Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Глава 29.

На следующий день от снега не осталось и следа. Тёплые ветры с моря проникли в зелёные от мхов расщелины гор и превратили Трир в истекающий талой водой чёрный камень. Лиза шла по дорожке через сад и чувствовала, как слякоть просачивается в неплотности её коротких сапожек, не предназначенных для хождения по лужам. Если бы не затопленный подземный проход, то из главного корпуса Академии можно было бы попадать в библиотеку, минуя улицу, а так вот уже много лет студентам приходилось и в дождь, и в снег топать с книгами и конспектами туда-сюда через старый академический сад. У бокового крыльца, с которого было удобнее попасть в аудитории факультета мистицизма, стояла вчерашняя блондинка Катрина и двое парней-второкурсников. Заметив Лизу, красотка притворно улыбнулась во весь рот и поинтересовалась:

– А где твоя чёрная подружка? Рисует кобру на песке? Ну а ты, что же, не умеешь творить проклятия?

Разумнее всего было притвориться, будто ничего не слышала, пройти мимо и не оборачиваться на смешки и фырканье. Лиза знала, что если долгое время делать вид, что не замечаешь шуточек и подколок, то шутникам становится неинтересно, и они выискивают себе другой объект для насмешек. В прошлом девушку иногда донимали расспросами деревенские женщины, приходившие к родителям в клинику: «Что ж ты такая бледненькая да тощенькая, неужто больная с рождения?», «Не кормят тебя, что ли, родители или сама не ешь?», «А что, в северных краях все детишки такими худосочными и востроглазыми рождаются?»

Случалось, говорили и другое – гораздо реже, шёпотом, с опаской. Сухая и жёлтая, как старая бумага, тётка Арла из Заречья не умела понижать голос так, чтобы её слова доносились только до ушей подружек на базаре. Скрипящий и свистящий голос её был слышен и в нескольких шагах от говорившей. «Девчоночку-то Солнечный страж из Предела привёз! Подобрал там в яме какой-то, где она еловыми ветками прикрытая лежала. А спасай – не спасай, на личике её написано, что проклятая кровь в ней! Только тс-с-с!»

Впервые услышав такие речи, Лиза не выдержала, кинулась к матери, расплакалась, припав к тёплой груди. «Мамочка, я родная тебе? Скажи правду, родная или нет?» Сония успокоила дочь и, кажется, вплела тогда в слова свои немало целительного волшебства. Она гладила Лизу по голове и приговаривала: «Родная, родная, не слушай никого и не думай об этом. Не думай…»

Послушная и тихая девочка забыла тогда этот разговор, но теперь, в Академии Трира, в чужом и далёком от родительского дома месте, она вдруг начала вспоминать обрывки, осколки шепотков и украдкой сказанных за спиной слов. Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт – подпишись на страничку в VK. Ей приоткрылся кусочек того раннего детства, о котором она совсем не помнила. Целебные заклинания забвения надёжно скрывали от неё нежелательное прошлое, поэтому до самой встречи с магистром Лиза и не думала сомневаться в своём происхождении. Теперь, когда она ежедневно практиковалась в теневой магии, никакие старые заговоры не были властны над её душой.

Вот и слова Катрины о проклятии всколыхнули в Лизе опасную волну, напомнили о непростом путешествии в Академию, о развязных и наглых разбойниках, возомнивших себя хозяевами дороги. В сравнении с бандитами второкурсница выглядела сущим котёнком.

– А ты много знаешь о проклятиях? – спросила Лиза, подойдя к белокурой красавице и заглянув ей в глаза.

Колючие искры нахальства тут же погасли в зрачках Катрины, на смену им пришли удивление и недоумение, а затем из самой глубины проступил и страх. Девушка скорее ухватила под руку одного из стоящих рядом кавалеров и потеребила:

– Эй, Вилис, ты не хочешь сказать что-нибудь?

