Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 209 (всего у книги 304 страниц)

Маргарет таинственно улыбнулась и проворковала:

– На эту тему я буду писать дипломную работу. Тогда и узнаете.

Она не собиралась прямо сейчас уточнять, что журавлики горели, потому что она их поджигала, поскольку предположила, что Глорейн попытается соврать как минимум два раза. На третий раз журавлик бы начал тлеть, а она, Маргарет, уточнила бы, что допрашиваемая недоговаривает. Мухлеж, как говорил папа. Но мэдчен Саддэн предпочитала термин мамы – тонкая психология.

– Дашь почитать? – тут же подскочила Тамира.

– Разумеется, – кивнула Маргарет.

– Итак, Нелли, зачем ты здесь? – мягко спросил король.

Мэдчен Глорейн сверлила взглядом шар Истины. Чуть помолчав, она коротко выдохнула:

– Может, вы меня развяжете?

– Нет, – коротко рыкнул Вальтер. – Лин, если ее цель убить тебя – то сейчас идеальный момент. Она усыпит твою бдительность и всадит нож тебе в сердце.

– Если бы я кого и решила убивать, то суку Саддэн, – скривилась Корнелия. – Во все влезла. Правду говорили, Первый Клинок был как заноза в заднице.

– Ай-яй, как некуртуазно, – хмыкнула Маргарет.

– Грубо, но по сути верно, – ностальгически улыбнулся Вальтер. – Гаррет был очень дотошным в вопросах безопасности. К остальному он относился равнодушно. Итак, Корнелия Глорейн, ваша цель?

– Защита его величества, – буркнула связанная Избранница.

Все четверо в полном шоке смотрели на абсолютно прозрачный шар.

– Та-ак, – выдохнул король. – Рассказывай.

– Я не предам брата.

– Я пошлю ему твою голову в подарочной коробке, – тут же рыкнул Вальтер.

Тамира тихо вздохнула: переигрывает монстро-ректор, переигрывает.

– Вальтер, – укорил друга король, – мы не можем так поступить с Нелли. Я просто удалю ее с Отбора и вместе с Гилмором вышлю за пределы Кальдоранна. Я больше не могу доверять побратиму.

– Он не хотел, – тихо произнесла Нелли. – Я об этом почти ничего не знаю, правда. Мне было всего шесть лет. В тот день пришли люди, а я спряталась в гостиной. Мне было страшно – няня рассказала мне про помолвки, которые заключают между детьми. И в каждом госте я видела угрозу.

– Вас нужно перевести на очное обучение, – недовольно произнес ректор, – профессор Ирвинг по вам плачет.

Маргарет усмехнулась: да, дерр профессор не позволяет лить воду в ответах.

– Мужчина и женщина, они напомнили брату о том, что помогли ему в прошлом. И потребовали сущую мелочь.

– Какую? – напряженно подался вперед король.

– Я не знаю. Они передали ему свиток, он прочел и кивнул. Сказал, что все передаст с почтовой химерой.

– На основании чего вы решили, что вашему королю что-то грозит? – сощурился Вальтер.

Прикрыв глаза, Корнелия тихо ответила:

– После Второго Отбора брат ужасно напился. Слуги оттащили его в спальню, а я пошла следом. Надо же было донести до него всю степень моего разочарования. А он схватил мои руки и сказал: «Мой брат умрет из-за меня». Он это повторил несколько раз, а потом уснул. Я всю ночь металась по дому, ведь у нас нет братьев. Потом поняла, что он говорил о короле. Ну и вспомнила о том визите. И поняла – я должна спасти короля и брата. Не зря же я готовилась стать агентом Департамента Безопасности!

– Тамира, не закатывай глаза, ты благородная мэдчен, – коротко произнесла Маргарет.

У Линнарта слов не было. На ум шла только тяжелая, площадная брань.

– Вы готовы подкрепить свои показания кровными клятвами? – только ректор не потерял присутствия духа.

– Разумеется, – гордо произнесла семнадцатилетняя спасительница. – Теперь вы понимаете, как Саддэн мне мешала?

– И как же ты собиралась спасти короля? – едко спросила Маргарет. – Может, у тебя свой штат агентов и осведомителей? Или ты гениальный сыщик и уже знаешь главного заговорщика?

