Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 304 страниц)

Эльф повернул в замке скрипучий ключ и вошёл в спальню Лизы. Он ничего не трогал здесь с того самого дня, лишь иногда приходил сюда, чтобы предаться воспоминаниям.

Стопочки книг и тетрадей покрылись тонкой пылью, на спинке стула висело домашнее платье, из-под кровати выглядывали мягкие тапочки. Всё это принадлежало той хрупкой и нежной Лизе, которую он когда-то знал и которой больше нет. Сердце Велиора разрывалось, когда он представлял любимую в объятиях Келларда.

– Тебе нескоро понадобятся учебники, – прошептал эльф, касаясь затянутых в потёртую кожу обложек. – Наверняка всё время уходит на заботу о малышке…

В голове не укладывалось, что пока он был заточён в Академии Трира под магическим куполом искателей, Лиза не просто успела спастись и разыскать эльфов, но и забыла его, полюбила другого и даже родила ребёнка. Велиор в сотый раз за прошедшие сутки бросил взгляд на висящий на стене календарь – круг, расчерченный на сегменты-месяцы.

Выходило так, что его Лиза забеременела вскоре после захвата Трира. Потеряла память от пережитого шока, а отец воспользовался этим? Решила, что Велиор мёртв, и утешилась с другим? Или же… или Келлард вновь связал её чёрными приворотными чарами, как было с Доннией? И где теперь Донния, что сталось с ней?

– Ты дважды забрал у меня самое дорогое, – глядя в пустоту, прошептал эльф, обращаясь к родителю. – Третьего раза не случится. Теперь я отберу у тебя тех, кто тебе небезразличен. Они предадут тебя и… разорвут на куски. А я посмотрю на это! Полюбуюсь на то, как тебя будут жрать твои бывшие слуги!

Верные тени Келларда, Никс и Данэль, должны были стать этими предателями. Отвернуться от хозяина и подчиниться молодому Велиору. Более того, он хотел, чтобы сумрачные твари возненавидели того, кто использовал их в своих целях долгие годы. Накинулись на него без всяких сомнений!

Ненависть переполняла мага, и он не стал надолго задерживаться в покоях Лизабет, вернулся к себе и вновь занялся заклинаниями. Тёмный дар горел внутри Велиора яростным огнём, когда он вычерчивал на паркете магические символы и разрывал теневую завесу, чтобы призвать слуг отца. Он заполнил кровью два ритуальных сосуда, без всякого сожаления порезав обе руки. Знаки призыва вспыхивали под его заклинаниями, воздух колебался от концентрированной магии, но проклятущие тени никак не хотели являться на зов.

– Их ты тоже приворожил, да, отец? – набирая новую порцию крови, спросил Велиор у теневого облака. – Ты ведь учил меня, что демонам неведомы любовь и верность. Они будут служить тому, у кого достанет сил удержать их. Думаешь, я слаб? Думаешь, не сумею отомстить тебе за Лизу?!

В бесплодных попытках призыва прошло ещё двое суток. Другие тени послушно являлись на зов Велиора, но он сразу же отпускал их и возвращался к плану мести. Лихорадочное возбуждение и пожирающая сердце злость не давали ему остановиться. Он не спал и ничего не ел, лишь изредка прикладываясь к кувшину с водой и глотая зелья, восстанавливающие силы.

Пару раз ему приходилось прерваться, чтобы помочь друзьям Агаты сориентироваться в Академии: теперь в нескольких спальнях преподавателей размещались люди, принявшие вампирский дар. Их превращение ещё не завершилось, поэтому разгуливать по улицам города обращённым аристократам было опасно.

Кое-кто из вампиров поглядывал в сторону Велиора с неприкрытым интересом: тёмный дар в крови мага казался им величайшим лакомством, но попыток нападения они не предпринимали. Графиня Флеминг не простила бы подчинённым подобного безрассудства, и они изо всех сил старались держать себя в руках. Быстро разобравшись с поручениями, эльф возвращался к себе и продолжал вычерчивать на полу формулы и разрывать завесу в надежде украсть своенравных теней у Келларда.

