Текст книги ""Фантастика 2025-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Алексей Вязовский

– Как догадался, князь?

– А чего здесь гадать. Только я бы и без ее напоминаний это сделал. Но видишь, как с храмом Айрана получилось – развожу я руками – и рад бы восстановить, да пока не могу!

– Айран немного подождет – отмахивается ведьма – И еще благодарен тебе будет за Мерею. Поверь, ее пробуждение сейчас намного важнее.

– Для кого важнее?

– Для всех! – жестко отрезает она – Никогда, князь, не дели древних богов на своих и чужих. Нет среди них для нас чужих. Каждый бог важен для Риона.

– Да, я и не думал их делить. А если вдруг кого из богов обидели мои предки, не выразив им почтения строительством храма в Эскеле, так мы это поправим – обязательно его построим, если Карифа подскажет, в каком месте новые источники можно пробудить. Я и до знакомства с тобой собирался восстанавливать все древние храмы княжества, просто рук на это сейчас не хватает, да еще и война с восточниками – будь она неладна!

– За войну не беспокойся, видела я, что все закончится хорошо для твоего княжества. Но будь очень осторожен, врагов у тебя, князь, с каждым днем становится все больше! Открыто они победить не смогут, так подло в спину постараются ударить. И ни в коем случае не ведись на сладкие речи с Острова.

– Вот уж кого мне в друзья точно не нужно! – зло рассмеялся я – насчет Понтифика и его псов можешь даже не переживать: для инквизиторов мои земли раз и навсегда закрыты. У нас с Лукасом к ним свои счеты!

Учитель, молчавший до этого и только переводивший внимательный взгляд с меня на Тамиру, тоже решил высказаться.

– Для того чтобы восстановить храм Мереи и пробудить спящий под ним источник, нам нужен сильный маг Земли, а где его взять?

– Так у вас же есть этот однорукий маг, который мужикам в деревне с полями помогает?

Мы с Лукасом переглянулись и дружно скривились, словно один лимон на двоих съели. И судя по насмешливой улыбке ведьмы, наша реакция от нее не укрылась.

– Эверс, что ли? – вздыхаю я – Мы этому прохвосту не настолько еще доверяем. Я его вообще хотел в замке оставить, чтобы он здесь гномов дождался и помог им в восстановлении храма Айрана.

– Вот и хорошо – кивнула Тамира – а древний храм Мереи тоже здесь недалеко, просто это в другой стороне.

– Да, мутный он, этот Эверс Вирт. С дезертирами в одной шайке мародерствовал – как на него можно положиться? Сама-то ему доверишь храм Мереи?

– Я за ним здесь пока присмотрю, а к вашему возвращению станет понятно, что он за человек. Увидимся здесь через декаду.

Ведьма поднимается со скамьи и, кивнув нам на прощанье, направляется к дверям, давая понять, что разговор окончен. На пороге оборачивается.

– Отправляйся на войну с легким сердцем, князь, и не забывай о своем обещании людям решить все миром. Хватит уже с них горя и смертей…

* * *

Деньги, оставшиеся от Лордов медленно, но верно таяли, и Марта с ужасом думала о том, что к наступлению холодов их совсем не останется. И где тогда ей жить? С постоялого двора моментально прогонят, а работу в городе ведьмочке никак не удавалось найти. Правда, она и сама чуть не сбежала из этой гостиницы, когда неожиданно столкнулась в коридоре с юным князем, а потом еще и во дворе с бывшим сослуживцем отца – наемником Хартом. Который, как выяснилось, состоит теперь в личной княжеской охране.

Ох, и натерпелась она тогда страху! Умом-то вроде понимала, что разоблачение ей не грозит, но перед глазами так и стояла картина, подсмотренная в ритуальном зале Замка. Этого симпатичного зеленоглазого князя трудно было не узнать, его лицо по-прежнему плыло из-за личины, которую он носил. Харт предложил Марте обращаться к нему за помощью в случае крайней нужды, но она даже запретила себе об этом думать – сияющий светлой магией княжеский Замок был неимоверно прекрасен, только при этом он пугал ее до дрожи.