– Пф-ф, да стрелу она сиськами ловить собиралась, – фыркнула Тамира.

Усмехнувшись, Маргарет подхватила идею подруги:

– Мечты, они ж такие мечты – трагичная смерть, красивое платье, кровь и коленопреклоненный король. Шепотом, на грани слуха: «Простите моего брата и не вините ни в чем». Дальше смерть, красивые похороны, Царлот рыдает. Там еще и памятник можно во весь рост. Так, что ли?

Ответ был не нужен – Корнелия покрылась румянцем:

– Что за глупости. Я бы вычислила убийцу и предприняла меры.

– Упаси нас всех Богиня от юных и пылких, – выразительно произнес ректор. – Лин, у меня таких по сотне ежегодно. Ты понимаешь, что профессуре нужно прибавить зарплату? И мне – тоже. Потому что особо запущенные случаи тяжким грузом оседают на моих плечах.

– Бери с нее клятвы и начинай воспитывать, – коротко приказал король и потер кольцо. – Мадин, Гилмора Глорейна ко мне. Срочно. Кому как, а мне необходим бокал вина.

Вальтер отозвал Линнарта в сторону, и они о чем-то активно совещались. А в этот же момент Тамира подхватила подругу под руку и оттащила к окну.

– Ты чего такая злющая? – прошептала мэдчен Кодерс. – Не замечала за тобой такой вольности в словах, да и действиях.

Отведя глаза в сторону, Маргарет пожала плечами и тихо ответила:

– Сама не знаю. Раньше мне нужно было быть серой и незаметной, держать язык за зубами и смотреть в пол.

– Ага, и теперь ты решила выдать все, что накопила, – хмыкнула Тамира. – Мне-то все равно. Но ты ведь на самом деле не такая. Побузишь и перестанешь, а королю образ возлюбленной феи разрушишь. Стервы при дворе хороши, а вот хамки лучше всего на базаре смотрятся.

– Может, успокоительного попить? – задумчиво протянула Маргарет. – Я ведь не специально.

– Попробуй делать паузу, – серьезно сказала Тамира. – Даже я говорю не все, что приходит в голову.

– Да. Теперь мне стыдно.

– Считай, тебе вновь семнадцать, – рассмеялась мэдчен Кодерс.

– Не приведи Богиня, – передернулась Саддэн. – Все менталистские «маски» я вызубрила и отработала за три года. Начала в четырнадцать и закончила в семнадцать. Я собиралась вычислить устроителей Алой Ночи и жестоко их пытать. Знаешь, в каком-то смысле Корнелия лучше, чем я. Она хоть думала о героической гибели, а я о жестокой мести.

– А потом?

– А что потом? Что может подросток? Я ведь не сыщик, и связей у меня нет. Ходила кругами по Царлоту, пыталась влезть в собственный особняк. Годам к восемнадцати осознала всю глупость своих псевдоследственных действий. Это только в романах злодей приходит за выжившим ребенком. А тут жизнь, злодей получил то, что хотел, и все остальное ему безразлично, – грустно подытожила мэдчен Саддэн. – Ладно, все. Давай на этом закончим? Я поняла, что перегнула палку.

– Тогда скажи, дорогая подруга, ты слышала то, что сказал король? Дочь Глорейна?

Обернувшись на мужчин, которые сооружали устрашающего вида клетку прямо посреди кабинета, Маргарет пожала плечами:

– Линнарту почти тридцать, дерр Глорейн его на пару лет старше. А чисто физиологически подростки размножаются не хуже взрослых.

– А скрыл, потому что бастард. Ну да, так-то быть сестрой куда лучше, чем незаконной дочерью, – покивала Тамира.

– Мы-то нафантазировали, а вдруг король просто оговорился? – улыбнулась Маргарет.

– И ректор промолчал? Скорее всего, дерр ректор в курсе, – пригорюнилась Тамира и тут же встрепенулась. – А знаешь, меня это не так задевает. Либо я готова стать любящей мачехой этому сокровищу, либо я готова забыть Гилли. Хм-м, надо поковыряться в себе. Как ты думаешь, зачем эта клетка?

– Давай спросим? Тем более что Корнелия уже внутри.

Действительно, мэдчен Глорейн была усажена на жесткий стул и как-то нарочито связана – толстые веревки, громоздкие узлы. Все это создавало какой-то театральный эффект. А самое главное, что вокруг этой композиции еще и мерцали полупрозрачные прутья колдовской клетки.