Наконец, этот миг настал. Никс, а следом за ней и Данэль с возмущённым шипением проявились в комнате Велиора. Настойчивость мага и кровь, так напоминавшая кровь бывшего хозяина, сделали своё дело. Остаток ночи эльф провёл, давая теням простые приказы, чтобы удостовериться: они готовы служить ему верно. Демоны ухали, скрипели и выражали негодование, но слушались безупречно. Приказав теням охранять открытый в соседней комнате теневой портал, ведущий на Дорогу мёртвых, Велиор обработал раны, отмылся от крови и сменил, наконец, пропахшую потом и зельями одежду.

Мысли о Лизе настойчиво проталкивались в его сознание, и он подумал о том, чтобы принять снотворное и забыться долгим сном. И всё же ему хотелось думать о ней, как ни больно это было признавать. Ненависть к отцу заставила Велиора позабыть о том, что Лизабет, возможно, не виновата в сложившейся ситуации, а уж малютка сестра и подавно. Усталость брала своё, но эльф упрямо держался на ногах, стоя перед окном. Рванувшись, он распахнул осевшие за зиму створки и подставил лицо холодному ветру, дующему с Вечных гор.

И тут сработал портал – раздался хлопок, взвыли притихшие тени, встречая гостя, пришедшего Дорогой мёртвых. Велиор ожидал увидеть Гаэласа или кого-то ещё из оставшихся в живых магистров-некромантов, но на пороге его покоев стояла светлая жрица Ньир с младенцем на руках.

– Донния? Ничего не понимаю… – пробормотал Велиор. – Как ты прошла через сумрак?

Тени шипели за спиной жрицы, как будто были изумлены не меньше нового хозяина.

– При помощи инвертера. – Она разжала пальцы, показав сверкающий проволочный шарик.

– А ребёнок? – помотав головой, спросил эльф.

– У моей дочери тёмный дар, как у твоего отца. Мы с Келлардом теперь муж и жена, а это Вейя, твоя родная сестра. Она родилась чуть меньше месяца назад. Я могу войти или твои новые слуги попытаются убить нас?

Донния пронзила Велиора строгим взглядом чисто-голубых глаз. Её светлые волосы были убраны в причёску, какие носят в эльфийском королевстве замужние женщины, – высокий пучок, сколотый серебряными шпильками.

– Проходи, конечно, – обескураженно прошептал Велиор, прикрыл окно и приказал теням вернуться к порталу.

– Твой отец не хотел отпускать меня одну, говорил, что ты сошёл с ума… Украл его теней.

– Нет, тогда ещё не сошёл, – с трудом произнёс он, запустив руку в волосы и пытаясь разом вместить в себя всё, что сказала жрица. – А вот сейчас, кажется, сойду.

– Сядь и послушай меня, Велиор.

Он покорно приземлился в кресло, сжав подлокотники похолодевшими пальцами.

– Не надо, я уже… уже всё понял. – Он замолчал, пытаясь прийти в себя.

Донния нежно поправила на малышке одеяло, прижимая её к груди. Вейя нехотя приоткрыла глаза, зевнула.

– Просыпайся, – шепнула ей жрица, и девочка тихонько улыбнулась.

– Можно мне посмотреть на сестру?

– Да. – Донния присела рядом с Велиором, и тот осторожно коснулся крошечной ручки, которую Вейя высунула наружу.

– Она твоя дочь, правда твоя? – подняв отчаянно блестящие глаза, переспросил он.

– Правда. Но Лиза помогла ей появиться на свет, поэтому она нам тоже не чужая.

Маг долго молчал, рассматривая малышку и поглаживая её пальчики. Донния не торопила его, словно чувствовала состояние его души и смятение, накрывшее его тяжёлой волной.

– Ты можешь положить её на кровать, пожалуйста? Я должен сказать тебе кое-что очень важное, но не при ней… Пожалуйста, Донния.

– Вейя ещё не понимает, о чём мы говорим, – улыбнулась жрица. – Но если тебе так будет легче, то хорошо.

Она устроила малышку на кровати, обложив подушками, и вернулась к притихшему эльфу, взяла его руки в свои. Велиор на несколько мгновений прикрыл глаза, но после заставил себя посмотреть в лицо Доннии.

