Текст книги ""Фантастика 2026-131". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Грибова

Соавторы: Тамара Шатохина,Ольга Крючкова,Сергей Савинков,Марина Павельева,Мила Крымская,Савинков Сергей,Анастасия Мельникова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 103 (всего у книги 348 страниц)

Глава 15

Утро очередного дня встретило нас грохотом засова. В дверном проёме появился мужик средних лет. Окинув нас недовольным взглядом он кивнул в сторону выхода.

– Старый, собирай своих доходяг и выходи строиться перед бараком, для вас есть работёнка.

– Что за работёнка? – вместо приветствия уточнил Старый.

– Всё по стандарту, сам ведь знаешь, что вашу бригаду на эту неделю назначили на разбор завалов.

Наёмник, молча, кивнул. Конвоир, вооружённый лишь дубинкой, отошёл в сторону и дождался, пока мы покинем барак. Второй конвоир, вооружённый помповым дробовиком, заметив, что я замешкался у выхода из барака, кивнул в сторону припаркованного рядом со зданием грузовика, у которого уже находились мои сокамерники.

– Штуцер, ты чего застыл? Давай забирайся в кузов, – сказал Сиплый, протягивая мне руку.

Усевшись поближе к кабине, я внимательно поглядывал по сторонам. Вскоре в машине оказалось ещё десятка два рабов, и лишь после того, как в кузов забрался один из культистов, мы тронулись в путь.

– Куда это нас? – едва слышно спросил я сидевшего напротив меня Сиплого.

– Едем разбирать старую пятиэтажку в южной части форта, – вместо моего соседа отозвался Старый. – Будем ломать кирпич и грузить его в грузовик.

Потерпи, сейчас и сам всё увидишь.

Через десять минут наш грузовик остановился у обшарпанной пятиэтажки. Загремел металлический борт грузовика.

– Выгружаемся, мясо, – послышался безэмоциональный голос одного из сектантов.

Мы выстроились у кузова грузовика в ожидании дальнейших распоряжений. Хлопнула дверь кабины, из неё выбрался крепкий плечистый мужик уголовной наружности. Перехватив мой взгляд, он хищно оскалился и произнёс:

– Разбирайте инструмент, мясо, и не вздумайте чудить.

Рабы выстроились в две колонны и направились к сараю. Тощий и надсадно кашляющий парень, выполнявший роль кладовщика, вручил мне и стоявшему рядом со мной Оглобле видавшие виды деревянные носилки и две совковые лопаты.

Обзаведясь инвентарём, мы с моим напарником направились к развалинам, у которых уже возилось десятка три рабов. Едва преступив к работе, я перехватил взгляд стоявшего у грузовика уголовника.

– Слышь, Оглобля, а что это за ферзь такой?

– Ты про кого?

– Да вон про того хмыря, – я кивнул в сторону уголовника. – Не похоже, что он из рабов.

– Ты бы потише болтал, – не отрываясь от работы и понизив голос произнёс Оглобля. – Да и пялься на него поменьше, не дай Бог приметит тебя.

– Ты не ответил.

– Да это Дикий. Помнишь, я вчера тебе про него рассказывал?

Я кивнул.

– Видишь, рядом с ним парочка мужиков? – всё также вполголоса произнёс Оглобля. – Это его шестёрки. Здоровяка зовут Шпала, а мелкого ушлёпка все называют Вонючка.

– Хватит болтать, принимайтесь за работу! – послышался окрик одного из культистов.

– Идём, – поспешно произнёс мой напарник и увлёк меня к очередной груде строительных отходов.

Продолжить разговор нам не дали. Сначала я, было, думал, что нам придётся долбить стену дома вручную, но, как оказалось, я ошибся. Обязанности среди рабов были чётко распределены. Одни невольники ломали кирпич, другие очищали его от остатков цемента, оставшиеся грузили добытый строительный материал в грузовик. Судя по всему, такая работа была для невольников привычной, иначе, как объяснить, что на месте одного из подъездов пятиэтажки не осталось ничего кроме груд мусора?

Взявшись за лопату, мой напарник принялся загружать этот хлам в носилки.

Предвосхищая мой незаданный вопрос, он прошептал:

– Повезло нам, сегодня будем подсыпать дорогу.

