Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 141 (всего у книги 304 страниц)

Свечение в глазницах Ширайи потускнело до едва заметных искорок. Разрушение алтаря лишило лича большей части магической энергии. Он резко потерял высоту, спланировав вниз с неконтролируемой скоростью. В последний момент ему удалось выровнять полёт и зависнуть в пяти метрах над ледяной поверхностью. Выше подняться уже не получалось – силы едва хватало удерживаться на этой высоте.

К счастью, золотистая аура вокруг Коэля начала блёкнуть и рассеиваться. Срок действия ультимативной способности истёк. Командир попытался повторить акробатический трюк, оттолкнувшись от поверхности для новой атаки, но без должного усиления он лишь подпрыгнул всего на полметра.

Ширайя воспользовался заминкой противника и принялся метать левой рукой сосульки. Большинство снарядов, как и прежде, рассеивалось при попадании, но холод накапливался, проникая сквозь сочленения доспехов.

Коэль пытался дотянуться до бердыша, лежащего в нескольких метрах, но конечности слушались плохо: холод сковывал мышцы.

По моему лицу расплылась улыбка. Ещё совсем чуть-чуть – и мы свободны!

Глава 24

Настроение было хорошим не только у меня. Коэль прекратил попытки ползти и перевернулся на спину. Он внезапно хрипло засмеялся, при этом кашляя, затем поднял вверх окоченевшие руки и хлопнул в ладоши.

БУ-У-УМ!

Ударная волна чудовищной силы прокатилась по подземелью. Нас швырнуло назад вместе с деревянной перегородкой, которая разлетелась на куски. Я ударился о камень затылком и спиной, но Такеши пострадал больше. Массивная балка от перегородки переломила позвоночник скелета чуть ниже рёбер. Верхняя половина друга беспомощно ворочалась на полу, пальцы скребли по камням в попытке подтянуться вперёд. Череп остался цел, а значит, Такеши жив!

Повернув голову, я заметил Тлишку, съёживавшуюся у стены. Девушка зажимала уши ладонями, алые струйки крови вытекали из ноздрей.

– Черныш, за мной!

Пёс выскочил из тени, встряхнувшись и разбрасывая пыль с шерсти.

Сейчас больше всего меня волновала судьба Ширайи. Пальцы торопливо расстёгивали крепления коньков. Сомневаюсь, что они теперь пригодятся: взрывом наверняка весь каток превратило в груду обломков. Босые ступни лучше справятся с неровной поверхностью.

Выбравшись из секретной пещеры, я замер, созерцая последствия второй ультимативной способности класса «Разрушитель». То, что предстало взгляду, напоминало результат бомбардировки. В грот будто баллистическая ракета угодила. Хаотичные нагромождения камней вздымались повсюду, перекрывая проходы. Некогда ровная ледяная поверхность превратилась в крошево. Книжный шкаф Ширайи погребли обломки потолка, от кресел и прочей полезной мебели остались жалкие щепки.

Среди разрухи мелькнула обнажённая фигура. Коэль выбирался из-под завала с непринуждённостью человека, встающего с постели после крепкого сна. Светящиеся узоры, оказывается, покрывали не только лицо и плечи представителей его расы. Витиеватые плетения спускались по груди, обвивали руки спиралями, стекали по бёдрам и голеням.

Вся экипировка, включая легендарную броню, испарилась в эпицентре взрыва, источником которого послужила сама личность. Теперь я знал, почему Тлишка никогда не видела второго ультимативного навыка Коэля, и ясно представлял, на что способен один высокоуровневый Скард.

На лице врага расцвела идиотская ухмылка. Он сделал несколько неспешных шагов, разминая мышцы, затем наклонился к груде обломков. Пальцы обхватили древко бердыша и мощным рывком извлекли оружие из-под камней. На беду, рукоять уцелела, а лезвие не имело ни единой зазубрины. Скорее всего, дело в префиксе «неразрушимое», прямо как у моего гравиэспадрона.

Навык маскировки позволял мне оставаться незаметным. Когда Коэль развернулся, изучая развалины, я скользнул за груду обломков. Черныш в это время заходил с другой стороны, и глаза его не отрывались от обнажённой спины врага.

