Текст книги ""Фантастика 2025-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Алексей Вязовский

Глава 12

Утро выдалось морозным, но это не помешало горячим ассонским парням быстро позавтракать и свернуть лагерь, благо разбивали мы его как сугубо временный. Я же вынужден был ещё раз мысленно себя обматерить. Есть на Земле у азиатов поговорка о звездочёте, который вечно смотрит в небо, а потом целует землю, потому что вовремя не замечает ям на своём пути. И таки надо признать, что это про меня. О летающих кораблях я думаю, об их усовершенствовании тоже, о «Багровом Рассвете» постоянно размышляю, о духовных техниках, тренировках, оружии, броне, снаряжении, магии, мане, Ци, пране… О чём только ни думал. А вот о комфортной и тёплой жизни за полярным кругом как-то подзабыл. У нас были дрова, которые забили пустующие трюма вместе с припасами, были палатки, даже небольшие печки для них, всё-таки зимние путешествия для ассонов дело хоть и редкое, но не невозможное, предки много чего придумали. А я мог бы придумать, как зачаровать какие-нибудь артефакты-обогреватели.

Ладно Гринольв об этом не почесался – дедушка старый, ему простительно. Но уж мне-то могло хватить ума на то, что если рассчитать достаточно объёмную схему, то энергии понадобится минимум? Камни-накопители у нас есть, на это дело бы хватило. Однако, как оно обычно и бывает, хорошая мысля приходит опосля. Так что мне оставалось только делать вид, что всё в порядке. А заодно прикидывать, что можно добыть на руинах эльфийского города, всё-таки уж с металлом-то там точно должен быть порядок, да и не верится, что крупный населённый пункт мог обходиться без единой кузни. Если там магические печи вроде тех, что удалось вывезти с тропического островка в Ландсби, то всё можно сварганить здесь, сказав, что и было задумано. Тем более что печи в любом случае искать надо, ведь родня их уже оценила и хочет ещё. Наставник, правда, жаловался, что накопители постоянно приходится заряжать, но это уже издержки.

Но, как бы там ни было, моих тяжких дум, кажется, никто не заметил. Народ погрузился на корабли, и мы двинулись в путь. Возможно, полёт когда-нибудь перестанет дарить мне те яркие эмоции, что я испытываю всякий раз, когда мы мчимся над землёй под свист ветра, но явно ещё не скоро. То же самое можно сказать и о моих хирдманах и вирдманах, что, судя по лицам, вновь испытывали бурю восторга, летя вперёд. Если, конечно, говорить о ветеранах, а не присоединившихся к нам в этом году ассонам, что продолжали испытывать изрядную толику опаски к такому способу передвижения. Ну да ничего, привыкнут.

Между тем путь нам в этот раз был известен, мы не петляли, не блуждали и не искали каких-либо вариантов, ближе к вечеру прибыв к останкам нашего ледяного форта, который зимняя погода, мягко говоря, не пощадила. Летом здесь ещё худо-бедно можно жить, но в сезон штормов на Фростхейме властвуют ледяные бури, что могут заморозить человека на бегу, а потом стесать с его костей затвердевшую плоть ледяным крошевом. У оазисов тепла ситуация, конечно, получше, но ненамного. В доказательство этого можно было взглянуть на стены форта, от которых мало что осталось. Зато ледяная плита вполне себе уцелела, насекомые не нарыли в ней туннелей, как доложил Бран, который её в своё время и морозил, а потому мы смогли безбоязненно приземлиться и начать нехитрую подготовку ритуала.

Спустившись с драккаров, мы расчистили в центре нашего старого пристанища ледяную площадку, на которой быстро начертили ритуальную схему под взглядами Хакона и Эйнара, подающих инструменты. В идеале бы подобные вещи, конечно, делать на чём-то стабильнее и прочнее замёрзшей воды, но, по всем расчётам, прочности поверхности должно было хватить. Я же, лишний раз всё перепроверив, поинтересовался у Брана:

– Готов?

– Давно, – коротко, но ёмко ответил полуэльф.

– Тгда не смею мешать.