Нет, Йен Тиссен не выглядел злым или жестоким человеком – в этом ее ведьминское чутье не могло ошибиться, да и бывший сослуживец отца легко защитил бы ее от приставаний наемников и стражников. Но… они были не единственными обитателями Замка. Гораздо больше она опасалась придворного мага Фридуса, о котором много чего нехорошего говорили в городе, и вот он-то точно не отличался добротой по отношению к ведьмам. Этот маг имел самое прямое отношение к их преследованию и сожжению. А кто знает, какие у этого сильного мага есть амулеты, распознающие ведьм? Не зря же в народе идут разговоры про какой-то волшебный ларец, с помощью которого недавно поймали купца, торговавшего темными книгами и амулетами. Поэтому сейчас, когда молодой князь, а значит, и Харт, отправились воевать с восточниками, придворный маг стал для Марты особенно опасен. Именно из-за Фридуса и его помощника она теперь боялась ходить в ту часть города, где располагался княжеский Замок – столкнуться с ними стало навязчивым страхом.

Второй запретной для Марты территорией, был район, где находился «Медный поросенок». Хозяин трактира или поваренок легко могли узнать Марту и донести на нее в Храм или Фридусу. Правда, на рынке шептались, что этот трактир уже декаду стоит закрытым, а его хозяин сидит в подземелье Замка, но рисковать своей свободой ведьма не собиралась.

Она сунулась было в лавку, торгующую лекарственными травами, но хозяин заявил, что его жена и две их дочери, потомственные травницы – семья, мол, и без посторонней помощи прекрасно обходится. Единственное, что его интересовало, так это редкие травы – которые даже его женщины найти не могут. Но куда уж Марте, выросшей в лесах Фэсса, и совсем не знающей местных предгорий? Да, и страшновато было отправляться туда одной. Нет, диких зверей она не боялась – те ведьму в ней почуют и никогда первыми не нападут. Но судя по разговорам в городе, там сейчас и пострашнее хищники водятся – банды дезертиров. С одним мужиком она еще как-нибудь справится, но против банды даже ведьма бессильна.

Еще Марта попробовала устроиться в лавку, торгующую магическими амулетами, но и там ее ждала неудача. Хозяину нужен был подмастерье, владеющий магией, или хотя бы слабый чародей, способный видеть магические потоки. Марта их как раз видела, но вот признаться в этом – это все равно, что расписаться в том, что она ведьма. Иначе как объяснить умения девушки, не владеющей магией? Замкнутый круг какой-то… неужели придется наниматься служанкой в богатый дом?

…Прошла уже неделя безуспешных блужданий по городу и поисков работы. Марта совсем отчаялась. Пока однажды на базаре не набрела на супружескую пару крестьян, торгующих прямо с воза глиняной посудой, и надежда снова вспыхнула в ее душе. Она внимательно рассмотрела их неказистый товар и с гордостью отметила, что в ее деревне народ-то более умелый. …Был. Теперь-то там все бурьяном поросло. А может, и не поросло, а вообще под землю провалилось из-за темной скверны. Даже останки ее родственников остались не погребенными. Вздохнув, Марта отогнала горькие мысли и завела разговор с крестьянами.

– Работница нам не помешает – окинула девушку жена придирчивым взглядом – но ты, поди, из городских будешь, не привыкла к деревенской жизни?

– Я выросла в деревне, и у моей семьи было большое хозяйство – гордо вскинула подбородок Марта – и к работе я привычная. Но сразу скажу: не батрачка и не прислуга. Я горшечница и умею красиво расписывать горшки – вот только эта работа меня и интересует.

– Ишь ты гордая какая! – недовольно скривилась селянка – Что ж из своей семьи ушла?

– Не ушла. Погибла моя семья. И вся наша деревня погибла. Из Фесса я… с границы с Браором.

Взгляд женщины немного смягчился, но быстро смекнув, что Марте деваться некуда, она со своей деревенской хитростью решила воспользоваться тяжелым положением девушки.