– Я не просто украл теней у отца, я хотел убить его. Потому что думал, что он забрал мою Лизу. Что заставил её родить ребёнка. Эти три дня я жил только одной мыслью о мести. А ты сейчас держишь меня за руки, которыми я собирался эту месть осуществить. Тебе, должно быть, очень противно. Но я хочу, чтобы ты знала, кто я на самом деле.

– Ты заблудшая душа, – прошептала жрица, сжав его пальцы. – В Храме это называется так.

– Жаль, что мы не в Храме.

– Место не имеет значения, Велиор. Я не оправдываю тебя, но всё же скажу. Келлард знал, что ты призвал Никс и Данэля, и он подозревал, что ты попробуешь напасть на него. У тебя ничего не получилось бы. Он магистр Гильдии призывателей, а ты пока ещё нет.

Эльф вздохнул:

– Да уж. А я ничтожество, замыслившее убийство магистра. По древнему уставу Гильдии меня полагается казнить или изгнать. Это будет справедливо.

– Попроси прощения у отца и Лизы. Особенно у Лизы. Бедная девочка так ждала воссоединения с тобой, хранила тебе верность всё это время. После вашей встречи на Дороге она словно неживая, мы ничего не можем с ней сделать.

– Думаешь, она будет меня слушать после того, что я им наговорил?

– Думаю, да. Попытайся. Даже если она не простит тебя, всем станет намного легче, если вы поговорите. И дай ей высказаться тоже. Этот год был непростым для всех нас.

Вейя устала рассматривать потолок и висящий над кроватью гобелен, изображающий битву древних магов, и потребовала к себе мать громким криком.

– Она проголодалась, – подхватив дочь на руки, сказала Донния.

– Покорми её, а я пока… отпущу теней в сумрак.

– Да уж, лучше отпустить их, потому что скоро здесь будут и твой отец, и Гаэлас, и Лиза.

Велиор поднялся по короткой лестнице к порталу и одного за другим отправил демонов в их сумрачное царство. Это обыденное действие, куда более лёгкое, чем призыв, дало ему толику облегчения. Он был уверен, что после всего случившегося изгнание из Гильдии будет самым справедливым наказанием, куда честнее быстрой смерти. Он всё же надеялся ещё раз увидеть Лизу, поговорить с ней с глазу на глаз и передать письма от родителей.

Глава 37

Мрачный, как грозовая туча, генерал Гвинта расхаживал взад и вперёд по стене Железной крепости. Вечерние факелы вспыхивали в сторожевых башнях и у ворот, огненные маги делали обход цитадели, за ними послушной стайкой шествовали студенты Школы искателей в надежде, что им позволят разжечь сигнальные огни. Магические маяки, горящие по ночам, служили ориентиром для всех искателей и охотников на тёмных волшебников. Озеро Мелерн казалось багровым в лучах заходящего солнца. С неба вновь посыпалась снежная пыль, как будто весна решила отступить.

– Генерал? – окликнул Вольдемара стройный искатель в чёрной приталенной мантии Отдела магического контроля.

– Докладывайте, что у вас! – сухо скомандовал Гвинта.

– Инвертеры больше не работают, портал во Фрестеде исчез. Вероятно, теневые маги сумели заблокировать его изнутри. – Маг протянул генералу свёрнутое в тугую трубочку донесение.

– Гилмур не объявился? – не разворачивая послания, спросил глава Ордена.

– Никак нет, генерал. Должно быть, тоже погиб.

– Или взят в плен.

– Вы верите, что полковник Крайсен дала бы захватить свой отряд? Это же были лучшие офицеры Инквизиции!

– Да. Были. Я уверен, что их нет в живых, иначе они нашли бы способ связаться со мной.

– И тел тоже нет, – тихо добавил искатель.

– Послушайте, Керин, – внезапно повернулся к собеседнику генерал Гвинта. – Вы занимаете высокий пост в Отделе контроля. У вас есть команда? Люди, которым вы доверяете?

– Безусловно, – улыбнулся Керин Хольм. – Конечно, их немного. Скажем, как пальцев на одной руке. И всё же в одиночку много не навоюешь.

– А что бы вы сделали, если бы все ваши люди в один прекрасный день сгинули в сумраке? – прищурился инквизитор. – Ответьте искренне, как если бы речь шла о ваших друзьях.