Мелкая каменная крошка, фрагменты цемента и прочий хлам не лучший материал для того, чтобы с его помощью латать многочисленные выбоины на дорогах форта, но мой напарник был иного мнения. Делая очередной рейс и высыпая содержимое носилок в глубокую лужу, я оглянулся. Убедившись, что поблизости нет ни одного из конвоиров, я не удержался от вопроса.

– Слушай, Оглобля, а какой в нашей работе смысл?

– Смысл? – переспросил удивившийся сути вопроса раб. – Смысла тут нет, главное, что есть работа и паёк. Штуцер, вот тебе мой совет. Забудь, что было там, за стенами этого форта. Чем быстрее ты примешь сложившуюся ситуацию, тем лучше.

– Это ещё почему?

– По кочану. Будешь забивать себе голову посторонними мыслями – только сильнее устанешь. За тех, кто плохо работает, отдуваются другие члены бригады, так что, хорош трепаться, береги силы. День только начался. И вообще, лучше почаще отключай голову. Как по мне, ты слишком много думаешь. Работа у нас, конечно, однообразная, но это куда лучше, чем участвовать в охоте.

Послышался тихий предостерегающий свист, источником которого оказался Сиплый. Кивнув вопросительно посмотревшему на него Оглобле, он подал какой-то знак и продолжил грузить в носилки каменную крошку.

– Приплыли, – прошептал Оглобля.

– Что случилось? Ты можешь толком сказать.

– Позже, а пока молчи, и не вздумай отвечать на его подначки.

– Ты о ком? Какие ещё подначки?

– Тсс, к нам Вонючка идёт, – произнёс Оглобля и кивнул куда-то в сторону.

Тощий парень, один из шестёрок Дикого, приблизился и издевательским тоном произнёс:

– Надо же, а я гадаю, кто это у нас тут. Никак, новичок? – Притворно шмыгнув носом, словно принюхавшись, шестёрка ехидно произнёс;

– Свежачок.

– Шёл бы ты своей дорогой, Вонючка. Тебе тут не рады, да и новичок уже в бригаде Старого.

– А ты, Оглобля, не лезь, я не с тобой, а с новичком говорю. Да и кто в чьей бригаде решает Дикий.

– Ну так сходи к нему и узнай, – миролюбиво предложил Оглобля.

– Обязательно схожу, вот только с новичком поболтаю и обязательно схожу, – пообещал шестёрка. – Ну так что, парень, как там тебя? Штуцер, кажется. Чего молчишь? Или не желаешь подзаработать?

– Ну а кто же не желает? – принял я игру, предложенную собеседником. – Только я не по этой части, так что отвали.

– Это по какой ещё не этой части? – не понял Вонючка и суетливо облизал губы.

Оглобля сдержанно хрюкнул, пытаясь унять рвущийся наружу смех.

– Юморишь, значит, ну-ну, – сквозь зубы произнёс Вонючка. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда Дикий назначит тебя на охоту.

– Не пугай, пуганый уже.

– Даже так, ну ничего, через день-другой ты передумаешь. При любом раскладе предложение босса всё ещё в силе. Надумаешь – дай знать конвоиру, он тебя отведёт к восьмому бараку.

Развернувшись, Вонючка поспешил к сидевшему чуть поодаль Дикому.

– Красиво ты его отшил, но он тебе это припомнит, потому он и Вонючка.

Вляпаешься один раз, а амбре тянется ещё долго. Мстительный он и злопамятный, в другом месте его бы давно порешили, а тут его спасает авторитет Дикого.

– И чего мне теперь от него ждать?

Оглобля пожал плечами.

– Вонючка специалист по части подлянок, так что сказать что-то конкретное я тебе не смогу. Всерьёз гадить он не станет, но если останешься один, наверняка отправит Шпалу, чтобы тот с тобой поболтал. Ну а там вариантов не много. Если Шпала тебя покалечит, придётся искать для тебя Микс. А это расходы. Наш мы уже потратили, а, значит, иного варианта, кроме как идти на поклон к Дикому, у тебя не останется. Калеки тут никому не нужны. Никто не станет держать в своей бригаде увечного. Калека – это обуза для бригады, таких или добивают свои же, или забирают на корм культисты.

Работа, какой бы бессмысленной она тебе не казалась – это возможность жить. Если ты продолжаешь работать, то тебя никто и не подумает отправить на охоту или отдать на прокорм обитающей в подземелье твари.

