Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 304 страниц)

– Хм, вырвите! – воскликнула она. – Вижу, вы никакого понятия не имеете о документообороте и о том, как важны для отчётности перед Университетом Сюр-Мао все эти записи. А раз не имеете, так извольте помолчать! Листы пронумерованы и прошиты, я не имею права их вырывать.

– Пойдём отсюда, – сквозь зубы прошипел лекарь, вскакивая на ноги.

– Возьмите себя в руки, мужчина, вы ведь взрослый человек, а ведёте себя как первокурсник, не знающий правил. Садитесь же на место и пишите заявление!

На единственный чистый участок стола перед носом лекаря лёг длинный прямоугольный лист с отпечатанными на нём графами. Эдвин схватил его и пробежал взглядом по пунктам.

– Что это ещё такое?!

– Обращение в Отдел магического контроля Университета, – мягко пояснила секретарь. Она встала со своего места, соединила пальцы рук и принялась расхаживать вдоль окна. – Поиском пропавших студентов, как вы понимаете, занимается не ректорат Академии и не деканаты факультетов, а специально обученные люди.

– Вы предлагаете мне писать заявление в Орден Инквизиции? – тряхнув бумагой, спросил Эдвин.

– Нет, я предлагаю в Отдел контроля.

– Как будто это не одно и то же! – лекарь отшвырнул заявление прочь, и Нора подскочила, чтобы удержать потерявшего контроль друга. – Я не стану заполнять никаких бестолковых бумажек, у меня ребёнок пропал, а вы препятствуете его поиску, заставляя меня просиживать штаны в ожидании приёмного часа. Есть у вас списки студентов из Трира или нет, скажите уже наконец прямо?!

– Что вы себе позволяете? – возмутилась секретарь, аккуратно возвращая неиспользованное заявление в кипу таких же бланков. – Немедленно выйдите вон из моего кабинета!

В тот же самый миг дверь канцелярии вновь распахнулась, и в неё вошёл высокий и стройный маг в форме искателя. На его серо-белом кителе сверкали зачарованными отметками значки за особые заслуги. Несмотря на обманчивую лёгкость походки, служитель из Ордена был уже не слишком молод, сухощавое лицо выдавало его истинные годы – он был чуть старше Эдвина и Норы.

– Шёл мимо и думаю: что за шум, а драки нет? – весело сказал он.

Обескураженная секретарь скорчила недовольную рожу: в её представлении должностное лицо из Ордена не имело права так вести себя при посторонних.

– Выставите, пожалуйста, этих двоих прочь, господин инспектор! – попросила она. – Сами не знают, чего хотят. Пришли и устроили истерику, бумаги заполнять отказываются.

Инспектор перевёл взгляд светло-серых глаз на гостей и вдруг воскликнул:

– Нора? Неужели это ты?!

– Не может быть! – радостно вскрикнула волшебница, кидаясь в объятия старого знакомого. Эдвин от неожиданности отступил назад и сложил руки на груди, не зная, чего ждать от такой встречи.

– Это Керин Хольм, мой давний приятель, мы в Сюр-Мао вместе учились, только на разных факультетах, – защебетала Нора. – А это Эдвин Сандберг.

– Твой муж? – осторожно поинтересовался инквизитор.

– Нет, конечно, бывший сослуживец. Муж мой дома остался, за детьми присматривает.

– Много их у тебя?

На подтянутом аристократическом лице Керина читалось искреннее удивление, и Эдвин подумал, что в юные годы трудно было предположить, что Нора когда-нибудь обзаведётся семьёй. Пока огненная волшебница и инспектор непринуждённо переговаривались, секретарь бросала на них сердитые взгляды и сопела, перекладывая папки с документами из одной стопки в другую. Было видно, что встревать в разговор представителя Ордена с кем бы то ни было она опасалась.

Нора коротко поведала, что привело их в канцелярию Академии, а Эдвин молчал, раздираемый сомнениями: стоило ли выкладывать о пропаже дочери искателю? С другой стороны, если списки студентов действительно находились в Отделе контроля, то выбора у них всё равно не было. Керин слушал внимательно, чуть нахмурив тонкие чёрные брови и что-то прикидывая в уме.

– Мы прямо сейчас отправимся в Университет и всё узнаем, – решил он, указав на дверь справа.

Из канцелярии можно было попасть в кабинет ректора, который чаще всего оказывался заперт, потому как его обитатель, несмотря на солидные годы, продолжал читать лекции и вести практические занятия, а также в кабинет инспектора.