Хольм заложил пальцы за широкий пояс и задумался.

– Позвольте ответить вам не как главе Ордена, а как человеку, можно?

– Пожалуйста. – Гвинта чуть склонил голову, несколько удивлённый таким поворотом разговора.

– Вы знаете, я окончил Университет Сюр-Мао, и мне порой приходится нелегко оттого, что не все доступные человечеству знания мы можем применять на практике. В магической науке трудно обозначить границы дозволенного.

– К чему вы клоните?

– Любой некромант, даже нет, некромантский подросток запросто сказал бы вам, живы или мертвы ваши люди. Не прибегая к чёрному колдовству, магии разума или заклинаниям крови. Просто коснувшись личных вещей или оружия исчезнувших искателей.

Гвинта внимательно выслушал Хольма, не спуская с него пристального взгляда светлых глаз. Ни одна чёрточка не дрогнула на его безупречном, словно выточенном из камня, лице.

– Вы понимаете, что это невозможно, – промолвил он наконец.

– Да, – кивнул Керин Хольм. – Но вы просили ответить искренне.

– И я благодарен вам за это. Вы можете быть свободны.

Искатель коротко поклонился и вскоре исчез в двери сторожевой башни. Генерал остался один. Облокотившись на каменный парапет, он смотрел, как багровое пламя тонет в тёмной неподвижной воде озера Мелерн. Из висящих над самой головой облаков продолжал сыпать колючий снег.

***

Гаэлас дождался, пока все рассядутся по местам. Помимо Лизы, Келларда, Велиора и Доннии с малышкой на руках, в кабинете ректора были графиня Агата, её верные эльфы и двое приближённых аристократов, уже завершивших превращение в вампиров. Когда шепотки умолкли, некромант заговорил.

– Тэрон, точнее его дух, натолкнул меня на мысль связать порталы, ведущие на Дорогу мёртвых, с заклинаниями, разрушающими теневые амулеты. А значит, и инвертеры. Теперь ни один искатель не проникнет в междумирье до тех пор, пока они не изобретут какой-нибудь другой способ.

– Прекрасно, теперь наши коллеги останутся без простейшей защиты от обнаружения! – воскликнул Келлард.

– Они переждут. Затаятся. В конце концов, до изобретения теневых амулетов нам удавалось скрываться от ордена Инквизиции. Зато так мы можем быть уверены, что есть место, куда ищейки не сунутся.

– Вот только, в отличие от Тэрона, мы не умеем летать! – вновь не удержался призыватель.

– Если вы разыщете и приведёте в Трир ваших магистров и их близких, то мы сможем сохранить этот город. – Агата приняла из рук Тессы папку, полную исписанных мелким почерком листов и магических схем.

– Что это? – поднял бровь Гаэлас.

– Моим шпионам удалось выкрасть это из Гильдии магов Фрестеда. Здесь в подробностях описано устройство моста через бездну, отделяющую Трир от внешнего мира. В случае появления врагов мы поднимем мост и будем нападать на них с воздуха. На нашей стороне те, у кого есть крылья, – вампиры и птицы.

– Значит, некроманты нужны вам для того, чтобы обращать павших врагов против их собственной армии?

– Не только. Для начала вы разыщете и поднимете строителей моста. В этих трудах сообщается, что они похоронены в стенах Трира, и даже указано расположение их могил. А если явится Гвинта, то вы обеспечите защиту города мёртвыми воинами с кладбища, что находится позади замка. Мы больше не будем рисковать живыми людьми, Гаэлас.

– Разумно, но вы ведь не знаете, когда Орден решит вновь навестить Город на краю света?

– В любом случае мы будем готовиться. От лица моей новой семьи я предлагаю Гильдии призывателей союз. И если ты захочешь, – графиня улыбнулась некроманту, – то можешь принять наш дар и обрести бессмертие.

– Это очень щедрое предложение, но я останусь, пожалуй, на стороне живых! – поклонился Гаэлас.

– Как пожелаешь. Будь я живой женщиной, то предложила бы заключить брак.

Агата не шутила, и все прекрасно понимали, что новому Триру не помешал бы подобный символ.

– Будь ты живой женщиной, я бы трижды подумал. А сейчас – без раздумий согласен.

