Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 210 (всего у книги 304 страниц)

«Дорфов стол!» – промелькнуло в голове у Маргарет, когда она попыталась дотянуться до короля и коснуться губами его щеки.

Но Линнарт спас чашки и перетянул Маргарет к себе:

– Я планировал, как заманю тебя сюда, обниму, зацелую до алых губ и…

– И? – затаив дыхание, спросила Маргарет.

– И мы будем смотреть на облака, обниматься и целоваться. – Линнарт крепче обнял Избранницу. – Ты знаешь, что у королей не бывает первых брачных ночей до представления Богине? Так что все небо в нашем распоряжении.

– Но сначала – поцелуи? – уточнила Маргарет. – Мне понравилось тогда.

– Когда именно? – лукаво спросил Лин. – Не отворачивайся, я должен знать.

Все случилось так, как и задумал король, – он зацеловал свою Избранницу до алых губ, до сияющих глаз, до сбитого дыхания. А после устроил ее в своих объятиях и они вместе угадывали, на что или на кого похожи облака. Отвратительный день стал гораздо, гораздо лучше.

Глава 16

Маргарет всегда знала, что подготовка к балу – дело нервное, затратное и неблагодарное, кроме соперниц, наряд никто и не оценит. Но она даже не представляла, что такое подготовка к балу в условиях тотальной нехватки времени.

Сразу по возвращении со свидания она попала в цепкие ручки Сарны. И понеслось – нанести маску, смыть маску, принять ванну со льдом и эликсиром, затем горячий душ и еще одна маска. И когда вымотанная Маргарет начала отползать в сторону постели, служанка вспомнила про косточки для завивки волос.

– Но ты же все магией делаешь, – застонала мэдчен Саддэн.

– А вы уверены, что по Избранницам не ударят волной нейтрализующей магии? Помните, пару месяцев назад скандал был? То-то же. Всю магию мы используем сегодня, а завтра только ее результат. И прическа будет в основном держаться за счет шпилек.

Поэтому утро началось с флакона зелья от головной боли и плотного перекуса. И уже поднадоевших притираний для лица.

– Как правило, – ворковала Сарна, накладывая на лоб Маргарет неприятно пахнущую субстанцию, – перед балом стараются не есть. Чтобы корсет утянуть потуже. Корсет-то утягивается, вот только слабенькие и непривычные мэдчен как горох на пол сыплются. А дерры их переступают или сдают мимо пробегающим слугам.

Говорить Маргарет не рисковала. Только выразительно вздыхала и шевелила плечом.

– Вот и все, засекаем три минуты и снимаем. Как люди соберутся, в зале станет душно, все начнут потеть. А вы – нет. Это очень вредное средство, – вздохнула Сарна, – но иногда им пользоваться можно.

«Очень вредное средство» превратилось в липкую, тягучую пленку. И снималось так, будто родную кожу срывают. Увидев свое краснолицее отражение, Маргарет ахнула, но Сарна ее успокоила:

– Краснота сейчас сойдет. Вы мяско-то кушайте, кушайте. Оно и сил придаст, и места в желудке много не займет. Так мы и корсет затянем до хруста, и вы переспелой грушей на пол не ляжете.

– Может, не надо до хруста? – испугалась Маргарет.

Сарна весьма выразительно промолчала и вышла в гостиную – два роскошных бальных платья были перенесены туда. Маргарет пошла следом.

– Бал назван Осенним. – Служанка кивнула на ало-золотое платье. – Возможно, имеет смысл надеть платье в цветах осени.

– Если это платье похоже на багряные, отцветающие листья, то это, – Маргарет показала на второй наряд, – на осеннее небо. Насыщенно-синее с мрачным серебром осенних туч.

Синее платье запало в душу мэдчен Саддэн. Открытые плечи, но рукава до самых запястий, лиф и пышная юбка расшиты серебряной нитью. Маргарет зачарованно провела пальцами по гладкой, прохладной ткани – не платье, а мечта. Ожившая мечта из виденной иллюзии. И сейчас у нее был шанс претворить видение в жизнь.

– Губы сделаем побледнее, – вещала тем временем Сарна, – а вот глаза выделим посильней. Садитесь, мэдчен. Я все же рискну и использую немного активной магии – если пропадет, то будет не слишком заметно. И недоказуемо.

Сарна зрительно увеличила ресницы Маргарет. Чуть удлинила, сделала их гуще. Тонкие стрелки, матово-серые тени с синеватой искрой.