Отсюда открывался вид на цель движения противника. Ширайю погребли крупные валуны, обрушившиеся с потолка. Из-под каменного саркофага торчала верхняя часть грудной клетки лича, обтянутая старым тряпьём. Пальцы левой руки судорожно шевелились, царапая породу. Череп поворачивался из стороны в сторону, в глазницах едва теплились угасающие искры.

Коэль остановился над поверженным личом и покачал головой.

– Ух, как дорого мне обошёлся поход в эту дыру. Ладно, будет что рассказать девицам в таверне. Ха-ха!.. А теперь ты сдохнешь, мразь!

Мои пальцы нащупали среди обломков увесистый булыжник. Запустил его в спину противника и, не дожидаясь результата, покинул укрытие.

– Не так быстро! Теперь только ты и я, один на один!

Коэль развернулся, его глаза загорелись предвкушением. Мышцы на обнажённом теле напряглись, готовые к броску.

– Ах-ха-а! Ну вот ты и попался!

Здоровяк ринулся вперёд. Его внимание полностью сосредоточилось на мне, что позволило Чернышу незаметно зайти с фланга. Питомец оттолкнулся задними лапами, взмыв в прыжке. Клыки нацелились в незащищённое горло врага.

В последний момент периферийное зрение Коэля уловило движение. Его нога взметнулась в идеальном хай-кике. Удар пришёлся точно в череп пса. Черныш пролетел через весь грот и врезался в дальнюю стену. Тело Черныша сползло на пол, веки закрылись, лапы безвольно раскинулись в стороны.

Я активировал рывок одновременно с замахом шестопера, целясь в висок противника. Воздух рассекло навершие булавы, но Коэль уже сместился в сторону плавным движением танцора. Его контратака обрушилась серией молниеносных ударов. Лезвие бердыша прошло через моё левое плечо, отделяя руку от туловища. Второй взмах отсёк правую конечность. Следующий удар лишил ног чуть выше колен.

Моё изуродованное тело рухнуло на каменный пол жалким обрубком. Пальцев больше не существовало, чтобы смягчить падение.

Тень Коэля накрыла меня. Он поставил ногу на мою грудь, прижимая к полу.

– Сперва унижение, достойное таких дохляков, как ты, а потом располовинивание!

Его рука потянулась к паху. Пальцы обхватили кривой пенис, готовясь осквернить поверженного врага струёй мочи. В глазах плясало безумное веселье садиста, получающего удовольствие от власти над беспомощной жертвой.

Выбора не оставалось, и я активировал единственный доступный навык, который до сих пор считал бесполезным хламом. «Удар головой» сработал на удивление эффективно – тело пружиной подбросило вверх, и лоб с размаху врезался в челюсть Коэля. Послышался хруст ломающейся кости. Выбитые зубы со звоном отскочили от камней, разлетаясь в стороны.

После удара я снова шлёпнулся на землю, беспомощно дёргая обрубками конечностей.

– Чёртов попрыгун…чик! – прошепелявил Коэль сквозь сломанную челюсть. Кровь струилась из разбитого рта, капая на землю. – Пора заканчивать.

Бердыш поднялся над его головой для решающего удара. Время замедлилось. В сознании промелькнули обрывки воспоминаний. Первый день в полицейской академии, когда отец хлопнул по плечу со словами «горжусь тобой, сынок». Мама, встречающая дома пирогом с яблоками. Калиэста, смеющаяся над моей неуклюжей попыткой станцевать медленный танец…

Внезапно в плечо Коэля врезался магический сгусток, разбрызгивая сине-зеленые искры. На коже мгновенно расцвела багровая гематома. Командир покачнулся, сделав пару шагов назад.

Повернув голову, насколько позволяло положение, я увидел Тлишку в проеме секретной пещеры. Девушка стояла, широко расставив ноги для устойчивости. Ее посох втягивал энергию из окружающего пространства, создавая воронку мерцающего воздуха. Древко вибрировало в руках, накапливая силу для следующего заклинания. Лицо Тлишки выражало странную смесь решимости и глубинного ужаса. Но она не отступала.

Воздух вокруг нас закрутился спиралью. Небольшое торнадо материализовалось в паре метров от моего тела, втягивая в себя каменную пыль и мелкий щебень. Воронка гудела и свистела, но серьезного урона не причиняла.