– Эй, куда? Они не зарегистрированы! – в спину крикнула им разъярённая секретарь.

Искатель обернулся через плечо и бросил на женщину уничтожающий взгляд:

– А с вами мы потом поговорим. И да, напишите объяснительную записку – почему задержали расписание. Студенты его очень ждут.

Глядя на сияющий портал, Эдвин никак не мог поверить, что он вскоре окажется у цели, что уже к вечеру он будет знать хоть что-нибудь о местонахождении Лизы. Раздражение от бумажных препятствий сменилось в его груди тяжёлой тревогой. Если дочери удалось бежать из Трира и спрятаться от солдат Ордена, то не навлечёт ли теперь его обращение в Отдел контроля лишние проблемы на головы студентов с «неправильным» даром? Что если он собственными действиями вновь ломает жизнь Лизы и её новых друзей?

– Можно ли ему доверять? – шёпотом спросил лекарь у Норы, когда спина искателя исчезла в портале.

– Он хороший человек, – пожала плечами стражница. – Во всяком случае, я помню его таким.

«Кто знает, что делают с людьми в Ордене?» – мрачно подумал про себя Эдвин, стиснул зубы и шагнул в светящийся круг на каменном полу. Мгновение спустя все трое стояли на высокой площадке на вершине одной из башен Университета. Далеко внизу шумело, волнуясь, сине-зелёное море. Кричали чайки, в лица бил неистовый солёный ветер. Даже у крепкого и здорового лекаря голова пошла кругом от высоты и внезапной перемены климата. Нора прижалась к его плечу, взяла под руку.

Вопреки ожиданиям, спуск оказался недолгим. Лестница спиралью обхватывала цилиндрическое здание и упиралась внизу прямо в двери Отдела магического контроля. Как искатель Керин Хольм имел высший уровень доступа во все возможные кабинеты Университета и любой из Академий. Оставив друзей ждать снаружи на скамейке, которая пряталась в тени под сплетениями виноградных лоз, он исчез внутри.

Нора нервно расхаживала взад и вперёд, Эдвин же смотрел на маленький треугольник моря, видневшийся в просвет между университетскими постройками, и понимал, что они прилетели сюда зря. Что-то подсказывало ему: ответов они не найдут или же они будут неутешительными.

Инспектор Керин вернулся нескоро. Должно быть, прошло два или три часа, прежде чем он подошёл к друзьям и опустился на лавку. В руках у него была чёрная папка с эмблемой Академии Трира. Нора нетерпеливо заёрзала, а Эдвин не мог оторвать взгляда от маленькой ленточки, торчащей изнутри. Тонкий шёлковый шнурок для разделения страниц, разлохматившийся на кончике неопрятной кисточкой.

– К сожалению, имени вашей дочери, господин Сандберг, я не нашёл. Вы точно знаете, что она училась именно там?

– Думаю, да, – вздохнул лекарь.

– То, что я скажу вам, конфиденциальная информация, но всё же как отец девочки вы имеете право знать. В этой папке собраны свидетельства того, что исполняющий обязанности ректора Академии магистр Тэрон регистрировал не всех студентов. У Ордена есть доказательства, что некоторых учеников он переправлял адептам Гильдии призывателей теней, где их использовали… для различных ритуалов. В хранилище Академии были найдены замороженные части человеческих тел.

– Что?! – воскликнул Эдвин.

– Думаю, вашей дочери уже нет в живых. Мне очень жаль.

Керин раскрыл папку и показал растерянному лекарю несколько протоколов и свидетельств, но тот смотрел не на бумаги, а сквозь них, не в силах поверить в сказанное.

– Она… писала письма, – прошептал он.

– Простите, – помолчав, сказал искатель, переглядываясь с Норой. – Я думал, что помогу вам в поисках, но давать надежду было бы нечестно с моей стороны. Все до единого студенты эвакуированы в другие высшие школы, и Лизы Сандберг среди них нет.

– Когда заработают телепорты в Трир? – глухо спросил Эдвин. – Я хочу посмотреть на эти тела.

– Они были осквернены чёрной магией, а потому генерал Гвинта приказал уничтожить их.

– Зачем уничтожить, почему?! – непонимающе закричал лекарь, но Керин только покачал головой.