Парень пожал плечами и сделал маленький шажок назад. Лиза отпустила взглядом побледневшую Катрину и посмотрела на Вилиса. Нет, этот был неплохой парень. В его помыслах не было той гадости, что заполняла хорошенькую, но бестолковую головку сокурсницы. Как-то раз Лизе пришлось побывать с Вилисом в паре на уроке стихийной магии, и она помнила, как осторожен был этот отпрыск одного из благородных семейств Трира, когда нужно было запускать в соперницу огненными и ледяными стрелами. И как восторгался её заклинаниями, уверенными и быстрыми.

– Да, скажи что-нибудь, – тихо повторила Лиза.

Как легко было читать намерения сверстников! Если бы можно было так же безошибочно угадывать мысли и чувства старших – магистра Тэрона, а особенно Велиора… Напускная непринуждённость лопнула вокруг Вилиса, как тонкая скорлупа. Юноша бросил виноватый взгляд на Катрину и пробормотал:

– Чего ты привязалась к ней? Лиза – хорошая девчонка, а в заклинаниях куда сильнее меня! Видела бы ты, как мы сражались… я ни разу не попал по ней, а она по мне – трижды!

Глаза Катрины с каждым последующим словом Вилиса становились всё более круглыми и выпуклыми, она не могла поверить в то, что слышит:

– Что ты несёшь, придурок?! Эй, Марко, а ты чего стоишь, как истукан?

Курчавый Марко вздрогнул, вытащил из-за спины потрёпанный блокнот и принялся лихорадочно перелистывать его с таким видом, будто на страницах был приготовлен список возможных ответов на вопросы белобрысой подруги.

– Дайте пройти, – сказала Лиза, и троица проворно расступилась, освободив проход к узкой двери.

– Постой! – Вилис нагнал девушку в тёмном коридоре и взял за плечо. – Я провожу тебя!

– Не надо, – она дёрнула плечом, сбрасывая его ладонь, и слабо улыбнулась. – Я привыкла ходить по Академии без сопровождения.

– Вот я и подумал, почему бы тебе не обзавестись сопровождением, а? – парень склонил голову, и у Лизы промелькнула мысль о том, что она нечаянно перестаралась. Похоже, под первым слоем лжи и неумело построенной защиты у мальчишки скрывалось что-то куда более мягкое и восприимчивое.

– Всё в порядке, Вилис, – заверила его Лизабет. – Правда. Не нужно провожать меня.

Он понуро кивнул и долго ещё стоял и смотрел ей вслед. Она чувствовала его взгляд на своём затылке до тех пор, пока не пришло время свернуть из коридора направо, на застеленную тёмно-синим ковром лестницу факультета мистицизма.

Профессор Альхана Блум сидела за своим столом в глубокой задумчивости. Перед ней на раскрытом журнале красовались пять причудливых бумажных птиц, сложенных предыдущей группой студентов. Лиза знала это упражнение: каждый из учеников складывал по заданной схеме фигурку и бросал в специальный ящичек, а тот, кому выпало держать испытание, должен был угадать, какая фигурка кому принадлежит. Сложность задания состояла в том, что нужно было распознать магические следы, которые тонкая бумага удерживала очень слабо и совсем недолго. К тому же, участвуя в подобных экзаменах, студенты часто волновались или нарочно вплетали в свои творения постороннюю магию. Были, разумеется, и хитрецы, которые договаривались заранее об условном знаке или пометке, но такие грубые нарушения чуткая преподавательница выявляла сразу.

Боясь потревожить размышления Альханы, Лизабет неслышно проскользнула мимо неё к скамейке у окна и достала из сумки приготовленный с вечера конспект – домашнее задание об энергоёмкости различных материалов. Краем уха девушка слышала, что из года в год домашние задания для первокурсников повторяются, а потому можно не тратить время и не вдыхать библиотечную пыль, а попросту взять у кого-то из старшекурсников сохранившиеся тетради с заданием и скопировать записи. Рассеянная профессорша наверняка не помнит конспекты слово в слово, а книги одни и те же – так говорили все соученики Лизы, но она всё равно отправилась в библиотеку и сделала собственные конспекты. Она доверяла только первоисточникам и своей интуиции, а полагаться на записи неизвестных ей старшекурсников считала делом недостойным будущего магистра мистицизма.