– Вот уж спасибо, – ответил мне вирдман усмешкой и сел по-турецки в центре ритуального круга.

Мы же отошли чуть в сторону, не желая вмешиваться, но готовые в случае чего поделиться энергией или охладить ледяную плиту, чтоб та не начала подтаивать. А Бран начал ритуал, заготовленный нами за зиму, благо мы заранее знали о своих планах на лето. Мана потекла от парня в рисунок, а тот начал передавать её в ледяную плиту. Сначала она разгладилась от торосов и остатков прежних стен, снег с неё пропал, и поверхность под нашими ногами стала напоминать каток. Но спустя пару секунд лёд приобрёл насечку, после чего из него стали расти новые стены с башнями и лестницами, позволяющими подниматься наверх. Я же застыл в восхищении от увиденного. Магия не переставала быть для меня прекраснейшей из наук и важнейшим из искусств, а сейчас сама эстетика картины буквально разила моё сердце стрелой Амура. Среди прочего, создавая ритуал, мы пытались сделать лёд прочнее, вкладывая в него волшебу. Причём предела совершенству тут не было, ведь известны даже клинки и посохи ледяных магов из зачарованного льда, которые не уступают стали в прочности и не тают столетиями. Но работает это нормально только при отсутствии во льду примесей и пузырьков воздуха. А потому сейчас вокруг нас поднялись практически прозрачные стены из застывшей воды, что чище слезы. А вслед за ними появились несколько иглу, которые также были включены в ритуал, но взяты нами скорее на пробу. Из прошлой жизни я знал, что эти штуки точно должны работать, не зря же эскимосы в них жили, но лучше было сначала проверить теорию практикой, а потом уже отказываться от палаток.

– Впечатляет… – задумчиво произнёс Хакон, огладив подбородок с короткой бородой. Свежее пополнение о своих планах мы не предупреждали, и они могли основывать свои предположения только на заковыристой ритуальной схеме, где точно понятно только то, что речь о магии льда.

– Насколько прочны стены? – задал через секунду после слов сотоварища вопрос Эйнар.

– Пока что не сильно лучше обычного льда, и мы более полагаемся на их толщину. Однако вы с Хаконом сегодня будете заняты тем, что укрепите их рунами, – улыбнулся я. – Если всё пройдёт нормально, то это место может стать сугубо временным нашим пристанищем, однако даже такое должно быть надёжным.

– Кто ж спорит, – хмыкнул рыжебородый. Несмотря на не самый покладистый характер, прямые приказы он не оспаривал, хотя было заметно, что, ведя драккар целый день, вирдман успел устать. – Сделаем.

– Куда ж вы денетесь, – в тон ему усмехнулся я. – Пока давайте решим вопросы с лагерем, пожрём и займёмся делами.

Возражений не поступило, так что мы вскоре отъелись за целый голодный день горячей похлёбкой с мясом, а потом начали работу по благоустройству и не только. Всё-таки помимо прочего требовалось развернуть ту же алхимическую лабораторию и делать это пришлось мне, а не Иви. Но все дела оказались вскоре переделаны, смены караула распределены, и мы наконец смогли лечь отдыхать перед новым тяжёлым днём, который грозил нам как опасностями, так и новыми заманчивыми перспективами.

Утром же наиболее хорошо снаряжённая часть хирда встала у трёх драккаров, а я произнёс короткую речь:

– Парни, вы прекрасно понимаете, куда мы отправляемся и зачем, всё уже было обговорено несколько раз. Просто напоминаю, что в Вальхаллу мы всегда успеем, а сейчас нужна слаженная работа. Высаживаемся на деревья и проверяем их по очереди, прикрываем вирдманов, во всё подозрительное сначала стреляем из арбалетов, а потом задаём вопросы. Всем всё ясно?

– Да. Как всегда. Сделаем, – отозвались бойцы. Хоровых выкриков из серии «Так-точно-товарищ-хедвиг» у нас в традиции как-то не существовало.

– Ну и славно. А теперь по драккарам, время поработать, пока свежачки охраняют лагерь. Вперёд!