Коэль сплюнул кровавую слюну сквозь разбитые зубы. Его глаза прищурились, когда он перевел взгляд на хрупкую фигуру волшебницы.

– Ах ты мелкая пакостница! Затрахаю до смерти!

Он широкими шагами двинулся к девушке с небрежно покачивающимся в правой руке бердышом. Плечи расправились в предвкушении новой забавы. Коэль решил, что разобрался со всеми угрозами. Напрасно.

Настал момент продемонстрировать мою «суперспособность».

Навык «Сшитый заново» повышен до 23 уровня.

Отсеченные конечности зашевелились среди обломков. Левая рука поползла к плечу, подталкиваемая невидимой силой. Правая проделала аналогичный путь с противоположной стороны. Ноги перекатились через камни, устремляясь к культям бедер. Плоть срасталась в местах разрубов, восстанавливая целостность тела. Гул торнадо полностью маскировал хлюпающие звуки регенерации и скрежет костей, вставших на место.

За считанные секунды мое тело восстановилось. Пальцы сжались в кулаки, проверяя подвижность.

Активация «Рывка» превратила меня в снаряд. Расстояние до Коэля сократилось мгновенно. Инерция разгона усилила удар, когда навершие шестопера обрушилось на затылок врага.

ХРУСТЬ!

На бритой голове образовалась вмятина размером с кулак. Бердыш выскользнул из ослабевших пальцев и прокатился по полу.

Коэль рухнул на колени. Его ладони шлепнулись о камень в попытке удержать равновесие.

УДАР! УДАР! УДАР!

Голова Коэля превратилась в бесформенное месиво. Руки и ноги забились в предсмертных конвульсиях. Тело дернулось последний раз и замерло. Узоры на коже потускнели, превращаясь в обычные серые линии.

– Тлишка, проверь, как там Такеши.

Девушка опустила посох. Вихрь рассеялся, а оседающая пыль закружилась в пространстве цветными мотыльками в свете биолюминесцентных корней. Она коротко кивнула и поспешила к секретной пещере, перепрыгивая через обломки.

Я устремился к завалу, где покоился Ширайя. Валуны громоздились друг на друга, образуя каменный курган.

– Старина, ты живой там?

– Живой, – прохрипел он еле слышным голосом. – Принеси мне побольше черепов. Нужно построить зиккурат!

Первой мыслью стало, что взрывная волна выбила из старика последние остатки рассудка. Но потом до меня дошло. Алтарь служил источником его магической силы. Без подпитки лич не мог даже пошевелиться под тяжестью камней.

Остатки разрушенного зиккурата рассыпались по всему гроту. Я метался между обломками, выискивая уцелевшие черепа. Некоторые раскололись на фрагменты, другие превратились в костяную муку. Но десяток-другой сохранил относительную целостность. Я складывал находки возле торчащей из завала ладони Ширайи.

Костлявые пальцы едва заметно шевельнулись. Из них потекла тусклая дымка маны, обволакивающая черепа. Останки притягивались друг к другу и складывались в пирамиду.

Когда зиккурат достиг высоты пояса, накопленной энергии хватило для освобождения. Кости Ширайи заскрежетали, протискиваясь между валунами. Каменные глыбы неохотно расступались. Лич выбрался наружу и завис над землей, тяжело покачиваясь.

Такеши подтянулся к нам, работая одними руками. Челюсть яростно щелкала от злости на собственную беспомощность.

Следующим пунктом проверки стал Черныш. Тело пса неподвижно лежало у дальней стены. Я опустился на колени рядом, положил ладонь на бок питомца. Под пальцами ощущалось едва заметное движение. Черныш дышал! Вернее, имитировал дыхание по старой привычке живого существа. Веки дрогнули, приоткрывая мутные глаза.

На душе сразу стало легче. За время странствий по некрополю я привязался к псу сильнее, чем готов признать. Мысль о возвращении в человеческое тело омрачалась пониманием, что Черныш останется здесь, в подземелье, продолжая существование в шкуре нежити.

Отогнав меланхоличные думы, я попросил Ширайю призвать зомби. Мертвец выполз из портала, шатаясь и натыкаясь на камни. Я оторвал ему руку резким движением. Гнилая плоть легко отделилась от плеча. Черныш с аппетитом вгрызся в подношение, перемалывая кости мощными челюстями. После перекуса силы вернулись к питомцу. Он поднялся, отряхнулся и лизнул мою ладонь шершавым языком.