– Сирота значит? Ладно, пожалею я тебя. Найму. С тебя будет работа, с нас кров, еда и одежда. Денег не дам – у нас и самих с ними не густо. Но если понравишься моему среднему сыну, так, может, еще и снохой моей станешь.

Полгода назад Марта, возможно, и согласилась бы от полной безысходности на такое наглое предложение, но сейчас ведьма в ней взбунтовалась, оскорбленная до глубины души чужим пренебрежением. После всех ее мучений в Браоре выйти замуж за какого-то деревенского увальня?! Да отец с матушкой проклянут ее с того света! Лучше уж с голода сдохнуть.

– Думаешь, я не знаю, какая участь ждет младшую сноху в большой деревенской семье? – сверкнув глазами, усмехнулась Марта – Едой моей, так надо понимать, будет каша пустая, да объедки со стола, а одеждой – обноски с твоего плеча. Так?! Работать заставишь с утра до вечера, повесишь на меня, и скотину, и дом, еще и стирку на всю вашу семью? А поселишь в конуре, или сразу к своему непутевому сыну в постель положишь?!

– А куда тебе деваться то? – нахально возразила тетка и игриво толкнула локтем своего молчащего, как пень, муженька – Жрать захочешь, на все согласишься, даже на объедки. Иначе сдохнешь в городской канаве или пойдешь в трактирные шлюхи! Надумаешь – найдешь меня в деревне Неляды.

– Не надейся! – прошипела Марта – И запомни этот день, когда посмела оскорбить меня.

– И что ты мне сделаешь – рассмеялась селянка – горшки мои перебьешь?! Так тебя в тюрьму за это отправят, а потом на площади плетьми высекут.

– Зачем мне твои убогие горшки, дурища?! – оскалилась разозлившаяся не на шутку ведьма – Я скоро свои сделаю и разорю тебя за твой подлый нрав и червивый язык. Запомни: не пройдет и трех месяцев, как ты будешь рыдать на этом же месте над своими непроданными горшками, а за моими выстроится очередь до городских ворот. Не видать тебе больше в жизни удачи, за то что обидела сироту. Единый тебя накажет.

Пока тетка возмущенно открывала и закрывала рот, собираясь обрушить ругань на голову Марты, она резко развернулась и исчезла в толпе. Ведьмы слов на ветер не бросают, и если ей придется жить впроголодь, чтобы сдержать свое обещание, то она сделает это! Жалко лишь было потерянного времени и денег, попусту потраченных на комнату постоялого двора. Зато теперь, после долгих мытарств и поисков, Марта твердо знала, что приличной работы молодой девушке в городе не найти. А прислугу в богатом доме наверняка будут ждать не меньшие, а то и большие унижения. Нет, уж… не бывать этому!

Придирчиво рассмотрев чужую посуду, осторожно постучав по ней ноготком и послушав, как звенит керамика, Марта сделала для себя важный вывод – хорошая глина, пригодная для гончарного дела, в окрестностях Минэя есть. А работать с ней она не разучилась, нужно только купить нормальный гончарный круг… Вот когда пришла пора сказать спасибо покойному отцу за то, что никогда не давал ей бездельничать и терпеливо отвечал на все ее детские вопросы. Руки Марты за полгода не успели забыть, как растирать краски и держать кисточку, а после серьезных занятий в ведьминской школе она стала рисовать еще лучше. Так зачем унывать? Но для начала нужно посоветоваться с доброй женщиной, торгующей пирожками…

* * *

Трансформация Валдиса закончилась лишь на пятый день ритуала. Его новое огромное тело стаскивали с жертвенника аж четыре массивных зомби, и все равно не удержали – грохнули о пол.

– Где погонщик?! – рядом раздался грозный женский крик.

Валдис скосил глаза и увидел Эвету. Верховная ведьма в гневе была прекрасна. Ее глаза горели изумрудным огнем, на кончиках длинных пальцев клубились тьмой сразу несколько заклинаний. Легкая полупрозрачная накидка практически не скрывало совершенное тело Эветы, сила в ней только, что через край не переливалась. Но зачем она так откровенно вырядилась? Да еще волосы заколола наверх, демонстрируя свою мраморную шейку…

– Это…я, госпожа ведьма – вперед вышел тщедушный ученик одного из Лордов Тар-Некроса. Темный попытался вспомнить его имя – не смог. Что-то вертелось в голове, но после ритуала память его совсем отказывала, на первый план выходили ощущения в новом теле. Валдис посмотрел вниз, увидел четыре зеленые сложносоставные ноги, изогнутые в обратную сторону. Соединялись они с сегментированным телом, к которому прилегали сложенные крылья. Темный попытался пошевелить длинными пилообразными клешнями, но они еле двинулись.

– Ты что?! Первый раз управляешь зомби? Хочешь сам вместо него на жертвенник? – набросилась Эвета на погонщика, кивнув в сторону Валдиса – Могу тебе устроить!

– Что вы, госпожа ведьма! – голос ученика задрожал – Просто это какие-то другие зомби. Очень уж крупные. Я пока еще с ними не свыкся.

– Так привыкай быстрее! – ведьма подошла к Валдису, пристально посмотрела ему в глаза – Очухался, бывший Лорд?

Темный попытался открыть рот и что-то ответить ей, но жвалы даже не дрогнули.

– Говорить ты не сможешь. Поэтому просто кивай. Кивать-то хоть способен?

Валдис качнул длинными усиками в основании лба.

– Ну пусть так – вздохнула Эвета – Аша, я смогла умаслить, пришлось потрудиться в постели. Так что ты жив благодаря мне, но не сказать, чтобы цел.

Темный удивленно поскреб лезвием левой клешни по гранитному полу.

– У Аша декада материального воплощения, он набрал достаточно энергии, чтобы временно вселиться в подходящее мужское тело. Так что… – ведьма томно провела руками по полным грудям, опустила ладонь на пах, мечтательно зажмурилась – Повелитель наверстывает упущенное удовольствие перед возвращением в лаву…

Валдис пошевелил усиками, попытался встать, но запутался в ногах.

– Иди! – Эвета махнула рукой погонщику – Мы тут дальше сами разберемся.

Ученик поднял жезл, зомби неловко построились в колонну по двое и потопали прочь.

– Сиди пока, не дергайся. Тебя срастили с телом гигантского скального богомола. Считай это щедрым подарком Аша за былые заслуги. Повелитель вообще сначала хотел подвесить тебя на лавой и медленно опускать вниз – отблагодарить, так сказать, за ваш позорный провал в Минэе… Эх, а какое бы замечательное вторжение могло там получиться… захватили бы целое княжество без боя! Ну, что уж теперь…

Темный опять попытался встать, но снова запутался в ногах и упал обратно на пол.

– Говорю же, лежи! Час, другой эфирное тело должно срастись с материальной оболочкой. Тогда и встанешь, а потом может еще и летать научишься. Крылья-то у тебя мощные!

Ведьма хлопнула ладонью по перепонке крыла, потом спустила руку ниже и ухватилась за прижатый к брюху богомола пенис.

– Ого какой!

Валдис попытался отмахнуться от ведьмы лезвием клешни, но та вдруг перестала его слушаться.

– Не пытайся, у тебя стоит в голове ментальный блок – Эвета отпустила пенис, подошла к голове и постучала костяшками пальцев по новому черепу Темного – И ставил его лично Аш. Так что даже не думай кому-то мстить или пытаться сбежать. Ты теперь разведчик в первом ударном легионе, который вскоре выдвигается к Фессу. Принято решение атаковать светлых в лоб. Сил у нас сейчас хватит, кампания по захвату Фесса займет полгода.

Темный в сомнениях покачал усиками. Кто-то явно переоценивает свои силы. Эвета поняла его скепсис и недовольно поморщилась.

– Ну, хорошо: год. Но никак не больше! Маги с острова не помогут Марцию – им сейчас важнее прижать княженка, который и тебя проучил, и жрецам перца под хвост насыпал. Вот увидишь: они скоро обязательно сцепятся с ним и увязнут в войне на северной границе – ведьма отстегнула заколку в форме черного скарабея, распустила волосы – Тут-то мы и возьмем реванш за ваше с Сирилом поражение.