Возражений не последовало, хотя пополнение и особенно новые вирдманы провожали нас несколько завистливыми взглядами, будто мы не навстречу опасности идём, а бухать и по бабам. Иной менталитет, иная культура, иное отношение к тому, что нужно сидеть в комфорте и бить баклуши, пока другие работают и рискуют головами. Впрочем, всё это не просто так взялось, активные и рисковые у нас обычно обходят премудрых пескарей и лентяев, если, конечно, не сворачивают себе шею по дороге. Но даже так они получают вечность в чертогах Всеотца, что тоже, по всеобщему мнению, недурно. Один я категорически против преждевременных смертей хирдманов и хочу заставить их всех служить мне до старости, которую готов всемерно отдалить алхимическими эликсирами. Обойдутся пока без бессрочного отпуска на тот свет.

С этой крамольной для отважных ассонов мыслью я поднял драккар в небо и повёл его в сторону возвышающихся над остальными кронами древ-стражей. Вымахали те чрезвычайно, превзойдя в насыщенном магическом фоне оазиса тепла даже наши самые смелые ожидания. Мы же двигались в этот раз не слишком быстро, а нуррэ-онна постоянно страдала от моих вопросов, раз за разом отвечая:

– Пока что ничего сколько-нибудь крупного.

– Смотри внимательнее, – в который раз мысленно проворчал я.

– Я предельно внимательна, – шипела она в ответ. – Но пока ничего.

Так мы благополучно добрались до зачарованных деревьев, зависнув рядом с ними, а Бран, как главный специалист по магии воды, нагнал едва заметного тумана. Видимость тот ухудшал приемлемо, но, по крайней мере, никто не смог бы подойти к нам незаметно на расстояние удара, не потревожив влагу в воздухе. Перед нами же была первая площадка на дубе, которая могла стать как местом приземления летающего корабля, так и «фундаментом», на котором можно выстроить дом. Я же поинтересовался у Сила:

– Чувствуешь что-нибудь?

– Да. Деревья шепчут, что на них шла борьба. Коты и полукоты пытались взять верх, и сейчас победили вторые, но скоро первые могут попытаться вернуться.

– Не очень обнадеживающе, – резюмировал я. Добиваться более чётких ответов пока бесполезно, потому что деревья вообще воспринимают мир не так, как мы, а «говорят» тем более не шибко понятно. Зато ясно, что местечко облюбовали хищники из семейства кошачьих, которые будут не рады новым конкурентам. – Близко кого-то ощущаешь?

– Нет, эти «полукоты», кто бы они ни были, выжидают. Но страж-древа говорят, что за центральный дуб заняло нечто самое опасное, и драться оно собирается до конца, – проговорил Сил.

– Мы сдаваться тоже не собираемся, – проворчал я, а потом махнул рукой, громко проговорив: – Высадка!

Нет смысла таиться, если враг тебя уже обнаружил, да и летающие драккары в любом случае трудно не заметить.

Наш корабль, повинуясь моей воле, быстро спустился на площадку, образованную переплетением ветвей, а через мгновение хирдманы посыпались с него, занимая пространство. Страж-древо – это не ровный стол или твёрдая земля, поэтому плотный строй тут не сбить, но, тем не менее, впереди оказались воины с копьями наперевес, а за ними арбалетчики. Я не большой специалист по войне эльфов с эльфами, но все, кто сталкивался с их лесными укреплениями, утверждали, что без дальнобойного оружия на страж-древах делать нечего, тебя утыкают стрелами и разорвут магией. Наши же друиды повторяли работу ушастых родственничков с тремя условными площадками по периферии и одной, самой крупной и расположенной выше других, в центре, соединёнными узкими проходами по отдельным ветвям. И на этих ветвях ты мишень, открытая с флангов, которые мы сейчас внимательно осматривали, пока нас прикрывали два других драккара, зависших рядом. Однако мы продвинулись вперёд, а нападения не произошло.