– Дерр Вальтер, она нас слышит? – осторожно спросила Маргарет и подошла ближе.

– Нет, но кто знает, возможно, она читает по губам, – улыбнулся ректор.

– Эта красота для Гилмора? – спросила Тамира. – А не слишком?

– Когда видишь своего балованного ребенка в чужой власти – ничего не слишком, – ответил Линнарт.

Маргарет с восхищением посмотрела на короля. Он тоже любит тонкие игры. Или мухлеж, все же мэдчен Саддэн предпочитает более мягкие термины.

«Да, грубость и прямолинейность – не моё, – промелькнуло в голове Маргарет. – Так что же со мной творится последнее время? Титул и деньги в голову ударили?»

– Надеюсь, ты закрыл Гилмору телепорт во дворец? – спохватился ректор.

– Закрыл, Мадин уведомит нас, как только Глорейн пройдет ворота, – кивнул Линнарт и тут же вновь потер кольцо. – Мадин, пришли кого-нибудь с прохладительными напитками.

Повернувшись к клетке спиной, король взмахом руки сотворил уютный уголок: низкий стол, узкая софа на двух человек и три кресла. На софе тут же устроились Тамира и Маргарет. Линнарт сел в кресло рядом с мэдчен Саддэн, а ректор сел со стороны мэдчен Кодерс.

Через пару минут в кабинет просочился слуга, расставил на столе несколько запотевших кувшинов с лимонадами и вазочку с подсоленным арахисом.

– Моя слабость, – улыбнулся король и тут же взял щепотку.

– А что, мэдчен Саддэн, мне ждать от вас заявления на перевод? – откинувшись на спинку кресла, спросил Вальтер. – Представляю, как мне будут завидовать – учить саму королеву!..

Задумчиво посмотрев на ректора, Маргарет перевела взгляд на свои руки. Затем покосилась на Тами и осторожно ответила:

– Боюсь, что завидовать вам не будут, дерр. Мне интересна менталистика, и после выпуска я планирую пройти курсы при полицейском управлении. Но переводиться я не буду.

– Почему? – удивился ректор.

Линнарт с интересом посмотрел на чуть порозовевшую от всеобщего внимания Маргарет.

– Потому что я артефактор, – она пожала плечами. – Я чувствую свои творения.

– Ты так стремилась на факультет менталистики, – покачал головой Вальтер.

– Потому что я имела на это право, – серьезно ответила мэдчен Саддэн. – Пусть я не могла козырять родом, пусть. Но одна только моя сила чего стоила. Мне даже боевой факультет предлагали! Вот я и бунтовала. А так, своего наставника я ни на кого не променяю.

Тамира встала и занялась напитками. Поставив перед каждым по стакану, она села и серьезно заметила:

– Я менталист по образованию. Но собираюсь переучиваться на артефактора.

– Каждый получает то, что хочет, – кивнул ректор.

– Кстати, о достижении желаемого, – встрепенулась Маргарет и без зазрения совести заложила близнецов.

Усмехнувшись, Вальтер пообещал:

– Уверен, воздаяние по заслугам они оценят по высшему баллу. Уж я-то постараюсь.

– Мой король, дерр Глорейн на территории дворца. Он движется верхом. Расчетное время прибытия – десять минут, – бесстрастный голос Мадина прервал мирную беседу.

Коротко кивнув, король бросил в пустоту:

– Выпиши себе внеочередную премию, Мадин.

У Маргарет перехватило дыхание. Ей стало так же страшно, как и тогда, в личной гостиной Гилмора. Она сцепила руки в замок и прикрыла глаза. Необходимо найти в себе хоть каплю смелости.

Но искать не пришлось. Линнарт обхватил ее руки своими и проникновенно произнес:

– Это не займет много времени. А после я надеюсь украсть тебя и не возвращать до самой ночи.

Мэдчен Саддэн коротко кивнула и медленно выдохнула:

– Да, Лин, да. С тобой – куда угодно.

Она просто хотела быть вежливой, но сказала правду. И через секунду ее озарило – так ведь она перед ним выставлялась! Как глупый подросток – смех погромче, макияж поярче, вырез поглубже. Так и она, только вместо громкого зазывного смеха – ядовитые и грубые слова, вместо яркой краски – демонстрация своей независимости, а вырез сменился на форму. Как говорили девчонки с факультета менталистики – я вся такая не такая, как все.