– Мы победили! – радостный возглас Тлишки эхом отразился от стен грота.

Девушка подпрыгнула на месте, светящиеся узоры на ее коже вспыхнули золотым. Но восторг быстро сменился недоумением. Она наклонила голову, брови сошлись к переносице.

– Но почему вы до сих пор не вернулись в живые тела?

Лич завис в воздухе, нерешительно покачиваясь. Я переминался с ноги на ногу, разглядывая трещины в каменном полу. Такеши беспомощно шевелил пальцами, пытаясь подтянуть свою нижнюю половину ближе. Никто не спешил нарушать возникшую тишину.

– Тут такое дело, – наконец выдавил я, почесывая затылок. – Чтобы пройти испытание, мы должны убить всех авантюристов. Понимаешь? Всех!

Радость испарилась с лица Тлишки мгновенно. Она сделала несколько неуверенных шагов назад. Навершие посоха заметалось между мной и остальными членами нашей странной компании.

– Но мы что-нибудь придумаем, – поспешил добавить я, поднимая ладони в примирительном жесте. – Так ведь, Ширайя? Ты же чертов легендарный маг и любитель библиотек! Какие у нас есть варианты?

– Хм-м.

Пальцы лича потерли подбородок. Он оттолкнулся от земли и начал описывать круги по гроту. Я давно заметил эту особенность – движение помогало ему упорядочить мысли.

Пока Ширайя кружил над нашими головами, я подобрался к Такеши и подхватил нижнюю половину скелета, пытаясь совместить переломленные позвонки. Кости скрежетали, но срастаться отказывались. Друг раздраженно замахал руками, отвергая помощь, челюсть издала серию недовольных щелчков. Палец ткнул в сторону, недвусмысленно требуя оставить его в покое.

– Я все обдумал, – голос Ширайи прервал неловкую возню.

Лич завис по центру грота, скрестив руки на груди в торжественной позе.

– Есть только один способ спасения. Это оборотное зелье!

Мы уставились на парящего мага, ожидая разъяснений. Тлишка опустила посох, но пальцы все ещё крепко сжимали древко.

– Снадобье превратит тебя в ящерицу! – продолжил он.

– Чего-о-о?

Девушка выпятила подбородок, плечи напряглись, придавая фигуре воинственную позу. Глаза сузились в тонкие щелочки, из которых сверкнули гневные искры.

– Не хочу я становиться ящерицей! Они мерзкие! Господин Ширайя, между прочим, вы показались мне весьма рассудительным и чутким личом!

– Дослушай, дитя. Эффект будет временным, всего лишь четверть часа. Но даже этого будет мало для спасения. С помощью ледяной новы я тебя заморожу. Когда сердце твое остановится, Парадигма признает наш подвиг, и испытание будет завершено!

– Но ведь тогда я умру! К чему все эти сложности! Просто сожрите меня!

Последние слова она выкрикнула с такой горечью, что даже Черныш поджал уши.

– В этом нет нужды. Разве не знала ты, что рептилии оживают после разморозки? К тому времени эффект оборотного зелья развеется, и ты вновь обретешь свое тело!

Я присвистнул от восхищения, хлопнув себя по бедру.

– А ведь звучит, как хороший план! Ширайя, это гениально!

– Благодарю!

Лич театрально склонил голову, явно довольный произведенным эффектом.

Я подошел к Тлишке вплотную. Девушка подняла голову, наши взгляды встретились. В ее глазах плескался страх вперемешку с отчаянной надеждой. Нижняя губа едва заметно подрагивала.

– Но… но… – слова застревали в горле, пальцы теребили край мантии.

– Мы прошли свое испытание, теперь твой черед. Скажи, ты готова скинуть рабские оковы?

Плечи девушки поникли, голова опустилась. Несколько секунд она разглядывала носки собственных сапог, затем едва слышно прошептала:

– Да…

– Хочешь дышать полной грудью и распоряжаться своей судьбой?

Подбородок приподнялся чуть выше. В голосе появились более уверенные нотки.

– Да!