Возможно, было бы хорошим вариантом начать осмотр и зачистку дуба с трёх сторон, но я не пожелал дробить силы перед встречей с неизвестным противником. Два драккара приземлились за нашими спинами вплотную к первому, заставив ветви поскрипывать, однако те выдержали бы и не такое. На накопителях и естественной магии дубы разрослись очень и очень неслабо. Знали бы мы, что так будет, ограничились бы тремя или даже двумя древами, но теперь уж есть что есть.

– Нашла! – прошипела мне тем временем Кобра. – Центр, на ветви, которая изогнута, как зигзаг, прям у основания.

Опасаясь смотреть прямо в то место, чтобы не насторожить врага, я проговорил:

– Парни, готовимся. Эгиль, центр, ветвь, изогнутая зигзагом, у основания кто-то сидит.

Дядя мой ассоном был простым, а потому отвечать не стал, просто вскинул лук, натягивая тетиву, и сходу выстрелил в указанное место, стрела просвистела, воздух прорезал гневный клёкот, а на нас тут же спикировал раненный в одну из передних лап грифон! Я отправил в него молнию с копья, заставившую зверюгу, размером с обожравшегося стероидов льва, задёргаться. Несколько человек успели выстрелить из арбалетов, однако здоровенные крылья и инерция привели «полукота» в наших копейщиков, некоторых из которых он опрокинул, а одному очень неслабо вдарил клювом по шлему, кажется, отправив в нокаут.

Самое же поганое, что грифон был не один, вслед за ним с другой ветви спикировал его товарищ, которого проморгали все кроме Брана, что внимательно продолжал следить за колебаниями влаги в своём тумане. Но парень лишь успел отправить в зверюгу ледяную сосульку, прежде чем она тоже влетела в разреженный строй. Времени для реакции у ребят впереди было мало, однако они хотя бы успели направить копья в сторону опасности. Правда, из-за веса и невозможности нормально упереть древка их тоже отбросило назад.

Однако не могу сказать, что грифонам жизнь казалась малиной. Они резко наполучали зачарованных стрел и болтов, заклинаний, а также просто копий в свои тушки. Птице-львы успели подрать нескольких хирдманов, некоторые провалились немного вниз и, кажется, повредили ноги, но спустя пару секунд драки Эгиль вогнал очередную стрелу в глаз своему подранку. А затем все вирдманы, включая меня, направили молнии на второго зверя. Под столь концентрированной атакой пернатому резко поплохело, Асмунд своим здоровенным топором его скорее просто добил.

– Осмотрите раненых, что с ними? Никого не убило? – крикнул я, едва опасность миновала.

– Браги вырублен, но жить будет, шлем спас!

– Мне эта с@ка ногу сломала!

– Мне тоже! Ёб%₽е ветки!

– Немного помят, но жив!

К моему счастью, мёртвых у нас и правда не было, надёжная броня спасла всех, а с площадки вниз не свалился никто. Всё-таки лететь тут прилично, можно и не выжить после встречи с матерью-землёй, даже несмотря на прану и экзерсисы с Железной рубашкой. А вот что раненые есть – печально, к тому же ситуация резко вскрыла наше неумение воевать на деревьях. У нескольких опрокинутых парней ноги элементарно запутались в переплетённых ветках площадки, как результат – имеем переломы и повреждения связок, а это паршиво. Причём столкнулись мы всего лишь со зверьём, пусть магическим и опасным, но всё же. С эльфами было бы хуже, даром что нам не пришлось бы штурмовать их страж-древо снизу, то есть с самого опасного для незваных гостей направления.

– Серьёзно раненых на драккары. Джак, со своими охраняешь их, – скомандовал я, затем поинтересовавшись у Сила: – О чём шумят деревья?

– Тут вроде бы больше никого. Но на остальных все всполошились.

– Ну, по крайней мере, мы теперь знаем, что тут за «полукоты» поселились, – усмехнулся я, глядя, как получившие травмы бойцы были быстро переправлены на наш транспорт, начав на нём прикладываться к зельям. Их всё равно надо будет долечивать, но это после, а сейчас они вполне справятся с охраной транспорта и стрельбой по движущимся мишеням. Нам же сначала надо победить, надёжно захватив плацдарм, так что мной была отдана команда: – Идём в центр дуба, не теряем бдительности. Бой за страж-древа только начался. Арбалетчикам приготовиться к стрельбе, копейщики – вперёд!