Нервно сглотнув, Маргарет посмотрела на Линнарта. Ей нужно было как-то объяснить, что она, безусловно, не очень приятный собеседник. Но не настолько. И она любит, любит яркие платья. Просто она так долго запрещала себе интересоваться мужчинами, что теперь ей тяжело осознавать свою симпатию к королю.

«Дня не проходило, чтобы я о нем не вспомнила, – с отчаянием подумала мэдчен Саддэн. – Ну почему король?! Неужели нельзя было влюбиться в кого попроще?»

Над столом с хлопком материализовался Каприз. В уменьшенном виде он скользнул к хозяйке и устроился у нее на плече.

– Это как это? – поразилась Тамира.

– Так ведь это защита, – улыбнулся Вальтер. – Мы вначале хотели обязать Избранниц носить химер с собой. А потом решили, что продуктивней будет дать им возможность телепортироваться к владелицам.

Дверь открылась, и Мадин с поклоном произнес:

– Дерр Гилмор Глорейн к его величеству.

– Лин, я рад, что ты… – взгляд синих глаз главы Департамента Безопасности прикипел к дочери. – Мой король, ты ведь знаешь, как она мне дорога.

– Она ваша дочь? – напрямую спросила Тамира. – Сколько вам было лет, пятнадцать?

Глорейн с легким раздражением взглянул на мэдчен Кодерс и вдруг заметил, что в ее больших глазах больше не светится любовь.

– Ты сказал, Гилмор, что твоей, кхм, сестре требуется окорот. Именно поэтому ты позволил ей участвовать в Отборе, – веско произнес король. – Сядь. И объясни, какую услугу ты оказал одиннадцать лет назад? И кому.

В кресло Гилмор опустился так, будто из него разом вынули кости. Он просто обмяк и с отчаянием посмотрел на побратима:

– Лин, я не втягивал ее в это. Да, она моя дочь. Да, я сделал для нее фальшивую метрику, бастард – это вечное клеймо.

– Ближе к услугам, – бросил Вальтер.

– Просто так подделать метрику нельзя – ее заверяют в храме, а храмовые печати несут в себе частичку силы Серой Богини. Мне пообещали метрику взамен будущей услуги. – Он смотрел перед собой. – Лин, я сразу поставил условие – услуга не должна нести вред правящему королю. Когда они пришли и попросили – мне стало смешно. Они могли напрямую прийти к тебе, и ты бы не отказал.

– Кто они и что просили? – холодно произнес Линнарт.

– Мора Лиовия Сфаррен-Дарвийская, та, которую не приняла Серая Богиня, и ее сын.

– Та, которую мой отец отправил в монастырь? – нахмурился король. – Она была его женой перед людьми, но Серая Богиня не даровала ей своего благословения. Тебя не смутило ее нахождение вне стен монастыря?

– Не смутило, – взъерошился Гилмор. – Ты не даешь мне договорить. Она и ее внебрачный сын прибыли по делам монастыря – они просили посодействовать выделению средств на реконструкцию храмов. Всех храмов. Понимаешь теперь? Я даже и подумать не мог, к чему это может привести!

– Я помню этот указ, – сощурился Линнарт. – Он стоил мне целой битвы с Советом министров. Чистая победа, ведь верховный жрец встал тогда на нашу с Гарретом сторону. И что дальше?

– Через полгода реконструкция завершилась, и Богиня перестала отвечать людям, – хрипло произнес Гилмор. – Я отправился в монастырь Пресветлой Эзары, но мать-настоятельница не позволила мне встретиться с морой Сфаррен-Дарвийской. Вместо этого меня заверили, что никого с письмом ко мне не посылали. И велели кланяться королю в ноги – жрецы привыкли обходиться своими силами, а тут такой королевский подарок. Вот и получилось, что в исчезновении Богини виноват только я.

– И ты промолчал, – горько произнес Линнарт.

– Я поклялся себе больше никогда не допускать таких оплошностей, – сверкнул глазами Гилмор. – И я был на аудиенции с верховным жрецом. Спрашивал его, не могли ли во время реконструкции что-либо повредить в храмах. Он только посмеялся и отправил меня вон. Я сделал все, что мог.