Я сделал шаг назад, раскинул руки в стороны и заорал во всю глотку:

– Я не слышу!

– ДА-А!

Крик Тлишки сотряс пространство вокруг. Она выпрямилась во весь рост, расправила плечи, глаза загорелись решимостью.

Навык «Харизма» повышен до 207 уровня.

– Так-то лучше. А теперь за дело, друзья!

Ширайя сорвался с места, устремляясь к месту, где раньше располагалась алхимическая лаборатория. Обломки погребли под собой большую часть оборудования, но старик явно знал, что искать. Я поспешил следом, перепрыгивая через трещины в полу и огибая торчащие из земли каменные осколки.

– О нет!

Ладони Ширайи обхватили голову. Он закружился на месте, разглядывая разрушенную лабораторию. Некогда аккуратные ряды полок превратились в груду щепок. Осколки стеклянных колб усеяли каменистую поверхность, а реагенты смешались в радужные кучи, источающие едкий запах.

Мы принялись разгребать обломки. Я откидывал доски разбитых шкафов, Ширайя парил над завалами, высматривая нужное оборудование.

– Ни одной колбы не уцелело! – с отчаянием подытожил лич. – У нас нет сосуда, чтобы размешать в нём реагенты!

– Сейчас что-нибудь придумаю.

Я прошёлся по гроту и среди руин зиккурата обнаружил относительно целый череп. Резким движением отломил нижнюю челюсть. Острые края обтесал о камень, придавая предмету форму грубой чаши.

– Ну как, подойдёт?

– Ты в своём уме? Это же алхимия! Нужны стерильные условия и точные дозировки. У нас ничего не получится!

– Если есть шанс, мы его используем. Другого просто не дано. Потому постарайся сделать всё правильно.

Лич покачал головой, но взял череп-чашу. Следующие минуты он колдовал над обломками лаборатории.

Я вернулся к Тлишке, стараясь изобразить уверенность.

– Всё под контролем. Он знает своё дело.

Наконец Ширайя подлетел к нам. Чаша в его руках едва заметно дрожала. Некротическая эмпатия позволяла ощутить волны сомнения, исходящие от лича.

Глянул мельком, что именно приготовил наш алхимик. Чёрная жидкость внутри сосуда пузырилась и шипела, источая запах тухлых яиц с примесью нашатыря.

Ширайя протянул чашу Тлишке.

– Прямо из черепа? Жуть какая! Эх…

Лицо исказила гримаса отвращения. Она зажала нос свободной рукой, запрокинула голову и залпом влила содержимое в горло. Череп выпал из пальцев и покатился по полу. Тлишка согнулась пополам, руки прижались к животу. Из горла вырвался сдавленный стон.

Я переглянулся с Ширайей и заметил его тревожное состояние.

Девушку вывернуло наизнанку, и чёрная жижа забрызгала камни вокруг. Покачнувшись, она рухнула на колени. Тело начало стремительно уменьшаться в размерах, пока от Тлишки не осталась лишь кучка одеяний на полу.

Пустая мантия шевельнулась. Я присел на корточки, раздвинул ткань. Внутри моргала удивлёнными глазками игуана длиной с локоть. Чешуя переливалась теми же светящимися узорами, что украшали кожу Тлишки в её настоящем облике.

– Это нормально? – спросил я, осторожно поднимая ящерицу на руки.

– Полагаю, что нет! Личность не должна отражаться в звере. Это побочный эффект! Что ж я натворил!

– Успокойся! Будем надеяться на лучшее.

Глава 25

Ширайя раздражённо взмахнул рукой, отворачиваясь.

– Оставь ящерицу у того валуна, – он указал направление. – Я обращу её в лёд.

Едва выполнил просьбу, как почувствовал падение температуры в помещении. Кольцо инея расползлось по чешуе рептилии. За мгновение живое существо превратилось в ледяную статуэтку.

Поздравляем! Вы прошли испытание последнего шанса.

Данная вами клятва более не имеет силы.

Награда: глиф последнего шанса, 100 свободных очков навыков.

Слава повышена до 227 пунктов (+125).

Поздравляем, вами получен титул Скард.

Функционал листа развития личности расширен. Максимальное количество навыков увеличено. Добавлено два слота личных навыков, один корабельный и один классовый.