Глава 13

Хирд привык верить мне и в меня, в то, что я знаю, что делаю, а потому парни начали двигаться по веткам вперёд, балансируя на них. Те, конечно, были весьма толстыми, но это была ни разу не надёжная земная твердь. Арбалетчики и Эгиль были в готовности, ожидая как нападения с центра, так и с соседних деревьев. Раненые, кто мог, встали к малым гномьим баллистам, у нас их было всего по четыре на корабль, а также вооружились оставшимися самострелами, но враг, ко всеобщему удивлению, оказался под стать именно «тяжёлому оружию». Всё-таки на ветках мы ожидали встретить кого-то помельче грифонов, тех же рысей или ещё каких-то их родичей, в худшем случае птеродактилей, раз уж тут динозавры водятся. Джак на всякий случай встал к носовой фигуре, чтобы в случае чего зажечь от души. Мы обговаривали этот момент заранее, нам нужны были целые страж-древа, но если выбирать придётся между жизнями хирдманов и зелёными насаждениями, то тем хуже для Гринписа.

Вроде бы всё было по уму, но в действительности я довольно слабо представлял, а правильно ли мы действуем. Эльфы как-то не передали людям свои руководства по надлежащему штурму страж-древ, что не удивительно, чай не враги собственному здоровью. Упоминания о том, как это делали люди, сводились к идее выжигания огромных деревьев к суртуровой матери, никто в здравом уме не залезал на них по штурмовым лестницам и верёвкам с кошками и не вступал в бой с ушастиками на ветках. Все давно знают, что дело гиблое и сопряжённое с отвратными потерями. Однако вот мы здесь, ведём наступление на центр магического дуба, и я очень рад, что эльфийские лучники не стреляют по нам с фланговых площадок, образованных переплетением ветвей. Тем более что там их ещё поди разгляди, а потом попади. Наши друиды использовали «стандартную методу», которую удалось отрыть в библиотеке Френалиона, и я уже видел, где на месте нашего приземления было бы удобно расположиться, умостив перед собой щит меж ветвей.

Однако нам противостояли не эльфы, а грифоны, а потому мы не подверглись обстрелу. Сначала в центр прошли бойцы ближнего боя, за ними последовали мы с хускарлами и в конце арбалетчики. На самой большой площадке нами было обнаружено два здоровенных гнезда и некоторое количество костей с объедками. Хищные птицы порой бывают крайне нечистоплотны, однако, к нашему счастью, залежей дерьма не было, да и кости грифоны, видимо, время от времени выкидывали вниз. Кстати, последнее досадно, потому что зверьё здесь магическое, всё пойдёт в алхимию и будет стоить немалых денег. Хотя до возвращения домой ещё надо дожить, о чём не следует забывать.

– Странно, что больше никто не нападает, – тем временем проговорил Асмунд, взяв в руку длинное и жёсткое перо из гнезда. – Может, остальные деревья всё-таки не заняты?

– Сомневаюсь, – хмыкнул я. – Эгиль, что думаешь?

– Что они, похоже, больше пернатые, чем коты, – отозвался самый компетентный охотник среди нас. – Сами на птичьи базары лазали за яйцами, хозяева гнёзд мешают, а остальным насрать. Правда, иногда прямо на голову.

– Ну это мелкие неприятности, – хохотнул я, вспоминая детство, да и испытание зрелости заодно. Места своего обитания птицы действительно часто засиживали так, что скалы становились «белыми», а порой эти твари гадили прямо на собирателей яиц. – Впрочем, не теряйте бдительности. Кошки друг друга тоже не любят и стаями, как волки, не живут, но степные львы, как говорят, образуют прайды.

– Бывает. Но те вроде семейные, – согласился дядя.

– На грифонах не написано, родственники они или нет, но мы будем рассчитывать на худшее, – проговорил я. – А теперь давайте на правую площадку. Порядок движения тот же.