Эвета вернулась обратно к задней части его нового тела, еще раз провела рукой по прижатому к брюху пенису:

– Слушай, какой же он у тебя большой… Как насчет того, чтобы попробовать со мной в постели? Хотя тебя теперь никакая постель не выдержит – ведьма хмыкнула, и снова положила руку на свой пах – Аш во мне такую страсть разжег, что я готова прямо здесь отдаться… Посмотрим, сможешь ли ты теперь мне сопротивляться!

Валдис попытался отползти от озабоченной ведьмы, скребя всеми ногами – задними и передними по мраморным плитам пола. И ему это даже удалось. Ведьма зло сверкнула глазами на брезгливость бывшего Лорда, но сделала вид, что ее это ничуть не задело.

– Ладно, с твоим приручением можно подождать, никуда ты теперь от меня не денешься – Эвета зевнула с притворным равнодушием и отвернулась от Валдиса – Пойду-ка вздремну. В Браор мы все равно поедем вместе, там и… освоишься. Вот наши-то удивятся, когда тебя увидят в таком обличье…

Глава 11

Мевара с сопровождающими его магами мы нагнали в последний день нашего пути, как я и предполагал. Огромная тяжелая телега со Стражем Смерти спокойно катила по тракту, плотно утрамбованному колесами многочисленных обозов и карет, оставляя за собой на грунтовой дороге заметный след. Заслышав топот копыт, маги настороженно обернулись, но увидев над вооруженным отрядом княжеский штандарт, тут же расслабились и остановились, терпеливо поджидая наше приближение.

Мое появление не стало для них полной неожиданностью. От проезжающих мимо военных они, конечно, знали уже и о смерти князя Тиссена, и о смене власти в Минэе, просто видимо не ожидали, что юный князь лично отправится на войну с восточниками. А проезжающее мимо них командование армии не посчитало нужным поставить рядовых магов в известность.

– Почему Мевар не идет своими ногами? – поинтересовался я у сопровождающих, после того, как они по очереди представились мне – ведь так вы добрались бы до лагеря гораздо быстрее?

– Но тогда нам пришлось бы постоянно подпитывать его кристаллы своей магией, а это очень затратно для внутреннего источника.

Замечательный, блин, ответ – затратно им видите ли…! А воевать они как собрались?! Да просто эти лентяи никуда не спешат, зная, что старый Тиссен мертв, и наказать за задержку их некому. Едут себе не спеша, уверенные в том, что все равно успеют добраться до места раньше начала боевых действий. Мне оставалось только покачать головой, оставив все разборки до вечера.

– Чтобы до заката прибыли в лагерь, иначе прикажу выпороть! – отдал я приказ и пришпорил коня, заставив бездельников глотнуть дорожной пыли, поднятой нашим отрядом.

– Внушительная железяка… – уважительно произнес Лукас, нагнав меня через пару минут – и гномьи чары на этом Меваре просто потрясающие!

– А если еще вспомнить, во сколько он нам обошелся – вздохнул я – Да, еще кто-нибудь научил бы меня с ним обращаться…

– Ничего, два-три дня у нас есть – успокоил меня Учитель – Уж не дурнее мы твоего отца!

…А через полтора часа мы уже въезжали в расположение наших войск, вызвав небольшой переполох среди постовых и обедающих у костров солдат. Я только махнул рукой, призывая продолжать трапезу и не суетиться, а сам, не снижая скорости, уверенно проскакал во главе отряда мимо солдатских палаток и костров, в самый центр лагеря. Любой другой легко бы запутался в хитросплетении «улиц» и проходов между солдатскими палатками, но я уже успел хорошо изучить обстановку здесь во время наших полетов с карагачем, и сейчас уверенно держал курс к шатрам комсостава.

Вообще, этот военный лагерь принципиально отличался от виденных мною в фильмах и книгах римских каструмов, или организованных по их же подобию армейских лагерей 19-го века. Здесь не было не то что частокола, рва, или насыпи, но даже и намека на какой-то строгий порядок в расстановке палаток. На первый, неискушенный взгляд казалось, что тут царит полный хаос. Но это только на первый.

