Текст книги ""Фантастика 2026-131". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Грибова

Соавторы: Тамара Шатохина,Ольга Крючкова,Сергей Савинков,Марина Павельева,Мила Крымская,Савинков Сергей,Анастасия Мельникова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 272 (всего у книги 348 страниц)

Глава 18

Молния

Взлёт прошёл успешно, но как только мы покинули город, обстановка резко изменилась. Я не видела этого, но отчётливо чувствовала. Из моего горла вырвался утробный рык, я на физическом уровне ощущала опасность, исходящую от нашего пилота. Руки сжались в кулаки, ногти больно впились в ладони, слишком больно. Я мельком взглянула на чуть разжатые ладони. Вместо моих, вечно обгрызенных ногтей, блеснули чёрные когти.

Пиздец.

Я до жути испугалась, но виду старалась не подать. Но дело было не в этом. Не в моих изменениях.

Засунув руки в карманы, я обернулась назад.

Пилот начал меняться, краснощёкий ранее старик вдруг стал мертвенно-бледным. Его могучие плечи беспомощно опустились.

Нос вдруг уловил другой запах. Рот тут же наполнился слюной, я ощутила что-то ещё. Да что это со мной?

Я отвела глаза от пола и посмотрела вперёд, Лиза сверлила меня взглядом, а её рука поглаживала автомат.

Она знает! – урчало подсознание.

Но что она знает? – беззвучно прошептала я одними губами.

Я была готова прямо сейчас броситься на неё. Свернуть шею. Раздробить кости лица. Устроить кровавую бойню. Я сглотнула и облизала пересохшие губы, внизу живота разлилось тепло от предвкушения чужой боли.

В общем, я чувствовала, как зверею. Инстинкты брали верх над разумом, превращая меня в дикую, жаждущую крови тварь. Борьба с собой была мучительной, каждый мускул напрягся до предела.

Нужно было что-то предпринять, но что? Мозг лихорадочно перебирал варианты, пока тело требовало лишь одного – разорвать на куски источник опасности. Лиза продолжала смотреть на меня с опаской, её палец лежал на спусковом крючке автомата. Она явно что-то знала и была готова открыть огонь на поражение.

– Ро… дной, – совсем слабо прошептал Добрыня и вывел меня из мрачных мыслей.

– Родной, – повторила я за пилотом, но уже громче, пытаясь привлечь внимание. – Пилот.

Костик неосознанно отодвинулся от меня.

– Добрыня, что с вами? – тут же подскочил Стёпа.

– Я… Кажется, умираю, – голос старика ослабел. – Посадку… Здесь…

– Ты чё, дед? Река, блядь! Лёд не выдержит! – истерично заорал Костик.

Юра перегнулся через него и сжал мой локоть. Респиратор скрывал половину его лица, но по морщинкам у глаз я поняла, он улыбался мне.

Требовательный голос в голове утих. Я с опаской вытащила руку из кармана, но когти уже пропали. Одно я знала наверняка, мне не показалось.

– Трос… – еле слышно прошептал пилот. – Спуститесь…

Вертолёт сильно вилял из стороны в сторону. Эта рухлядь была готова сорваться вниз в любой момент.

Родной, не теряя времени, схватил толстую верёвку и примотал её к какой-то железяке, после сразу выбросил наружу.

– Что происходит? – совершенно спокойно спросил Барыга, приходя в себя.

– Быстро, по одному спускаемся на лёд! Ярый, ты первый! Потом держишь трос остальным!

– Бегу и падаю! Ты ебанулся?! Апрель месяц! Лёд не выдержит!

– Ты если сейчас не спустишься, я тебя сам выкину! – Родной кричал ему прямо в лицо.

Тот что-то прикинул для себя и кивнул.

Он спускался медленно, перебирая руками и ногами. Ещё бы, ползти было метров пятнадцать.

– Опуститесь! – заорал Костя, скидывая респиратор и перекрикивая шум ветра. – Тут ещё метров пять, мешком с говном падать!

Родной передал это Добрыне. Вертолёт сильно тряхнуло, и мы немного опустились.

– Пашка следующая, за ней Барыга и Бык, после Молния! – скомандовал Родной.

– А ты? – спросил Юра.

– Всё потом! Выполнять!

Лизка поползла вниз, трос уже не гулял из стороны в сторону. Его держал внизу Костя.