– А кто определяет, полезен ли раб или пора пустить его в расход? – задал я животрепещущий вопрос.

Оглобля хмыкнул и пояснил.

– Норма у всех своя, а тянуть лямку за другого – значит надорваться раньше времени и отправиться на корм обитающей в подземелье твари. Работай со всеми наравне, Стахановцев тут нет. Начнёшь рвать жилы, культисты заметят и начнут с нас требовать больше.

– Понял. Ещё вопрос. Выходит, если получил травму и вовремя не закинулся миксом, культисты тебя кормить не станут?

– Всё так, – подтвердил мои выводы Оглобля. – Балласт сразу отправляется за борт. Так что не лезь больше на рожон, я тебя прошу. Просто, если тебя покалечат, и ты ради микса залезешь в долги, то гарантированно попадёшь на крючок к Дикому. Все местные поставщики у него под колпаком, и он попросту выкупит у них твой долг. А должников у него много. Ты, кстати, учти, вместо Шпалы к тебе могут подослать парочку-другую таких же должников из рабов. Большинство тут конечно доходяги, но мало ли. Да и за драки тут наказывают строго. Или позорный столб или карцер, что считай равно смертному приговору. Дикому, по большей части, насрать на то, чьими руками будет сделана вся грязная работа. Ему главное получить прибыль с боёв, и раз он тебя приметил, то не успокоится, пока не добьётся своего.

Я вздохнул.

– Ладно, Оглобля. Спасибо тебе за совет. Значит, придётся быть настороже, – усмехнулся я.

Оглобля пожал плечами.

– Не факт, что до этого дойдёт, но, в любом случае, я должен был тебя предупредить. Но ты не дрейфь раньше времени. Дикий со своими шестёрками конечно тут в почёте, но открыто против Старого он не пойдёт.

У Старого с ним нейтралитет, так что, если Вонючка подставится, то мало ему не покажется. В любом случае, лучше от нас далеко не отходи.

– Кстати об этом, а если я вдруг захочу поссать или еще чего. Охрана не станет палить мне в спину?

– Нет, пока ты не лезешь в места, куда рабам проход закрыт, тебя никто не тронет, ну а если вдруг попался, то молись, чтобы тебя не прикончили на месте. Таких мест в форте не так уж и много, на досуге я тебе их назову.

Главное – держись подальше от центральной площади.

– А что с ней не так?

– Да всё так, просто был случай, один из рабов забрался в многоэтажку у центральной площади. Ну, та, на которой у культистов висит огромный стяг. Не знаю, что этот бедолага там хотел найти, но его труп висел на площади до того самого момента пока окончательно не сгнил. Так что, думай сам. В общем, если решишь отлучиться по нужде, то не уходи слишком далеко. Таких работяг, как мы, обычно не слишком контролируют, разве что на масштабных работах, и то, чтобы мы тут друг другу глотки не порвали.

Так, за неспешными разговорами о местных порядках, мы проработали до обеда. Постучавший по рельсе Вонючка возвестил о перерыве в рабочем процессе. Убедившись, что все рабы оставили свой инвентарьон, поспешил к своему начальнику и принялся шептать ему что-то на ухо. Я, было, подумал, что мелкий урод жалуется на меня, но, перехватив взгляд главаря бандитов, понял, что ошибся. Небольшая группа женщин, возившихся у полевой кухни, вот что вызвало его интерес. Наверняка среди них есть новенькая, иначе, с чего бы он так оживился?

Заняв своё место в очереди, я подошёл к импровизированной раздаче.

Старенькая полевая кухня не слишком порадовала. Непонятная серая каша и средней паршивости бурда, по запаху напоминающая чьи-то потные носки.

Усевшись на корточки рядом с напарниками, я нерешительно замер, опасаясь попробовать неаппетитное варево.

– Лучше работай веслом, первое время всех от неё воротит, но сухие пайки и прочие деликатесы достать не так просто, – буркнул Старый, личным примером показывая, что каша вполне съедобная.

Быстро проглотив кашу, я встал в очередь к металлическому баку с водой. Скинув в него грязную посуду, я поспешил в сторону невысокой стены, за которой, судя по всему, находился стихийный туалет. Едва я устроился поудобнее и устремил свой взгляд в бесконечность, как услышал то, от чего пришлось позабыть о своих дальнейших планах. Сначала где-то за грудой кирпича раздались чьи-то поспешные шаги.

