Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 205 (всего у книги 304 страниц)

Линнарт с умилением посмотрел на соратницу и мысленно поблагодарил Гаррета Саддэна – Первый Клинок научил его видеть разницу между своенравными, но необходимыми гениями и бесполезными лизоблюдами. Потому малый Совет похож на балаган, но работает как бешеные часы – быстро, четко и с опережением времени.

– Одиннадцать лет назад мы собрались впервые, – его величество начал издалека. – Нашей целью было не допустить распада королевства и найти виновника Алой Ночи. Первое нам вполне удалось, а вот второе – нет.

Мора Соэлем открыла блокнот, послюнявила карандаш и сделала несколько пометок.

– Я сказал что-то настолько важное? – удивился король.

– На мысль навели, – улыбнулась женщина.

– Хорошо, – кивнул Линнарт. – Благодаря детально проработанному плану, нам удалось создать совершенно особенный кабинет министров – он состоит из жадных и глуповатых людей, не способных видеть дальше своей тарелки. Так нам казалось. Однако последние годы меня терзает одна мысль – пока мы играем ими, они играют нами. И, кажется, их действия более продуманны, чем наши.

Кивнув, Вальтер заметил:

– Но вместе с тем действия нашего противника – кто бы он ни был – носят хаотичный порядок. Когда мы копаемся в прошлом Алой Ночи – не встречаем сопротивления, а вот в каких-то мелочах – начинают умирать свидетели.

Откашлявшись, мора Соэлем негромко сказала:

– Значит, наш противник скрывает нечто более страшное, чем уничтожение сорока девяти родов.

– Серая Богиня не отзывается как раз одиннадцать лет, – негромко произнес Линнарт. – Перестала перед гибелью Гаррета. Но даже если кто-то совершил невозможное и убил Богиню – закон не предусматривает наказания за это. А если бы и предусматривал, то в наше время сменить внешность и исчезнуть – вопрос всего лишь сорока семи алдораннов. И потом, в Келестине два года назад прошел Отбор Невест. А, как вам известно, Серая Богиня очень пристально наблюдает за Отборами. Я не только дал добро на такой же цирк у нас, я еще и настоял на этом – отличный шанс привлечь внимание Богини.

– И отвлечь внимание от нас, – прошелестел Роллис. – Вот только все пошло не так – мы оказались на виду.

– Не только на виду, – напомнил Вальтер, – мы еще и отхватили проблем. Я так и не нашел того, кто протащил на территорию КАМа дорфа.

– Настоящего? – ахнула мора Соэлем.

– Нет, плюшевого. Ну конечно настоящего! – разозлился Вальтер.

– Отдай мне, а? – взмолилась мора.

Линнарт спокойно потягивал вино – он знал, проще дать этим двоим выговориться, чем перебить.

– У меня целая академия активных идио… любознательных студентов, – закатил глаза Вальтер. – Ты правда думаешь, что я оставил эту тварь у себя?

– Жаль, – вздохнула мора Соэлем.

– Времена, когда я ради тебя мог перебить половину Серого Леса, давно прошли, – бросил Вальтер. – Простите, ваше величество, кажется, мы отвлеклись.

– А мы – развлеклись, – хмыкнул Роллис. – Я предлагаю вновь потрясти верховного жреца. Он, в конце концов, был выбран не Богиней, а жреческим советом.

– Но выбранный Богиней верховный жрец умер – погиб одиннадцать лет назад. А его преемник, осененный милостью Богини, скончался семь лет назад. Слишком долго и сложно для того, кто хотел занять место верховного жреца, – напомнил Линнарт.

В кабинете повисла тишина. Члены малого Совета потягивали разбавленное вино, грызли сухарики и мучительно размышляли над уже привычным вопросом «Кто виноват?». Вопрос «Что делать?» перед Советом не стоял никогда – работы было столько, что порой приходилось привлекать помощников.

– Почему ты не ввел в Совет Гилмора? – спросил Вальтер. – У Роллиса все же связаны руки.

– Потому что, – ответил Линнарт, и этот ответ всех устроил.

– Что произошло сегодня? – понятливый Роллис перевел тему. – Агенты мне уже доложили, но в этот раз их отчеты больше похожи на сплетни. Ты правда обещал казнить каждого пятого?