– Вам записка, Лиза, – не отрываясь глазами от пометок в журнале, сообщила госпожа Блум.

Девушка вздрогнула от неожиданности и увидела, что в пальцах женщины зажат сложенный вчетверо листочек плотной бумаги. Не было ни печати, ни клея, а потому легко можно было предположить, что содержимое записки не представляет собой тайны.

– Благодарю, профессор, – вежливо прошептала Лиза и вернулась на своё место.

Её кольнуло странное предчувствие. Несмотря на сухой, лаконичный язык и резкий угловатый почерк, которым были начертаны строчки послания, за этой сдержанностью скрывалось что-то невероятно важное. Иначе магистр Тэрон не стал бы оставлять ей письменных указаний.

«Жду в пять часов после полудня на площади у фонтана. Пойдём в замок. Причешись. Т.»

Лиза немедленно вскинула глаза на часовую спираль, размещённую на стене – такие были в каждом из практических классов. До встречи оставалось ещё больше двух часов. За это время урок мистицизма успеет начаться и закончиться, а вот на вечернее занятие в лаборатории Велиора пойти уже не получится.

Она вздохнула, вспоминая вчерашнюю встречу с эльфом, помимо своего желания ощутила волнение и тоненькие уколы страха в самое сердце. С ровесниками Лиза не могла найти общих тем для разговора. При всём желании иметь друзей она попросту не могла с такой лёгкостью растворяться в болтовне о мальчишках, платьях и украшениях, как это делали Моника, Катрина, Сельма, Лина и другие знакомые девушки. После расставания с семьёй и – главное – братом Фредериком, с которым Лиза прежде не разлучалась с самого рождения, её отдушиной стали магические книги и общение со взрослыми магами. Каким бы строгим и сердитым ни казался магистр Тэрон, он принимал её такой, какая она есть, в то время как та же милая и весёлая Ника то уговаривала Лизу сменить серёжки и причёску, то умоляла пойти с ней на ночную вечеринку к одному из сокурсников, что жил в городском особняке, то сокрушалась, что подруга целыми вечерами сидит над уроками.

Поначалу было легко и с Велиором. Первое знакомство, исследование древнего города, полные загадок закоулки старой Академии – всё это приводило Лизу в тихий восторг, который эльф разделял с ней, держа её за руку и с удовольствием рассказывая о том, что ему было известно о Трире. Но теперь, после долгой разлуки и последующего отчуждения, всё изменилось. И их вчерашнее резкое сближение было непривычно, неловко и причиняло постоянное беспокойство. Трудно было сосредоточиться на занятиях, когда от малейшего воспоминания о прошлом вечере вспыхивали губы и щёки. Один только магистр, наверняка и не моргнув даже своим птичьим глазом, сходу предостерёг мастера алхимии о том, чтобы они не слишком-то увлекались своими чувствами. Должно быть, легко свысока рассуждать о любви, когда ты оборотень-птица и могущественный волшебник!

– …Послание, – раздалось над головой Лизы, и она опомнилась.

Профессор опустила на предметный столик перед ней овальный зеленоватый камень. Хорошо, что при всей склонности к погружению в себя и умении становиться совершенно глухой к внешнему миру, Лиза умела быстро ориентироваться в сложившейся ситуации и соображать, что он неё требуется. Так было с тех самых пор, когда она впервые почувствовала в себе дар и принялась проводить крохотные эксперименты: концентрировать внимание, чтобы заморозить лужицу воды у крыльца или перекатывать взглядом по столу горошины, которые мать рассыпала, чтобы перебрать.