– Ну, говори, чего звал? – послышался чей-то хриплый голос.

– Так я всё о том же, про наш уговор, – произнёс кто-то заискивающим тоном.

– Уговор в силе, как только выполнишь свою часть работы, с тебя снимут твой долг.

Я прислушался, стараясь не упустить ничего из чужого разговора.

– Я согласен.

– Ну, раз согласен, то держи. Слушай меня внимательно, Жмур, и запоминай.

Я дважды повторять не буду. Дикого нужно валить, и точка.

– Да как его завалишь?

– Тихо ты. Я всё подготовил. Забашлял охране, чтобы в дежурство по столовке поставили одну из новеньких девчонок. Дикий любит свежатинку, да и он её уже срисовал. Как только его подручные потащат девку к сараю с инвентарём, я подам тебе знак. Охрана ничего не заметит, я их отвлеку.

– Ты уверен?

– Зуб даю. Да не ссы, Жмур, всё будет тип-топ. Как только этот урод со своими шестёрками окажется вне поля зрения охраны, я отвлеку внимание конвоя. Не боись, никто и пикнуть не успеет.

– А что, если он догадается, что девка – это подстава?

– Не догадается. Да и он уже проглотил наживку. Не ссы, Жмур, дело верное, я отвечаю. Главное – не обделайся, когда будешь щекотать Дикого под рёбра.

Нам всего-то и нужно, что один точный удар, и его даже микс не спасёт. Ты главное заточку, как следует, проверни.

– А если у кого из его подручных окажется микс? – неуверенно произнёс Жмур.

– А это уже не твоя проблема, парень. Да и для должника у тебя слишком много вопросов. Не нравится работа – завтра поедешь на охоту в качестве наживки.

– Нет, я же говорю, что согласен. Просто я чёт…

– Да не ссы, Жмур. Я тебя подстрахую. Но учти, если облажаешься и запорешь всё дело, то я сделаю вид, что знать тебя не знаю. Не в твоих интересах запороть всё дело. Если не сможешь его убрать, Дикий насторожится и уже так легко его будет не взять. Засядет в своём ангаре и носа оттуда не покажет, пока всё не уляжется. На, держи, хлебни для храбрости.

Вскоре собеседники удалились, а я пошёл следом. С одной стороны, информация, которую я узнал, была достаточно ценной, а с другой – вздумай я её разгласить, попаду в категорию стукача, которого все будут презирать, независимо от мотивов моего поступка. Дерьмо. Времени на тщательный анализ у меня нет. И со Старым не посовещаться.

Едва я добрался до ожидавшего меня Оглобли, как увидел стоявшего у полевой кухни Дикого.

– С кем это болтает наш смотрящий?

– Ты про Кислого? Это тоже одна из местных шишек. Правда, в отличие от смотрящего, он заведует ремонтными боксами в дальней части форта. Разбирает на запчасти машины, которые им притаскивают. Обслуживает всю имеющуюся у культистов технику. Похоже, Дикий не оставляет попыток подмять его под себя, вот только ему ничего не светит, – хмыкнул Оглобля.

– Это ещё почему?

– Ремонтники живут в куда лучших условиях, чем мы, это почти что элита среди рабов. Да и через Кислого идут основные поставки Микса. Эта игра у них продолжается уже пару месяцев.

– А это что за урод? – произнёс я, кивнув в сторону звероподобного мужика, который пинками подгонял грузивших кирпичи рабов.

– Это Клык. Мерзкий тип, его тут побаиваются, ни для кого не секрет, что он метит на место Дикого, только вот серьёзной силы за ним нет. Так, мелкая сошка. Он промышляет наркотой, и прочей дрянью среди заключённых.

Вообще странно, что он тут оказался. Он с Диким на ножах. Все это понимают, но сегодня Клык отвечает за погрузку. Вон как старается, того и гляди забьёт кого-нибудь из новичков.

Я увидел, как пинавший своих людей Клык едва заметно кивнул одному из рабов. Тот подал ответный сигнал. Ага, представление вот-вот начнётся, догадался я.

– Извини, я отлучусь ненадолго, – произнёс я, откидывая лопату.

– Ну, ты и засранец. Предлагаешь мне одному тащить?