Все наши рации вдруг зашипели.

– Это пиздец! Тут мертвецов из леса тьма! Все к нам! – сквозь помехи говорил Костя.

– Держим трос, после бегите к берегу! – тут же отдал приказ Стёпа.

Антон и Юра с сумкой со взрывчаткой спустились следом за Лизой.

– Это он… Он вколол… – уже еле шептал старик.

– Чего стоим?! – закричал Родной, но вдруг замер.

Я вытащила пистолет и нацелилась на Добрыню. Точнее на то, чем он вдруг стал.

Руки тряслись, губы поползли вверх, обнажая верхний ряд зубов. Голова разрывалась от всплеска эмоций.

Рвать! – кричало сознание.

Я сделала шаг в сторону, готовясь к прыжку.

– Юля, – произнёс Родной отрезвляюще. – Пожалуйста.

Я выстрелила, но промахнулась. Пуля угодила в стекло вертолёта.

Родной завизжал, когда Добрыня впился зубами в его плечо.

Я закричала вместе с ним.

– Спускайся! – прошептал он сквозь боль.

– Нет! – мой голос вибрировал.

– Бегом, блядь!

– Я не могу, Стёп, я не уйду, – орала я, поддаваясь истерике.

– Я не жилец, дура! – он ударил меня по щекам, респиратор слетел с моего лица. – Я болен! Я уже труп! – затем ещё один удар, на этот раз кулаком мне в переносицу.

Брызнула кровь, и я чуть успокоилась.

– Я тоже труп, Стёпа, я тоже больна, слышишь?!

– Я знаю, – его лицо потемнело. – Догадался уже. Но пока ты дышишь, пока соображаешь, ты здесь. Ты жива, пока они живы. Защити их, потому что я не смог.

Он закусил губу.

– Стёпа… – предприняла я последнюю попытку достучаться до него.

Может быть, он такой же, как я? Хотя меня-то ведь не кусали.

– Спускайся, прошу тебя, ну что, мне на колени перед тобой встать?!

И я, крепко ухватившись за верёвку, поползла вниз. Мои руки совсем не слушались.

Внизу Юра подхватил меня, и мы, утопая в снегу, побежали к берегу, укрывшись в корнях прибрежных деревьев. Мертвецы уже не обращали на нас внимания, привлечённые рёвом лопастей вертолёта.

– А Стёпа? – опомнился Костик и вцепился в мою куртку обеими руками, сильно встряхнув меня.

Я лишь качнула головой. Виски загудели, волна гнева поднялась с самых глубин сознания, наполняя его тьмой. Однако все чувства быстро утихли. Я не имела права злиться на него.

Спустя секунду вертолёт камнем рухнул вниз, проламывая под собой лёд.

Костя на мгновение замер и отпустил меня, а затем выхватил рацию.

– Стёпа! Стёпа!

Рация молчала.

Мертвецы, заворожённые гулким грохотом, направлялись к вертолёту из леса. Я вдруг подумала о том, что этот идиот нас выдаст.

Рация зашипела.

– Костя. Я не слышу тебя, Костя.

– Блядь, чтоб я сдох! Починю эту хуйню, шалава! – орал он Лизе.

Она выхватила рацию из его рук, покрутила, и передала обратно.

– Оставайся на месте! Мы сейчас придём! – заорал Костя и бросился из укрытия.

Юра дёрнул его за капюшон куртки, ткань затрещала, но выдержала.

– Ярый нет, – глухо процедил Юра.

Металлическая махина медленно уходила под лёд. Мёртвые нескончаемым потоком шли к вертолёту.

– Мы сейчас придём за тобой, – уже тише сказал Костя.

– Костик, я ног не чувствую, – продолжил говорить Стёпа, нестерпимая боль была слышна даже сквозь помехи.

– Нет! Стёпа, пожалуйста! Мы что-нибудь придумаем, мы придумаем! – стонал Костя в рацию.

– Меня укусили, Костик. Это конец.

Ярый сжал зубы и упал на колени, бессильно рыдая. Он ударял руками о землю, поднимая снежную крошку и капли грязной воды.

– Доложить обстановку! – попросил Родной.

Мы молчали, глотая слёзы.

– Доложить обстановку, сука! Это приказ!