Маргарет прикусила губу:

– Очевидно, что позже жрец Аситор вспомнил об этом разговоре. Он ведь погиб во время поездки по храмам.

– А в той поездке он был вместе с Гарретом. – Линнарт с яростью взглянул на своего побратима. – Почему ты смолчал?!

– Я не связал Алую Ночь и смерть Аситора!

– Погодите, – Тамира отчаянно тряхнула головой, – что-то у меня цифры не сходятся. Алая Ночь была одиннадцать лет назад. А новый верховный появился лет семь назад. Как дерр Саддэн мог стать свидетелем смерти жреца Аситора?

– Нового верховного жреца назначает Богиня, – тихо сказала Маргарет. – Я помню, что отец вернулся сам не свой. И помню дни скорби по верховному. Затем жречество ждало знака от Богини. Только с кем мой король молился в подземелье?

– С верховным жрецом, – тонко улыбнулся Линнарт. – Почти. Как вы помните, верховный именуется Дарованным – Богиня дарует пастве верховного жреца. И в то же время она отмечает своим благословением еще одного жреца – Осиянного. И когда Дарованный отправляется в паломничество по отдаленным монастырям, его место занимает Осиянный. После смерти Дарованного Богиня меняет знаки, и появляется новый Осиянный, а прежний занимает верхнюю жреческую ступень.

– А я не знала, – честно призналась Тамира. – Но почему тогда Осиянного не выбрали?

– Даже не представляю, – так же честно ответил король. – Но семь лет назад верховным стал Дарвер.

А Маргарет незаметно стиснула ладонь Тамиры – сейчас вспомнят, что они лишние, и выставят за дверь. Вряд ли удастся подслушать!

Король меж тем вновь обратился к Гилмору, который не сводил взгляда со своей дочери:

– Хорошо, тогда с чего вдруг ты решил, что мне угрожает опасность? Сейчас моя смерть никому не выгодна – королевы нет, близких родственников нет, наследника, над которым можно установить регентство, – нет. Претендентов на престол аж пятеро, и все имеют равные права. Страна вспыхнет, как склад с боевыми зельями! Нет сейчас настолько сильного лидера, чтобы повести за собой людей. Нашими с тобой стараниями нет!

– Это очевидно, – не сдержалась Маргарет. – Моего отца убили из-за того, что он мог что-то знать об исчезновении Богини. Вероятно, это был заказ Дарвера. И сейчас эти Отборы, эти смерти и подставы – все что угодно, лишь бы не проводить церемонию представления королевы Богине.

– Дарвер слаб и труслив, – покачал головой Вальтер. – Он бы не потянул. Да и потом, сорок девять родов погибло. Неужели только для того, чтобы скрыть причину убийства Первого Клинка?

– Одно к одному, – кивнул король. – У каждого погибшего рода оставались наследники. Не прямые, а косвенные. Кто-то собрал все воедино.

– У нас сорок девять заговорщиков? – севшим голосом спросила Тамира. – И Адд-Сантийские? А что они получили?

– Не получили, – покачала головой Маргарет, – но могли. Мы с мамой выжили чудом. С попустительства напавших остался один корявый телепортационный коридор. И если бы я не умела телепортироваться, нас бы взяли на болоте.

Глорейн сидел тихо. Опустив голову, он ждал королевского вердикта. А Вальтер, тяжело вздохнув, подытожил:

– Это все славно, но это лишь слова. Мы не можем схватить верховного жреца и бросить в темницу только потому, что нам кажется, что он виновен.

– Что будет со мной? – настойчиво произнес Гилмор. – Лин, я дам тебе любую клятву.

– Нет, друг мой, – покачал головой Линнарт, – нет. Хватит, ты слишком много и слишком ловко клялся. Мы вернем взгляд Богини к землям Кальдоранна. И по древней традиции именно она решит, что с тобой будет.

Криво усмехнувшись, Гилмор прикрыл глаза:

– Ты так щедр, Лин. Я не мог сознаться – у меня уже была Корнелия. Лишение титула не пугало, а вот рудники… Что бы с ней стало? Из сиротских приютов девочки расходятся по борделям.