Вам доступен второй ультимативный классовый навык «Демоническое правосудие».

Тело пронзила волна жара, растапливающая холод мёртвой плоти. Кости хрустнули, удлиняясь и утолщаясь. Мышцы наливались силой, кожа розовела, избавлялась от трупного оттенка. Я снял перчатки и поднял руки перед лицом, желая разглядеть живые пальцы. Ногти больше не отслаивались хлопьями. Вены пульсировали под кожей, гоняли настоящую кровь. Грудная клетка поднималась и опускалась в ритме дыхания. Сердце колотилось в рёбрах мощными толчками. Органы чувств заработали с удвоенной силой, и я ощутил приступ экстаза.

– О, да! Я снова молод! И в своём уме! – возбуждённо кричал Ширайя, нелепо пританцовывая.

Его обновлённое тело двигалось с энергичностью подростка.

Такеши поднялся с пола одним плавным движением. Позвоночник больше не разделялся надвое. Ноги уверенно держали вес тела. Он провёл ладонями по торсу, проверяя целостность, затем размял плечи круговыми движениями. На губах заиграла сдержанная улыбка.

Р-Р-Р-Р!

Низкое рычание заставило обернуться. Черныш припал к земле в охотничьей стойке. Глаза недоверчиво изучали троицу незнакомцев, появившихся на месте друзей. Шерсть на загривке поднялась дыбом.

– Родной, это же мы! Не узнал, что ли?

Я сделал несколько медленных шагов к питомцу, протягивая раскрытую ладонь. Черныш принюхался, но остался в недоумении. Хвост неуверенно качнулся из стороны в сторону. Пальцы нашли любимое место за ухом, почесали загривок. Напряжение исчезло, зомби-пёс ткнулся мордой в мою ладонь.

Хлопки раздались откуда-то сверху. Я вскинул голову, готовый к новой угрозе. Но это Ширайя запускал в воздух ледяные снаряды. Магические сгустки взрывались под потолком грота фонтанами искр на манер праздничного фейерверка.

Он подскочил ко мне и хлопнул по плечу.

– Надо же, какой громила! Именно таким я и видел тебя в мыслях!

Его взгляд скользнул к Такеши, изучая соратника с головы до пят.

– Какая мощь, какая дикость!

– А-а… – слегка смутился тот.

– Спасибо, Ширайя. А я представлял тебя совсем другим.

Мой взгляд сфокусировался на системном описании, всплывшем над головой мага.

Ширайя Чха, фрога́нти, криомант 412 уровня. Титул: IV , Лирос. *Символ бесконечности*

Наконец-то удалось рассмотреть его подробно. Синяя мантия с глубоким капюшоном облегала худощавую фигуру. Лицо представителя неизвестной мне расы фроганти завораживало чуждой красотой. Серо-бурая кожа имела текстуру древесной коры с глубокими бороздами, прорезающими щёки и лоб. Эти естественные шрамы придавали чертам суровую мужественность. Но больше всего поражали глаза. Огромные голубые радужки занимали почти всё видимое пространство орбит.

– Надо срочно разморозить Тлишку, – Ширайя взмахнул рукой в сторону застывшей игуаны, в голосе прорезались нотки тревоги. – Если она вернётся в привычную форму с остановленным сердцем, эффект может быть весьма непредсказуемым!

– Сейчас всё будет.

Я поднёс палец к губам и надкусил кожу. Острая боль пронзила плоть – ощущение, забытое за недели существования в теле мертвеца. Кровь выступила алыми каплями, и я ощутил её на языке.

Тонкая струйка превратилась в поток, обволакивающий замороженную рептилию тёплым коконом. Ширайя склонился над ящерицей, его огромные голубые глаза внимательно следили за каждым изменением. Маг то и дело поправлял капюшон мантии, мешавший обзору, а пальцы нервно постукивали по булыжнику на полу в ожидании результата.

Не прошло и минуты, как одна из лапок ящерицы дёрнулась. Мелкая дрожь пробежала по чешуйчатому тельцу, затем задвигались остальные конечности. Я почувствовал, как забилось крохотное сердце. Светящиеся узоры на чешуе вновь обрели яркие оттенки. Осталось лишь дождаться окончания эффекта оборотного зелья.