Оставив матерящегося Оглоблю в гордом одиночестве, я поспешил к сараю.

Едва я приблизился, как из-за груды досок послышалась какая-то возня. Через секунду из-за штабеля досок донёсся приглушённый женский крик.

– Да чё ты ломаешься, тварь. Тут-то и дел всего, что раздвинуть ноги. Ах, ты, шалава, кусаться. Н-НА. (Послышался звук удара). – Держи её, Шпала.

Я вышел из-за здания в тот самый момент, когда отделившийся от стены Жмур зашёл за спину Дикого. Оба подручных держали дергавшуюся на земле девушку, а главарь поспешно стягивал с жертвы штаны. Вся троица была так увлечена, что не заметили опасности. Я действовал молниеносно.

Не успел Жмур нанести удар, как я бросился вперёд и перехватил его руку с заточкой. Выкрутив руку несостоявшегося убийцы до хруста, я заставил его бросить оружие.

Наконец, Дикий обернулся на звук возни за его спиной. В этот самый момент болезненно подвывающий Жмур вырвался из моего захвата и поспешно рванул в сторону груды строительного мусора.

– Замри! – услышал я грозный окрик Дикого, который остановил двинувшего в мою сторону Шпалы.

Скорчившаяся на земле амазонка ловко пнула оставшегося без поддержки Вонючку. Тот охнул и, схватившись за отбитые причиндалы, рухнул в грязь.

Дикий, не обращая внимания на стоны подручного, поднял с земли обронённую Журом заточку и покрутил её в пальцах.

– Хм, вот, значит, как, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Отшвырнув оружие, он повернулся ко мне.

– Любопытный ты человек, Штуцер. Пару дней как в лагере, а как-то сумел спасти мне шкуру. Ладно, поговорим об этом вечером, – произнёс смотрящий и кивнул замершему неподалеку от меня Шпале.

Тот, нехотя, отступил в сторону, освобождая мне проход.

– Бывай, парень. Увидимся вечером. А сейчас мне нужно разобраться с тем ублюдком, которого послали меня убить, – произнёс смотрящий. – Шпала, давай за мной.

Вскоре бригадир исчез, а я остался наедине с воющим на земле Вонючкой. Тот лежал в позе эмбриона и прижимал рукам отбитые причиндалы.

– Ну, ничего, шалава, я тебя припомню, – шипел он сквозь выступившие на глазах слезы.

Похоже, я в очередной раз помимо собственной воли оказался втянут в грызню. Знать бы ещё, а ту ли сторону я выбрал.

Глава 16

Рабочий день подошёл к концу, и колонну рабов под усиленным конвоем погнали обратно к баракам.

– Штуцер, ты случайно не знаешь, что там за переполох случился у сарая? -едва слышно спросил шедший рядом Старый.

– Парочка рабов решила выяснить отношения, – также едва слышно отозвался я.

– У нас могут быть из-за этого проблемы? – напряжённо уточнил напарник.

– Проблемы? – переспросил я. – Нет, а почему ты спросил?

– Ты уверен? – Старый бросил в мою сторону подозрительный взгляд.

– Более чем. Может, уже скажешь, в чём дело?

– Да ни в чём, просто за ужином одна из девчонок, ну та смазливенькая, что работает на кухне, сделала знак, что хочет со мной о чём-то поговорить. Вот я и решил, что суета у сарая и знаки этой девчонки – звенья одной цепи.

Я пожал плечами.

– Парочку амазонок вместе со мной привезли в лагерь, может быть она из них?

– Вряд ли, – отрицательно качнул головой Старый. – Я навёл справки. Твои подружки до сих пор в бараке для новичков. Правда, как я слышал, их несколько раз вместе с остальными новичками выводили на прогулку. Обе воительницы едва ноги переставляют. Говорят, культисты начали морить их голодом, но, не смотря на слабость, обе девки продолжают упорствовать. Думаю, сектантов это забавляет. Любят они ломать таких пленниц.

– И в чём у них интерес? – спросил я.

– Я слышал, сектанты устроили настоящий тотализатор, и даже делают ставки, кто из девок раздвинет ноги раньше.

– Почему ты мне всё это рассказываешь? И каким боком это связано с девчонкой с кухни?

– Прояви терпение, я как раз подобрался к сути. Я слышал, что обе попавшие в плен амазонки пытались найти именно эту замарашку.

