Текст книги ""Фантастика 2026-80". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Наталья Самсонова

Соавторы: Эльнар Зайнетдинов,Артем Сластин,Мария Фир,Тая Север
сообщить о нарушении

Текущая страница: 208 (всего у книги 304 страниц)

Глава 15

Утром, до завтрака, Маргарет вытащила свой потрепанный блокнот и села разлиновывать новый график. Даже если банковские счета ее отца «таинственным образом» испарились, денег все равно достаточно, чтобы не испытывать нужды. Даже троим. Даже не работая. А значит, пришла пора пересмотреть приоритеты.

Во-первых, наладить контакт с новообретенной сестрой и ее ребенком. Во-вторых, узнать, почему их не приняли в род. То, что Тария отказалась потом, – это понятно. А вот почему сразу не ввели? Пока она еще верила бабушке с дедушкой.

Устало вздохнув, Маргарет подперла голову рукой и принялась украшать таблицу завитушками. Вчерашний день на многое открыл глаза. И на отношения в семье – тоже. В детстве она почти не видела Адд-Сантийских. Изредка приходила мора Тасна, гладила по голове, называла сокровищем и дарила то шелковый платочек, то драгоценную безделушку. Все подарки моры загадочным образом исчезали. Сейчас Маргарет была уверена, что это мама их прятала.

– Мэдчен Саддэн, пора вставать, – пропела Сарна, входя в гостиную. – Вы уже встали? Доброе утро! Пора делать маску для волос и лица.

– Состав один и тот же? – хмыкнула Маргарет.

– Практически да, главное – магия, – заулыбалась Сарна. – У вас впереди второе испытание! Надо выглядеть достойно.

Маргарет подскочила на стуле и потрясенно спросила:

– Когда?!

– Я не знаю, но с самого утра весь дворец заполнен магами. Мы посчитали мантии – больше пятидесяти. А ведь не все маги носят знаки отличия. Что-то готовят.

– Надеюсь, не переворот, – буркнула Маргарет и отдалась надежным рукам служанки.

Мора Тандин совершила невозможное и обновила повседневный гардероб Маргарет. Так что на завтрак мэдчен Саддэн вышла при всем параде.

– Ой, мэдчен, а у нас, кажется, туфли украли, – всполошилась Сарна.

Со шкафа подал голос Каприз – химера был оскорблен намеком на то, что из охраняемой им комнаты можно что-то украсть.

– Нет, Сарна, все в порядке. Не паникуй, – успокоила служанку Маргарет.

Перед выходом мэдчен Саддэн бросила короткий взгляд в зеркало и кивнула своим мыслям. Мора Тандин ни на шаг не отошла от оговоренного фасона – юбка, блузка и пояс-корсет. Вот и это, нежно золотистое великолепие, было выполнено в том же стиле.

Каприз спорхнул со шкафа и пристроился на плече Маргарет. Химера научился управлять своим размером и сейчас спокойно умещался на плече хозяйки.

За Тамирой заходить не пришлось – она сама вышла к Маргарет.

– Дорф, Тами…

– Промолчи, а? И без тебя жалельщиков хватит, – буркнула Тамира.

Мэдчен Кодерс выглядела больной. Выцветшие губы, тени под глазами, потускневшие волосы.

– Неужели ничего нельзя сделать? – с отчаянием спросила Маргарет.

– Прямо сейчас – ничего.

Девушки привычно свернули в переплетение полутайных коридоров. И мэдчен Саддэн негромко произнесла:

– Я хотела тебе предложить зайти после завтрака к моим родичам.

– А подробнее?

– Чета Адд-Сантийских взяла под опеку свою незаконнорожденную внучку и ее сына.

– То есть у них был наследник? – нахмурилась Тамира и тут же фыркнула. – А, понятно. Девчонка простая эйта, и сын у нее тоже не от благородного. Да почему бы и нет? Я, конечно, умираю, но не сегодня.

– Тогда тебя порадует новость – во дворце много новых колдунов. Скорее всего, вот-вот начнется второй тур.

Тамира выразительно закатила глаза и проворчала:

– Что-то Третий Отбор совсем марку не держит. Во Втором и Первом даты туров были известны до торжественного открытия. Балы и приемы – через день. А сейчас сплошная экономия казенных средств.

– Знаешь, прокормить сто девиц и еще с полсотни их родственников – накладно, – засмеялась Маргарет.

Войдя в Чайную гостиную, Тамира хмыкнула:

– Солнца ясного Корнелии на месте не наблюдается.

– Ты за ней следишь? – удивилась Маргарет.

– Она за нами всеми – приходит первая, садится лицом к входу и бдит. Не получилось стать первой скрипкой, так теперь упирает на свое особое обучение.

– В таком контексте звучит почти непристойно.

– И завтракает она, как правило, бананами, – поперхнулась смешком Тамира.

– Тами, – укорила подругу Маргарет.

– Не нуди, лучше расскажи, как твоя родственница вляпалась в опеку? Там же все зависит от личных качеств главы рода – хороший человек не обидит, плохой будет творить, что захочет.

– Она дочь моего дяди, старшего брата моей мамы. Ее растил отчим, тут я не поняла, куда делась ее мать, но на тот момент спросить не получилось, – Маргарет быстро выбрала несколько блюд и отложила меню. – И вот она и сама наступила на те же грабли – влюбилась и не удержалась. Мне вот только интересно, отчим знал, что выгоняет ее беременную?

– Пойдем да спросим. Как ты ее выцепила?

– В присутствии короля потребовала возмездной передачи опеки, – вздохнула Маргарет. – Но я дала им фамилию, а Адд-Сантийским теперь придется сочинять завещание. Тария не позволит закабалить сына. А значит род он примет только после смерти бабушки с дедушкой. Дорф, так называть их как-то даже неприятно.

– Представляю, какой там будет внушительный список требований.

Пожав плечами, Маргарет возразила:

– Не думаю. Смотри, они же не смогут это проконтролировать. Значит, оставят вменяемые требования. Ведь если Ривергейл трижды не сможет пройти испытание, право попробовать себя перейдет его сыну. Право, а не обязанность.

Ближе к концу завтрака, но до того как кто-либо из Избранниц успел выйти, в зал вошел эйт Товиан. С ним шло то золотистое чудо, которому так не понравилась Маргарет.

Дерр Лиар остановился, дождался, пока на нем скрестятся взгляды всех присутствующих в зале, и громко объявил:

– Завтра состоится Осенний Бал – это и будет вашим вторым испытанием. Вы обязаны взять с собой подаренных его величеством химер.

Переглянувшись с Тамирой, Маргарет шепнула:

– Он сказал «осенний»? Лето на дворе. Было. Утром.

– Если король сказал осенний, значит осенний, – хихикнула Тамира. – Погоди, какой-нибудь дурак еще и деревья в парке покрасит.

– Я сказал что-то смешное? – холодно осведомился дерр Лиар.

– Простите, дерр. Это у нее от радости, – проворковала Маргарет. – Моя подруга обожает танцы!

Дерр Лиар явно узнал мэдчен-эйту. Но от лишних слов воздержался.

– Как думаешь, что будет на балу? – заинтересовалась Тамира, и Маргарет вздохнула:

– Около пятидесяти чужих колдунов – боюсь, первый тур нам покажется сказкой.

– Главное, чтобы обошлось без жертв, – фыркнула мэдчен Кодерс. – Может, нас будут всячески искушать? Представь, высокий, широкоплечий дерр. Синеглазый и, м-м-м, черноволосый. И рубашка, рубашка так небрежно полурасстегнута, и видна крепкая грудь.

– Тами, ты чего? – нахмурилась Маргарет. – Перегрелась?

– А? Нет, я наоборот всю ночь сегодня охлаждалась. Мороженкой с орехами. Нет, знаешь, если будут искушать – могу и не сдержаться. Честь девичью сберегу частично, – Тамира подмигнула подруге.

– Тами, пообещай больше никогда-никогда не есть ореховое мороженое, – вздохнула Маргарет. – Как же я тебя не предупредила-то?

Мэдчен Кодерс, выслушав про любовное зелье, отмахнулась. Мол, одним больше, одним меньше. А настроение, несмотря на состояние, хорошее.

– Так что я, пожалуй, введу его в меню, – подытожила Тамира. – Идем? Хочу уже уйти отсюда и познакомиться с твоей родственницей. Но уйти – хочу больше.

На Тамиру действительно косились. Болезненный вид, фляжка – среди Избранниц гуляли самые разнообразные слухи один другого гаже. Сарна изредка просвещала хозяйку, но в целом этой темы старалась не касаться.

– Ничего, ты утрешь им всем нос.