– Кольцо, – ответил Юра и сглотнул. – Около сотни, все к тебе ползут.

Я схватила его за руку, он посмотрел в мои глаза, сорвав маску, по его щекам скатывались крупные слёзы.

Стёпа ненадолго умолк, потом рация вновь зашипела.

– Внимание всем, кто меня слышит! Говорит капитан второго отряда Апгрейда, Степан Чужой, позывной Родной. Я передаю все полномочия Константину Яровых, позывной Ярый. Удачи, ребята! Я безумно горжусь вами! У меня тут немного взрывчатки есть! – рация зашипела в последний раз.

Минута тишины, и всё заволокло адским огнём.

Одновременно со взрывом Костя закричал, не в силах сдерживаться. Его оглушающий крик был подобен рёву раненного зверя. Он эхом разнёсся по округе. Для меня больше не было ничего, кроме обжигающего ветра, рвущейся наружу боли и его крика.

Земля содрогнулась во второй раз, обдавая нас жаром взрывной волны. Ошмётки льда и плоти взлетели в воздух, перемешавшись с пеплом и снегом. Мертвецы, что успели подползти ближе, превратились в кровавую кашу, а остальные на мгновение замерли, дезориентированные внезапным громом. Костя продолжал кричать, его голос срывался на вой. Юра попытался его успокоить, но Ярый лишь оттолкнул его, с новой силой бросаясь на землю.

Я чувствовала, как внутри меня зреет ярость. Неконтролируемая, всепоглощающая. Хотелось крушить и ломать. Убивать. Но усилием воли я подавила этот импульс, понимая, что сейчас это не поможет. Нужно было выжить. Ради Стёпы. Ради всех нас.

Я обвела взглядом оставшихся. Лиза хладнокровно наблюдала за происходящим, словно ничего не случилось. Антон, бледный как смерть, прижимался к дереву, пытаясь унять дрожь. Юра выглядел самым собранным. Он уже отдавал команды о построении периметра обороны.

– Всем приготовиться! – рявкнул он, перекрывая крик Кости. – Отходим к лесу!

Я кивнула, отрывая взгляд от дрожащего Ярого. Сейчас нельзя было позволить себе сломаться. Стёпа доверил ему командование, и мы должны были оправдать его доверие. Даже если это казалось невозможным.

Глава 19

Бык

Пробежав около двух километров вглубь леса, мы остановились перевести дух.

Сил больше не было. Костик, конечно, лёгкий, всего килограммов пятьдесят, но на плече его далеко не унесёшь. Тем более, на втором плече у меня было около пяти килограммов взрывчатки и ещё штук десять гранат. Единственное, что удалось спасти с вертолёта, помимо наших жизней.

Костик рыдал навзрыд и стонал, громко всхлипывая.

– Его нет, – повторял раз за разом я, будто сам пытался осознать это.

У меня у самого внутри всё разрывалось.

– Что… Что нам делать? – спросил Барыга, пытаясь отдышаться.

Вообще, я надеялся, что он самый первый свалит или хотя бы сдохнет. А нет, живой, собака.

В любом случае у меня не было ответа на его вопрос.

– Связи нет, нужно ближе к городу подойти, – тихо произнесла Лиза.

– Идём на север, думаю, город там, – ответил я и махнул рукой.

Да я понятия не имел, где город. Я не знал, что делать и куда идти. Но нельзя было оставаться на месте. В данных условиях это означало верную смерть.

Костик тихо всхлипывал. Его стоны терзали мою душу. Если даже Костя не может справиться с утратой, то что можем мы?

Юля взяла меня за руку, а второй рукой аккуратно вытерла слезу. Я скривился, готовый разрыдаться.

– Тише, – прошептала она.

По её щекам слёзы скатывались беззвучным градом, а лицо покраснело, но голос оставался твёрдым.

Я кивнул и ещё крепче сжал её руку.

Сука, как же страшно. И нет, не за себя. При нашем уровне подготовки мы сдохнем раньше, чем наступит следующий день. Вряд ли кто-то, кроме Стёпы, относился серьёзно к тому, что мы делаем. Нам бы подурачиться, в крутых поиграть. Да даже когда в меня стреляли, я воспринимал это не более чем недоразумение. И вот как всё обернулось: ни еды, ни подмоги. Я с полной уверенностью заявляю: пришёл бы сюда Зима со своими, я лично расцеловал бы каждого в обе щёки.