Возражений не последовало, и копейщики, под прикрытием бойцов дальнего боя, перешли по узким проходам в новую точку. Всё прошло, на удивление, спокойно, но моей ошибкой стало то, что я решил не перемещать вслед за бойцами первой линии стрелков. Мы прикрывали парней отсюда, а их задачей было лишь обследовать площадку, которая с вероятностью девять из десяти пуста. Но расстояние до соседнего дерева было относительно небольшим, и с нашими физическими кондициями до его веток вполне можно было допрыгнуть. Грифон же с него то ли счёл, что странные пришельцы решили покуситься на его «квартиру», то ли решил, что добыча сама к нему пришла, и атаковал Хальфбьёрна, а я с нуррэ-онной и другие вирдманы, которые могли что-то почувствовать заранее, оказались непростительно далеко.

– Опасность! – завопила змее-девка, передавая в мой разум смутный образ атакующего хищника, но было уже слишком поздно.

Невидимый гибрид льва и орла спикировал на воина, мгновенно повалив его и одновременно мощно, со звоном ударив клювом по его шлему. Металл, кажется, выдержал, но хирдман потерял сознание, обмякнув. Два его ближайших товарища тут же вонзили копья в плоть монстра, ставшего видимым. Это заставило его гневно заклекотать, сбить одного из воинов с ног ударом лапы, а второго попытаться достать клювом, но тут уж у зверюги вышла промашка. Тиль был уж очень здоровым парнем, практически не уступающим своими габаритами Асмунду. Он удерживал грифона на расстоянии от себя копьём достаточно долго, чтобы в зверя вонзились наконечники оружия других хирдманов, влетело несколько болтов, стрела и пара заклинаний. Гибриды льва и орла – твари здоровые и живучие, но до троллей им далековато. Впрочем, даже серокожие здоровяки с бешеной регенерацией не вытягивают в свою пользу битвы в одиночку против крепкого хирда. Просто грифон умер быстрее, чем сдох бы тролль. Мы же, убедившись, что опасность вроде как миновала, всё-таки вынуждены были перебежать на периферийную площадку.

Я быстро припал на одно колено рядом с Хальфданом, убедившись, что он жив. Однако парню всё равно неслабо досталось. Похоже, наличествовало тяжёлое сотрясение того, что заменяет отважным героям мозги, из носа от силы удара у бедолаги аж кровь пошла. Три ребра оказались сломаны, а бедро подрано когтями птицельва. У наших броней, конечно, неплохие юбки, защищающие ноги практически до коленей, где их начинают прикрывать уже латные поножи, но спасают они не от всего. Впрочем, тут не было и ничего такого, что не могло бы быть исправлено зельями и целительской магией. В первую очередь я убедился, что у нас тут нет кровоизлияний в голове, потом остановил кровотечение на ноге, затем телекинезом правильно расположил рёбра и с помощью целительного волшебства помог им быстро образовать костные мозоли. На первое время сойдёт, а дальше разберёмся в рабочем порядке. Со вторым раненым вполне справился Син, и парень снова был в строю, благо броня от серьёзных травм уберегла. А я проговорил:

– Тиль, Свен, берете его и сначала на центральную площадку, а потом на корабли к Джаку. Асмунд, со своими в центр, прикроем движение раненого, а потом разберёмся с остальным.

– Понял, – кивнул рыжий здоровяк и повёл экипаж своего драккара вперёд.

На этот раз всё прошло без эксцессов, и через несколько минут бойцы вернулись к нам. Я же осмотрел тушу и крикнул на Драккары:

– Джак, трофей пока здесь полежит! Если с ним что, вгоните в каннибала побольше острого железа!

– С радостью! – крикнул в ответ вирдман под одобрительное гудение окружающих его воинов.

– Славная добыча, – усмехнулся тем временем находящийся рядом Эгиль. – Побольше бы её.

– Мы только начали, так что не нуди, – фыркнул я дяде. – И так успели нажить кучу раненых.