– Завтра я буду выглядеть еще хуже, чем сегодня, – криво усмехнулась Тамира. – Остается и правда утопиться в бочке с вином. Слышала? По последней версии меня нашли в личном погребке короля. Вот вопрос, у короля вообще есть личный погреб?

– Мне кажется, что здесь все принадлежит королю, – задумчиво протянула Маргарет. – Идем?

Мэдчен Саддэн хорошо запомнила, куда поселили Тарию и ее сына. Удобные апартаменты с двумя спаленками и гостиной. Светлые, с большими окнами, выходящими в парк.

Подойдя к гостевому покою, они встретили мужчину в целительской мантии.

– Простите дерр, вы были у Тарии Саддэн? – обратилась к нему Саддэн.

– Допустим, – холодно произнес он, – а что вам за печаль, мэдчен Избранница?

– Со вчерашнего дня я несу за нее ответственность, – спокойно ответила Маргарет.

Мужчина вздохнул и предложил отойти в сторону.

– Девочка доводила сама себя. Колдуньей, сильной, она не была. А вот вторая беременность подхлестнула дремлющий дар. Она сжигала сама себя и заодно сожгла энергоканалы плода. Ребенок магом не будет.

– А со здоровьем что? – настойчиво спросила Маргарет.

– Больше солнца, воздуха, фруктов, овощей и мяса. И меньше – давления. Если она захочет пару дней полежать в своей комнате – пусть лежит. Я так понял, что раньше у нее был очень жесткий график. Во всем остальном очень крепкая, выносливая девушка.

– Спасибо, дерр.

Распрощавшись с целителем, девушки вошли в гостевое крыло. Оно было так же роскошно изукрашено, как и основная часть дворца. Но если там висели портреты, то здесь на зеленых стенах нашли прибежище сцены охоты и просто пейзажи.

– Тихо и мирно, – улыбнулась Тамира. – Ни слуг, ни придворных. Будто все вымерло.

– И пахнет пылью, – кивнула Маргарет. – Так… Раз, два, три… Ага, нам сюда. Двери все одинаковые, так пришлось запомнить вазу и от нее отсчитывать.

– А если вазу передвинут?

– Я ее чарами обработала – не смогут, – чуть смутилась Маргарет.

Постучав, Маргарет чуть подождала и открыла дверь. После чего чудом сдержала негодование – в гостиной, помимо Тарии и Ривергейла, сидела Корнелия Глорейн. И, судя по чуть затравленному взгляду Тарии, Корнелии здесь особенно рады не были.

– Что ж, не буду мешать родственной встрече, – мило улыбнулась Корнелия.

Мэдчен Кодерс захлопнула дверь и, прислонившись к ней спиной, сложила руки на груди:

– Сиди где сидишь, интриганка дорфова. Что ты уже успела девчонке в уши налить?

– Вот действительно, – Маргарет нехорошо улыбнулась, – завтрак пропустила.

– Я позаботилась о малышке Тари, – тут же ответила Корнелия. – Никто и не подумал принести им завтрак.

Усмехнувшись, Маргарет спросила:

– Ты так хвалишься особым образованием, Конни. Сейчас мы обеззвучим комнату и допросим тебя.

– Лучше в ванной, – зло прошипел Ривергейл.

– Вот, отличное поступило предложение. Так что ты выбираешь, Конни? Откровенность или страшные пытки? Что ж ты так резко на ноги вскочила, страшно?

Мэдчен Глорейн не слишком-то верила в способности мэдчен Саддэн. Вот только… Кто знает, может, Первый Клинок успел чему-то обучить свою дочь. Рискнуть или нет? Соврать или сказать правду? Или просто встать и попробовать уйти?

– Маргарет, я понимаю, мы плохо начали, – Корнелия склонила голову к плечу, – но я как раз хотела примирения. Вот и пришла к твоей сестре.

Мэдчен Саддэн тонко улыбнулась и промурлыкала:

– Правда? А кто же тебе, солнышко, в уши-то напел? Про сестру мою?

С каждым словом Маргарет на шаг приближалась к Корнелии. И когда до напряженной Глорейн осталось всего три шага, резко ускорилась. Вместо трех широких шагов – пять быстрых, мелких. Перехватить Глорейн за руку, дернуть на себя и прижать пальцы свободной руки к ее левому виску.

Корнелия замерла.

– Что ты с ней сделала? – полюбопытствовала Тамира.