***

Дорога домой запомнилась Эдвину плохо, а встретившая на пороге Сония поняла всё и без лишних слов. Младших детей заняли игрой, а вот скрыть от Фреда страшные новости родителям не удалось.

– И вы поверили, поверили инквизитору?! – взорвался он, выслушав рассказ отца. – А сами говорили, что доверяете магистру Тэрону! Как же легко вас обмануть!

Сония подняла на сына распухшее от слёз лицо и покачала головой:

– Мы не думаем, что Тэрон убивал студентов или продавал их некромантам, но если Орден сжигал какие-то тела, то это всё объясняет, все эти… исчезновения.

– Я уверен, что Лиза жива! Я чувствую это!

В голосе Фредерика было столько огненной магии, что все с опаской огляделись, надеясь, что ничего не вспыхнуло. В этот же миг из-за шторки, отделяющей коридор с кладовкой, выскочила растрёпанная рыжая Элин, поспешно утёрла глаза и нос и встала рядом с братом:

– И я чувствую! А вы все… вы все – дураки!

Глава 19

Скелет опасно покачивался, продолжая стоять на месте и пялиться провалами пустых глазниц на потревожившую его покой ученицу некроманта. Лиза боялась опустить руки, так и застывшие в магическом жесте, подчиняющем мертвеца. Ей казалось, что стоит двинуть пальцем, как подопечный тут же рухнет под ноги и превратится в безжизненную груду костей.

– Отойди подальше и поучи его ходить, – сказал Гаэлас, не в силах сдержать улыбку.

Дочь делала успехи, но по складу характера она относилась к заданиям слишком серьёзно и расходовала куда больше сил, чем следовало бы. Эльф выбрал для тренировок заброшенную часть кладбища, которая располагалась за холмом. Жители деревни, что находилась поблизости, не рисковали ходить в эту сторону из-за слухов о беспризорных тенях и призраках умерших, и это было только на руку некромантам. Никто не мешал им копаться в земле и извлекать из неё старые кости.

Ранним утром они покидали поместье у озера и шли лесными тропинками сюда, чтобы практиковаться в заклинаниях. После отмывались в ручье, переодевались и заходили в посёлок – купить свежего хлеба, молока и сыра. Вопросов им не задавали. Обитатели Ничейных земель, жившие вдали от городских цивилизаций, привыкли к тому, что кто-то приходит или уходит. Если ты не похож на сборщика налогов или инквизитора, не суёшь свой нос в чужие дела и ведёшь себя тихо, то можешь перемещаться по деревне свободно.

– Он сейчас упадёт, – выдохнула Лиза и сделала шаг назад.

Мертвец дёрнулся, но, к удивлению девушки, устоял на ногах, лишь склонил череп, как будто очень устал. Руки скелета висели, как плети.

– Ты его не воодушевляешь! – прокомментировал некромант, раскладывая на поросшей мхом могильной плите нехитрый обед, завёрнутый Доннией в обрывок скатерти.

– Может, у него паралич был при жизни? Не похоже, что он вообще умеет ходить!

Гаэлас неторопливо разобрал корзинку, откупорил бутыль с чаем, разил чуть тёплый напиток по маленьким стаканчикам, а потом поднялся на ноги и подошёл к дочери.

– Давай проверим! Отпусти его!

Лиза сделала пасс, отменяющий последнее заклинание. Эльф тут же прочитал собственное – и безвольный костяк сразу оживился, бодро вытянулся по стойке смирно, как солдат, а на месте его глаз вспыхнули ярко-алые огни. По команде Гаэласа мертвец прошагал взад и вперёд до ближайшего дерева, сделал несколько приседаний и помахал руками. Юная некромантка досадливо кусала губы и думала о том, что никогда не достигнет подобного мастерства. Наконец, эльф хотел заставить мертвеца потанцевать, но всё, что тот сумел, – лишь неуклюже перебирать ногами, путаясь в траве, и исполнять неловкие поклоны.

– Паралича у него точно не было, но и танцам его никто не обучал. Хотя это можно сделать и посмертно при должном терпении.

– У меня ничего не получается, – вздохнула Лиза, опустив плечи и присаживаясь на нагретый солнцем камень.

– Много посторонних мыслей и лишних усилий. – Гаэлас протянул ей чай. – Выброси всё из головы, сосредоточься только на заклинаниях. Потом подумаешь о сердечных делах!

– Легко тебе говорить, – буркнула девушка, вытирая руки тряпкой.