Пройдя ещё пару километров, нам начали встречаться частные дома.

Покосившиеся домики аккуратно расположились по обеим сторонам разбитой дороги.

– Связь? – спросил я.

– Нет, – покачала головой Лиза.

– Мы выберемся, – пообещал я второму отряду, сам не веря в то, что говорю.

По-хорошему, дома бы обшмонать, хотя бы продуктов каких найти, и то вперёд.

Костя не видел ничего вокруг себя. Он просто шёл за нами, плёлся где-то в хвосте. Лизка приобнимала его за плечи, ведя за собой. Я был благодарен ей за это. Но стоило мне обернуться на них вновь, как она тут же отпустила его. Тот безвольно опустился на землю. Он сидел и мерно раскачивался из стороны в сторону, исподлобья смотря на нас.

– Это она виновата, – произнесла Лиза с ехидной ухмылкой, наставляя на Юлю автомат.

– Немного не вовремя, как по мне, – попытался успокоить её Барыга.

– О чём ты говоришь?

По моей спине пробежал холодок.

– Мне Семён Павлович всё рассказал. Она больна, но не обращается. Они называют это Зверем. Эта тварь убила Соловья и обязательно убьёт кого-то ещё.

И я бы не поверил ни одному её слову, если бы Юля вдруг не изменилась. Глаза налились кровью, вены на шее и руках вздулись, а губы обнажили клыки. Она утробно рычала на Лизу, раскинув в сторону руки с чёрными длинными когтями.

Я остолбенел от увиденного.

Руки сами собой схватились за автомат, но я знал, что никогда не выстрелю в неё. Я слишком сильно привязался к ней, это меня и погубит. А потому дуло автомата было наставлено Лизе прямо в лицо.

– Рвать! – прорычала Юля и бросилась на связиста.

Грохнул выстрел, и Юля испуганно отпрянула, упав на землю.

Сердце остановило свой ритм, я перестал дышать, а глаза тут же намокли.

Лиза всё с той же ухмылкой стояла на ногах, а через мгновение рухнула лицом вперёд.

Позади неё стоял Костик, дуло его винтовки испускало лёгкий дымок.

– Он хотел, чтобы она выжила, – произнёс он таким тоном, который я раньше никогда у него не слышал. – Кто ты такая, чтобы ставить под сомнение его волю? – Он с размаху пнул тело Лизы.

– Костя, винтовку отдай, – как можно тише попросил я.

Он же повесил оружие за спину, развёл руки в сторону и нелепо улыбнулся.

– Не, Юр, не отдам.

Я уже раздумывал о том, как его скрутить и обезвредить.

Он же провёл руками по лицу и зачем-то посмотрел на свои ладони.

– Я… – начал он, но слева от меня пронеслась звонкая очередь.

Юлька уже пришла в себя и вовсю палила из автомата, вновь спуская весь магазин всего за пару секунд.

Я повернулся в ту сторону и с ужасом уставился на мертвецов. Голов двадцать, и все идут к нам.

Я тоже недолго думая начал обстрел.

– Слишком дохуя! – вдруг заорал Костя. – Идите, я их задержу!

И ведь он был прав. Со всех сторон к нам стягивались новые гости. Но вслух я произнес другое.

– Нет! Либо вместе, либо никак!

Он кивнул мне, и мы побежали вперёд, туда, где не было мёртвых, снова в лес.

Мы с уже нормальной Юлькой неслись как угорелые. Я, не думая ни о чём, схватил её за руку и протащил за собой метров двести, пока она не закричала.

– Костя!

Я крутанулся на месте и остановился.

За нами бежал только Барыга.

Костик уже был в кольце.

Я палил в их сторону, чтобы отвлечь внимание уродов на себя.

– Юрка, послушай меня. Ты настолько уродлив, что я чуть не помер со страху в нашу первую встречу! – Костя безумно хохотал и размахивал винтовкой, словно дубиной. – Люблю тебя, парень.

– Костя, послушай… – начал было я, но он заорал дурным голосом.

– Ты либо кидаешь взрывчатку, либо я… – он замешкался и продолжил растерянно: – Ну я не ебу, что сделаю! У меня патронов нет!

Я поджёг фитиль, мои руки тряслись.