– Пугаю, – лаконично отозвалась Маргарет. – Я сильный, но необученный менталист. Не смогу исцелить чужой разум, успокоить раненую душу. А вот сломать, разрушить, напугать – все отрицательные воздействия мне доступны.

– Ломать – не строить, – хмыкнула мэдчен Кодерс и помогла усадить Корнелию обратно в кресло. – И долго она так будет?

– От десяти до двадцати минут, – пожала плечами Саддэн. – Как-то все неправильно. Тария, прости меня за визит этой мэдчен. И знай, из своих покоев ты можешь выгнать любого. И меня в том числе. Если тебе нужно одиночество, уединение – нет проблем. Главное, говори словами через рот, хорошо? Я очень плохо умею догадываться о том, что у людей на душе.

Тария медленно кивнула.

– Пожалуйста, расскажи, что она от тебя хотела?

– Она пыталась остаться во время визита целителя, – тут же сдал Корнелию Ривергейл. – Но целитель ее выгнал. Не родственница – не положено. Потом начала расспрашивать.

– Пыталась вызнать, кто отец моего ребенка, – глухо произнесла Тария. – И Ривера, и вот этого вот.

Она с неприязнью посмотрела на свой живот.

– А ты? – спросила Маргарет.

– А что я? Про того урода я ничего не знаю, даже внешности его не помню. А про Ивора я ей ни слова не сказала.

– Он нас бросил, – зло прошипел Ривергейл.

– Но он мне ничего не обещал. – Тария растрепала сыну волосы. – И я всегда ему буду благодарна за тебя.

Ривергейл пересел к матери и прижался к ее боку.

– Почему ты пошла с Адд-Сантийскими? Неужели не понимала, что ничем хорошим опека не кончится? – Маргарет прикусила губу и добавила: – Ты ведь не глупая селянка.

– А селянки, знаешь ли, редко бывают глупыми, – хмыкнула Тария. – Необразованными или там косноязычными, но глупыми – нет. А что до понимания – понимала, что это шанс выносить и родить сына от любимого человека. Отчим меня из дома выкинул без копейки денег, а ведь Ивор мне и подарки дарил, и золото оставил. Да только мне с того золота ничего не досталось. Устроилась в трактир, а как живот показался – трактирщик меня и попросил на выход. Он, оказывается, думал, что я тяжело поработаю, одумаюсь и займу комнату наверху. Клиентов буду принимать. Дорф ему, а не клиенты. Так я оказалась на улице с тремя алдораннами и чердаком, оплаченным до конца недели. Так что Адд-Сантийские появились вовремя. Или подкупили трактирщика. В любом случае принимать в род «незнамо кого» они не стали.

Зло усмехнувшись, Тария продолжила:

– Да вот только промашечка вышла – я ведьма слабая, но уж некоторыми заклятьями владею. И от нежеланного ребенка – тоже способы знаю.

– Но не получилось, – негромко сказала Маргарет.

– А как оно может получиться, если меня зельями поили для повышения плодородности. А потом еще и под такого же опоенного положили?

– Погоди, в смысле опоенного? Он был не в себе? – насторожилась Тамира.

– Нет, в смысле, что он тоже пил зелья для повышения шанса зачатия. От таких зелий у мужчин чернеют губы. Он, скотина, морду-то цветами прикрывал.

Маргарет покачала головой и четко произнесла:

– Никто больше тебя не заставит. Закончится Отбор, и я приму тебя в род как полноправного и свободного его члена. Так что даже если со мной что-то случится, Адд-Сантийские ни тебя, ни Рива не получат.

Мальчишка вскочил и подбежал к Маргарет. Резко обняв ее, он расплакался. А мэдчен Саддэн замерла, не зная, что делать с плачущими детьми. Тамира жестом показала, что ребенка надо погладить по голове и приобнять.

– Тяжело пришлось? Обижали? Ну ничего, ничего. Отдохнете, а осенью в школу пойдешь. При Королевской Академии Магии есть школа, сразу после нее поступишь в КАМ. Вырастешь и станешь сильным и независимым, – шептала Маргарет, гладя своего племянника по спутанным вихрам.

– Так, все, заканчиваем балаган, – резко приказала Тамира. – У нас Конни в сознание приходит. Тария, Ривергейл, возьмите писчие принадлежности и идите в спальню. Облегчите жизнь главе своего рода – напишите, что вам нужно. Я намекну – трусы, игрушки, книжки, ваза под цветы, чайный сервиз.