– Ширайя, объясни, почему рядом с твоим именем знак бесконечности тёмно-синего цвета? Впервые такое вижу.

Криомант отряхнул рукава мантии и повернулся ко мне. На его лице проступила загадочная улыбка.

– Не только над моим, но и над вашими тоже.

Я перевёл взгляд на Такеши, который как раз выпрямлялся после осмотра трофеев. Над головой действительно парил аналогичный символ. Якудза, к слову, получил титул «Дрэхт».

– Сам по себе он не даёт никаких преимуществ, – Ширайя принял позу лектора, сложив руки за спиной и приподняв подбородок. – Однако посвящённые понимают, что таким образом отмечены личности, которые прошли испытание последнего шанса с вероятностью выжить один к ста. В определённых кругах общения знак ценится выше титула. А некоторые религиозные сектанты верят, что бесконечностью Парадигма помечает своих избранников.

Из немилости в фавориты – какая ирония судьбы. Вспомнилась старая поговорка: от любви до ненависти один сантиметр. Хотя в нашем случае расстояние измерялось горами трупов.

Такеши поднял легендарный бердыш Коэля и внимательно осмотрел лезвие. Оружие не подходило для техник кэнсея, но другого выбора не было. Обе катаны остались в чреве Мурваракса, превратившись в металлическую труху. Он взвесил бердыш на руке, затем убрал находку в рюкзак. После направился к наградному сундуку, золотистое свечение которого пробивалось сквозь груду камней.

Ширайя застыл с отсутствующим взглядом, погрузившись в изучение системного интерфейса. Его пальцы переключали невидимые мне вкладки меню.

Я же первым делом проверил календарь.

Глаций, 36-е рябеля, 10:47.

Святая Дева! Наступил рябель! Мы пробыли в подземелье почти целый Архипелагский месяц. Название океанида Глаций ничего мне не говорило. Кроме родного Легиана я других и не знал. Система явно забросила нас далеко от дома.

Внезапная догадка обожгла сознание. Я отвернулся от товарищей и просунул ладонь под нагрудник. Пальцы нащупали цепочку и вытянули фамильный ключ. Самоцвет в навершии излучал синее сияние. В Глации находятся чертоги первопроходцев!

Да и шут с ним! Сначала нужно понять, как нам всем вернуться домой. Но перед этим стоит провести разведку.

Я прикрыл глаза и сосредоточился на связи с кровавыми фантомами. Три алые точки пульсировали в сознании. Первая находилась в капитанской каюте шхуны, вторая в доме на Новой Земле, третья на острове Ковенарий. Последнего я оставил там по понятным причинам. Если дела потребуют вернуться туда, не хотелось бы снова проводить несколько суток в открытом море.

Сперва подключился к фантому, квартировавшемуся по адресу улица Менделеева, дом тринадцать. Сознание переместилось в знакомую комнату, но привычная обстановка исчезла. Вместо моих вещей на столе громоздились пустые бутылки рома, некоторые опрокинуты. Липкие пятна на полу, запах перегара и табачного дыма, въевшийся в стены. В углу валялась чья-то грязная рубаха. Здесь явно обосновался новый постоялец с весьма специфическими привычками.

Переключился на шхуну. Каюта пустовала, но пол двигался под ногами фантома. Корабль шёл полным ходом, судя по размеренной качке и скрипу такелажа. Золотые чаши исчезли с полок, раскладной стул больше не стоял у стола. Вместо него – грубо сколоченный табурет и несколько морских карт, прибитых гвоздями прямо к стене. Эстебан явно переделал капитанскую каюту под себя, избавившись от излишней роскоши.

Жаль, не удалось увидеть любимую. Калиэста наверняка где-то на палубе или в трюме. Только разберусь с насущными проблемами, и мы обязательно воссоединимся.

Я разорвал связь с фантомами и открыл глаза. Ширайя держал в руках игуану, осторожно поглаживая спинку кончиком указательного пальца. Рептилия обвила его запястье хвостом и медленно моргала, явно наслаждаясь теплом кожи. Такеши копался в наградном сундуке, выгребая оттуда какие-то чертежи и мошны с осколками.