– Пожалуй, да. Легко. Я ведь знаю, что у тебя всё получится.

Эльф плохо воспринимал привычные человеку обороты речи. Иногда ответ или объяснение вовсе не требовались, но он начинал растолковывать Лизе что-нибудь очевидное или рассказывать, почему сказал так, а не иначе. Но главное, он совершенно не мог скрывать своей любви к взрослой уже дочери, и даже когда понимал, что должен проявить твёрдость и настойчивость учителя, всё равно продолжал хвалить и подбадривать её.

– Мы сегодня снова попробуем с Дорогой? – с надеждой спросила она.

Гаэлас кивнул. Уже несколько дней подряд они выходили на Дорогу мёртвых и пытались разобраться, как восстановить её повреждённые участки. Иногда Лиза видела в сумеречном тумане силуэты теней, а дважды – живых магов, которые пользовались изобретением магистров Гильдии призывателей. К сожалению, тёмные фигуры неизвестных волшебников были очень далеко и двигались с невероятной скоростью: маги наверняка воспользовались специальным заклинанием быстрого перемещения. Лизе не удалось ни как следует разглядеть их, ни тем более заговорить с ними. Прогулки по междумирью забирали силы и без того устающей за день девушки, но она была непреклонна: надежда отыскать Велиора поселилась в её сердце и никак не оставляла в покое.

– А письмо? Когда мы отправим его?

– Вот видишь, сколько всего в твоих мыслях! Учиться некогда! – сказал Гаэлас, пододвигая к дочери еду, за которую она не торопилась приниматься.

Она покорно взяла ломтик мяса и хлеб и снова вздохнула. Письмо родителям она заготовила уже давным-давно, но эльфы старались убедить её в том, что от письма может быть гораздо больше вреда, чем пользы. У них не было надёжного человека или эльфа, который доставил бы послание Сандбергам и передал из рук в руки, а любого случайного путника могли задержать Солнечные стражи на границе или люди из Ордена в городах. Раскрывать местонахождение уютного поместья, где поселилась компания изгоев, было опасно.

Умом Лиза понимала, что связи с семьёй могут навредить не только Гильдии призывателей, но и маме с папой, и Фреду, который вновь готовился держать выпускные экзамены, и младшим сестрёнкам. Если Орден подозревал семью в сочувствии к некромантам и прочим волшебникам, практикующим тёмное искусство, то неприятности не заставляли себя ждать. С теми, кто тайком общался с запретным культом призывателей или прятал в подполе детишек-полуэльфов с магическим даром, разговор был короткий – арест и чаще всего последующая казнь. При мысли об этом Лизу пробирала нервная дрожь, она вновь перечитывала своё послание и прятала его подальше в ящик письменного стола. Эльфы были правы. Но сердце девушки ещё недостаточно заледенело, несмотря на всё случившееся с ней. Она всё ещё тосковала по семье.

– Когда я смогу взять скелета с собой? – спросила Лиза, едва они вернулись к занятиям.

– Хоть сегодня, – рассмеялся Гаэлас. – Но я не стану помогать его тащить. Он должен идти за тобой сам!

– Он же не хочет ходить!

– Думаешь, тени Келларда так уж хотят служить ему? Поверь, если бы он хоть раз дал слабину, то они набросились бы на него и разорвали в клочки. Как львы и тигры разрывают иногда цирковых дрессировщиков.

Львов и тигров Лиза видела только на картинках книг, но о бродячих цирках знала: несколько раз артисты приезжали и в Фоллинге. Правда, маги из цветастого фургона оказались самыми настоящими шарлатанами, Фред быстро вывел фокусников на чистую воду, за что его едва не поколотили деревенские мальчишки, поверившие в «чудеса».

– Этот вряд ли на кого-нибудь набросится, – с сомнением сказала Лиза и обошла кругом шатающегося скелета. Кое-где на его ногах и рёбрах ещё оставались засохшие комья земли и налипшие травинки.

– Ошибаешься. Подчинённая нежить иногда выходит из-под контроля. Был один случай…

– Расскажи, ну пожалуйста! – девушка умоляюще сложила руки.

– Потом! – как можно суровее прикрикнул на неё отец. – Давай, ещё раз всё сначала. И не напрягай руки так, чтобы они тряслись, а то я подумаю, что ты боишься.

– Вот ещё, я не боюсь пустых черепушек!

