшинками. А в центре полянки был расстелен плед и стояла корзинка.

– Я после торжественных обедов всегда хочу нормальной еды в нормальном количестве. Эта ваша традиция есть по три ложки меня убивает. Я бы, например, съел весь суп, а потом то странное мясо в сливках. И все, наелся бы. Но нет, то хрусти огурцом, а я их не люблю, то… Кхм, прости. Никак не могу смириться с необходимостью вновь привыкать к благородному обществу, – некромант немного смутился.

В корзине прятались сандвичи, жареные пирожки, коробочка пирожных и два запотевших кувшина кваса.

– Корзинка заколдованная? Столько всего влезает.

– Артефакт. Одолжил у Линнарта, – кивнул некромант. – Только вот ты кое-что не рассказала. Финли. Я уже понял, что она не простая лиса, и тайна не твоя, и все такое, но. Но эта рыжая красавица тебя явно опекает, как она проворонила нападение?

– За неделю перед экзаменами студентов заставляют отправить своих питомцев по домам. Бывали случаи, когда при помощи фамилиаров в аудиторию проносили записки с ответами. Финли не сразу почувствовала мой страх – мы тогда не были настолько сильно связаны, это казалось излишним. Потом она пришла и разогнала моих обидчиков, но я уже закрылась щитом и ничего не чувствовала.

– Значит, Финли может опознать их?

– Может, но это не доказательство, – криво улыбнулась Грета. – Я стараюсь вернуть свою силу. Но…

– Но каждый раз ты снимаешь щит. Боишься, что он станет слишком крепким?

– Боюсь опять плавать в черноте и пустоте, и все звуки будто через толщу воды. Меня не так пугает то, что меня избили и напугали в душевых, как то, что я оказалась заперта в себе. Как оказалось, внутри себя очень скучно, страшно и одиноко.

Алистер наколдовал пузатые глиняные чашки и разлил квас. Пододвинул к Грете поближе пирожки, и та с легким ужасом произнесла:

– Я не могу есть три часа подряд! Обед, потом кофе с пирожными и теперь квас с пирожками, это слишком много.

– А я голоден, за обедом давали малосъедобную пищу, а кофе только раздразнил аппетит.

Сидеть на пледе было немного странно. Нет, сама по себе Грета очень любила сидеть в корнях дерева, у ручья. Но все пикники, на которых ей удалось побывать, происходили иначе. На лужайку выносили столы и стулья, натягивали тент, за розовыми кустами скрывались музыканты. Все было мило, чопорно и немного скучно, потому что от обычного обеда в доме почти ничем не отличалось. Кроме того, что каблуки вязли в земле, а от мелких насекомых не спасала даже магия.

Сейчас же она сидела на пледе, а напротив нее лежал красивый мужчина, который с огромным аппетитом поглощал пирожки. А Грета, замерев в неудобной позе, пыталась удержать спину ровной, дотянуться до чашки с квасом и при этом не завалиться на импровизированный стол.

– Знаете, меня еще мучают вопросы. – Ей все же удалось дотянуться до кваса. – Старые тайны выбили меня из колеи, и я не спросила самого главного – что произошло на приеме. Что от нее хотел Ринтар? То есть, понятно, что Ринтар хотел от нее меня. Но почему там и так? Я не понимаю, как я этого не спросила. Я же после приема места себе не находила.

Алистер сел, забрал у Греты из рук чашку и проникновенно произнес:

– Ты под моей защитой. И ты не виновата в том, что забыла о настоящем. Я сожалею, что тебе пришлось выслушивать весь наш разговор. Я представляю, насколько тебе было тяжело узнавать все эти старые семейные тайны. Твой разум уберег тебя от перенасыщения информацией. А вот я, я виноват. Слишком увлекся вашим прошлым и преступно наплевал в настоящее. Меня утешает только одно – ближайшую неделю у вас будут только занятия. Сюда никто не сможет проникнуть.

– Но бабушка проникла, – напомнила Грета.