Задание заключалось в том, чтобы поместить в камень короткое послание для сокурсника. Округлые куски горных пород не походили на настоящие, вместительные конкременты памяти, которые использовали для записи мыслей и воспоминаний могущественные маги, но сформировать и записать короткое послание они позволяли. Лиза нахмурилась, разгоняя посторонние мысли и пытаясь сосредоточиться на задании – ей нужно было сообщить напарнице о том, что сегодняшние вечерние посиделки в студенческой столовой отменяются, но перед глазами всё время всплывал образ мастера Велиора.

Вот они стоят на балконе и смотрят, как в лунном свете поблескивают крылья улетающих прочь птиц. Вот он заботливо укутывает Лизу в тёплую мантию, застёгивает застёжку на шее и прижимает девушку к себе. Вот целует её, а после… говорит, что им нельзя по-настоящему быть вместе, потому что… Нет, она вовсе не расстроилась из-за странного разговора о её девичестве и крови, напротив, это маленькое откровение разбудило в ней интерес. Ей хотелось поскорее найти возможность, чтобы проверить эту занятную кровяную теорию. Сможет ли она заставить двигаться мёртвое тело, не истратив при этом ни капли собственной крови, пользуясь только врождённым даром? И если да, то означает ли это, что она может встречаться с эльфом по-настоящему, а не только прогуливаться под луной, держась за руки?

– Тот, кто создал это послание, – звонко сказала девушка, которую Лиза уже несколько раз видела на уроках профессора Альханы, – думал о любви и о смерти!

В ладони русоволосой студентки красовался камень Лизы. Она тут же узнала его по чёрной паутинке прожилок, что рассекала минерал посередине.

– Слишком расплывчато, Гвендолин, – строго сказала преподавательница и пристально посмотрела на ученицу. – В чём заключается послание?

– Наверное, это камень Марко! Он ведь у нас до смерти влюблён! – громко прошептал кто-то из парней, и студенты засмеялись.

Несмотря на то, что шутка была обращена не к ней, Лиза слегка покраснела. Марко и вовсе вспыхнул и запустил в шутника электрической искрой, отчего тот вскрикнул и свалился со стула. Профессор постучала линейкой по столу, призывая класс к порядку:

– Что вы хотели сообщить в послании, Лиза?

– Я хотела передать подруге, что не приду на ужин сегодня вечером, – ответила девушка.

– Для того, чтобы поместить информацию в носитель, – напомнила Альхана, поднимаясь с места и расхаживая перед притихшими учениками, – недостаточно лишь прокрутить в голове мысль и сжать в ладони камень. Прежде всего вы должны перевести своё послание на язык образов, простых и ярких, а после – усилием воли заставить камень или другой предмет впитать ваш мысленный слепок с этих образов. Сконцентрировать поток намерения и направить его в самый центр носителя!

– При помощи послания можно кого-нибудь убить? – вдруг спросила Лизабет, поспешно записывая что-то в тетрадь.

Кто-то принялся перешёптываться, кто-то скрипнул стулом.

– Разумеется, – ответила профессор Блум, – все вы слышали о проклятых вещицах, сгубивших немало людей. Если послание представляет собой сконцентрированное проклятие, то оно может убить того, кто прикоснётся к такому предмету. К счастью, заряженные тёмной магией артефакты не так уж сложно распознать, имея магическое образование и некоторый практический опыт.

– А как обезвреживают проклятые вещи? – спросил недавний шутник. – Возможно ли развеять чёрное колдовство?

– Возможно, – кивнула преподавательница. – Причём, различными способами, о которых мы будем разговаривать с вами на третьем курсе обучения.

Лиза покусала перо и добавила ещё пару строк к своей поспешной неразборчивой записи. Лекции она всегда старалась записывать аккуратно, начисто, чтобы не пришлось потом путаться в каракулях, а вот на практике чиркала в тетради кое-как. Никому не пришло бы в голову попросить записи её семинаров для переписывания – и это было замечательно. Сейчас она сделала для себя пометку «спросить В.»