Спустя полтора часа, когда язык Лизы уже заплетался от бесконечного повторения подчиняющих заклинаний, скелет вдруг соизволил сделать несколько шагов. При этом он зачем-то вытянул вперёд руки, растопырил веером костяшки пальцев и стал точь-в-точь похож на «игрушку некроманта» из «Пособия для искателей первого года обучения» авторства генерала Гвинты.

– Молодец, молодец! Давай ещё шажочек, мой миленький! – От радости Лиза чуть не захлопала в ладоши.

Скелет поднял ступню, да так и застыл на одной ноге, словно в глубоком раздумье. Прошёл миг, второй, а после он всё-таки рухнул на плиты древнего кладбища и рассыпался на кучу костей. Череп его треснул с одной стороны и подкатился к носкам Лизиных ботинок.

– Вот теперь он точно устал, – посмеялся Гаэлас. – Да и тебе на сегодня хватит, если хочешь ещё и гулять по сумраку.

– Разумеется, хочу!

Лиза терпеливо собрала все разлетевшиеся детали скелета и сложила их туда, откуда позаимствовала. Вместе с отцом они забросали песком и дёрном раскопанную могилу, ликвидировав все следы своего присутствия. Конечно, оставалась ещё и магия – опытный искатель без труда уловил бы в воздухе незримые колебания тёмной энергии, но искателей в этих краях не видели уже очень давно. Затерянная в глуши деревня, скорее всего, попросту не значилась на знаменитых картах Вольдемара Гвинты.

По дороге домой Лиза напомнила эльфу об обещанной истории, но заговаривать он не спешил. Заглянув в лицо отца, девушка поняла, что Гаэлас погрузился в состояние глубокой задумчивости и словно отрешился от всего происходящего, копаясь в далёком прошлом.

– Это было давно, Лизабет. У меня был слуга по имени Лейс, когда мы жили в замке Хранителей. Изворотливый и довольно-таки гадкий тип, он пару раз сбегал от меня и вёл какие-то сомнительные дела с людьми в Пределе…

– Ты говорил, что маму привёл тебе кто-то из твоих слуг, – вспомнила Лиза.

– Да, – усмехнулся эльф, – это был он. Мама рассказывала что-то о своей жизни после приюта?

Девушка почувствовала, что отец задал вопрос с какой-то напряжённой осторожностью.

– Она говорила, что убежала из приюта при церкви и некоторое время скиталась по Пределу в компании добытчиков портальных камней. А потом её нашли Солнечные стражи, и папа увёз её в Ольден.

Только теперь Лиза вдруг осознала, что в истории встречи родителей, которую она знала с детских лет, всегда недоставало одного звена. Мама не могла раскрыть тайны, а отец, оказавшийся приёмным, поддерживал в этом жену. Ведь и сейчас ни Фредерик, ни маленькие сестрёнки не знают о том, что Лиза сестра им только по матери. Если, конечно, родители не рассказали им… что очень трудно было представить.

– Лейс хотел подмазаться после того, как в очередной раз меня подвёл. Он похитил девушку и, угрожая ножом, притащил в лагерь Хранителей. Назвал её подарком для меня. Признаться, я простил его тогда. Сония заняла в те дни все мои мысли, я не мог думать ни о чём другом.

– Он ведь был лесным эльфом, да? – уточнила Лиза.

– Именно. Он почувствовал тебя в матери в тот день, когда приехали Солнечные стражи. Ни Сония, ни я ещё не знали, чем обернётся та зима, но Лейс с его природным чутьём… он увидел ребёнка. И рассказал мне, когда повозка Стражей скрылась из виду.

Сердце Лизы сжалось от сочувствия: она поняла, как тяжело некроманту было расстаться с любимой девушкой, зная, что та носит его дитя. Она осторожно взяла отца под руку, и дальше они шли медленно, прижавшись плечом к плечу.

– Ты не думал о том, чтобы вернуть её с дороги? – прошептала девушка.

– Нет, я знал, что Эдвин Сандберг не оставит её… и понимал, что Сонии не место среди эльфов, как и мне среди людей. И вот мы снова отклонились с тобой от темы. Лейс. Он не раз выручал меня в Ничейных землях. Отваживал голодных волков от моей палатки, по шуму деревьев определял, когда пойдёт дождь и откуда ждать неприятностей. Наверное, годы спустя, он устал от подозрительности и перестал во всём видеть подвох. Мои слуги, а кроме него и горничной, все мои слуги были поднятыми из могил мертвецами, знали, что трогать Лейса нельзя – у них был приказ.