Вампирша едва сдержалась, чтобы не раскрыть рот от удивления.

– Что ж, я обещаю не кусаться… – Она подала некроманту руку, и тот бережно коснулся её губами.

***

Лиза едва дождалась окончания собрания. Как только старшие маги поднялись со стульев, некромантка сорвалась с места и выскочила из кабинета Тэрона. Меньше всего на свете она хотела сейчас видеть Велиора и думать о нём. Пока графиня Агата и Гаэлас вели беседы, Лиза старательно рассматривала носки своих потёртых ботиночек. Распущенные волосы закрывали ей обзор, но она чувствовала на себе взгляд эльфа и знала, что он ждёт момента, чтобы остаться с ней наедине.

Рискуя упасть с лестницы и переломать ноги, Лиза стремительно сбежала по ступенькам в главный холл Академии, нырнула в тёмный коридор, где давно уже погасли никем не поддерживаемые светильники, прижалась спиной к шершавой стене. Велиор всё же побежал вслед за ней – Лиза слышала лёгкий топот ног.

– Где же ты? Лизабет, не прячься от меня!

Она закусила губы, чтобы не выдать себя рвущимися наружу рыданиями. Велиор всё равно найдёт её, он знает все закоулки старой Академии, он провёл в этих стенах много лет. Она прижала руки к глазам и крепко зажмурилась, но противные слёзы градом катились по щекам, теперь их было не удержать. За три прошедших дня она не уронила ни одной слезинки, накопив внутри целое озеро отчаянной боли.

– Лиза, прошу тебя! Я хотел сказать, что в твоей комнате… в твоей бывшей комнате… Там письма из Фоллинге. Они на твоём столе. Зайди туда, или, если хочешь, я передам их Гаэласу. Как скажешь. Но ты ведь должна была узнать о них!

Он стоял совсем рядом с проходом и говорил в темноту. Лиза судорожно вздохнула и сделала осторожный шаг в сторону эльфа, потом другой.

– Ты только это хотел сказать мне? – прошептала она.

– Нет, не только, – тихо ответил Велиор.

– Тогда больше ничего не говори, ладно? Иначе…

«Иначе моё сердце разорвётся», – подумала Лиза, нащупывая дорогу назад.

Он поймал её за руку, коснулся пальцами ладони.

– Я отпущу, сейчас отпущу, клянусь! Вот выйдем на свет, больше не трону тебя.

Они вышли из туннеля, и эльф сразу же выполнил обещание, отпустил её. Лиза подняла на него заплаканное лицо. Было заметно, что теперь она не собирается бежать: силы совсем оставили её.

– Знаю, ты не поверишь мне и будешь права. Я не заслуживаю прощения. Но дай мне возможность хотя бы извиниться перед тобой за то, что я натворил. За те слова и мысли, что допустил по отношению к тебе и моему отцу…

– Нет, только не так! – Заметив, что он хочет опуститься на колени, Лиза схватила его за плечи. – Просто скажи, мне не нужно твоего унижения!

– Прости меня, Лизабет, – сказал он, глядя ей в глаза. – Я знаю, что ты осталась верна мне, всегда это чувствовал, но, увидев тебя рядом с Келом, совсем потерял рассудок. Прости.

– Ну а ты? – еле слышно спросила она, вспомнив наваждение демоницы. – Ты был верен мне?

– Да, – кивнул он.

– Что ж, – Лиза перевела дыхание, – я дала тебе выговориться, а теперь дай мне спокойно уйти.

Велиор сделал шаг в сторону, и она тихо ушла в направлении главной лестницы. Он стоял на месте до тех самых пор, пока шаги её не растворились в тишине.

***

Возвращаться к себе сразу Велиор не хотел – он прошёл по мрачному тоннелю и впервые с момента закрытия Академии зарядил магические светильники. Дождавшись, когда проход озарится мягким голубоватым сиянием, маг распахнул тяжёлую дверь, ведущую в сад. Уже взошла луна. Почти полный диск ночного светила серебрился над чёрными остроконечными крышами Трира. Мраморные изваяния древних учёных и волшебников блестели от выпавшей росы, по изогнутым ветвям деревьев ползли крупные прозрачные капли.

Меньше всего Велиор ожидал, что кому-то придёт в голову искать его здесь. На город опускалась ночь, все собранные Агатой участники заговора, или, как называла это вампирша, нового теневого правительства, смертельно устали от пережитых в последнее время сражений и потерь. Сейчас, когда отряды Ордена покинули Трир, можно было вздохнуть спокойно.

Над головой послышался шелест кожистых крыльев, и Велиор увидел, что это вампиры отправились на ночную охоту в сторону Тёмного леса. Эльф тоже мог бы лететь вместе с новой семьёй Агаты Флеминг, если бы не отказался от её предложения, но он ни о чём не жалел. Он думал о том, что в маленькой башне, бывшей когда-то тайным архивом магистров Академии, сидит сейчас его Лиза. В руках у неё письма из дома, и она бережно вскрывает конверты и гладит строчки, написанные братом Фредериком, мамой Сонией и маленькими сёстрами.

– Я думал, Лиза с тобой, – задумчиво проговорил Келлард, выходя на тропинку сада.

– Нет, она ушла в свою комнату… читать письма из Фоллинге, – негромко ответил Велиор.

– Не захотела тебя слушать?

Магистр улыбнулся, дожидаясь, пока сын наберётся смелости встретиться с ним взглядами. Тот почувствовал это и обернулся, поднял голову.

– Она выслушала меня, но никакие слова не вернут утраченного доверия. Я хорошо понимаю её.

– И ты готов отступиться? Отказаться от такой девушки, как Лиза? – Призыватель прищурился.

– Вряд ли, – покачал головой алхимик. – Разве что до завтра. Она не из тех, кто принимает поспешные решения.

– В отличие от тебя, Велиор! Мне глубоко плевать на то, что ты думаешь обо мне, но за эти месяцы я достаточно хорошо узнал Лизабет, чтобы понять, какой она человек. Я без сомнения доверил бы ей жизнь моей маленькой дочери или любимой жены. Мы прожили в глухом лесу под одной крышей много месяцев. Вместе добывали пищу, вместе охраняли наше жилище, а потом – вместе сражались. Она принимала роды у Доннии и стала хранительницей Дороги мёртвых вместо погибшего Тэрона! Ты ведь знаешь, что я не верил людям много долгих лет, но теперь всё изменилось. И Лиза теперь с нами, мы одна семья.

– Значит, она прошла посвящение? – Велиор требовательно вглядывался в пылающие глаза отца.

– Да. Об этом она расскажет тебе сама, если захочет.

– Я не стану расспрашивать, – тихо сказал эльф.

Он знал, что любой из Гильдии призывателей имеет право всю жизнь хранить тайну своего посвящения.

– Лиза могла бы пожертвовать любовью к тебе, это было бы естественно для некроманта. Многие отказываются от связей со смертными, но она слишком тосковала по тебе и ждала встречи. Я не знаю, что ты сделал с ней, но она любит тебя, дурака. – Призыватель сунул руки в карманы короткой мантии и отвернулся. – Найди для неё нужные слова!

– Обещаю тебе, что сделаю всё возможное, а ещё… Я верну твоих теней, отец. Красть у тебя слуг было бесчестно и против правил Гильдии. – Каждое слово давалось Велиору с трудом, но он упрямо выталкивал их, одно за другим, в стылый воздух ночного сада.

– Можешь оставить их себе, – хмыкнул Келлард через плечо. – Тебе хватило сил отобрать их у магистра, а это значит, что они теперь твои по праву. Тени всего лишь бездушные твари, я разыщу и свяжу договором других, быть может, более могущественных.

– Я знаю, что это ты спас мою Лизу, – решился Велиор.

Отец повернулся к нему, ничего не говоря.

– Что это ты нашёл её в лесу умирающей и принёс в подземелье Храма в Фэите.

– Не делай из меня героя, я ведь не знал, кто она такая, – нахмурился призыватель.

– Это неважно, отец. Главное, что ты никогда не был предателем.