– Твоя бабушка – это отдельный вид, – усмехнулся Алистер. – К тому же эту прореху в безопасности я прикрыл. Мне точно известно, что мора ван Линдер прибыла на прием в качестве гостьи дерра Ринтара.

– Значит, она знала, куда шла, – Грета постаралась устроиться поудобнее, и некромант наколдовал для нее несколько объемных подушек. – Я перестаю что-либо понимать. У меня есть сестра или брат, он или она владеют таким же даром, как и я. И все это как-то связано с покушением на королеву. Но ведь когда Ринтар все это затеял, будущей королеве хорошо если лет пять было! Я имею в виду, когда он обманом вынудил маму… ну…

– Я понял. – Алистер сочувственно посмотрел на Грету. – Но пойми и ты, вряд ли темный менталист был нужен ради какой-то благородной цели. Скорее всего, он планировал либо разбогатеть, либо, чем дорф не шутит, стать королем Кальдоранна.

– Ну уж, королем, – отмахнулась Грета.

– Твои внушения не снять, – серьезно произнес некромант. – Им невозможно сопротивляться. Когда ты войдешь в силу, ты будешь подчинять людей лишь одним движением брови. А сила у тебя явно будет немалая. Даже сейчас я не могу прочесть тебя, хотя раньше добирался до лисьей защиты. Ты бы могла внушить королю отречься в пользу Ринтара.

– Думаете, он и правда хотел узурпировать власть?

– Нет, на самом деле я так не думаю. Зачем? Ринтар не глуп и преследует более простые цели: богатство и развлечения. Его не интересует власть, в своем поместье он истинный король, и поверь, ты не хочешь знать, какие оргии там происходят. Это я имею в виду Ринтара старшего, твоего деда. Младший, который и обманул твою мать, во всем слушается своего отца. Полагаю, они собирались упрочить свое положение, а может быть, и сдавать тебя в аренду. Поверь, есть очень много людей готовых заплатить любые деньги за услуги незарегистрированного темного менталиста. И далеко не всем нужна власть. Кому-то – любовь избранницы или избранника, кому-то – послушание второй половины, кому-то – покорные дети, кому-то необходимо что-то забыть или заставить забыть другого…

– Это не дар, а проклятье, – вздохнула Грета. – Неужели от меня и правда никто не может защититься?

– Когда я был молод, ходили слухи, что по-настоящему надежный артефакт для защиты разума может сделать только темный менталист. Но при этом классическая артефакторика для этого не подходит. У каждого свой собственный способ.

– Значит, я могу внушить кому угодно и что угодно. – Грета поежилась и призналась: – Кажется, я начинаю бояться своей силы еще больше.

– А зря. Ты могла бы заняться приручением дорфов. Твой дар действует на всех, кто жив и имеет мозг. Ты можешь увидеть то, чего не видела, если имеешь достаточное количество информации. На испытании, первом, ты нарисовала людей, помнишь?

– Мне так легче думается, – смутилась мэдчен Линдер.

– Они имели портретное сходство с оригиналами. Так что ты очень ценный маг, и защищать тебя будут, используя все ресурсы государства.

– А мой родственник уже может использовать свой дар? – тихо спросила Грета.

На самом деле она хотела спросить, по какой причине ее будет защищать Алистер. И будет ли вообще. Но не осмелилась заговорить об этом.

– И да, и нет. – Некромант наколдовал пару подушек и для себя. – Все зависит от того, как к нему относятся – ценят или спешат получить все здесь и сейчас. Дар нельзя потерять, но его можно выжечь. Ты ведь слышала, а может, и видела тех несчастных, что однажды перенапряглись и теперь не могут вообще ничего? Ты и твоя бабушка утратили контроль над даром. Ты – потому что испугалась, она – неизвестно почему. Но сама колдовская сила все еще с вами, вы можете использовать простейшие бытовые заклятья и маски-эмоции первого круга. А перегоревшие маги не могут ничего. Даже осветительный шар зажечь.