– Грозовая Мэдчен, – выдохнула Сарна, когда отошла в сторону. – И глазки у вас замечательные стали, темно-серые со стальной искрой.

– А были синие-синие, – вздохнула Маргарет.

– Зато на свету ваши глаза кажутся грозовыми – сиренево-фиолетовыми, – улыбнулась Сарна. – А я сейчас этот цвет подчеркнула.

Облачившись в платье, Маргарет замерла перед зеркалом, из которого на нее смотрела испуганная, большеглазая незнакомка, Лучшая Ученица КАМа. Девушка немного сутулилась, будто стеснялась роскошного платья. Глубоко вдохнув, мэдчен Саддэн расправила плечи и приподняла подбородок. На бал идет дочь Гаррета Саддэна, а не серая академическая мышь.

– Изумительная прическа, Сарна. Изумительная я. – Маргарет повернулась к служанке. – У тебя удивительный дар.

– А у вас прекрасные волосы, – служанка любовно поправила тугие локоны хозяйки, – с такими легко и приятно работать. Вам пора.

Маргарет, красуясь, покрутилась вокруг себя и приподняла подол – полюбоваться на красивые туфельки. Как назло, вспомнился последний день рождения, проведенный с мамой и папой. Тогда она тоже кружилась в новых туфельках и новом платьице. А с кружева слетала золотистая пыльца – папа исполнил мечту любимой дочурки, и на целую ночь та стала волшебной феей.

«А ведь мне еще придется рассказать Линнарту, что мора Саддэн жива», – вспомнила Маргарет. И радужное настроение лопнуло как мыльный пузырь.

Стук в дверь и нетерпеливый голос Тамиры:

– Ты там жива? Не погибла от собственного отражения? Хватай своего Каприза и вперед, а то придем позже короля. Хотя… Я не против, это будет не скучно!

Маргарет чуть не стукнула себя по лбу – про химеру она совсем забыла.

– А давайте на Каприза тоже что-нибудь наденем? – предложила Сарна. – Пусть он будет красивенький.

Химера, гневно зашипев, взлетел и засветился. По перьям пробежали крохотные искорки, и через секунду весь Каприз будто покрылся морозным узором из мелкой бриллиантовой крошки.

– Видишь, он и без того самый красивый, – улыбнулась Маргарет и подставила химере руку. – Идем, мой верный друг, на бал и во второй тур?

Увидев Тамиру, мэдчен Саддэн порадовалась, что не выбрала ало-золотое платье. Поскольку наряд мэдчен Кодерс был выдержан в насыщенных тонах поздней осени.

– Как ночь с ректором? – шепнула Маргарет.

– Продуктивно, – хмыкнула Тамира и вздохнула. – Какой мужчина пропадает! Видела бы ты его плечи. И живот – кубиками.

– Живот кубиками – это пресс, – Маргарет сдержала смешок и спросила: – А когда ты его без рубашки оценить успела?

Мэдчен Кодерс скосила взгляд на подругу, весело усмехнулась и шепнула:

– А чего без рубашки? Я его без всего оценила.

– Как?!

– Да кто ж знал-то, что он из ванной комнаты в спальню без ничего идет? – Тамира немного покраснела.

– Знаешь, он вряд ли ожидал найти тебя в своей спальне, – укоризненно заметила Маргарет. – Что ты от него хотела?

– Поговорить. Но, веришь, нет, как его увидела, обо всем забыла. Кстати, у него не только плечи и пресс, там еще и очень сильные бедра! – Тамира подмигнула смущенной Маргарет.

– Это не те знания, которые требуются для учебы, – буркнула Маргарет.

– Что ж, мы на месте. Страшно?

– Немного, – призналась мэдчен Саддэн.

Двери бального зала были распахнуты настежь. Девушки решительно шагнули вперед и синхронно поморщились от громогласного:

– Избранница Тамира! Избранница Маргарет!

– Интересно, только нас сократили или всех по именам? – шепнула мэдчен Саддэн.

– Так и представляю: входит король, а его – Линнарт, король! – хихикнула Тамира.

Каприз слетел с руки хозяйки и рванул под потолок, к товарищам. Химера мэдчен Кодерс последовала за ней.

– Ты дала имя?

– У нас война, – вздохнула Тамира. – Я пробовала назвать ее Конфеткой, Булочкой, Сиропчиком.

– И?

– Ну что «и», – буркнула Кодерс, – перед этим я себе на мизинец стул поставила. Ну и выругалась вслух… Поверь, Гарри, я не смогу позвать свою химеру в приличном обществе.

И Тамира, склонившись к подруге, шепнула ей на ухо короткое и емкое слово. Маргарет поперхнулась смешком и пожалела об отсутствии веера – ей бы лицо прикрыть и посмеяться как следует.

– Знаешь, это в твоем духе, – выдавила наконец Саддэн. – Вообще, это даже выгодно.

Девушки осторожно пробирались к колоннам.

– Чем?

– Если на тебя нападут, то никто не подумает, что ты зовешь на помощь. – Маргарет подмигнула подруге. – Ты знаешь регламент Осеннего Бала?

– Смутно. Сначала выступит верховный жрец, потом король. Потом король и королева должны открыть бал. Либо король и фаворитка, так как королевы у нас нет.

А Маргарет вдруг подумала, что не зря Линнарт решил провести Осенний бал в разгар лета. Затащить Дарованного во дворец и… Тут фантазия мэдчен Саддэн немного запнулась: что же дальше? Оглушить, связать, допросить и стереть память? А если дурачком станет? Сказать, что знак Богини? А если он ничего не знает?

– У тебя глаз дергается, – заметила Тамира. – Успокойся, король тебя для танца выберет. Если найдет. Так что, как жрец рот раскроет – проходим вперед. Не будет же его величество толпу двигать. А эти могут из вредности не пропустить.

– Дорф, – буркнула Маргарет.

– Что?

– Не что, а где. Вон идет, Кристина Дорфер. – Мэдчен Саддэн бросила недовольный взгляд на приближающуюся Избранницу. – Такая толпа, а она нас нашла.

– Давай кинем в нее виноградом? – Тамира кивнула на колонну. – Не зря же зал украсили в традициях осени? Или вон какой-то овощ.

– Это все из гипса, – вздохнула Маргарет, – жалко.

– Мэдчен Саддэн, мэдчен Кодерс, – Дорфер коротко кивнула подругам. – Маргарет, я не буду ходить вокруг да около. Ты крутишься с королем, а Корнелия покинула Отбор, не дожидаясь вылета. Если у тебя есть претензии или обиды – я готова выслушать и просить прощения.

– А смысл тебе оставаться в Отборе, если Маргарет с королем? – удивилась Тамира.

– До представления Богине женщина должна сохранять чистоту, – спокойно ответила Кристина. – Так что шанс есть у всех.

Маргарет досчитала до десяти, выдохнула и ничего не успела сказать – ее опередила Тамира:

– Пошла вон, мэдчен Дорф. А то твою хваленую чистоту будут в ближайшем алькове по кускам собирать. Вместе с тобой. А ты ее не слушай.

– Получается, сохранение девственности – единственный критерий? – мысли мэдчен Саддэн перескочили совсем в другое русло.

– Да, по крайней мере, когда начинали разбираться, всегда выяснялось, что девицы Отбор пережили и того… – Тамира вздохнула. – Расслабились.

– Но почему?

– Думаю, это пережиток прошлого, – серьезно сказала Кодерс. – Раньше у Дарвийских не было чудо-трона.

Маргарет кивнула и задумчиво произнесла:

– Значит, королева-девственница – это гарантия того, что хотя бы наследник точно будет от короля. Но почему это проверяет именно Богиня?

– Видимо, есть способы восстановить девственность, – предположила Тамира. – Эх, пропустили, теперь и не узнаем – обхамили короля или нет.

– Тами, на весь дворец ты одна-единственная, кто хамит всем и каждому, – вздохнула Маргарет.

– А у меня повод есть – предчувствие близкой смерти, – сверкнула улыбкой Кодерс. – Вот чудо-ректор меня вылечит, и я сразу стану доброй, ласковой, вежливой… А ты себе на подол наступить не пробовала?!

Какая-то перепуганная девица шарахнулась от Тамиры, а Маргарет только улыбнулась:

– Главное, что ты в это веришь.

– А жрец-то бледненький, – оценила Дарвера Кодерс.

– И заикается.

На самом деле Дарованный не заикался, а вот запинки в его речи присутствовали. Да и вообще из всего его монолога получилась какая-то небогословская бессмыслица.

– Мне показалось, или он предлагает начать строить храмы Богам-мужчинам? У нашего пантеона весь мир давно поделен… – Тамира нахмурилась. – Великая Ссора Богов тем и закончилась, что Келестин и Кальдоранн отошли Серой Богине, Степь сама по себе, и там, за океаном, владения мужской части пантеона.

Ответить Маргарет не успела. Слово взял король:

– Этот бал необычен – осень летом, выбор в отсутствие выбора и кровь без крови. Все это должно вам помочь пройти самое серьезное испытание этого Отбора.

Линнарту явно было наплевать на то, что, согласно регламенту, он должен похвалить себя, жреца и страну. Затем восхититься красотой присутствующих мор и мэдчен и только после этого переходить к делу.

– Сейчас ваши химеры пройдут жеребьевку, – властно, внушительно объявил король. – После чего произойдет бой. Насмерть. Тот, чья химера выйдет победителем, – проходит дальше. Тот, чья химера погибнет, – возвращается домой. Тот, кто откажется, – возвращается домой.

В зале воцарилась гробовая тишина. В руки Маргарет спикировал воодушевленный Каприз. А в голове у девушки билась всего одна мысль – неужели Лин серьезно?!

– Я не вижу, где бы могли устроить бои, – нахмурилась Тамира.

– Около полусотни магов, – напомнила Маргарет и погладила Каприза. – Я не буду участвовать.

– Что? – ахнула мэдчен Кодерс. – Стой!

Маргарет уверенно шла вперед, к Линнарту. Она была убеждена в себе и в нем – человек, которого она полюбила, не приемлет бессмысленной жестокости. А бои насмерть – это именно бессмыслица. Убивать самое преданное существо, существо, предназначенное для защиты и не способное на предательство, – расточительство.

– Мой король, – она присела в реверансе.

– Моя Избранница, – он поклонился в ответ.

– Ваш подарок, мой король, бесценен для меня. Я не могу бессмысленно и беспощадно рисковать своим Защитником, рисковать своим маленьким другом. Ради чего погибнет химера? Чтобы спасти чью-то жизнь? Чтобы вытащить что-то из яростного пламени? Нет, Каприз погибнет на потеху толпе – я не могу поступить так с тем, о ком заботилась. С тем, кто полностью и безоговорочно зависит от меня.

– Тогда вам нужно пройти в двери, – Линнарт чуть улыбнулся, вновь поклонился Избраннице и указал рукой на выход.

Маргарет по-военному четко развернулась на каблуках и без колебаний направилась к дверям. Сохраняя спокойное, чуть отстраненное выражение лица, она, ничуть не смущаясь, толчком сырой силы расчистила себе путь. И, судя по сердитому цоканью каблуков, не только себе.

– Вот что мы будем делать вне Отбора? – проворчала Тамира и вздохнула. – Нет, ну ректор меня вылечит. А если замуж выдадут? Мне всего ничего продержаться надо было!

– Обручу тебя с Ривергейлом, а через полгода расторгнем помолвку, – пожала плечами Маргарет.

За дверьми бального зала клубилась мерцающая тьма.

– Видишь, еще ничего не закончилось, – тонко усмехнулась Маргарет.

– А я думала, упор делается на то, чем ты готова пожертвовать. Ну, знаешь, «мы трупами устелим путь к всеобщей радости и счастью», – процитировала популярную пьесу Тамира.

– Так это роль короля, – напомнила Маргарет. – А роль королевы: «я сердцем чувствую беду, ее руками разведу».

– «Врага я смело пощажу и…» – Тамира попыталась вспомнить строчку до конца и сдалась. – И дорф с ней, с королевой. Она в пьесе второстепенный персонаж. Давай за руки возьмемся?

– Сама хотела предложить, – кивнула Маргарет. – Вперед?

Подруги шагнули вперед. Но ничего особо не изменилось – тьма теперь клубилась позади.

– Посмотри, у нас открыт путь только к главному выходу, – Тамира кивнула на узкий проход. – Причем это ход для прислуги.

– Может, в этом есть особый смысл? Перечишь королю – уходишь как служанка? – предположила Маргарет.

– Сожалеешь, что ушла? – пытливо спросила мэдчен Кодерс и первой прошла к проходу.

– Нет. Дело даже не в том, что я привязалась к Капризу. – Маргарет погладила химеру. – Дело в том, что это неправильно. Я чувствую, что так устроить бойню – неправильно.

– А я почувствовала, что идти следом за тобой – единственно разумный выход, – тихо призналась Тамира. – Знаешь, мне бы не хватило духу уйти так. Я бы затерлась в последние ряды, спряталась за колонну, чтобы пронаблюдать за остальными.

Запоздало Маргарет подумала о том же самом. Можно было отойти в тень и посмотреть, что будет происходить. Но она уже выступила.

– Меня подождите! – подруг догоняла Алета Стовер. – Жуть какая эта тьма! И морды скалящиеся.

– Морды? – хором удивились подруги.

– А вы попробуйте в другой коридор шагнуть, – Алета показала оцарапанную руку и поправила вялую химеру.

– Почему ты не осталась? – спросила Тамира.

– Сандра, моя химера, настрадалась от моего скудоумия, – Алета пожала плечами. – Сначала я ее едва не замучила из благих побуждений – потом выхаживала. И как я сейчас могу ее отдать на растерзание? А главное, было бы ради чего.

– Дорфер считает, что любая может стать королевой, – не оборачиваясь, хмыкнула Тамира.

– Кроме меня, – педантично уточнила Маргарет. – По мнению Кристины, я уже вкусила плоды страсти.

– Плоды страсти – это дети, – фыркнула Алета. – А Дорфер либо дура, либо притворяется. Нет, я точно знаю, что мне королевский венец не светит.

– Перед первым туром ты была настроена иначе, – удивилась Маргарет.

Идущая впереди Тамира остановилась и, принюхавшись, спросила:

– Вам не кажется, что пахнет как-то странно?

– Морозцем, яблоками, чем-то гнилостно-влажным, – тут же отчиталась Алета и пояснила: – Всю жизнь мечтала стать зельеваром. По-моему, так пахнет осень.

– Если верить поэтам, то осень пахнет безысходностью, – патетично произнесла Тамира.

– Что ж, прекрасно, теперь мы знаем, как пахнет безысходность, – буркнула Маргарет. – Давайте двигаться, на нас начинают давить ментально.

– А я думаю, что это мне так страшно-то стало, – ахнула Алета.

Девушки подобрали юбки и поспешили вперед. Алету начало потряхивать, она прерывисто всхлипывала и норовила обернуться. Маргарет, сдавленно ругнувшись, вытянула из-за корсета простенькое колечко и протянула его мэдчен Стовер:

– Надень, будет полегче. Ты же уже выпускница, как можно иметь такие хлипкие щиты?

– Я хочу стать зельеваром, – напомнила Алета. – Спасибо.

– А вот этого тут не было, – возмутилась Тамира.

Чего именно не было, понятно сразу – коридор привел в овальную комнату с тремя арками. Одна радовала золотистым туманом, запахом сдобы и звуком заливистого детского смеха. Во второй арке клубился алый дымок, пахло чем-то солоновато-неприятным, а вместо смеха оттуда раздавался плач. Третья же арка содержала уже виденную тьму, ничем не пахла и за ней явственно царила абсолютная тишина.

– Полагаю, нам надо выбрать.

– Выбрать должен кто-то один, – прошелестел бесплотный голос.

– О, я узнаю этот голос, – рассмеялась Тамира. – Доброго денечка, дерр Наблюдатель!

– Доброго, мэдчен, доброго. Выбирайте. Сначала друг друга, потом дорогу.

Тамира коротко хмыкнула:

– Я выбрала еще в бальном зале.

– Я тоже, – пожала плечами Алета. – И какой путь ты для нас прибережешь, Маргарет?

– Золото, сдобу и смех я отбрасываю сразу, – негромко произнесла мэдчен Саддэн. – Слишком нарочито, слишком откровенно. И в ней есть ментальная «маска счастья». Поэтому – нет. Красный, кровь и слезы – уже интересней, но тут присутствует другая маска – маска сочувствия и жалости. Когда подходишь ближе, возникает желание пойти и утешить.

Все это время Маргарет прохаживалась вдоль арок и чутко прислушивалась к своим ощущениям.

– Вот наша дорога – черный цвет, страх и отсутствие запаха. И маска страха – немыслимо даже подумать о том, чтобы туда шагнуть.

– Простые пути не для нас, – хмыкнула Тамира и подошла к Маргарет. Но у самой арки мэдчен Кодерс остановилась как вкопанная.

– Тами, мы в королевском дворце, здесь нет ничего опасного. Это просто десяток магов-менталистов атакуют твой разум, – спокойно произнесла мэдчен Саддэн. – Дай мне руку.

– И мне, – сглотнула Алет.

Первой в арку шагнула Маргарет, следом за ней Тамира и уже за ней пошла Алета.

Мороз, абсолютная темнота и поскрипывание снега под ногами. Маргарет отсчитывала про себя шаги, и на пятом тьма начала редеть. На седьмом она увидела, что под ногами не снег, а подмороженная трава. А на одиннадцатом мэдчен Кодерс узнала королевский парк.

«Хм, и правда нашелся дебил, покрасивший парк в цвета осени», – промелькнуло в голове Маргарет.

– Мы живы, и мы вышли в осень, – тяжело вздохнула Тамира. – Знаете, я как бы не жалуюсь… На дураков, природу и власть жаловаться бессмысленно. Но я, мать вашу, весь вчерашний день то отмокала в ванне, то накладывала маски, то смывала маски… Я рассчитывала хоть разок повальсировать! Или поесть.

– Согласна, – кивнула Маргарет. – Вальс обеспечить могу, а вот поесть – уже нет.

– Там огни, – Алета махнула рукой. – Может, с этой стороны нас никто не ждал? Вряд ли кто-то еще рискнул войти в черную арку. Идем?

Мэдчен, осторожно придерживая юбки, двинулись вперед.

– Почему? – удивилась Тамира.

– Самая популярная, скорее всего, красная арка, – задумчиво произнесла Алета. – Она не такая подозрительная, как золотая, и не такая жуткая, как черная. К слову, твое кольцо, Маргарет, рассыпалось прахом. Я возмещу.

– Один алдоранн? – хмыкнула Маргарет. – Возмести.

– Стоп! – Тамира даже подпрыгнула. – Хочу поспорить!

– С кем, на что и о чем? – тут же заинтересовалась Алета.

– С кем-нибудь на щелбаны, а о чем – нам сейчас представят королеву!

Мэдчен Кодерс даже приплясывала на месте.

– Что?! – поразилась Маргарет.

– Смотри, первый тур мы прошли. Второй – бой химер, кто остался, тот отсеялся. И третий – арки!

– Два тура в один день? – с сомнением протянула Маргарет.

– Жрец Дарвер явился на бал. – Алета нахмурилась. – Не знаю. Нет, не думаю, что ты права, Тамира. Вот что два тура в одном – об этом я уже подумала. А королеву – вряд ли. Превращение Избранницы в Избранную происходит совсем иначе. В главном храме.

Мэдчен Кодерс расстроенно вздохнула:

– Ну и ладно.

– А вы заметили, что тропка ровно под объем юбки? – вдруг хмыкнула Маргарет. – И грязь к подолу не пристает.

– Может, впереди бал? – предположила Алета.

Извилистая тропка вывела девушек к трем магам. Они развалились на траве, попивали вино и играли в картишки.

– Вот так, Лорна, ты и научишься правильно работать, – пробасил один из колдунов. – Главное – грамотно выбрать задачу. И тогда…

– И тогда что? – с интересом спросила Маргарет, подходя ближе к магам.

Наверное, даже если бы из зарослей шиповника выскочил дорф, то он произвел бы меньший фурор.

– Мэдчен, – Лорна коротко поклонилась.

– Чем вы должны были нас пугать? – спросила Алета.

– Не пугать, – вздохнула Лорна, – встретить, выдать успокоительное и помочь убрать с лица слезы. Но вам, я смотрю, не нужно? Тогда позвольте создать для вас проводников.

В воздухе, повинуясь воле Лорны, появилось несколько десятков светлячков, которые тут же рассредоточились вдоль тропинки.

– Это сигнал, и на том конце вас уже ждут, – шепнула Лорна Маргарет. – Я рада, что ты здесь.

В этот раз впереди снова шла мэдчен Саддэн, следом за ней Тамира, и за Тамирой Алета.

– А вообще, кое в чем это все похоже на бал. У меня ноют ноги, я хочу лимонад и посидеть, – бурчала Тамира. – Но где мой галантный дерр? Он будет скользить рукой с моей талии на задницу, а я буду наступать ему каблуком на ногу. И он тут же будет убирать руку и опять опускать.

– Прости, а тебе что именно нравится – рука на заднице или наступать каблуком на чужую ногу? – хихикнула Алета. – Просто моя сестра использует крапивные ожоги. Она менталист и проецирует на слишком липучего дерра ощущения от падения в крапиву.

Маргарет тут же включилась в обсуждение наглых дерров, их липких рук и способов укрощения.

– Мне больше нравится способ моей мамы, – мечтательно улыбнулась она.

Стовер засмеялась:

– Да, к тебе не пристанут.

– А я не знаю, – обиделась Тамира.

– Мэдчен Адд-Сантийская вызвала слишком наглого дерра на дуэль. А Гаррет Саддэн отловил попытавшегося удрать дерра и заставил драться, – с ностальгией произнесла Маргарет. – Мама в тот же вечер приняла предложение папы. Потому что он доказал, что способен воспринимать ее серьезно.

– Бедный король, – хмыкнула Тамира. – А что это там впереди?

– Площадка для Осеннего бала, – с превосходством произнесла Алета и честно добавила: – Я в парке однажды заблудилась и вышла на нее. Случайно.

– А на поляне написано, что ли? Что она не абы что, а бальная площадка? – удивилась Тамира.

Алета выразительно посмотрела на мэдчен Кодерс и пояснила:

– И табличка, и указатели. В этом парке не верят в человеческую сознательность и едва ли не каждый куст снабжен поясняющей надписью.

Вот только рассмотреть, что происходит на этой самой площадке, было невозможно. Мерцающая преграда давала понять: там есть свет и люди. А что с людьми происходит – неизвестно.

– Как думаете, нам придется сражаться? – вновь подала голос Алета.

Маргарет уверенно ответила:

– Нет. Здесь выбирают королеву, а не главнокомандующего. Скорее всего, мы уже закончили испытание.

– Я про арки не поняла, – вздохнула Тамира.

– Я мыслю так – за первой аркой было дополнительное испытание, сложное. Маска «счастья» притягивала, не давала мыслить разумно. Логично, что там еще одно испытание – потому что выбор, по сути, отсутствует. За второй аркой испытание попроще – потому что сопротивляться навязанному сочувствию и жалости достаточно легко. А за черной аркой – никакого испытания, потому что шагнуть в нее само по себе испытание.

– Но разве королева должна проходить испытание страхом? – серьезно спросила Алета.

«Должна? Думаю, да – заговоры, яды, придворные лизоблюды, среди которых так сложно найти доверенное лицо. Затем родится ребенок, маленький, не способный защититься самостоятельно. Доверчивый и драгоценный», – подумалось Маргарет. Но вслух она только заметила:

– Сейчас увидим, права ли я.

Маргарет подошла к мерцающей преграде почти вплотную. Повинуясь наитию, она приложила к препятствию ладонь со знаком Избранницы.

Долгую секунду ничего не происходило, но едва Маргарет попробовала отнять ладонь, по преграде побежала сетка сверкающих трещин. Они множились и множились, до тех пор, пока мерцающий щит не осыпался шестигранными осколками.

– Вот это да, – в унисон протянули Тамира и Алета.

Мэдчен Саддэн прерывисто вздохнула и решительно ступила вперед. Не зря Линнарт согнал такое количество магов во дворец, не зря.

Широкая, ярко освещенная мраморная лестница вниз. Вокруг парили бумажные фонарики, иллюзорные стрекозы и бабочки. А у подножия лестницы ждал Линнарт.

– А к лестнице вело три тропки, заметили? – шепнула Тамира.

Но Маргарет, зачарованная происходящим, не обратила на слова подруги внимания. Она просто спускалась и не отрывала взгляда от Лина.

Король поклонился и подставил руку Избраннице.

– Ты откроешь со мной Осенний бал?

– С удовольствием, – шепнула Маргарет. – Каприз, поймай мне самую красивую бабочку.

Химера стартовал с плеча хозяйки и исчез в заполненном иллюзиями и фонариками небе. Король вел свою Избранницу через бальный зал и тихо ворчал:

– К сожалению, придется подождать, пока соберутся все благородные мэдчен.

– И много их? – заинтересовалась Маргарет.

– Чуть меньше половины. Ты нашла правильные слова.

– А ты не предупредил, – попеняла мэдчен Саддэн.

– Я был в тебе уверен, – серьезно ответил Линнарт. – Прошу, здесь вы можете отдохнуть, угоститься и поболтать.

– А ты всех будешь у подножия лестницы встречать? – спросила Маргарет.

Слишком спокойный, равнодушный голос и покрасневшие скулы выдавали ее с головой – мэдчен Саддэн изволила ревновать.

– Нет, я буду на своем месте, – Линнарт кивнул в сторону.

Посмотрев туда, Маргарет увидела ректора Вальтера, Дарованного и дерра Роллиса с дерром Глорейном. И рядом со жрецом явно оставалось место для короля.

– Значит, Избранницы должны были сами подойти? – удивилась Маргарет.

– Да. Но я не смог ждать, ты была слишком великолепна.

– Ты заранее знал, – прищурилась мэдчен Саддэн. – И я даже знаю, кто тебя предупредил.

Линнарт таинственно улыбнулся, поцеловал пальцы Маргарет и шепнул:

– Своих информаторов не сдаю.

Проводив его величество взглядом, Маргарет подошла к Тамире и Алете. Девушки устроились в стороне, за стеклянным столиком, уставленным тарелками с фруктами.

Подхватив со стола меню, Маргарет ногтем черкнула по строчке с кофе, затем отметила простое мороженое без добавок.

– А правда, что про Отбор ходят слухи? Мол, королева так и не будет выбрана? – в лоб спросила Маргарет Алету.

Мэдчен Стовер отставила в сторону виноградинку и задумчиво ответила:

– Ты же понимаешь, что в моих словах перед первым туром не было ни капли правды?

– Понимаю, – кивнула Маргарет.

– Тех, кто действительно рассчитывал на корону, можно пересчитать по пальцам. И все они остались во дворце, – к девушкам подошла Дора Хемснис. – Могу я присоединиться?

– Садись. Что же ты искала на этом Отборе?

– Какая разница? – мэдчен Хемснис утащила с тарелки Алеты виноград. – Я получила все, что хотела. Алета тоже, верно?

– Верно, – мэдчен Стовер кивнула. – А про слухи – правда. Кто их распускает непонятно, но мнение сложилось одно – король будет искать себе жену вне Отбора.

Служанка принесла Маргарет кофе и вазочку с мороженым.

– Я просила простое мороженое, без добавок, – устало вздохнула мэдчен Саддэн. – Мне не нравится, что повар использует в составе сиропа слабое любовное зелье.

Девушка кивнула и, оставив кофе, ушла.

– А я-то думаю, что это со мной? Ведь мороженое никогда особо не любила, а тут ем и не могу остановиться, – хмыкнула Хемснис. – Что ж, повару повезло. Говорят, скоро выйдет закон, регулирующий порядок применения любовных зелий.

Маргарет пила обжигающе горячий, крепкий кофе и размышляла о своем. Пусть превращение парковой поляны в бальный зал выглядело роскошной ожившей мечтой, но… Но ее терзал один вопрос – для чего Лин это затеял? Для чего заманил жреца во дворец? И для чего убрал всех из дворца?

Едва Маргарет успела допить кофе, как раздалось три колокольных удара.

– Полагаю, наш отдых завершен, – вздохнула Тамира. – А я что-то уже не очень хочу танцевать.

– Увы, нас тут не спрашивают, – тонко усмехнулась Алета и поднялась. – Осталось недолго, я уверена.

Мэдчен Саддэн присоединилась к группе Избранниц. Девушки выглядели немного бледными и вполголоса делились впечатлениями. Выяснилось, что золотую арку прошла только одна Избранница – Кристина Дорфер. Правда, ее сразу увели к целителям.

– А что было после красной арки? – спросила Алета.

– Болото, нужно было прыгать с кочки на кочку, – неизвестная Маргарет Избранница передернулась. – Ужасная вонь, всплывающие на поверхность пузыри, приносящие еще большую вонь.

– И жуткое уханье, – добавила Хемснис. – А после черной что?

– Ничего, – с превосходством произнесла Алета. – Мы сразу вышли на тропинку.

Избранницы оказались в центре зала, а Маргарет чуть впереди остальных девушек. Придворные рассредоточились по сторонам, король сделал шаг вперед.

– Я рад видеть вас. – Линнарт тепло улыбнулся. – Вы – сокровища своих родов. Не только красота, но и ум, честь, достоинство. Я горжусь вами. Сегодня, когда вы вернетесь в свои покои, вы обнаружите небольшие памятные дары. По-королевски скромные дары. А сейчас – да начнется Осенний бал! Мэдчен Саддэн, вы окажете мне честь?