– А каждого второго лишить самого ценного, – хмыкнул Линнарт. – Каюсь, было. Хотя, как мне казалось, слышат меня только каменные стены.

Мора Соэлем жестами показала, что во дворце уши есть у стен, пола и колонн. По крайней мере, Линнарт предпочел думать, что последний жест означает именно колонну, а не кое-что иное. Все же Рилка временами была слишком образным собеседником.

– Сегодня я получил письмо. – Линнарт положил перед собой руки. – На письме, помимо испорченного герба отправителя, был также оттиск печати Департамента Безопасности. То есть письмо прошло проверку. Я торопился, вскрыл на ходу. И прямо в лицо получил заряд пыльцы ансфрэи.

Малый Совет разделился на две части – первая преисполнилась ужасом, а вторая осознала всю глубину собственной необразованности. И тогда мора Соэлем взяла слово:

– Любовные зелья делятся на несколько десятков классов и сотни подклассов. Серьезно, это самое распространенное явление. Больше только ядов. Люди в принципе заинтересованы в двух вещах – как убить и как влюбить. Но целители любовные зелья делят проще – на два типа: смешанные травяные и настои на пыльце ансфрэи. Со следующего месяца выйдет закон, по которому за хранение, применение и распространение ансфрэи будут отправлять в каменоломни.

– Верно, – кивнул король. – Ансфрэя не дает человеку ни единого шанса – полное порабощение.

– Но вы?.. – осторожно спросил Вальтер.

– После того как в абсолютно безопасной, внутренней части дворца отец подцепил Черную Порчу – я ношу бесчисленное количество амулетов. Мне удалось найти безопасное место, так что очищение организма произошло почти без эксцессов.

– Почти?

– Это не относится к теме. У кого какие мысли?

Совет загудел как пчелиный рой. Предположения высказывались одно другого красноречивей. Мора Соэлем что-то записывала, Вальтер искоса за ней наблюдал, а Роллис наблюдал сразу за всеми. Минут через десять гомон начал стихать.

– Итак? – произнес король.

Мора Соэлем кротко улыбнулась и зачитала:

– Роллис займется Департаментом – кто проверял письмо, кто не проверял, кто соврал, где виновные и как пыльца появилась во дворце. Вальтер возьмет Лорну и проверит сигнальную сеть, которая пропустила пыльцу ансфрэи. Я съезжу на покаяние в главный храм Серой Богини – грехи поднакопились, надо побеседовать. Если управлюсь быстро, заменю кого-нибудь из Избранниц – посмотрю на Отбор изнутри.

– Кандидатки есть? – спросил Роллис.

– Да, две дурочки протащили на Отбор запрещенные артефакты и сейчас как раз находятся в состоянии едва контролируемой паники, – тонко усмехнулась мора Соэлем. – Остальные будут смотреть и слушать. Корень наших бед растет из прошлого, а тактика срезания молодых побегов уже не справляется.

– Это было ясно еще тогда, – вздохнул Линнарт. – Сорок девять родов, это почти две сотни человек. В одну ночь. И ни единого следа – так не бывает. Все свободны.

Колдуны по одному исчезали из кабинета. Так что в итоге Линнарт остался с Роллисом и Вальтером.

– Чего ты не договорил? – спросил Вальтер.

– Это не имеет отношения к нашим проблемам, – отмахнулся король. – Сердечные проблемы немедицинского характера.

– Весь двор судачит о том, что ты так и не отошел от смерти возлюбленной супруги, – тонко заметил Роллис.

Младший секретарь Департамента Безопасности уже пять лет как имел право обращаться к королю на «ты». Но использовал он это право лишь в кругу близких и доверенных друзей. То есть в присутствии самого Линнарта и Вальтера.

– Если бы ты взял на себя ответственность за хорошую, добродетельную женщину, и по твоему недосмотру она погибла – ты бы не рыл землю копытом? – глухо спросил Лин.

– Я, как эмпат, могу сказать, что его величество влюблен не был, – ухмыльнулся Вальтер. – А вот сейчас… Сейчас он тоже не влюблен!

Вальтер даже ладони вверх поднял, показывая, что не будет больше касаться этой темы. Тем более что Роллис дураком не был и сам все прекрасно понял.

– Я тут подумал, – хитро улыбнулся младший секретарь, – что и мне стоит уже жениться. Как, Лин, позволишь присмотреться к своим Избранницам?

Король пожал плечами и заметил:

– Некоторые из них могут так укусить, Роллис, что даже тебя проймет.

– Так если проймет – хорошо. Я, кстати, слышал, что дочь Гаррета Адд-Сантийского нашлась? Учитывая, кем были ее отец с матерью, – девчонка должна обладать огненным нравом. Надо бы присмотреться…

В руке Линнарта жалобно хрупнула ножка бокала. А Роллис с мерзким смешком телепортировался.

– Иногда я скучаю по придворным лизоблюдам, – глубокомысленно произнес король.

– Пф-ф, тебе позвать кого-нибудь? – приподнялся в кресле Вальтер.

– Нет, спасибо, – устало улыбнулся Линнарт. – Она уехать хочет. После Отбора.

Переспрашивать, кто именно хочет уехать, Вальтер не стал. Только осторожно произнес:

– А диплом?

– После диплома. У меня где-то зреет заговор, кругом задница, а я думаю об одной своенравной девице. Это маразм?

– Почти, друг мой, почти, – вздохнул Вальтер. – Ухаживай.

– Учитывая, что мы с ней в сговоре… – Линнарт допил вино. – Все мои ухаживания она воспринимает как часть игры на публику.

– Твой отец был женат по любви. Тебе я желаю того же. – Вальтер серьезно посмотрел на друга. – Ты удержал власть после гибели Гаррета, а ведь тогда ты бывал в сознании хорошо если пять-шесть часов в день. Неужели ты не сможешь обаять его дочь?

Вытащив из кармана блестяшку, Линнарт принялся вертеть ее в пальцах. Истертый лик Богини мелькал в сильных пальцах и навевал воспоминания о шулерах, промышляющих на базаре.

– А могу ли я ее подвергнуть такой опасности? – наконец произнес король. – Ты видел мое письмо? Про то, как чудесно мы побывали на Башне Скорби? А ведь она даже не невеста, лишь Избранница. Фаворитка, но одна из сотни.

– Девяносто девяти, – педантично напомнил Вальтер.

– Тогда уж девяносто восьми, и она – девяносто девятая. – Линнарт убрал блестяшку и встал. – Давай работать.

– А ты сможешь без нее? Получив известие о ее замужестве, беременности, о том, что ее ребенок поступает в академию, – ты будешь дышать ровно? – спросил Вальтер и телепортировался.

Вовремя – о спинку его стула разбился пущенный королем бокал.

– Мадин! Пусть садовник составит мне букет… К дорфам садовника. Отбой.

Сбросив измявшийся камзол, Линнарт телепортировался в оранжерею, где, достав из-за голенища сапога узкий нож, нарезал букет. Золотые розы, малиновые розы, какие-то синие игольчатые цветы и широколистный зеленый папоротник. Хотя, если честно, он не был уверен, что этот насыщенно-зеленый лист и правда папоротник.

Оказавшись у дверей Маргарет, Линнарт коротко выдохнул и постучал. За дверью раздался топот не менее трех пар ног, смешок и скрежет. Кажется, он не вовремя. Бросив букет на порог, король телепортировался обратно в личный кабинет. В конце концов, он взрослый мужчина и извиняться должен более весомо.

– Мадин! Доставь ко мне ювелира. Срочно.

Глава 13

Лорна, немного освоившись, уплетала сладости. Сарна с детским восторгом наблюдала за тем, как из пепла восстанавливается спальня Маргарет. Сама Маргарет заботливо расставляла найденные на пороге цветы. И только Тамира продолжала ворчать:

– Когда ночью эта пакость изойдет на ядовитый газ – тогда ты меня вспомнишь. Ан нет, не вспомнишь. Но зато я ритуально вкушу яблок в знак того, что твоей душе будет вольготно в чертогах Серой Богини.

– Нет-нет, – запротестовала Лорна, – я же их проверила – нет там ничего. Обычные цветы.

– Из оранжереи, – въедливо напомнила Тамира.

Спрятав улыбку, Маргарет будто случайно погладила розы. Ей хотелось думать, что это Линнарт бросил цветы к ее двери. Но почему он ушел?

– Эти цветы что-нибудь значат? Я имею в виду, – мэдчен Саддэн немного смутилась, – есть ведь язык цветов.

Пожав плечами, Лорна вытащила маленький блокнотик и, полистав, нашла свои заметки:

– Ну в таком виде – ничего. Просто получился какой-то набор предлогов. Как будто не профессиональный садовник срезал цветы, а кто-то просто зашел в оранжерею и взял что попало.

– Зато оригинально, – защитила Маргарет букет. – А спальня вся восстановится? Я о таких чарах даже не слышала.

– Их не проходят в КАМе, – улыбнулась Лорна. – Не все. Вы там явно что-то трогали – частички перемешались и так и останутся пеплом. А все остальное восстановится, а как же!

– Истинное волшебство. – Сарна все так же стояла в дверях. – Истинное!

Маргарет со своей служанкой была полностью согласна, но лишний раз заглядывать в спальню не решалась – пугал вид клубящегося дыма, из которого постепенно вырисовывались детали.

– Но спать тебе сегодня негде. – Лорна стащила с блюда последнее пирожное и облизала пальцы.

– Можешь заночевать у меня, – спокойно сказала Тамира.

– Ты как-то говорила, что плохо спишь в присутствии чужих людей, – покачала головой Маргарет.

На самом деле ничего подобного Тамира не говорила. Но она явно не хотела ночевать вместе с подругой.

– Если сейчас начать искать тебе приличную спальню, то мы соберем аншлаг, – задумчиво произнесла Лорна.

– У нас в комнате есть свободная постель, – неуверенно предложила Сарна. – Я постелю чистое белье, если мэдчен Саддэн не побрезгует.

– Не побрезгует, – решительно произнесла Маргарет.

Сарна убрала со стола и вышла. Лорна, с разрешения мэдчен Саддэн, перетащила кресло ближе к двери в спальню.

– Я-то пробуду здесь всю ночь, – колдунья улыбнулась, – и свет гасить нельзя. Иначе вещи будут безвозвратно испорчены.

– Как заготовки? – вздохнула Маргарет.

– Увы, да. Все, несущее в себе магию, невозможно вернуть к прежней форме, – с сожалением произнесла Лорна. – Зато мы составили список, и будь уверена – король все возместит.

– Да что там возмещать, – махнула рукой мэдчен Саддэн. – Самый дешевый сплав, искусственные камни.

– Но я-то этого не написала, – Лорна похлопала себя по карману мантии. – Просто уточнила свойства заготовок и их количество. Так что даже если ювелир решит сэкономить – ты в плюсе.

Возражать Маргарет не стала. Если у нее придут уточнять – она скажет правду. А так, пусть будет как будет.

В гостиную вошла Сарна.

– Все готово. Я осмелилась разогреть для вас воду в душевых.

– О Богиня, а вещей-то нет… – застонала Маргарет.

Общими усилиями для мэдчен Саддэн нашли ночную рубашку и тапки.

– А юбку и блузку я к утру отглажу, – улыбнулась служанка. – Будут как новые. Позавтракаете в них, а там посмотрим, что восстановилось.

Чуть позднее, приняв душ и устроившись на постели, Маргарет с огорчением констатировала, что КАМ приучил ее к отдельной спальне. А Отбор – к роскошной постели. Укрывшись одеялом с головой, мэдчен Саддэн напомнила себе, что изнеженность – первый грех в списке имени Гаррета Саддэна.

Уснуть ей удалось не сразу. Да и выспалась не так чтобы хорошо – всю ночь Маргарет снился то отец, то тренер. И оба очень скорбно поджимали губы и качали головами. Впервые в жизни мэдчен Саддэн проснулась от ощущения жгучего стыда – роскошь двора отвлекла ее от всего. От учебы, хоть она и пыталась что-то делать. От разбора движений отца, а ведь она так старалась разгадать последовательность его шагов и заклинаний.

Умывшись, Маргарет вернулась в общую спальню временной прислуги.

– Мне бы что-нибудь строгое на голове, – улыбнулась мэдчен Саддэн и села на табурет. – Что-то я проснулась с жуть каким деловым настроением.

Сарна понятливо кивнула и собрала волосы хозяйки в плотный узел. Только одну прядку оставила на свободе – чтобы локон кокетливо опускался вдоль шеи к ключицам.

– Надеюсь, что все ваши наряды восстановятся, – вздыхала служанка. – У мэдчен Кодерс наряд хорош, но ваши были лучше.

– Я бы тоже этого хотела, – кивнула Маргарет. – Есть чем глаза подвести?

– У меня, – тихонько пискнула одна из служанок. – Вот, возьмите.

– Спасибо.

К слову, все обитательницы комнаты остались наблюдать за непривычным зрелищем – благородная мэдчен Избранница, ночующая в помещении для временных слуг. «Детям потом рассказывать будут», – посмеивалась Сарна.

На завтрак Маргарет немного опоздала – она запомнила, как сократить путь до Чайной гостиной от крыла Избранниц. А вот как туда же попасть из комнаты для прислуги – не то что не запомнила, она и не знала.

– Я начала переживать за тебя, – хмыкнула Тамира. – Спасибо, что… что не воспользовалась моим предложением.

– Не за что. Не думала, что ты поднимешь эту тему.

– Мы – подруги, – веско произнесла мэдчен Кодерс. – Я очень плохо сплю ночью. Кожа горит, болит, пересыхает горло. Я каждое утро всю свою магическую силу трачу на целительские заклинания. Убираю синяки под глазами, обновляю растрескавшуюся и кровящую кожицу на губах.

– Это из-за яда? – Маргарет понизила голос.

– Если бы, это из-за вытяжки жив-корня. В таких количествах она изнашивает организм. Да ладно, доживу до третьего тура и все – привет, свобода, счастливая жизнь. Я, если честно, даже не уверена, что так уж влюблена. Просто так проще – всегда есть на что отвлечься, о ком пофантазировать. Когда что-то болит – необходима отдушина.

К столику подруг подошел эйт Товиан.

– Мэдчен Саддэн, после завтрака его величество ожидает вас в своем личном кабинете.

– Хорошо, эйт Товиан.

Тамира подмигнула зардевшейся подруге и тихо шепнула:

– Постарайся выглядеть менее счастливой. Если… Если король вдруг решит сменить фаворитку – тебе все припомнят.

Коротко кивнув, Маргарет опустила взгляд в вазочку с мороженым, в котором опять были орехи. Может, наставник прав и кто-то из кондитеров таким образом привлекает к себе внимание? Но пробовать она все равно не стала.

Тамира привычно вытащила флягу, сделала пару глотков и широко улыбнулась внимательной общественности – увы, несмотря на прошедшее время, за театром «Кодерс и фляга» продолжали пристально наблюдать.

Когда Маргарет вышла из Чайной гостиной, к ней подошел эйт Товиан.

– Позвольте проводить вас, мэдчен Саддэн. Приказ короля.

– Хорошо, эйт Товиан, – кивнула Маргарет и пошла вперед. – Как вам нынешний Отбор? Проще или сложнее, чем с прошлым?

– Женщины постоянно непостоянные создания, – улыбнулся старик. – А уж благородные девушки, желающие примерить корону, – и вовсе. Больше досаждают жрецы – и то им не так, и это. И сами сердятся, и нас сердят.

– Жрецы? – нахмурилась Маргарет. – Зачем они здесь? Из-за Отбора?

– Так, а как же? – удивился эйт Товиан. – Истинность короля подтверждают родовые артефакты. Эх и красиво же было, когда его величество Линнарт Второй на трон взошел. Все сразу увидели – он истинный сын своих отца и матери. А королева-то становится Дарвийской только через мужа. Брать с жены кровные клятвы – поставить крест на семейной жизни. Вот и происходит представление Богине. И если Серая Богиня мору Дарвийскую не одобрит, то такая женщина отправляется в монастырь.

– И бывало такое?

– Трижды, – кивнул старший лакей. – Дважды – очень давно, а последний совсем недавно. Прошу, мэдчен. Его величество вас ждет.

В этот раз Линнарт действительно ждал – он не решился вновь рассчитывать на то, что его Избранница будет долго собираться.

– Доброго дня, мой король, – Маргарет шагнула в кабинет, а эйт Товиан бесшумно затворил за ней дверь.

– После того, что произошло, Маргарет, я просто-напросто приказываю тебе обращаться к своему королю на «ты» и по имени, – с улыбкой произнес Линнарт.

Он поднял со стола роскошный, изумительно оформленный букет и шагнул к Маргарет.

– Прости меня, Мэгги…

– Только не Мэгги, – тут же перебила короля Маргарет. – Клянусь, что буду называть тебя на «ты», но только до тех пор, пока ты не назовешь меня «Мэгги».

– Хорошо. Кхм, я даже как-то сбился, – широко улыбнулся Линнарт. – Итак, Маргарет, прошу, прости меня за вещи, которые я уничтожил, за вред, который нанес твоей репутации. За поцелуй, прости, не могу извиниться.

– Да, хорошо. Прощаю. – Маргарет приняла букет. – Ох, почему он такой тяжелый?

Линнарт ловко достал из букета узкую коробочку, открыл и показал Избраннице драгоценное ожерелье.

– Согласно твоей звездной карте, – прошептал король, осторожно отводя локон от шеи Маргарет, – здесь собраны следующие камни: звездчатые сапфиры, бриллианты, несколько морских жемчужин и серебряные бусины.

Он кончиками пальцев касался кожи Маргарет и чувствовал, как частит ее пульс. Видел, как она быстро пробегает язычком по пересохшим губам.

– Сп-спасибо, Лин-нарт.

– Я бы хотел сам застегнуть его на твоей шее. Можно?

Маргарет нервно дернулась, будто хотела сделать реверанс, но вовремя остановилась – неразумно приседать, находясь вплотную к мужчине.

Прохладные камни приятно остужали пылающую кожу. Маргарет украдкой огляделась – ей хотелось посмотреть на свое отражение. А то, судя по ощущениям, она сейчас человек-томат.

– Тебе очень идет, Гарри. Мне не нравится называть тебя Гарри.

– Называй «Маргарет», – пожала плечами мэдчен Саддэн и отошла на шаг от короля. – Буквы же пока бесплатные. Ты расскажешь, как тебя смогли опоить? То впечатляющее выступление после первого тура как будто говорит о том, что ты собаку съел на любовных зельях.

– Съел, но во дворце завелась мышка, – уклончиво ответил Линнарт. – Зелье я получил в письме.

– М-м-м, как в старых балладах, – ехидно улыбнулась Маргарет. – Романтично. А спальню мою ты за что так изуродовал?

– Ты же меня простила! – возмутился король.

– Но мне же интересно!

Линнарт расстегнул верхние пуговицы рубашки и вытащил связку артефактов:

– После перенесенной Черной Порчи я стал более ответственно относиться к безопасности. Зелье частично попало на меня, но большая часть осталась между щитами. Ее было нужно уничтожить, и при этом мне было необходимо безопасное место. Телепортироваться я не смог, пришлось быстро сообразить, где можно спрятаться.

– А я должна была быть на обеде, – медленно произнесла Маргарет.

– Да. Я бы не пошел к тебе. – Лин уверенно посмотрел на Избранницу. – Только не к тебе.

Прерывисто вздохнув, Маргарет резко отвернулась. Дорф. Твое величество, ну зачем так резко и больно?

– Ясно. Значит, ты сжег зелье и не удержал силу?

– Мой самоконтроль разрушила одна прелестная мэдчен. – Линнарт пытался понять, отчего Маргарет так стремительно посмурнела. – С кем-то другим я бы смог сдержаться. Но не с тобой. И не в том наряде…

Маргарет обернулась и посмотрела на Линнарта:

– Давай не будем про тот наряд?

– Я бы еще посмотрел, – хитро улыбнулся король. – Но если ты настаиваешь – то я уже все забыл. Хотя теперь я куда больше люблю кружево.

– Лин! – строго прикрикнула Маргарет и тут же стушевалась. – Прости. Но меня правда никто не должен был в нем увидеть. Я бы хотела сегодня опять повидать наставника.

– Хорошо, у меня тоже есть дела в КАМе, – кивнул король. – Телепортируемся?

– Конечно.

Маргарет протянула руку, думая, что Лин просто возьмет ее под локоть. Но его величество полностью притянул Избранницу к себе, да еще и обхватил двумя руками.

– Чтобы никуда не потерялась, – шепнул он.

Появились они в академии так эффектно, что Маргарет малодушно пожелала провалиться сквозь мраморный пол в подвал. Линнарт не нашел ничего лучше, чем телепортироваться в Главный зал.

– Проводить тебя до кабинета наставника?

– Нет, спасибо, – сквозь зубы произнесла мэдчен Саддэн. – Студентам и без этого достанет поводов для сплетен.

Линнарт коротко хмыкнул, и зал опустел в считаные секунды.

– Как?!

– Просто внушил им животный ужас, – пожал плечами король. – Не менталисты, а позор – не почувствовали чужого воздействия.

– Настучи ректору.

– Настучать? – поразился Линнарт.

– Объясни ректору Вальтеру всю глубину своего разочарования нынешними менталистами. – Маргарет пожала плечами. – Как-то так.

Они оба на мгновение замерли. Саддэн дернулась так, будто хотела коснуться короля, тот сделал ответное движение, но в итоге они просто разошлись в разные стороны.

Маргарет не слишком спешила – в прошлое посещение она уточнила расписание и знала, что дерр Тормен пока занят. Она не хотела второй раз срывать занятие, поэтому свернула к подвесной галерее.

КАМ – довольно густонаселенное место: куда ни пойди, везде есть возможность встретить того или иного студента. Единственное исключение – галерея между крылом преподавателей и основным, центральным зданием. Она соединяет два корпуса на высоте третьего этажа, и ремонт, начатый еще восемь лет назад, до сих пор не закончен. Здесь сыро, грязно и неприятно.

Но если пройти через завал строительного мусора, то можно выбраться наружу и посидеть на узкой балке. Маргарет любила сидеть там, скрытая ветвями каштана. Она и сейчас собиралась там немного посидеть. Подумать, поискать в себе здравый смысл – ведь был, а куда-то делся.

Звяк. Будто что-то железное о камень грянулось. Вздрогнув, Маргарет напомнила себе, что является почти отличницей факультативного курса боевой магии. И когда напоминание не сработало, она вспомнила, как ей самой не пришли на выручку. Это помогло.

Но вместо погибающей студентки она наткнулась на погибающего студента. Богиня жестоко посмеялась над Маргарет – на грязном полу лежал Винсент. Вокруг его левой руки расплывалась кровавая лужа. Пока еще небольшая, но весьма многообещающая.

– Твою мать! – с чувством произнесла Маргарет.

Обеззараживающее, затем исцеляющее заклятье на руку, обездвиживающее – на пациента в целом. И только после этого диагност.

– Всем бы такое здоровье, как у тебя, придурок, – зло выдохнула Маргарет. – Ты знаешь, что самоубийц старательно лечат в монастыре святой Ригиты? И в ход идут самые разнообразные методы.

То, как легко Винсент сбросил с себя паралич, испугало Маргарет куда больше его неподвижного тела. Сев, парень снизу вверх посмотрел на свою незваную спасительницу.

– Я все равно убью себя, – угрюмо произнес парень. – Но хорошо, что ты меня нашла. Пока еще письмо придет.

«Если это сопли о неразделенной любви – убью сама», – промелькнуло в голове Маргарет. Как-то особенно ярко вспомнились все издевательства Винсента.

– И?

– Прости меня. – Он осторожно встал. – За издевательства, за злые и жестокие слова. За едва не проведенный ритуал «рабской любви».

Маргарет с интересом посмотрела на кающегося студента и выразительно произнесла:

– Так, может, имеет смысл извиниться перед всеми? Умирать-то зачем? Так, глядишь, на одного умного и порядочного человека станет больше.

– Я человека убил, – тускло произнес Винсент. – Руками.

– У тебя богатая семья – как-нибудь отмажут, – фыркнула Маргарет.

– Интересное у тебя понятие о справедливости, – криво усмехнулся парень.

– Хм? Оно реальное – по закону даже эйты не всегда отвечают. У кого друг, сват, брат или просто много алдораннов – тот стоит над законом. Ладно, если ты вдруг встал на путь исправления, пойдем, покажу чудесное местечко – можно посидеть, подумать, поговорить. А если что – прыгнешь вниз и размажешься по плитам внутреннего двора.

Мэдчен Саддэн не стала уточнять, что там висит «липучка», которая любого незадачливого студента, решившего по-быстрому избавиться от проблем, спеленает и переместит пред светлые очи ректора. Крайне злого ректора! Маргарет пришлось на крови клясться, что она упала, а не спрыгнула.

– Я, знаешь ли, время тратил, чтобы не слишком грязное место найти, – проворчал Винсент, – настраивался, а ты меня в самую смачную кучу тащишь.

– Благородная мэдчен не брезгует, и ты не стони.

– Уж прости, но ты на благородную не тянешь, – усмехнулся Винсент.

Искоса посмотрев на своего случайного спутника, Маргарет скопировала его усмешку:

– Отчего же? Если ты и остальные студенты плохо читаете – не моя беда. Мой отец – Гаррет Саддэн, женившийся на Альвии Адд-Сантийской. Я законное дитя, рожденное в браке. И имею право на обращение «мэдчен» и по рождению, и по силе магии.

Винсент запнулся и искренне выругался.

– А почему молчала?!

– Надо было – молчала, сейчас не надо – говорю, – отрезала Маргарет и с удовлетворением отметила, что ее хитрость удалась и Винсент выглядит более живым.

Выбравшись через окно наружу галереи, Маргарет ловко добралась до удобной балки и села.

– Вены вскрывать – проще, – вздохнул Винсент.

– Рассказывай, кого убил, как, зачем и почему. И почему решил умереть? Тебе стражу не жалко? Им расследовать твою смерть, смерть твоей жертвы и еще с дюжину других преступлений – Царлот большой. Ты б тогда уж покаянное письмо написал – мол, убил, жить с таким грузом не могу.

– Смысл в том, Саддэн, чтобы скрыть позор, – закатил глаза Винсент. – А не в том, что я жить не могу. Очень даже могу, и совесть меня мучает лишь постольку-поскольку. И больше из-за того, что у отца могут быть проблемы.

– Да, рано я обрадовалась, – хмыкнула Маргарет. – Дать тебе клятву? Что молчать буду?

Он серьезно посмотрел на нее и медленно покачал головой:

– И так верю. Ты… ты настоящая, тебя потому и хотелось присвоить… Уверенная в себе, сосредоточенная на учебе и будущей работе. Ты не искала богатого покровителя, хотя, видит Богиня, любой бы тебя золотом осыпал. Хотелось получить тебя и доказать, что ты такая же, как и все. Что просто набиваешь себе цену.

– Все пять лет хотелось?

Винсент как-то по-звериному тоскливо оскалился:

– Да если бы… Я уже после второго курса поумнел. Занялся своим образованием – наследнику, знаешь ли, нужно много чего знать. А потом меня опять перемкнуло – просыпаюсь с тобой, засыпаю с тобой, днем мерещишься. Друзья подзуживают. Во что это вылилось, сама знаешь.

Поерзав, Маргарет немного отодвинулась от студента и подумала: если что, надо прыгать вниз, а там сразу к ректору.

– Я бы так ни хрена и не понял, но меня отец к себе вызвал. Стоит и материт – чем ты думаешь, она, может быть, будущая королева! И все в том же духе. А меня будто пополам рвет – я вроде и понимаю, что королевскую Избранницу нужно холить и лелеять. А с другой стороны, в голове одна мысль – поймать и завалить. Да не ерзай ты! В порядке уже все.

Маргарет нервно улыбнулась и чуть зло отозвалась:

– Не каждый день узнаешь, что чудом избежала изнасилования и последующей казни.

– Казни?

– Если бы ты не убил меня в процессе, – спокойно ответила Саддэн, – я бы убила тебя после. Итак, что дальше? Ты увидел похожую на меня девушку и замучил ее насмерть? Тогда тебе и правда прямая дорога на тот свет.

– Почти, – ответил Винсент. – Отец увидел, что я не в себе. И вызвал мага. На мне была «рабская любовь».

– Чем угодно клянусь, – захлебнулась воздухом Маргарет, – что это не я!

– Позднее нам это удалось проверить. И тогда я начал искать, кто же меня так замечательно направляет. – Винсент стиснул кулаки. – И нашел. Снять «рабскую любовь» можно только в том случае, если провести такой же ритуал с вещами хозяина. Тогда они как-то взаимоисключаются.

Если бы Маргарет не боялась упасть раньше времени, то она хлопнула бы себя ладонью по лбу. Так, как делал наставник, проверяя особо «гениальные» работы.

– Ты дурак? – обреченно спросила мэдчен Саддэн. – Ритуалы такого уровня никогда не уничтожают друг друга!