Если существуют особые заклинания для проклятых предметов… что, если существует и способ нейтрализовать тёмный дар в крови мага? Она и не подозревала, как скоро ей понадобится её дар. Как скоро она осознает, что ни за какие блага мира живых она не расстанется со своими способностями к некромантии.

***

Ужин накрыли в уютной небольшой комнате, освещённой тёплым светом восковых свечей. На улице ещё не было темно, но плотно задёрнутые бархатные гардины тёмно-вишнёвого цвета создавали ощущение, будто за окнами уже царствует ночь. Графиня Агата какое-то время держалась натянуто и церемонно, отдавала короткие распоряжения слугам и бросала на Тэрона обеспокоенные взгляды пронзительных изумрудных глаз. Магистр делал вид, будто не замечает никакой настороженности, ловко управлялся с истекающим кровью стейком и всем своим видом старался подбадривать притихшую Лизабет.

Лиза не понимала, для чего ректор привёл её в замок, и как требуется себя вести в обществе графини. Изысканно украшенный салат из морских креветок и светло-зелёных кусочков какого-то неведомого овоща показался девушке совсем несъедобным, а потому она осторожно отрывала крошечные кусочки слоёного пирога и запивала их водой. Помимо магистра и хозяйки замка за столом сидела также хрупкая эльфийка Тесса, которую Лиза уже видела осенью на приветственном балу и однажды встретила у дверей кабинета Тэрона. Девушка потягивала шипучее яблочное вино и пребывала в каких-то своих размышлениях, поскольку церемонный разговор старших не увлекал её, а на Лизу эльфийка не обращала ни малейшего внимания, словно её и не было в полутёмной бархатной зале.

Скрипнул механизм часов – Агата Флеминг вскинула голову и жестом велела замершим в отдалении слугам убираться прочь. Только сейчас Лиза заметила, что совсем рядом со столом находился ещё один эльф – стройный парень в неприметной тёмной одежде.

– Вы знаете, что делать, – понизив голос, сказала графиня эльфам. – Иди, Тесса.

Златоглазая Тесса бесшумно выбралась из-за стола и – Лиза успела заметить этот крохотный жест – что-то взяла из пальцев графини и коротко поклонилась. Закрылись тяжёлые двери, и в тот же миг словно лопнула натянутая струна. Агата Флеминг стала вдруг похожа на живого человека, а не на тщательно продуманную в деталях фарфоровую куклу с застывшим лицом.

– Говори, Тэрон. Твоя ученица имеет право знать правду, прежде чем мы попросим её о помощи.

Магистр порывисто отхлебнул вино из бокала, затем сорвал с груди белоснежную салфетку, промокнул ею губы и отбросил прочь:

– Мы получили информацию о том, что Орден Инквизиции готовится к походу на Трир, – на одном дыхании произнёс Тэрон. – Высший Совет одобрил это мероприятие и выделил генералу Гвинте подкрепление из королевской гвардии.

Лиза тревожно вглядывалась в две пары тёмных глаз и не понимала, чего от неё хотят. Графиня Агата подошла к девушке и склонилась к её лицу:

– Армия моего города невелика, а у Академии вся защита состоит из нескольких престарелых магистров, – прошептала она. – Мне нужен совет.

– Чей совет? – еле слышно спросила Лиза.

– Моего предка. Деда по отцовской линии. В прошлом я уже обращалась к нему с просьбами, и он всегда отвечал мне благосклонно, – женщина обеспокоенно покусала губы. – Уверена, что не оставит меня без указаний и в этот раз.

Магистр Тэрон безотрывно смотрел на ученицу, ожидая, когда она, наконец, догадается.

– Вы хотите призвать его дух? – взволнованно поднимаясь с места, промолвила девушка.