– В Вальхаллу никто не ушёл, сейчас зельями обопьются и будут у баллист стоять, – отмахнулся он, посмеявшись. – Главное – уже что-то новое домой привезём и на новую сагу понарасскажем историй.

– Не без этого, – вынужден был согласиться я.

Суртур побери, да даже обнаружься тут хищник из фильма со Шварценеггером при целом выводке чужих во главе со своей королевой, ассоны бы остались ассонами. Подобные противники бы лишь вызвали у них волну нездорового энтузиазма. Как же, доселе неизвестный вид чудовищ, которых никто из сынов Ассонхейма прежде не убивал, а значит они будут первыми! А к ним в качестве вишенки на торте хитрый и опасный колдун прежде неведомой расы. Это же просто праздник какой-то! Срочно возносим благодарные молитвы богам и идём мочить козлов. Кстати, блестючий шлем чур мой! Причём мы бы их всех скорее всего перебили, тут главное было бы не дать чужим утащить кого-нибудь живым и подложить неудачника под лицехвата. Страшно думать, что за зверюга вылезла бы из ассона.

Однако означенных существ в округе не наблюдалось, как и эльфов. Мы же на третью площадку перешли моей частью хирда при прикрытии бойцов Асмунда, но, к моему удивлению, и в этот раз на нас никто не напал. Однако площадка была проверена, мы вернулись в центр, и я по здравому размышлению проговорил:

– Сил, Бран, давайте-ка берём дохлого грифона и перекидываем телекинезом к драккарам.

– Хочешь здесь разделывать? – поинтересовался друид, кладя обе ладони на посох.

– Ещё не хватало. Отправим Джака в основной лагерь, пусть отдаст трофеи Хакону с Эйнаром. Свежачки тоже имеют право сделать сегодня что-нибудь полезное.

– Дробление сил… – слегка нахмурил брови Бран. – Могут напасть, пока мы слабее.

– На самом деле, лучше бы напали, – отозвался я. – Встретили бы врага на своих условиях, не идя постоянно на новую территорию. А теперь хватит болтать, раз-два взяли.

Тушка магического зверя благополучно перелетела куда надо, а затем переместились к драккарам и мы. Джак идею побыть курьером воспринял без энтузиазма, но, будучи, пожалуй, самым разумным парнем в нашей отбитой компании, возражать не стал. Загрузив на драккар ещё две туши, мы подняли все три корабля в воздух. Сначала одной «стаей» наш транспорт перелетел на центральную площадку, где приземлились два корабля, и лишь после этого морской конь Джака увёз трофеи и раненых, под охраной небольшой части полностью боеспособных хирдманов, в ледяной форт. Там наши товарищи должны были поменять битых на небитых по курсу один к одному, выбрав лучших стрелков, благо и о сильных, и о слабых сторонах друг друга все уже были осведомлены, коллектив-то у нас не так чтобы огромный.

Мы же закрепились на новом месте. Средняя площадка была больше и ровнее периферийных, оба драккара там разместились с комфортом, приземлившись борт к борту. Копейщики встали кругом у кораблей, бойцы дальнего боя остались на них, Бран распространил лёгкий водяной туман на максимальное расстояние, остальные же активно напрягали свои чувства. Первые пару минут царила тишина, и я уж подумал, что грифоны так и останутся равнодушными к тому, что одно из их деревьев «отжали». Однако с центрального дуба раздался мощный клёкот, которому через мгновение отозвались птице-львы с периферии. Похоже, квартирный вопрос их всё-таки испортил, как в своё время москвичей.

– Не усидели… – растянул я губы в усмешке.

– Они стягиваются на главное страж-древо, покидая насиженные места, – негромко проговорил Сил, продолжающий слушать зелёные насаждения. – Они злы.

– И до этого добрыми не выглядели, – пожал я плечами. – Дай знать, как взлетят.

– Готовятся вроде… Древо покинуто.

– Готовность! – гаркнул я. – Соблазнились, с@ки пернатые!