Процесс трансформации наступил без предупреждения. Игуана внезапно задрожала и увеличилась в размере. Через мгновение на руках Ширайи оказалось обнажённое женское тело. Криомант бережно опустил Тлишку на каменный пол, стараясь не смотреть на её наготу, и торопливо стянул с себя мантию. Синяя ткань накрыла девушку от шеи до колен.

Она сжалась в комок, зубы выбивали дробь от холода. Пальцы вцепились в края мантии, натягивая ткань плотнее.

– У нас получилось? – её голос прозвучал хрипло, горло саднило после трансформации. Она подняла голову и осмотрела каждого из нас широко распахнутыми глазами. – Вы такие красивые! Ты Макс, да? А ты – Ширайя!

Её палец ткнул в сторону мага, и тут же раздался пронзительный вопль.

– А-а-а! Моя рука! Это чешуя!

Я невольно отшатнулся. По предплечью девушки от локтя до кончиков пальцев тянулись чешуйки серого оттенка под стать коже. Они покрывали тело неравномерными пятнами: местами сливались в сплошной покров, местами оставляли островки плоти.

Криомант застыл с приоткрытым ртом.

– Это ведь пройдёт? – Тлишка схватила Ширайю за руку, её ногти впились в его запястье. – Я ещё не развоплотилась полностью! Да?

Взгляд криоманта заметался по гроту, избегая встречи с глазами девушки. Он облизнул пересохшие губы, пытаясь подобрать слова. Адамово яблоко дёрнулось при попытке сглотнуть. По его реакции стало ясно – что-то пошло совершенно не по плану.

– Боюсь, что нет. Это всё моя вина! Не смог синтезировать достаточно чистый продукт.

– Нет, нет, нет… Где рюкзак⁉

Тлишка вскочила на ноги, придерживая мантию одной рукой. Я протянул ей сумку вместе с одеждой. Девушка достала маленькое зеркальце в потёртой оправе и поднесла к лицу. По щеке, частично покрытой рептильной кожей, покатились слёзы.

Она принялась яростно скоблить ногтями чешую на руке. Несколько пластинок поддались и отлетели в сторону, обнажая розовую воспалённую кожу. Тлишка вскрикнула от боли и отдёрнула руку. Из ранок проступили алые капли, медленно стекавшие к локтю.

– Я уродина! Теперь на меня никто не посмотрит!

Зеркальце выпало из её пальцев и разбилось о камень.

– Не говори так, – Ширайя опустился на колени рядом с ней. Его огромные голубые глаза излучали искреннее сочувствие, а в голосе звучала неожиданная теплота. – По меркам Архипелага ты воистину прекрасна, и я почту за честь разделить с тобой закат над морем или ужин в ресторане. Поверь, мы найдём способ изменить твою внешность к лучшему.

Криомант замолчал, подбирая слова.

– Пойми, истинная красота живёт не в чертах лица, а в благородстве души. Ты знала нас всего ничего, но когда пришёл час выбора, ты восстала против хозяев. Пусть и небольшой, но своевременный торнадо спас нас! Без этой отваги мы бы канули в бездну!

Тлишка подняла заплаканное лицо. В её глазах мелькнула искорка надежды.

– Правда?

– Естественно! Если бы не твоё отвлекающее заклинание, Коэль убил бы Макса!

– Я имела в виду закат и ресторан…

Она утёрла слёзы тыльной стороной ладони, и на губах появилась робкая улыбка.

– С удовольствием!

Я переглянулся с Такеши. Тот ухмылялся, наблюдая за происходящим, пока методично складывал остатки трофеев из сундука в рюкзак.

А Ширайя-то оказался настоящим дипломатом, сумев подобрать именно те слова, которые нужны были девушке в момент отчаяния.

– Осталось лишь понять, как нам вернуться в родные места, – я прервал их обмен любезностями, оглядывая грот.

Никакого лаза наружу так и не появилось. Вход завалило обломками после взрыва Коэля. Мы оказались замурованы, как жуки в янтаре.

Такеши вернулся к нам и продемонстрировал странный артефакт. В его ладони лежал щербатый камушек размером с грецкий орех. Радужная аура окутывала его мерцающим ореолом, а в центре пульсировал знакомый символ бесконечности. Я сфокусировал взгляд, и системное описание всплыло перед глазами – глиф последнего шанса.