Закивав, Тария подхватилась с дивана, просеменила к секретеру и достала оттуда лист и чернильницу со связкой перьев.

– Открывай глазки, красавица, – пропела Тамира. – Или ты еще разок хочешь?

Мэдчен Кодерс прищелкнула пальцами, и у кресла появились тугие ремни, которые зафиксировали Глорейн.

– У нас нет особого образования, – ухмыльнулась Тамира, – но есть здоровая злость и неоспоримое преимущество в возрасте. Так что, лошадка Конни, придется петь.

– Нападение Избранницы на Избранницу карается вылетом с Отбора, – зашипела Корнелия.

– А доказать сможешь? – вскинула брови Маргарет. – Следов мы не оставим. И даже не пытайся ныть о том, что две взрослые тетки обидели бедную маленькую тебя. Ты вообще явилась тиранить беременную, истощенную магичку.

– А еще мы можем вернуть тебя обратно, в твои страхи. И оставить здесь, в ванной комнате. Твой братец отправлен в отпуск, а кроме него искать никто не будет.

– Избранницу – будут, – зло выдохнула Корнелия.

– Но не здесь, – улыбнулась Маргарет, – не здесь. Итак, Конни, у меня огромная – вот такая! – куча вопросов.

– Я хотела отвлечь тебя на Тарию, – призналась Корнелия. – Если ты займешься родом, то у тебя не останется времени на короля. И тогда я смогу привлечь его внимание.

– Ага, ясно. Сейчас, минутку погоди с откровениями, – Маргарет вытащила остатки бумаги и сосредоточенно мастерила кособоких журавликов.

– Ты чего? – ошеломленно спросила Тамира. – Потерпи немного, я потом тебе даже компанию составлю. Тоже люблю из бумаги складывать, но, конечно, не так, как ты.

Фыркнув, Маргарет кивнула на Корнелию:

– Посмотри, как побледнела наша курочка, – знает, что я делаю.

– Курочке хорошо, – не смутилась Тамира, – а мне нет. Что ты делаешь? Дорф, что ж так криво-то?

Маргарет зафыркала, как оскорбленный ежик, и, сложив последнего журавлика, обиженно проворчала:

– А как ты собираешься определять, говорит она правду или врет? Как-никак сестрица главы Департамента Безопасности. А того сам король в предательстве подозревает.

Хмыкнув, Тамира бросила:

– Так вот оно какое, особое образование. Потому и на дому, что в академиях народ списывать учится. А тут подличать надо уметь. Хотя такая и в академии бы нахваталась.

– Каждый раз, как она соврет, будет сгорать один журавлик.

– Точно? – нахмурилась Тамира. – Может, проверим?

– Ну, давай. – Маргарет подхватила двух журавликов и магией связала их с Кодерс.

– Хм-м, ну допустим так: я ни в кого не влюблена! – поведала Тамира.

Один журавлик полыхнул пламенем и осыпался пеплом.

– Ты была сегодня на завтраке? – спросила Маргарет.

– Конечно, – ответила Тамира. – А Конни не было.

Второй журавлик остался невредим.

– Теперь приступим. – Маргарет сгребла подготовленных журавликов и высыпала их на пол перед креслом Корнелии.

– А я бы, для воспитательного эффекта, одного журавлика ей на голову положила. Это и не нападение – она же знает, что нельзя врать. И польза огромная, – протянула Тамира.

– Посмотрим, может, так и сделаем, – хмыкнула Маргарет. – Ради чего ты пришла на Отбор?

– Я люблю Линнарта и хочу стать его женой, – выпалила Корнелия.

Один из журавликов погиб в огне.

– М-м-м, очень любишь, как я посмотрю, – усмехнулась Маргарет. – Второй вариант?

– Я просто хотела поучаствовать в Отборе, – капризно надула губы Глорейн. – Брат держит меня дома, и…

– И очередной журавлик сгорел, – засмеялась Тамира. – Дорф, Гарри, как же с тобой интересно!

Поняв, что придется говорить правду, Корнелия попыталась вырваться из тисков кресла. И, как итог, ссаженная до крови кожа на запястьях и слезы бешенства на глазах.

– Кто вас просил влезать, дуры? – с ненавистью прошипела Корнелия. – Ненавижу! Ненавижу! Ничего я вам не скажу!