Гаэлас вздохнул и покачал головой:

– Не знаю точно, что произошло – в тот день мы были слишком заняты с Тэроном, не вылезали из библиотеки. Он прилетел всего на пару дней, и у нас было так много работы, что мы не спали и почти ничего не ели. Но мертвецы вышли из-под контроля, а я не сразу услышал шум и крики. Я подозреваю, что Лейс прикоснулся к одному из артефактов, что хранились в моём кабинете… Скелеты убили его, а после и сами рассыпались в прах. Я нашёл моего бедного слугу под грудой книг, свалившихся со стеллажа. Он уже не дышал к тому времени.

– Что это был за артефакт? – тихо спросила Лиза.

Лес вокруг затих и замер. В предвечерней дымке не было слышно ни птиц, ни насекомых.

– Одна из тайных книг призывателей. Открыть их дозволено только посвящённым. Видно, Лейс забыл о том, что прикасаться к фолиантам в чёрных с серебром переплётах нельзя ни под каким предлогом, они связаны с владельцами магией крови. А скелеты восприняли его поведение как попытку навредить мне или ограбить… И проигнорировали приказ не трогать Лейса. К счастью, горничная в тот день взяла выходной и где-то гуляла со своим кавалером.

Гаэлас помолчал, бережно сжимая в руке ладонь дочери.

– Грустная история, – заключила Лизабет.

– Я чувствую, что виноват перед ним, и всё собираюсь однажды призвать его дух и расспросить о случившемся, но даже на это не нашёл времени до сих пор, – признался эльф.

– Когда мы починим Дорогу, то обязательно поговорим с твоим Лейсом.

– У тебя доброе сердце, Лиза, иногда я думаю, что мой дар достался тебе по ошибке. Ты должна была унаследовать способности матери или её предков, стать боевым магом или целительницей.

– Поверь, в моей семье родилось достаточно будущих магов и целителей, – улыбнулась Лиза, думая об огненном брате и сестрёнках с искрами белого пламени в крови.

– Меньше всего я хочу связывать тебя пожизненной клятвой и проводить этот ритуал. Видят боги, ты ещё слишком молода, чтобы заключать подобные сделки с тенями. А я не могу предвидеть, чего они потребуют от тебя, не могу внести эту плату заранее…

Гаэлас остановился и заглянул в глаза дочери, терзаясь сомнениями.

– Я хочу этого, – просто сказала Лиза. – И ты знаешь, что другого выхода у нас нет.

– Если бы ты была девственницей, то всё было бы куда понятнее. Многие волшебницы в истории Гильдии расплачивались невинностью за право получить дополнительную власть в междумирье. Кровь нетронутой девушки имеет особую силу.

Она почувствовала, как её лицо и уши вспыхнули краской смущения, и отвела взгляд.

– Это не то, чем я хотела бы, как ты сказал, расплатиться, – прошептала она. – Я отдала невинность тому, кого люблю, и не жалею об этом.

– Знаю, это звучит неприятно для человеческой девчонки, – согласился эльф, – но хотя бы предсказуемо. И не слишком сложно. А сейчас мы понятия не имеем, как всё обернётся и чем тебе придётся пожертвовать. Я всё же настаиваю на том, чтобы ты ещё раз подумала. Цена будет высокой.

– Я уже подумала!

Упрямство и бесстрашие Лизы помогли ей найти верного союзника в предстоящем деле – Келлард, который вызвался проводить ритуал, больше не высказывал сомнений по поводу способностей полуэльфийки. Он принял её сторону и всегда одёргивал острую на язычок Рин, беспокойную и заботливую Доннию и родного отца Лизы. Видно было, что призывателю хотелось поскорее разделаться с восстановлением сумрачного пути и отправиться на поиски сына в Трир. Хотя прежде он мечтал наведаться обратно в эльфийскую столицу и «преподнести сюрприз» принцу Лориону. Секретом маг делиться не желал, но каждый вечер запирался в отдельной комнате, гремел там склянками и бубнил никому не знакомые заклинания. Рин вызывалась помочь другу, но Келлард заявил, что справится сам.

– Двадцать один день уже прошёл, – мрачно сказал он во время традиционного ужина у костра.

Лиза с трудом могла поверить, что так быстро пролетели целых три недели!

– Через два дня, – решил Гаэлас и тяжело вздохнул.