– Именно! – подтвердила госпожа Флеминг. – Твой отец не раз оказывал мне подобные услуги, но он сейчас далеко. Придётся тебе помочь мне, девочка. Твой дар направит тебя по верному пути, а там, где не хватит знаний, поможет твой учитель.

– Как же мне это сделать? – спросила Лиза и огляделась по сторонам.

В комнате не было никаких приспособлений или атрибутов для призыва. Да что там, она и понятия не имела, как должны были выглядеть все эти вещи призывателей!

– Мы пойдём в фамильный склеп Флемингов, – сказала графиня. – Там есть всё необходимое.

Глава 30.1.

Лиза покорно следовала за старшими по мрачным коридорам замка. Она оглядывала грубые тёмные кирпичи стен, высокие потолки, массивные цепи, с которых свисали старинные держатели для факелов и свечей, и силилась представить себе того сурового и мрачного человека, что построил этот замок. Знал ли этот давний предок рода Флемингов о том, что такое настоящий домашний уют, или всю свою жизнь он проводил только в военных походах? Девушка невольно приостановилась в одной из галерей напротив распахнутого окна и прислушалась: ветер приносил с запада отдалённые крики чаек и низкий, глубокий гул бушующего моря. В Академии, заботливо укрытой со всех сторон горами и лесом, не было слышно этих звуков. Некоторые приезжие студенты долгое время и не подозревали, что за серыми скалами Трира располагается край света, за которым на сотни миль простирается бескрайнее море. Скалистые утёсы и подводные острые камни не позволяли городу построить собственный порт – со стороны моря Трир оставался доступен лишь птицам, живущим в Вечных горах.

Магистр Тэрон и графиня Агата переговаривались так, что Лиза не могла разобрать ни одного слова, сколько ни прислушивалась, но тон разговора с каждой минутой становился тревожнее и тревожнее. Девушка невольно впитывала в себя доносившиеся интонации и начинала понимать, что гордая и властная правительница западной окраины Веллирии на этот раз обеспокоена всерьёз. Когда они спустились во внутренний двор и направились по мощёной гранитными плитами дорожке к усыпальнице Флемингов, Агата обернулась к Лизе и окинула её хмурым взглядом:

– Хочется верить, что тебе хватит сил, дитя.

К тому, что все считали её немощной и беспомощной, Лиза привыкла ещё в родном Фоллинге. Особенно на это обращали внимание, когда они появлялись где-то вместе с румяным и жизнерадостным Фредом. Здесь же, на краю света, надеяться можно было только на учителя. Казалось, он был единственным, кто по-настоящему понимал, что за сила заключена в хрупком теле Лизабет. Быть может, ещё Велиор, но он слишком бережно относился к подруге и наверняка вызвался бы сейчас помочь ей, если бы был рядом.

Надёжно укрытый внутри стены механизм зашуршал и заскрипел песком, отзываясь на прикосновение печати рода Флемингов. Графиня Агата удерживала тяжёлую табличку с зачарованной гравировкой в специальном углублении до тех пор, пока створки каменных дверей не раздвинулись окончательно. В лицо Лизе пахнуло застоявшимся ароматом бальзамических масел, прогорклым и сладким. Уши словно заложило ватой – в гробницу вёл узкий проход, со всех сторон укрытый толщей непроницаемого камня. Нет, она не считала себя пугливой, но притаившаяся впереди плотная тьма будто сопротивлялась нежданному вторжению, неохотно расступаясь перед зажжённым факелом. Огонь удерживал тот самый эльф, что безмолвно стоял позади стола во время ужина. Он и теперь оставался молчалив, и на его бледном лице выражалось только хмурое сосредоточение.

Лиза почувствовала, что ей не хватает воздуха, а сердце сжимается от тревоги и волнения. Только теперь она в полной мере осознала, что от неё требуют невозможного – обратиться к могущественному духу предка Агаты, не имея ни опыта, ни знаний настоящего некроманта. Графиня сказала, что тот, кто помогал ей раньше, находится далеко, и Лиза вновь испытала сильное желание увидеть того, кого все здесь считали её настоящим отцом. Если бы только этот загадочный эльф был рядом и поведал ей о том, как надлежит разговаривать с духами умерших!