Маргарет почувствовала себя лишней. Она и так во время допроса старалась даже дышать через раз, чтобы о ней не вспомнили и не выгнали. А сейчас, когда Гилмор затронул такую личную тему…

– Я бы никогда не позволил твоей дочери оказаться в приюте, – с горечью произнес король. – И не лишил бы ее титула. Очень жаль, что ты этого не понял.

– Лин, я глава Департамента Безопасности, ты правда думаешь, что я не знал о малом Совете? Имена всех участников мне неизвестны, – Гилмор бледно улыбнулся, – но то, что мой секретарь – часть твоего Совета… Это особенно унизительно.

Маргарет встала и потянула за собой Тамиру:

– Мы выйдем. Дерр Вальтер, не составите нам компанию?

– Да, безусловно.

– Что-то раньше вы не торопились, – усмехнулся Глорейн.

– Раньше вы обсуждали то, что касалось и нас, – возразила Маргарет. – Корнелия пакостила нам и нас же пыталась подставить. На прошлом Отборе Тамира пострадала из-за вас. На этом Отборе под угрозой уже я. А я не готова жить на грани жизни и смерти!

– Жизни и смерти? – нахмурился Вальтер.

– Пойдемте, потесним Мадина в приемной, – улыбнулась Маргарет. – Им стоит поговорить по душам.

Последним выходил ректор. Он же закрыл дверь и бросил на нее магическую глушилку.

– Я могу вам чем-то помочь? – из-за конторки вышел Мадин.

– Если его величество спросит – мы в КАМе, – коротко ответил ректор. – Открывайте телепорт, мэдчен Саддэн.

Коротко кивнув, Маргарет сосредоточилась, представила себе кабинет ректора и утянула за собой попутчиков.

– Что ж, вынужден признать, вам действительно не нужно практиковаться, – с сожалением произнес Вальтер. – Жаль.

– Почему? – полюбопытствовала Тамира.

– Рейтинг академии зависит от многих причин. – Ректор вытащил из стола трубку и жадно потянул носом аромат табака. – В том числе и от количества студентов, попавших на службу в магистральную сетку. А у нас этот показатель хромает – высокородные дерры предпочитают нанимать своим детям сторонних мастеров. Итак, мэдчен, присаживаемся и каемся – что там с отсроченной смертью?

Еще раз понюхав трубку, Вальтер убрал ее обратно. И внимательно посмотрел на девушек. Маргарет чуть поежилась, но особо не смутилась. Она перестала так сильно бояться дерра ректора. Хотя его жутковатая аура никуда не делась.

Тамира села на стул, сложила руки на коленках и тоном хорошей девочки начала рассказ:

– После второго тура осталось слишком много Избранниц. И мэдчен Виррмэль Корадир это не понравилось. Она понимала, что ей не позволят пронести яд на территорию дворца, поэтому приготовила его сама. Смешала все в одно – зельеварение, ритуалы и самогонный куб. То, что получилось, в итоге не имеет аналогов и лечения, соответственно, тоже не имеет. Все, что смогли придумать целители, это оттягивать мою смерть вытяжкой из жив-корня. После этого Отбора я получу право распоряжаться своим приданым. Я хочу поехать в Келестин, говорят, там есть всемогущие белаторы. Надеюсь, мне хватит средств расплатиться с ними.

Подперев подбородок кулаком, Вальтер коротко спросил:

– Что сказал ваш отец?

– Никто не умер – и хорошо, – пустым, равнодушным тоном произнесла Тамира. И тут же вздрогнула, когда прямо перед ней появилась ее яркая химера. Каприз тут же перелетел к товарищу, и они вместе что-то утешительно зашипели.

– Я уверена, что тебе помогут, – серьезно сказала Маргарет. – Главное, возвращайся. В моем доме найдется для тебя место.

– Спасибо.

– Сегодня ночью я заберу мэдчен Кодерс, – прервал девушек ректор. – И сам посмотрю, что там за оригинальный яд получился. У вас есть образец?

Тамира покачала головой:

– Я даже не знаю, куда яд был добавлен.

Поглаживая химер, мэдчен Кодерс скользила взглядом по кабинету. И всячески показывала, что устала от этой темы.

– Мэдчен Саддэн, а у вас от отца не осталось записей? – голос ректора разбил тишину.

– Нет, дерр ректор, – со вздохом ответила Маргарет. – Последние полгода мы жили в предместьях Царлота, а там ничего не уцелело. Вряд ли нас ждет пояснительная записка в столичном доме. Но, если хотите, мы можем вместе посетить особняк.

Вальтер потер подбородок и рассудительно произнес:

– Навязывать вам свое присутствие довольно некрасиво, ведь вы впервые за долгие годы ступите на порог родного дома. Однако в сложившейся ситуации я не вижу иного выхода.

– Отец не вел записей, – с сомнением покачала головой Маргарет. – У меня есть его дневник, тот, что ему мама подарила. Так там, кроме распорядка дня, ничего нет. Он не терпел дневников.

– «За меня будут говорить историки», – с чувством произнес Вальтер. – Надеюсь, что он сделает для нас исключение.

Внутри стола Вальтера что-то застучало, потом завыло и через пару секунд начало покашливать.

– Мадин вызывает нас во дворец, – пояснил ректор. – Видимо, разговор окончен.

– А почему Гилмора не взяли в малый Совет? – спросила Тамира. – И что это такое, малый Совет?

– Об этом вам лучше забыть, – серьезно сказал ректор. – Да и не знаю я, почему. Они были не разлей вода на момент создания Совета. Возможно, из-за дочери Гилмора. Но я склоняюсь к мысли о том, что, потеряв старшего друга и наставника, а в полной мере Совет заработал после Алой Ночи, король попросту побоялся лишиться еще и побратима. Вот и не стал подвергать его опасности. Но это исключительно мое мнение. Маргарет, открывайте портал.

Из королевского кабинета уже была убрана клетка, да и брата с сестрой, то есть отца с дочерью, уже не было видно.

– Мы должны что-то знать? – спросил Вальтер.

– Корнелия по состоянию здоровья больше не может участвовать в Отборе невест, – устало произнес Линнарт. – Гилмор вернется к выполнению своих обязанностей и начнет передавать управление своему секретарю, дерру Роллису.

Склонив голову к плечу, Маргарет спросила:

– Как он отреагировал?

– С облегчением, – криво улыбнулся король. – Гилмор не был счастлив на этой должности. Тяготился ею.

– Роллис чрезмерно инициативен и обожает хитрые многоходовки, – тяжело вздохнул Вальтер. – Намучаемся. Мой король, мне бы на ночь забрать Тамиру Кодерс. Провести пару ритуалов с ее кровью.

Король кивнул и, коротко усмехнувшись, проворчал:

– Если увлечетесь, проводите малый свадебный обряд. Тогда не придется на рудник ехать. Я тут недавно внес небольшую корректировку в закон об Отборах.

– Тогда я заберу ее прямо сейчас, – сориентировался ректор.

Ни Тамира, ни Маргарет ничего возразить не успели. Только Каприз вернулся на плечо хозяйки. И под звон часов Вальтер утащил добычу в свое логово.

– Обед, – задумчиво произнесла Маргарет. – Надо же, у меня еще никогда не было таких насыщенных дней. Когда я вернусь в академию, мне придется очень тяжело.

– В Келестине наши дипломы не слишком уважают, – отстраненно заметил Линнарт.

– Что ты, – рассмеялась Маргарет, – какой Келестин! У меня теперь здесь дел невпроворот. Надо оформить документы для Тарии и Ривергейла, привести в порядок семейный бизнес – у отца было несколько магазинчиков с артефактами и книжная лавка. Нужно восстановить сожженное поместье, дать образование Ривергейлу, его еще не рожденной сестре. Да и самой Тарии неплохо бы сырой дар как-то оформить.

Маргарет перечисляла, перечисляла и вдруг жалобно подытожила:

– Богинюшка, а жить-то я когда буду?

– Документы для мэдчен Тарии и ее ребенка уже готовит Мадин, – успокаивающе произнес Линнарт. – Поместье будет восстановлено за счет короны – семья Первого Клинка имеет целый ряд преимуществ. Остаются только лавки и личные вещи твоих родителей. Неотправленные письма или контракты. Кстати, уже три семьи попытались заявить о наличии брачного контракта между тобой и их наследниками.

Мэдчен Саддэн удержала первые пять слов, пришедших на ум, сдержанно выдохнула и напряженно спросила:

– Что вы им ответили?

– Что этот вопрос будет решаться в зале Истины. Маргарет, закрой глаза.

Просьба короля была так внезапна, что мэдчен Саддэн послушалась, даже не задумываясь и не задавая вопросов. И только почувствовав телепорт, вспомнила, что Лин собирался ее украсть.

– Угадаешь, где мы?

– Пахнет свежескошенной травой, – включилась в игру Маргарет, – журчит ручеек. Еще я слышу птиц, чувствую ветер – мы в парке?

– Почти, – рассмеялся Линнарт. – Открывай глаза.

– Какая красота, – выдохнула Маргарет.

Ручей был довольно широк. Он бежал среди камней, и даже издалека чувствовалось, что вода в нем ледяная. Все вокруг поросло сочной зеленой травой. Но самое главное, что совсем рядом виднелись горы, а с другой стороны – темный бескрайний лес.

– Где мы?

– Мое любимое место, – мечтательно произнес Линнарт. – Предгорья, родовые угодья Дарвийских. Здесь я провел самую счастливую часть детства. Идем, пора обедать.

За высоким валуном пряталась объемная корзина, расстеленный плотный плед, ворох подушек и какой-то странный, очень низкий стол.

– Это из Степи. Подарок эс-гурдэ, чтобы я мог вкушать яства на природе и не ронять своего достоинства, – последние слова король явно процитировал.

– А ты ронял? – поддела его Маргарет.

– Я – нет, но посол – лицо короля. И он уронил в Степи все, в том числе и мясо в кострище. А это, по мнению степняков, приманивает злых духов. У них свои понятия об этикете, и открыто выразить негодование и недоумение они не могут.

– Почему?

– Потому что степняки знают только два состояния: мир или война. Мир только с друзьями, а друзьям замечаний не делают. Поэтому посол вернулся с этим столиком.

– Хорошо, что между Степью и нами Келестин.

– Да, дерр Лазарий был откровенно плохим послом, – кивнул Линнарт. – Ставленник Совета министров. Но зато мне удалось назначить на его место своего человека. Так, хватит.

Пожав плечами, Маргарет продолжила опустошать корзину. Хватит так хватит.

Уставив глянцевую поверхность столика бесчисленными плошками с соусами и мелко порубленным мясом, Маргарет осторожно вытащила стопку плоских лепешек.

– Степной обед, – с улыбкой произнесла она. – Мне нравится.

– С одним исключением – мясо не конина, – кивнул Линнарт.

Мэдчен Саддэн взяла лепешку, насыпала на нее немного мяса, скрутила рулетик и окунула его в один из соусов. Линнарт действовал так же ловко. И некоторое время они молча ели – особо говорить не хотелось.

После король помог убрать все обратно в корзину и вытащил большой термос и вазочку конфет. Маргарет достала чашки, блюдца и сахарницу. Через полминуты к ароматам природы добавился крепкий, терпкий запах кофе.

– Ты самая необычная мэдчен из всех, что я встречал, – уверенно произнес Линнарт. – Ты состоишь из противоречий и острых шипов, смазанных ядом. Блеск твоего острого ума немного прикрыт хорошим воспитанием.

Маргарет замерла. У нее в груди стало так тесно, будто появилось второе сердце. Неужели?

– Спасибо, – непослушные губы едва смогли вымолвить это простое слово.

– Не стоит. Ты истинное украшение этого Отбора, Маргарет. – Лин подался вперед и взял ее ладонь. – Я бесконечно рад, до безумия, до помешательства, что столкнулся с тобой в том коридоре.

– Знакомство вышло не очень хорошим, но запоминающимся, – неловко пошутила Маргарет.

– Очень запоминающимся. Перебить эти воспоминания удалось лишь другими, более откровенными, – чуть хрипловато произнес Линнарт. – Я не хочу, чтобы между нами оказались недомолвки, Маргарет Саддэн.

– Да?

– Я буду добиваться твоего расположения, – четко произнес король. – Я сделаю все, чтобы ты захотела дойти до третьего тура и пройти его. Не только ради лабораторий.

– Почему?

Она смотрела ему в глаза и едва сдерживалась от того, чтобы не искусать губы в кровь.

– Что во мне такого? – повторила Маргарет.

– Шипы, яд и доброе, благородное сердце, – ответил Линнарт. – Для Кальдоранна ты станешь идеальной королевой, а для меня – любимой супругой.