– Вот как? И что в ней такого особенного? Не похожа она на важную птицу, да и сейчас она находится в таком же незавидном положении, как и они.

– Вот и я ломаю голову над этим, – произнёс напарник. – Как бы там ни было, толком поговорить нам не дали. Вместе с жратвой она передала мне это.

Я краешками пальцев перехватил от напарника свернутое в трубочку послание. Заметив моё удивление, наёмник не удержался от шпильки.

– Ну, и что там? Колись, друг, это любовное письмо? Я сам его не читал, но буду рад, если ты мне расскажешь, как так вышло, что гордая воительница пишет тебе письма, а ты даже не знаешь её имени.

– Поверь, Старый, если бы я знал.

– Ага, как же. Знаю я это лицо. Хорош юлить, Штуцер, ты прекрасно понял, куда я клоню, – продолжал гнуть свою линию наёмник.

Я тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, что напарник заблуждается.

– Старый, может ты ошибся? С чего ты решил, что письмо предназначено именно мне?

– Ну не мне же! – фыркнул наёмник. – За то время, что она здесь, мы с ней не пересекались нигде, кроме как на кухне. Хотела бы она мне что-то сообщить – сделала бы это раньше. Так что, я уверен, письмо она адресовала именно тебе. Скорее всего за девчонкой наблюдают, вот она и решила передать послание через меня. Косись, Штуцер, как ты сумел подобрать ключик к сердцу этой недотроги?

– Да ну тебя, скажешь тоже. Старый, что будем делать, если окажется, что письмо было предназначено тебе?

Наёмник едва заметно улыбнулся.

– Может, девчонка с кухни хочет осчастливить старого вояку?

– Да иди ты. С чего бы мне перепала такая честь? Да и раз её сослали на кухню, значит ею уже наигрались конвоиры, и теперь девчонку пользует кто-то из смотрящих.

– С чего ты это взял?

– Да всё просто. Раз вместо приманки амазонке отвели роль прислуги при кухне, значит, кто-то из элиты рабов ей покровительствует и платит сектантам, чтобы её не трогали.

Я мысленно поставил себе пометку. Нужно будет узнать, кто забавляется с этой девчонкой, тогда станет понятно, кто заказал Дикого. Раз я влез в эти разборки, то нужно быть готовым, что соперник местного авторитета захочет показательно наказать человека, который спутал ему планы.

– Ты чего завис? – спросил напарник.

– Да так. Мне кажется, что ты зря прибедняешься, помнится, раньше ты пользовался успехом у противоположного пола.

– Я-то? Скажешь тоже, из нас двоих в любовных делах ты всегда давал мне сто очков форы. Герой любовного романа, а не наёмник.

Я качнул головой.

– Времена меняются, я остепенился. Да и интереса к этой забитой девчонке у меня нет.

– Ну, тогда я ни черта не понимаю, к чему ей этот спектакль? – не унимался напарник.

– Блин, Старый, отстань ты уже от меня с этой девчонкой. Далась она тебе. Я женатый человек, и не ищу связей на стороне.

– Может и так, – согласился напарник, – только до твоего появления она не стреляла глазами в нашу сторону. Колись, как ты умудрился за пару дней в лагере разбить сердце общей поварихе?

Я едва заметно улыбнулся подколке товарища. Правда, вместо миниатюрной амазонки перед глазами всплыла щербатая ухмылка мужеподобной женщины с раздачи.

– Ладно, Старый, шутки в сторону. Девчонка твоя. Я на неё не претендую, да и с такой кормёжкой нечего и думать о любовных подвигах, – отшутился я.

Поймав предостерегающий знак от шедшего впереди Оглобли, я замолчал. Один из конвоиров поравнялся с нашей колонной.

– А ну заткнулись, мясо. Наговоритесь в своих бараках. Всем строиться перед КП.

Едва рабы сформировали строй, как последовала новая команда. И рабы медленно по одному начали проходить через ворота.

Едва все рабы оказались за стенами лагеря их снова построили. Вечерняя поверка не заняла много времени. Пара конвоиров тщательно пересчитала рабов, а после поспешила на доклад в здание, где расположился штаб сектантов.

– Рабочий день закончен, мясо, – послышался голос одного из конвоиров.