– Я передам Стёпе, я обязательно передам ему привет, – улыбнулся он напоследок и исчез среди мёртвых.

Меня захлестнула ярость, я подбежал ближе и кинул сумку в толпу мертвецов, туда, где был ещё жив друг. Можно было обойтись и одним брикетом, но я хотел, чтобы их всех размазало тонким слоем по асфальту.

Взрыв оборвал его крик, ударная волна и ошмётки гнилой плоти сшибли меня с ног. Я приложился спиной о землю так, что разучился дышать.

Я с усилием поднялся на колени. Я не хотел это видеть, но чувствовал, что должен.

Выжженный ореол земли и куски тел. Это всё, что осталось от Константина Яровых, снайпера и бывшего капитана второго отряда.

Я не знаю, сколько бы я ещё так просидел, если бы Юля не вцепилась в мою руку.

– Юра, Юра, пожалуйста! – раздался её звенящий голос в моей голове.

Я встал, и мы снова побежали.

Здание заброшенного завода зияло провалами пустых окон. Недолго думая, вскарабкались на третий этаж по строительным лесам.

Мертвецы по пятам шли за нами.

Я будто сам погиб, ничего уже не ощущал: ни тепло Юли, которая была рядом, ни отдачу автомата. Для меня больше не было ничего.

– База! База! Место нахождения: поворот на Полевской! База! Около пяти километров на север! На связи Молния! Стрелок второго отряда! Несём потери! Срочно подкрепление! Говорит Молния! – кричала Юлька где-то сбоку от меня.

И откуда только координаты знает? Никаких указателей я не видел. Плевать.

Мертвецы не могли подняться к нам из-за отсутствия нормальной лестницы. Это радовало, но десяток мертвецов всё равно нашли подъём либо были тут изначально.

Это конец, подумал я. Помощь не придёт, никто больше не придёт.

Мы все здесь погибнем.

Барыга, задыхаясь, прислонился к стене, хватая ртом воздух. Он был бесполезен, я это знал. Единственное, на что он годился – это быть пушечным мясом. Но даже на это у него не хватало смелости.

Я приказал Юле спрятаться за бетонной балкой, чтобы её не зацепило шальной пулей. Сам же занял позицию рядом с оконным проёмом, пытаясь экономить патроны. Каждый зомби, которого я валил, был как глоток свежего воздуха. Но воздух этот быстро заканчивался, как и патроны.

Нет, всё же надо было что-то для себя оставить, чтобы не мучиться, чтобы не стать таким, как они. Интересно, а Юля, она теперь такая же, как они? Да кто она вообще такая?

Глава 20

Молния

– Это она виновата, – Лиза направила дуло своего автомата в район моей груди.

Подсознание кричало об опасности. Внутри черепной коробки кто-то яростно скребся когтями.

– Немного не вовремя, как по мне, – подал голос Барыга.

– О чём ты говоришь? – спросил Юра, и моё сердце болезненно сжалось.

Нельзя. Узнает. Убить.

– Мне Семён Павлович всё рассказал. Она больна, но не обращается. Они называют это Зверем. Эта тварь убила Соловья и обязательно убьёт кого-то ещё.

Сердце пропустило удар. Монстр внутри меня взвыл, наслаждаясь звуками собственного имени.

Зрение и слух обострились в десятки раз. Я слышала, как циркулирует кровь в жилах моих друзей. Я даже приоткрыла рот в предвкушении, с уголков губ, казалось, потекла слюна.

Всего на мгновение я взглянула в глаза Юры, надеясь найти там что-то, что поможет усмирить Зверя.

Страх вперемешку с отвращением выбил почву из-под моих ног. Хотелось сбежать, чтобы не видеть этих глаз. Именно в эту секунду я окончательно потеряла контроль.

Зверь оглушительно зарычал.

– Рвать!

И он, не в силах больше терпеть болезненный голод, бросился вперёд.

Грохнул выстрел.

Зверь испуганно рванул назад, обратно в глубины подсознания.

Я же, упав на задницу, удивлённо хлопала глазами. Никаких повреждений у себя я не обнаружила, а вот Лиза покачнулась и рухнула лицом вперёд.

В неё стрелял Костик, Юра пытался его успокоить, а на меня даже не смотрел. Это и к лучшему, я бы не вынесла этого взгляда ещё раз.