Дедушке Дагниру Флемингу была выделена отдельная комната в усыпальнице, войдя в которую, Лиза сразу ощутила на лице дыхание едва заметного сквозняка. Духота отступила. Вязкие запахи пряных масел остались висеть за спиной. Магистр Тэрон вложил в руку ученицы маленький флакончик и на миг склонился к её уху:

– Ты знаешь, как этим пользоваться. Всё остальное сделает твой дар.

Она почувствовала, как цепкие птичьи пальцы учителя щёлкнули застёжкой на её шее – защитный амулет скользнул по груди и упал в раскрытую ладонь магистра. Лиза на ощупь вытащила крохотную стеклянную пробку из бутылочки и быстро проглотила содержимое, даже не поморщившись от его отвратительной горечи. Знакомая волна ощущений накрыла её с головой – мир словно раскрылся, распахнулся перед ней множеством недоступных прежде измерений. Она слышала отзвуки незнакомых голосов, стук и шарканье бесчисленных шагов, видела следы рук и губ на отполированном камне усыпальницы. Теперь она знала – всё это были магические следы, которые хранил с виду безучастный камень.

На низеньком постаменте девушка заметила высохший букетик цветов, оплывшие и покрытые пылью свечи, а рядом – небольшой аккуратный кинжал с резной ручкой из кости. В отличие от других предметов, кинжал находился здесь недавно. Лиза аккуратно прикоснулась к узорчатой рукоятке и улыбнулась, определив следы прикосновения тонких эльфийских пальцев Тессы. Кровь. Конечно, обратиться к тёмному дару при помощи крови было интуитивно понятно и не так уж сложно – она уже делала это и помнила, как сокрытая внутри сила отозвалась с первыми упавшими в землю каплями крови.

– Гаэлас использовал мою кровь в прошлый раз, – сказала графиня и протянула Лизе руку. – Давай, девочка, попробуй! Дагнир всегда отзывался на наш зов…

Легко сказать «попробуй», особенно если нужно перед этим полоснуть по руке правительницу города и всех прилежащих земель! Лиза оглянулась на магистра, который застыл поодаль тёмным силуэтом на фоне светлого мрамора гробницы. Сейчас он особенно был похож на своё птичье обличие – руки сложены за спиной, голова в любопытстве склонилась набок, глаза хищно вцепились в ученицу… Обнажив лезвие, девушка прикоснулась им к нежной коже Агаты, после чего прикрыла глаза и надавила. Тёмно-алая струйка поползла по руке, и едва первая капля крови упала на тяжёлую крышку саркофага, как воздух в гробнице содрогнулся и затрещал, будто был напитан электрическими разрядами.

– Кто посмел проливать здесь кровь моей дорогой внучки?

Лиза увидела взметнувшегося к потолку духа, окутанного голубоватым сиянием. В руке его был длинный меч, который быстро нашёл свою цель – направился прямо в солнечное сплетение начинающей некромантки. Она сделала шаг назад и выкрикнула формулу защитного барьера. Удивительное дело, сквозь теневой щит можно было разглядеть восставшего духа во всех подробностях. Умерший не был дряхлым стариком. Его густые длинные волосы и окладистая борода серебрились призрачными нитями в тёмном подземелье, на месте глаз горели синие магические огоньки.

– Ха! – почти радостно воскликнул дух, опуская оружие. – Ты заодно с Агатой и ты… юное дарование Гильдии призывателей, верно? Как твоё имя? Я имею привычку записывать имена всех посетителей моего замка! У меня собралась уже большая коллекция, правда, почти все в этом списке давно уже мертвецы, хаха!