Понаблюдав несколько дней глазами карагача за утренней побудкой солдат, я довольно быстро убедился, что никто из них не плутает и не путается, а у этого мнимого беспорядка есть очень уважительная причина – военные маги противника. Никто тут не собирается облегчать им работу и открывать прямой, как стрела, путь в самое сердце лагеря. Наоборот: все было устроено так, чтобы противник в случае нападения надолго завяз в самодельных «улицах», отыскивая дорогу в центр, и тем самым давая время своим магам и командованию организовать контратаку. А с ролью частокола и рвов тут прекрасно справлялись охранные чары, выставленные собственными магами. Что ж… у каждой войны, и у каждого мира есть свои правила. Здесь и вступать в бой ровными рядами пехоты – тоже полное самоубийство. Магия, мать ее… она ломала в моей голове все привычные схемы и понятия.

Спешившись у одного из больших шатров, который, как я недавно узнал, принадлежит барону Алистеру, я бросил поводья подскочившему солдату и быстрым шагом направился ко входу. Но командующий уже и сам спешил мне навстречу, на ходу застегивая ворот мундира.

– Добрый день, князь! – улыбаясь, приветствовал меня Алистер – С прибытием! Вы прямо к обеду успели!

– Здравствуйте, барон! Пообедать не откажемся, но сначала нам всем не помешало бы привести себя в порядок, а то пыль на зубах скрипит. Распорядитесь…?

Что мне понравилось – вокруг не поднялась пустая суета, адъютант барона организовал все по-военному четко. Нас проводили к свободному шатру, приготовленному к моему приезду, солдаты притащили туда пару ведер с водой и выдали нам чистые полотенца. Пока люди Харта закрепляли княжеский штандарт на шесте рядом с входом, мы с Луксом, не теряя времени, ополоснулись и сменили дорожную одежду, пропахшую лошадиным потом.

– Йен, ты уверен, что мне стоит идти на обед с офицерами? – снова завел свою шарманку Учитель – давай, я лучше останусь и понаблюдаю за происходящим в лагере со стороны.

– Лукас, хватит скромничать! Что ты здесь надеешься увидеть? – закатил я глаза – Можно подумать, ты разбираешься в военном деле! Пойми: здесь люди подчиняются лишь строгому армейскому порядку. Все. А личные отношения ты как раз за обеденным столом и увидишь.

Так что, войдя в шатер командующего, я первым делом представил всем своего смущенного секретаря. Потом Алистер представил мне тех офицеров, с которыми я был еще не знаком. Первая скованность быстро прошла, когда мы все расселись за столом и приступили к обеду. Попутно барон вводил меня в курс дела, докладывая о последних событиях и в нашем войске, и в стане противника.

– С провиантом у нас теперь все в порядке?

– Да. Солдаты сыты, жалованье выплачено, никто не жалуется.

– Хорошо. Тогда расскажите мне о тех двух баронствах, из-за которых мы сейчас сражаемся с соседями – что они вообще из себя представляют в хозяйственном плане?

Барон удивленно посмотрел на меня, но видимо рассудил, что мое невежество вполне простительно, поскольку в наследники покойный князь готовил старшего, а не младшего сына. Собравшись с мыслями, он начал довольно толково излагать свои представления о захваченных врагом землях.

В Зале Видящих, или как мы с Лукасом стали называть его с моей легкой руки – в ЦУПе, я и сам рассмотрел на «карте» эти земли: широкая полоса равнинной земли, начиналась у подножья Медных гор и заканчивалась на берегу реки Великой. Только когда князь Тиссен возмущался насчет золотого рудника и шести деревень, захваченных вероломными соседями, он конечно забывал упомянуть, что князья Меркусы в последние годы построили на земле одного из двух баронств очень неплохой порт, способный принимать как речные, так и морские корабли. Это делало оба баронства одинаково ценными, но в то же время, добавило аргументов восточникам в нашем старом споре.

Возмещать им затраты на возведение портовых причалов, складов и прочей инфраструктуры конечно же никто не собирался, напротив – я с них еще за самовольно вырубленный участок леса спрошу! И за обмелевшую речку, по которой раньше проходила граница между нашими княжествами. С высоты птичьего полета я прошлой ночью прекрасно рассмотрел, что восточники отвели ее в сторону по искусственному руслу, чтобы заполнять небольшое водохранилище в своих предгорьях. За все мне наглые соседи ответят!

– Ваше Сиятельство – оторвал меня от планирования мести восточникам молодой дворянин по фамилии Мошар – наши разведчики утром выяснили, что Меркусов в лагере сейчас нет. Судя по всему, они уехали в столицу.

– Знаю. Но князь с сыном не в Тибале – поднял я глаза от тарелки – Они ночевали в замке барона Долемана – одного из потомков давних предателей.

– Откуда вам это известно?! – изумился Мошар.

– У меня тоже есть свои… разведчики.

– Так может, пока их нет в пределах вражеского лагеря, нам…

Пришлось мне расстроить рвущегося в бой молодого вояку.

– Меркусы сегодня к вечеру наверняка вернутся. И мы ничего предпринимать не будем, пока я с ними не переговорю. Надеюсь, что нам вообще удастся обойтись без боевых действий. А вот если нет, тогда уже будем говорить о нашем наступлении.

– Князь, а что вы решили с интендантом Байзлером? – это уже спросил седой командир полка Локер, знакомый мне еще по совещанию в столице – Учтите, что солдаты «случайно» забывали кормить его все эти дни…

– По-хорошему, следовало бы привязать негодяя к дереву и оставить на съедение голодным зверям, чтобы те обглодали его кости и потом растащили их по всему лесу. А можно забить ему глотку ворованным провиантом. Но возиться нам с ним некогда, поэтому ограничимся тем, что просто повесим негодяя на глазах у солдат. Пусть в последний момент своей жизни видит лица тех, кого он обрек на голод.

Вояки слегка офигели, оценив мою буйную фантазию, кто-то из них даже закашлялся, представив в красках такие радикальные способы казни. Но Локер лишь невозмутимо кивнул, соглашаясь с моим последним предложением.

– А что будет с семьей барона Кродена?

– С женщинами и детьми я не воюю. Пусть пока посидят под домашним арестом в своем замке, а через пару дней я встречусь с баронессой и решу ее судьбу. Скорее всего, отпущу их с миром в Тибал или Ирут, потому что в Минэе все их имущество уже арестовано.

– А само баронство?

– У баронства теперь будет новый хозяин – это даже не обсуждается. Впрочем, как и у двух других приграничных земель, которые вскоре вернутся в состав нашего княжества.

Вояки за столом многозначительно переглянулись, но от комментариев воздержались. Ну, пусть обдумают на досуге мой прозрачный намек, а я пока тоже пригляжусь повнимательнее к кандидатам на щедрую княжескую награду. С бухты – барахты такие вопросы не решаются, новые кадры, как минимум, должны хорошо разбираться в ведении хозяйства на больших территориях. Иначе сама эта награда станет абсолютно бессмысленной. Ведь там кроме земель в наличии еще золотые рудники и новый порт – туда тоже нужны управляющие, которым можно доверять. Проблемы все растут и растут, прямо как снежный ком…

Сразу после обеда, у меня состоялась короткая беседа с проворовавшимся интендантом. Взглянув на исхудавшего, невзрачного мужчину с редкими волосами и острым носом на посеревшем лице, я еще раз убедился, что поступки человека накладывают характерный отпечаток на его внешность. Передо мной стояла крыса. Пожилая крыса. Которую трудно чем-то испугать. Это вам не трус Кроден. Даже не сомневаюсь, что заначек и схронов у Байзлера осталось много, но он скорее сам удавится, чем расстанется с ворованным.

Дочитав допросный лист, я отложил его в сторону и поднял глаза на негодяя. В чем же твоя слабость, которая заставит тебя по-настоящему испугаться и начать изо всех сил цепляться за свою сволочную жизнь? Может, угроза твоему посмертию…?