Оставшиеся охранники после этого разогнали всех по баракам и закрыли двери.

– Темно, как у негра в… – произнёс Сиплый

В кромешной темноте барака сухо щёлкнул выключатель, все мы непроизвольно зажмурились от яркого света.

– Дикий, какого хрена ты тут делаешь?

Старый, которого я не успел ввести в курс дела, недоумённо посмотрел на расположившегося за столом смотрящего. Тот, довольный произведённым впечатлением, издевательски улыбнулся.

– Не нервничай, Старый, мой визит носит исключительно дружеский характер, – оскалился бандит. – Хотел бы я вас убить – уже бы сделал это. Я ведь верно говорю, ребята?

Подручные смотрящего послушно закивали.

– Расслабься, Старый, я пришёл с миром. Да и, собственно, разговор у меня ни к тебе, а к твоему новичку.

– Штуцер, какого хрена?

– Всё нормально, – я похлопал Старого по плечу.

Пользуясь замешательством сокамерников, я прошёл вперёд и занял место за столом. Дикий криво усмехнулся.

– Похоже, Штуцер, ты не счёл нужным рассказать своим друзьям о своём маленьком героическом поступке.

– Дикий, что за клоунаду ты тут устроил? – не унимался Старый. Какие к чёрту героические поступки? Что за чушь ты несёшь? Забирай своих шестёрок и выметайся из барака, или тебе напомнить, о чём мы договорились с тобой в прошлый раз?

– Зачем же так грубо? Я помню наш с тобой уговор.

– Думаю, Старый хочет сказать, что нам лучше сразу перейти к делу, – примирительным тоном произнёс я, косясь на замершего у двери Шпалу.

– Ну, хоть один трезво мыслящий человек, я рад, что в тебе не ошибся. У меня перед тобой образовался должок, так что я принёс тебе и твоим парням по парочке миксов. Жест доброй воли, так сказать, – смотрящий кивнул на стол, на котором находилось несколько коробочек.

– Штуцер, может быть, уже объяснишь, какого чёрта?

Старый бросил в сторону незваных гостей настороженный взгляд, но, поколебавшись, всё же, занял место за столом.

– И с чего это, Дикий, ты вдруг так подобрел? Ты ведь за так ничего не делаёшь.

– Обижаешь, – притворно обиженно произнёс Дикий.

– Старый прав, на благотворителя ты ни разу не похож.

– Брось, парень, о какой благотворительности может идти речь? Сегодня ты спас мою шкуру, вот я и посчитал, что миксы будут достойной платой тебе и твоим людям.

– Больше похоже на подачку или взятку. Пытаешься привлечь нас на свою сторону? – уточнил я.

– А почему бы и нет? Как по мне, все средства хороши.

– Может, уже отбросим в сторону все эти глупые расспросы и перейдём к делу? – предложил я.

– Как скажешь, – Дикий криво улыбнулся. – Штуцер, мы тут с парнями крутили и так и этак, но так и не смогли понять. Как ты пронюхал про то, что на меня готовится нападение?

– У всех свои секреты.

– Ну да, ну да. Ладно, не хочешь – не говори, как бы там ни было на самом деле, я тебе благодарен, и миксы – это меньшее, чем я могу вам отплатить.

– Странно, что ты стал передавать их через подручных.

– А ты меня подловил, – Дикий притворно рассмеялся.

Правда, искренности в этом смехе было ни на грош. Дождавшись, пока собеседник прекратит ломать комедию, я спросил:

– Дикий, давай уже говори прямо, в чём твой интерес?

– Этот гад боится за свою шкуру, вот и хочет, чтобы мы прикрыли ему спину в намечающихся разборках, – охотно пояснил мне Старый. Ему нужны союзники, и раз он пришёл к нам, значит, дело дрянь.

Дикий скрипнул зубами, похоже, сказанное моим напарником задело смотрящего за живое. С трудом переборов охватившие его эмоции, бандит произнёс:

– Старый от части прав, я хотел предложить тебе место моей правой руки.

– Хм, вот как. Заманчивое предложение. А как же твои подручные? Они не будут против?

Дикий обвёл взглядом своих шестёрок.