Мертвецов я заметила раньше всех. Скорее всего, из-за новоприобретённого проклятия. Я отчётливо чувствовала запах гнили и застарелой крови. Неужели и я теперь так пахну? Мерзость.

Взяла автомат и начала стрелять в уродов. Возможно, теперь я одна из них, но ненавидеть я меньше не стала.

Звуки стрельбы противно резали обострённый слух.

– Слишком дохуя! Идите, я их задержу! – кричал Костик.

– Нет! Либо вместе, либо никак! – заупрямился Юра, и Костя сдался.

О Лизе никто не позаботился, никто даже не проверил, жива она или уже нет. Я-то точно знала ответ. Я больше не слышала биения её сердца. На секунду стало жаль подругу, но если выбирать между ней и мной… Я выберу себя.

Бесконечный бег от неизбежного продолжился.

Я ничуть не отставала от темпа Юры, тем не менее он, как и раньше, взял меня за руку. Я знала, что с появлением Зверя я больше не заслуживаю его. Мне никогда не искупить свою вину перед ними, но я хотя бы попытаюсь.

Сзади что-то происходило, и я догадывалась что.

– Костя! – я упёрлась в землю ногами и потянула руку Юры на себя.

Наконец он обернулся и бросился к другу, стреляя по мёртвым.

С пробуждением Зверя я стала их понимать. Мертвецы – стадные животные, и да, они вправду не чувствовали боли, а вот ярость и голод – очень даже. Они слабы, они не могут этому противостоять. Я, как оказалось, тоже. Потому я сделала пару нерешительных шагов в сторону мертвецов, желавших урвать от моего друга кусок пожирнее.

Я не особо понимала, почему Юра вдруг метнулся вперёд, что-то бросив.

Внезапно меня снесло с места ударной волной, сильно приложив о землю. Наваждение тут же спало, и сознание прояснилось. Однако вслед за ясностью ума пришла боль. Яркая и мучительная, она заставляла выгибаться дугой и стонать, сжав зубы. Не знаю, были ли это последствия взрыва или отсутствие Зверя в моём сознании, но я хотела прекратить эту боль. Зубы заскрипели, готовые обратиться в мелкую крошку.

Кто-то разжал мои челюсти и засунул в рот плотную ткань, она пахла порохом и чем-то неприятно резким.

– Я помогу, – отчётливо произнёс Барыга.

Правую руку обдало холодом, когда он задрал мой рукав. Я в ужасе распахнула глаза, когда мою кожу коснулась игла.

– Ты что сделал? – тут же выплюнула тряпку я и попыталась привстать.

Тело вновь скрутило от боли.

– Проебал последний дозняк, – ответил он. – Подожди немного, скоро полегчает.

У нас не было времени на это, Барыга тоже это понимал и помог мне подняться на ноги. Понятия не имею, зачем он это сделал. Наверное, здраво рассудил, что одному ему не выжить, а Юра без меня не пойдёт. Хотя какой уж там теперь. Кстати, о Юре, он стоял на коленях всего в двух метрах от нас. Стоял и смотрел на багряную землю.

– Юра, вставай, – просила я и трясла его за плечи, пока он не очухался. – Юра, Юра, пожалуйста! – умоляла я.

Он уже осознанно посмотрел мне в глаза. Я больше всего на свете боялась, что он увидит в них Зверя.

Он встал и молча продолжил наш путь, в качестве капитана сухого остатка отряда. Мы с Барыгой последовали за ним.

Чудом найдя заброшенное здание, наконец остановились.

Мы втроём стояли спина к спине, страх медленно полз вверх по позвоночнику. Странно, но я не чувствовала никакого эффекта от наркотика, что вколол мне Барыга. Хотя, возможно, присутствие Зверя давало некий иммунитет к препаратам. Теперь я точно знала, что никакой это не вирус, это паразит. Жестокий, но вполне разумный паразит каким-то образом забрался в мой мозг и поселился там, будто злокачественная опухоль. Только его не вырежешь, он уже давно стал частью меня самой.

Слёзы капали вниз с подбородка.

Собственные всхлипы заглушали звуки извне.

На периферии зрения я увидела Барыгу, он метнулся в сторону окна.

Дурное предчувствие шелохнулось внутри. Гнев вновь густой тьмой обволакивал моё сознание. Предметы вокруг обрели резкость и запах угрозы.