– Я им был, Велиор. – Келлард жестом остановил сына, коснулся его плеча. – По отношению к тебе, к твоей матери, к моим погибшим ученикам, к Доннии, наконец. Поэтому не терзайся насчёт меня, не стоит. Я много раз делал то, о чём потом жалел. Когда мы встретились на Дороге мёртвых, я увидел в тебе собственное отражение. Мне хотелось ударить тебя, отрезвить, но у меня на руках была Вейя… И уже после я понял, что всё происходящее с нами неизбежно. Каждый теневой маг проходит через собственный сумрак. Пройдёшь и ты. Просто знай, что у тебя есть предок, который когда-то натворил не меньше глупостей и который понимает тебя.

– Спасибо, – кивнул эльф. – Спасибо тебе за всё, папа.

– У тебя теперь есть младшая сестра, – улыбнулся призыватель. – Приходи к ней почаще.

– Обязательно. Что они любят в таком возрасте?

– Попробуй раздобыть ей погремушку в городе. Не хочу, чтобы первой игрушкой моей дочери был сломанный инвертер инквизиторов… Хотя это и внушает мне надежду на будущее.

Келлард посмотрел в сторону Академии.

– Думаешь, когда-нибудь мы восстановим справедливость и будем обучать здесь наших детей? – спросил Велиор.

– Да. Иначе не было бы смысла продолжать эту борьбу. Иначе все, кто погибает за нашу свободу, погибают зря.

– Я слышал про Ринарет и Первого рыцаря из Фэита.

– А я про Старую Фуксу, – задумчиво ответил Келлард. – Не теряй времени, Велиор. Завтра же поговори с Лизой снова. И послезавтра. И так до тех пор, пока она не будет готова вновь поверить тебе. Я думаю, на это уйдёт не меньше одной луны.

Вернувшись в свои покои в северном крыле Академии, Велиор долго стоял в тёмной прихожей и смотрел на тонкую полоску рыжеватого света, что пробивалась из-под двери Лизиной комнаты. Было очень тихо. Из запертой спальни не доносилось ни шороха, ни шагов. Затаив дыхание, эльф неслышно подобрался к двери и приник ухом к замочной скважине.

Сначала сердце его стучало так громко, что ничего другого он расслышать не мог, но после Велиору показалось, что скрипнул стул, зашуршала бумага, шёпот заклинания добавил немного огня мерцающим свечам. Эльф медленно выпрямился, собираясь уходить. Он понимал, что если Лизабет обнаружит его за своей дверью, то ей это не понравится. Скорее всего, она сию же минуту подхватит немногочисленные вещи и переедет в любую из освободившихся спален. У неё не было больше нужды делить с ним преподавательскую квартиру.

Отстранившись, Велиор коснулся пальцами тёплого дерева. Ему чудились едва различимые шаги, лёгкое осторожное дыхание. Он вообразил, что Лиза так же стоит у запертой двери и их руки разделяет только невидимая для дара преграда из старого ясеня. Вот и медная ручка, как ему показалось, чуть дрогнула в нерешительности и снова замерла. Нужно было уходить, но он всё стоял и ждал, сам не зная чего, час, два, может, и все три, стоял до тех пор, пока Лиза не погасила свет.

Знакомо, нежно и немного таинственно скрипнули пружины кровати, и вновь воцарилась бархатная тишь. Эльф отступил и бесшумно вернулся к себе. Не раздеваясь, бросился на постель и зарылся лицом в подушку. За все прошлые месяцы одиночества он не был так одинок, как в эту ночь, когда любимая была совсем рядом и в то же время так далеко от него.

***

Лиза долго лежала без сна, прижимая к груди письма. Она не помнила, чтобы в её жизни когда-то было более ценное сокровище, чтобы хоть один предмет или вещица пробудили в ней столько чувств разом. Разве что маленькая лошадка, детская игрушка Велиора, которую она заботливо прятала под подушку во время разлуки с любимым.

Разложив письма по датам их написания, Лиза перечитала их несколько раз. С каждым последующим письмом тревога родителей, Фреда и маленькой Элин ощущалась всё сильнее. Они писали о том, что знали в Вестене и Фоллинге о захвате Трира и закрытии Академии, о распределении студентов по другим школам, о том, что никто не отвечает на их запросы, а имя Лизабет Сандберг не числится ни в одном из списков.

Лиза вглядывалась в чуть дрожащий почерк последних писем и ощущала ужас и отчаяние, которые переживали её родные. Кажется, спустя полгода пустых ожиданий надежда стала покидать и маму, и папу, только Фредерик и Элин упорно продолжали верить в то, что она жива.