– Значит, на ближайшие семь дней моя задача – ждать? – уточнила Грета.

– И учиться. Проводить тебя в комнату?

– Да, буду признательна.

Некромант помог ей подняться, уже как-то привычно прижал к себе и открыл переход. Грета сознательно задержала дыхание, не из-за какой-то брезгливости, а потому что ну очень уж неприятен первый вздох в мире живых. Интересно, может, поэтому маленькие дети так громко и пронзительно плачут?

– Не забудь, после ужина будут танцы.

– Не уверена, что проголодаюсь к ужину, – вежливо улыбнулась Грета и шагнула к двери. – Доброго дня, дерр Ферхара.

* * *

Алистер Ферхара

Ситуация ухудшалась, и он чувствовал, как вокруг него сжимается капкан. Встретить удивительную девушку, практически идеально подходящую под обещание Богини, именно в тот момент, когда старые и новые клятвы вступают в противоречие, – издевательство. В тот момент, когда против него начата игра… А нападение на королеву Алистер расценивал как нападение на него самого. Все, кому надо, давно знают, кто именно покровительствует династии Дарвийских. Тем более что уже шесть сотен лет он не меняет имени. Достаточно того, что тогда, изгнанный, он отказался от родового.

В воздухе соткался Дони.

– Хозяин, пока я был в шкафу, совершенно случайно нашел шкатулку с венчальными браслетами. Дивной, дивной красоты вещи! Сейчас так тонко уже не работают.

– Не говори глупостей, уж кто-кто, а ювелиры не стоят на месте, – бросил Алистер и направился к своему рабочему кабинету. Тому, который находился в открытой части особняка.

«Скоро уже потеряюсь в своих кабинетах. Нагородят же правил. Нормальному некроманту достаточно лаборатории, холодильной комнаты и приемной, где можно общаться с посетителями», – вздыхал он про себя. Хотя на самом деле человеческий этикет и близко не стоял рядом с мозговыносящими правилами его родины.

– Да, но это явно эльфийская работа, хозяин. Не совсем канонная, скорее всего, работал полукровка. Им не меньше тысячи лет. Лунное серебро и удивительные голубые бриллианты. Кстати, я совершенно случайно заметил, что цвет камней удивительно похож на глаза вашей темной менталистки. А ведь эти браслеты нашли вас сразу после того, как вы получили то проклятье…

Небрежный пасс – и призрак потерял способность говорить. Правда, по опыту Алистер знал, что надолго этого заклятья не хватит. А что-то серьезное использовать… Дони пока еще не так сильно его достал.

– Я не хочу обсуждать с тобой Грету.

– Но мой хозяин, разве ее нужно обсуждать? Надо брать! – воскликнул призрак, возмутительно быстро сбросивший слабенькое проклятье, и тут же добавил: – Я молчу.

У кабинета его уже поджидала Ванда. Наглухо застегнутое платье, отсутствие косметики и гладкий, прилизанный узел на затылке. В руках женщина держала тонкие папки.

– Давно ждете, эйта Ванда? – иногда подчеркнуто-официальный тон творил большие чудеса, чем самая площадная брань.

– Это моя работа, дерр Ферхара.

– Все равно, примите мои извинения, я забыл, – ответил некромант и оценил, как Ванда на секунду вспыхнула.

Он не забыл, нет. Это была часть его маленького плана. Пока король и его ближайшие соратники разыскивают врага при дворе, Алистер ищет среди соискательниц. И Ванде отводится роль распространителя информации. Она может удержаться от сплетен, будучи спокойной, ровно-благостной. Но обиженная… Когда эйта Ванда изволит расстраиваться, она идет на чай с плюшками к главной поварихе. А уж оттуда все сплетни расходятся по особняку. Он проверил это, когда слил Ванде первые два испытания.

– Ничего страшного, дерр, – она склонила голову. – Я могу быть свободна?

Некромант открыл дверь и кивнул на стол:

– Пристройте папки на край стола. Аналитики выявили имена самых подозрительных соискательниц. Придется обыскивать комнаты. Думаю, что управлюсь с этим за время праздника. Кстати, эйта Ванда, вы разобрались с комнатой моей помощницы, эйты Риви? Там не то шуршит что-то, не то скрипит. Ей некогда заниматься столько приземленными вещами, она мне необходима двадцать четыре часа в сутки.

– Со всем старанием, дерр, – кивнула она, и дерр Ферхара видел, с каким трудом помощница моры Вирстим удерживает ровное, благостное выражение лица.

– Можете быть свободны, – махнул он рукой.

Ванда выскочила из кабинета, а Алистер рухнул в кресло. Обвел взглядом помпезный кабинет и поморщился от обилия бархата.

– Пылесборник, – буркнул некромант.

Больше всего ему хотелось схватить Грету Линдер в охапку и убраться отсюда подальше. Алистер не мог твердо заявить, что она та самая. Но приходил в ярость от одной только мысли, что девушке может быть причинен вред. А значит, если нельзя ее увезти, то нужно плодотворно работать. Найти и обезвредить дураков-заговорщиков. Ведь если в народе узнают о покушении на святую королеву, то виновников порвут на куски. Каждый год Маргарет Дарвийская просит у Богини тех или иных благ для королевства. Благ, которые видят простые подданные: хорошая погода, усмирение оползня, здоровье для неизлечимо больных. Еще ни разу Маргарет ничего не просила для себя.

Он действительно собирался провести обыск в комнатах соискательниц. Но не такой, какой привычен кальдораннцам. Дони и еще четверо призраков ждали отмашки – от них ничего не скрыть. Но самое главное, что не скрыть от них и попыток что-либо перепрятать. Алистер возлагал на сегодняшний вечер довольно большие надежды.

Глава 10

За полчаса до ужина в комнату Греты и Тирны постучали. Мэдчен Линдер встала из-за стола и открыла дверь.

– Это вам, соискательница Грета, – в голосе Ванды, протягивавшей большую, плоскую коробку, звучала какая-то бессильная злость.

– От кого?

– Полагаю, все ответы вы найдете внутри.

Эйта практически впихнула Грете коробку и быстро ушла.

– Часть обучения? – Тирна приподнялась на локте. – Или подарок от таинственного поклонника?

– А я думала, что ты дремлешь, – поддела подругу Грета и положила коробку на общий стол.

Пару минут она гипнотизировала коробку взглядом и вдруг увидела призрачную, мимолетную картинку: невысокая женщина укладывает в коробку кремово-золотое платье, перевязывает лентой и передает Алистеру.

– Ох, – она прижала пальцы к вискам, – как больно!

– Что, что там? – Тирна выпуталась из-под одеяла.

– Да нет, ничего. Мизинцем ударилась, – неловко соврала Грета.

«Неужели я увидела правду?» Развязав пышный, белый бант, мэдчен Линдер осторожно сняла крышку и восторженно выдохнула – внутри и правда оказалось кремово-золотое платье. К ней возвращается дар! Хотя раньше она не могла увидеть, кто последним прикасался к той или иной вещи.

– Красивое, – вздохнула Тирна. – Ну почему мне не идут платья?

– Потому что идут брюки, – пожала плечами Грета.

– Думаешь, я не хочу кружиться в пене кружева? Или подметать пол тяжелой атласной юбкой? Я тоже девушка, подруга. Просто в платье я девушка-крокодил.

– Крокодил?

– Да, вроде что-то такое водится где-то далеко. Видела бы ты ту гравюру! – Тирна выразительно закатила глаза. – Ну да ладно, надевай скорей! Ничего себе! Еще и туфельки, с подгоном!

Коробка внутри была больше, чем снаружи. И там действительно нашлось место для атласных туфель. По которым скользили радужные волны чар подгонки под размер.

– Дорф, к этому бы платью прическу с локонами, – сверкнула глазами Тирна. – Ну же, переодевайся!

Грета жестом попросила подругу отвернуться и разделась. Чуть подумав, она, пламенея щеками, спряталась за полог и переодела белье. Ничего особенно роскошного у нее не было, но все же один комплект кружевного белья прошел мимо ока бдительной бабушки.

Хотя надо признать, новомодный бюстгальтер как-то непривычно сидел, и мэдчен Линдер казалось, что она непристойно обнажена.

Но зато платье… Платье село как влитое. Гладкий кремовый атлас, поверх него золотистое кружево, расшитое золотыми капельками и янтарем. Лиф облегающий, со скромным вырезом, тугой и широкий атласный пояс и двуслойная юбка в пол.

– Красавица, – выдохнула Тирна. – Дорф, как же мне завидно, ты бы только знала!

– А я знаю, – тихо ответила Грета. – Я стояла в тени и смотрела на своих модно одетых сверстниц. Ну что, идем ужинать?

– Главное, много не есть. А то танцевать будет тяжело, – хихикнула Тирна.

К ужину столовая приняла привычный вид. За одним исключением – блюда уже ждали своих едоков. Укрытые чарами консервации, они были похожи на муляжи. Но стоило подругам сесть за стол, как чары спали, и они смогли насладиться изысканным салатом из красной рыбы и пряных трав.

– Праздничное меню, – промурлыкала Тирна, – мне нравится. А это перепел? Жестковат.

– Вкус этой птички в принципе сильно переоценен, – пожала плечами Грета. – Мне больше по вкусу обычная, не благородная курица.

Подруги вышли на улицу и ахнули: парк сильно преобразился. Куда-то исчезли густые кусты, и большая, открытая поляна были украшена полотнищами легкой, газовой ткани ярко-синего цвета и связками воздушных шаров. На дальнем конце был сооружен помост, на котором расположились музыканты. А траву зачаровали таким образом, чтобы каблучки не вязли в земле.

– Как здорово! Тирна, ты только посмотри, – Грета счастливо рассмеялась, – красота-то какая!

На поляне поместились и соискательницы, и приглашенные гости, и осталось много места для танцев. Которые, правда, еще не начались.

На помост поднялась мора Вирстим, и ее голос разнесся по всему парку:

– Этот праздник для вас!

Больше она не сказала ничего, а музыканты заиграли популярную мелодию. Грета даже покраснела, узнав мотив модного, ужасно неприличного танца.

– Кажется, тебя собираются пригласить. Смотри, какой темноглазый красавчик идет к нам! – Тирна подпихнула подругу локтем.

– Я плохо танцую саль-оссу. Да и не в этом платье, – прошипела Грета.

Но высокий, одетый в форму мужчина явно шел к ним. И мэдчен Линдер запаниковала, представляя, как будет пытаться не ударить в грязь лицом и при этом не порвать платье – все же саль-осса быстрый, страстный танец. Ох, а может, он к Тирне? Вообще-то, подруга тоже очень привлекательна!

Но нет. Он подошел именно по душу Греты.

– Мое имя Дарвин, а как зовут вас, о прекраснейшие?

– Грета.

– Тирна. – Она с прищуром оглядела мужчину и прицокнула языком: – Вы тоже очень ничего.

– Вы позволите похитить вашу подругу всего на один танец?

Мэдчен Линдер бледно улыбнулась и неловко пожала плечами. Ей бы не хватило духу отказать. Но вместо нее это смог сделать другой.

– Нет, Грета не танцует этот танец. – Алистер чуть приобнял девушку за плечи и скупо улыбнулся Дарвину.

– А вы, Тирна? Окажите мне эту честь, спасите! – сверкнул Дарвин темными глазами.

Чуть задумавшись, Тирна выдержала томительную паузу и махнула рукой:

– А давайте! И вы не ту девушку хотели, и я мужчину себе иначе представляю. Будем разочаровываться вместе.

Грета с трудом сдержала смешок и повернулась к некроманту. Посмотрев на него сияющими от смеха глазами, она присела в реверансе и сказала:

– Большое спасибо, что спасли от саль-оссы. И просто невероятное спасибо за платье и туфельки.

– Я угадал с фасоном, – констатировал Алистер. – Тебе очень идет.

– Спасибо, – еще больше смутилась Грета.

Они просто стояли рядом. Рука некроманта как-то естественно соскользнула с плеч Греты на талию. На секунду замерев, мэдчен Линдер медленно выдохнула и чуть прижалась к Алистеру. При этом ни один из них не проронил ни слова.

Заводная саль-осса сменилась чинным, благородным вальсом. Который, впрочем, всего каких-то двадцать лет назад считался верхом непристойности.

– Позволишь пригласить себя? – спросил некромант.

– Да, – тихо ответила Грета.

Алистер прекрасно вел. Сильный, уверенный, он заслонил собой весь мир. Грета смотрела ему в глаза, тихонько улыбалась и выглядела счастливой, влюбленной дурочкой. Она сама это прекрасно понимала, но не хотела ничего менять. Кто знает, что будет дальше? Пусть сегодняшний вечер станет самым чудесным воспоминанием.

После танца некромант отвел ее обратно и исчез. Что ж, даже если волшебство на этом закончилось, все равно спасибо.

Через пару минут вернулась Тирна и, сдувая со лба челку, доверительно сообщила подруге:

– Я поставила сто алдораннов на то, что до конца года Ферхара сделает тебе предложение. Ты уж постарайся.

– И многие ставят?

– На свадьбу? Только я. Остальные прочат тебе место временной любовницы. Но я-то знаю, что ты на такое не согласишься, – хмыкнула Тирна. – Где тут могут быть напитки? Пойду поищу.

Вздохнув, Грета приготовилась немного поскучать. Но она ошиблась – было кому развлечь оставшуюся в одиночестве соискательницу.

– Ты сейчас молча пойдешь в сторону центральной дорожки, – прошипел тихий женский голос. – На игле яд, спасти не успеют.

Бок Греты больно кололо что-то холодное и острое.

– За пределы особняка нельзя выйти, – выдохнула Грета, но все же пошла вперед.

– Но только не для тебя, верно? Любовничек наверняка внес тебя в охранку. – Кто бы ни захватил Грету, ему, а точнее ей, далось это тяжело. – Шагай быстрей.

– Как скажешь.

Грета уже поняла, что ее похитительница находится под невидимостью. Поэтому она подхватила юбку и ускорила шаг. Если пройти немного левее, то они выйдут прямо на изрытую кротами полянку. Она прикрыта иллюзией, так что есть надежда, что злодейка запнется.

Вот только та знала о кротовьих сюрпризах.

– Нет, прямо. Там не пройдем.

«Куда тебя несет?»

«Финли!» – обрадовалась Грета и тут же вывалила на лису всё произошедшее.

Ответа не было. И мэдчен Линдер взволнованно прикусила губу. Все ли поняла пушистая подруга? Или ее, Греты, дар опять дал осечку?

Они выбрались на подъездную аллею. Широкие ворота были приоткрыты, рядом с ними в неестественных позах лежали трое молодых парней. За воротами виднелся кэб.

– Быстрее! Дорф, как давит!

Сама Грета не ощущала никакого давления на шее. А еще она искренне не понимала, что мешало преступнице самой дойти до ворот? Хотя Алистер говорил, что прикрыл какую-то лазейку. Но почему тогда сейчас они могут подойти?

– Да! – торжествующе вскрикнула неизвестная и сильно толкнула Грету.

По ребрам скользнул холод, и через секунду мэдчен Линдер почувствовала, как ее замечательное новое платье пропитывается горячей кровью. Она медленно оседала на гравий и смотрела вперед, на ворота, напрягала зрение и дар, чтобы увидеть, кто же пытался бежать. Пусть она умрет, но Алистер обязательно призовет ее душу, и она расскажет ему… расскажет…

Алистер Ферхара

День не задался изначально. Ванда решила выслужиться и ни одного словечка не сказала поварихе, потому Алистеру пришлось накладывать на себя иллюзию и самостоятельно сливать информацию. Все же тяжело работать с живыми, у них порой крайне не вовремя просыпается совесть.

Потом он сам поступил до крайности нелогично и непрофессионально – вместо того, чтобы наблюдать за соискательницами, сбросил невидимость и шуганул слишком наглого сосунка. А ведь каждому была четко объяснена роль и не менее четко указаны девушки, рядом с которыми следует провести вечер. Но не зря Дарвин один из лучших аналитиков – сразу же выцепил истинный бриллиант этого отбора.

Но танец многое искупал. Впервые за долгое время дерр Ферхара вел в танце красавицу и не слышал, что происходит в ее голове. Кто бы только знал, как он утомился от однообразия женских желаний: «Надеюсь, он подарит мне…» – и дальше в меру фантазий, от колечка до полной парюры. Алистеру хотелось верить, что в голове Греты не вертелось ничего подобного. Ну или хотя бы это было нечто оригинальное. Вроде детеныша дорфа. Да, он бы с удовольствием достал для нее подобную редкость.

Примерно такие мысли преследовали некроманта, когда тот после танца с Гретой отправился на поиски прохладительных напитков. И какой дурак придумал поставить их за кустами роз?

– Вы, хозяин, – пропел Дони, проявляясь рядом. – Что? Вы же сами спросили, кто придумал поставить…

– Я помню, – цыкнул на духа Алистер. – Что явился?

– Есть новости, хозяин. Не переживайте, малыш Дарвин вернул Тирну нашей менталистке. Так что она не заскучает.

– Быстро, четко, подробно.

– Значит так, комната номер одиннадцать – два ящика крепленого вина…

– Ты издеваешься? Об этом надо докладывать море Вирстим – нарушения дисциплины по ее части.

– Вы не дали мне договорить. – Дони вытащил из нагрудного кармана полупрозрачный платок и принялся полировать ногти. – Один ящик был с обычным крепленым вином, а во втором ящике в каждую бутылку добавлен яд. Пузырек с противоядием спрятан в дне первого ящика. Соискательница Нали уже препровождена в комнату предварительного заключения.

– Ее не было в списке, – ошеломленно проговорил Алистер.

– Комната номер четырнадцать – парный переговорный амулет, владелица пока не установлена, все три проживающие в комнате соискательницы доставлены в комнату предварительного заключения. Комната номер шестнадцать – дамский арбалет, стандартная упаковка болтов, все смазаны ядом, один отсутствует. Владелица не установлена. Комната тридцать семь – шкатулка с сигаретами, владелица Тирна, но об этом я доложу море Вирстим.

– Умолчи о сигаретах. Это приказ, – отмахнулся Алистер. – Соискательниц из шестнадцатой комнаты задержали?

– Двух, третья где-то танцует. И…

Прямо сквозь призрака проскочила рыжая молния и сходу вцепилась зубами в штанину некроманта. Гневно рыча и срываясь на тявканье, Финли разорвала довольно плотную ткань и бросилась куда-то в сторону.

– Грета в беде, – выдохнул Алистер и бросился следом за лисой.

«Ворота… закрой!»

Он запнулся, услышав этот странный, нечеловеческий голос внутри собственного разума. Но некромант достаточно пожил, чтобы не только верить, а и наблюдать самые невероятные вещи. Поэтому он просто приказал всем ближайшим агентам закрыть ворота. И попытался, на бегу, вызвать троих дежурных. В ответ – тишина.

– Мы потеряли нашу менталистку, – горестно завывал дух.

– Так лети вперед и помоги ей! – рявкнул Алистер. – Разрешаю любой класс воздействия!