– Надеешься легко сдохнуть, вор? – сделал я первый шаг, осторожно прощупывая почву – Зря. Посмотри на мое настоящее лицо и забудь об этом…

Не разрывая с ним взгляда, я медленно снимаю с шеи шнурок с личиной и даю ему увидеть свой настоящий облик. Мое лицо в шрамах заставляет его нервно вздрогнуть и отшатнуться. А я вкрадчиво продолжаю голосом доброго маньяка.

– Как думаешь: я способен хоть на какую-то жалость после того, что со мной сотворили на Острове? А хочешь, я расскажу во всех подробностях, как лично пытал твоего подельника Кродена, и, как эта жирная свинья визжала от ужаса? Знаешь, я очень талантливый, и многому научился у нашего палача – если не веришь, спроси у моей охраны…

– Князь, может не нужно, а? – с тоской в голосе простонал за спиной арестанта Лем – Мало про вас слухов по Замку ходит, так теперь еще и среди солдат пойдут! Угваздаетесь опять кровью по самую макушку, и как потом в таком виде назад в лагерь возвращаться будем?

В крысиных глазах Байзлера наконец-то мелькает животный страх. Нужно срочно закрепить результат! И я киваю, соглашаясь с Лемом.

– Конечно, солдаты не должны ничего знать. Поэтому я отвезу вора далеко в лес и пытать буду там, где его вопли не услышит никто, кроме диких зверей. И брошу его еще живого им на съедение, чтобы они потом растащили кости по оврагам, а его подлая душа не нашла посмертия в садах Единого и вечно скиталась по Риону неприкаянной… Она вселится в какую-нибудь грязную крысу, где ей самое место!

– Чего ты хочешь от меня, чудовище?! – сдается арестант.

– Денег, конечно. За легкую смерть и надежду на перерождение нужно заплатить.

– Ты настоящий сын своего отца… Нет, ты еще хуже!

– Разумеется. А как же иначе? – изображаю я искреннее удивление – Мой добрый отец просто велел бы безо всяких затей содрать с тебя с живого кожу. Но я же знаю массу других, более интересных способов заставить человека отдать украденные у меня деньги, и сегодня ты с ними познакомишься. Будет очень весело, клянусь!

Я с хрустом откусываю большой кусок от яблока и мечтательно улыбаясь, медленно жую. Ну, же… сдавайся скорее, крыса, нам еще заначки твои откапывать…

– Хорошо… – покорно опускается на колени бывший интендант – но поклянитесь, князь, что смерть моя будет легкой!

– Клянусь – с наигранной неохотой произношу я, и магия вспыхивает на ладони, подтверждая данную клятву – Сейчас мои ребята пойдут с тобой, и ты отдашь им все спрятанное. С вами будет сильный маг, поэтому давай, без глупостей – легко умереть тебе все равно никто не даст. Если скроешь что-то, пощады не жди – закончишь свою жизнь в кошмарных муках.

– Повезло тебе, дурак, что наш князь недавно пообедал – тихо шепчет Лем, хватая Блайзера за шкирку и выволакивая его на негнущихся ногах из шатра – когда он голодный, ему на глаза лучше вообще не попадаться!

Ага… прямо как в стишке: «Поел, поспал, и тут внезапно перехотелось убивать»! Усмехаюсь им вслед и снова надеваю на шею шнурок с личиной. Вот так и рождаются страшные легенды о юном князе, превратившимся в чудовище…

…Казнь интенданта прошла на закате, и по моему распоряжению она была предельно показательной. Чтобы ни у кого больше и мысли не возникло, что можно безнаказанно запустить руку в княжескую казну или украсть армейское имущество. Под звуки барабанов вора медленно провели перед длинным строем солдат к наскоро сооруженной на поляне виселице и заставили взойти на помост. Байзлер шел слегка покачиваясь от слабости и низко опустив голову, стараясь ни с кем не встречаться глазами. Не слышно было ни жалоб, ни проклятий от него – он уже был рад и тому, что я вообще сдержал свое обещание.