Других команд не требовалось. Мы все и так были как взведённые пружины. Туман нашего товарища простирался не слишком далеко, но вскоре в него наконец влетели крылатые силуэты, навстречу которым устремились арбалетные болты, снаряды малых баллист и заклинания с одной зачарованной стрелой, что мгновенно оторвала неудачливому грифону голову. Я учёл прошлый опыт, и теперь у Эгиля было несколько особо мощных боеприпасов, делающих огненный «бабах».

Однако птице-львы были достаточно живучими тварями, чтобы долететь до нас, приземлиться и вступить в бой с копейщиками. А потом начались проблемы. Обычные грифоны не так чтобы сильно превосходили своими габаритами африканских хищных кошек, являясь пусть противником опасным, но всё же не чрезмерно. Однако вслед за ними прилетело две действительно здоровые твари, одна из которых в холке была с меня ростом, а вторая даже превосходила её.

К тому же, они, по-видимому, были ещё и умнее своих меньших собратьев. По крайней мере, двум здоровякам хватило их птичьих мозгов не лезть в свалку к копейщикам, а спикировать на стрелков, целя в вирдманов, кидающихся магией. Моя молния заставила конвульсивно дёрнутся грифона с пышным оперением на макушке и затылке. Он от такого привета промахнулся мимо меня, приземлившись на стоящих рядом бойцов, которых сбил с ног, сильно покачнув наши драккары. Мне же пришлось припасть к самой земле, выдыхая:

– Шиив…

Время стало вязким и тягучим, когтистая лапа прошла над моим шлемом, а я распрямился, нанося удар рогатиной снизу вверх под клюв врага. Лезвие вирдманского инструмента пронзило плоть противника, но не успело дойти до мозга, когда ускорение завершилось, а меня резко снесло в бок ударом когтистой лапы. Ударившись корпусом о борт своего драккара, я неловко перевалился через него, попав на второй корабль. Хорошо кираса на мне, иначе рёбрам был бы кабздец, а так больно, конечно, и дыхание выбило, но в целом ситуация терпима. Грифон же с небольшим хохолком на голове знакомство с моим копьём не оценил, приподнявшись на дыбы, расправив крылья в пугающем жесте и сдвинув древко лапой в бок, но до конца не выдернув его из раны. Опустившись вниз, птице-лев не закончил, конечно, работу за меня, но копье, ударившись пяткой о палубу, вывернуло лезвие, которое разворотило рану, заставив кровь хлынуть широким ручьём. Грифон явно временно выбыл из боя, начав судорожно метаться, а вот его коллега нацелился на меня, видимо, решив добить.

Я, лишившись копья, достал меч, отправив со второй руки молнию в противника, но разъярённого зверя волевая магия не слишком впечатлила. А вот меня его лапы заставили сильно нервничать, особенно когда я снова полетел в борт, как кегля, повстречавшаяся с шаром для боулинга. Встать я не успевал, а грифон, проигнорировав пару новых ран от копий и болтов, решил меня прихлопнуть своей когтистой лапой. Мне осталось только выставить ей навстречу меч остриём вперёд, держа рукоять обеими руками. В голове лишь пронеслось: «Сейчас будет больно!»

И, Суртур побери, больно действительно было, у меня руки едва не выскочили из суставов, а в плече что-то противно хрустнуло, зато грифон резко понял, что чувствует человек, наступив на здоровенный торчащий гвоздь. Птице-лев гневно заклекотал от боли, тряся когтистой лапой с мечом, что засел в ней почти по рукоять. Но, к счастью, мучилась зверюга недолго, получив в шею стрелу, совершившую огненный бабах и разорвавшую шею до хребта. Эгиль, как всегда, бил без промаха.

Я же поднялся на ноги и приманил к себе телекинезом посох, осматривая диспозицию. Второго здоровяка, в груди которого торчал снаряд баллисты, добивали Асмунд с Сяо, работая в паре, там помощь не требовалась, а вот среди копейщиков всё было не так радужно, туда я и направил молнии, заставляя оставшихся пернатых трястись от судорог и становиться лёгкой добычей хирдманов. Не прошло и пары минут, как всё было кончено, а над лесом раздался мой голос: