Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 200 (всего у книги 304 страниц)

– Потому что это то, чего я хочу.

Стиснув кулаки, Маргарет наблюдала за тем, как Линнарт медленно склоняется к лицу Касры. Как он оглядывает предложенное, скользит взглядом по слишком откровенному вырезу… Как касается большим пальцем пухлых губ.

«Если он ее сейчас поцелует, то завтра может хоть танцевать у Цветущего фонтана. Я не приду», – решительно подумала Маргарет.

* * *

Раскурив трубку, Гилмор мрачно буравил взглядом кипу бумаг. Он очень сожалел о том, что нельзя весь этот бесполезный мусор бросить в камин. И ладно бы это было что-то важное, так ведь нет. Начался Отбор – и начались доносы. Все на всех – слуги друг на друга и на Избранниц, Избранницы друг на друга и на придворных, придворные на слуг. Когда только успевают.

Дверь распахнулась без стука, и в кабинет ворвалась его секретарша.

– За тобой дорф погнался? Кстати, о дорфах, вы узнали, кто…

– К дорфам дорфов, – выдохнула Иловия. – Мне Корнелия вестника прислала – у Касры Тиув помада с любовным зельем.

– Изъяли?

– В данный момент его величество исполняет желание мэдчен Тиув, – криво улыбнулась секретарша. – А попросила Тиув всего лишь поцелуй.

– Правильно, зачем ей больше.

Гилмор поймал себя на том, что больше всего на свете хочет сползти в благородный обморок. И пусть все разбираются без него. И король, который тащит в рот всякую гадость, – тоже.

Но совесть, вместе с Иловией, бросить все на самотек не дала. Да Гилмор и сам не собирался оставлять друга и побратима в беде.

– Если он ее действительно поцеловал… – отрывисто произнес Глорейн. – О-о, я придумаю что-нибудь действительно поучительное.

– Думай или не думай, – едва выдохнула на бегу секретарша, – а если начальник – король, то сделать с ним ничего нельзя. Придется терпеть таким, какой есть.

– Ты хоть помечтать-то дай, язвочка, – возмутился Гилмор.

Обычными коридорами до Чайной гостиной добираться слишком долго. А телепортация во дворце закрыта – маги перенастраивают щиты.

– И вот заметь, что все в один день – перенастройка щитов, приворотное и долбаная раздача призов и подарков, – зло произнес Гилмор. – Сейчас посмотрим, что в Чайной, потом буду трясти придворных магов.

– Заодно и зло сорвешь, – кивнула Иловия.

Гилмор не мог позволить себе влететь в Чайную гостиную подобно разъяренному дорфу. Поэтому он остановился, одернул камзол и решительно шагнул к стоящей у дверей Лорне. Колдунья побледнела и попыталась закрыть собой прозрачный квадрат.

– Подглядываем за королем? – прищурился Гилмор. – Двигайся, дай и нам посмотреть.

– Как прикажете, только звука нет.

– А его вот так надо делать. – Иловия собрала руку в горсть и будто потянула на себя что-то.

Все трое прилипли взглядом к небольшому «окошку». Гилмор просчитывал варианты и готовился резко войти и сообщить другу, что началась война со Степью. Девицы все равно не сообразят, что между Степью и Кальдоранном лежит Келестин.

– Потому что это то, что я хочу, – томно проворковала мэдчен Тиув.

Гилмор смотрел на довольное, немного насмешливое лицо друга и постепенно успокаивался – его величество что-то задумал.

– Значит ли это, драгоценная Касра, что я могу вас обнять? – с интересом спросил король и подтянул Тиув к себе чуть ближе.

– Да, мой король.

– А как вы думаете, Касра, мог бы я позволить себе что-то большее, чем поцелуй? – все так же расспрашивал Избранницу король.

Вот только ответить Тиув уже не могла – она тяжело дышала, беспрерывно облизывала губы и пыталась притянуть к себе Линнарта.

– Мои дорогие, мои прекрасные мэдчен. Мои Избранницы! – Линнарт чуть повернулся, чтобы Касру было видно всем девушкам. – Запомните, что любовное зелье работает в две стороны. Не получится нанести его на губы, поцеловать мужчину и остаться в сознании. Более того, вы можете не успеть поделиться зельем, и тогда…

Касра тонко застонала и обвисла в руках Линнарта.

– И тогда вам будет все равно, кто именно рядом. Поцелуи и не только поцелуи могут достаться кому-то неприятному или, как в данном случае, невыгодному. Кто-нибудь знает, почему я не казню мэдчен Тиув?

– Потому что любовное зелье носит кратковременный эффект и затрагивает только тело.

Гилмор, услышав приятный, мелодичный голос, тут же повернулся, пытаясь увидеть, кто из Избранниц это произнес. Саддэн. Маргарет Головная Боль Саддэн. Изучив ее досье, он, глава Департамента Безопасности, впервые не знал, что ему делать.

– О, это та самая? – Иловия впилась взглядом в девушку. – Похожа на мать, но не такая красавица.

– Пять лет втирать в волосы масло с соком гилтарри, – усмехнулся Гилмор. – Странно, что она не облысела. Ладно, пойду забирать эту страстную кошку. И отпишу ее родителям.

– Ее снимут с Отбора? – заинтересовалась Лорна.

– За что? – хмыкнул Гилмор. – Увы, раньше второго тура от нее не избавиться. Наш закон зияет дырами. Мы их затыкаем как можем, но до недавнего времени казалось, что есть более важные вещи, чем контроль за использованием любовных зелий.

– Да запретить их! – рубанула рукой Лорна.

– А что делать с пожилыми деррами? У которых без любовного зелья тело не радуется? – вскинула бровь Иловия. – Или с молодыми и пылкими юнцами, которые не хотят оплодотворять своих навязанных жен? У любовных зелий очень широкий спектр применения.

– Девушки, кыш.

Когда Гилмор вошел в зал, все Избранницы ахнули.

– Департамент Безопасности, как всегда, на высоте. Дерр Глорейн, спасите меня от этой сладострастницы, – чуть брезгливо произнес король. – И предупреждаю остальных – Касре Тиув дадут отлежаться в целительском покое. Следующую идиотку я положу под кого-нибудь из своих верных вассалов, после чего будет заключен брак. И я не гарантирую, что ваш гипотетический муж будет вас любить и уважать.

Касра, переданная в руки Гилмору, вцепилась в главу Департамента Безопасности так, что камзол затрещал. Постанывая, она прижалась к мужчине и потерлась об него грудью.

– Что ж, я хотел, чтобы ты провел мэдчен Тиув через центральную галерею, но вижу, что не стоит. Можешь ее вырубить, но осторожно, – последнее король шепнул едва слышно, только для Гилмора. – Итак, Избранницы. Касра Тиув изумительно развлекла нас всех, и времени осталось мало – меня ждут дела. Поэтому королевские подарки вы получите из рук эйта Товиана. Эйт Товиан, прошу вас раздать птиц.

Чайную гостиную Линнарт покидал со странной смесью веселья и злости. Как, как выпускнице Академии Высших Зелий могло прийти в голову вымазать губы любовным зельем? Можно было бы предположить, что девицу подставили, но она слишком стремилась получить королевский поцелуй.

«Интересно, какой силы было зелье? Я бы завалил ее прямо на столе?» – мимоходом подумал Линнарт и тут же выбросил Касру Тиув из головы. У него было слишком много дел, чтобы отвлекаться на то, в чем разберутся без его вмешательства.

Глава 8

Раздача птиц получилась весьма эффектной – эйт Товиан успел только коснуться клетки, и та исчезла. Яркие птицы разлетелись по гостиной, и Избранницы принялись их ловить.

Маргарет, перехватив Тамиру, отошла в угол.

– Сейчас самых красивых расхватают, – возмутилась мэдчен Кодерс.

– Ты действительно хочешь в этом участвовать? – поразилась Маргарет. – Иди, я посмотрю со стороны.

Вот только Тамира явно не собиралась ловить себе птичку. Она активно и задорно мешала ловить птиц остальным. Подобрав собственный подол, она ловко наступала на чужие «хвосты», подставляла подножки и изредка даже толкалась. Маргарет, стоя в своем углу, давилась от смеха.

Правда, долго развлекаться не получилось – в Чайную гостиную вбежали шестеро придворных магов, переловили птиц и попытались обвинить во всем эйта Товиана. Но не вышло.

– Не городите ерунды, – высокомерно произнесла Тамира, – эйт лишь коснулся клетки, и та растаяла. Вопрос в том, кто занимался созданием реплики клетки? Почему она так недолго продержалась?

Мэдчен Кодерс, прищурившись, гневно наступала на старшего из придворных магов. В итоге тот уступил и даже извинился перед старшим лакеем.

Одним движением Лорна собрала птиц, вторым отправила птичьи тушки прямо Избранницам в руки. В итоге рядом с колдуньей осталась только одна птаха – ее владелица сейчас, скорее всего, находилась в целительском покое.

– Ты сильна, – усмехнулась Маргарет и погладила доставшуюся ей серо-зеленую невзрачную птицу.

– Что-то они издалека лучше выглядели, – скривилась Тамира.

– Я смогу ее украсить, если ты найдешь чем.

– Дай список, я найду. А поучаствовать можно будет?

Маргарет притворилась, что думает, и была награждена тычком в бок и грозным:

– Я тебя в покое не оставлю!

– Да можно, можно, – заулыбалась Саддэн.

Глядя на взлохмаченную, довольную Тамиру, Маргарет поймала себя на мысли, что хочет назвать ее подругой. И тут же испугалась. Сама не поняла чего, но даже передернулась и слишком сильно сжала птицу, которая немедленно начала клеваться.

– Если ты ее раздавишь, что королю скажешь? – полюбопытствовала Тамира. – Что спасала свою жизнь?

– М-м-м, да. Скажу, что грозная птица неопознанной породы напала на меня. Самооборона, все дела, – неуверенно улыбнулась Маргарет. – Ты сможешь подтянуть меня по менталистике?

– Я матери напишу, она конспекты пришлет, – Тамира чуть виновато улыбнулась. – У меня для менталиста слишком слабый дар. Но кому я могла это доказать? Правильно, никому.

– А конспекты хорошие?

– Лучшие на курсе, – горделиво приосанилась Тамира. – Как бы я, по-твоему, экзамены сдавала? Теория в плюс, практика в минус. Выпустили, выдохнули, забыли. Я же в КАМе училась, но обратно, ради Отбора, меня не взяли. Я не понимаю, нас скоро отпустят уже?

– Нескоро, судя по всему, это фамильары, видишь, маги что-то колдуют. Дели девяносто девять на шесть, затем умножай на пять и узнаешь, через сколько нас отпустят, – вздохнула Маргарет.

– А пять – это минуты? Привязка же дольше длится.

Но Маргарет оказалась права – придворные маги очень быстро и ловко проводили настройку «хозяин – фамильар». На ускорение сыграла еще и наглость Тамиры – та схватила Саддэн и прошла без очереди.

– Теперь нас ненавидят, – вздохнула Маргарет, выходя следом из гостиной.

– Одумайся, подруга, – после золотых роз на нашем столе мы враги номер один, – закатила глаза Тамира. – И все равно я беспокоюсь. Вот представь, если они напутали в привязке? И буду я фамильаром у полудохлой птицы. Зачем они нам, кстати?

– Если бы мы остались, то, скорее всего, узнали бы.

– Вот только честно, ты хотела там оставаться? Учитывая, что ужин сегодня подадут в комнаты? У меня знаешь как брюхо подводит?

– Опять переигрываешь, – укоризненно заметила Маргарет.

– Потому что он опять привел свою сучку, – буркнула Тамира. – Вместе ужинаем? Давай у меня.

– Давай.

Маргарет предполагала, что знает и кто такой «он», и что за «сучку» он привел. Гилмор Глорейн и смазливая девчонка, ждавшая его за пределами Чайной гостиной. Значит, Тамира влюблена в главу Департамента Безопасности?

– Ты не ищешь легких путей, да? – поддела ее Маргарет.

– Сердцу не прикажешь. – Кодерс сразу поняла, на что намекает подруга. – Уверена, я еще посмеюсь над твоим выбором.

Тяжело вздохнув, Маргарет последовала за Тамирой в паутину непарадных коридоров. Она и сама уже была готова над собой посмеяться. В жизни бы не подумала, что может испытывать такую ярость по отношению к незнакомой девушке. Но когда Касра висела на короле… О-о, Маргарет хотелось схватить ее за косу, оттащить от Линнарта и вышвырнуть за двери не только гостиной, но и дворца.

«Это просто потому, что я сама едва не стала жертвой подобной вещи, – попыталась успокоить себя Маргарет. – Касра поступила бесчестно, пытаясь околдовать короля. Вот и все. Я не ревную. Ревность ощущается совсем иначе. Не так».

Вот только самоуспокоение помогало мало. Тамира время от времени оборачивалась, будто проверяла – идет ли Маргарет за ней.

– Ужин на двоих в моей комнате, – произнесла неожиданно мэдчен Кодерс.

– Да, мы вроде уже договорились, – удивилась Маргарет.

– А? Нет, это я своей служанке передала.

Тамира показала на кольцо:

– Можно не только вызвать ее к себе, но и передать короткое и понятное сообщение. У нее пластина на поясе висит – там отобразятся мои слова.

– Я никогда о таком не слышала. – Маргарет посмотрела на свое кольцо.

Кольцо манило передать Сарне хоть полсловечка. Но мэдчен Саддэн напомнила себе, что она взрослая, почти закончившая обучение девица. А значит, не будет играться с полезным артефактом.

Служанкой Тамиры оказалась тихая, расторопная женщина с маленькими, аккуратными руками. Она вкатила в гостиную сервировочный столик и ловко накрыла на стол.

– Не стой, садись, – буркнула мэдчен Кодерс.

Извернувшись, Тамира сама себе распустила корсет и шустро зашла в спальню.

– Минуту!

Но справилась она куда быстрее и вышла в ночной рубашке и халате.

– Я бы предложила тебе расслабиться, но наши комнаты далековато друг от друга.

В кресло Тамира забралась с ногами.

– Тебе удобно? – спросила Маргарет.

– На меня, к счастью, в детстве почти не обращали внимания. Так что мне очень, очень удобно.

– Мэдчен Тами, все как вы любите, и вот-вот остынет.

– Мы вместе уже третий Отбор. И я почти уломала ее перейти ко мне, – заговорщически произнесла Тамира. – М-м-м, грибная подливка, картофельные трубочки и рулетики из куриной печени! Признавайся, ты отняла ужин у короля?

– Нет, это предназначалось дерру Глорейну. Я подумала, что вам будет приятно.

– О, вдвойне вкусней!

Дегустируя ужин, девушки обсуждали птиц, Избранниц и общую неразбериху.

– Ты внесла свой посильный вклад, – Маргарет погрозила Тамире пальцем.

– Без меня было бы не так весело, – пожала та плечами.

– А ты не думаешь, что эйт Товиан мог пострадать?

– Не думаю, у него есть большая мохнатая лапа.

Перед внутренним взором Маргарет возникла огромная медвежья лапа. Висела над камином, рядом роились мухи… Тряхнув головой, она спросила:

– Оберег?

– Да, почти, – засмеялась Тамира. – У него есть покровитель.

– Ясно.

Грустно посмотрев в тарелку, Маргарет отложила приборы.

– Я бы ела и ела, но увы, желудок не бесконечен.

– Да, кухня во дворце божественная. Это то единственное, что примиряет меня с Отбором. Ну и еще грядущий день рождения.

– О, тебя как-то особенно поздравят? – заинтересовалась Маргарет.

– Я сама себя поздравлю – отречением от рода по прецеденту Ангры Сияющей. Ширра, подай нам чай и можешь быть свободна. Всех желающих припахать тебя к полезному труду посылай ко мне.

– Да, мэдчен.

Ширра убрала посуду, выставила на стол изящную чайную пару, разлила ароматный напиток и поставила конфетницу. Открыв дверь, она попрощалась и аккуратно вывезла сервировочный столик.

– Ангра Сияющая стала шестой женой степного эс-гурдэ, – припомнила Маргарет. – Кажется, она вывела целителей в отдельную касту?

– Не совсем отдельную, но близко, – кивнула Тамира. – Ей было двадцать пять, она не была замужем и обратилась к королеве. Вышел долгий правовой спор, но в итоге Ангра получила право распоряжаться своим приданым.

– А разве не двадцать?

– Так она же не последняя из рода, – фыркнула Тамира. – Это если нет никаких родичей – ни прямых, ни дальних, то тогда да, в двадцать полная дееспособность. Странный чай.

Вздрогнув, Маргарет подозрительно заглянула в чашку.

– И что с ним?

– Да ничего. Просто при дворе заваривают из свежих листьев. Вроде как сухостой недостаточно благороден, – ответила мэдчен Кодерс.

Маргарет равнодушно хмыкнула: недостаточно – так недостаточно. Кто бы еще настаивал. Протянув руку за конфетой, она поймала странный взгляд Тамиры. Нетерпеливый и какой-то болезненный, ждущий.

– У тебя очень выразительные глаза, тебе говорили?

– Да, и не раз. Но, как правило, это были мужчины, – отозвалась Кодерс. – Я просто жду, когда мы перейдем к тайнам. Вина?

– Нет, вина – нет. Оно плохо сочетается с соком гилтарри. Я уже не употребляю его, но в организме он все еще есть.

– А подробнее?

– Я капала раствор с гилтарри в глаза и втирала его же в волосы. Глаза сменили цвет, как и ожидалось, а волосы потускнели.

– Но ведь глаза могли стать какого угодно цвета, – ужаснулась Тамира.

– Вовсе нет. В этом деле главное правильный расчет, – покачала головой Маргарет.

Покивав, мэдчен Кодерс закинула в рот конфетку и через минуту спросила:

– А зачем ты это сделала? Чтобы парню понравиться?

Маргарет выбрала себе конфетку, разломила пополам и с большим удовольствием съела. Вначале молочно-ореховую начинку, затем сам шоколад.

– Нет, я просто хотела быть незаметной. Не прятаться, просто не привлекать внимания.

– Не могу сказать, что у тебя это получается. Вот, например, Хемснис – мышь серая, тихая. А ты… лезешь вперед.

Пожав плечами, Саддэн допила чай и спокойно сказала:

– Люди рабы своих представлений. Сказано – эйта, значит, будет эйтой, пусть даже и манеры, и осанка, и речь говорят о благородном происхождении. Почему? Потому что это удобно – есть кого травить, и приятно – да, эйта учится лучше всех, но кровь у нее грязная. Да еще и выгодно – что бы ни произошло, жаловаться эйте и некуда, и некому.

Тамира вытащила из конфетницы последнюю конфету и выразительно закатила глаза:

– Двадцать баллов за артистические способности.

Таинственно улыбнувшись, Маргарет наклонилась вперед и шепотом произнесла:

– Наклонись ко мне. Ближе. Еще ближе. Хорошо слышишь?

Округлив глаза и проникшись моментом, Кодерс подалась вперед.

– У тебя губы в шоколаде испачканы, – свистящим шепотом произнесла Маргарет. И, отсмеявшись, добавила обычным тоном, – Ты знаешь, кто такой Гаррет Адд-Сантийский?

Тамира, чуточку обиженно посмотрев на веселящуюся подругу, проворчала:

– А кто его не знает? Первый Клинок короля, вместе со своей семьей погиб в Алую Ночь. Десять лет прошло, а люди до сих пор цветы к Башне Скорби носят.

Повисла пауза. Маргарет не спешила ничего говорить. Она встала, налила себе и Тамире чай, грустно заглянула в конфетницу и села обратно в кресло. Попивая терпкий, перестоявший напиток, наблюдала за тем, как на лице Кодерс сменяются эмоции. Задумчивость, озарение, гнев, недоверие и…

– Да ну, нет! Про любовь Гаррета и Альвии Адд-Сантийских писали и пишут баллады! Он не мог наплодить бастарда. Он свою жену любил больше жизни!

– Именно поэтому его семья выжила в ту ночь, – кивнула Маргарет. – Он сделал все, чтобы жена и дочь смогли уйти.

– Вся семья Клинка погибла Алой Ночью, – потрясла головой Тамира. – Больше пятидесяти погибших среди высочайших родов – в их честь была поставлена Башня Скорби. И ты… Ты понимаешь, что тебя могут сослать на рудники? Принять участие в Отборе не под своей фамилией! Тебе нужно… тебе нужно уходить. После второго тура. Хотя, зная Гилмора, – он уже вычислил тебя.

Чем больше волновалась мэдчен Кодерс, тем спокойнее и таинственнее улыбалась Маргарет.

– Тебе улыбка – не поможет.

– Ты много знаешь о Первом Клинке?

– Шутишь? Его биографию изучают во всех академиях!

– Видимо, очень хорошо изучают, прилежно, – покивала Маргарет. – Если никто не знает, что мой отец был простым эйтом. Гаррет Саддэн. И моя мать, Альвия Адд-Сантийская, вышла за него замуж и отреклась от рода, став Альвией Саддэн. И уже потом, когда отец был обласкан королем, его принудили откликаться на имя рода супруги. Но в род он так и не вошел. Не захотел лишних начальников.

– У меня на языке сейчас вертится пара-тройка фраз на степном диалекте, – присвистнула Тамира. – Дорф, я по жизни всегда вторая. Пора бы уже смириться.

– Вторая?

– Я рассчитывала тебя прям удивить, – хмыкнула Тамира и вытащила свою флягу. – Я в восхищении. Нет, серьезно. Маргарет Адд-Сантийская, потерянная и оплаканная, достояние Кальдоранна и как там еще? А, несравненная и неистовая.

– Я хохочу, как лошадь, когда это читаю, – серьезно сказала Саддэн. – Мне ведь девять лет было, когда мы с мамой скрылись. Откуда такие эпитеты?

– Ты не похожа на свой портрет… Постой, так ты, получается, Саддэн. А Адд-Сантийские остались только дед и бабка?

– Эк ты неуважительно о втором по древности роде, – фыркнула Маргарет. – Но да, ты права. Осталась только я. Младший брат матери сгинул в Степи, старшего – казнили. Вроде была пара непризнанных бастардов – но они отказались входить в род.

– Да, говорят, у Адд-Сантийских в шкафу есть пара скелетов, – кивнула Тамира.

– Есть. И они все еще воняют.

– Я бы не отказалась понюхать, – выдохнула Кодерс.

– Не сегодня. Так чем ты хочешь меня удивить?

Тамира хитро улыбнулась и протянула Маргарет свою флягу. Та принюхалась, подхватила с горлышка каплю и растерла между пальцами:

– Это не вино, но что – не знаю. Я не разбираюсь в эликсирах.

– Это вытяжка жив-корня. Пока я пью ее – живу, если пропущу прием – любимые родственники откушают наливных яблочек на моих похоронах.

– Как же так? – растерялась Маргарет.

– Дур много, и они среди нас, – пожала плечами Тамира. – В этот раз Касра, решившая прилюдно обесчестить себя. Король сделал бы это прямо на месте и вынужден был бы жениться. В тот раз – Виррмэль, решившая отравить основных претенденток. На первом Отборе тоже что-то было, но прошло мимо меня.

– Виррмэль… Ее, кажется, выдали замуж? Но как же так?

Сделав глоток, Тамира передернулась, завинтила флягу и усмехнулась:

– А что король? Главы родов все между собой решили – ограничились замужеством Виррмэли и хорошими отступными. Мне с того золота ничего не перепало, все пошло в семейный бюджет. Как сказал мой отец: «Никто не умер – и хорошо, значит, можно решить дело к обоюдной выгоде». Вот и решили. Все довольны.

– И ты?

– А кто ж меня спросил?

Мэдчен Кодерс встала, взяла флягу и подошла к навесному шкафчику. Такому же, как и в комнате Маргарет. Вообще комнаты друг от друга ничем не отличались. Вот только у Тамиры шкаф был заставлен одинаковыми флягами.

– У каждой маркировка – срок розлива. Вытяжка быстро приходит в негодность, – тоскливо произнесла Тамира.

У Маргарет перехватило горло. Вот, значит, на дне какой бутылки Тами ищет покой. Каково же ей было? Пока газеты печатали гнусную ложь? Пока друзья-товарищи шипели за спиной?

– Ты что-нибудь делаешь? Для избавления от яда? – наконец спросила Маргарет.

– Первый шаг – избавиться от опеки рода и получить свое приданое. Замуж я не пойду, значит, спокойно все потрачу. Исцеление, дом, ученичество. А там, может, смогу артефактами заняться. Не смогу – сдохну. Что так, что так – в худшем случае исход один и тот же.

Встав, Маргарет подошла к напряженной подруге и, приобняв ее, спросила:

– Мне показалось, что ты влюблена в Глорейна.

– Да. Только он ходок. А мое может быть только моим. Как представлю, что он вначале на работе кого-то оприходует, потом придет домой, поужинает и в меня пихнет то, что уже побывало в другой женщине.

– Ну, знаешь, вдруг он часто моется? – пошутила Маргарет.

– Учитывая, сколько у него шлюх, – давно бы в ноль смылся, – буркнула Тамира. – Он за мной ухаживал. А потом вильнул в сторону. Ну и пусть катится на дорфий…

– Тамира! Не перегибай!

– А это от души, – серьезно ответила Кодерс. – Посылаю прям от сердца. Я слишком гордая, чтобы ждать своей очереди. Давай спать? Мне нужно переварить это все… Только скажи, мама-то жива?

– Не скажу, – таинственно улыбнулась Маргарет. – Тихой ночи.

– Тихой.

Выйдя, Маргарет осторожно притворила дверь. И, крепко подумав, поняла, что вместо сладкого сна стоит поработать. Соорудить простенький артефакт – чтобы проверять еду и питье. Не при ее доходах поддерживать жизнь вытяжкой жив-корня.