– Лишних людей не бывает, да и от такого расклада мои парни ничего не потеряют. Кстати, Старый, к тебе и к твоим людям это тоже относится. Я предлагаю вам объединиться. В нынешних обстоятельствах вам придётся принять мою сторону. Штуцер, вмешавшись в эти разборки, разворошил осиное гнездо. Останетесь одни – и вас сомнут. Расклады в лагере стремительно меняются, и как бы вам не оказаться между молотом и наковальней.

– Нет уж, спасибо, мы как-нибудь сами, – произнёс Старый, который был явно не в духе от перспективы работать на смотрящего.

Дикий понимающе хмыкнул.

– Почему-то я не сомневался, что ты так ответишь. Упрямство – плохая черта, Старый, и как бы вам не пожалеть о своём решении. Засиделся я что-то у вас, пора бы уже и честь знать, – произнёс Дикий и поднялся со своего места.

Дойдя до середины барака, он обернулся и посмотрел в сторону наёмника.

– Как бы там ни было, моё предложение остаётся в силе. Что же касается тебя, Штуцер, если потребуется, моя помощь к твоим услугам. Я не забываю тех, кто мне помог. Кто бы там что ни говорил. Вы тут, конечно, неплохо устроились. Отдельный барак с электричеством и кое-какими привилегиями, но это мелочь по сравнению с тем, что вам могу предложить я.

– Кстати о предложения, – произнёс я. – Знаешь, Дикий, возможно у тебя получится отплатить мне за услугу.

– Вот как, и чего ты хочешь? – Собиравшийся уйти бандит неспешно вернулся за стол. – Стой, погоди. Дай я сам угадаю, о чём ты меня хочешь попросить. Тебе нужна личная наложница? Нет, тебе нужны Рады? Я угадал?

Или тебе нужна та потаскушка, что работает на кухне? Нет проблем, если она тебе нравится, я её тебе уступлю. Чего молчишь? Всё в этом прогнившем месте покупается. Главное – назвать цену. У всего есть своя цена. У меня. У тебя. И даже у такого прожжённого скептика, как Старый, тоже есть цена.

– Может, ты и прав, Дикий, но не всё измеряется деньгами.

– Вот как? И чего же ты хочешь?

– Мне нужна информация.

– Надо же, а ты сумел меня удивить. Впрочем, тебе виднее. Спрашивай, я отвечу на твои вопросы.

– Мне нужны координаты тайника, о котором тебе рассказал Кислый.

Дикий несколько секунд молчал, а затем расхохотался. Следом за ним начали ржать его подручные. На какой-то миг я и вовсе усомнился в его адекватности.

– Извини, парень, но я ожидал чего угодно, но не этого. Ты, правда, хочешь получить взамен за оказанную тобой услугу именно эту информацию?

Я кивнул.

– Ну, будь по-твоему, но учти, с этого момента мой долг перед тобой будет окончательно закрыт. Так что, ты ещё настаиваешь на этом?

Я кивнул.

– Ну, тогда слушай и не говори, что я тебя не предупреждал. Кислый был балаболом. Пустобрёхом, который сочинил эту историю, чтобы выторговать ещё пару дней жизни. Его слова проверили, и на месте, о котором он говорил, не оказалось ровным счётом ничего. И постепенно эта история обросла дополнительными подробностями и превратилась в местную легенду, в которую верят такие наивные идиоты, как вы. Забудьте, нет никакого схрона. Это байка для лохов. Миф. Выдумка. Пустышка. Кислый попросту хотел всех надуть.

Дикий, заметив моё недоверие, продолжил:

– Парень, ты только что потратил своё единственное желание на полную ерунду.

Я молчал, только что моя последняя надежда выбраться из форта превратилась в прах.

– Ладно, парни, думаю, вам будет, о чём поговорить, а теперь, позвольте откланяться.

Дикий подошёл к двери барака и требовательно в неё постучал. Ответа не последовало. Дикий вопросительно посмотрел на Шпалу, тот подошёл к двери и нанёс еще несколько ударов.

– Да чтоб вас, – выругался Дикий.

Отодвинув подручного, смотрящий заорал:

– Охрана! Охрана!

На крики никто не отозвался. Дикий и его подручные стучали в дверь ещё около десяти минут, пока, наконец, до главаря бандитов не дошло, что он влип по полной. Взбешённый он заметался по камере, продолжая орать и стучать в дверь. Мы не вмешивались и, молча, глядели на растерянных бандитов, пытавшихся выбить массивную металлическую дверь.