– Ложись! – заорал Юра и толкнул меня на пол.

Опора под ногами исчезла, и я полетела вниз.

От удара лёгкие, казалось, схлопнулись. Ни вдохнуть, ни выдохнуть, ни закричать.

Пыль высоко поднялась наверх, я ничего не видела, только чувствовала пьянящий запах крови.

Я зажмурилась, а измученное сознание погасло.

– Юль, ты чё спишь? – меня кто-то тряс за плечо.

Я открыла глаза и увидела перед собой Машу. Она аккуратно поправляла светлые волосы перед зеркалом. Я же сидела в кресле, зарывшись в ворох испачканных скатертей. Надо бы отнести их в стирку, интересно, а пятновыводитель уже привезли?

– Иди давай, тебя второй стол уже минут десять ждёт.

– Угу, иду, такая ерунда приснилась, – я протёрла заспанные глаза.

– Потом расскажешь.

Я прошла через весь зал ко второму столику.

За ним сидел мужчина средних лет, лицо было знакомым, возможно, даже какой-то постоянник.

– Добрый день, вы что-нибудь выбрали? Может быть, желаете начать с напитков? – спросила я деланным бодрым голосом.

– Это вкусно? – спросил он и ткнул пальцем в меню.

Я подошла поближе и чуть наклонилась, так как я совершенно не могла разобрать, на что именно он указывает.

Сознание вообще было каким-то мутным и спутанным.

В следующее мгновение его зубы сомкнулись на моём плече.

Мгновенная вспышка боли, из моего плеча вырвали кусок плоти.

Открыла глаза, я всё ещё на бетонном полу, даже пыль не успела осесть.

– Сучара ебучая, – я наотмашь мазнула ножом.

В ухо рычали.

– Юля! – кричал Юра совсем близко.

Завеса спала, и я увидела Юру, из его носа и ушей текла кровь.

Мёртвых было около десятка, они были повсюду, а мне нужно было встать.

Из оружия было два ножа и пистолет с пустым магазином. Автомат я где-то потеряла. Последний патрон грел душу, но использовать его было рано.

Юра кромсал их мёртвые тела, пытаясь попасть в район головы. Потоками лилась гниль. Вонь стояла невыносимая. Я тоже прикончила парочку уродов, вот только сил на большее не было.

Когда всё закончилось, мы оба рухнули на пол.

Он посмотрел на меня и увидел разорванное плечо.

Лицо застыло в немом крике.

– Чтоб я сдохла, – слабо улыбнулась я.

– Ты подожди чуть-чуть, сейчас прилетят наши, – захлёбывался слезами Юра. – Ты ведь уже была заражена до этого, так? Может, у тебя иммунитет?

Наши уже не успеют, хотя вряд ли Зима откажется выстрелить мне в лицо. Хотя, зря я так о нём. Он человек не простой, но за своих рвал и рвать будет, впрочем, как и я. Вряд ли бы всё закончилось вот так, если бы я приняла его предложение вступить в отряд. Неважно, уже ничего не изменить. Меня укусили, меня уже не спасти. А насчёт иммунитета – так я лучше сдохну, чем ещё раз почувствую эту гниль внутри себя. Но вслух я произнесла совсем другое.

– Спасибо тебе, Юра. Спасибо, что спас меня с той крыши. Спасибо, что подарил мне эту жизнь.

– Нет, – по его щекам скатывались слёзы. – Нет, я не спас тебя. Я никого не спас, – он громко стонал и всхлипывал.

– Юра, пожалуйста, сделай это, – я протянула ему мой пистолет, подаренный Костиком. Вытряхнула из кармана последний патрон. Руки уже немели, а ног я давно не чувствую. Из-за яда в моей крови мои клетки стремительно умирают.

– Я не могу. Я всех… Я всех потерял!

Мне уже не было страшно.

Зверь наверняка всё ещё пытался бороться за нашу жизнь, но я уже не слышала его. Я действительно выбрала жизнь, но слишком поздно.

Юра рукой стёр слёзы с лица и направил мне в лицо пистолет.

– Я люблю тебя, – произнесла я и закрыла глаза. – Они ждут меня, – прошептала я следом.

Я не слышала выстрела, не чувствовала запаха пороха. Только секундная вспышка боли, а после – тьма.