Некромантка с трудом оторвалась от бесконечного перечитывания, в сотый раз утёрла глаза насквозь промокшим рукавом платья и села писать ответ. Она столько раз делала это мысленно, что теперь, сжимая в руке остро отточенное чёрное перо Тэрона, не задумывалась ни на мгновение.

Она потеряла счёт времени и опомнилась лишь после того, как вывела последние строчки, сложила несколько исписанных листов в пустой конверт и заклеила его, скрепив дополнительно магической печатью. Волнение немного улеглось в груди. Лиза допила холодный чай, заботливо принесённый Доннией в пузатом кувшине, и подошла к окну. Чёрные громады Вечных гор были темнее густо-синего весеннего неба. Над белеющими снегом вершинами мерцали далёкие звёзды.

Находиться в одиночестве было так странно после долгих месяцев жизни в компании друзей. Никто не говорил за стенкой, не топал и не гремел посудой, не было привычного шума леса и завывания ветра в каминной трубе. Старая Академия, в которой теперь ютились оставшиеся в живых призыватели, несколько эльфов и Агата Флеминг со своей свитой, ночью казалась совершенно пустой. И всё же, окончательно успокоившись и вынырнув из воспоминаний о далёком доме в Фоллинге, Лиза ощутила постороннее присутствие.

Тихо-тихо подошла она к двери, нерешительно положила пальцы на ручку и прислушалась. «Наверное, я схожу с ума», – подумала она. Представить себе, будто Велиор подслушивает, притаившись по другую сторону двери, было невозможно. В конце концов, он был преподавателем и взрослым эльфом, а не мальчишкой-подростком. Лиза положила ладонь на дверь, нащупывая отголосок магии, так похожий на её собственный. «Это просто воспоминания», – решила она наконец и, тихо вернувшись к столу, начала раздеваться.

***

Её разбудил странный отрывистый голос, взволнованно произносящий фразы на птичьем языке. Лиза села на кровати и протёрла глаза, решительно ничего не понимая. Она спала так крепко, что не сразу осознала, где находится, и даже слегка удивилась, не увидев привычной комнаты и сидящего у окна над книгами Гаэласа. В лесу отец просыпался раньше и занимал себя изучением древних фолиантов, перелистывая их в тишине спальни.

Второй голос, без сомнения, принадлежал Велиору. Лиза поспешно выбралась из кровати, умылась водой, оставшейся в широкой миске со вчерашнего дня, провела ладонью по растрёпанным волосам. Больше она ничего не успела сделать, потому что в дверь постучали. Птичий голос продолжал возмущённо чирикать, но, когда некромантка приоткрыла дверь, резко замолчал.

– Что происходит? – вместо приветствия спросила Лизабет.

– Птицы улетают с письмами, а я просил подождать тебя, – немного смущённо ответил Велиор. – Ты ведь написала письмо родителям?

– Конечно! – подпрыгнула Лиза и кинулась вглубь спальни.

Толстенький шершавый конверт из желтоватой бумаги перекочевал за пазуху птичьего посланника. Завидев человеческую девушку в одной нательной рубашке, парень-почтальон демонстративно отвернулся. На щеках его выступил едва заметный румянец.

– Спасибо вам! – только и успела крикнуть девушка, прежде чем мальчишка выпорхнул в коридор.

– Я пытался задержать его, не хотел тебя будить, – пояснил эльф, когда они остались вдвоём.

– Ничего страшного, мог бы и разбудить, – слабо улыбнулась Лиза.

Он с нежностью разглядывал её лицо, пряча руки за спиной, но потом вдруг опомнился и протянул ей маленький букет горных первоцветов. Голубые, синие и розовые звёздочки примул с ярко-жёлтыми серединками пахли мёдом и холодной росой.

– Я хочу, чтобы ты знала, – прошептал Велиор, чуть задержав её руки в своих. – Я буду ждать, сколько ты скажешь. Хочешь, год или десять лет… Но я не смогу забыть тебя.

Лиза поднесла цветы к лицу, вдохнула восхитительную медовую свежесть, а потом посмотрела эльфу в глаза.