– Помоги своей внучке, Дагнир Флеминг, а потом я представлюсь! – решительно сказала Лиза.

– Все маги страшные хитрецы! – зашипел призрачный воин, описывая круги вокруг своих призывателей. – Что ж, спрашивайте! Времени мало…

Странным образом Лиза и сама чувствовала, как драгоценные мгновения пронизывают всё её тело и утекают прочь. Каждая секунда уносила с собой частичку её силы.

– Войско Инквизиции готовит вторжение в наши земли, как мне защитить людей и город? – выкрикнула графиня.

Дух остановился и замер. Там, где он был за миг до этого, остался светящийся призрачный след.

– Обратись за помощью к птицам – в прошлый раз они помогли выиграть сражение! – поразмыслив, прошелестел Дагнир Флеминг.

– Птицы выясняют отношения с эльфами. Эльфийский принц похитил дочь птичьего правителя! – возразила Агата.

– Ха-а, – выдохнул дух. Он заметно побледнел, но характера у него не убавилось. – Птички упорхнули, Гильдия призывателей уничтожена, Солнечные стражи Трира облачились в чёрное… Тьма, тьма наступает на мои земли!

– Что же делать, дедушка?! – в отчаянии воскликнула графиня.

Лиза почувствовала, как слабеют ноги. Магистр Тэрон стоял за спиной и придерживал ученицу за плечи.

– Отпускай его. Разрывай связь! – строго сказал он в самое ухо Лизы.

– Сейчас, да… – она вдохнула, собралась с силами и послала угасающему духу новую порцию своей магии.

– Хорошо, хорошо, – оживлённо воскликнул Дагнир. – Что делать, что же делать?! Найти союзников, разумеется. А для начала починить старый мост! В город только два пути: по воздуху и по мосту, а ваш старый генерал Гвинта пока ещё не отрастил себе крылья, насколько я знаю!

– Заканчивай, – Тэрон больно стиснул руку ученицы, – ничего нового он не сказал!

– Никто не придёт на помощь, дедушка, Высший Совет и Орден Искателей держат все провинции под контролем! – в голосе Агаты слышались слёзы отчаяния.

– Если живые не могут тебе помочь, обратись к мертвецам! – вскричал рассерженный допросом предок. От его бороды, волос и одежды уже отлетали во все стороны клочья тумана. – Отпусти меня, девчонка и выполни сделку!

– Меня зовут Лизабет, – сказала девушка. – Я отпускаю тебя.

К её удивлению, дух не исчез:

– Ну а фамилия? – шипящим шёпотом вопросил он. – В моей коллекции все имена с фамилиями! Сорок три волшебника были гостями этого замка!

– Лизабет Сандберг, – ответила она. – А теперь уходи!

– Ты понравилась мне, маленькая лгунья, – весело прошелестел дух над самой головой девушки. – Эта фамилия тебе не принадлежит, но я запишу её в свои архивы. Прощай!

В то же мгновение Дагнир Флеминг растворился в воздухе и усыпальница, окутанная призрачным светом, погрузилась в неприятную тьму. Лиза медленно опустилась на пол и вытерла выступивший на лбу холодный пот. Перед глазами метались отсветы потустороннего огня, в ушах звенели несуществующие голоса.

– Бесполезное мероприятие, – заявил Тэрон, присев рядом с ученицей и сунув факел едва ли не ей в лицо. Лиза испуганно отшатнулась. – Он узнал от нас больше, чем мы от него!

– Мне жаль, – прошептала Лиза.

– Он сказал починить мост и заключить союз с мертвецами, – размеренно и холодно произнесла графиня Агата, к которой уже вернулось самообладание. – Мы так и сделаем, друзья мои. Мы попросим о помощи тех, кто никогда не спит. Кто не боится. Тех, кто не предаст меня, когда все другие кинутся спасать свои жизни.

– Вампиры, – магистр поднялся на ноги и встретился глазами с Агатой. Она улыбалась.