Призрак налился цветом и силой, как-то торжествующе оскалившись, и исчез. Алистеру оставалось только мчаться за Финли и молиться, чтобы не было поздно. Дорф побери, он никогда не замечал, насколько велика его парковая зона.

Грету он увидел сразу. Она лежала на гравии, вокруг темное кровавое пятно. Но жизнь еще теплилась внутри тонкого тела. У ворот обнаружились два мертвых тела.

– Фарм! – четко, громко позвал некромант, и перед ним появился еще один призрак. – Прикажи Телайле подготовить лабораторию. Яд классифицировали?

– Да, хозяин. Нет, хозяин. Будет сделано, хозяин. Наша менталистка умирает?

– Да, но мы не можем ей это позволить. Скажи Телайле, я буду работать с той стороны.

Подхватив Грету на руки, дерр Ферхара почувствовал, как жизнь покидает легкое тело. Никогда еще он так быстро, резко и непочтительно не открывал переход через грань.

В небе этого мира всегда клубятся фиолетовые тучи, их изредка подсвечивают молнии. Но дождь над равниной костей не идет никогда. А к асфоделевому лугу даже он не рискует подходить – оттуда не возвращаются. Нет такой силы, что сможет забрать рожденного некроманта с луга, полного асфоделей.

Повинуясь его желанию, мелкие косточки исчезли, обнажив серый, гладкий камень, на котором постепенно проявлялся многолучевой рисунок. Исцелять, находясь в мире смерти, – невозможно. Так думают все, но Алистеру однажды удалось доказать ошибочность этого тезиса. И сейчас, с мэдчен Линдер, он докажет ее еще раз.

Конечно, в мире живых ему было бы куда легче. Вот только если старшая Линдер сказала правду, то никакие ловушки не удержат отлетающую душу. А здесь она никуда не полетит. Она уже в мире смерти.

– Хозяин, Телайла разложил яд на составные части, – перед некромантом появился Фарм. – Он очень быстро разлагается в крови и не имеет противоядия. Если продержать нашу менталистку живой еще полчаса, то яд исчезнет, и останется только залечить нанесенные им повреждения.

– Хорошо. – Некромант прищурился. – Где Дони?

– Он занял тело мертвого стражника, из тех, что дежурили за воротами, и преследует соискательницу.

– Как ей удалось пройти?

– Она слила свою ауру с аурой Греты Линдер. – Фарм гневно сощурился. – Мы ведь покараем ее?

– Вначале допросим.

Призрак кровожадно улыбнулся:

– Хозяин, так ведь можно совместить.

– Не отвлекай меня. И позови Телайлу, мне нужна ваша защита.

Сердце Греты билось едва заметно, мир смерти забирал ее жизнь. Она не выдержит получаса, да даже и десяти минут не проживет. Если ей не помочь. Вот только на запах некромантской крови примчится слишком много падальщиков. Так что без верных помощников ему не обойтись.

Телайла, старый друг и товарищ, последователь. Они путешествовали вместе почти два столетия. И, умирая, он попросил вернуть его в качестве духа. Чтобы он всегда мог присмотреть за своим слишком беспечным другом. Вот только после той засады беспечности в Алистере Ферхаре серьезно поубавилось.

– Я здесь, – мелодично произнес появившийся Телайла. – Она прекрасна и душой, и телом. Поздравляю. Ты можешь положиться на нас.

Алистер сел в центр многоугольника, прокусил палец и притянул к себе Грету. Свежей кровью он нарисовал на ее лбу и щеках старые, забытые знаки, и его жизненная энергия разделилась на двоих. Мэдчен Линдер открыла глаза.

– Ал… Ты смог меня призвать. Я так боялась… Линдеры не приходят. Ал, у нее синее платье, темные волосы и какой-то странный рисунок на левой руке. Прости, я больше ничего не рассмотрела. Она ушла. За воротами ждал кэб. Новый, как будто только выпущенный. Мне так жаль, я больше ничего не увидела.