Она некрасиво зарыдала, а Маргарет со вздохом подытожила:

– Надо ее сдавать.

– И не королю, а монстро-ректору из твоей академии. А то король ее пощадит, он у нас очень добрый, – проворчала Тамира. – Нет, ну с тобой, Гарри, скучать не придется. Но и выжить будет сложно.

Корнелия сверкала глазами и молчала. А Маргарет, прикинув за и против, решительно произнесла:

– Надо ее все же королю сдать. По-другому будет неправильно. Жди тут, хорошо? Я на дверь щит брошу.

Найти короля – большая проблема. Он не обычный придворный, которого можно вызвать через кольцо или послать за ним служанку. А бегать по дворцовым коридорам можно до бесконечности. Остается только рассчитывать на удачу. И не побояться выдать одну из своих тайн.

Закрыв глаза, Маргарет в подробностях вспомнила обстановку личного кабинета его величества и телепортировалась.

* * *

Вальтер с размаху рухнул в кресло и трагично приложил ладонь ко лбу:

– Ты знаешь, как я страдал? Адд-Сантийские ушли красиво и гордо, но зато после… о-о-о, они не стеснялись в выражениях! Прости, Богиня, но я хотел помыть им рты со щелоком. Я так иногда своих студентов воспитываю.

– Толк-то был? – коротко спросил Линнарт и поискал, куда бы пристроить туфли.

– Дружище, ты перешел на женскую обувь?

– Маргарет вчера забыла в гостиной. Загоняли ее и даже не подумали, что такая хрупкая, беззащитная мэдчен не может весь день провести на ногах.

Усмехнувшись, ректор Вальтер протянул:

– Мой король влюбился? Одобряю.

– Почему сразу влюбился? – хмыкнул Линнарт. – Хотя не спорю. Но ты не услышал главного – Маргарет хрупкий и прекрасный цветок, который нужно беречь.

– Ты бы глаза открыл, – вздохнул Вальтер, – а то шипы этого цветка раздерут тебя в клочья. Маргарет Саддэн – Лучшая Ученица. Хрупкие цветки, оказавшись вне оранжереи, либо вянут, либо отращивают шипы. А твоя Избранница еще и ядовитым жалом обзавелась. Она хорошая девочка, Лин. Но не слабая. Не унижай ее так.

Король покосился на туфли.

– Я сам пару раз мечтал сбросить узкие ботинки, – тепло улыбнулся Вальтер. – Но у меня нет длинной юбки, которая бы прикрыла голые ступни. А у нее есть. Вот и вся разница.

– И слава Богине, дружище, что у тебя нет длинной юбки, – рассмеялся Линнарт. – Ты прав. Просто я…

Договорить король не успел, потому что прямо перед ним из телепорта вышла Маргарет.

– Доброго дня, ректор Вальтер. Мне бы его величество найти, – девушка не видела, что Линнарт стоит прямо за ее спиной.

– Что-то случилось? – светски осведомился ректор.

– Мы с Тамирой чуть-чуть разговорили Корнелию, – уклончиво ответила Маргарет. – Нужен более сильный менталист.

Вальтер зашелся хохотом, а Линнарт вышел из-за спины Маргарет.

– Ох! – мэдчен Саддэн шарахнулась в сторону и едва не упала.

– Что поймал, то мое, – усмехнулся король и осторожно выпустил Маргарет. – Кажется, вы забыли вот это.

Посмотрев на свои туфли, Маргарет залилась румянцем. Как назло, она в тот день выбрала удобную, не особо красивую обувь. Серая Богиня, ну почему нельзя было забыть крошечную бальную туфельку?! А не форменные калоши?!

Подхватив туфли, Маргарет телепортом отправила их в свою гостиную. И пусть это ее первый опыт перемещения предметов! Если пострадают, то жалко не будет.

Нет, она, конечно, понимала, что злиться на обувь глупо – сама забыла. Но злиться на себя еще и как-то непродуктивно.

– А теперь коротко и подробно про Корнелию, – потребовал Вальтер.

Кивнув, Маргарет сосредоточилась и представила, что делает доклад профессору Ирвингу:

– Утром, после завтрака я в сопровождении Тамиры решила навестить Тарию Саддэн. В покоях Тарии Саддэн находилась Корнелия Глорейн. При виде меня она попыталась уйти. Ее поведение вызывало подозрение, поэтому я решила пойти на крайние меры. Корнелия Глорейн подверглась «маске страха», однако по прошествии времени продолжала лгать. Тогда Тария и Ривергейл были закрыты в спальне, Корнелия обездвижена и зафиксирована в кресле. Я применила к ней проклятье бумажных журавликов – краткосрочное проклятие истины. Таким образом мы узнали, что она не влюблена в короля и не желает надевать корону. Затем она начала кричать, что ненавидит нас и что мы мешаем. Я приняла решение искать его величество.

По мере того как Маргарет все это говорила, у короля все больше и больше вытягивалось лицо. Вальтер откровенно веселился, но, когда мэдчен закончила отчет, откашлялся и строго произнес:

– Профессор Ирвинг был бы вами доволен. Хотя я считаю, что вы могли более четко и сухо изложить суть произошедшего.

– Да, дерр ректор, – коротко кивнула Маргарет.

– Я в шутку пригрозил Глорейну поставить на его место Саддэн, – протянул король, – и вижу, что в той шутке была немалая доля правды. Маргарет, вы поразительная девушка.

– Меня больше поражает ваш телепорт, мэдчен Саддэн, – проворчал ректор. – Вы могли учиться на факультете менталистики.

– Все студенты, владеющие даром телепортации и развивавшие этот дар в академиях, после обязаны десять лет отработать в магистральной сетке Кальдоранна, – пожала плечами Маргарет. – Я научилась телепортироваться, еще когда папа был жив. Так зачем же мне отрабатывать «ценное знание», которое не является для меня тайной?

– А ведь именно поэтому вас и назвали «несравненной», – медленно произнес ректор. – Я помню, как Гаррет хвастался потенциалом своей дочери. И что она овладела многими магическими практиками в крайне юном возрасте.

Линнарт удивленно посмотрел на друга:

– А почему ты мне не сказал? Почему мне никто ничего не сказал? – этот укол уже был в сторону Маргарет.

Хмыкнув, Вальтер выразительно закатил глаза:

– Знаешь, мы тогда заканчивали четвертую бутылку огневухи. А минутой ранее я похвастался, что оседлал морского кракена. Так что, во-первых, я об этом не сразу вспомнил, а во-вторых, не очень поверил. Мэдчен, вы уникальны.

– Исследовать себя не дам. Я просто очень быстро развивалась в детстве. Сейчас я такая же, как и все остальные, – настороженно проговорила Маргарет. – Если хотите изучить феномен – берите дерра Адд-Сантийского. Это по их линии передается.

– А почему не Ривергейла? – насмешливо сощурился Вальтер.

– Потому что он мой племянник и я его в обиду не дам.

– А старика дашь? – Тут и король засмеялся.

– А ему полезно будет, – насупилась Маргарет. – Я бы поторопилась. Вдруг Корнелия сбежит? Она, конечно, привязана за руки, ноги, талию и шею, но я бы не забывала о том, кто ее брат. Кто знает, чему он мог ее научить?

Король открыл телепорт, и, когда Маргарет уже шагнула в него, до нее донеслась короткая фраза ректора: «Редкий подвид фиалки ядовитой».

«Интересно, это он о чем? Новое поступление в академических теплицах?» – отстраненно подумала Маргарет и тут же забыла про всякие глупости. Все же ядовитые фиалки – это ближе к травникам и зельеварам.

В гостиной Тарии было весело: у Тамиры растрепалась прическа и через щеку пролегли четыре полосы, а Корнелия лежала в кресле без сознания и с огромной шишкой на лбу.

– Что тут было? – ахнула Маргарет.

– Освободилась, стерва, – мэдчен Кодерс усмехнулась, – но не на ту напала. Получила в лоб и прилегла отдохнуть. Вообще, у нее зрачок был такой расширенный, как будто она под зельями.

– Капсула во рту? – тут же предположила Маргарет.

Линнарт тяжело вздохнул и откровенно сказал:

– Чувствую себя пыльной декорацией неинтересного спектакля в дешевом театре.

– Зато у вас словарный запас большой, – улыбнулась Тамира.

– Тами, это король, – напомнила Маргарет.

– Ой, да мы два Отбора прошли, – фыркнула мэдчен Кодерс. – Можно сказать, почти породнились.

– Это уж точно, – кивнул король и посмотрел на Корнелию. – Бессознательную и под зельями через телепорт нельзя.

Из спальни выглянул Ривергейл:

– В ковер замотайте и несите. Вы же король – что хотите, то и творите.

– Кыш, – шикнула Маргарет, и дверь захлопнулась.

Но других идей ни у кого не возникло. Корнелия была дополнительно связана, закатана в ковер и водружена на плечи мужчин.

– В каком-то смысле, – глубокомысленно произнесла Тамира, – Корнелии оказана небывалая честь – путешествовать на плечах монстро-ректора и короля Кальдоранна.

– Кхм, я все слышу, – откашлялся ректор и поправил ношу.

– Да я уже получила диплом, – отмахнулась Тамира. – Могу быть откровенной.

Линнарт хорошо знал свой дворец, поэтому им удалось незамеченными добраться до личного королевского кабинета.

– Думаешь, сюда? – нахмурился Вальтер.

– Я не могу оттащить дочь Гилмора в темницу, – поморщился король.

Посмотрев на него, Тамира перевела взгляд на подругу и чуть вскинула брови: мол, не послышалось же? Мэдчен Саддэн покачала головой и одними губами произнесла: «Потом».

– По двум причинам, – продолжал его величество. – Во-первых, у нас нет особых доказательств. Она могла мужа искать на этом Отборе или пытаться привлечь внимание… да вот хоть твое, Вальтер. А во-вторых, в казематах слишком много людей. В тайных ходах стоит стража, и палачи всегда готовы помочь правому делу.

Маргарет подавила нервную дрожь. Как-то об этой стороне королевского дворца она не думала. А ведь еще первый король из рода Дарвийских повелел все инструменты власти держать под рукой. Правда, тюрьма все же находится в другом месте.

Ректор двумя пассами просканировал девушку, бросил стандартный диагност, и вокруг Корнелии вспыхнуло розовое свечение. Маргарет сощурилась:

– Стандартный диагност выявляет травмы и заболевания, а также показывает сексуальный опыт. Каким образом мэдчен Глорейн попала на Отбор?

Взгляды скрестились на короле. Тот пожал плечами и кивнул на друга:

– Вальтер, ты ее случайно лично на невинность не проверял?

– Случайно проверял, – буркнул ректор. – Магией. Так же как и Маргарет, и остальных участниц. Погоди, у нее цвет неправильный. Тут либо красный, либо белый должен быть. Маргарет, обыщите мэдчен Глорейн.

Кротко вздохнув, Маргарет закрыла глаза и скользнула руками вдоль рук Корнелии. Затем по шее, огладила уши. Когда она перешла на декольте, Тамира не выдержала:

– Нет, ладно бы ректор или его величество под шумок ее облапали. А тебе-то какое удовольствие?

– Как вам диплом дали, мэдчен Кодерс? – нахмурился ректор.

– Отозвать его уже не получится – год прошел, – моментально отреагировала Тамира.

– Есть!

Маргарет ухватила что-то жесткое и потянула на себя. Через пару секунд все смотрели на кусок грубой волосяной веревки.

– Есть артефакты, которые невозможно увидеть. Только нащупать, – пояснила тем временем Маргарет.

Теперь диагност показал правильный, белый свет.

– Приводи ее в сознание, Вальтер, – приказал король.

– А что это за артефакт? – прошептала Тамира.

Маргарет пожала плечами:

– Вариантов очень много.

Приведенная в сознание Глорейн обвела всех безразличным взглядом, посмотрела на веревку и криво усмехнулась:

– Несложно было? Вчетвером-то?

– Тебя я вырубила, – подбоченилась Тамира, – а они уже на готовое пришли. Но несли мужчины тебя вдвоем. Для одного ты тяжеловата.

Корнелия пошла некрасивыми пятнами.

– Нелли, зачем ты здесь? – устало спросил король.

И ректор со смирением понял, что злым и плохим придется стать ему.

– Я хотела за вас замуж, – на глазах у Корнелии закипели слезы. – Вы были героем моего детства – приходили, спрашивали, как у меня дела. Понимали, как никто другой.

– Нелли, журавликов мы не взяли, – король вытащил из кармана маленький шар, – но вот это – малый шар Истины. И он показывает твою ложь.

– Интересно, – Маргарет подошла к Корнелии и обернула вокруг ее шеи веревку. В этот же момент шар Истины стал прозрачным. – Вот оно что, извращает суть.

– Если это обманка, то почему журавлики горели? – удивилась Тамира.